Что важно, чтобы быть хорошим психологом, учителем, социальным работником или воспитателем для детей?
Дженей Уайнхолд говорит о том, что ученая степень, образование, научные достижения - не являются гарантией эффективной помощи клиентам или подопечным.
А что же тогда является?
Проведенные исследования показывают, что для того, чтобы изменения у клиентов помогающих практиков происходили, необходимы следующие качества специалистов:
Аутентичность - важно, чтобы специалист жил свою жизнь так, чтобы она доставляла ему радость и делала его счастливым.
Следование этическим принципам - здесь важно, чтобы специалист одновременно мог быть вне морали, когда смотрит на способ жить своего клиента, чтобы войти в систему ценностей клиента, при этом чтобы у специалиста были этические принципы близкие к гуманистическим ценностям, чтобы показать более эффективные способы взаимодействия с собой и другими.
Эмпатия - возможность искренне сопереживать страданиям другого и искренне радоваться за успехи и продвижение.
Самый последний и самый, на мой взгляд, важный принцип - это то, что специалист должен сам себя считать хорошим человеком. Это крайне необходимо, чтобы показать своему клиенту, что с ним тоже все в порядке. Ведь человек, который не верит, что он базово ОК, вряд ли сможет поверить в то, что кто-то другой рядом с ним тоже ОК.
Мне очень откликаются эти принципы, и я думаю, что прокачать эти качества специалисты могут в своей собственной терапии!
И я задумалась о создании группы для психологов, где можно будет в безопасной и принимающей среде посмотреть на свои сложности в этих качествах и развить их.
Пока это только на стадии идеи, но если вам, коллеги, это уже интересно, то буду рада откликам, чтобы понимать развивать ли идею дальше!
А людям, которые ищут себе специалиста для прохождения терапии предлагаю посмотреть на своих потенциальных специалистов с этого угла зрения тоже, задавая им вопросы не только об их образовании и статусе, но и об их жизни, этических принципах и собственной окейности. Я думаю, что важно знать к кому вы идете, ведь именно этому человеку вы собираетесь доверить свой собственный внутренний мир!
Дженей Уайнхолд говорит о том, что ученая степень, образование, научные достижения - не являются гарантией эффективной помощи клиентам или подопечным.
А что же тогда является?
Проведенные исследования показывают, что для того, чтобы изменения у клиентов помогающих практиков происходили, необходимы следующие качества специалистов:
Аутентичность - важно, чтобы специалист жил свою жизнь так, чтобы она доставляла ему радость и делала его счастливым.
Следование этическим принципам - здесь важно, чтобы специалист одновременно мог быть вне морали, когда смотрит на способ жить своего клиента, чтобы войти в систему ценностей клиента, при этом чтобы у специалиста были этические принципы близкие к гуманистическим ценностям, чтобы показать более эффективные способы взаимодействия с собой и другими.
Эмпатия - возможность искренне сопереживать страданиям другого и искренне радоваться за успехи и продвижение.
Самый последний и самый, на мой взгляд, важный принцип - это то, что специалист должен сам себя считать хорошим человеком. Это крайне необходимо, чтобы показать своему клиенту, что с ним тоже все в порядке. Ведь человек, который не верит, что он базово ОК, вряд ли сможет поверить в то, что кто-то другой рядом с ним тоже ОК.
Мне очень откликаются эти принципы, и я думаю, что прокачать эти качества специалисты могут в своей собственной терапии!
И я задумалась о создании группы для психологов, где можно будет в безопасной и принимающей среде посмотреть на свои сложности в этих качествах и развить их.
Пока это только на стадии идеи, но если вам, коллеги, это уже интересно, то буду рада откликам, чтобы понимать развивать ли идею дальше!
А людям, которые ищут себе специалиста для прохождения терапии предлагаю посмотреть на своих потенциальных специалистов с этого угла зрения тоже, задавая им вопросы не только об их образовании и статусе, но и об их жизни, этических принципах и собственной окейности. Я думаю, что важно знать к кому вы идете, ведь именно этому человеку вы собираетесь доверить свой собственный внутренний мир!
❤10👍2🔥2🥰1👏1
Forwarded from Наталия
🌀 Супервизионная группа для психологов: упражнение “Яйцо травмы” Мерилин Мюррей 🥚
📅 Четверг, 26 июня
🕘 Начало в 9:00 (по мск)
📍Онлайн
Приглашаю коллег-психологов на супервизию, где мы подробно разберем мощный инструмент работы с травмой — упражнение «Яйцо травмы», созданное Мерилин Мюррей.
🔍 Что будет на встрече:
— разбор этапов упражнения
— супервизионный взгляд на применение в терапии
— обсуждение реальных случаев
— возможности адаптации под разных клиентов
взгляд через ТА концепции
💡 Почему это важно:
«Яйцо травмы» помогает клиентам наглядно структурировать травматический опыт, выделить чужую и собственную ответственность, а главное — начать путь к освобождению от глубинных ран прошлого.
Этот метод особенно ценен при работе с пережитым насилием, нарушенными границами и эмоциональной болью.
📌 Места еще есть!
Для записи — пишите в личные сообщения.
Буду рада видеть вас и вместе исследовать глубину этого подхода 💬
📅 Четверг, 26 июня
🕘 Начало в 9:00 (по мск)
📍Онлайн
Приглашаю коллег-психологов на супервизию, где мы подробно разберем мощный инструмент работы с травмой — упражнение «Яйцо травмы», созданное Мерилин Мюррей.
🔍 Что будет на встрече:
— разбор этапов упражнения
— супервизионный взгляд на применение в терапии
— обсуждение реальных случаев
— возможности адаптации под разных клиентов
взгляд через ТА концепции
💡 Почему это важно:
«Яйцо травмы» помогает клиентам наглядно структурировать травматический опыт, выделить чужую и собственную ответственность, а главное — начать путь к освобождению от глубинных ран прошлого.
Этот метод особенно ценен при работе с пережитым насилием, нарушенными границами и эмоциональной болью.
📌 Места еще есть!
Для записи — пишите в личные сообщения.
Буду рада видеть вас и вместе исследовать глубину этого подхода 💬
❤1
Дом, где слишком тихо
Когда-то она жила в доме, который постоянно скрипел.
Половицы стонали под каждым шагом. С потолка капала вода. За стеной кричали. Кто-то хлопал дверью. Кто-то ждал за углом. Кто-то требовал, злился, исчезал. И в этом шуме, в этом беспорядке, в этой нестабильности — было что-то знакомое. Что-то, от чего она всегда была настороже, но именно поэтому жила — как будто сжатая пружина, всегда готовая. Бдительность была её дыханием.
И вот однажды она переехала. Новый дом был спокойный и тихий. Слишком тихий.
Никто не кричал. Никто не угрожал. Пол не скрипел. Воздух — ровный, стены — белые. Безопасно.
И тут — случилось странное: она не смогла спать.
Каждая тишина казалась подозрительной. Каждая пауза — как засада. Будто дом что-то замышляет, будто в этой благополучной тишине прячется ловушка. Как будто за углом — не уют, а предательство.
Она ходила по комнатам и искала звук, который подтвердит: всё по-старому, всё знакомо, опасно. Ведь опасность — это карта, по которой она умела жить. Без неё — пустота, незнание, ужас.
Это и есть КПТСР: тело помнит не просто боль, а способ существования в хаосе. Когда приходит покой, психика не верит. Она ищет трещину. И если её нет — начинает создавать.
