Фонвизин уже в середине XVIII века задавался вечным для нашей страны риторическим вопросом:

«Как истребить два сопротивные и оба вреднейшие предрассудка: первый, будто у нас все дурно, а в чужих краях все хорошо; второй, будто в чужих краях все дурно, а у нас все хорошо?»

Странный народ русский: была столица в Киеве — здесь слишком тепло, мало холоду; переехала русская столица в Москву — нет, и тут мало холода: подавай Бог Петербург! Выкинет штуку русская столица, если подсоседится к ледяному полюсу. Я говорю это потому, что у ней слюна катится поглядеть вблизи на белых медведей…

Н. В. Гоголь

Итак, весны нет в Петербурге — это дело решенное; лета, в том смысле, как его понимает Европа и другие части света, также нет. Так что же в нем есть наконец? Как что? Помилуйте — а дождь, неутомимый дождь, вечный дождь, который так страстно любит приневские страны. Дождь сделался необходимостью для Петербурга, без дождя ему, кажется, чего-то недостает. Если его нет день, другой, то Петербург начинает беспокоиться и спрашивает: "Что же это значит? Неужто он и сегодня не будет?" Есть люди, которые удивляются тому, откуда берется такая огромная масса воды, в течение нескольких месяцев ежедневно низвергающаяся на Петербург; но они и не подозревают, что это происходит от особенного благоволения неба, которое, зная, как дождь необходим для Петербурга, собирает дождевые тучи со всех концов земли для его удовольствия. И зато сколько сортов дождя падает в течение лета! И маленький, и большой, и проливной, и частый, и редкий, и мелкий, и крупный, и грибной, и травяной, и постоянный, и с отдыхом — решительно на все вкусы — кому какой больше нравится. Напрасно враги дождя вооружаются против него зонтиками, калошами и непромокаемыми плащами — он пробирает их насквозь своими каплями, хлещет с насмешкой в лицо, забирается в калоши, заползает за галстук... Напрасно слишком доверчивый иностранец, взглянув на прояснившееся небо и подумав, что теперь все уже кончено, отправляется куда-нибудь за город, в надежде погулять: коварный дождь вдруг нежданно-негаданно грянет ему прямо на голову из-за какого-нибудь угла и вымоет его на славу, так что сукно у сюртука и прочего после этого и мочить незачем.

Григорьев Аполлон Александрович "Заметки Петербургского зеваки"

После написания книги "Остров Сахалин", Антон Чехов подарил один из экземпляров своему другу Исааку Левитану, сопроводив его подписью:

«Милому Левиташе даю сию книгу на случай, если он совершит убийство из ревности и попадёт на оный остров».

Жизнь в дневниках

Чтение – это один из самых полезных видов деятельности, и любовь к этому замечательному времяпрепровождению очень важно прививать детям. О пользе чтения книг можно говорить бесконечно, поэтому лучше мы приведем вам несколько отличных цитат об этом:

📖Хорошая книга — драгоценный источник жизненной силы духа (Д. Мильтон)
📖Книги — это уникальная портативная магия (С. Кинг)
📖Чтение — то же для ума, что упражнения для тела (Дж. Аддисон)
📖Книги — маяки, возведенные в великом море времени (Е. П. Уиппл)
📖Книги — самые тихие и самые постоянные друзья, они самые доступные и мудрейшие советники, и самые терпеливые учителя (Ч. У. Элиот)

В этот день, 25 августа 1942 года, в Ленинградском отделении Госиздата была подписана к печати книга Ольги Бертгольц «Ленинградская поэма».

И какой далекой, давней-давней
нам с тобой покажется война
в миг, когда толкнем рукою ставни,
сдернем шторы черные с окна.

Людей теряют только раз,
И след, теряя, не находят,
А человек гостит у вас,
Прощается и в ночь уходит.

А если он уходит днем,
Он все равно от вас уходит.
Давай сейчас его вернем,
Пока он площадь переходит.

Немедленно его вернем,
Поговорим и стол накроем,
Весь дом вверх дном перевернем
И праздник для него устроим.

Геннадий Шпаликов

Жизнь в дневниках

25 сентября 1970 года умер Эрих Мария Ремарк.

