Молодой педагог просит помощи. Но недолго
Когда в школу приходит молодой учитель, мы обычно назначаем ему наставника, знакомим с документами, рассказываем о правилах и считаем, что процесс адаптации начался.
Формально — да. А что происходит в реальной сети профессиональных отношений?
Несколько лет назад я проанализировал данные 196 школ — почти 15 тысяч респондентов.
В первый год работы потребность молодых педагогов в помощи была максимальной: по вопросу о том, к кому они обращаются за советом, показатель доходил до предельно возможных пяти выборов.
На второй год среднее число выборов снижалось примерно до 3,5. Затем продолжало постепенно уменьшаться.
Можно предположить, что молодые педагоги быстро становятся самостоятельными.
Хотелось бы в это верить. 😊
Но одновременно обнаружилась другая особенность: профессиональный интерес более опытных коллег к новичкам в первый год был минимальным. Молодые искали помощи значительно активнее, чем коллектив отвечал на их запрос.
Поэтому уменьшение обращений может означать не только рост профессионализма. Возможно, человек постепенно понимает, что искать помощь бесполезно, и привыкает справляться в одиночку.
Наставник назначен. План адаптации существует. Мероприятия проведены. Но возникла ли у молодого учителя хотя бы одна устойчивая взаимная профессиональная связь?
Для руководителя это не отвлечённый вопрос. Через несколько лет молодой педагог либо станет опорой школы, либо уйдёт — иногда не только из школы, но и из профессии.
Чтобы помочь ему, недостаточно знать, кто назначен наставником. Нужно видеть, как в действительности складываются его отношения с коллегами.
А это уже можно исследовать.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
Когда в школу приходит молодой учитель, мы обычно назначаем ему наставника, знакомим с документами, рассказываем о правилах и считаем, что процесс адаптации начался.
Формально — да. А что происходит в реальной сети профессиональных отношений?
Несколько лет назад я проанализировал данные 196 школ — почти 15 тысяч респондентов.
В первый год работы потребность молодых педагогов в помощи была максимальной: по вопросу о том, к кому они обращаются за советом, показатель доходил до предельно возможных пяти выборов.
На второй год среднее число выборов снижалось примерно до 3,5. Затем продолжало постепенно уменьшаться.
Можно предположить, что молодые педагоги быстро становятся самостоятельными.
Хотелось бы в это верить. 😊
Но одновременно обнаружилась другая особенность: профессиональный интерес более опытных коллег к новичкам в первый год был минимальным. Молодые искали помощи значительно активнее, чем коллектив отвечал на их запрос.
Поэтому уменьшение обращений может означать не только рост профессионализма. Возможно, человек постепенно понимает, что искать помощь бесполезно, и привыкает справляться в одиночку.
Наставник назначен. План адаптации существует. Мероприятия проведены. Но возникла ли у молодого учителя хотя бы одна устойчивая взаимная профессиональная связь?
Для руководителя это не отвлечённый вопрос. Через несколько лет молодой педагог либо станет опорой школы, либо уйдёт — иногда не только из школы, но и из профессии.
Чтобы помочь ему, недостаточно знать, кто назначен наставником. Нужно видеть, как в действительности складываются его отношения с коллегами.
А это уже можно исследовать.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
👍12❤2
Зачем директору ещё один отчёт?
Признаюсь: сама формулировка «мы подготовили новый отчёт» вряд ли способна вызвать энтузиазм у директора школы.
Отчётов у него и без нас достаточно. 😊
Поэтому поясню, что именно мы сделали.
Исследование социального капитала школ проводится уже более десяти лет. В нём приняли участие несколько тысяч образовательных организаций. После исследования школа получает стандартный отчёт, а затем руководитель или управленческая команда встречаются со мной на онлайн-консультации.
Но постепенно становилось всё очевиднее: собранных данных значительно больше, чем помещается в стандартный отчёт. Часть важной управленческой информации оставалась неиспользованной.
Так появился углублённый отчёт.
Он позволяет рассмотреть:
▪️положение разных стажевых групп;
▪️адаптацию молодых педагогов;
▪️взаимные профессиональные связи;
▪️сотрудников, остающихся в профессиональной изоляции;
▪️горизонтальное взаимодействие без участия администрации;
▪️расхождения между существующими, желаемыми и личными связями;
▪️скрытые возможности и риски коллектива.
Но главное — не количество таблиц и графов.
После получения стандартного и углублённого отчётов мы обсуждаем данные конкретной школы. Не абстрактный кейс и не «среднюю образовательную организацию», а именно тот коллектив, которым руководит участник консультации.
Для меня это форма организационного консультирования и одновременно обучение руководителя на данных его собственной школы.
Именно данные делают разговор предметным. Можно обсуждать не общие пожелания вроде «нужно развивать сотрудничество», а конкретные группы, разрывы, связи и возможные управленческие решения.
Поэтому мы продаём не просто исследование и не ещё один отчёт.
Мы предлагаем руководителю возможность увидеть свою организацию с точки зрения, которая обычно ему недоступна.
В следующем посте расскажу об августовско-сентябрьском эксперименте для подписчиков канала.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
Признаюсь: сама формулировка «мы подготовили новый отчёт» вряд ли способна вызвать энтузиазм у директора школы.
Отчётов у него и без нас достаточно. 😊
Поэтому поясню, что именно мы сделали.
Исследование социального капитала школ проводится уже более десяти лет. В нём приняли участие несколько тысяч образовательных организаций. После исследования школа получает стандартный отчёт, а затем руководитель или управленческая команда встречаются со мной на онлайн-консультации.
Но постепенно становилось всё очевиднее: собранных данных значительно больше, чем помещается в стандартный отчёт. Часть важной управленческой информации оставалась неиспользованной.
Так появился углублённый отчёт.
Он позволяет рассмотреть:
▪️положение разных стажевых групп;
▪️адаптацию молодых педагогов;
▪️взаимные профессиональные связи;
▪️сотрудников, остающихся в профессиональной изоляции;
▪️горизонтальное взаимодействие без участия администрации;
▪️расхождения между существующими, желаемыми и личными связями;
▪️скрытые возможности и риски коллектива.
Но главное — не количество таблиц и графов.
После получения стандартного и углублённого отчётов мы обсуждаем данные конкретной школы. Не абстрактный кейс и не «среднюю образовательную организацию», а именно тот коллектив, которым руководит участник консультации.
