МТС предложит компаниям "виртуальных сотрудников".

Телекоммуникационный оператор выходит на рынок корпоративных HR-решений с мультиагентной ИИ-системой, закрывающей значительную часть функций подбора и управления персоналом. В отличие от классических HR-сервисов, речь идет не о вспомогательном инструменте, а о попытке создать цифровой контур, который действует как полноценный участник процессов — с распределением ролей, логикой принятия решений и передачей промежуточного результат между этапами.

Архитектура решения строится вокруг набора специализированных ИИ-агентов. Каждый из них отвечает за конкретную функцию: первичное собеседование кандидатов в формате диалога, коммуникацию по условиям вакансий, координацию интервью, обработку откликов. Ключевой элемент — оркестрация, которая отслеживает действия кандидата, определяет сценарий взаимодействия и распределяет задачи между агентами. Таким образом, система имитирует работу команды найма, но с существенно меньшими затратами времени на типовые операции. По оценкам компании, до 60% загрузки кадровых отделов сегодня приходится именно на такие задачи.

Отдельный акцент сделан на работе внутри контура заказчика. Это означает локальное размещение решения и контроль над персональными данными, что критично для крупных компаний с жесткими требованиями к безопасности. При этом для запуска системы требуется интеграция с существующими IT-сервисами — HRM-системами, почтой, мессенджерами, корпоративными порталами.

Дальнейшее развитие решения МТС связывает с углублением функциональности. В разработке находятся модули адаптации сотрудников, оценки эффективности и предиктивной аналитики. Последняя предполагает переход от реакционной модели управления персоналом к проактивной: система будет прогнозировать вероятность увольнений, анализировать обратную связь сотрудников и выявлять проблемные зоны на уровне команд. Это уже выходит за рамки рекрутинга и приближает продукт к инструментам стратегического управления персоналом.

С точки зрения рыночной стратегии МТС движется в сторону создания комплексной платформы ИИ-ассистентов для корпоративных функций. HR в данном случае выступает как точка входа — одна из наиболее формализуемых областей с высокой долей рутинных операций. В дальнейшем аналогичная модель может масштабироваться на смежные направления: юридические службы, поддержку клиентов, внутренние сервисные функции.

Однако такая стратегия предполагает усложнение продукта. Мультиагентная система — это не коробочное решение, а конструктор, требующий доработки под конкретные процессы заказчика. Это увеличивает стоимость и сроки внедрения, а также делает результат зависимым от качества данных и зрелости внутренних процедур компании.

МТС одной из первых компаний в России делает ставку на переход от автоматизации отдельных задач к автоматизации ролей. Если текущие решения заменяют функции, то предлагаемый подход стремится заменить часть операционной деятельности целиком. Это более амбициозная, но и более рискованная модель, где ключевым фактором успеха становится не только технология, но и способность встроиться в сложные организационные структуры и доказать измеримый эффект на уровне бизнеса.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Первый заместитель министра финансов Ирина Окладникова:

Наше целеполагание и бюджетирование строятся на стратегическом планировании. Ключевое здесь – прогнозы социально-экономического развития на среднесрочный и долгосрочный периоды. На основе их показателей мы формируем бюджетный прогноз и сам федеральный бюджет.

Окладникова назвала четкую причину, почему с федеральным бюджетом России постоянно возникают проблемы. Его планирование строится на заранее нереалистичных прогнозах. Ни Министерство экономического развития, ни ЦБ никогда не попадают в свой план. Отсюда мы имеем комичное «обязательное достижение таргета по инфляции к концу следующего года», которое продолжается уже лет семь.

Но если ранее прогноз социально-экономического развития расходился с фактическим положением на два–три года, то сейчас профильные министерства и ведомства настолько разучились прогнозировать макропараметры, что нормального планирования нет даже на горизонте полугода–года.

Вспомним январь–февраль. В бюджете средняя цена на нефть Urals была заложена в 59 $ за баррель при курсе в 92,2 рубля за доллар. Итого 5440 рублей за бочку. По итогу в первые месяцы 2026 года было 3000–3500 рублей. «Спасибо» войне в Иране, которая резко исправила положение. Но как можно было ошибиться настолько, что финансовый план полетел уже в первые месяцы, после чего Минфин стал в суматохе отменять и пересматривать бюджетное правило?

