Предварительный вывод заключается в том, что скупиться здесь точно не стоит. 25 кораблей "Волго-Дон макс" будут стоить 43,5 млрд рублей в ценах 2022 года. 45 кораблей - 78,3 млрд. Разница - 34,8 млрд. Для государственной казны деньги совсем небольшие, учитывая то, что это госинвестиции в высокотехнологичную сферу.

Впрочем, дело не ограничивается производством кораблей просто потому, что надо загрузить судостроительные мощности. Коридор "Север - Юг" в контексте происходящих событий развивается активно. Следовательно, можно ожидать интенсивного роста грузопотока, который к 2030 году должен составит 35 млн тонн (сейчас - 10 млн). Отмечу, что здесь речь идёт о всех маршрутах МТК, включая два сухопутных (западный и восточный). Тем не менее, контейнерные перевозки на Каспии стартуют с низкой базы.

И, если у нас сохранятся нынешние темпы роста взаимной торговли с Ираном и Индией (а предпосылок к тому, что они обнулятся - нет), то и потребность в дополнительных мощностях возрастет.

В общем, лучше уже сейчас позаботиться о строительстве достаточного количества контейнеровозов, поскольку получить их - дело не быстрое. И лучше иметь профицит мощностей, чем их острую нехватку.

При этом ОСК проводит на МТК "Север - Юг" достаточно грамотную политику. Так, предполагается создать собственную судоходную компанию, которая управляла бы бОльшей частью контейнеровозов "Волга-Дон макс". Решение абсолютно оправданное, поскольку частные перевозчики не в состоянии заказать и эксплуатировать необходимое количество кораблей ввиду отсутствия финансовой возможности. Деньги на их строительство требуются большие (1,74 млрд на единицу). Потянуть такое могут немногие, а заказать десятки кораблей не может никто.

Поэтому именно со стороны ОСК инициатива выглядит вполне здраво. К тому же, она позволит госкомпании диверсифицировать структуру выручки и получать дополнительные средства на инвестиции.

В настоящий момент видно, что к МТК "Север - Юг" приковано особое внимание государства. Вопросы, которые не решались не просто годами, а десятилетиями, начинают разрешаться. Особенно важно, что государство больше не тратит время впустую на поиск частных инвесторов, создавая под них некие "благоприятные инвестиционные условия", а самостоятельно занимается и заказом флота и, после появления новых кораблей, начнет его эксплуатацию.

Всё это даёт надежду на то, что узкие места в МТК "Север - Юг" будут расшиты, а сопутствующие проблемы решатся максимально быстро. А частники если захотят и смогут, то присоединятся дополнительно к уже работающему механизму.

Мишустин снял Силуанова с должности полпреда в Евразийском банке развития (ЕАБР). Формулировка следующая: "в связи с глубокими изменениями, происходящими в международных отношениях". На данном посту Силуанов пробыл 11 лет.

В принципе, ничего удивительного здесь нет. Основной задачей Силуанова в ЕАБР было налаживанием взаимодействия Банка с западными глобалистскими организациями. Всё же, в первые годы работы ЕАБР был тесно интегрирован в западную финансовую систему. Тогда геоэкономический расклад был совершенно иной и без взаимодействия с МВФ, ВБ, ЕБРР создать наднациональную финансовую организацию не представлялось возможным.

Сейчас же острой необходимости в этом нет. ЕАБР будет налаживать сотрудничество с Новым банком развития БРИКС. А здесь в услугах Силуанова надобности нет.

Теперь задачей ЕАБР станет практически полный перевод торговли внутри ЕАЭС в рубли, финансирование проектов реального сектора экономики в рублевом эквиваленте, формирование резервов, опять же, в рублях. Помимо этого, ЕАБР станет налаживать сотрудничество с Ираном, Турцией и иными страны перспективного российского макрорегиона.

В общем, теперь ЕАБР станет своеобразным, если угодно, МВФ для российского макрорегиона.

Мишустин пытается вразумить Силуанова и Решетникова

Можно только представить, как за три года Михаил Мишустин намучился со своими министрами, главами финансово-экономических ведомств. Ведь это не его люди и не он их ставил.

Я часто слышу такой вопрос: разве не может Мишустин взять и уволить Силуанова с Решетниковым? Нет, не может. Потому, что, повторюсь, это не его люди. Система власти в стране устроена не так прямолинейно, как многие думают. Долго углубляться в эту тему не буду. Лучше, чем Михаил Хазин в книге "Лестница в небо", я уж точно её не опишу. Поэтому для понимания происходящих процессов рекомендую всем её прочитать.

От Министерства финансов и Министерства экономического развития Мишустин, увы, не может добиться тех результатов, которые необходимы. В том, что наша экономика не просто выстояла, но и уже во второй половине 2022 года вышла на траекторию роста, особых заслуг Силуанова и Решетникова нет.

Развитие негативного сценария предотвратили Мишустин, Белоусов, Мантуров и, частично, Набиуллина. Да, политику Банка России я часто подвергают критике, однако не раз писал, что в самом начале действия ЦБ были абсолютно оправданными и полезными. Примерно до лета, пока Банк России не снял ряд валютных ограничений, что привело к рекордному оттоку капитала.

