Прекращение поддержки Украины с большой долей вероятности может привести к победе Путина. А это означает втягивание Соединённых Штатов Америки и всей Европы в третью мировую войну. Это безответственно. Я не хочу давать характеристику постам, репостам или сообщениям о поддержке или каким-то обсуждениям, которые мне неинтересны.

Дональд Трамп — президент Соединённых Штатов Америки, и ответственность будет на нём. А я — президент Украины, и ответственность лежит на мне. Неважно, кто что говорит, главное — смотреть вперёд и понимать, чем это закончится для моей страны, моего народа, моей семьи, для всех нас.

Я очень верю, что президент Трамп, задавая себе такие вопросы, найдёт ответы, которые подскажут ему, что Украину нужно поддерживать.

Прежде всего, я хотел бы сказать, что президент Трамп пригласил меня на свою инаугурацию. Но он пригласил меня в общих чертах, как, возможно, и других лидеров. Я не знаю, кого он пригласил лично или каким-то другим образом. Но я считаю, что нам просто нужно время, чтобы сесть и поговорить о том, как положить конец войне. Нам нужно время для этого.

В момент инаугурации, я думаю, у него будут свои вопросы на повестке дня. Это, возможно, один из самых важных дней в его жизни и в жизни американского народа. Мне просто не подходило приезжать, потому что у него не было бы времени на личную встречу.

Что касается религиозных вопросов, то в Украине есть Совет церквей. Это учреждение — крупнейшее в Европе. Мне сказали мои коллеги из Соединённых Штатов, что у вас, например, у индейцев, нет такого количества учреждений. Это очень серьёзное сообщество, где все конфессии и религии являются членами: православные, католики, мусульмане, иудеи, баптисты и многие другие.

Совет церквей включает множество разных конфессий и религий. Московский патриархат также был членом Совета церквей. Но всё население Украины выступает против Московского патриархата. Никто ничего не закрывал. Это решение было принято самим Советом церквей. Они исключили Московский патриархат из своего состава. Это сделали сами конфессии, без какого-либо влияния.

На законодательном уровне парламент принял решение, что не может быть Московского патриархата. Это значит, что эта церковь должна перерегистрироваться юридически. Не может быть никакой юридической связи с Москвой. Московский патриархат должен стать украинской церковью, находящейся в украинской юрисдикции. Язык здесь не играет никакой роли. Это ложь, это нарратив Путина.

У Путина есть нарратив о Московском патриархате, о Русской церкви, о моей легитимности, о диктатуре. И это говорит человек, который 30 лет у власти, кровавый диктатор, убийца, нарушивший территориальную целостность Украины и других стран. Он говорит о какой-то нелегитимности.

К сожалению, этот блогер или журналист по имени Карлсон, как бы его ни называли, полностью повторяет слова Путина. Он хочет опустить меня до уровня Путина. Вот чего он добивается. Он хочет, чтобы мы были равны. А что потом? Тогда людям нужно будет искать баланс, компромисс. "Путин не так уж плох".

Но это ложь. Путин убил десятки тысяч мирных жителей, большинство из которых были русскоязычными. Он убивал людей на востоке Украины, в оккупированных им регионах, где всегда было больше русскоязычных. Он надеялся, что оккупация пройдёт гладко. Но это не так.

Теперь спросите тех людей, чьих близких убил Путин. Они вам ответят на русском языке, что ненавидят его. До Крыма многие относились к нему как к соседу, с которым нужно жить в мире. А теперь спросите тех, чьих домочадцев он убил.

Что касается политических убийств, то кого мы убили? Был один человек — Медведчук. Этот человек сейчас в Москве. Медведчук был лидером второй по величине партии в парламенте после нашей. Это была пророссийская партия, которую Путин контролировал через Медведчука. Медведчук — крестный отец детей Путина. Они как родственники.

Когда началась война, Медведчук и его коллеги требовали, чтобы Украина уступила Путину. Их план был в том, чтобы поставить Медведчука править Украиной, как в Беларуси или Чечне. Но этого не произошло. Украина сохранила свою независимость.