⸻
Комплексная травма — это не только про то, что было. Это про то, как человек научился выживать. Когда он попадает в условия, где больше не нужно бороться, его внутренняя система не расслабляется — она пугается. Потому что расслабление когда-то стоило дорого.
Переезд может стать триггером не потому, что новый дом плох, а потому что в нём нечего бояться. А это — невыносимо для той части души, которая бояться привыкла.
⸻
Если ты тоже умеешь выживать, а жить пока только учишься, если тебе знакомо это ощущение «безопасной небезопасности», и если ты хочешь по-другому, то у меня для тебя есть тетрадь по самопомощи, в которой прописаны практические шаги, чтобы научиться получать удовольствие от спокойной жизни. Пиши в комментариях «+» и я пришлю тебе его. Это бесплатно.
Когда-то она жила в доме, который постоянно скрипел.
Половицы стонали под каждым шагом. С потолка капала вода. За стеной кричали. Кто-то хлопал дверью. Кто-то ждал за углом. Кто-то требовал, злился, исчезал. И в этом шуме, в этом беспорядке, в этой нестабильности — было что-то знакомое. Что-то, от чего она всегда была настороже, но именно поэтому жила — как будто сжатая пружина, всегда готовая. Бдительность была её дыханием.
И вот однажды она переехала. Новый дом был спокойный и тихий. Слишком тихий.
Никто не кричал. Никто не угрожал. Пол не скрипел. Воздух — ровный, стены — белые. Безопасно.
И тут — случилось странное: она не смогла спать.
Каждая тишина казалась подозрительной. Каждая пауза — как засада. Будто дом что-то замышляет, будто в этой благополучной тишине прячется ловушка. Как будто за углом — не уют, а предательство.
Она ходила по комнатам и искала звук, который подтвердит: всё по-старому, всё знакомо, опасно. Ведь опасность — это карта, по которой она умела жить. Без неё — пустота, незнание, ужас.
Это и есть КПТСР: тело помнит не просто боль, а способ существования в хаосе. Когда приходит покой, психика не верит. Она ищет трещину. И если её нет — начинает создавать.
⸻
Комплексная травма — это не только про то, что было. Это про то, как человек научился выживать. Когда он попадает в условия, где больше не нужно бороться, его внутренняя система не расслабляется — она пугается. Потому что расслабление когда-то стоило дорого.
Переезд может стать триггером не потому, что новый дом плох, а потому что в нём нечего бояться. А это — невыносимо для той части души, которая бояться привыкла.
⸻
Если ты тоже умеешь выживать, а жить пока только учишься, если тебе знакомо это ощущение «безопасной небезопасности», и если ты хочешь по-другому, то у меня для тебя есть тетрадь по самопомощи, в которой прописаны практические шаги, чтобы научиться получать удовольствие от спокойной жизни. Пиши в комментариях «+» и я пришлю тебе его. Это бесплатно.
❤4👏1
Forwarded from Лиминальное пространство
Работа горя, отдых от горя и лес как учитель: двойная модель через призму грибов
Горе не линейный процесс. Оно похоже на качели между болью и восстановлением. На одной стороне — работа горя: слёзы, память, пустота, несогласие с потерей, попытки снова и снова «вернуться» к ушедшему. На другой стороне — отдых от горя: внимание к телу, природе, заботе о быте, работа, отношения, в том числе новые контакты и увлечения — всё то, что даёт силы жить.
Именно такая динамика отражена в двойной модели горевания (Stroebe & Schut, 1999): маятник между ориентированностью на утрату и на восстановление движется туда-сюда, создавая баланс, необходимый для жизни.
Лес как пространство маятника
В книге «Путь через лес. О грибах и скорби» Лонг Литт Вун находит для этого процесса сильную метафору. После внезапной смерти мужа она открывает для себя мир грибов, и лес становится не только убежищем, но и учителем.
Она пишет:
«Если бы мне сказали, что моим спасательным кругом станут грибы, что они помогут мне встать на ноги и выведут меня к жизни, я бы не поверила. Какое отношение грибы имеют к скорби? Но именно на поросшей мхом земле лесных просторов я буквально наткнулась на то, что искала».
И ещё:
«К выходу из мрака скорби меня раз за разом подталкивали открытия, сделанные в царстве грибов… Они унимали боль и прокладывали мне дорогу к свету».
Вун описывает две параллельные дороги — в мир грибов и в мир скорби. Грибы стали для неё не символом бегства, а способом поддерживать баланс: отдыхать от боли, чтобы снова иметь силы встречаться с ней.
Откуда берётся идея, что горе — это только слёзы?
В массовом сознании горе часто представляют как непрерывное страдание. Но это лишь часть картины.
• История психологии. Фрейд в эссе «Trauer und Melancholie» (1917) описал «работу горя» как процесс постоянного удержания утраты в сознании. Позже это закрепилось как единственный «правильный» способ.
• Культурные сценарии. В традиционных обществах траурные практики (плач, чёрная одежда, символы скорби) сделали видимую боль главным «языком» горя.
• Популярные модели. Стадии Кюблер-Росс (1969), изначально о принятии собственной смертности, в массовой культуре стали восприниматься как универсальная схема переживания утраты.
• Социальные ожидания. Людям проще «понять» плач, чем смех или прогулку по лесу. Отсюда давление: будто правильное горе = только слёзы.
Современные исследования показывают, что переключение между болью и восстановлением — норма.
Отдых и новые смыслы не отменяют скорбь, а делают её переносимой.
А у вас в жизни появлялись новые увлечения/хобби или профессия как реакция на потерю? #горевание
Горе не линейный процесс. Оно похоже на качели между болью и восстановлением. На одной стороне — работа горя: слёзы, память, пустота, несогласие с потерей, попытки снова и снова «вернуться» к ушедшему. На другой стороне — отдых от горя: внимание к телу, природе, заботе о быте, работа, отношения, в том числе новые контакты и увлечения — всё то, что даёт силы жить.
Именно такая динамика отражена в двойной модели горевания (Stroebe & Schut, 1999): маятник между ориентированностью на утрату и на восстановление движется туда-сюда, создавая баланс, необходимый для жизни.
Лес как пространство маятника
В книге «Путь через лес. О грибах и скорби» Лонг Литт Вун находит для этого процесса сильную метафору. После внезапной смерти мужа она открывает для себя мир грибов, и лес становится не только убежищем, но и учителем.
Она пишет:
«Если бы мне сказали, что моим спасательным кругом станут грибы, что они помогут мне встать на ноги и выведут меня к жизни, я бы не поверила. Какое отношение грибы имеют к скорби? Но именно на поросшей мхом земле лесных просторов я буквально наткнулась на то, что искала».
И ещё:
«К выходу из мрака скорби меня раз за разом подталкивали открытия, сделанные в царстве грибов… Они унимали боль и прокладывали мне дорогу к свету».
Вун описывает две параллельные дороги — в мир грибов и в мир скорби. Грибы стали для неё не символом бегства, а способом поддерживать баланс: отдыхать от боли, чтобы снова иметь силы встречаться с ней.
Откуда берётся идея, что горе — это только слёзы?
В массовом сознании горе часто представляют как непрерывное страдание. Но это лишь часть картины.
• История психологии. Фрейд в эссе «Trauer und Melancholie» (1917) описал «работу горя» как процесс постоянного удержания утраты в сознании. Позже это закрепилось как единственный «правильный» способ.