Для Министерства финансов работа в прошлом году во многом облегчилась рекордным поступлением нефтегазовых сверхдоходов. Концептуально она мало отличалась от того, что было в предыдущие годы. Просто эти самые сверхдоходы нужно было не отправлять в резервы, а оперативно раскидывать по расходным статьям бюджета. С этой технической задачей ведомство Силуанова справилось. Правда, в конце года вновь начало щедро одаривать банки, потеряв на размещении ОФЗ 150 млрд рублей:

🔗 Цифра года. Минус 150 млрд - итог политики Минфина

А вот в этом году, как только цена на нефть Urals упала, то бюджетную политику начало лихорадить. Опять мы имеем размещения ОФЗ с щедрой для государства доходностью и недополучение нефтегазовых сверхдоходов. Минфин совместно с Минэком не смог решить, казалось, простую задачу. А, именно, объективной оценки экспортных цен на Urals. Вместо этого до сих пор, судя по всему, пользуются данными британского Argus, теряя сотни миллиардов рублей в месяц.

Что касается Министерства экономического развития, то здесь в 2022 году перемен также не было. Как ранее было не понятно, чем занимается ведомство Решетникова, так не понятно до сих пор. Улучшение инвестиционного климата, создание особых экономических зон и т.д. - уровень департамента Министерства. По сути дела Минэк должен выполнять функцию Госплана, координируя работу Минфина, Минэнерго, Минсельхоза, Минпромторга и других ведомств. Но этого и близко нет.

Основная проблема, которую видит Мишустин, заключается в том, что финансово-экономический блок не проводит единую политику. Басня Крылова "Лебедь, рак и щука" более, чем актуальна для оценки работы Минфина, Минэка и ЦБ. Но, если на работу Банка России Мишустин никак повлиять не может, то по министерствам определенные рычаги у главы правительства имеются.

продолжение ⬇️

На днях прошла расширенная Коллегия Министерства финансов и Министерства экономического развития. Данное мероприятие на моей памяти проходит впервые. То есть, это инициатива лично Мишустина, которая призвана наладить хоть какую-то координацию работы между Минфином и Минэком.

Мишустин обозначил шесть целей, которые стоят перед правительством:

📍Повышение благосостояния граждан
📍Народосбережение (демография)
📍Укрепление технологического суверенитета
📍Достижение финансового суверенитета
📍Опережающее развитие транспортной, коммунальной и социальной инфраструктуры
📍Наращивание внешних связей с дружественными странами и поиск новых партнеров

Отдельно здесь отмечу то, что, по словам Мишустина, технологический суверенитет нам нужно укреплять, а вот финансовый - достигать. Это явный камень в сторону финансового блока. Россия по-прежнему не обладает финансовым суверенитетом.

Что, к слову, подтверждается цифрой рекордного оттока капитала в 227 млрд долларов. Из суверенной финансовой системы деньги не вымываются, поскольку она настроена так, что финансовые ресурсы находят себе место и, в идеальной системе, трансформируются в инвестиции в реальный сектор экономики и в потребление.

Если финансовая система России просто переориентируется с западной на китайскую, заменив евродоллары юанями, то это, конечно, никакой не финансовый суверенитет. Умение распоряжаться собственными колоссальными финансовыми ресурсами - вот задача, которую ставит Мишустин.

Далее глава правительства заявил следующее:

💬 ”В ходе этой работы главное - усилить акцент на средне- и долгосрочных вопросах. Прежде всего - в рамках национальных целей, которые установил глава государства.

Это потребует ещё более слаженной работы на всех уровнях, в том числе по развитию промышленности, выходу на перспективные рынки и ускорению формирования новой инфраструктуры, новой логистики”

Мишустин призывает к слаженной работе финансово-экономического блока. Очевидно, что результат можно получить только тогда, когда все профильные ведомства работают на достижение единой цели.

Кстати говоря, нынешняя навязанная извне структура финансово-экономического блока не отвечает интересам русской экономики. Результат не может быть получен, когда у всех ведомств разные задачи. Если Центробанк заботится об инфляции, Минфин - о бюджете, Минэк - о росте ВВП, то ни одна из этих целей не будет достигнута на 100%, поскольку они во многом противоречат друг другу.

Если усилия ЦБ сосредоточены на снижении инфляции любыми способами, то это означает снижение уровня монетизации экономики, что исключает как нормальный рост ВВП, так и несколько снижает доходы бюджета. Если усилия Минфина сосредоточены исключительно на бюджете, то это значит, что ведомство не будет использовать инструмент управляемого дефицита. А без дополнительных ресурсов оказать поддержку экономике для её развития невозможно.

Конечно, финансово-экономические ведомства должны работать в единой парадигме. Но такого сейчас нет. Обращу внимание на интересный момент. Пару лет назад Минфин и Банк России, действительно, координировали усилия. Но как координировали. Ведомство Силуанова полностью прогнулось под Центробанк и всерьез поставило себе цель снизить инфляцию. Ну или, как минимум, не наращивать бюджетные расходы для появление проинфляционных факторов.

