Мои коллеги-лидеры, сегодня мне в четвертый раз выпала большая честь выступить перед этой ассамблеей в качестве президента Соединенных Штатов.

Это будет мой последний раз. Я стал свидетелем замечательного поворота истории. Впервые я был избран на пост сенатора Соединенных Штатов Америки в 1972 году.

Я знаю, что сейчас выгляжу на 40. Я знаю это. Но тогда мне было 29 лет. Тогда мы переживали переломный момент, момент напряжения и неопределенности.

Мир был разделен холодной войной. Ближний Восток шел к войне. Америка воевала во Вьетнаме, и на тот момент это была самая длинная война в истории Америки.

Наша страна была разделена и рассержена, и были вопросы о нашей выносливости и нашем будущем.

Но даже тогда я вошел в общественную жизнь не из отчаяния, а из оптимизма. Соединенные Штаты и весь мир пережили этот момент.

Это было нелегко и у нас было много неудач, но мы продолжали сокращать угрозу ядерного оружия посредством контроля над вооружениями, а затем продолжали завершать саму Холодную войну.

Израиль и Египет воевали, но затем заключили исторический мир. Мы закончили войну во Вьетнаме.

В прошлом году в Ханое я встречался с вьетнамским руководством. Мы подняли наше партнерство на самый высокий уровень.

Это свидетельство стойкости человеческого духа и способности к примирению.

Что сегодня Соединенные Штаты и Вьетнам являются партнерами и друзьями.

И это доказательство того, что даже после ужасов войны есть путь вперед. Все может стать лучше. Мы никогда не должны забывать об этом. Я видел это на протяжении всей своей карьеры.

В 1980-х я выступал против апартеида в Южной Африке. Затем я наблюдал падение расистского режима. В 1990-х я работал над тем, чтобы привлечь Милошевича к ответственности за военные преступления.

Он был привлечен к ответственности. Я написал и принял Закон о насилии, чтобы положить конец насилию в отношении женщин и девочек не только в Америке, но и во всем мире.

Но нам еще многое предстоит сделать, особенно против изнасилований и сексуального насилия как оружия войны и террора. 11 сентября на нас напали «Аль-Каида» и Усама бен Ладен. Мы вость.

Затем я пришел на пост президента в другой момент кризиса и неопределенности. Я считал, что Америка должна смотреть вперед.

Перед нами были новые вызовы, новые угрозы, новые возможности. Нам нужно поставить себя в положение, чтобы видеть угрозы, справляться с вызовами и также использовать возможности.

Нам нужно положить конец эпохе войны, которая началась 11 сентября, когда я был вице-президентом президента Обамы.

Он попросил меня работать над сворачиванием военных операций в Ираке, и мы это сделали, как бы болезненно это ни было.

Когда я вступил в должность президента, Афганистан заменил Вьетнам в качестве самой продолжительной войны Америки.

Я был полон решимости положить этому конец. И я это сделал. Это было трудное решение, но правильное.

Четыре американских президента сталкивались с таким решением, но я был полон решимости не оставлять его на усмотрение пятого.

Это было решение, сопровождавшееся трагедией. Тринадцать храбрых американцев погибли, вместе с сотнями афганцев в результате взрыва бомбы смертника.

Я думаю об этих потерянных жизнях, я думаю о них каждый день. Я думаю обо всех 2461 погибших американских военных за долгие 20 лет этой войны.

20 744 американских военнослужащих, раненых в бою. Я думаю об их службе, их жертвах и их героизме.

Я знаю, что другие страны потеряли своих мужчин и женщин, сражавшихся вместе с нами. Мы также чтим их жертвы.

Чтобы встретить будущее, я также был полон решимости восстановить союзы и партнерства моей страны до уровня, который ранее не был виден.

Мы сделали это. Мы сделали именно это, от традиционных договорных союзов до новых партнерств.

Я знаю, что многие смотрят на мир сегодня и видят трудности и реагируют с отчаянием, но я нет. Я не буду.

Как лидеры, мы не можем позволить себе такую роскошь. Я осознаю проблемы от Украины до Газы, Судана и далее.

Война, голод, терроризм, жестокость, рекордное перемещение людей, климатический кризис, демократия под угрозой.

Но из-за всего, что я видел, и всего, что мы сделали вместе за эти десятилетия, у меня есть надежда. Я знаю, что есть путь вперед.

Лидеры и люди из всех регионов и по всему политическому спектру объединились, перевернули страницу.