• Культурные сценарии. В традиционных обществах траурные практики (плач, чёрная одежда, символы скорби) сделали видимую боль главным «языком» горя.
• Популярные модели. Стадии Кюблер-Росс (1969), изначально о принятии собственной смертности, в массовой культуре стали восприниматься как универсальная схема переживания утраты.
• Социальные ожидания. Людям проще «понять» плач, чем смех или прогулку по лесу. Отсюда давление: будто правильное горе = только слёзы.
Современные исследования показывают, что переключение между болью и восстановлением — норма.
Отдых и новые смыслы не отменяют скорбь, а делают её переносимой.
А у вас в жизни появлялись новые увлечения/хобби или профессия как реакция на потерю? #горевание
🔥3❤1
Отличные новости, ребята! Наконец-то подтверждение, что мы до 32 лет подростки, а развиваемся до 66 лет!
👍4😁4
Forwarded from Во вкусе не откажешь
Поклоняйся своей неловкости. Улыбнись над своей неуклюжестью. Подружись со своей некомпетентностью. Смейся, когда споткнулся и упал. Это всё драгоценные волны в необъяснимом просторе тебя.
Совершенство недостижимо во времени, но обнаруживается только в присутствии; наличие несовершенства делает тебя реальным и узнаваемым, и это прекрасно. Ты будешь последовательным, когда умрёшь. До тех пор, празднуй себя, глупого и старого, свою чудесную неспособность соответствовать какому-либо образу вообще.
Не вводи себя в духовную кому. Хотя бы однажды скажи неправильную вещь. Существует такая свобода в позволении сделать что-то не так, быть добрым к своим ошибкам, целовать землю, на которой ты воскрес, а также поклониться своему промаху. Не позволяй твоей духовности заморозить твою человечность, твоё смирение, и, самое главное, твоё чувство юмора.
Джефф Фостер
иллюстрация Екатерина Бабок
Совершенство недостижимо во времени, но обнаруживается только в присутствии; наличие несовершенства делает тебя реальным и узнаваемым, и это прекрасно. Ты будешь последовательным, когда умрёшь. До тех пор, празднуй себя, глупого и старого, свою чудесную неспособность соответствовать какому-либо образу вообще.
Не вводи себя в духовную кому. Хотя бы однажды скажи неправильную вещь. Существует такая свобода в позволении сделать что-то не так, быть добрым к своим ошибкам, целовать землю, на которой ты воскрес, а также поклониться своему промаху. Не позволяй твоей духовности заморозить твою человечность, твоё смирение, и, самое главное, твоё чувство юмора.
Джефф Фостер
иллюстрация Екатерина Бабок
🔥4
Forwarded from Виктория Морева: Сопутствие (Виктория Морева)
О "пользе" советов: почему ваш самый искренний совет может быть бесполезен"
Мы все любим время от времени кого-то поучить, рассказать как ему жизнь или, ну ок, поддержать близкого человека советом. От всей души ведь, искренне так. Как себя.
Как мы понимаем, в этом "как себя" всё и кроется: наш мозг работает с внешним миром как с проективным материалом внутреннего содержания психики. Будучи жителями своей вселенной, мы не в состоянии быть объективны в настройках другой вселенной. Все совпадения случайны.
Именно из-за этих проективных свойств в терапии используется приём: "Что бы вы сказали своему другу, если бы это случилось с ним?".
Именно поэтому терапевту важно снимать корону знающего и переходить в поле осознанного незнания, где шанс того, что он услышит исходящие сигналы из мира клиента выше, чем когда он будет говорить, что делать "как себе".
Те, из нас, кто предпочитает использовать чужие советы без пропускания через внутреннюю систему оценки, тоже могут задаться вопросом: "У меня действительно есть время ставить на себе такие эксперименты, не сверившись подходит ли это лично вам?".
Мы все любим время от времени кого-то поучить, рассказать как ему жизнь или, ну ок, поддержать близкого человека советом. От всей души ведь, искренне так. Как себя.
Как мы понимаем, в этом "как себя" всё и кроется: наш мозг работает с внешним миром как с проективным материалом внутреннего содержания психики. Будучи жителями своей вселенной, мы не в состоянии быть объективны в настройках другой вселенной. Все совпадения случайны.
Именно из-за этих проективных свойств в терапии используется приём: "Что бы вы сказали своему другу, если бы это случилось с ним?".
Именно поэтому терапевту важно снимать корону знающего и переходить в поле осознанного незнания, где шанс того, что он услышит исходящие сигналы из мира клиента выше, чем когда он будет говорить, что делать "как себе".
Те, из нас, кто предпочитает использовать чужие советы без пропускания через внутреннюю систему оценки, тоже могут задаться вопросом: "У меня действительно есть время ставить на себе такие эксперименты, не сверившись подходит ли это лично вам?".
👍5🔥2
ХАОС И ПОРЯДОК.
Жизнь начинается не с порядка, а с хаоса.
С растерянности, пустоты, чувства, что под ногами нет твердой почвы. В какой-то момент человек неизбежно сталкивается с экзистенциальным ужасом - переживанием одиночества, конечности, неопределенности, отсутствия гарантий. Это не сбой системы. Это сама система.
Психика не может долго находиться в этом открытом соприкосновении с хаосом, и тогда появляются защиты. Мы убегаем в отношения, чтобы не быть одни. В работу, чтобы чувствовать ценность и контроль. В сериалы, чтобы на время перестать думать. В шоппинг, чтобы хоть ненадолго ощутить удовольствие и то, что «я есть». В зависимости, чтобы заглушить то, что невозможно вынести напрямую. Эти способы часто осуждают, но по сути это попытка выжить, это способ упорядочить внутренний и внешний мир.
Со временем маятник качается обратно. Защит становится слишком много, они начинают душить. Работа выматывает, отношения теряют живость, удовольствия перестают радовать. И тогда хаос снова прорывается: в виде тревоги, пустоты, бессмысленности, вопросов «зачем?» и «что дальше?». Круг замыкается.
И здесь есть плохая новость: выйти из этого круга невозможно. Жизнь не предлагает финальной точки покоя, где навсегда исчезнет страх и появится идеальный порядок. Попытка вырваться силой чаще всего превращается в еще одну защиту.
Хорошая новость тоже есть: выходом будет не побег, а согласие. Согласие на двойственность жизни. На то, что в ней всегда будет и экзистенциальный ужас, и способы от него защищаться. И глубина, и поверхностность. И тишина, и отвлечения. И пустота, и удовольствие.
Зрелость начинается там, где человек перестает воевать с одной из сторон. Он может выдерживать хаос и потом с удовольствием уходить в форму.
Может смотреть сериал не из бегства, а из выбора. Работать, не чтобы доказать свое право на существование, а чтобы реализовываться. Быть в отношениях не как в спасении, а как в живом контакте.
Когда обе стороны принимаются, жизнь перестает быть замкнутым кругом страдания и становится ритмом. Движением. Танцем между бездной и опорой. И в этом движении появляется не избавление от страха, а вкус к жизни — такой, какая она есть.
Жизнь начинается не с порядка, а с хаоса.
С растерянности, пустоты, чувства, что под ногами нет твердой почвы. В какой-то момент человек неизбежно сталкивается с экзистенциальным ужасом - переживанием одиночества, конечности, неопределенности, отсутствия гарантий. Это не сбой системы. Это сама система.