Для меня это форма организационного консультирования и одновременно обучение руководителя на данных его собственной школы.
Именно данные делают разговор предметным. Можно обсуждать не общие пожелания вроде «нужно развивать сотрудничество», а конкретные группы, разрывы, связи и возможные управленческие решения.
Поэтому мы продаём не просто исследование и не ещё один отчёт.
Мы предлагаем руководителю возможность увидеть свою организацию с точки зрения, которая обычно ему недоступна.
В следующем посте расскажу об августовско-сентябрьском эксперименте для подписчиков канала.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
👍8🤝2
А что, собственно, можно увидеть в углублённом отчёте?
Словосочетание «углублённый аналитический отчёт» звучит солидно. Но, боюсь, не очень понятно. Возникает образ большого количества таблиц, графиков и текста, который нужно долго и вдумчиво изучать. 😊
Поэтому сегодня не буду подробно рассказывать об отчёте, а покажу четыре фрагмента.
Все данные взяты из исследования одной реальной школы, в котором участвовали 77 человек. Название школы и сведения о сотрудниках, разумеется, скрыты.
Это не средние показатели и не норма, с которой следует сравнивать другие школы. В каждой организации обнаруживается собственная картина.
И ни одно число само по себе не является диагнозом.
Ценность углублённого отчёта появляется тогда, когда разные данные соединяются:
▪️профессиональные и личные связи,
▪️стаж сотрудников,
▪️доверие,
▪️положение новичков,
▪️ роль администрации,
▪️существующие практики сотрудничества.
Тогда становятся видны не только отдельные проблемы, но и возможные причины, ресурсы и точки приложения управленческих усилий.
В следующем посте расскажу, как пять школ смогут первыми пройти исследование в новом полном формате.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
Словосочетание «углублённый аналитический отчёт» звучит солидно. Но, боюсь, не очень понятно. Возникает образ большого количества таблиц, графиков и текста, который нужно долго и вдумчиво изучать. 😊
Поэтому сегодня не буду подробно рассказывать об отчёте, а покажу четыре фрагмента.
Все данные взяты из исследования одной реальной школы, в котором участвовали 77 человек. Название школы и сведения о сотрудниках, разумеется, скрыты.
Это не средние показатели и не норма, с которой следует сравнивать другие школы. В каждой организации обнаруживается собственная картина.
И ни одно число само по себе не является диагнозом.
Ценность углублённого отчёта появляется тогда, когда разные данные соединяются:
▪️профессиональные и личные связи,
▪️стаж сотрудников,
▪️доверие,
▪️положение новичков,
▪️ роль администрации,
▪️существующие практики сотрудничества.
Тогда становятся видны не только отдельные проблемы, но и возможные причины, ресурсы и точки приложения управленческих усилий.
В следующем посте расскажу, как пять школ смогут первыми пройти исследование в новом полном формате.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
👍7
Пять школ смогут первыми пройти исследование в новом полном формате
В предыдущем посте я показал четыре фрагмента нового углублённого отчёта.
Теперь — практическое предложение.
Я приглашаю пять школ из числа подписчиков канала пройти полный цикл исследования социального капитала по прежней цене — 14 500 рублей вместо 19 500.
В полный цикл входят:
▪️проведение исследования;
▪️стандартный отчёт;
▪️новый углублённый отчёт;
▪️онлайн-консультация со мной для руководителя или управленческой команды по данным обоих отчётов.
После первого набора стоимость полного цикла составит 19 500 рублей:
▪️исследование и стандартный отчёт — 9 500 рублей;
▪️углублённый отчёт — 5 000 рублей;
▪️консультация — 5 000 рублей.
Для первых пяти школ углублённый отчёт будет включён без дополнительной оплаты. Поэтому весь полный цикл обойдётся им в 14 500 рублей — по прежней стоимости исследования и консультации.
Почему только пять школ?
Углублённый отчёт готовится отдельно по данным каждой организации, а консультации я провожу лично. Поэтому первый набор сознательно ограничиваю пятью школами.
Исследование может быть особенно полезно руководителям, которые хотят лучше понять:
▪️насколько профессиональное взаимодействие зависит от директора и заместителей;
▪️кто из сотрудников остаётся без профессиональной поддержки;
▪️как входят в коллектив молодые педагоги и новички;
▪️почему желаемое сотрудничество не всегда становится реальным;
▪️какие ресурсы и риски скрываются за внешне благополучной атмосферой.
Условия и удобные сроки проведения исследования мы обсудим индивидуально.
Если вам интересно рассмотреть участие, напишите мне в личные сообщения слово «СОЦКАПИТАЛ», название школы и город.
Это пока не обязательство что-либо приобретать. Сначала выясним, подходит ли исследование именно вашей школе, я отвечу на вопросы — и после этого вы сможете спокойно принять решение.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
В предыдущем посте я показал четыре фрагмента нового углублённого отчёта.
Теперь — практическое предложение.
Я приглашаю пять школ из числа подписчиков канала пройти полный цикл исследования социального капитала по прежней цене — 14 500 рублей вместо 19 500.
В полный цикл входят:
▪️проведение исследования;
▪️стандартный отчёт;
▪️новый углублённый отчёт;
▪️онлайн-консультация со мной для руководителя или управленческой команды по данным обоих отчётов.
После первого набора стоимость полного цикла составит 19 500 рублей:
▪️исследование и стандартный отчёт — 9 500 рублей;
▪️углублённый отчёт — 5 000 рублей;
▪️консультация — 5 000 рублей.
Для первых пяти школ углублённый отчёт будет включён без дополнительной оплаты. Поэтому весь полный цикл обойдётся им в 14 500 рублей — по прежней стоимости исследования и консультации.
Почему только пять школ?
Углублённый отчёт готовится отдельно по данным каждой организации, а консультации я провожу лично. Поэтому первый набор сознательно ограничиваю пятью школами.
Исследование может быть особенно полезно руководителям, которые хотят лучше понять:
▪️насколько профессиональное взаимодействие зависит от директора и заместителей;
▪️кто из сотрудников остаётся без профессиональной поддержки;
▪️как входят в коллектив молодые педагоги и новички;
▪️почему желаемое сотрудничество не всегда становится реальным;
▪️какие ресурсы и риски скрываются за внешне благополучной атмосферой.