Мы перевернули страницу худшей пандемии за столетие. Мы добились того, что COVID больше не контролирует наши жизни.

Мы защитили Устав ООН и обеспечили выживание Украины как свободной нации.

Моя страна сделала самые крупные инвестиции в климат, чистую энергию, чем кто-либо и когда-либо в истории.

Всегда найдутся силы, которые разделят наши страны и мир. Агрессия, экстремизм, хаос и цинизм. Желание отгородиться от мира и идти в одиночку.

Наша задача, наше испытание — убедиться, что силы, которые нас держат вместе, сильнее тех, которые нас разъединяют.

Что принципы партнерства, которые мы приезжали сюда отстаивать каждый год, выдержат те испытания, которые снова ставит перед нами центр, мои коллеги-лидеры.

Я искренне верю, что мы находимся на очередном переломном этапе мировой истории, когда выбор, который мы делаем сегодня, определит наше будущее на десятилетия вперед.

Будем ли мы отстаивать принципы, которые нас объединяют? Будем ли мы твердо противостоять агрессии? Прекратим ли мы конфликты, которые бушуют сегодня?

Справимся ли мы с такими глобальными проблемами, как изменение климата, голод и болезни?

Будем ли мы планировать возможности и риски революционных новых технологий?

Я хочу сегодня поговорить о каждом из этих решений и о действиях, которые, по моему мнению, мы должны предпринять.

Для начала, каждый из нас в этом органе взял на себя обязательство соблюдать принципы Устава ООН, чтобы противостоять агрессии.

Когда Россия вторглась в Украину, мы могли бы стоять в стороне и просто протестовать, но вице-президент Харрис и я понимали, что это было нападение на все, за что этот институт должен был выступать.

И поэтому, по моему указанию, Америка вмешалась, предоставив масштабную безопасность, экономическую и гуманитарную помощь. Наши союзники по НАТО и партнеры в более чем 50 странах также встали на защиту.

Но самое главное, что украинский народ встал. Я прошу людей в этом зале встать на их сторону.

Хорошая новость в том, что война Путина провалилась в своей основной цели. Он намеревался уничтожить Украину, но Украина все еще свободна.

Он намеревался ослабить НАТО, но НАТО больше, сильнее и сплоченнее, чем когда-либо прежде с двумя новыми членами, Финляндией и Швецией, но мы не можем сдаться.

Теперь миру предстоит сделать еще один выбор. Останемся ли мы в поддержке, чтобы помочь Украине выиграть эту войну и сохранить ее свободу, или уйдем и позволим агрессии возобновиться, а нации быть уничтоженной? Я знаю свой ответ.

Мы не можем устать, мы не можем отвернуться, и мы не ослабим нашу поддержку. Украины, пока Украина не добьется справедливого и прочного мира с Уставом ООН.

Мы также должны отстаивать наши принципы, поскольку мы стремимся ответственно управлять конкуренцией с Китаем, чтобы она не переросла в конфликт.

Мы готовы сотрудничать по неотложным проблемам на благо нашего народа и людей во всем мире.

Недавно мы возобновили сотрудничество с Китаем, чтобы остановить поток смертоносных синтетических наркотиков. Я ценю это сотрудничество. Оно важно для народа моей страны и многих других по всему миру.

Что касается убеждений, Соединенные Штаты не смущаются в своем отпоре несправедливой экономической конкуренции, военному принуждению других стран и в Южно-Китайском море.

А также в поддержании мира и стабильности в Тайваньском проливе и защите наших самых передовых технологий, чтобы они не могли быть использованы против нас или любого из наших партнеров.

В то же время мы продолжим укреплять нашу сеть альянсов и партнерств в Индо-Тихоокеанском регионе.

Эти партнерства не направлены против какой-либо страны. Они строят блоки для свободного, открытого, безопасного и мирного Индо-Тихоокеанского региона.

Мы также работаем над тем, чтобы принести большую меру мира и стабильности на Ближний Восток. Мир не должен вздрагивать от ужасов 7 октября.

Любая страна имела бы право и обязанность гарантировать, что такое нападение никогда не повторится.

Тысячи вооруженных террористов ХАМАС вторглись в суверенное государство, убив и расправившись более чем с 1200 людьми, включая 46 американцев, в их домах и на музыкальном фестивале.

Подлые акты сексуального насилия. 250 невинных людей взяты в заложники. Я встречался с семьями этих заложников. Я скорбел вместе с ними. Они проходят через ад.