В общем, Мишустин пытается сейчас синхронизировать работу Министерства финансов и Министерства экономического развития. Правда, я не думаю, что будет результат. Если оба ведомства продолжают повторять те ошибки, которые допускали ранее, то это значит, что они не способны их исправлять. По-хорошему, Мишустину необходимо поставить своих людей во главе Минэка и Минфина. Но это уже вопрос большой политики.

Новые территории уже в 2023 году добавят ВВП России 2 трлн рублей. Без них номинальный объем экономики страны составит, согласно прогнозу Минэка, 157,8 трлн рублей, с учетом четырех новых субъектов - 159,8 трлн.

То, что цифра составляет всего лишь 1,25% от общего объема ВВП, не должно никого вводить в заблуждение. Если брать промышленный Донбасс, то загрузка работающих предприятий в настоящий момент составляет 10-25%. Значительное количество заводов находится в простое, ряд объектов, где позволяет обстановка, восстанавливается. В том же Мариуполе сейчас крупные градообразующие предприятия, начиная от завода им. Ильича, заканчивая портом, в силу объективных обстоятельств практически не работают.

При этом уже сейчас мы имеем объем ВРП в 2 трлн рублей, что сравнимо, например, со столицей угледобычи - Кемеровской областью. ВРП промышленной Свердловской области в 2022 году составил 3,1 трлн рублей, Красноярского края - 3,5 трлн, Нижегородской - 1,9 трлн.

После перезапуска экономики новых территорий, инвестиций в реальный сектор, развития иных отраслей (например, туризм) можно смело ожидать роста выпуска товаров и услуг, минимум, в 5 раз до 10 трлн рублей в нынешних ценах. А это уже существенно.

Рекордный отток молодежи. Регионы теряют людей

Негативные тенденции фиксируется по большинству регионов России, которые теряют молодых специалистов. Так, в Черноземье было проведено исследование компанией FinExpertiza, результаты которого не могут вызвать оптимизм.

В 2022 году количество молодых специалистов (до 30 лет) в регионах Черноземья сократилось на 5-12% в зависимости от конкретного субъекта. В Центрально-Черноземный экономический регион входят пять областей: Белгородская, Воронежская, Курская, Липецкая и Тамбовская. Больше всего потеряла Тамбовщина - 11,7% молодых специалистов, меньше всего - Курская область - 5,2%.

Всего в экономике Черноземья доля молодежи составляет всего лишь 7,2% от общего количества занятых. В целом по России эта цифра составила 14,9%, что, впрочем, является антирекордом.

Основных причин две.

🔴 Первая - демографическая. В настоящий момент фактор демографической ямы 90-х годов имеет пиковый эффект, который будет продолжаться ещё два-три года. Потом ситуация станет чуть лучше, но стратегически, всё равно, останется катастрофической.

Демографический вопрос решать необходимо. Одним из рецептов (но далеко не единственным) является изменение жилищной политики и стимулирование малоэтажного строительства, о чём я писал здесь:

🔗 Конец эры человейников

Впрочем, даже если государство сейчас сделает всё правильно и более-менее выправит демографию, то для рынка труда и региональной экономики эффект всё равно будет заметен не ранее, чем через 20 лет.

🔴 Вторая причина сокращения молодых специалистов - их отток из регионов в города-миллионники. Речь здесь идёт не только Москве и Санкт-Петербурге. На Урале внутренняя "молодая" миграция направляется в Екатеринбург, на юге - в Краснодар и, реже, в Ростов, в Сибири - в Новосибирск и т.д.

Ошибочно полагать, что люди едут исключительно в Москву и Питер. В процентном соотношении количество молодежи примерно равное. Исключением являются лишь Омск, Пермь, Челябинск и Волгоград. В Самару, Уфу, Нижний Новгород приток молодежи имеется из ближайших районов, но по темпам он уступает другим городам-миллионникам.

Что касается второй причины, а, именно, внутренней миграции, то здесь государство может решить этот вопрос. На бумаге рецепт прост - отказ от политики создания моноцентричных агломераций.

В шестом технологическом укладе высокая концентрация населения на небольшой территории уже не является драйвером роста экономики. В XX веке при индустриализации и развитии сферы услуг она, действительно, давала существенный экономический эффект. Но сейчас экономика переходит к новому укладу.

Генерировать экономический потенциал будут (и, кстати говоря, уже генерируют) не миллионники, а малые специализированные города. В качестве примера можно привести Иннополис, где проживает около 5 тысяч человек. Однако его вклад в развитие высокотехнологичных отраслей на душу населения в десятки, если не в сотни раз выше, чем того же Омска или Перми. Без обид, омичане и пермяки, повторю, речь идёт о вкладе на душу населения каждого жителя города.

продолжение ⬇️

В общем, вопрос, который поднят в данном материале, является слишком объемным и в одной публикации рецепт его решения я, конечно, дать не могу. Впрочем, упомяну об одном инструменте государства, который можно применить здесь и сейчас и который даст эффект буквально за пару лет.

Это переезд головных структур государственных компаний из Москвы в регионы. Реализовать подобное можно и с крупнейшими частными компаниями в добровольно-принудительном порядке.

Переезд решает сразу два вопроса. Первый - создание высокооплачиваемых и, частично, высококвалифицированных рабочих мест. На которые есть потребность и в молодых специалистах.