Медведчук был арестован Службой безопасности Украины, а затем обменян на 200 украинских военных. Все мои оппоненты находятся в парламенте. Даже партия Медведчука осталась в парламенте.

Что касается журналиста Такера, то ему нужно глубже понять, что происходит в Украине. Перестать работать на Путина. Перестать лизать ему зад, честно говоря. Мне кажется, это очень важно. Человек, где бы он ни жил, должен понимать, что он говорит.

Когда он бросается словами, он хоть раз в жизни терял близких? Я желаю его семье мира и никаких потерь. Но он должен понимать, что влияет на многих людей и дезинформирует их.

Я не хочу говорить ни о каких убийствах в Москве. Я знаю, что СБУ ликвидировала одного человека, который стоял за убийствами украинцев на востоке нашего государства, за убийствами украинцев во время Революции Достоинства на Майдане. И я знаю, что СБУ дала официальное сообщение по этому поводу.

Я не знаю этого человека. Я не знаю его имени. Мне сложно сказать, тот ли это случай или нет. Я не уверен, что что-то произошло во время нашего разговора. Если это что-то, что произошло раньше, я знаю, что у них была определённая справедливая цель — человек, который является убийцей, душегубом, наёмным убийцей. Я знаю, что была ликвидация такого человека СБУ Украины.

Я не уверен, что это… Вы назвали имя, фамилию, но это ни о чём мне не говорит. Украинцы не делают никаких заказных убийств. У нас есть Служба безопасности Украины, которая может устранить только убийц, которые пытали граждан Украины. Если у них есть определённое уголовное дело, если у них есть доказательства, если это их справедливая цель, тогда Служба безопасности Украины это делает. Вы должны увидеть официальное сообщение.

Вы понимаете, у меня такое чувство: когда война где-то далеко от кого-то, мы строим догадки и не понимаем всей боли. Но когда мы воспроизводим это на своём опыте, на своей жизни, мы можем найти всё больше и больше правильных ответов.

11 сентября было совершено нападение на Соединённые Штаты Америки. Тысячи людей были убиты. Что американцы должны были сделать? Оставить это под вопросом или ударить по террористам?

Они атаковали террористов, и они поступили правильно, потому что поставили их на место. Они уничтожили террористов, уничтожили тех, кто отдавал приказы, и годами уничтожали этих террористов. Это было абсолютно правильно, чтобы остановить их. Иначе, если их не остановить, они придут снова.

Вот ответ. Украина нанесла удар по Курской области, куда Россия ввела северокорейские войска — 12 000 северокорейцев. Россия обучила их убивать нас, и они пришли убивать нас. Мы уничтожили 4 000 из них.

Мы просили дать нам дальнобойное оружие, чтобы эти тысячи не добрались до нас. Но, извините, я не… Я извиняюсь, я не сравниваю это с 11 сентября, но у нас уже три года 11 сентября. И когда мы обращаемся к американцам, к нашим партнёрам: "Дайте нам дальнобойное оружие, чтобы уничтожать военные цели, террористов из других стран, которые прилетают к нам и уничтожают нас на расстоянии, бомбят наши больницы, наши школы, наши торговые центры".

Вот что такое ракетные атаки. Северокорейцы, которые подписали договор с русскими, иранцы, которые подписали соглашение с Путиным. Пожалуйста, скажите мне: если завтра на границе США будут стоять иранцы или северокорейские войска, и вы будете знать, что завтра они нападут на вас, вы их уничтожите или нет? Или вы будете стоять и ждать? Хорошо, продолжайте, мы ничего не будем делать. Потому что есть большой риск Третьей мировой войны?

Третья мировая война уже сегодня в голове у Путина, Северной Кореи, Ирана и их последователей. Вот где это находится, в чьих головах. Их нужно остановить. Их нужно остановить.

В завершение я хочу обратиться к Трампу. Он это посмотрит. Всё это определённо будет на плечах украинцев и на плечах президента Трампа. Я знаю, что у него много внутренних проблем, но да, мы должны закончить войну при нём. Это очень важно.