Условия и удобные сроки проведения исследования мы обсудим индивидуально.
Если вам интересно рассмотреть участие, напишите мне в личные сообщения слово «СОЦКАПИТАЛ», название школы и город.
Это пока не обязательство что-либо приобретать. Сначала выясним, подходит ли исследование именно вашей школе, я отвечу на вопросы — и после этого вы сможете спокойно принять решение.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
👍4❤2
Приглашаю на вебинар
“КУРАТОРСКАЯ МЕТОДИКА. Профессиональное развитие молодых педагогов через безопасное сотрудничество”
Он состоится 26 августа в 12.00 мск
Ссылка - https://vk.ru/call/join/5ryh-32ptgk5YouUfzPZWl-1po22Jr-Ye0sQgIJCV-g
Буду признателен, если поделитесь в своих сетях!
“КУРАТОРСКАЯ МЕТОДИКА. Профессиональное развитие молодых педагогов через безопасное сотрудничество”
Он состоится 26 августа в 12.00 мск
Ссылка - https://vk.ru/call/join/5ryh-32ptgk5YouUfzPZWl-1po22Jr-Ye0sQgIJCV-g
Буду признателен, если поделитесь в своих сетях!
👌9
Главные цели
Начало учебного года — время планов, задач и целей. Значительная часть этих целей приходит извне:
▪️показатели,
▪️требования,
▪️поручения,
▪️очередные приоритеты.
Но есть цели, которые никто, кроме директора, сформулировать не может.
Они связаны с текущим состоянием именно вашей школы, ее развитием.
Разумеется, руководитель знает свою организацию. Во всяком случае, обычно он так думает. И чаще всего небезосновательно.
Но директор видит школу из особой позиции — через информацию, которая до него доходит. А доходит, как мы понимаем, далеко не всё. Поэтому один из способов точнее определить внутриорганизационные цели — исследовать собственную организацию.
Исследование иногда подтверждает то, что директор и так предполагал.
Иногда обнаруживает неприятные вещи. А иногда показывает ресурсы, о существовании которых руководитель прежде не подозревал. Некоторые явления становятся видимыми только тогда, когда множество отдельных мнений, оценок и профессиональных связей складываются в общую картину.
Но исследование имеет смысл не тогда, когда проведён опрос и получен красивый отчёт. Оно становится инструментом управления, когда результаты помогают определить последующие действия и становятся основанием для разговора с коллективом и решений.
С какого исследования начинать?
Наш опыт показывает, что сначала полезно посмотреть на организацию в целом.
Для этого мы используем исследование социального капитала школы. Оно позволяет увидеть как устроена профессиональная среда в школе:
▪️как педагоги относятся к некоторым идеям и практикам,
▪️как они оценивают свое состояние,
▪️к кому сотрудники обращаются за помощью,
▪️насколько доступны коллеги и администрация, кто включён в профессиональное взаимодействие, а кто остаётся за его пределами…
И уже затем имеет смысл переходить к более частным исследованиям — например, мотивационного профиля сотрудников.
За последнее время мы существенно переработали наши исследовательские продукты, в том числе с использованием ИИ. Отчёты стали значительно глубже.
Но сами по себе данные ничего не меняют.
Смысл исследования — помочь руководителю точнее определить внутриорганизационные цели: увидеть проблему, обсудить её с коллективом там, где это необходимо, и понять, какие управленческие действия действительно имеют основания.
Иными словами, исследование заканчивается не отчётом. С отчёта, собственно, всё только начинается.
Исследования экспертной платформы «Директория»:
https://direktoria.org/catalog/research/
На этом летнюю рекламную паузу заканчиваю. Дальше — снова о странностях школьной организации, управлении и людях, которые почему-то не всегда ведут себя так, как предусмотрено нашими планами.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
Начало учебного года — время планов, задач и целей. Значительная часть этих целей приходит извне:
▪️показатели,
▪️требования,
▪️поручения,
▪️очередные приоритеты.
Но есть цели, которые никто, кроме директора, сформулировать не может.
Они связаны с текущим состоянием именно вашей школы, ее развитием.
Разумеется, руководитель знает свою организацию. Во всяком случае, обычно он так думает. И чаще всего небезосновательно.
Но директор видит школу из особой позиции — через информацию, которая до него доходит. А доходит, как мы понимаем, далеко не всё. Поэтому один из способов точнее определить внутриорганизационные цели — исследовать собственную организацию.
Исследование иногда подтверждает то, что директор и так предполагал.
Иногда обнаруживает неприятные вещи. А иногда показывает ресурсы, о существовании которых руководитель прежде не подозревал. Некоторые явления становятся видимыми только тогда, когда множество отдельных мнений, оценок и профессиональных связей складываются в общую картину.
Но исследование имеет смысл не тогда, когда проведён опрос и получен красивый отчёт. Оно становится инструментом управления, когда результаты помогают определить последующие действия и становятся основанием для разговора с коллективом и решений.
С какого исследования начинать?
Наш опыт показывает, что сначала полезно посмотреть на организацию в целом.
Для этого мы используем исследование социального капитала школы. Оно позволяет увидеть как устроена профессиональная среда в школе:
▪️как педагоги относятся к некоторым идеям и практикам,
▪️как они оценивают свое состояние,
▪️к кому сотрудники обращаются за помощью,
▪️насколько доступны коллеги и администрация, кто включён в профессиональное взаимодействие, а кто остаётся за его пределами…
И уже затем имеет смысл переходить к более частным исследованиям — например, мотивационного профиля сотрудников.
За последнее время мы существенно переработали наши исследовательские продукты, в том числе с использованием ИИ. Отчёты стали значительно глубже.
Но сами по себе данные ничего не меняют.
Смысл исследования — помочь руководителю точнее определить внутриорганизационные цели: увидеть проблему, обсудить её с коллективом там, где это необходимо, и понять, какие управленческие действия действительно имеют основания.
Иными словами, исследование заканчивается не отчётом. С отчёта, собственно, всё только начинается.
Исследования экспертной платформы «Директория»:
https://direktoria.org/catalog/research/
На этом летнюю рекламную паузу заканчиваю. Дальше — снова о странностях школьной организации, управлении и людях, которые почему-то не всегда ведут себя так, как предусмотрено нашими планами.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
👍9
Провожу эксперимент,
связанный с запросом одного из подписчиков. Он просил дать посмотреть, как выглядит реальный отчёт по социальному капиталу. Я его сделал. Особенность демонстрационной версии в том, что там нет конкретных имён — они заменены на «Педагог 1», «Педагог 2» и т. д. У вас будет возможность реально посмотреть, подвигать, как-то поиграться с этим отчётом.