Второе - значительный рост доходной части региональных бюджетов в результате смены юридической прописки.

В качестве примера можно привести "Газпром", который пару лет назад переехал из Москвы в Санкт-Петербург, обеспечив Северной столице дополнительно 40 млрд рублей налоговых поступлений в год. Здесь я сказать ничего не хочу. Питер, действительно, нуждался и нуждается в дополнительных средствах для решения накопившихся инфраструктурных проблем.

Однако посмотрим на бюджеты соседних регионов. В Новгородской области на 2023 год доходная часть запланирована в объеме 55,4 млрд рублей, Псковской - 51,49 млрд, Карелии - 75,49 млрд, Ленинградской - 171 млрд. В общем, можно представить, какие перемены произошли бы в каждом из приведенных в пример регионов, если бы "Газпром" переехал туда. Причем как юридически, так и физически.

Понятно, что вопрос этот непростой и требует решения многих сопутствующих проблем, но здесь речь идет о целеполагании: что мы хотим получить в итоге? Сковать экономическую активность исключительно в агломерациях, либо заниматься развитием всей территории страны?

Таким образом, проблема очевидна. Простого рецепта для её решения нет, однако и закрывать на неё глаза, аргументируя происходящее тем, что это якобы естественный процесс, является пораженческой позицией. Некоторые инструменты у государства (например, переезд госкомпаний) имеются, другие необходимо придумать и разработать. Было бы, что называется, желание.

Отличная инициатива в рамках деофшоризации. В Государственную Думу депутатом Сергеем Гавриловым внесён законопроект, который разрешает создавать в специальных административных районах в Калининграде и Владивостоке компанию с нуля, а не переводить предприятие из зарубежного офшора.

Сейчас многие компании хотят вернуть активы из офшоров в Россию, однако местные регуляторы отказывают им в этом праве. Например, Кипр отклоняет значительное число заявок на уход из своей юрисдикции. В Нидерландах и вовсе запрещено редомилцилироваться за пределы Евросоюза. То есть, сначала нужно переехать из Нидерландов, к примеру, на Кипр. А уже потом вернуться в Россию. Эта процедура занимает минимум 1,5-2 года при условии, что все проходит идеально. Но, как видим, могут просто не выдавать разрешение.

Для меня было удивлением, почему в нашем законодательстве отсутствует возможность для предприятий создать новое юридическое лицо и переписать на него активы, принадлежащие офшору. Теперь, судя по всему, эта возможность появится. Но при условии, что новой компании в САР будут переданы от офшора активы на сумму не менее, чем в 800 млн рублей.

В общем, надеюсь, что законопроект будет принят в ближайшее время.

Мишустин нанёс по либералам ответный удар

Можно долго говорить о необходимости избавления зависимости русской экономики от нефтегаза, предлагать красивые проекты, произносить красивые слова. Данная вещь является очевидной и в лишнем повторении не нуждается. Вопрос в делах.

Однако пока что наша экономика существенным образом зависит от нефтегазового экспорта. Чем лучше продаётся нефть (как по цене, так и по объему), тем больше денег заходит в страну и, в частности, в федеральный бюджет. Никаких иных реальных инструментов, кроме как прямой государственной поддержки развития несырьевых отраслей нет.

Силуанов и Решетников могут сколько угодно рассказывать о частных инвестициях и об улучшении бизнес климата. Однако простые факты говорят о том, что интенсивное развитие несырьевых секторов происходит только тогда, когда в этом процессе прямо или косвенно принимает участие государство. Либо за счет прямых госинвестиций, либо за счет субсидирования отраслей. Это единственный работающий механизм, позволяющий поднять отрасль с нуля.

Поэтому Мишустин и уделяет особое внимание бюджетным расходам, так как понимает, что это в настоящий момент единственная действенная возможность получить результат как можно скорее. А времени на раскачку, как известно, у нас нет.

Соответственно, нефтегазовой теме необходимо уделять особое внимание, понимать и анализировать те процессы, которые происходят в отрасли.

Да и представим ситуацию, что у нас внезапно стала производиться широкая номенклатура несырьевых товаров. Значит ли это, что мы забудем о нефтянке? Конечно, нет. Она по-прежнему будет приносить нам хорошие деньги, обеспечивать развитие нефтедобывающих регионов, создавать рабочие места и т.д. Даже при снижении зависимости от экспорта углеводородов, нефтегаз продолжит занимать особое место в структуре нашей экономики.

Минфин и Минэк серьезно подставили Мишустина, когда продолжили использовать данные британского агентства Argus при определении уровня налогообложения на нефтяную отрасль. Они лишили бюджет сотен миллиардов рублей ежемесячных доходов, что не позволило направить их на развитие реального сектора. Я бы назвал это откровенным саботажем. Намеренным или по некомпетентности - не знаю, пусть решит каждый сам за себя.

Тем не менее, рублевая цена на нефть с апреля начала восстанавливаться. Этому способствовало как ослабление рубля, так и рост котировок Brent.

По первому я много писать не буду. Стремительная девальвация, случившаяся в начале апреля, носила явно искусственный характер. Никаких предпосылок к ней не было.