Невинные граждане в Газе также проходят через ад. Тысячи и тысячи убитых, включая гуманитарных работников.

Слишком много семей были перемещены, толпились в палатках, столкнувшись с ужасной гуманитарной ситуацией. Они не просили этой войны, которую начал ХАМАС.

Я выдвинул Катару и Египту соглашение о прекращении огня и освобождении заложников. Оно было одобрено Советом Безопасности ООН.

Сейчас настало время сторонам окончательно согласовать условия соглашения, вернуть заложников домой и обеспечить безопасность Израиля и Газы, свободных от власти ХАМАС.

Облегчить страдания в Газе и положить конец этой войне 7 октября. С 7 октября мы также были полны решимости не допустить более масштабной войны, которая охватит весь регион.

Хезболла, без всякой причины, во время атаки 7 октября, запускает ракеты по Израилю.

Почти год спустя, слишком много людей по обе стороны израильско-ливанской границы или остаются перемещенными. Полномасштабная война не в чьих-либо интересах.

Даже несмотря на то, что ситуация обострилась, дипломатическое решение все еще возможно.

Фактически, это остается единственным путем к прочной безопасности, позволяющим жителям обеих стран безопасно вернуться в свои дома и на границу.

И это то, над чем мы работаем неустанно. Когда мы смотрим вперед, мы должны также заняться ростом насилия против невинных палестинцев на Западном берегу и создать условия для лучшего будущего, включая решение о двух государствах.

Где Израиль пользуется безопасностью и миром, полным признанием и нормализацией отношений со всеми своими соседями, где палестинцы живут в безопасности, достоинстве и самоопределении в своем собственном государстве.

Прогресс в направлении мира поставит нас в более сильную позицию для борьбы с постоянной угрозой, исходящей от Ирана.

Вместе мы должны лишить кислорода его террористических приспешников, которые призвали к большему 7 октября, и гарантировать, что Иран никогда, никогда не получит ядерное оружие.

Газа — не единственный конфликт, который заслуживает нашего возмущения. В Судане кровавая гражданская война развязала один из худших гуманитарных кризисов в мире.

Восемь миллионов на грани голода. Сотни тысяч уже там. Зверства для этого в другом месте. Соединенные Штаты были лидерами мира по предоставлению гуманитарной помощи Судану.

И с нашими партнерами мы вели дипломатические переговоры, чтобы попытаться заставить пушки замолчать и предотвратить более масштабный голод. Мир должен прекратить вооружать генералов.

Говорите в один голос и скажите им, прекратите разрывать свою страну на части. Прекратите блокировать помощь суданскому народу.

Прекратите эту войну сейчас. Но людям нужно больше, чем отсутствие войны. Им нужен шанс, шанс жить достойно. Их нужно защитить от разрушительного воздействия изменения климата, голода и болезней.

Наша администрация инвестировала более 150 миллиардов долларов в достижение прогресса и других целей устойчивого развития.

Это включает 20 миллиардов на продовольственную безопасность, более 50 миллиардов на глобальное здравоохранение. Мы мобилизовали еще миллиарды в виде инвестиций частного сектора.

Мы предприняли самые амбициозные действия по борьбе с изменением климата в истории. Мы перешли к присоединению к Парижскому соглашению в первый же день.

И сегодня моя страна наконец-то на пути к сокращению выбросов вдвое к 2030 году, на пути к выполнению моего обещания увеличить в четыре раза финансирование борьбы с изменением климата для развивающихся стран, составив $11 млрд в этом году.

Мы вступили во Всемирную организацию здравоохранения, пожертвовали 700 миллионов доз вакцины от COVID 117 странам.

Теперь мы должны действовать быстро, чтобы противостоять вспышке MPOX в Африке. Мы готовы выделить 500 миллионов долларов, чтобы помочь африканским странам предотвратить и отреагировать на MPOX, и пожертвовать 1 миллион доз вакцины прямо сейчас.

Мы призываем наших партнеров выполнить наше обещание и сделать это обязательством на миллиард долларов для населения Африки.

Помимо основных потребностей в еде и здравоохранении, Соединенные Штаты, G7 и наши партнеры приступили к амбициозной инициативе по мобилизации и предоставлению значительного финансирования развивающемуся миру.

Мы работаем над тем, чтобы помочь странам построить свою инфраструктуру, перейти к чистой энергии, к цифровой трансформации, заложить новые экономические основы для процветающего будущего.

Это называется Партнерство по глобальной инфраструктуре и инвестициям. Мы уже начали видеть плоды этого в Южной Африке, Юго-Восточной Азии и в Америке.

