Я рад приветствовать сегодня в Киеве Майю Санду, друга Украины. Рад, что мы действительно, как настоящие друзья, можем помогать друг другу. Сегодня мы говорим о поддержке Украины и много говорили о поддержке Молдовы.

Для нас это очень важно для безопасности всего региона. Ситуация у наших соседей серьезная и нестабильная. И только вместе мы можем сделать эту ситуацию более безопасной. Мы можем помогать, в частности, в энергетической сфере. Мы сегодня об этом много говорили, а также о многих социальных вопросах, которые используются нашим общим врагом против интересов не только Молдовы, но и всего нашего региона.

Сегодня мы говорили именно об этом: о взаимной поддержке, о нашей совместной работе и о совместных решениях, которые могут помочь нашим людям — украинцам и гражданам Молдовы. Во-первых, это безопасность. Я благодарен Молдове за неизменную и принципиальную поддержку нашей территориальной целостности, суверенитета и независимости Украины.

У Украины и Молдовы именно такие отношения, которые должны быть между европейскими государствами и хорошими соседями. Мы в Украине это очень ценим. Благодарю вас, госпожа президент. Мы будем и дальше координироваться с Молдовой в вопросах безопасности и нашей интеграции в Европейский Союз.

Второе — это энергетика. Ситуация сейчас чрезвычайно сложна в регионе не только из-за российских обстрелов украинской энергетической инфраструктуры. Молдова проходит через абсолютно искусственный энергетический кризис, который создала Москва ради негативного влияния на независимость Молдовы и на результаты парламентских выборов в стране.

Это классическая схема Москвы. Они создают проблемы нормальной демократической власти в стране, чтобы привести к власти своих людей и агентов. Мы это не раз видели в Украине и в других странах Европы. Энергоресурсы — это именно то российское оружие, которое используется для влияния на политику других стран через кризисы.

В первую очередь, это кризисы цен. Сейчас Россия держит в заложниках Приднестровский регион Молдовы и спровоцировала скачок цен на электричество в большей части страны. Мы это видим. Эту ситуацию можно и нужно решить, и ее не должно было быть, если бы Москве не хотелось повлиять на выборы в Молдове.

Украина предлагает Молдове вместе исправить эту ситуацию. Мы всегда давали электричество Молдове, когда сами имели профицит в энергосети благодаря нашей атомной генерации. Если бы россияне не наносили удары по нашей энергосистеме, мы могли бы обеспечить электричеством весь регион. Мы готовы также помочь углем, о чем сегодня говорили, в частности, электростанции на левом берегу Днестра. Эта электростанция способна обеспечить электричеством не только всю Молдову, но и наш регион.

Причем вопрос цены на уголь для исправления ситуации вообще не стоит. Мы с президентом Майей Санду полностью понимаем друг друга, и благодаря сотрудничеству Украины и Молдовы можно обеспечить всю Молдову электричеством и снизить цену на электричество на всей территории на 30% благодаря нашему углю и нашему экспорту. У меня есть письмо от господина Красносельского из Тирасполя.

Это письмо, я считаю, не корректное. Такие же письма они отправили другим странам. Если деятели в Тирасполе будут в дальнейшем ждать милости из Москвы вместо того, чтобы дать электричество людям, то их письма — это попытка переложить ответственность за страдания людей. Украина и Молдова вместе могут обеспечить энергетическую стабильность и нормальное производство электричества на 10 лет.

Все решения мы обсудили и договорились поручить нашим командам немедленно проработать все это. Отсутствие кризисов в Молдове — это, в том числе, и наша украинская безопасность. Более того, я говорил, и сегодня мы об этом тоже говорили с президентом Санду, я говорил с президентом Азербайджана Алиевым.