Психика не может долго находиться в этом открытом соприкосновении с хаосом, и тогда появляются защиты. Мы убегаем в отношения, чтобы не быть одни. В работу, чтобы чувствовать ценность и контроль. В сериалы, чтобы на время перестать думать. В шоппинг, чтобы хоть ненадолго ощутить удовольствие и то, что «я есть». В зависимости, чтобы заглушить то, что невозможно вынести напрямую. Эти способы часто осуждают, но по сути это попытка выжить, это способ упорядочить внутренний и внешний мир.
Со временем маятник качается обратно. Защит становится слишком много, они начинают душить. Работа выматывает, отношения теряют живость, удовольствия перестают радовать. И тогда хаос снова прорывается: в виде тревоги, пустоты, бессмысленности, вопросов «зачем?» и «что дальше?». Круг замыкается.
И здесь есть плохая новость: выйти из этого круга невозможно. Жизнь не предлагает финальной точки покоя, где навсегда исчезнет страх и появится идеальный порядок. Попытка вырваться силой чаще всего превращается в еще одну защиту.
Хорошая новость тоже есть: выходом будет не побег, а согласие. Согласие на двойственность жизни. На то, что в ней всегда будет и экзистенциальный ужас, и способы от него защищаться. И глубина, и поверхностность. И тишина, и отвлечения. И пустота, и удовольствие.
Зрелость начинается там, где человек перестает воевать с одной из сторон. Он может выдерживать хаос и потом с удовольствием уходить в форму.
Может смотреть сериал не из бегства, а из выбора. Работать, не чтобы доказать свое право на существование, а чтобы реализовываться. Быть в отношениях не как в спасении, а как в живом контакте.
Когда обе стороны принимаются, жизнь перестает быть замкнутым кругом страдания и становится ритмом. Движением. Танцем между бездной и опорой. И в этом движении появляется не избавление от страха, а вкус к жизни — такой, какая она есть.
❤9🔥3🥰2
Ожидание принято считать паузой.
Чем-то пассивным: «я просто жду». Но на уровне психики ожидание - это форма активности, и часто одна из самых энергозатратных.
Когда человек ждет, внутри продолжается работа. Ум прокручивает сценарии, тело остается в напряжении, внимание приковано к будущему. Ожидание удерживает психику в режиме готовности: «вдруг сейчас», «а если нет», «а что это будет значить». Это не покой - это зависание между действиями, где ни туда и ни сюда.
Особенно много энергии уходит на ожидание с неопределенным исходом. Ответа, решения, признания, любви, изменений. Там, где нет ясных сроков и гарантий, психика вынуждена постоянно поддерживать внутренний контакт с тревогой. И чем дольше длится ожидание, тем больше истощение - хотя внешне может казаться, что человек «ничего не делает».
Иногда ожидание становится способом не действовать. Кажется, что если подождать, все как-то решится само. Но за этим «ничего не делаю» часто скрывается тяжелая внутренняя работа: удерживать надежду, не впадать в отчаяние, не признать окончательно, что контроля нет. Это дорогая плата.
Есть и другое ожидание - осознанное. Когда человек знает, чего он ждет, сколько готов ждать и что будет делать, если этого не случится. Такое ожидание тоже требует энергии, но оно не разрушает. В нем есть границы, опора и контакт с реальностью.
Проблемой становится не само ожидание, а иллюзия, что оно бесплатно. Что можно бесконечно ждать без последствий. На самом деле ожидание всегда что-то стоит: внимания, жизненной силы, эмоционального ресурса.
И иногда забота о себе не в том, чтобы ускориться и не «перетерпеть», а в том, чтобы честно спросить себя: на что уходит моя энергия, пока я жду? И действительно ли я хочу продолжать платить эту цену.
Чем-то пассивным: «я просто жду». Но на уровне психики ожидание - это форма активности, и часто одна из самых энергозатратных.
Когда человек ждет, внутри продолжается работа. Ум прокручивает сценарии, тело остается в напряжении, внимание приковано к будущему. Ожидание удерживает психику в режиме готовности: «вдруг сейчас», «а если нет», «а что это будет значить». Это не покой - это зависание между действиями, где ни туда и ни сюда.
Особенно много энергии уходит на ожидание с неопределенным исходом. Ответа, решения, признания, любви, изменений. Там, где нет ясных сроков и гарантий, психика вынуждена постоянно поддерживать внутренний контакт с тревогой. И чем дольше длится ожидание, тем больше истощение - хотя внешне может казаться, что человек «ничего не делает».
Иногда ожидание становится способом не действовать. Кажется, что если подождать, все как-то решится само. Но за этим «ничего не делаю» часто скрывается тяжелая внутренняя работа: удерживать надежду, не впадать в отчаяние, не признать окончательно, что контроля нет. Это дорогая плата.
Есть и другое ожидание - осознанное. Когда человек знает, чего он ждет, сколько готов ждать и что будет делать, если этого не случится. Такое ожидание тоже требует энергии, но оно не разрушает. В нем есть границы, опора и контакт с реальностью.
Проблемой становится не само ожидание, а иллюзия, что оно бесплатно. Что можно бесконечно ждать без последствий. На самом деле ожидание всегда что-то стоит: внимания, жизненной силы, эмоционального ресурса.
И иногда забота о себе не в том, чтобы ускориться и не «перетерпеть», а в том, чтобы честно спросить себя: на что уходит моя энергия, пока я жду? И действительно ли я хочу продолжать платить эту цену.
❤4🔥3👍1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Если пока непонятно куда идти, то самое бесполезное что можно сделать - это бегать на месте по кругу. Лучше успокоиться и сосредоточиться на импульсе изнутри. Он обязательно появится и подскажет, куда тебе дальше.
(Кларисса Пинкола Эстесс)
(Кларисса Пинкола Эстесс)
❤8
На жизнь можно смотреть по-разному.
Можно видеть в ней бесконечную череду обязательств: надо встать, надо работать, надо соответствовать, надо справляться, надо быть правильным, устойчивым, успешным.
В таком взгляде жизнь ощущается как список задач, которые никогда не заканчиваются. Даже радость становится чем-то, что «положено испытывать», а отдых еще одним пунктом плана.
Этот взгляд формируется рано. Он вырастает из опыта, где безопасность зависела от выполнения требований, где любовь приходила за «хорошее поведение», где ошибки имели цену. Тогда обязательства кажутся единственным способом выживания. И в этом есть логика, но мало жизни…
Можно смотреть иначе. Как на череду возможностей.
Не в наивном смысле «всё будет хорошо», а в экзистенциальном: каждый момент, как шанс вступить в контакт, сделать выбор, что-то почувствовать, от чего-то отказаться, во что-то пойти.
Даже ограничения тогда становятся возможностями, хотя и не всегда приятными, но формирующими.
Разница между этими взглядами не в количестве ответственности. Ответственность есть в обоих. Разница в позиции. В первом случае человек живет «из должен». Во втором - «из могу и выбираю», даже если выбор ограничен обстоятельствами.
Обязательства сжимают время: хочется быстрее выполнить и освободиться. Возможности, наоборот, раскрывают его: появляется интерес, присутствие, ощущение участия в собственной жизни.
Одна и та же реальность: работа, отношения, трудности, но переживается принципиально по-разному.
Экзистенциальный сдвиг происходит не тогда, когда исчезают «надо», а когда человек возвращает себе авторство.
Я могу сделать это не потому, что должен, а потому что выбираю такой способ быть в мире.
И тогда жизнь перестает быть только бременем и становится пространством встреч с собой, с другими, с реальностью.