Мы должны продолжать это. Я хочу, чтобы все было сделано вместе. Для этого мы должны построить более сильную, более эффективную и более инклюзивную Организацию Объединенных Наций.

ООН должна адаптироваться и привнести новые голоса и новые перспективы.

Вот почему мы поддерживаем реформирование и расширение членства в Совете Безопасности ООН.

Пришло время двигаться вперед. Совет Безопасности, как и сама ООН, должен вернуться к работе по установлению мира, посредничеству в сделках, чтобы положить конец войнам и страданиям.

И остановить распространение самого опасного оружия, стабилизировать неспокойные регионы в Восточной Африке, от Восточной Африки до Гаити, до миссии под руководством Кении, которая работает вместе с гаитянским народом, чтобы переломить ситуацию.

Мы также несем ответственность за подготовку наших граждан к будущему. Я утверждаю, что мы увидим больше технологических изменений в течение следующих десяти лет, чем за последние 50 лет.

Искусственный интеллект изменит наш образ жизни, наши способы работы и наши способы ведения войны.

Он может способствовать научному прогрессу с невиданной ранее скоростью, и многое из этого может сделать нашу жизнь лучше.

Но ИИ также несет с собой серьезные риски, от глубоких фейков до дезинформации, от новых патогенов до биологического оружия.

Мы работали дома и за рубежом, чтобы определить новые нормы и стандарты.

В этом году мы добились первой в истории резолюции Генеральной Ассамблеи по ИИ, чтобы начать разработку глобальных правил в этой сфере.

Мы также объявили о декларации об ответственном использовании ИИ, к которой присоединились 60 стран в этой палате.

Но давайте будем честны, это лишь вершина айсберга, то, что нам нужно сделать, чтобы управлять этой новой технологией.

Нет ничего определенного в том, как будет развиваться ИИ или как он будет внедряться. Никто не знает всех ответов.

Мои коллеги-лидеры, я со смирением предлагаю два вопроса. Во-первых, как мы, как международное сообщество, управляем ИИ?

Поскольку страны и компании мчатся к неопределенным границам, нам нужны столь же срочные усилия для обеспечения безопасности, защищенности и надежности ИИ.

По мере того, как ИИ становится все более мощным, он также должен расти — также должен становиться более отзывчивым к нашим коллективным потребностям и ценностям.

Выгоды всех должны распределяться справедливо. Его следует использовать для сужения, а не углубления цифрового разрыва.

Во-вторых, когда мы гарантируем, что ИИ поддерживает, а не подрывает основные принципы, согласно которым человеческая жизнь имеет ценность и все люди заслуживают достоинства, мы должны быть уверены, что потрясающие возможности ИИ будут использоваться для возвышения и расширения прав и возможностей обычных людей.

А для того, чтобы наложить на диктаторов более мощные оковы на человека и человеческий дух. В предстоящие годы, возможно, не будет большего испытания для нашего лидерства, чем то, как мы справляемся с ИИ.

Позвольте мне закончить. Даже когда мы переживаем столько перемен, одно должно оставаться неизменным.

Мы никогда не должны забывать, кого мы здесь представляем, нас, народ. Это первые слова нашей Конституции, сама идея Америки.

И они вдохновили вступительные слова Устава ООН. Я сделал сохранение демократии главной целью своего президентства.

Этим летом мне пришлось решать, баллотироваться ли на второй срок в качестве президента. Это было трудное решение. Быть президентом было честью всей моей жизни.

Я хочу сделать еще так много. Насколько бы я ни любил свою работу, еще больше я люблю свою страну.

Я решил, что после 50 лет государственной службы пришло время новому поколению лидеров, которые поведут мою страну вперед.

Мои коллеги-лидеры, давайте никогда не забывать, что есть вещи важнее, чем оставаться у власти. Это ваши люди.

Ваши люди важнее всего. Никогда не забывайте, мы здесь, чтобы служить людям, а не наоборот, потому что будущее будет за теми, кто раскроет весь потенциал своего народа, чтобы дышать свободно, думать свободно, вводить новшества, обучать, жить и любить открыто без страха.

Это душа демократии. Она не принадлежит какой-то одной стране. Я видел это по всему миру.

Берлинская стена, борись сегодня за свободу, справедливость и достоинство. Мы видели это, всеобщее стремление к правам и свободе в Венесуэле, где миллионы людей отдали свои голоса за перемены, которые не были признаны, но которые нельзя отрицать.