На что обратить внимание:
▪️Ссылка приведёт вас на страницу, где будут две кнопки — «ОТКРЫТЬ» и «ОТЧЁТЫ ПО СОТРУДНИКАМ». Начинать нужно с «ОТКРЫТЬ» — там основной отчёт, и только потом посмотреть, что скрывается за кнопкой «ОТЧЁТЫ ПО СОТРУДНИКАМ».
◾Имейте в виду, что школа имеет два здания, что отражено в социометрической части отчёта.
◾Глубокий отчёт пока в демонстрационную версию не входит.
◾НЕ БОЙТЕСЬ! Какие бы манипуляции вы ни делали, вы ничего не сломаете 😊
◾Через три-четыре дня после публикации я готов провести вебинар с теми, у кого будут вопросы, которых не может не возникнуть.
ССЫЛКА — https://lab.direktoria.org/reports/22583/index.htm
Постом можно и нужно делиться, если в вашем окружении есть люди, которым это может быть интересно.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
связанный с запросом одного из подписчиков. Он просил дать посмотреть, как выглядит реальный отчёт по социальному капиталу. Я его сделал. Особенность демонстрационной версии в том, что там нет конкретных имён — они заменены на «Педагог 1», «Педагог 2» и т. д. У вас будет возможность реально посмотреть, подвигать, как-то поиграться с этим отчётом.
На что обратить внимание:
▪️Ссылка приведёт вас на страницу, где будут две кнопки — «ОТКРЫТЬ» и «ОТЧЁТЫ ПО СОТРУДНИКАМ». Начинать нужно с «ОТКРЫТЬ» — там основной отчёт, и только потом посмотреть, что скрывается за кнопкой «ОТЧЁТЫ ПО СОТРУДНИКАМ».
◾Имейте в виду, что школа имеет два здания, что отражено в социометрической части отчёта.
◾Глубокий отчёт пока в демонстрационную версию не входит.
◾НЕ БОЙТЕСЬ! Какие бы манипуляции вы ни делали, вы ничего не сломаете 😊
◾Через три-четыре дня после публикации я готов провести вебинар с теми, у кого будут вопросы, которых не может не возникнуть.
ССЫЛКА — https://lab.direktoria.org/reports/22583/index.htm
Постом можно и нужно делиться, если в вашем окружении есть люди, которым это может быть интересно.
Как-то так…
#СоцКап@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
👍6🔥2
Приглашение
Это пост исключительно для тех, кто ознакомился с Отчётом по СК и у кого есть вопросы по тому, как он работает и что можно из этого извлечь. В этой группе мы согласуем время и формат разговора.
Заходите: https://t.me/+RnYIvNeORDQ4Mzg6
Это пост исключительно для тех, кто ознакомился с Отчётом по СК и у кого есть вопросы по тому, как он работает и что можно из этого извлечь. В этой группе мы согласуем время и формат разговора.
Заходите: https://t.me/+RnYIvNeORDQ4Mzg6
Telegram
Встреча СК
Konstantin Ushakov invites you to join this group on Telegram.
👍2
Чужая ошибка — это характер.
Своя — обстоятельства.
Когда сотрудник опоздал со сроком, довольно легко решить, что он неорганизованный.
Когда срок сорвали мы сами, картина обычно сложнее: неожиданное совещание, родители, отчёт, срочное письмо, отсутствие данных, технический сбой и вообще неделя была такая.
В психологии это называют фундаментальной ошибкой атрибуции. Чужое поведение мы охотно объясняем личными качествами человека, а своё — ситуацией.
В школе этот эффект встречается постоянно.
Учитель не проявляет инициативу — «пассивный». Не справился с классом — «слабый». Не включился в проект — «ему ничего не надо».
Возможно.
Но иногда полезно задать второй вопрос: а что происходит вокруг этого человека?
Может быть, инициатива уже несколько раз заканчивалась дополнительной нагрузкой. Может быть, класс объективно сложный. Может быть, проект появился одновременно ещё с тремя «приоритетными направлениями».
Это не значит, что ответственность исчезает. Но прежде чем ставить диагноз человеку, полезно посмотреть на систему.
Потому что фраза «он такой» очень удобна. Она быстро закрывает вопрос.
Иногда слишком быстро.
Как-то так…
#Искажения@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
Своя — обстоятельства.
Когда сотрудник опоздал со сроком, довольно легко решить, что он неорганизованный.
Когда срок сорвали мы сами, картина обычно сложнее: неожиданное совещание, родители, отчёт, срочное письмо, отсутствие данных, технический сбой и вообще неделя была такая.
В психологии это называют фундаментальной ошибкой атрибуции. Чужое поведение мы охотно объясняем личными качествами человека, а своё — ситуацией.
В школе этот эффект встречается постоянно.
Учитель не проявляет инициативу — «пассивный». Не справился с классом — «слабый». Не включился в проект — «ему ничего не надо».
Возможно.
Но иногда полезно задать второй вопрос: а что происходит вокруг этого человека?
Может быть, инициатива уже несколько раз заканчивалась дополнительной нагрузкой. Может быть, класс объективно сложный. Может быть, проект появился одновременно ещё с тремя «приоритетными направлениями».
Это не значит, что ответственность исчезает. Но прежде чем ставить диагноз человеку, полезно посмотреть на систему.
Потому что фраза «он такой» очень удобна. Она быстро закрывает вопрос.
Иногда слишком быстро.
Как-то так…
#Искажения@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
❤6🔥5👍4
Одна из главных школьных традиций — умение ничего не отменять.
Школа довольно хорошо умеет вводить новое.
Новый проект. Новая форма отчёта. Новая система мониторинга. Новая программа. Новое направление, которое, разумеется, становится приоритетным.
С отменой старого всё обычно сложнее.
Старое продолжает жить — на всякий случай. Вдруг ещё спросят. Вдруг понадобится. Вдруг отменили не совсем. Вдруг проверяющие считают иначе.
В результате организация постепенно становится похожа на квартиру, из которой ничего не выбрасывали двадцать лет. Всё вроде нужное, но пройти уже трудно.