Знаете, бывают дни, когда есть возможность спасти людей, но бывают и дни, когда слишком много людей погибает. И большинство дней в этой войне такие. Иногда бывают успехи и немного потерь, но десятки людей погибают ежедневно. Я думаю, очень важно не терять такие дни, потому что потери не уменьшаются ежедневно — они увеличиваются.

Важно не затягивать. Важно сделать всё, чтобы подготовить общее видение, план, простой и понятный план. Если это может быть просто. Конечно, конец войны не может быть простым, кроме как полностью сосредоточиться на её окончании без перспективы её возвращения.

Тот факт, что люди так долго выдерживали, говорит о многом. Но я думаю, что нам будет очень трудно выдержать, если война снова вернётся. Это будет невероятно сложно. И мне кажется, что главное, почему я всегда это подчеркиваю, — нам нужны такие гарантии безопасности, чтобы этот человек (Путин) никогда не вернулся.

Я просто не хочу, чтобы украинцы снова столкнулись с таким испытанием. Давайте не будем снова испытывать нашу стойкость. Мне кажется, что этого достаточно. И поэтому мы заслуживаем справедливого мира.

Сегодня сроки соглашений и сила этих соглашений зависят от президента Трампа и от нас, от нашего диалога и давления на Путина. Я думаю, чем раньше мы это сделаем, тем счастливее будут люди везде.

Сегодня я рад приветствовать премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху снова в Белом доме. Это прекрасное событие и замечательное чувство.

У нас состоялись фантастические переговоры, и я хочу выразить огромную благодарность вашим сотрудникам. Он стал первым главой иностранного государства, посетившим нас в рамках нашей администрации. Биби, для меня большая честь, что вы здесь с нами.

За последние четыре года альянс США и Израиля подвергся серьезным испытаниям, но узы дружбы и привязанности между американским и израильским народами, которые сохранялись на протяжении поколений, остаются абсолютно нерушимыми. Я уверен, что под нашим руководством союз между нашими странами станет крепче, чем когда-либо.

В мой первый срок премьер-министр и я создали чрезвычайно успешное партнерство, которое принесло мир и стабильность на Ближний Восток, каких он не видел десятилетиями. Вместе мы победили ИГИЛ, положили конец катастрофической иранской ядерной сделке — одной из худших сделок в истории, — и ввели самые жесткие санкции против иранского режима. Мы лишили ХАМАС и других террористических группировок, поддерживаемых Ираном, ресурсов и поддержки, которые они никогда не теряли в таком масштабе.

Я признал Иерусалим столицей Израиля, открыл там американское посольство и построил его. Причем построил его не только быстро, но и по цене, которую никто не мог представить за последние 40 лет. Мы также признали суверенитет Израиля над Голанскими высотами, чего не удавалось добиться на протяжении 70 лет.

С историческими Авраамовыми соглашениями мы достигли самых значительных мирных договоренностей на Ближнем Востоке за последние 50 лет. Я уверен, что многие страны вскоре присоединятся к этим соглашениям, которые способствуют миру и экономическому развитию.

К сожалению, за последние четыре года никто не подписал новых соглашений. Слабость и некомпетентность предыдущих лет нанесли серьезный ущерб по всему миру, включая Ближний Восток. Ужасы 7 октября никогда бы не произошли, если бы я был президентом. Катастрофа в Украине и России также никогда бы не случилась.

За последние 16 месяцев Израиль выдержал постоянные агрессивные и смертоносные нападения, но мужественно отбивался. Израильтяне сплотились перед лицом врага, который похищал, пытал, насиловал и убивал невинных мужчин, женщин, детей и даже младенцев. Я хочу отдать должное израильскому народу за его мужество, решимость и стойкость.

На наших встречах сегодня премьер-министр и я сосредоточились на будущем, обсуждая, как мы можем работать вместе, чтобы уничтожить ХАМАС и восстановить мир в регионе.