Мир знает правду. Мы видели это в Уганде, активисты ЛГБТ требовали безопасности и признания их общей человечности.

Мы видели, как граждане по всему миру мирно выбирали свое будущее, от Ганы до Индии и Южной Кореи, страны, представляющие четверть человечества, которые проведут выборы только в этом году.

Удивительно, что сила людей делает меня более оптимистичным в отношении будущего, чем когда-либо.

С тех пор, как я впервые был избран в Сенат Соединенных Штатов в 1972 году, каждый возраст сталкивается со своими проблемами.

Я видел это в молодости, я вижу это сегодня, но мы сильнее, чем думаем. Мы сильнее вместе, чем поодиночке, и то, что люди называют невозможным, — всего лишь иллюзия.

Мои коллеги-лидеры, нет ничего, что было бы за пределами наших возможностей. Если мы работаем вместе, давайте работать вместе. Да благословит вас всех Бог, и да защитит Бог всех тех, кто ищет мира. Спасибо.

ДСНВ очень важен, с ним оба государства находятся в большей безопасности. Он сделал мир безопаснее, вот почему Соединенные Штаты хотели бы остаться в нем.

Я хочу обратить внимание на ряд принципиально важных для понимания происходящего процедурных моментов.

Как известно, изначально в программе работы словенского председательства на сентябрь никаких «брифингов высокого уровня по Украине» не было

В ней фигурировало лишь одно заседание в ходе недели высокого уровня, предложенное председательством, по, в общем, объединительной теме «Лидерство во имя мира».

Это мог бы получиться интересный разговор в развитие вопроса о повышении эффективности многостороннего сотрудничества, который мы подняли в ходе своего председательства в Совете Безопасности в июле.

Мог бы, но, очевидно, уже не получится, т.к. западные страны не могли удержаться от того, чтобы отравить атмосферу, в очередной раз пытаясь «заполнить эфир» набившим оскомину всему остальному миру украинским сюжетом.

Единственное, для чего они созвали это заседание, – чтобы предоставить Зеленскому еще одну концертную площадку в ООН, на этот раз в этом зале.

А «на подпевке» у него сегодня собралась целая группа членов ЕС и НАТО, которые дисциплинированно выстраиваются в ряд каждый раз, когда им велят прийти в СБ охаивать Россию.

Это могло бы быть даже в чем-то забавной иллюстрацией того, насколько эти страны зависимы в своих внешнеполитических установках от «старших» братьев по натовскому лагерю.

Если бы не являлось одновременно очередным печальным примером того, как коллективный Запад в угоду своим геополитическим интересам наносит новые и новые удары по авторитету СБ ООН.

Вот и сегодня словенское председательство намерено допустить на заседание целых одиннадцать делегаций по правилам 37 и 39 временных правил процедуры СБ ООН.

При том, что его формат не открытые дебаты, а брифинг, который в соответствии со сложившейся практикой не предполагает такого количества участников из числа нечленов СБ.

Какими критериями руководствовалось председательство, собирая эту «группу поддержки»?

Мы понимаем, Украина, ЕС, страны, граничащие с Украиной, но при чем тут, скажем, Литва, Германия, Дания, Италия? Какое прямое отношение они имеют к происходящему?

Для них это просто возможность попасть в телевизионную картинку и поупражняться в антироссийской риторике. Словенскому председательству это прекрасно известно.

Оно с самого начала своей «вахты» в Совете декларировало приверженность повышению эффективности его работы, обещало строго блюсти устоявшуюся в этом органе практику.

Однако все эти обещания оказались пустыми, и Словения попросту прогнулась под давлением старших товарищей из Брюсселя и других европейских столиц.

Сожалеем, что так произошло. В итоге Совет будет вынужден слушать «под копирку» написанные в Брюсселе тезисы членов ЕС и НАТО, которые ровным счетом никакой «добавленной стоимости» в дискуссию не вносят.

Хочу сразу предупредить, что мы тратить время на выслушивание этих «клонированных» выступлений не намерены.

Сегодня на наших глазах происходит абсолютно ужасная, бесчеловечная военная кампания.

Генеральный секретарь ООН в начале сентября описал ее так: «За весь свой мандат в качестве Генерального секретаря я никогда не сталкивался с таким уровнем страданий, количеством жертв и разрушений, которые произошли за последние месяцы».