В этом смысле жизнь всегда предлагает оба взгляда. И каждый день, иногда незаметно, мы решаем, из какой позиции прожить очередной шаг.
Можно видеть в ней бесконечную череду обязательств: надо встать, надо работать, надо соответствовать, надо справляться, надо быть правильным, устойчивым, успешным.
В таком взгляде жизнь ощущается как список задач, которые никогда не заканчиваются. Даже радость становится чем-то, что «положено испытывать», а отдых еще одним пунктом плана.
Этот взгляд формируется рано. Он вырастает из опыта, где безопасность зависела от выполнения требований, где любовь приходила за «хорошее поведение», где ошибки имели цену. Тогда обязательства кажутся единственным способом выживания. И в этом есть логика, но мало жизни…
Можно смотреть иначе. Как на череду возможностей.
Не в наивном смысле «всё будет хорошо», а в экзистенциальном: каждый момент, как шанс вступить в контакт, сделать выбор, что-то почувствовать, от чего-то отказаться, во что-то пойти.
Даже ограничения тогда становятся возможностями, хотя и не всегда приятными, но формирующими.
Разница между этими взглядами не в количестве ответственности. Ответственность есть в обоих. Разница в позиции. В первом случае человек живет «из должен». Во втором - «из могу и выбираю», даже если выбор ограничен обстоятельствами.
Обязательства сжимают время: хочется быстрее выполнить и освободиться. Возможности, наоборот, раскрывают его: появляется интерес, присутствие, ощущение участия в собственной жизни.
Одна и та же реальность: работа, отношения, трудности, но переживается принципиально по-разному.
Экзистенциальный сдвиг происходит не тогда, когда исчезают «надо», а когда человек возвращает себе авторство.
Я могу сделать это не потому, что должен, а потому что выбираю такой способ быть в мире.
И тогда жизнь перестает быть только бременем и становится пространством встреч с собой, с другими, с реальностью.
В этом смысле жизнь всегда предлагает оба взгляда. И каждый день, иногда незаметно, мы решаем, из какой позиции прожить очередной шаг.
❤2👍1🔥1
Завтра Старый Новый год - странный и очень, на мой взгляд, психологичный праздник.
Он как будто не обязателен, не официальный, не «настоящий» и именно поэтому так точно попадает в человеческую психику.
С точки зрения внутренней жизни это праздник второго шанса:
- возможность еще раз проститься с прошлым, если в первый раз не получилось.
- Еще раз загадать, если тогда не верилось.
- Еще раз собраться, но уже без суеты, без напряжения «как надо», без ожидания идеальной радости.
В Старом Новом году, как в празднике, нет требования быть счастливым. И в этом его терапевтическая ценность.
Психике редко хватает одного перехода. Формально мы живем по календарю, но эмоционально, конечно, по своим ритмам. Не все успевают попрощаться с уходящим годом к полуночи 31 декабря. Кто-то только потом осознает потери, усталость, радости, которые случились.
Старый Новый год дает легальное пространство для дозавершения - мягкого, не торжественного, почти интимного.
Это праздник без грандиозных ожиданий. А значит, меньше разочарований. Здесь нет давления начинать новую жизнь с понедельника или быть другим с первого числа.
С психологической точки зрения, Старый Новый год, как будто, символ права на несовершенство. На то, что переходы могут быть растянутыми, решения не мгновенными, а изменения постепенными. Что жизнь не всегда укладывается в точные даты.
Он про бережность к себе. Про признание: мне нужно больше времени, чтобы отпустить, понять, переварить.
В этом обычае много человеческого. Он напоминает: даже если ты не успел начать сначала, у тебя всё равно есть возможность продолжить. И, возможно, именно так изменения и становятся настоящими.
А вы отмечаете этот праздник?
Он как будто не обязателен, не официальный, не «настоящий» и именно поэтому так точно попадает в человеческую психику.
С точки зрения внутренней жизни это праздник второго шанса:
- возможность еще раз проститься с прошлым, если в первый раз не получилось.
- Еще раз загадать, если тогда не верилось.
- Еще раз собраться, но уже без суеты, без напряжения «как надо», без ожидания идеальной радости.
В Старом Новом году, как в празднике, нет требования быть счастливым. И в этом его терапевтическая ценность.
Психике редко хватает одного перехода. Формально мы живем по календарю, но эмоционально, конечно, по своим ритмам. Не все успевают попрощаться с уходящим годом к полуночи 31 декабря. Кто-то только потом осознает потери, усталость, радости, которые случились.
Старый Новый год дает легальное пространство для дозавершения - мягкого, не торжественного, почти интимного.
Это праздник без грандиозных ожиданий. А значит, меньше разочарований. Здесь нет давления начинать новую жизнь с понедельника или быть другим с первого числа.
С психологической точки зрения, Старый Новый год, как будто, символ права на несовершенство. На то, что переходы могут быть растянутыми, решения не мгновенными, а изменения постепенными. Что жизнь не всегда укладывается в точные даты.
Он про бережность к себе. Про признание: мне нужно больше времени, чтобы отпустить, понять, переварить.
В этом обычае много человеческого. Он напоминает: даже если ты не успел начать сначала, у тебя всё равно есть возможность продолжить. И, возможно, именно так изменения и становятся настоящими.
А вы отмечаете этот праздник?
❤6👍5🔥5
Человек находится в постоянном противоречии с эмоциями.
Он одновременно боится их и жаждет.
Почему боится?
Потому что эмоции плохо поддаются контролю. Они могут захлестнуть, обнажить уязвимость, разрушить привычные конструкции:
«я знаю, как правильно»,
«я справляюсь»,
«со мной всё в порядке».
В эмоциях есть сила, которая способна поколебать идентичность, отношения, решения, образ себя. Страх здесь не иррационален: действительно, сильные чувства могут разрушать иллюзии, маски, роли, а иногда и целые жизненные уклады.
Но в то же время человек хочет эмоций. Без них жизнь становится плоской, механической, будто проживаемой «по инструкции».
Именно через чувства человек ощущает себя живым, существующим, включенным в реальность. Радость, тоска, гнев, нежность, боль: всё это не просто переживания, а доказательство присутствия. Пока я чувствую, я существую.
Поэтому включается маятник. Человек то закручивает контроль, подавляет, рационализирует, уходит в деятельность или отстраненность, лишь бы не чувствовать слишком много.
То внезапно тянется к интенсивности: драме, близости, конфликту, риску, сильным переживаниям. Не потому что «любит страдать», а потому что ищет оживление.
Страх эмоций - это страх утраты формы. Желание эмоций - тоска по подлинности. И эти две силы не враги, а части одного процесса. Человек пытается сохранить целостность и одновременно не умереть внутри.
Зрелость не в том, чтобы перестать бояться чувств или раствориться в них. Она в способности выдерживать эмоции, не уничтожая себя и не убегая. Давать им место, не отдавая им власть. Чувствовать и оставаться в контакте с реальностью, с границами, с выбором.
Там, где эмоции перестают быть угрозой и перестают быть спасением, они становятся тем, чем и являются по сути: движением жизни внутри человека. И именно в этом движении появляется ощущение живости, которое не разрушает, а собирает.
Он одновременно боится их и жаждет.
Почему боится?
Потому что эмоции плохо поддаются контролю. Они могут захлестнуть, обнажить уязвимость, разрушить привычные конструкции:
«я знаю, как правильно»,
«я справляюсь»,
«со мной всё в порядке».