Я также хочу поблагодарить премьер-министра Нетаньяху за тесное сотрудничество с моей переходной командой. Особую благодарность выражаю специальному посланнику Стиву Уиткоффу, советнику по национальной безопасности Майку Уолцу и другим членам нашей команды, которые проделали фантастическую работу.

Мы будем удовлетворены только тогда, когда все проблемы будут решены. Я твердо верю, что сектор Газа, который десятилетиями был символом смерти и разрушения, должен пройти процесс восстановления. Вместо того чтобы возвращаться к прежнему состоянию, мы должны создать новые возможности для 1,8 миллиона палестинцев, живущих в Газе.

США возьмут на себя ответственность за демонтаж опасных объектов, расчистку территории и создание экономического развития, которое обеспечит рабочие места и жилье для жителей региона. Мы не можем позволить, чтобы все вернулось к тому, что было раньше.

Я надеюсь, что прекращение огня станет началом более масштабного и прочного мира, который положит конец кровопролитию. Моя администрация восстанавливает доверие к альянсу и возвращает американскую мощь в регион.

Я отменил фактическое эмбарго на поставки оружия, введенное предыдущей администрацией, и восстановил военную помощь Израилю. Сегодня я также объявил о выходе США из антисемитского Совета ООН по правам человека и прекращении поддержки Ближневосточного агентства ООН, которое направляло деньги ХАМАСу.

Мы вновь применим политику максимального давления на Иран, введем самые жесткие санкции и сведем экспорт иранской нефти к нулю. Мы также обозначили хуситов как террористическую организацию и нанесли авиаудары по лидерам ИГИЛ.

Вместе Америка и Израиль возродят оптимизм, который сиял всего четыре года назад. Мы восстановим мир, стабильность и процветание для всех народов Ближнего Востока, включая арабские и мусульманские страны.

Саудовская Аравия будет очень полезна, и они уже оказали значительную помощь. Они хотят мира на Ближнем Востоке. Это очень просто. Мы хорошо знаем их лидера и их лидеров. Они замечательные люди, и они хотят мира на Ближнем Востоке.

Что касается Газы, мы сделаем то, что необходимо. Если это необходимо, мы это сделаем. Мы собираемся принести мир, развивать этот регион, создать тысячи и тысячи рабочих мест. Это будет то, чем весь Ближний Восток сможет гордиться.

Но все чувствуют, что продолжение того же самого процесса, который длился вечно, снова и снова, приводит к одному и тому же: начинаются убийства, проблемы, и вы оказываетесь в том же самом месте. Мы не хотим, чтобы это произошло. Соединенные Штаты, обладая стабильностью и силой, особенно той мощью, которую мы развиваем за последние годы, могут стать хранителем чего-то очень сильного, мощного и хорошего для региона, не только для Израиля, но и для всего Ближнего Востока.

И у нас, опять же, будут тысячи рабочих мест. И это будут рабочие места для всех, не для определенной группы людей, а для всех.

Я не могу сказать вам, будет ли соблюдаться режим прекращения огня в Газе. Я думаю, мы проделали очень искусную работу. Администрация Байдена нам не очень помогла, это я могу сказать. Но мы освободили довольно много заложников. Мы собираемся освободить еще больше, но мы имеем дело с очень сложными людьми. Мы посмотрим, будет ли он сохраняться. Мы, конечно, хотим, чтобы освободилось больше людей. Они вышли из этого поврежденными во многих отношениях, очень поврежденными людьми.

Но они поправятся, станут сильными, и у них будет хорошая жизнь. Мы надеемся вытащить как можно больше людей. Сдержится это или нет, я не знаю. Мы надеемся, что сдержится.

Я вижу долгосрочную позицию владения Газой, и я вижу, что это принесет большую стабильность в эту часть Ближнего Востока и, возможно, всему региону. Все, с кем я говорил, поддерживают эту идею. Соединенные Штаты будут владеть этим участком земли, развивать его, создавать тысячи рабочих мест и что-то великолепное в действительно великолепном районе, который сейчас никто не знает.

