Главное в ООН – её Устав. Если Вы сейчас слушаете, что говорит Запад насчёт украинского кризиса, то у них во всех документах есть призыв соблюдать международное право, Устав ООН и уважать территориальную целостность Украины.

Устав не только про территориальную целостность. В этом документе гораздо раньше, чем упомянута территориальная целостность, говорится о праве наций на самоопределение. Этот принцип был правовой основой процесса деколонизации.

В 1970 году Генеральная Ассамблея специально занималась соотношением между принципом суверенитета, территориальной целостностью и правом нации на самоопределение.

Была принята Декларация о принципах отношений между государствами на основе Устава ООН. Там записано, что все обязаны уважать и соблюдать территориальную целостность государств, чьи правительства уважают принцип самоопределения народов и в силу этого представляют всё население, проживающее на данной территории.

Кто будет спорить с тем, что после путча в феврале 2014 года пришедшие к власти ультрарадикалы, первым делом провозгласившие намерение лишить русский язык официального статуса на Украине, представляли кого-то в Крыму или Донбассе? Никого. Поэтому рассуждения о том, что Устав ООН – это «про территориальную целостность» – неправда.

Там ещё раньше в самой первой статье написано, что все обязаны уважать права человека независимо от расы, пола, языка и религии. Как насчёт языка и религии на Украине? Вы всё прекрасно понимаете.

Говорил об этом на заседании Генеральной Ассамблеи ООН, в моих выступлениях перед западными СМИ. Не хочется употреблять жаргон, но у нас есть такое выражение «как об стенку горох». Никто никак не реагирует.

Так же, как и на элементарную просьбу, которую повторяю с самого начала специальной военной операции. После провокации в Буче был поднят жуткий шум, были введены новые санкции против России, которую тут же обвинили в убийстве невинных людей.

Это тоже было одной из причин, по которой Запад отговорил Украину подписывать Стамбульские договорённости. Этот «шум» продолжался несколько дней.

Мы стали спрашивать, можно ли получить список жертв, имена людей, чьи тела они показали, когда туда неожиданно приехали журналисты «Би-Би-Си». Тишина.

И в прошлом, и этом году на заседании Совета Безопасности ООН я публично обратился, глядя на Генерального секретаря ООН, к нему с просьбой, чтобы ООН помогла обеспечить транспарентность в этой использованной для затягивания войны трагедии.

Это не просто праздное любопытство. Глядя ему в глаза – и без реакции. Потом мы с Генеральным секретарём ещё проводили отдельные встречи. Спросил у него прямо: в чём проблема, почему он не может запросить украинскую сторону, чтобы они, так шумевшие по поводу этого «преступления» российской армии, передали список погибших.

Он, смутившись, сказал, что вроде бы Управление Верховного комиссара ООН по правам человека запрашивало такой список, и ничего им никто не ответил.

Так же никто никогда не узнает, какой диагноз немцы поставили Навальному, когда он отправился туда на лечение. Нам не дали результатов обследования.

Поэтому никто не знает, с каким состоянием здоровья он вернулся. Так же никто нам не предоставляет никаких фактов про Скрипалей.

Информационный «взрыв», пропагандистскую «пенку» сняли, ввели какие-то новые санкции, и – всё. Тут же «в кусты». Никто не хочет ничего больше делать.

Понимаем, с кем нам приходится взаимодействовать, какие у них манеры. Будем исходить из этого.

Владимир Путин не раз говорил, что за последние пару десятилетий у нас не было недостатка доброй воли для налаживания равноправного, честного сотрудничества с Североатлантическим альянсом.

Вслед за устными обещаниями они подписывали «бумаги», что НАТО не будет расширяться. Были приняты документы в ОБСЕ о том, что никто не будет укреплять свою безопасность за счет безопасности других, что ни одна организация в Европе не будет претендовать на доминирование.

Североатлантический альянс ровно этим занимался, несмотря на все эти «красивые слова». Потом было еще несколько случаев.

В 2008 году мы предлагали Договор о европейской безопасности. В декабре 2021 года предлагали договор, который мог бы устранить причины, сделавшие наши шаги неизбежными, безальтернативными по защите людей в Донбассе, в Новороссии.

Они жили на этих землях, осваивавшихся и создававшихся их предками столетиями, строили города, дороги, заводы, порты, заложили Одессу.

Сейчас говорят, что Украину надо вернуть в границы 1991 года, а Россия должна «уйти». Мы говорим не про территории, а они говорят про них.

Они что-то придумали, выяснили где-то, исследовали, что на Украине природных ископаемых на 10-12 триллионов долларов, поэтому, мол, это все надо забрать. Мы не про территории, а про людей.

«Этим» же на людей наплевать. Как можно говорить, даже думать про границы 1991 года, если всех людей, которые живут в Крыму, Новороссии, Донбассе, Зеленский объявил «особями».

Бывший при Порошенко премьер-министром Украины Яценюк называл их «нелюди». А Зеленский сказал, что, если кто-то, живя на Украине, ощущает себя причастным к русской культуре, пусть проваливает в Россию.

Это все было сказано до специальной военной операции, когда уже складывались обстоятельства для решения проблем Донбасса военным путем. Украину «накачивали» оружием и натравливали на Донбасс.

Поэтому они про территорию, про залежи чего-то, что им нужно в Америке. Потому что в Африке скоро всё выкачают. А мы – про людей.

Об этом нельзя забывать. Именно поэтому специальная военная операция не может завершиться иначе, как победой. Это в интересах людей. Мы все это делаем в интересах наших братьев и сестер.