Поэтому получается следующая бюрократия: Министерство экономического развития непонятно как составляет прогноз, а на его основе Минфин планирует бюджет. По итогу резко растут заимствования, происходит искусственное укрепление/ослабление рубля, ЦБ держит ключевую ставку на высоком уровне, а экономика не получает необходимую поддержку.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Международное энергетическое агентство (МЭА) опубликовало отчет за март 2026 года. Основные моменты:

▪️ Снижение добычи в странах Персидского залива составило 10 млн баррелей в сутки.
▪️ Мировое предложение нефти сократилось на 8 млн баррелей в сутки до 98,8 млн баррелей в сутки.
▪️ МЭА все еще рассчитывает на рост предложения в 2026 году на 1,1 млн баррелей в сутки при росте спроса на 640 тыс. баррелей в сутки. Но это попытка сделать хорошую мину при плохой игре.
▪️ Начинается снижение потребления нефти. Сейчас — минус 1,1 млн баррелей в сутки. Классическая модель: растут цены, сокращается потребление.
▪️ Проблема заключается не только в предложении сырой нефти, но и в переработке. Остановлены НПЗ мощностью 4–5 млн баррелей в сутки.
▪️ Глобальные резервы нефти составляют 8,2 млрд баррелей. Это пока что много.
▪️ Доходы России от экспорта нефти и нефтепродуктов в марте составили 19 млрд долларов (рост в два раза по сравнению с февралем).

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Россия вводит временный запрет на экспорт гелия.

Абсолютно правильное решение. Про важность гелия для развития искусственного интеллекта писал здесь.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Прямо сейчас американская пропагандистская машина показывает себя во всей красе. Такие «деловые» издания, как Bloomberg, WSJ, Axios и другие, изо всех сил пытаются сбить нефтяные котировки. Ежедневно выходят десятки «инсайдов» о продолжающихся кулуарных переговорах Тегерана и Вашингтона, скором проведении второго раунда в Пакистане или Турции, согласии Ирана пойти на уступки.

Разумеется, определенный диалог ведется. Однако подробная и детальная информация — не более чем выдумки СМИ с конкретной целью. Пока что им удается охлаждать «бумажный» рынок нефти: майский фьючерс на WTI торгуется всего по 95,7$ за баррель, в то время как реальные спотовые поставки идут по 140–150$. Это позволяет избежать паники на финансовых рынках.

Такая манипуляция эффективна в моменте, но вечно продолжаться она не может. Рано или поздно рынок прорвет. И тогда спекулянты с Уолл-стрит понесут огромные убытки. На рынках начнется кровавая баня.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

«Чистая» цена на нефть Urals на 11 апреля (по данным Argus):

▪️ Новороссийск: 100,96 $ за баррель
▪️ Усть-Луга: 100,76 $ за баррель
▪️ Приморск: 100,76 $ за баррель

Дисконт к Brent сократился до минимального с декабря 2025 года уровня и составляет в настоящий момент 25–26 $ за баррель.

«Чистая» цена — это та, которая формирует налоговую базу для бюджета и идет напрямую в денежный поток компаний, без учета страховки и фрахта. По текущему курсу получается около 7600 рублей за бочку (в бюджет заложены 5440 рублей).

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Заместитель Набиуллиной Алексей Заботкин:

Российская экономика весьма достойно выдержала испытания последних пяти–шести лет

В чем-то я даже соглашусь. Благодаря действиям правительства Мишустина-Белоусова наша страна вышла из кризисов 2020 и 2022 годов с минимально возможными потерями. Более того, была создана отличная база для опережающего развития. В 2021 году экономика выросла на 5,9%, в 2023 — на 4,1%, в 2024 — на 4,9%.

Однако потом ЦБ решил бороться с «перегревом». Причем такое начиналось еще в 2021 году, когда регулятор повысил ключевую ставку в два раза — с 4,25% до 8,5% — с перспективой дальнейшего ужесточения ДКП. Но в 2022 году обстоятельства изменились.