Что касается второго, то здесь момент достаточно интересный. Средняя цена Brent по итогам марта составила 78,15$, в апреле средняя цена - 85$. То есть, больше на 7$.

На днях заместитель Силуанова Колычев сообщил, что экспортная цена Urals в первых числах апреля превысила уровень в 60$ за баррель, что позволит вновь получать нефтегазовые сверхдоходы и, таким образом, наполнять ФНБ. Здесь же оговорюсь, что сейчас в наполнении ФНБ нет ничего страшного. Мишустин использует Фонд не как "кубышку", а как инструмент прямых инвестиций в экономику. Собственно говоря, случилось то, чего мы ждали 10 лет.

Но мне не понятно, каким образом цена на Urals внезапно выросла с мартовских 47,85$ (дисконт к Brent более 30$) до, минимум, 60$ (дисконт уже 25$). Но это минимум. В реальности, по приходящим данным, в профильных ведомствах оценивают нынешний уровень экспортной цены Urals примерно в 65$ (дисконт 20$).

Сократиться на треть (или же на 10$) всего лишь за пару дней дисконт не может никак. Причем произошло это аккурат с началом нового календарного месяца.

продолжение ⬇️

Вариант здесь один. Мишустин нанёс по либералам ответный удар. До настоящего момента Минфин уверял, что уже в ближайшее время на отечественную нефть будет разработан национальный индикатор. Впервые, кстати говоря, подобные заявления мы слышали прошлым летом и этот самый индикатор обещали запустить до конца года. Но ничего не произошло ни тогда, ни в первом квартале.

Зато произошло другое. Бюджет, как я написал выше, лишился за первый квартал примерно полутриллиона нефтегазовых доходов (с учетом дополнительных). На покрытие выпадающих только базовых нефтегазовых доходов ушло 334,5 млрд рублей из ФНБ. Это примерно столько же, сколько стоит строительство Северного широтного хода (СШХ), на который в прошлом году в очередной раз не нашлось денег.

В общем, результат политики системных либералов по исполнению нефтегазовых доходов бюджета очевиден. Судя по всему Мишустин, видя полнейший саботаж, с апреля решил их прижать, и теперь уровень налогов наконец-то будет отсчитываться от более-менее справедливой стоимости Urals. Почему пишу "прижать" - потому что налоговые дела не лежат в прямой зоне ответственности главы правительства. И вмешательство в них происходит только в экстраординарных ситуациях.

Подтверждением этому является внезапный рост рублевой стоимости Urals, который произошел больше не от девальвации рубля (она составила 5-7%), а от резкого повышения котировок на Urals (на 25-35%).

Теперь рублевая стоимость Urals составляет от 4800 до 5300 рублей за баррель. Последний раз такая цена была в июне-июле прошлого года, но там основную часть сверхдоходов делала пошлина на газ. При нынешних раскладах бюджет полностью покроет потребности в базовых нефтегазовых доходах и будет получать от 80 до 150 млрд рублей дополнительных. Это неплохой для Мишустина ресурс, который можно использовать в качестве прямых инвестиций. Либо направить их в бюджет, сократив объем заимствований и, следовательно, расходы на казны на обслуживание нового долга. В общем, манёвр есть.

Таким образом, эпопея с нефтегазовыми доходами бюджета и экспортной стоимостью Urals, длившаяся с декабря прошлого года окончена. И, надеюсь, больше она не повторится.

На протяжении двух недель западные СМИ вовсю начали как по команде писать о начале широкомасштабного военного сотрудничества России и Китая. В частности, заговорили о поставках некоторых видов вооружений, а также экипировки.

По последнему, впрочем, никаких сюрпризов нет. Массовое использование китайских тепловизоров или же ПНВ имеет место уже на протяжении долгого времени. Другое дело, что это, скорее, частные закупки, нежели централизованные государственные поставки.

Соответствующая информация циркулирует не только в западных СМИ, она озвучивается и высшими должностными лицами США.

Вчера Министр обороны КНР посетил Москву, где встретился с Владимиром Путиным. Одновременно с этим прошла демонстративная проверка боеготовности Тихоокеанского флота (надеюсь, не надо лишний раз напоминать, где находится Тайвань). Сегодня же Путин встретился с Шойгу и подчеркнул, что Тихоокеанский флот может использоваться на ЛЮБЫХ направлениях.

По-моему, всё слишком очевидно. Китай помогает нам сейчас, после - мы помогаем Китаю.

Россия - щедрая душа. Иностранцам разрешают выводить деньги из страны

Девальвация рубля, которая случилась в начале апреля, вызвала волну негодования и возмущения как в обществе, так и среди экспертного сообщества. Поскольку никаких объективных предпосылок к ослаблению рубля не было.

Наоборот, в первые месяцы 2023 года рубль наконец-то вышел в свой справедливый диапазон 70-80 р за доллар, к которому экономика адаптировалась ещё несколько лет назад. Казалось, все негативные последствия прошлогодней волатильности (120 р и 50 р за доллар) преодолены. Больше курс национальной валюты так лихорадить не будет. Диапазон 70-80 р является комфортным для всех: и для бюджета, и для предприятий, и для населения.