На встрече в Давосе Азербайджан имеет объемы газа, которые могут быть экспортированы в наш регион и увеличить этот экспорт. Это касается не только Молдовы, но и таких стран, как Словакия. Есть газ и маршруты поставки из Азербайджана, но к сожалению Баку к этому пока не готов. Главное, чтобы была политическая воля работать для своих людей, а не с Москвой на какой-то теневой карман, как это делают некоторые персонажи в Восточной Европе.

В-третьих, мы говорили о транспорте и инфраструктуре. Важно, что вместе с Молдовой мы можем обеспечить людей работой. Мы можем говорить об этом более широко, об инфраструктурных проектах. У нас очень хорошие отношения, наши команды будут встречаться и обсуждать эти будущие проекты. Также у нас очень хорошие отношения с нашими партнерами в регионе, в частности с Румынией.

Мы должны делать все возможное, чтобы наш регион и все наши народы могли жить действительно нормальной, безопасной и стабильной жизнью, без кризисов и, самое главное, без враждебного вмешательства.

У нас есть уголь, который мы действительно можем поставлять в Молдову. Мы можем предоставить его в Тирасполь, если они действительно хотят, чтобы люди получили электричество. Они могут сегодня говорить, что этот уголь не подходит технически, но, кстати, они используют украинский уголь, антрацит, который был похищен Россией после оккупации Донецко-Луганской области. Часть этого угля была отправлена в Тирасполь. То есть это все равно наш уголь, который там находится. Но, конечно, я не хочу углубляться в детали, что это и для чего это делается. Мы с вами это понимаем.

Вопрос в том, что если они не знают, как использовать другую марку угля, который есть у нас, мы готовы помочь. Мы уже имели консультации с молдавской стороной, и, кстати, Тирасполь знает об этом. Если им нужно, мы отправим команду наших специалистов, которые быстро все организуют на этой станции.

Что касается цены, у них объем потребления, где-то 220 МВт, да? Это то, что нужно Тираспольскому региону. А сама станция, если наши специалисты туда зайдут, может выдавать около 2 ГВт. То есть в десять раз больше, чем им нужно. Если мы предоставим им уголь, мы готовы говорить о низкой цене, даже бесплатно, если взамен получим электричество. Это справедливо: мы даем уголь, у них есть электричество для себя и для всей Молдовы, а мы получаем электричество для себя, если нам нужен импорт и не хватает, и лишнее электричество отдаем Молдове.

Я считаю, что если думать о людях, это совершенно ясная схема. Если они не хотят, важно, чтобы русские это слышали. Мы можем увидеть, как в ближайшее время вдруг найдется газ у русских для Тирасполя. Так может произойти. Если они увидят, что люди находят выход, они сразу же прекратят энергетические забастовки.

Что касается газа, как мы говорили с Ильхамом Алиевым, у него сейчас очень большая добыча — около 40 миллиардов кубов. Он использует где-то 14-15 миллиардов, то есть у него большой экспорт из Азербайджана на сегодняшний день, возможность экспорта составляет 25 миллиардов кубов. Мы говорили с ним о том, чтобы он мог экспортировать свой газ. А российский газ не нужен.

Я сказал, что продления контракта на российский газ не будет. Мы юридически ничего не нарушаем, по морали мы абсолютно правы. Мы не даем зарабатывать русским, а помогаем азербайджанцам. У нас прекрасные отношения, и мы с удовольствием поможем Словакии и другим странам, если речь не идет о российском газе.

Вот что мы можем сделать достаточно быстро. Мы можем подписать контракты и быстро наладить все, когда услышим сигнал от людей в Тирасполе, Словакии и других частях Европы. Вот что можно сделать с энергетикой.

Война России против Украины, против Европы, против всего мира. Но, прежде всего, война идет на нашей земле. Исключить Украину невозможно с любой переговорной площадки. В противном случае эта площадка не будет иметь реальных результатов и останется лишь политической формальностью. Результаты, касающиеся безопасности и окончания войны, не будут связаны с такими переговорами.

Во-вторых, у меня были хорошие встречи с президентом Трампом, и я еще раз поддерживаю его стремление добиться успеха. Я уверен, что у него есть большие шансы, и будем верить, что ему удастся это сделать.

