У нас больше нефти и газа, чем у любой другой страны, и у нас будет еще больше. Что касается ANWR (Национального заповедника дикой природы Арктического национального заповедника), он может быть таким же большим или даже больше, чем Саудовская Аравия. У нас больше ресурсов, чем у любой другой страны, и это значительный актив, потому что у Китая этого нет. Им придется пойти старым добрым путем и купить это у нас. Мы снова станем богатой страной, и энергетика будет нашим ведущим сектором.

Однако есть и другие аспекты, такие как тарифы. Мы были самыми богатыми в 1890-х годах. Кстати, мы собираемся вернуть название горе Мак-Кинли, потому что он был великим президентом, сенатором из Огайо и успешным бизнесменом, который твердо верил в тарифы. Он баллотировался в Сенат и на пост президента, победив на обоих выборах. К сожалению, его убили во время второго срока, но он сделал страну очень богатой. Затем пришел Тедди Рузвельт. Я не критикую его, но он потратил деньги, заработанные в годы правления Мак-Кинли, на множество великих дел, таких как строительство Панамского канала — самого дорогого проекта, который мы когда-либо осуществляли.

К сожалению, Джимми Картер отдал Панамский канал за 1 доллар. Это была ошибка, и теперь Китай управляет им. Это не должно было произойти. Мы могли бы снабжать весь мир энергией. У нас есть ресурсы, которые позволят нам это сделать. Мы могли бы обеспечивать мир лучшей энергией на протяжении сотен лет, потому что природный газ чистый и мощный. Вам нужна стабильная энергия, а не ветер, который дует и не дует, и эти ветряные установки стоят целое состояние. Они производятся в Китае, убивают птиц и неэффективны. Мы не хотим ветряных мельниц в нашей стране.

Я собираюсь это изменить — мы наводим порядок. Нам не нужны ветряные мельницы. Если у вас есть дом и вы мечтаете о ветряной мельнице, ваш дом стоит вдвое меньше. Это катастрофа. И они никому не нужны, это самая дорогая энергия из всех. Людям также не нравятся огромные солнечные поля, которые занимают площадь 10 на 10 миль. Это просто абсурд.

Кстати, вы знаете, откуда берутся солнечные панели? 100% из них производятся в Китае. У меня был телефонный разговор с президентом Си. Он прошел хорошо, это был дружеский разговор. У меня были отличные отношения с ним до COVID. Я думаю, что это был очень хороший разговор. У нас были хорошие отношения, и я также имел хорошие отношения с Путиным.

Что касается Ирана, это совсем другая история. Я буду честен с вами: Иран — это опасная теократия. Это может стать большой проблемой, как и ситуация с Ким Чен Ыном из Северной Кореи.

Я мог бы решить эту проблему, потому что у нас есть то, что им нужно. Мы обладаем огромными ресурсами. Не забывайте, что в прошлом году мы потеряли Китаю один триллион долларов из-за их неразумной торговой политики. Теперь я ввел пошлины на Китай, и мы получили сотни миллиардов долларов. Байден не смог их отменить, потому что это были такие большие деньги, что он не мог сделать это с точки зрения бюджета.

Он хотел положить этому конец, но не смог. У нас есть одна очень большая власть над Китаем — это тарифы. Они не хотят их, и я бы предпочел не использовать их, но это огромная власть. Китай получает много своих денег от Соединенных Штатов и использует их для строительства армии.

Разве это не безумие? Почему у них есть гиперзвуковые технологии, а у России тоже? А у нас нет. Во время администрации Обамы они украли проект у нас. Какой-то плохой человек передал им проект. Теперь я санкционировал строительство гиперзвуковых технологий, и мы разрабатываем супергиперзвуковые ракеты, которые даже лучше. Мы запустим их довольно скоро.

Россия уже построила свои гиперзвуковые ракеты, которые они украли во время администрации Обамы. Обамы, не Байдена. Они, вероятно, много украли у Байдена, и мы услышим об этом тоже. Но они украли гиперзвуковые технологии и создали гиперзвуковые ракеты. Сейчас беспилотники становятся важнее, чем самолеты. Вы нажимаете кнопку, и это работает. Я говорил с экспертом, который действительно может это реализовать. Я обсуждал определенный тип истребителя, который мне нравится. Он сказал, что, если пилот, управляющий им, вам не нравится, это не страшно, потому что шансы на его возвращение очень малы.

Война на Украине должна прекратиться немедленно. Она никогда не должна была начинаться. Это не произошло бы, если бы я был на посту. Я говорил об этом с Путиным. Украина была его зеницей ока, но не было никаких шансов, что он когда-либо это сделает. И он этого не сделал. Четыре года он этого не делал. Но скажу вам, это должно прекратиться. Если вы посмотрите на человеческие жизни, мне все равно, Россия, Украина или США — это люди, которых убивают на поле боя миллионами.

Они уже погибли в городах. Города выглядят как места разрушения. Много людей погибло. В войне на Украине погибло гораздо больше людей, чем вы думаете. Это война, которая никогда не должна была начинаться. Байден совершил ужасную ошибку, позволив этой войне начаться. Она никогда не должна была начинаться. Если бы он снизил цены на энергию, война бы не началась, потому что у Путина не было бы денег. Путин зарабатывает все свои деньги на энергии, а Байден позволил ценам подняться до рекорда, и у Путина было так много денег, что он смог это сделать. Но это только одна из причин. То, что было сказано в то время, было настолько плохим, что я сказал, он заставит этого парня сделать это.

И они это сделали. «Незначительное вторжение»? Когда он это сказал? Он использовал слово «незначительное вторжение». Это было неуместно. Но он сказал и другие вещи. Путин тоже не должен был этого делать. Я не обвиняю только Путина, он не должен был этого делать. Это должно прекратиться. Вы знаете, что они потеряли около 850 000 российских солдат и 700 000 украинских солдат прямо сейчас?

И Украина опустошена. Я надеюсь на переговоры. Я сегодня высказал правду, которая действительно сильна, и я имею это в виду. Если они не сделают это, я введу огромные пошлины для России, большие налоги и серьезные санкции. Я не хочу этого делать. Знаете, я люблю русский народ. Они замечательные люди. Я не хочу этого делать.

Но мы должны закончить эту войну. Если они не придут к соглашению быстро — а Зеленский, я скажу это, он хочет урегулирования сейчас. Он уже сыт по горло. Он не должен был позволять этому случиться. Конечно, он не ангел, он не должен был позволять этой войне случиться. Но, прежде всего, он борется с гораздо более мощным противником.

Они были храбрыми, но мы дали им миллиарды долларов. Соединенные Штаты потратили на 200 миллиардов долларов больше, чем Европа. Почему мы потратили больше? Потому что Байден никогда не просил Европу тратить больше. Зеленский сражается с гораздо более мощным противником. Он не должен был этого делать, потому что мы могли бы заключить сделку. Это была бы сделка, которая была бы выгодна всем. Я мог бы заключить эту сделку так легко. И Зеленский решил, что хочет сражаться. У России 30 000 танков. У Зеленского их практически нет.

Теперь мы начали поставлять оборудование, и у них хватило смелости использовать его, но в конечном итоге это война, которую нужно уладить. Поле боя интересное, потому что оно очень ровное. Это отличная сельскохозяйственная земля. Очень ровное. Нет никакой защиты. Единственное, что может остановить пулю, — это человеческое тело, и они теряют миллионы людей.

Молодые, красивые люди гибнут на поле боя, и это необходимо прекратить. Зеленский впервые заявил, что он открыт для урегулирования путем переговоров. Ему давно следовало это сказать.