И тогда появляется привычное объяснение: сотрудники перегружены.
Конечно, перегружены. Но иногда перегрузка возникает не только потому, что задач стало больше. А потому, что организация почти не умеет задавать себе вопрос: что мы перестанем делать, если начинаем делать это?
Любое новое решение имеет цену не только в деньгах. Оно требует времени, внимания и сил.
Если эту цену не учитывать, развитие легко превращается в наслаивание.
Наверное, поэтому один из самых полезных вопросов при запуске нового проекта звучит довольно непривычно:
Что после этого мы отменяем?
И если ответ — «ничего», возможно, мы запускаем не развитие, а очередной слой организационной археологии.
Как-то так…
#Про_управление@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
Школа довольно хорошо умеет вводить новое.
Новый проект. Новая форма отчёта. Новая система мониторинга. Новая программа. Новое направление, которое, разумеется, становится приоритетным.
С отменой старого всё обычно сложнее.
Старое продолжает жить — на всякий случай. Вдруг ещё спросят. Вдруг понадобится. Вдруг отменили не совсем. Вдруг проверяющие считают иначе.
В результате организация постепенно становится похожа на квартиру, из которой ничего не выбрасывали двадцать лет. Всё вроде нужное, но пройти уже трудно.
И тогда появляется привычное объяснение: сотрудники перегружены.
Конечно, перегружены. Но иногда перегрузка возникает не только потому, что задач стало больше. А потому, что организация почти не умеет задавать себе вопрос: что мы перестанем делать, если начинаем делать это?
Любое новое решение имеет цену не только в деньгах. Оно требует времени, внимания и сил.
Если эту цену не учитывать, развитие легко превращается в наслаивание.
Наверное, поэтому один из самых полезных вопросов при запуске нового проекта звучит довольно непривычно:
Что после этого мы отменяем?
И если ответ — «ничего», возможно, мы запускаем не развитие, а очередной слой организационной археологии.
Как-то так…
#Про_управление@KM_notes
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
🔥14👏3👍2❤1
PISA-2025: шокирующие результаты
Опубликованы результаты очередного исследования PISA. И, пожалуй, самая неприятная новость состоит не в том, что результаты снова снизились.
Особенно неприятно, что ожидаемого восстановления после провала PISA-2022 (из-за ковида) не произошло.
За десять лет средний результат стран OECD по чтению снизился на 28 баллов, по математике — на 22. Особенно тревожно снижение по чтению, это все же ключевая компетентность.
Но дело не только в среднем балле.
В 2022 году 16% пятнадцатилетних школьников стран OECD не достигали базового уровня одновременно в чтении, математике и естественных науках. Теперь таких 20% — каждый пятый.
Особенно меня заинтересовало, что хуже становятся именно те читательские действия, которые всё важнее в сегодняшней информационной среде:
◾️сопоставление нескольких источников,
◾️оценка надёжности информации,
◾️установление связей между частями текста,
◾️критическое осмысление прочитанного.
И здесь возникает российский вопрос.
Россия в двух последних исследованиях PISA не участвовала. Последние сопоставимые международные данные у нас относятся к 2018 году. Поэтому механически переносить результаты других стран на российских школьников, конечно, нельзя.
Но при этом от российских учителей всё чаще приходится слышать очень похожую жалобу: детям становится трудно читать длинный текст. Не найти в нём отдельный факт, а удерживать содержание, прослеживать ход мысли, связывать одну часть текста с другой, дочитывать до конца и понимать прочитанное.
Возможно, это просто субъективное впечатление педагогов. А возможно, мы наблюдаем проявление той же более общей проблемы, которую сейчас фиксирует PISA.
Мне кажется, это стоит проверить хотя бы на уровне нашей аудитории.
P.S. Понятно, что такое голосование не заменяет исследования. Но если в нашей аудитории практики чувствуют такую тенденцию, это уже будет повод продолжить разговор.
А продолжить его стоит еще и потому, что PISA-2025 содержит довольно любопытные данные об ИИ, телефонах и цифровых устройствах, а также о новых лидерах.
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
Опубликованы результаты очередного исследования PISA. И, пожалуй, самая неприятная новость состоит не в том, что результаты снова снизились.
Особенно неприятно, что ожидаемого восстановления после провала PISA-2022 (из-за ковида) не произошло.
За десять лет средний результат стран OECD по чтению снизился на 28 баллов, по математике — на 22. Особенно тревожно снижение по чтению, это все же ключевая компетентность.
Но дело не только в среднем балле.
В 2022 году 16% пятнадцатилетних школьников стран OECD не достигали базового уровня одновременно в чтении, математике и естественных науках. Теперь таких 20% — каждый пятый.
Особенно меня заинтересовало, что хуже становятся именно те читательские действия, которые всё важнее в сегодняшней информационной среде:
◾️сопоставление нескольких источников,
◾️оценка надёжности информации,
◾️установление связей между частями текста,
◾️критическое осмысление прочитанного.
И здесь возникает российский вопрос.
Россия в двух последних исследованиях PISA не участвовала. Последние сопоставимые международные данные у нас относятся к 2018 году. Поэтому механически переносить результаты других стран на российских школьников, конечно, нельзя.
Но при этом от российских учителей всё чаще приходится слышать очень похожую жалобу: детям становится трудно читать длинный текст. Не найти в нём отдельный факт, а удерживать содержание, прослеживать ход мысли, связывать одну часть текста с другой, дочитывать до конца и понимать прочитанное.
Возможно, это просто субъективное впечатление педагогов. А возможно, мы наблюдаем проявление той же более общей проблемы, которую сейчас фиксирует PISA.
Мне кажется, это стоит проверить хотя бы на уровне нашей аудитории.
P.S. Понятно, что такое голосование не заменяет исследования. Но если в нашей аудитории практики чувствуют такую тенденцию, это уже будет повод продолжить разговор.
А продолжить его стоит еще и потому, что PISA-2025 содержит довольно любопытные данные об ИИ, телефонах и цифровых устройствах, а также о новых лидерах.
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
PISA-2025: кто удержался, а кто просел
В предыдущем посте я писал об общем снижении результатов PISA. Но средняя температура, как известно, скрывает довольно интересные различия между странами.
Для начала небольшое пояснение.