В эмоциях есть сила, которая способна поколебать идентичность, отношения, решения, образ себя. Страх здесь не иррационален: действительно, сильные чувства могут разрушать иллюзии, маски, роли, а иногда и целые жизненные уклады.
Но в то же время человек хочет эмоций. Без них жизнь становится плоской, механической, будто проживаемой «по инструкции».
Именно через чувства человек ощущает себя живым, существующим, включенным в реальность. Радость, тоска, гнев, нежность, боль: всё это не просто переживания, а доказательство присутствия. Пока я чувствую, я существую.
Поэтому включается маятник. Человек то закручивает контроль, подавляет, рационализирует, уходит в деятельность или отстраненность, лишь бы не чувствовать слишком много.
То внезапно тянется к интенсивности: драме, близости, конфликту, риску, сильным переживаниям. Не потому что «любит страдать», а потому что ищет оживление.
Страх эмоций - это страх утраты формы. Желание эмоций - тоска по подлинности. И эти две силы не враги, а части одного процесса. Человек пытается сохранить целостность и одновременно не умереть внутри.
Зрелость не в том, чтобы перестать бояться чувств или раствориться в них. Она в способности выдерживать эмоции, не уничтожая себя и не убегая. Давать им место, не отдавая им власть. Чувствовать и оставаться в контакте с реальностью, с границами, с выбором.
Там, где эмоции перестают быть угрозой и перестают быть спасением, они становятся тем, чем и являются по сути: движением жизни внутри человека. И именно в этом движении появляется ощущение живости, которое не разрушает, а собирает.
❤3🔥2🤔2👍1
Наткнулась на такое выражение: «Самым лучшим доказательством мудрости является непрерывное хорошее расположение духа.»
Я решила порассуждать над ним. Присоединяйтесь к моим рассуждениям!
Когда я прочитала, я подумала, что хотя мудрость и не избавляет от боли, потерь и сложных чувств. Но она избавляет от войны с ними.
Человек может грустить, злиться, уставать, и при этом оставаться в устойчивом, ровном контакте с собой и жизнью.
Хорошее расположение духа здесь не про настроение, а про фон, в котором человек живет.
Спокойная доброжелательность к тому, что есть.
Это состояние рождается не из наивности, а из прожитого опыта.
Из множества встреч с хаосом, разочарованием, ошибками и ограничениями.
Мудрый человек уже знает: сопротивление реальности стоит дороже, чем принятие. Поэтому энергия больше не уходит на борьбу с неизбежным, на постоянное «должно быть иначе».
Непрерывность здесь ключевое слово. Настроение может меняться, обстоятельства рушиться и складываться заново, а внутренний тон остается живым и устойчивым.
Это не безразличие и не холодность. Это способность сохранять контакт с радостью даже на фоне боли, с юмором на фоне серьезности, с теплом на фоне утрат.
Говоря языком транзактного анализа - это интеграция всех трех эгосостояний: когда Родитель в контакте с Ребенком, заботясь и защищая его, а Взрослый сверяется с реальностью и помогает находить наилучшие пути заботы!
Такая интеграция узнается по простым вещам: по тому, как человек переживает трудности, как он относится к людям, как он умеет быть в моменте. И если рядом с ним становится чуть легче дышать - это и есть, пожалуй, самое точное доказательство.
Я решила порассуждать над ним. Присоединяйтесь к моим рассуждениям!
Когда я прочитала, я подумала, что хотя мудрость и не избавляет от боли, потерь и сложных чувств. Но она избавляет от войны с ними.
Человек может грустить, злиться, уставать, и при этом оставаться в устойчивом, ровном контакте с собой и жизнью.
Хорошее расположение духа здесь не про настроение, а про фон, в котором человек живет.
Спокойная доброжелательность к тому, что есть.
Это состояние рождается не из наивности, а из прожитого опыта.
Из множества встреч с хаосом, разочарованием, ошибками и ограничениями.
Мудрый человек уже знает: сопротивление реальности стоит дороже, чем принятие. Поэтому энергия больше не уходит на борьбу с неизбежным, на постоянное «должно быть иначе».
Непрерывность здесь ключевое слово. Настроение может меняться, обстоятельства рушиться и складываться заново, а внутренний тон остается живым и устойчивым.
Это не безразличие и не холодность. Это способность сохранять контакт с радостью даже на фоне боли, с юмором на фоне серьезности, с теплом на фоне утрат.
Говоря языком транзактного анализа - это интеграция всех трех эгосостояний: когда Родитель в контакте с Ребенком, заботясь и защищая его, а Взрослый сверяется с реальностью и помогает находить наилучшие пути заботы!
Такая интеграция узнается по простым вещам: по тому, как человек переживает трудности, как он относится к людям, как он умеет быть в моменте. И если рядом с ним становится чуть легче дышать - это и есть, пожалуй, самое точное доказательство.
❤6🔥2👏2
Эмоции и переживания могут затапливать, могут быть невыносимыми… Многие не признают, что у них есть негативные эмоции («я не злюсь», «мне не стыдно»), почти все боятся своей боли, сложно переносят неопределенность или тревогу.
Но думали ли вы, что достижения и рост могут быть связаны с эмоциями?
С экзистенциальной точки зрения достижения определяются не столько способностями, талантом или усилием воли, сколько объемом переживаний, который человек способен выдерживать.
Как это происходит?
Любое движение вперед неизбежно расширяет внутреннее пространство боли, тревоги и неопределенности. Чем больше человек рискует быть собой, делать выбор, брать ответственность, тем чаще он сталкивается со страхом ошибки, одиночества, утраты опор и смысла. Достижения всегда идут рука об руку с эмоциональной нагрузкой.
Если способность выдерживать ограничена, психика начинает защищаться. Человек останавливается, обесценивает цели, снижает масштаб желаний, уходит в прокрастинацию или «разумную умеренность».
Не потому что не может, а потому что цена в виде чувств становится слишком высокой.
Выдерживание - это не терпение и, упаси боже, не насилие над собой.
Это про способность оставаться в контакте с переживанием, не разрушаясь и не убегая.
Быть в тревоге и все же делать шаг.
Быть в сомнении и все же выбирать.
Быть в уязвимости и не закрываться.
Поэтому расширение возможностей начинается не с повышения планки целей, а с увеличения емкости для чувств. Когда человек учится проживать стыд, страх, зависть, одиночество, разочарование, не обрывая контакт с собой, его мир естественным образом становится больше. Он может хотеть большего, потому что способен это выдержать.
В этом смысле рост - это не «достичь», а «вынести». И чем глубже становится эта способность, тем шире оказывается жизнь.
Но думали ли вы, что достижения и рост могут быть связаны с эмоциями?
С экзистенциальной точки зрения достижения определяются не столько способностями, талантом или усилием воли, сколько объемом переживаний, который человек способен выдерживать.
Как это происходит?
Любое движение вперед неизбежно расширяет внутреннее пространство боли, тревоги и неопределенности. Чем больше человек рискует быть собой, делать выбор, брать ответственность, тем чаще он сталкивается со страхом ошибки, одиночества, утраты опор и смысла. Достижения всегда идут рука об руку с эмоциональной нагрузкой.
Если способность выдерживать ограничена, психика начинает защищаться. Человек останавливается, обесценивает цели, снижает масштаб желаний, уходит в прокрастинацию или «разумную умеренность».
Не потому что не может, а потому что цена в виде чувств становится слишком высокой.
Выдерживание - это не терпение и, упаси боже, не насилие над собой.