«Патриотизм - это приказ, за который расплачиваются солдаты своей кровью»

«Когда речь заходит о патриотизме, первыми начинают кричать те, кто сам никогда не воюет»

«Мы больше не верим в громкие слова. Мы узнали: для нас они означают смерть»

«Те, кто говорит о Родине, чаще всего имеют в виду только свою собственность и власть»

«Мы любили свою страну так же, как и они. Но нас учили: враг - по ту сторону. Теперь мы знаем: враг - внутри, в тех, кто наживается на войне»

«Родина - это не лозунги и не гимны, Родина - это твои товарищи, которых убивает война»

🔺Борис Пастернак читает телеграмму о присуждении ему Нобелевской премии. Переделкино, 24 октября 1958 года

Ты заходи почаще в гости, друг,
Ведь дверь моя всегда тебе открыта.
Для разговора тема не забыта
И мысли новые все вертятся вокруг.

Ты мне о жизни расскажи своей,
О новых именах в твоем блокноте
И не заканчивай на грустной ноте,
Ведь больше радостных и светлых дней.

Ты спросишь тихо: как мои дела?
Я улыбнусь, сказав, что все в порядке,
Ведь жизнь прекрасна при любой раскладке,
Какой бы безнадежной ни была.

Леонид Филатов

Жизнь в дневниках

- Максим Горький!

м/ф Песня о буревестнике

Вот и отлично 😘

Дерзкое письмо Пушкина, приведшее к роковой дуэли

26 января 1837 года Александр Сергеевич Пушкин, оскорбленный гнусными интригами Дантеса и его приемного отца по отношению к нему и Наталье Николаевне, отправил барону Геккерну дерзкое письмо, в котором излил всю свою ярость и презрение к своим недругам.

Очевидно, что поэт больше не мог терпеть недомолвок и хотел поставить точку в конфликте – либо этим письмом, либо на дуэли, которую оно могло спровоцировать.

«Господин барон! Позвольте мне изложить вкратце все случившееся. Поведение Вашего сына было мне давно известно, и я не мог остаться равнодушным.

Я довольствовался ролью наблюдателя, готовый взяться за дело, когда почту за нужное. Случай, который во всякую другую минуту был бы мне очень неприятным, представился весьма счастливым, чтобы мне разделаться. Я получил безымянные письма и увидел, что настала минута, и я ею воспользовался. Остальное Вы знаете. Я заставил Вашего сына играть столь жалкую роль, что моя жена, удивленная такою низостью и плоскостью его, не могла воздержаться от смеха, и ощущение, которое бы она могла иметь к этой сильной и высокой страсти, погасло в самом холодном презрении и заслуженном отвращении.

Я должен признаться, господин барон, что поведение собственно Ваше было не совершенно прилично. Вы, представитель коронованной главы, Вы родительски сводничали Вашему сыну; кажется, что все поведение его (довольно неловкое, впрочем) было вами руководимо. Это Вы, вероятно, внушали ему все заслуживающие жалости выходки и глупости, которые он позволил себе писать. Подобно старой развратнице, Вы сторожили жену мою во всех углах, чтобы говорить ей о любви вашего незаконнорожденного или так называемого сына, и, когда, больной венерической болезнью, он оставался дома, Вы говорили, что он умирал от любви к ней; Вы ей бормотали: «Возвратите мне сына».

Вы согласитесь, господин барон, что после всего этого я не могу сносить, чтоб мое семейство имело малейшее сношение с Вашим. С этим условием я согласился не преследовать более этого гадкого дела и не обесчестить Вас в глазах Вашего двора и нашего, на что я имел право и намерение. Я не забочусь, чтобы жена моя еще слушала Ваши отцовские увещания, не могу позволить, чтоб сын Ваш после своего отвратительного поведения осмелился обращаться к моей жене и еще менее того говорил ей казарменные каламбуры и играл роль преданности и несчастной страсти, тогда как он подлец и негодяй. Я вынужден обратиться и просить Вас окончить все эти проделки, если Вы хотите избежать новой огласки, пред которой я, верно, не отступлю.

Имею честь быть, господин барон, Ваш покорный и послушный слуга А. Пушкин».

По словам Александра Тургенева, который дважды встречался с Пушкиным в день отправки письма, поэт тогда показался ему веселым и полным жизни. Князь Вяземский, цитируя Оливье д’Аршиака (секунданта Дантеса), привел слова Александра Сергеевича за час до дуэли: «С начала этого дела я вздохнул свободно только в ту минуту, когда именно написал это письмо».

В тот же день Геккерн послал Пушкину ответное письмо, в котором барон заявил, что от его имени Дантес вызывает поэта на дуэль. Дантес подписал: «Читано и одобрено мною». Роковая дуэль состоялась уже на следующий день.