ОЭСР (OECD) — Организация экономического сотрудничества и развития. Сейчас в неё входят 38 стран. В основном именно их результаты обычно используются как один из ориентиров при международных сопоставлениях образования.
Всего же в PISA-2025 участвовала 91 страна и образовательная система.
Кто сегодня впереди?
Два абсолютных лидера — четыре участвовавших региона Китая (Пекин, Шанхай, Цзянсу и Чжэцзян) и Сингапур.
Китайские регионы показали лучший результат по математике — 612 баллов и по естественным наукам — 597.
Сингапур оказался первым по чтению — 535 баллов.
Но, пожалуй, интереснее не первые места сами по себе, а то, кому удалось удержаться на фоне общего падения.
Среди десяти лучших образовательных систем сразу по всем трём основным областям оказались также Эстония, Япония, Южная Корея, Макао и Великобритания.
Однако даже положение в верхней части таблицы ещё не означает благополучной динамики.
Например, Эстония остаётся одним из мировых лидеров, но с 2022 года результат по чтению снизился примерно на 12 баллов.
У Японии снижение составило около 13 баллов по чтению и 10 по математике.
У Южной Кореи — около 15 баллов по чтению.
То есть проблема чтения затронула даже образовательные системы, которые продолжают занимать верхние строчки рейтингов.
Есть, однако, и совсем другая динамика.
Очень интересно выглядит Турция. По сравнению с 2022 годом она улучшила результат сразу во всех трёх областях.
Великобритания фактически удержала результаты по чтению и математике и заметно прибавила в естественных науках.
Новая Зеландия сохранила примерно прежний уровень сразу по трём направлениям.
А теперь другая часть картины.
Продолжается снижение в целом ряде стран, которые мы привыкли считать сильными образовательными системами.
С 2022 года результаты по чтению снизились примерно:
◾️в Финляндии — на 16 баллов;
◾️в Канаде — на 17;
◾️в Германии — на 15;
◾️во Франции — на 18;
◾️в Швеции — на 21;
◾️в Чехии — на 20.
Особенно любопытна Финляндия. Она по-прежнему выше среднего уровня ОЭСР, но результаты снижаются уже довольно давно. То есть можно продолжать выглядеть очень неплохо в международном рейтинге — и одновременно двигаться вниз.
Не менее интересный вопрос:
Куда движется образовательная система?
На общем фоне особенно важны страны, которым удалось либо остановить снижение, либо изменить направление движения. Потому что их существование означает: происходящее с чтением и математикой — не какой-то неизбежный мировой закон.
И вот здесь возникает, на мой взгляд, гораздо более интересный вопрос: что именно они делают иначе?
Но это уже отдельный разговор.
Как-то так…
P.S. Пост длинноват, но поверьте на слово, эти результаты очень сильно повлияют на мировую систему образования и на нашу тоже, несмотря на то, что мы в PISA не участвуем.
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
В предыдущем посте я писал об общем снижении результатов PISA. Но средняя температура, как известно, скрывает довольно интересные различия между странами.
Для начала небольшое пояснение.
ОЭСР (OECD) — Организация экономического сотрудничества и развития. Сейчас в неё входят 38 стран. В основном именно их результаты обычно используются как один из ориентиров при международных сопоставлениях образования.
Всего же в PISA-2025 участвовала 91 страна и образовательная система.
Кто сегодня впереди?
Два абсолютных лидера — четыре участвовавших региона Китая (Пекин, Шанхай, Цзянсу и Чжэцзян) и Сингапур.
Китайские регионы показали лучший результат по математике — 612 баллов и по естественным наукам — 597.
Сингапур оказался первым по чтению — 535 баллов.
Но, пожалуй, интереснее не первые места сами по себе, а то, кому удалось удержаться на фоне общего падения.
Среди десяти лучших образовательных систем сразу по всем трём основным областям оказались также Эстония, Япония, Южная Корея, Макао и Великобритания.
Однако даже положение в верхней части таблицы ещё не означает благополучной динамики.
Например, Эстония остаётся одним из мировых лидеров, но с 2022 года результат по чтению снизился примерно на 12 баллов.
У Японии снижение составило около 13 баллов по чтению и 10 по математике.
У Южной Кореи — около 15 баллов по чтению.
То есть проблема чтения затронула даже образовательные системы, которые продолжают занимать верхние строчки рейтингов.
Есть, однако, и совсем другая динамика.
Очень интересно выглядит Турция. По сравнению с 2022 годом она улучшила результат сразу во всех трёх областях.
Великобритания фактически удержала результаты по чтению и математике и заметно прибавила в естественных науках.
Новая Зеландия сохранила примерно прежний уровень сразу по трём направлениям.
А теперь другая часть картины.
Продолжается снижение в целом ряде стран, которые мы привыкли считать сильными образовательными системами.
С 2022 года результаты по чтению снизились примерно:
◾️в Финляндии — на 16 баллов;
◾️в Канаде — на 17;
◾️в Германии — на 15;
◾️во Франции — на 18;
◾️в Швеции — на 21;
◾️в Чехии — на 20.
Особенно любопытна Финляндия. Она по-прежнему выше среднего уровня ОЭСР, но результаты снижаются уже довольно давно. То есть можно продолжать выглядеть очень неплохо в международном рейтинге — и одновременно двигаться вниз.
Не менее интересный вопрос:
Куда движется образовательная система?
На общем фоне особенно важны страны, которым удалось либо остановить снижение, либо изменить направление движения. Потому что их существование означает: происходящее с чтением и математикой — не какой-то неизбежный мировой закон.
И вот здесь возникает, на мой взгляд, гораздо более интересный вопрос: что именно они делают иначе?
Но это уже отдельный разговор.
Как-то так…
P.S. Пост длинноват, но поверьте на слово, эти результаты очень сильно повлияют на мировую систему образования и на нашу тоже, несмотря на то, что мы в PISA не участвуем.
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
👍13🔥11❤3
PISA-2025: почему падают результаты?
В предыдущем посте я закончил вопросом: что делают иначе те образовательные системы, которым удалось удержаться или даже улучшить результаты?
Но прежде другой вопрос: а почему вообще результаты падают?
PISA обнаруживает связи, но не позволяет уверенно сказать: «вот эта причина дала минус столько-то баллов».
Тем не менее несколько вещей складываются в довольно интересную картину.