Однако всего лишь за несколько дней рубль девальвировался на 5-7%, превысив отметку в 80 р за доллар. Подобное стало возможным из-за постепенного восстановления импорта, роста спроса на иностранную валюту и одновременного сокращения экспортной выручки по сравнению с пиками прошлого года. Об этом я писал здесь:

🔗 Девальвация. Они ослабили рубль

Тем не менее, это отнюдь не объективные предпосылки, поскольку торговый баланс и счет текущих операций у нас по-прежнему находятся в профиците. По первому кварталу профицит торгового баланса составил 29 млрд долларов, профицит СТО - 18,6 млрд. Да, это практически в два раза меньше, чем в четвертом квартале прошлого года, но значение, всё равно, более, чем положительное. А, значит, и резкая девальвация исключена. Но она произошла.

К слову, последствия такого ослабления в контексте ускорения инфляции признаёт даже Центробанк. Об этом на прошлой неделе заявила Эльвира Набиуллина, выступая в Государственной Думе.

Ещё одной причиной девальвации мог стать выход иностранного бизнеса из России. Логично, что выводить из страны деньги, полученные в результате продажи активов, для них имеет смысл в иностранной валюте. Например, только по продаже доли Shell в проекте "Сахалин-2" необходимо получить валюту в эквиваленте 95 млрд рублей. Сумма для рынка большая.

Мне сложно оценить, насколько данный фактор в действительности повлиял на девальвацию. Мне представляется, что его значимость несколько переоценена. Но сейчас не об этом.

продолжение ⬇️

Министерство финансов и Центробанк решили заняться имитацией бурной деятельности. А, именно, установить лимит на приобретение валюты под крупные сделки для покидающего Россию иностранного бизнеса. Мера абсолютно пустая и ненужная. Сразу по двум причинам.

● Первая является политической. Зачем, спрашивается, выпускать деньги компаний из недружественных государств? Если они хотят продать бизнес, то, хорошо, пусть это делают. Однако выручка от продажи должна зачисляться на счета типа С в рублевом эквиваленте и оставаться здесь до того момента, пока на Западе не будут разблокированы наши активы.

Максимум, что допустимо - это обмен замороженными активами. Ситуация, действительно, абсурдная. Наши активы (например, НПЗ в Германии) забирают по беспределу, мы же пытаемся непонятно перед кем казаться добрыми и хорошими, отдавая западным предприятиям деньги.

Причем, если говорить про тот же Shell, то эта компания демонстративно прекратила деятельность в России, отозвав с "Сахалина-2" свой технический персонал, чем поставила под угрозу безопасность добычи. В сентябре Shell и вовсе заявил о выходе из "Сахалина-2" без какой-либо финансовой выгоды. Мы же их догнали и буквально настояли на том, чтобы они забрали 95 млрд рублей.

● Вторая причина лежит уже в финансово-экономической плоскости. Правда, всё равно и здесь не обходится без политического фактора. Прошлым летом системные либералы в лице Минфина Силуанова и ЦБ Набиуллиной отменили обязательную репатриацию валютной выручки. Значительная часть денег, получаемых в результате экспорта, оседает на счетах в зарубежных банках.

При репатриации они, конечно, поступали бы на валютный рынок, что предотвращало бы девальвацию рубля и делало бы рынок более ликвидным. Если кто-то опасается чрезмерного укрепления рубля (ниже 70 р), что, кстати говоря, справедливо, то можно ввести лимиты на продажу, либо менять эту выручку на валюты дружественных государств. Вариантов огромное количество. Было бы правильное целеполагание, которое просто обязано заключаться в том, что наши деньги должны работать на нашу экономику, а не пылиться на зарубежных счетах.

Вместо решения этих двух важнейших вопросов системные либералы продолжают обращать внимание на абсолютно второстепенные вещи. Они думают, как бы сгладить валютные колебания при массовом выходе иностранцев с нашего рынка. Может быть, просто не нужно допускать возможность, чтобы они выводили деньги до того момента, пока западные страны не начнут исполнять свои обязательства перед Россией?

Увы, но финансовый блок как руководствовался западноцентричной идеологией, так и продолжает ей руководствоваться по сей день.

Русское импортозамещение 2.0.

Термин "импортозамещение" прочно вошел в лексикон чиновников и прижился среди массовой аудитории. Правда, воспринимается он не всегда с положительной точки зрения. Некоторые прямо убеждены, что политика импортозамещения полностью провалена и за девять лет она не дала никаких результатов.

Я такими популистскими выражениями бросаться не буду. Скажу так, что импортозамещение не может быть ни провалено, ни успешно реализовано. Импортозамещение - всего лишь красивый, некогда придуманный политический термин. Если говорить о реальном производстве, то оно включает в себя десятки и сотни тысяч номенклатуры.

Что-то было замещено, где-то создали не просто аналоги, а выпустили превосходящую по качеству продукцию, а где-то занимались профанацией, переклеивая китайские этикетки. В общем, для получения более-менее объективных выводов необходимо анализировать каждую отрасль в отдельности. Да и то, постоянно будут появляться новые вводные.