Никто не может смотреть на это место, потому что все, что они видят, — это смерть, разрушения, обломки и разрушенные здания, падающие повсюду. Это просто ужасное зрелище. Я изучал его очень внимательно в течение многих месяцев и видел его со всех сторон. Это очень опасное место, и оно будет только ухудшаться.

Идея, которую я предлагаю, получила огромную похвалу на самом высоком уровне руководства. Если Соединенные Штаты могут помочь принести стабильность и мир на Ближний Восток, мы это сделаем.

Мы очень усердно работаем, чтобы освободить всех заложников. Это слово — всех. Пока что все продвигается довольно быстро, почти по графику. Мне бы хотелось, чтобы они все были освобождены одновременно, но мы их выводим. Завтра их выпустят больше, и в течение нескольких дней их будет еще больше. Мы хотим вывести всех заложников.

Если мы этого не сделаем, это просто сделает нас более жесткими, потому что они нарушат свое слово. Господин Виткофф и вся его группа работают 24 часа в сутки. Им были даны обещания, и мы посмотрим, будут ли они выполнены. Но мы хотим всех заложников.

Что касается суверенитета Израиля в Иудее и Самарии, территориях, которые многие считают библейской родиной еврейского народа, мы обсуждаем это со многими вашими представителями. Вы очень хорошо это представляете. Людям нравится эта идея, но мы пока не заняли по ней никакой позиции. Мы сделаем заявление, вероятно, по этой теме в течение следующих четырех недель.

Палестинцы должны быть переселены в другие страны. Это ничего не значит о двух государствах или одном государстве. Это значит, что мы хотим дать людям шанс на жизнь. У них никогда не было шанса на жизнь, потому что сектор Газа был адом для людей, живущих там. Это было ужасно. ХАМАС сделал его таким плохим, таким опасным, таким несправедливым по отношению к людям.

Делая то, что я рекомендую, мы думаем, что, возможно, принесем большой мир далеко за пределы этой области. И я должен подчеркнуть: это не для Израиля. Это для всех на Ближнем Востоке — арабов, мусульман. Это для всех. Это будет место, где они смогут работать, жить и пользоваться всеми благами.

Газа сейчас — это адская дыра. Это было так даже до начала бомбардировок. Мы дадим людям шанс жить в прекрасном обществе, которое будет безопасным и надежным. Я думаю, вы увидите колоссальную поддержку этой идеи.

Я говорил с лидерами стран Ближнего Востока, и им эта идея нравится. Они говорят, что это принесет стабильность. А нам нужна стабильность.

Что касается Ирана, я хочу, чтобы эта страна была мирной и успешной. Я ненавидел вводить санкции. Я уже делал это однажды, и мы снизили их экономические возможности до минимума. У них не было денег на финансирование терроризма.

Я надеюсь, что мы сможем заключить с Ираном соглашение, которое позволит им жить в мире и процветании. Но у них не может быть ядерного оружия. Это очень просто. Если они смогут убедить нас, что не будут его разрабатывать, у них будет невероятное будущее.

Я люблю Израиль. Я посещу его, а также Газу, Саудовскую Аравию и другие страны Ближнего Востока. Это невероятный регион с яркими людьми.

Газа после восстановления может стать местом, где люди со всего мира смогут жить и работать. Мы можем превратить этот регион в международный центр, который принесет стабильность и процветание.

Мы должны учиться на истории и не повторять ошибок прошлого. У нас есть возможность сделать что-то феноменальное. Газа может стать "Ривьерой Ближнего Востока", местом, где люди смогут жить в мире и гармонии.

Итак, сейчас мы обсуждаем конфликт на Украине. Я не хочу тратить много времени, потому что мы здесь по другой причине, но у нас идут очень хорошие, конструктивные переговоры по Украине. Мы говорим с русскими. Мы говорим с украинским руководством.