1. Проблема, похоже, не только в знаниях. Проблема — во внимании.
Хуже всего школьники справляются с заданиями, где нужно читать длинный текст, удерживать несколько фрагментов информации, возвращаться назад, сопоставлять источники.
Наше голосование указало на сходные проблемы. Похоже, мы здесь не одиноки.
2. Изменился сам способ чтения.
Мы всё больше читаем короткими фрагментами: сообщения, заголовки, ленты, карточки.
Такое чтение требует очень быстрого переключения внимания.
А сложный текст требует прямо противоположного: не переключаться.
Не исключено, что школа сегодня пытается сформировать устойчивое внимание у ребёнка, который всё остальное время тренирует внимание короткое.
3. Цифровые устройства оказались довольно противоречивым подарком образованию.
Умеренное использование цифровых средств для учёбы связано с хорошими результатами.
Но когда их становится слишком много — или они используются в школе для развлечения — связь меняется на противоположную.
28% школьников стран OECD говорят, что на большинстве или на каждом уроке естественных наук их одноклассники отвлекаются на цифровые устройства.
Получается довольно странная ситуация: учитель борется уже не только за понимание предмета.
Он борется за внимание ученика.
4. Есть ещё одна, менее заметная вещь — условия самого урока.
Учителя стали тратить больше времени на поддержание порядка. Каждый из этих факторов по отдельности может казаться небольшим. Но если они действуют одновременно, эффект накапливается. А теперь вернёмся к тем, кому удалось удержаться.
Здесь тоже нет волшебной технологии. Но OECD выделяет несколько довольно простых принципов.
◾️Меньше содержания, но больше глубины. Не пытаться «пройти» максимальное количество материала, а добиваться понимания ключевых вещей.
◾️Высокие и понятные требования. Причём не только к сильным детям.
◾️Подготовленный учитель. Не просто знающий свой предмет, а умеющий объяснять, удерживать класс, замечать непонимание и помогать.
◾️Адресная помощь тем, кто отстаёт, вместо надежды, что они как-нибудь догонят сами.
◾️Защита учебного времени от отвлечений.
Последний пункт особенно любопытен.
В Великобритании около 80% школьников учатся в школах, где телефоны запрещены на территории школы. В Турции — около 83%. В среднем по OECD — 49%.
При этом о постоянном цифровом отвлечении на уроках сообщают 19% британских и 18% турецких школьников против 28% в среднем по OECD.
В Южной Корее — около 7%.
Это, конечно, не доказательство того, что запрет телефонов автоматически повышает результаты PISA.
Если бы всё было настолько просто, образовательная политика была бы гораздо успешнее.
Но направление размышления мне кажется интересным.
Возможно, сильная школа сегодня отличается уже не количеством технологий, проектов и инноваций.
Возможно, всё большую ценность приобретает её способность защищать несколько довольно старомодных вещей: устойчивое внимание, сложный текст, интеллектуальное усилие, хороший урок и время, в течение которого ребенку никто не мешает думать.
Как вам такие приоритеты? Высказывайтесь 😊
Как-то так…
P.S. И вот теперь можно переходить к отдельной теме — ИИ в PISA-2025. Там обнаружился довольно неприятный парадокс: использование искусственного интеллекта может помогать учиться, а может избавлять ученика именно от того усилия, благодаря которому обучение и происходит.
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
В предыдущем посте я закончил вопросом: что делают иначе те образовательные системы, которым удалось удержаться или даже улучшить результаты?
Но прежде другой вопрос: а почему вообще результаты падают?
PISA обнаруживает связи, но не позволяет уверенно сказать: «вот эта причина дала минус столько-то баллов».
Тем не менее несколько вещей складываются в довольно интересную картину.
1. Проблема, похоже, не только в знаниях. Проблема — во внимании.
Хуже всего школьники справляются с заданиями, где нужно читать длинный текст, удерживать несколько фрагментов информации, возвращаться назад, сопоставлять источники.
Наше голосование указало на сходные проблемы. Похоже, мы здесь не одиноки.
2. Изменился сам способ чтения.
Мы всё больше читаем короткими фрагментами: сообщения, заголовки, ленты, карточки.
Такое чтение требует очень быстрого переключения внимания.
А сложный текст требует прямо противоположного: не переключаться.
Не исключено, что школа сегодня пытается сформировать устойчивое внимание у ребёнка, который всё остальное время тренирует внимание короткое.
3. Цифровые устройства оказались довольно противоречивым подарком образованию.
Умеренное использование цифровых средств для учёбы связано с хорошими результатами.
Но когда их становится слишком много — или они используются в школе для развлечения — связь меняется на противоположную.
28% школьников стран OECD говорят, что на большинстве или на каждом уроке естественных наук их одноклассники отвлекаются на цифровые устройства.
Получается довольно странная ситуация: учитель борется уже не только за понимание предмета.
Он борется за внимание ученика.
4. Есть ещё одна, менее заметная вещь — условия самого урока.
Учителя стали тратить больше времени на поддержание порядка. Каждый из этих факторов по отдельности может казаться небольшим. Но если они действуют одновременно, эффект накапливается. А теперь вернёмся к тем, кому удалось удержаться.
Здесь тоже нет волшебной технологии. Но OECD выделяет несколько довольно простых принципов.
◾️Меньше содержания, но больше глубины. Не пытаться «пройти» максимальное количество материала, а добиваться понимания ключевых вещей.
◾️Высокие и понятные требования. Причём не только к сильным детям.
◾️Подготовленный учитель. Не просто знающий свой предмет, а умеющий объяснять, удерживать класс, замечать непонимание и помогать.
◾️Адресная помощь тем, кто отстаёт, вместо надежды, что они как-нибудь догонят сами.
◾️Защита учебного времени от отвлечений.
Последний пункт особенно любопытен.
В Великобритании около 80% школьников учатся в школах, где телефоны запрещены на территории школы. В Турции — около 83%. В среднем по OECD — 49%.
При этом о постоянном цифровом отвлечении на уроках сообщают 19% британских и 18% турецких школьников против 28% в среднем по OECD.
В Южной Корее — около 7%.
Это, конечно, не доказательство того, что запрет телефонов автоматически повышает результаты PISA.
Если бы всё было настолько просто, образовательная политика была бы гораздо успешнее.
Но направление размышления мне кажется интересным.