Это про способность оставаться в контакте с переживанием, не разрушаясь и не убегая.
Быть в тревоге и все же делать шаг.
Быть в сомнении и все же выбирать.
Быть в уязвимости и не закрываться.
Поэтому расширение возможностей начинается не с повышения планки целей, а с увеличения емкости для чувств. Когда человек учится проживать стыд, страх, зависть, одиночество, разочарование, не обрывая контакт с собой, его мир естественным образом становится больше. Он может хотеть большего, потому что способен это выдержать.
В этом смысле рост - это не «достичь», а «вынести». И чем глубже становится эта способность, тем шире оказывается жизнь.
❤3👍3🔥2
Столкнувшись с болью, страхом или внутренним конфликтом, люди часто приходят к логичному, но трагичному выводу: источник опасности находится внутри.
Чувства слишком сильные, желания слишком противоречивые, импульсы слишком «неподходящие». И тогда возникает желание избавиться от самой причины проблем… от части себя…
Так начинается диссоциация. И это не патология, по крайней мере изначально, а способ выживания. Человек отделяется от переживаний, телесных ощущений, импульсов, а иногда и от целых фрагментов идентичности. «Это не я злюсь», «мне не больно», «я просто рационально думаю», «со мной всё в порядке». Разрыв кажется спасением: если не чувствовать, то и не разрушит.
В краткосрочной перспективе это действительно снижает напряжение. Мир становится управляемее, решения «разумнее», поведение социально приемлемым.
Но цена за это утрата контакта с собой.
Вместе с опасными чувствами уходят и живость, спонтанность, способность радоваться и желать. Человек как будто выживает, но перестает полноценно жить.
Парадокс в том, что вытесненное не исчезает. Отделенные части продолжают существовать в виде тревоги без причины, хронической усталости, пустоты, соматических симптомов, внезапных срывов.
То, от чего пытались защититься, возвращается, но уже без имени и формы.
Кто-то зовет это внутренними демонами, кто-то говорит, что его сглазили, кто-то ищет в чем же он виноват, но по сути - это просто вытесненные чувства, которые больше нет сил подавлять.
Изменения начинаются там, где человек перестает видеть в себе врага. Где возникает готовность встретиться с тем, от чего когда-то пришлось отвернуться.
Не чтобы утонуть в чувствах, а чтобы восстановить связь. Признать: источник боли и источник силы находятся в одном и том же месте.
Целостность не означает отсутствие конфликтов. Она означает способность быть с собой даже тогда, когда внутри страшно, сложно и небезопасно.
И именно в этом возвращении к себе исчезает необходимость в диссоциации, потому что опасность перестает быть чем-то, от чего нужно бежать любой ценой.
Чувства слишком сильные, желания слишком противоречивые, импульсы слишком «неподходящие». И тогда возникает желание избавиться от самой причины проблем… от части себя…
Так начинается диссоциация. И это не патология, по крайней мере изначально, а способ выживания. Человек отделяется от переживаний, телесных ощущений, импульсов, а иногда и от целых фрагментов идентичности. «Это не я злюсь», «мне не больно», «я просто рационально думаю», «со мной всё в порядке». Разрыв кажется спасением: если не чувствовать, то и не разрушит.
В краткосрочной перспективе это действительно снижает напряжение. Мир становится управляемее, решения «разумнее», поведение социально приемлемым.
Но цена за это утрата контакта с собой.
Вместе с опасными чувствами уходят и живость, спонтанность, способность радоваться и желать. Человек как будто выживает, но перестает полноценно жить.
Парадокс в том, что вытесненное не исчезает. Отделенные части продолжают существовать в виде тревоги без причины, хронической усталости, пустоты, соматических симптомов, внезапных срывов.
То, от чего пытались защититься, возвращается, но уже без имени и формы.
Кто-то зовет это внутренними демонами, кто-то говорит, что его сглазили, кто-то ищет в чем же он виноват, но по сути - это просто вытесненные чувства, которые больше нет сил подавлять.
Изменения начинаются там, где человек перестает видеть в себе врага. Где возникает готовность встретиться с тем, от чего когда-то пришлось отвернуться.
Не чтобы утонуть в чувствах, а чтобы восстановить связь. Признать: источник боли и источник силы находятся в одном и том же месте.
Целостность не означает отсутствие конфликтов. Она означает способность быть с собой даже тогда, когда внутри страшно, сложно и небезопасно.
И именно в этом возвращении к себе исчезает необходимость в диссоциации, потому что опасность перестает быть чем-то, от чего нужно бежать любой ценой.
❤4👍2🔥2
Жизнь в собственном сценарии означает тихую сделку с реальностью.
Ты получаешь предсказуемость и отказываешься от перемен.
Сценарий удобен. Он заранее объясняет
🥲почему «опять не получилось»,
😞 почему люди «всегда такие»,
😞почему с деньгами, близостью или признанием всё заканчивается одинаково.
Он снимает необходимость каждый раз выбирать по-настоящему. Всё ведь уже решено, хоть неосознанно, но надежно.
С экзистенциальной точки зрения сценарий это не тюрьма, в которую нас посадили, а убежище, которое мы продолжаем поддерживать. Даже страдание в сценарии предпочтительнее неизвестности вне его. Предсказуемая боль кажется безопаснее непредсказуемой жизни.
Цена за эту безопасность высокая. Пока человек живёт по сценарию, перемены невозможны в принципе. Не потому что «не повезло» или «не сложились обстоятельства», а потому что сама система устроена так, чтобы ничего принципиально нового не произошло. Сценарий допускает вариации, но не трансформацию.
Самообман здесь тонкий: создаётся ощущение движения: есть разговоры, инсайты, работа над собой. Но если решения принимаются из привычного страха, роли и идентичности, результат будет тем же самым. Просто в другой упаковке.
Экзистенциальный риск начинается в момент, когда человек перестаёт прикрываться сценарием. Когда он допускает мысль, что повторяемость - не его судьба, а его выбор, пусть и неосознанный. Это болезненный момент, потому что вместе с ним возвращается ответственность: за неизвестное, за возможную потерю опор, за отсутствие гарантий.
Сценарий даёт спокойствие без жизни. Выход из него не обещает счастья, но он предлагает свободу. А свобода, в отличие от сценария, никогда не бывает комфортной.
Ты получаешь предсказуемость и отказываешься от перемен.
Сценарий удобен. Он заранее объясняет
🥲почему «опять не получилось»,
😞 почему люди «всегда такие»,
😞почему с деньгами, близостью или признанием всё заканчивается одинаково.
Он снимает необходимость каждый раз выбирать по-настоящему. Всё ведь уже решено, хоть неосознанно, но надежно.
С экзистенциальной точки зрения сценарий это не тюрьма, в которую нас посадили, а убежище, которое мы продолжаем поддерживать. Даже страдание в сценарии предпочтительнее неизвестности вне его. Предсказуемая боль кажется безопаснее непредсказуемой жизни.
Цена за эту безопасность высокая. Пока человек живёт по сценарию, перемены невозможны в принципе. Не потому что «не повезло» или «не сложились обстоятельства», а потому что сама система устроена так, чтобы ничего принципиально нового не произошло. Сценарий допускает вариации, но не трансформацию.
Самообман здесь тонкий: создаётся ощущение движения: есть разговоры, инсайты, работа над собой. Но если решения принимаются из привычного страха, роли и идентичности, результат будет тем же самым. Просто в другой упаковке.