Это можно осуществить только с Украиной, иначе просто не получится, потому что Россия не хочет заканчивать войну, а Украина хочет. Это очень важный довод. Я понимаю, что контакты могут быть в разных форматах. Форматы зависят от того, каков будет план окончания войны. Я серьезно настроен на то, что все стороны — американская, европейская — хотят выйти из этой ситуации с успехом.

А успех для всех — это мир. Я думаю, что это очень важно. Форматы перед встречей должны быть прописаны на бумаге, чтобы мы могли добиться справедливого мира. Я считаю, что сегодня мы должны сфокусироваться именно на этом.

Что касается множества сигналов, которые поступают от русских относительно каких-то декретов, как они это называют, они все еще живут в 1917 году, с декретом о мире и другими. У нас был вопрос о том, можем ли мы разговаривать или нет. Я вам отвечаю: прежде всего, решение Совета национальной безопасности и обороны, почему я подписал этот указ. Путин начал очень быстро строить множество различных каналов вместе с сепаратистами и представителями других государств.

Что касается влияния на Украину, на нашу независимость и на меня напрямую, было много переговорных процессов и теневых политических коридоров. Я это быстро остановил. Я просто остановил сепаратизм в нашем государстве, запретив любым политическим деятелям на Украине проводить переговоры с российской стороной и сторонниками Путина на протяжении войны.

Это было, когда их войска находились здесь, в Киевском регионе, и они пытались давить через различные каналы. Депутатский корпус наших граждан, депутатский корпус Евросоюза, наши коллеги из Соединенных Штатов и так далее. Было много различных переговорных площадок. Я понял, что мы и наши органы не можем это контролировать. Поэтому я принял совершенно справедливое решение. Я президент Украины, я лидер переговоров, и всем остальным я запретил это делать.

Я понимаю, что Путину это не нравится, потому что у него было много каналов. Есть каналы, о которых все знают, потому что соответствующие люди были арестованы, а потом мы их обменяли на наших военных. Мы использовали и другие каналы, о которых я публично еще не готов говорить. Поэтому и решение было таким.

А какая будет площадка для переговоров? Украина, Америка. Я очень надеюсь, что это будет Украина, Америка, Европа и Россия. Да, я бы очень хотел, чтобы европейский голос тоже был. Для нас это важно, потому что мы будем членами Европейского Союза. Но я не могу сегодня четко сказать, какова будет структура переговорного процесса, потому что у нас еще нет общего плана. У нас есть наш план, и вы знаете, что мы многое сделали. Мы получили сильный документ, который полностью готов. Это формула мира, и все пункты прописаны. Это то, что для нас означает справедливый мир, и это выписано в соответствии с Уставом ООН и другими документами.

Это готовый документ, а также то, что усиливает Украину — это второй документ. Мы можем использовать эти документы для нашего совместного плана.

Что касается ограничения помощи, я сегодня еще не готов об этом говорить. Я знаю, что есть какие-то ограничения. Надо подробно смотреть. Ограничения на 90 дней касаются гуманитарных программ. Я знаю, что есть множество институтов во всем мире, которые поддерживались ранее правительством Соединенных Штатов Америки. Я этого не знаю, то есть я не вижу этих денег. Я могу сказать только, что Украина может недополучить помощь. Я сосредоточен на военной помощи, и она не остановлена. Слава Богу.

Спасибо, господин президент, за ваше теплое приглашение и радушный прием в Киеве. Наше обсуждение сегодня было продуктивным и сосредоточилось на критических вызовах, стоящих перед нашим регионом. Российское жестокое полномасштабное вторжение на Украину уже подходит к своему третьему году. Оно продолжает формировать наши общие приоритеты в области безопасности, устойчивости и пути к миру.