Возможно, сильная школа сегодня отличается уже не количеством технологий, проектов и инноваций.
Возможно, всё большую ценность приобретает её способность защищать несколько довольно старомодных вещей: устойчивое внимание, сложный текст, интеллектуальное усилие, хороший урок и время, в течение которого ребенку никто не мешает думать.
Как вам такие приоритеты? Высказывайтесь 😊
Как-то так…
P.S. И вот теперь можно переходить к отдельной теме — ИИ в PISA-2025. Там обнаружился довольно неприятный парадокс: использование искусственного интеллекта может помогать учиться, а может избавлять ученика именно от того усилия, благодаря которому обучение и происходит.
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
👍5🔥3❤2
PISA-2025. Финал?
Попробую закончить разговор о PISA-2025.
Важно: В моих постах я имею в виду только среднюю и старшую школу!
Итак: школьникам всё труднее:
◾️читать длинные и сложные тексты;
◾️долго удерживать внимание;
◾️сопоставлять несколько источников;
◾️оценивать надежность информации;
◾️совершать продолжительное интеллектуальное усилие.
Одновременно цифровая среда постоянно тренирует почти противоположное: быстрое переключение, короткие фрагменты, немедленную реакцию, постоянный поиск нового стимула.
Возможно, поэтому стоит немного пересмотреть и наши образовательные приоритеты.
✅ Меньше стремления «пройти материал» — больше глубины.
✅ Меньше фрагментов — больше работы с длинным текстом.
✅ Меньше переключений — больше устойчивого внимания.
✅ Меньше готовых ответов — больше необходимости самому связывать факты, сравнивать источники и делать выводы.
И, пожалуй, ещё одно.
В разговорах об образовании у нас очень часто звучит мысль: ребёнку должно быть интересно.
С этим трудно спорить. Интерес действительно помогает учиться.
Но меня давно смущает превращение интереса практически в главный критерий хорошего урока.
Потому что огромное количество вещей, которые человеку необходимо освоить, не обязаны быть интересными с первой минуты.
Читать сложный текст трудно. Разбираться в непонятной задаче трудно. Возвращаться к тому, что не получилось, трудно. Иногда откровенно скучно.
И именно здесь, возможно, находится одна из важнейших задач школы.
Не только найти то, что ребенку уже интересно, а расширить границы его интереса.
Не только поддерживать желание делать то, что хочется, а сформировать способность некоторое время делать то, что трудно, непонятно и пока не слишком интересно.
Мне кажется, это принципиальная разница.
Если образование будет всё время следовать за уже существующим интересом ребёнка, возникает ещё один довольно неприятный вопрос:
а кто сегодня вообще формирует этот интерес?
Школа? Семья?
Или алгоритмы TikTok, YouTube и других платформ, которые значительно лучше нас научились удерживать внимание ребенка — только совсем не обязательно на том, что способствует его развитию.
Поэтому после изучения результатов PISA мне всё более важными кажутся отнюдь не новые образовательные приоритеты:
✔️сложный текст;
✔️устойчивое внимание;
✔️интеллектуальное усилие;
✔️высокие требования;
✔️хороший учитель, который способен провести ребенка через «не понимаю» и «мне неинтересно» к «теперь понял».
Возможно, одна из задач современной школы как раз и состоит в том, чтобы не конкурировать с цифровой индустрией за мгновенный интерес ребёнка.
Эту конкуренцию школа всё равно проиграет.
У неё другая задача — научить человека думать тогда, когда развлечения закончились.
Как-то так…
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
Попробую закончить разговор о PISA-2025.
Важно: В моих постах я имею в виду только среднюю и старшую школу!
Итак: школьникам всё труднее:
◾️читать длинные и сложные тексты;
◾️долго удерживать внимание;
◾️сопоставлять несколько источников;
◾️оценивать надежность информации;
◾️совершать продолжительное интеллектуальное усилие.
Одновременно цифровая среда постоянно тренирует почти противоположное: быстрое переключение, короткие фрагменты, немедленную реакцию, постоянный поиск нового стимула.
Возможно, поэтому стоит немного пересмотреть и наши образовательные приоритеты.
✅ Меньше стремления «пройти материал» — больше глубины.
✅ Меньше фрагментов — больше работы с длинным текстом.
✅ Меньше переключений — больше устойчивого внимания.
✅ Меньше готовых ответов — больше необходимости самому связывать факты, сравнивать источники и делать выводы.
И, пожалуй, ещё одно.
В разговорах об образовании у нас очень часто звучит мысль: ребёнку должно быть интересно.
С этим трудно спорить. Интерес действительно помогает учиться.
Но меня давно смущает превращение интереса практически в главный критерий хорошего урока.
Потому что огромное количество вещей, которые человеку необходимо освоить, не обязаны быть интересными с первой минуты.
Читать сложный текст трудно. Разбираться в непонятной задаче трудно. Возвращаться к тому, что не получилось, трудно. Иногда откровенно скучно.
И именно здесь, возможно, находится одна из важнейших задач школы.
Не только найти то, что ребенку уже интересно, а расширить границы его интереса.
Не только поддерживать желание делать то, что хочется, а сформировать способность некоторое время делать то, что трудно, непонятно и пока не слишком интересно.
Мне кажется, это принципиальная разница.
Если образование будет всё время следовать за уже существующим интересом ребёнка, возникает ещё один довольно неприятный вопрос:
а кто сегодня вообще формирует этот интерес?
Школа? Семья?
Или алгоритмы TikTok, YouTube и других платформ, которые значительно лучше нас научились удерживать внимание ребенка — только совсем не обязательно на том, что способствует его развитию.
Поэтому после изучения результатов PISA мне всё более важными кажутся отнюдь не новые образовательные приоритеты:
✔️сложный текст;
✔️устойчивое внимание;
✔️интеллектуальное усилие;
✔️высокие требования;
✔️хороший учитель, который способен провести ребенка через «не понимаю» и «мне неинтересно» к «теперь понял».
Возможно, одна из задач современной школы как раз и состоит в том, чтобы не конкурировать с цифровой индустрией за мгновенный интерес ребёнка.
Эту конкуренцию школа всё равно проиграет.
У неё другая задача — научить человека думать тогда, когда развлечения закончились.
Как-то так…
Константин Ушаков | Заметки:
Подписаться в телеграме
Подписаться в ВК
🔥13👏3