Экзистенциальный риск начинается в момент, когда человек перестаёт прикрываться сценарием. Когда он допускает мысль, что повторяемость - не его судьба, а его выбор, пусть и неосознанный. Это болезненный момент, потому что вместе с ним возвращается ответственность: за неизвестное, за возможную потерю опор, за отсутствие гарантий.
Сценарий даёт спокойствие без жизни. Выход из него не обещает счастья, но он предлагает свободу. А свобода, в отличие от сценария, никогда не бывает комфортной.
❤4🤔2🔥1
Недавно разговаривала с дочкой и ее подругой о злости и агрессии. Выяснили интересный момент, хочу поделиться с вами.
Пока агрессия не присвоена, она остаётся угрозой.
Не только для других, но и для самого человека.
Неприсвоенная агрессия пугает. Она ощущается как нечто разрушительное, «плохое», опасное для отношений и образа себя. Поэтому её стараются не чувствовать, подавить, рационализировать, перепутать с вежливостью, терпением или «духовностью». Агрессия вытесняется, но никуда не исчезает.
В вытесненном виде она теряет функцию и превращается в симптом: 😡в пассивную злость,
😡 хроническую усталость,
😡самообесценивание,
😡внезапные срывы,
😡психосоматику.
В целом, в постоянное ощущение, что другие нарушают границы, а сил что-то изменить нет. Агрессия есть, но она не в распоряжении человека.
Агрессия - это энергия движения. Сила сказать «нет», отделиться, выбрать, защитить своё место в мире.
Пока человек не признаёт: «Это моё», - он не может направлять эту энергию. Она либо обрушивается неконтролируемо, либо разворачивается внутрь, разрушая изнутри.
Присвоить агрессию, означает отказаться от иллюзии собственной безвредности. Признать способность причинять вред, разрушать, отталкивать. Это тревожный шаг, потому что он лишает морального алиби: «я просто хороший человек». Но без этого шага невозможна и зрелая сила.
Только присвоенная агрессия становится ресурсом. Она перестаёт быть нападением и превращается в ясность. В решительность. В способность действовать без оправданий и извинений за само существование. Такая агрессия может быть направлена на созидание:
✅работу,
✅выбор,
✅творчество,
✅защиту границ,
✅изменения.
Мирная сила не возникает из подавления. Она рождается из ответственности за собственную разрушительную энергию. И пока эта энергия не признана как своя, она будет управлять жизнью из тени вместо того чтобы служить ей.
Пока агрессия не присвоена, она остаётся угрозой.
Не только для других, но и для самого человека.
Неприсвоенная агрессия пугает. Она ощущается как нечто разрушительное, «плохое», опасное для отношений и образа себя. Поэтому её стараются не чувствовать, подавить, рационализировать, перепутать с вежливостью, терпением или «духовностью». Агрессия вытесняется, но никуда не исчезает.
В вытесненном виде она теряет функцию и превращается в симптом: 😡в пассивную злость,
😡 хроническую усталость,
😡самообесценивание,
😡внезапные срывы,
😡психосоматику.
В целом, в постоянное ощущение, что другие нарушают границы, а сил что-то изменить нет. Агрессия есть, но она не в распоряжении человека.
Агрессия - это энергия движения. Сила сказать «нет», отделиться, выбрать, защитить своё место в мире.
Пока человек не признаёт: «Это моё», - он не может направлять эту энергию. Она либо обрушивается неконтролируемо, либо разворачивается внутрь, разрушая изнутри.
Присвоить агрессию, означает отказаться от иллюзии собственной безвредности. Признать способность причинять вред, разрушать, отталкивать. Это тревожный шаг, потому что он лишает морального алиби: «я просто хороший человек». Но без этого шага невозможна и зрелая сила.
Только присвоенная агрессия становится ресурсом. Она перестаёт быть нападением и превращается в ясность. В решительность. В способность действовать без оправданий и извинений за само существование. Такая агрессия может быть направлена на созидание:
✅работу,
✅выбор,
✅творчество,
✅защиту границ,
✅изменения.
Мирная сила не возникает из подавления. Она рождается из ответственности за собственную разрушительную энергию. И пока эта энергия не признана как своя, она будет управлять жизнью из тени вместо того чтобы служить ей.
❤8👍2🔥2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
У несчастного человека большое «хочу» и маленькое «могу».
Между ними будет постоянное напряжение, из которого и рождается страдание.
«Хочу» у такого человека часто действительно большое: любви, признания, свободы, смысла, другой жизни, другого себя. Это не каприз и не инфантильность, а живое ощущение, что потенциал больше, чем реальность.
Но рядом с этим «хочу» стоит сжатое «могу», которое ограничено страхами, запретами, ранним опытом, утратой веры в собственную способность влиять.
Это состояние внутреннего раскола. Желание тянет вперёд, а возможность не успевает за ним. Человек как будто всё время смотрит на жизнь через стекло: видит, чувствует, мечтает, но не входит. Отсюда зависть, раздражение, ощущение несправедливости, хроническое разочарование.
Маленькое «могу» редко является объективной реальностью. Чаще это результат утраты контакта с собственной силой, с агрессией, с правом на риск и ошибку.
«Я хочу, но не могу» часто означает: «Я не выдерживаю тех чувств, которые появятся, если я попробую».
Страх отказа, провала, одиночества, ответственности сужает пространство возможного.
Несчастье не в самом большом «хочу». Оно в замороженном «могу».
В невозможности расширять его через опыт, действие и принятие последствий. Пока «могу» не растёт, «хочу» становится источником боли, а не движения.
Качественный поворот начинается не с отказа от желаний, а с честного взгляда на свою способность выдерживать жизнь.
Когда «могу» постепенно расширяется через выбор, риск, контакт с реальностью, тогда «хочу» перестаёт быть пыткой и становится направлением. И тогда между желанием и возможностью появляется не разрыв, а путь.
Между ними будет постоянное напряжение, из которого и рождается страдание.
«Хочу» у такого человека часто действительно большое: любви, признания, свободы, смысла, другой жизни, другого себя. Это не каприз и не инфантильность, а живое ощущение, что потенциал больше, чем реальность.
Но рядом с этим «хочу» стоит сжатое «могу», которое ограничено страхами, запретами, ранним опытом, утратой веры в собственную способность влиять.
Это состояние внутреннего раскола. Желание тянет вперёд, а возможность не успевает за ним. Человек как будто всё время смотрит на жизнь через стекло: видит, чувствует, мечтает, но не входит. Отсюда зависть, раздражение, ощущение несправедливости, хроническое разочарование.
Маленькое «могу» редко является объективной реальностью. Чаще это результат утраты контакта с собственной силой, с агрессией, с правом на риск и ошибку.
«Я хочу, но не могу» часто означает: «Я не выдерживаю тех чувств, которые появятся, если я попробую».
Страх отказа, провала, одиночества, ответственности сужает пространство возможного.
Несчастье не в самом большом «хочу». Оно в замороженном «могу».
В невозможности расширять его через опыт, действие и принятие последствий. Пока «могу» не растёт, «хочу» становится источником боли, а не движения.
Качественный поворот начинается не с отказа от желаний, а с честного взгляда на свою способность выдерживать жизнь.
Когда «могу» постепенно расширяется через выбор, риск, контакт с реальностью, тогда «хочу» перестаёт быть пыткой и становится направлением. И тогда между желанием и возможностью появляется не разрыв, а путь.
❤9🔥5👍3👏3