Этого бы никогда не произошло. Этого бы никогда не произошло. И я каждую неделю получаю отчеты о количестве солдат, сейчас в основном солдат. Города в значительной степени разрушены. Вы говорите об очень печальном зрелище.

Мы говорим о Газе, но многие из этих городов на Украине выглядят так же плохо, а иногда и хуже. То, что с ними произошло, ужасно. И я хочу увидеть конец этому. Я хочу увидеть конец этому по одной простой причине: жизнь молодых людей полностью уничтожена с обеих сторон.

У вас, вероятно, 700 000 украинских солдат погибло, 800 000, может быть, больше российских солдат погибло. Это очень ровная местность, и единственное, что останавливает пулю, — это человеческое тело. В этом случае, как правило, солдаты.

Цифры ошеломляют. Когда вы слышите реальные цифры на Украине, они шокируют. И это не включая разрушенные города и всех мирных жителей, которые были убиты. Поэтому я хочу, чтобы это прекратилось.

У нас идут очень хорошие переговоры, и я думаю, что мы этого добьемся. Я думаю, что что-то произойдет, надеюсь, драматичное, что поднимется над всем этим. Вы должны. Вы не можете позволить этому продолжаться. Вы не можете.

Это настоящая бойня, которая происходит на прекрасных сельскохозяйственных землях Украины. И мы должны это остановить. Мы не можем позволить этому продолжаться. Это жители. Это люди. Это так. Это человеческая трагедия.

И мы приложим все усилия, чтобы это остановить.

Президент. Я польщен, что вы пригласили меня стать первым иностранным лидером, который посетит Белый дом во время вашего второго срока. Это свидетельство вашей дружбы и поддержки еврейского государства и еврейского народа. Я уже говорил это раньше. Я скажу это снова. Вы — самый лучший друг, которого Израиль когда-либо имел в Белом доме.

И вот почему народ Израиля испытывает к вам такое огромное уважение. В свой первый срок вы признали Иерусалим столицей Израиля. Вы перенесли туда американское посольство. Вы признали суверенитет Израиля над Голанскими высотами. Вы вышли из катастрофической ядерной сделки с Ираном. Я помню, мы говорили об этом. Вы сказали, что это худшая сделка, которую я когда-либо видел. Я избран. Я ухожу из нее.

Именно это вы и сделали. И я думаю, что это громко говорит о здравом смысле. Просто смотреть на вещи и видеть их такими, какие они есть. И, конечно, вы также выступили посредником в новаторских Авраамских соглашениях, в которых Израиль заключил мир с четырьмя арабскими государствами. Мы сделали это за четыре месяца. Ничего не происходило в течение четверти века. Но за четыре месяца мы смогли, работая вместе под вашим руководством, заключить четыре исторических мирных соглашения.

И теперь, в первые дни вашего второго срока, вы продолжили с того места, на котором остановились. Ваше руководство помогло вернуть наших заложников домой, среди которых были американские граждане. Вы освободили боеприпасы, которые были удержаны у Израиля в разгар войны на семи фронтах за наше существование. И вы просто освободили их.

Вы прекратили несправедливые санкции против законопослушных граждан Израиля. Вы смело выступили против бича антисемитизма. Вы прекратили финансирование, как вы только что сказали, международных организаций, таких как БАПОР, которые поддерживают и финансируют террористов. И сегодня вы возобновили кампанию максимального давления на Иран.

Дамы и господа, все это всего за две недели. Можем ли мы представить, где мы будем через четыре года? Я могу. Я знаю, что вы можете, господин президент. Со своей стороны, мы в Израиле тоже были весьма заняты. После ужасного нападения 7 октября мы сражались с нашими общими врагами и меняли облик Ближнего Востока.

В тот печально известный день чудовища ХАМАС жестоко убили 1200 невинных людей, включая более 40 американцев. Они обезглавили мужчин, насиловали женщин, сжигали младенцев заживо и взяли в заложники 251 человека. Послание в темницы Газы. И после этого худшего нападения на евреев со времен Холокоста Иран и его приспешники на Ближнем Востоке были в полном восторге.