Украинская смелость обеспечивает мир в Молдове. Мы всегда будем благодарны украинскому народу. Ваша смелость и самопожертвование защитили Молдову от войны. Мы в долгу перед вами и никогда этого не забудем. Спасибо за вашу стойкость. Люди Молдовы были в солидарности с Украиной, открыв свои сердца и дома тем, кто бежал от войны.

Мы гордимся тем, что предложили убежище и поддержку нуждающимся украинцам. Сегодня я также вновь подтверждаю безусловную поддержку Молдовы украинской территориальной целостности и независимости в ее международно признанных границах. Мы согласились, что формула мира Украины является единственным возможным и эффективным механизмом достижения справедливого и длительного мира.

Я надеюсь, что 2025 год принесет мир, к которому мы все стремимся. Мир не только для украинцев, но и для всего региона и континента. Мир, справедливый и длительный, поддержанный надежными гарантиями безопасности для Украины. Такой длительный мир требует справедливости, устойчивости и крепких партнерств.

Он означает не только завершение этой войны, но и построение будущего, в котором агрессии нет места. Молдова и Украина разделяют это видение будущего, в котором демократия процветает, границы уважаются, и ни одна семья никогда больше не увидит ужасов войны. Но пока мы стремимся к миру, Россия продолжает свои просчитанные и жестокие атаки против гражданской инфраструктуры Украины.

Эти действия унесли много невинных жизней и нарушили международное право. Они также ставят под угрозу Молдову. Дроны пересекают наше воздушное пространство, а обломки приземляются на нашу землю. Мы решительно осуждаем эти атаки. Они показывают, почему Украина нуждается в более сильной обороне, а наш регион — в большей безопасности. Россия также эскалирует свои гибридные атаки.

Она целится против Молдовы в своих расчетливых усилиях дестабилизировать нашу страну. После беспрецедентных попыток повлиять на наши выборы и референдум, которые не смогли помешать нашему прогрессу, последние российские шаги были направлены на создание энергетического кризиса. Цены на энергоресурсы выросли на правом берегу Днестра.

Те, кто живет в Приднестровье, в Молдове, являются заложниками неконституционного режима, который поддерживается Россией на протяжении последних трех десятилетий. Они сейчас остались в темноте и холоде. Оплата рыночных цен на энергоресурсы и обычные товары не дает им возможностей и поддержки, которые они заслуживают.

Это просчитанная стратегия. Россия пытается создать социальный и экономический хаос, создать напряжение на обоих берегах Днестра и установить прокремлевское правительство в Кишиневе. Какова их конечная цель? Консолидировать военное присутствие незаконно размещенных в Приднестровье войск и использовать Молдову против Украины.

Президент Зеленский, уважаемые люди Украины, будьте уверены, Молдова защищается. Мы защищаем нашу демократию и удерживаем нашу страну крепкой. Молдова будет оставаться надежным партнером и решительным сторонником Украины. Безопасная Молдова, прочно укоренившаяся на пути в ЕС, необходима для региональной безопасности.

Украина готова предоставить уголь в Молдавию, в Приднестровье. Люди там нуждаются в помощи, потому что они уже страдают из-за отсутствия отопления и электричества.

Однако сейчас это зависит от режима Тирасполя — принять эту помощь и поддержку, чтобы люди получили отопление и электричество как можно быстрее. Мы очень благодарны за этот жест от украинских друзей, но нам нужно, чтобы уголь и газ действительно достигли региона Приднестровья.

Президент Зеленский и я обсудили меры, чтобы предотвратить этот энергетический кризис, чтобы он не стал кризисом безопасности. Молдова и Украина будут работать вместе и с Европейским Союзом, чтобы защитить людей на обоих берегах Днестра от российского шантажа. Мы также подтвердили нашу общую приверженность мирной реинтеграции Молдовы. Ключевой предпосылкой для этого является вывод российских войск, которые незаконно размещены на нашей земле, мирным путем.