Сейчас приведу один простой пример — до чего дошло «охлаждение». В 2025 году производительность труда в России выросла всего на 0,7% (в 2024 году — на 3,4%). Причинно-следственная связь очевидна: увеличивать производительность труда невозможно без инвестиций, которые из-за высокой ключевой ставки и прекращения бюджетного стимула рухнули в несколько раз. Даже для увеличения выпуска на существующих мощностях не всегда нужны инвестиции — иногда достаточно лишь оборотного капитала. Но автоматизацию и роботизацию проводить без капитальных вложений нереально.

Буквально на днях писал, что повышение производительности труда — один из главных способов борьбы с инфляцией. Как и с дефицитом кадров, который у нас якобы до сих пор существует. Поэтому в целеполагание ЦБ этот вопрос теоретически должен полностью укладываться.

Но вместо этого в 2025 году мы имеем минус 1,6% по профессиональной, научной и технической деятельности. То есть государственный и коммерческий сектор по понятным причинам стал меньше заниматься технологическим развитием. В любой кризис первым делом режут инновации и маркетинг.

Хотя сейчас, учитывая переход к шестому технологическому укладу, внедрять новые технологии даже проще, чем лет 10 назад. После долгих лет разработки они уже существуют и теперь нуждаются лишь в масштабировании.

Но у нас «перегрев».

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Две цитаты подряд.

МВФ: Если война закончится через две недели, мировой экономике удастся быстро восстановиться. Если сбои будут продолжаться и до лета, то мы окажемся в неблагоприятном положении.

Глава Минфина США Бессент: принимаемые США меры по борьбе против Ирана и его ядерной программы необходимы, несмотря на отрицательные экономические последствия для всего мира.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Российские банки за первые три месяца 2026 года закрыли 483 офиса, что в 2,6 раза больше, чем за аналогичный период 2025 года.

К 1 апреля число офисов банков составило 21,87 тыс.

Темпы закрытия отделений растут несколько лет подряд. Так, в первом квартале 2025 года количество офисов в целом снизилось на 185, в 2024 году — на 70, а в 2023-м — на 41. Наиболее быстрыми темпами в прошлом году свои отделения закрывал «Сбер» — работу прекратили около 900 его офисов.

На примере банков мы видим, как через проведение процесса цифровизации можно сокращать операционные издержки, повышая рентабельность бизнеса.

За последние пять лет мое взаимодействие с банками в офлайне свелось исключительно к операциям в банкоматах, максимум — в кассе. Думаю, у большинства граждан также.

Стратегия «Т-Банка» изначально подразумевала отсутствие отделений. Сейчас количество активных клиентов организации составляет более 30 млн человек: офлайн им не нужен. Сначала «Т-Банк» работал с небольшой прибылью, но к настоящему моменту по соотношению чистой прибыли к капитализации выходит на уровень «Сбера».

Впрочем, такая тенденция характерна не только для банковского сектора. Просто здесь есть большие бюджеты, которые можно вкладывать в искусственный интеллект или автоматизацию, сокращая долю функций, выполняемых человеком. Но возьмем в качестве примера торговые центры: за последние несколько лет они планомерно теряют трафик из-за развития электронной торговли.

А вот в промышленности сокращение рабочих мест идет медленно: на технологическое развитие просто нет свободных ресурсов. То же самое происходит в сельском хозяйстве и ряде отраслей сектора услуг. Поэтому власти обязательно должны обратить на это внимание.

Раз у банков получилось — чем остальные хуже?

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Глава Минфина США Бессент:

Китай проявил себя как ненадежный глобальный партнер во время войны на Ближнем Востоке, накапливая запасы нефти и ограничивая экспорт определенных товаров

Заявления Бессента, конечно, смешны. Однако на примере Китая мы видим, как необходимо готовиться к кризисам и действовать во время них. К началу 2026 года КНР накопила 1,2–1,3 млрд баррелей нефти в стратегических резервах. Сразу же после начала войны Пекин ограничил экспорт нефтепродуктов, а сейчас всасывает всю свободную нефть с рынка, предлагая хорошую премию. Спотовая цена в 140–150 $ за баррель стала возможной именно благодаря действиям Китая.