Хания восхвалял резню, Синвар сказал, что Израилю конец, Насралла хвастался, что Израиль, вот что он сказал, слаб, как паутина. Ну, господин президент, Хания ушел, Синвар ушел, Насралла ушел. Мы опустошили ХАМАС, мы уничтожили Хезболлу, мы уничтожили оставшееся вооружение Асада, и мы парализовали ПВО Ирана.

И сделав это, мы победили некоторых из злейших врагов Америки. Мы уничтожили террористов, которые десятилетиями разыскивались за пролитие рек американской крови, включая кровь 241 морпеха, убитого в Бейруте. Мы добились всего этого неукротимым духом нашего народа и безграничной храбростью наших солдат.

Библия говорит, что народ Израиля поднимется, как львы. И, господи, мы восстали. Сегодня рев Льва Иуды громко слышен по всему Ближнему Востоку. Израиль никогда не был сильнее, а ось террора Ирана никогда не была слабее.

Но, как мы обсуждали, господин президент, чтобы обеспечить наше будущее и принести мир в наш регион, мы должны закончить работу. В секторе Газа у Израиля есть три цели: уничтожить военный и правительственный потенциал ХАМАСа, обеспечить освобождение всех наших заложников и гарантировать, что Газа никогда больше не будет представлять угрозу Израилю.

Я верю, господин президент, что ваша готовность прорваться сквозь традиционное мышление, мышление, которое терпело неудачу снова и снова, ваша готовность мыслить нестандартно, предлагая свежие идеи, поможет нам достичь всех этих целей.

И я видел, как вы это делали много раз: вы переходите к сути, вы видите то, что другие отказываются видеть, вы говорите то, что другие отказываются говорить. И после того, как челюсти отвисают, люди чешут головы и говорят: вы знаете, он прав.

И это тот тип мышления, который позволил нам добиться Авраамовых соглашений. Это тот тип мышления, который изменит Ближний Восток и принесет мир.

Мы также сходимся во взглядах по Ирану. Это тот же Иран, который пытался убить нас обоих. Они пытались убить вас, господин президент. Они пытались через своих доверенных лиц убить меня. Мы оба привержены тому, чтобы остановить агрессию Ирана в регионе и гарантировать, что Иран никогда не разработает ядерное оружие.

Господин президент, дамы и господа, Израиль положит конец войне, выиграв войну. Победа Израиля будет победой Америки. Мы не только выиграем войну, работая вместе, мы выиграем мир.

С вашим руководством, господин президент, и нашим партнерством, я верю, что мы создадим блестящее будущее для нашего региона и выведем наш великий альянс на еще большие высоты.

Я думаю, что мир между Израилем и Саудовской Аравией не только осуществим, я думаю, что это произойдет. Я думаю, если бы у нас было еще полгода в вашем первом сроке, это бы уже произошло.

Я думаю, нельзя предвосхищать и угадывать, как мы этого достигнем, но я полон решимости этого достичь, и я знаю, что президент полон решимости этого достичь, и я думаю, что саудовское руководство заинтересовано в этом.

Так что мы попробуем, и я думаю, что мы добьемся успеха.

Я снова упомянул сегодня вечером наши три цели, и третья цель — сделать так, чтобы Газа больше никогда не представляла угрозы Израилю. Президент Трамп выводит это на гораздо более высокий уровень. Он видит другое будущее для этого куска земли, который был центром стольких терактов, стольких атак против нас, стольких испытаний и стольких невзгод.

У него другая идея, и я думаю, что на это стоит обратить внимание. Мы об этом говорим. Он изучает это со своими людьми, со своими сотрудниками. Я думаю, что это может изменить историю, и стоит действительно двигаться в этом направлении.

Ранее президент США Дональд Трамп на совместной пресс-конференции с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху заявил, что Саудовская Аравия якобы не требует создания независимого палестинского государства. Он также сообщил о готовности США направить войска в сектор Газа для восстановления анклава после переселения палестинцев в другие страны.