В качестве примера возьмем сельское хозяйство. 10-15 лет назад значительная часть продукции импортировалась, вплоть до мяса курицы или свинины. Сейчас практически по всем позициям у нас не просто самообеспечение, но и превосходящее внутренний спрос производство. Из нетто-импортера продовольствия Россия превратилась в нетто-экспортера. Причем речь идёт отнюдь не о цифрах статистической погрешности. Экспорт продукции АПК приносит нашей экономике десятки миллиардов долларов в год. То есть, триллионы рублей.

При этом, по семенной базе или же по инкубационным яйцам у нас сохраняется серьезная зависимость от внешних поставок. Работы ещё, минимум, на 5-7 лет. Минсельхоз реализует ряд проектов и, надеюсь, результат будет тот, который запланирован.

И вот по приведенной выше ситуации одни будут говорить об успешном импортозамещении в секторе АПК, другие будут указывать на сохраняющиеся проблемы. И те, и другие, теоретически, будут правы. Также и по другим отраслям.

Сейчас правительством принято решение отказаться от употребления термина "импортозамещение". И абсолютно правильно, поскольку, как я написал выше, критерии импортозамещения весьма размыты. Всё же, правительство - это не политики, а управленцы, которые должны показывать конкретный результат.

Плюс термин "импортозамещение" изначально был выбран, на мой взгляд, не совсем удачно. Сразу представляется, что поставленная задача - заместить импортную продукцию. То есть, создать её аналог. Как мы знаем, копия практически всегда хуже оригинала. В общем, вместо того, чтобы развивать производство собственной уникальной продукции, импортозамещение подразумевает слепое копирование.

Сейчас правительство ввело новое понятие - "технологический суверенитет". Если не ошибаюсь, придумал его вице-премьер Денис Мантуров. Новый термин является более удачным, поскольку имеет конкретное целеполагание - обеспечить независимость российской экономики от иностранных технологий. В это же время импортозамещение может подразумевать выпуск продукции на территории России, но через использование зарубежных технологий. Как, например, это было с многострадальным "Суперджетом".

К слову, если уж брать в пример авиационную промышленность, то старая версия "Суперджета" - пресловутое импортозамещение (уже ведь не Боинги, пусть и 70% - зарубежные комплектующие), а вот МС-21, который практически полностью состоит из отечественных деталей, - уже технологический суверенитет.

продолжение ⬇️

Сегодня Михаил Мишустин провёл оперативное совещание с вице-премьерами, на котором были утверждены 13 приоритетных направлений. Их реализация позволит добиться того самого технологического суверенитета.

Список выглядит следующим образом:

● авиационная промышленность
● автомобильная промышленность
● железнодорожное машиностроение
● медицинская промышленность
● нефтегазовое машиностроение
● сельскохозяйственное машиностроение
● специализированное машиностроение
● станкоинструментальная промышленность
● судостроение
● фармацевтика
● химическая промышленность
● электроника
● энергетика

Как видим, выделены абсолютно все ключевые сектора, вокруг которых так или иначе строится вся промышленная политика. С ходу мне сложно этот список дополнить, хотя не исключаю, что что-то важное в него и не вошло.

Сейчас не буду каждое направление оценивать в отдельности. Выделю тему финансового обеспечения. Так, под проекты указанных направлений предполагается предусмотреть льготное финансирование. Оно будет выражаться как через предоставление кредитов по сниженным ставкам (для них ЦБ будет применять пониженные нормативы резервирования), так и по прямому финансовому участию государства через профильные институты развития.

Всё это позволит привлечь в отрасли дополнительно 10 трлн рублей инвестиций. Цифра внушительная.

Тема технологического развития одновременно и интересная, и чрезвычайно важная. Поэтому я планирую её регулярно освящать на канале. Вплоть до разбора конкретных отраслей. Правительству остаётся только пожелать успехов. С нынешним главой кабмина надежда есть.

К вопросу о технологическом суверенитете и приоритетных направлениях. С точки зрения пространственного развития работа над ними показывает абсолютную ненадобность моноцентричных агломераций. Возьмем в качестве примера автопром.

Когда отечественное автомобилестроение переживает, я надеюсь, второе рождение, имеется уникальная возможность создания специализированного кластера в районе Тольятти - Самары. А, именно, преобразования двух крупнейших городов Поволжья в полицентричную агломерацию, пространство между которыми соединено малоэтажной застройкой.

Район Тольятти - Самары может стать ярким примером и образцом пространственного развития в экономике шестого технологического уклада. Когда имеется специализированный район, где сосредоточена и научно-техническая база, и производство.

Над атомом постепенно сгущаются тучи. Исчерпав запас ограничительных мер, Запад начинает потихоньку покусывать Росатом. Пару недель назад США ввели рестрикции против его "дочерних" структур. Теперь пытаются давить с европейского фланга. Параллельно создавая собственный "альянс".

Не так давно пришла новость о том, что Япония, Великобритания, Канада, США и Франция договорились снизить зависимость рынка ядерного топлива от поставок России. Нам это стоит воспринимать так - ну договорились и договорились. Подобные декларации о намерениях в области атома мы слышим не первое десятилетие.