Впрочем, нельзя сказать, что для китайской экономики совсем нет рисков. На страны Ближнего Востока приходилось более половины нефтяного импорта. Да, сейчас поставки не прекратились полностью: иранская нефть по-прежнему поступает, как и отгрузки из Саудовской Аравии через Красное море. Некоторое сокращение объемов все же должно произойти, но их масштабы нам не известны.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Министерство финансов запланировало новый выпуск юаневых ОФЗ. Об этом рассказал глава департамента госдолга Денис Мамонов:

Нам юань как валюта в бюджете, в общем-то, не нужны. У нас нет расходов в юанях, под которые мы бы должны были привлекать ликвидность в этой валюте. И то, что мы сделали и планируем делать дальше, мы делаем, по сути, решая задачу развития рынка, а не закрывая свои бюджетные потребности. Потому что это объемы несопоставимые, это единицы процентных пунктов в общем объеме программы.

Не могу не прокомментировать.

Зачем занимать ту валюту, которая не нужна? Уже странно. Мамонов обозначает задачу развития рынка. Но это тоже выглядит странно. Сейчас корпоративные заемщики массово выходят на рынок облигаций, поскольку там условия выгоднее, чем в банках. Буквально каждый месяц устанавливаются рекорды по размещениям.

Однако с точки зрения спроса рынок имеет некоторые проблемы с ликвидностью. Поэтому размещения для компаний с рейтингом AA+ и выше проходят по неплохим ставкам, но они могли быть ниже. Причина как раз в огромных размещениях ОФЗ, которые оттягивают на себя финансовые ресурсы.

С юанем то же самое. Осенью прошлого года Минфин разместил дебютный выпуск юаневых ОФЗ, забрав с рынка 20 млрд юаней. Мне сложно понять, в чем здесь развитие рынка.

На днях золотодобывающая компания «Полюс» разместила юаневые облигации под 7,75%, а производитель алюминия «Русал» — под 10%. Для валютных займов это все равно немало, особенно учитывая тот факт, что и в золоте, и в алюминии дела сейчас идут отлично.

И небольшая вишенка на торте. В стиле Минфина будет сначала разместить юаневые облигации при крепком рубле, а через некоторое время объявить о возобновлении действия бюджетного правила и начать скупать валюту, девальвируя тем самым рубль.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Статистика по запасам сырой нефти в США вышла очень плохой.

Общие запасы за неделю (4–10 апреля) сократились на 5,1 млн баррелей до 873 млн. Они делятся на коммерческие (463,8 млн) и государственные (409,2 млн). Частные компании сейчас скупают все свободные объемы.

Что касается стратегического резерва, то высвобождение «черного золота» из него набирает обороты:

▪️ 21–27 марта: −0,3 млн баррелей (−0,043 млн б/с)
▪️ 28 марта – 3 апреля: −1,8 млн баррелей (−0,257 млн б/с)
▪️ 4–10 апреля: −4,1 млн баррелей (−0,585 млн б/с)

Запасы бензина сократились на 6,3 млн баррелей (−2,6%), дизеля — на 3,1 млн баррелей (−2,7%).

В середине марта Вашингтон обязался высвободить из своих стратегических резервов 172 млн баррелей нефти. Сделать это одномоментно технически невозможно, поэтому темпы нарастают постепенно. Думаю, к концу текущей недели объем опустошения резервов может дойти до миллиона баррелей в сутки.

Поэтому нервозность и спешка американской администрации в переговорах с Ираном понятны. Думаю, в Тегеране все это внимательно отслеживают и понимают, что время на их стороне. Блокировать Ормуз и поддерживать переговоры в вялотекущем режиме — отличная стратегия.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Ноль на барабане.

Недельная инфляция в России с 7 по 13 апреля составила 0%. Ранее фиксировались более пессимистичные значения: дважды по 0,19% и один раз — 0,17%.

В годовом выражении на 13 апреля инфляция достигла 5,86%.

Думаю, вопрос о снижении ключевой ставки в следующую пятницу снят. Главный вопрос — на сколько? После сегодняшнего разноса на совещании у Путина можно надеяться на снижение на 1%.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Вчера на совещании по экономическим вопросам Владимир Путин уже в открытой части задал вопрос финансово-экономическому блоку правительства и Центробанку:

Почему траектория макропоказателей пока находится ниже ожиданий? Причём ниже ожиданий не только экспертов и аналитиков, но и прогнозов самого Правительства, а также Центрального банка России

Ответ здесь, конечно, простой: «переохладили». Примечательно, что Министерство экономического развития пыталось всё списать на сезонный фактор: в январе отдыхали много, а февраль был короче. Но это оправдание в пользу бедных. Рост экономики — естественный процесс, а вот если она стагнирует или, более того, скатывается в минус, то это уже ненормальная ситуация.