Уважаемый господин президент, я уверен, что вместе мы построим будущее, которого заслуживают наши граждане. Молдова и Украина будут продолжать углублять экономические отношения, укреплять наши связи и обмениваться лучшими практиками на нашем пути к европейскому членству. Европейская интеграция является не только путем к процветанию и более сильной демократии, но также нашим вкладом в безопасность и прогресс всего региона.

Однако ЕС, Молдова вместе с Украиной продвигает реформы, усиливает институты и модернизирует экономику, чтобы соответствовать европейским стандартам. В то же время мы продолжаем инвестировать в транспортные связи и наши пункты пересечения границы, чтобы усилить пути солидарности.

Мы не можем дождаться того дня, когда эти пути будут работать в обратном направлении и помогут Украине восстановиться. Я уверена, что все эти усилия принесут безопасность, лучшую жизнь и помогут нам присоединиться к ЕС. Благодарю вас, президенты Зеленский, за наши обсуждения сегодня, которые еще больше укрепили нашу дружбу.

Молдова будет с Украиной так долго, как это потребуется, и я знаю, что Украина всегда будет с нами. Благодарю вас! Слава Украине!

Было много различных переговорных площадок. Я понял, что мы и наши органы не можем это контролировать. Поэтому я принял совершенно справедливое решение. Я президент Украины, я лидер переговоров, и всем остальным я запретил это делать.

Президент Трамп всегда ориентировался на экономику. Он, безусловно, не любит войны и предпочитает пошлины и налоги. Это его подход окажет влияние на его действия в мировом контексте. Я хочу подчеркнуть: пусть Господь бережет Украину такой, какой она будет, когда господин президент Трамп и господин президент Путин достигнут соглашения.

Я рад, что мои прогнозы часто сбываются, и повторю это еще раз: Украина в конечном итоге может потерять треть своей территории и оказаться под оккупацией иностранных войск. Если для Зеленского и его администрации это обернется потерей 10 000 или даже 100 000 жизней за 4 года войны, то это вопрос, на который гражданам Украины придется ответить в ближайшем будущем.

Президент Трамп, безусловно, также выходит на европейскую арену и будет оказывать значительное влияние на многие процессы. Я недавно выступил с инициативой внести в конституцию положение, которое признает только два пола: мужской и женский. Вскоре после этого президент Трамп сделал то же самое. Это возвращение к здравому смыслу. У нас не может быть мужчин, женщин и людей, которые считают себя вертолетами, собаками или кошками.

У нас есть только мужчина и женщина. Поэтому я приветствую прагматичную и рациональную политику президента Трампа, включая его решительные шаги против нелегальной миграции. Именно здесь Европейский Союз должен принять меры. Если мы хотим остановить нелегальную миграцию, иногда нам приходится принимать решения, которые находятся на грани.

Словацкая Республика должна активно отстаивать свои национальные интересы. Мы должны проявлять мужество и открытость в ведении переговоров со всеми странами мира, как это делал я. Я заинтересован в установлении нормальных и взаимовыгодных отношений с Россией, Китаем и другими государствами. Особенно меня интересуют качественные отношения с новой администрацией президента США, включая Трампа.

Однако мне было бы странно пытаться интерпретировать, что именно имеет в виду американский президент, когда говорит о Канаде или Гренландии. Если его действия соответствуют международному праву, то это так и есть. Если же прогресса нет, у нас всегда хватало смелости об этом заявить.

Мы знаем, что Крым был аннексирован, и мы открыто заявили, что это нарушение международного права. Применение военной силы на Украине также является нарушением международного права, хотя мы понимаем причины, по которым это произошло. Мы также помним о нарушениях международного права в Ираке, где пострадало огромное количество мирных жителей, и о бомбардировке Белграда.

У нас нет больших армий, нет военно-воздушных сил, нет авианосцев, но мы можем заявить, что это нарушение международного права. Поэтому, если американский президент предпримет какие-либо действия, которые мы в Словакии сочтем нарушением международного права, мы открыто об этом скажем. Это все, что мы можем сделать в данной ситуации.