Однако противопоставить Росатому на Западе все равно пока нечем. Да и России нет особого смысла продолжать сотрудничество с Западом. Нам необходим разрыв всех связей. Даже тех, которые с первого взгляда кажутся выгодными. Как показывает практика, в долгосрочной перспективе любое сотрудничество заканчивается для России потерями.

Вернемся к атому. Достаточно посмотреть на состояние западных крупнейших корпораций - непонятно чей Westinghouse, который постоянно банкротится и переходит из рук у руки и французская EDF, которая не так давно отчиталась о рекордных убытках в 17,9 млрд евро и долгах в 64,5 млрд евро. При этом обе компании обладают компетенциями лишь в разработке реакторов, но не в строительстве и производстве оборудования.

Так что нет ничего удивительного в том, что все их международные проекты год за годом - за редким исключением, череда неудач. Отчасти спасает только внутренний рынок, где приходится обслуживать уже имеющиеся АЭС. Ну и "сильные и независимые" отдельные камикадзе Восточной Европы, которым уже вообще ничего не жалко.

Но кусать-то хочется. Однако напрямую ввести рестрикции против Росатома никто не может - слишком большая зависимость даже ключевых игроков. Даже "позеленевший" от злости Брюссель помалкивает. Однако глобалисты нашли-таки овечку на заклание. И снова эта "почетная" роль досталась безвольной Германии.

Пару дней назад там произошло своего рода историческое событие - были закрыты три последние АЭС. Больше атомной энергетики у немцев нет. И буквально в ту же секунду правительство ФРГ заявило Еврокомиссии о целесообразности ввода ограничений против российской ядерной энергетики в рамках 11-го пакета. Вот так. Мавр сделал свое дело, мавр может идти дальше крушить свою промышленность.

А ведь когда-то в лучшие годы на рубеже тысячелетий мирный атом обеспечивал немцам почти 30% всей генерации. Однако "зелёный" поезд настолько разогнался по пути на станцию Деиндустриализация, что даже стоп-кран в лице энергетического кризиса не смог его остановить.

Несмотря на то, что решительный курс на отказ от атомной энергетики в Германии был взят ещё в конце 90-х после прихода к власти коалиции социал-демократов и "зелёных" (Шредер принял решение о постепенном выводе атомных электростанций из строя), мировой кризис 2008 года несколько отрезвил тамошние власти. И Меркель продлила сроки эксплуатации оставшихся АЭС. Однако нынешних "зелёных" не останавливает ничто. В конце 2021 закрыли три из имевшихся шести. Ну а теперь покончили и с последними.

продолжение ⬇️

Немного для понимания масштаба. Годовой объём выработки закрывшихся АЭС составил 36,5 ТВтч. В 2022 году они обеспечивали 6% от общего энергобаланса. Для сравнения - это больше, чем годовой объем потребления электроэнергии в Ирландии. Добавим к этому ещё и фактическое прекращение трубопроводных поставок газа из России.

При этом основная надежда немцев была на импорт от французских АЭС. Однако, несмотря на то, что на фоне остальной Европы, атомная отрасль Франции выглядит относительно неплохо, дела там тоже обстоят, мягко говоря, не лучшим образом. Производство электроэнергии благодаря остановке более половины (32 из 56) реакторов и протестам достигло уровня (!) 1992 года. Поэтому в 2022 году страна превратилась из главной надежды всей Европы в нетто-импортёра электричества. Спасали буквально всем миром.

В целом за прошлый год Евросоюз сократил общий спрос на электроэнергию на 4,4% процента, или на 117 ТВтч. Для понимания - в докризисные годы Польша потребляла в среднем 140 ТВтч. А такой энергетический "гигант" как Литва - 12 ТВтч. То есть это очень много. Более того, надо понимать, что львиную долю сокращения взяла на себя именно промышленность.

Разумеется, никакого одномоментного краха Европы или же Германии не будет. Последствия будут иметь именно долгосрочный характер. Всё-таки европейцы имеют достаточный запас накопленного "жирка". Однако тут как в выражении "чем хуже, тем лучше". Только наоборот. Отрезвить тамошних политиканов от продолжения скольжения по "зелёным" рельсам мог только какой-то резкий удар. Например, аномальные холода зимой. Однако этого не случилось, и лягушка продолжила вариться медленно. Как некогда Россия варилась в удушающих объятиях глобалистов.

Таким образом, США используют буквально все возможности экономического давления на Россию. И готовы отдать в жертву Европу. Ведь Германия является главным "донором" всего Евросоюза. И её угасание означает девальвацию европейского макрорегиона, снижение его будущей конкурентоспособности. Отказ от стабильных и дешевых источников электроэнергии - это по сути приговор собственной экономике. Ведь эксплуатация АЭС выгодна именно на долгосрочном периоде - низкие эксплуатационные затраты при существенных капитальных на стадии строительства.

Параллельно работает и любимая схема "разделяй и властвуй". Наклевывавшемуся альянсу Германии и Франции вокруг спасения того же автопрома (недавно Еврокомиссия приняла решение об отказе от ДВС к 2035 году, против чего коллективно выступали Макрон и Шольц) или в отношении Китая не дают появиться на противоречиях против атомного сектора. А на случай разрешения оных на страже сидит верный цепной пес в Варшаве.