Если говорить простыми словами: надо очень сильно постараться, чтобы загнать экономику в рецессию. Даже если ничего не делать, ВВП всё равно растёт естественным образом. Но в первую очередь Центробанк, а далее Минфин и Минэк сделали всё, чтобы в России начался экономический кризис. Причём, в отличие от 2020 и 2022 годов, он обусловлен не внешними причинами, на которые повлиять нельзя, а исключительно внутренними факторами.

Но это уже случилось. Сейчас властям нужно думать, что делать дальше. Лично мне решения понятны:

1. Перезапустить бюджетный стимул, направив ресурсы на строительство инфраструктуры и восстановление промышленности в приоритетном порядке. Это сразу же даст мультипликативный эффект. Деньги, учитывая нефтегазовые сверхдоходы, в бюджете сейчас есть.

2. Экстренно смягчить денежно-кредитную политику, чтобы к концу года значение ключевой ставки составило хотя бы 9–10%. Хоть в ЦБ и любят говорить, что эффект от ставки проявляется через 3–6 кварталов, на самом деле это не совсем так. Сейчас большая часть кредитов выдана под плавающую ставку, поэтому при её снижении финансовый ресурс у компаний будет высвобождаться моментально.

3. Наращивать и стимулировать импорт для насыщения внутреннего рынка с целью предотвращения второго витка инфляции. Для этого необходимо следить за курсом рубля и не допускать его резкой девальвации. Диапазон в 75–85 за доллар — нормальный. Валюты в страну приходит достаточно, чтобы демпфировать потенциальные дефициты предложения на рынке.

На бумаге всё выглядит просто. Да и в исполнении тоже несложно. Основная проблема — бюрократия и отсутствие единого плана. Главный риск — опять будут копошиться, тысячу раз проводить межведомственные согласования, что приведёт к потере времени. А его сейчас нет.

Константин Двинский в Max. Подписаться.

Россия может начать восстановление своего суверенного фонда уже в следующем месяце за счет неожиданной прибыли от продажи нефти после резкого роста цен — Bloomberg

Силуанов сегодня:

Главное из выступления:

▪️ Минфин заинтересован в предсказуемости валютного курса и действий участников внешнеэкономической деятельности, а не в попытках извлечь выгоду из ситуации.

▪️ Правительство России рассматривает возможность более быстрого возобновления операций на валютном рынке в рамках бюджетного правила, которые были приостановлены до 1 июля.

▪️ Планов по отказу от механизмов бюджетного правила нет; есть необходимость его корректировки с точки зрения более жесткого подхода к определению базовой цены. Бюджетное правило, с одной стороны, сглаживает колебания валютного курса на рынке, с другой — определяет предельную планку расходов, которые закладываются в бюджетные проекции.

▪️ Необходимости корректировки цены отсечения, заложенной в бюджетное правило на 2026 год, пока нет. Вопрос о снижении базовой цены в перспективе будет рассмотрен в ходе бюджетного процесса на предстоящую трехлетку.

Один вопрос: каким образом можно обеспечить предсказуемость валютного курса, когда за 2,5 месяца до конца приостановки действия бюджетного правила мы не понимаем, когда Минфин планирует его возобновить? Это напрямую влияет на рынок, так как интервенции обещают быть огромными.

Судя по заявлениям Силуанова, его ведомство все же нацелено на искусственную девальвацию через покупку валюты. ФНБ так и будет пополняться в юанях и золоте.

Хотя правильнее было бы покупать на нефтегазовые сверхдоходы ОФЗ под ставку 14,5–15%. Вместо того чтобы отдавать госдолг банкам. Таким образом проводились бы чисто технические операции: и дефицит бюджета был бы компенсирован, и ФНБ пополнен.

В общем, странно все это. Ничему жизнь не учит.

Константин Двинский в Max. Подписаться.