Этот конфликт уже унес жизни почти 42 тыс. человек, включая 300 с лишним гуманитарных работников. Территория, на которой проживают 2 млн человек, превращена в руины и стала непригодной для жизни на долгие годы, а возможно, и десятилетия.

Гутерреш ранее называл эту зону «детским кладбищем», столько там погибло женщин и детей.

И, несмотря на все это, СБ ООН вот уже почти год не может добиться там прекращения огня, о котором просят все без исключения гуманитарные работники, из-за позиции одного постоянного члена СБ ООН, который ради этого применял право вето пять раз.

Думаю, всем понятно, что мы говорим не об Украине, а о кризисе в Газе. Чтобы разница между ними была еще более наглядной, достаточно вспомнить, что год назад после начала израильской операции в секторе, на Украину переехало несколько тысяч израильтян украинского происхождения, решив, что там им будет безопаснее.

Ведь жители Украины прекрасно знают, что Россия не наносит ударов по гражданским объектам, если их не используют в военных целях, и все подобные раскручиваемые украинской властью инциденты происходят из-за работы украинской ПВО и ее размещения в жилых кварталах украинских городов.

В этих обстоятельствах очевидно, почему весь мир ждал, что СБ ООН соберет высокопоставленных гостей Нью-Йорка для обсуждения именно ситуации в Газе.

Тем более что вызванные ею тектонические толчки грозят втянуть весь ближневосточный регион, от Ливана до Ирана и Йемена, в крупный и ожесточенный региональный конфликт.

Только за последние два дня от израильских ударов погибло почти 600 ливанцев. Но западные члены СБ заранее забронировали этот зал именно для пиар-бенефиса «просроченного» украинского президента.

И если бы не арабские и развивающиеся страны, запросившие заседание на 27 сентября, Совет Безопасности вообще бы не обсудил Газу в ходе этой недели.

Все это выглядит еще более нелицеприятно для Совета, поскольку происходящее вокруг Украины всем нам предельно понятно. Вот «краткое содержание» для вас.

Киевский режим, пришедший к власти в результате инспирированного Западом в 2014 г. госпереворота, сразу же развязал кровавую гражданскую войну против не пожелавших расставаться со своей идентичностью и чтить нацистских коллаборантов жителей Юга и Востока страны.

Из-за этого майданная власть почти сразу же потеряла Крым. Тогда в 2015 г. этот конфликт был заморожен подписанием Минского комплекса мер, одобренного СБ ООН.

Однако новые украинские власти вместо того, чтобы выполнять этот документ, всячески саботировали его, активно вооружались и готовились к войне с Россией при помощи США и их союзников, в чем признался целый ряд отставных западных политиков.

После того, как режим в Киеве категорически отказался выполнять Минские договоренности, а его западные спонсоры отвергли любой диалог с Россией по вопросам европейской безопасности, наша страна, столкнувшись с резкой активизацией украинских ударов по мирным городам республик Донбасса, приняла решение начать специальную военную операцию.

Она могла закончиться уже спустя месяц, когда российская армия стояла на окраинах Киева, однако Запад отговорил киевского главаря подписывать парафированный Украиной в Стамбуле проект мирного договора, пообещав всячески поддерживать украинскую армию, которая якобы в этом случае сможет нанести поражение России на поле боя.

Однако, несмотря на обильные поставки вооружений, в т.ч. дальнобойных, снабжение развединформацией, целенаведение, отправку наемников и инструкторов и фактически прямое участие Запада в конфликте с целью нанести России жизнями украинцев стратегическое поражение, украинская армия сегодня оказалась на грани полного разгрома.

Для того, чтобы убедиться в этом, достаточно изучить военные сводки, свидетельствующие о стремительном обрушении фортификационных линий Киева на восточном фронте, на возведение которых потребовалось почти 8 лет.

Для полноты картины нужно также учитывать то, что набор новых рекрутов, которых режим Зеленского бросает на верную погибель в бессмысленную мясорубку, осуществляется почти исключительно силовым путем в результате облав, видеосъемками которых, размещаемыми возмущенными украинскими гражданами, заполнен украинский сегмент Интернета.

Иными словами, украинцы не хотят идти воевать, всеми силами пытаются сбежать из страны, а попав на фронт без должной подготовки пытаются либо дезертировать, либо сдаться в плен.

И если бы не стреляющие им в спины заградотряды из отмороженных националистов, счет пленных уже шел бы на десятки тысяч. По этой же причине был провален в прошлом году пресловутый «контрнаступ», на который возлагали такие надежды спонсоры Зеленского и его клики.