В 2014 году, после того как состоялся Майдан, Крым не согласился с этим и затем вошёл в состав РФ. В это же время Донбасс точно так же не согласился с киевским переворотом. Но Киев решил, что это лёгкая жертва, и против, по сути, русского региона были брошены ВСУ, а потом присоединились и добровольческие батальоны, состоящие из отпетых неонацистов. И в течение восьми лет, по сути, шла гражданская война.

24 февраля я внезапно проснулся около 4 часов утра и почувствовал, что уже не засну. Я зашел в Фейсбук и узнал, что началась массированная атака на Украину. В какой-то степени я предвидел такую возможность, но все же считал более вероятным, что Россия займется в ближайшее время новопризнанными ДНР и ЛНР, мелкими провокациями в сторону территорий, контролируемых Украиной, в надежде создать casus belli, а уж потом, после весенней хляби, массированным вторжением. Но Путин, как всегда, всех перехитрил.

Это был очень сильный толчок: я чувствовал, что находиться в России – значит так или иначе ассоциироваться или соглашаться с действиями правительства, а с другой стороны, было просто страшно за свою судьбу. Как украинец, негативно относящийся к путинскому режиму и памятникам Ленину и уже имевший дело с ФСБ, я вполне мог стать фигурантом какого-либо вымышленного террористического дела. Даже если шансы 1 к 10, не очень хотелось играть в русскую рулетку или жить, постоянно ощущая, что над тобой нависает этот шанс.

Ведь сейчас подготовка к дележу незалежной [Украины] в Европе идёт полным ходом: взять хотя бы очень жутко беснующуюся в украинском сегменте соцсетей кампанию по объявлению тех украинцев, которые сражались в Красной Армии, советскими оккупантами, а Украинской ССР – оккупационной администрацией. Надеюсь, всем понятно, что всё это делается для пересмотра итогов включения в состав Украины таких регионов, как Галиция, Волынь, Буковина и Закарпатье.

Поэтому России надо быть готовой играть вдолгую: текущие события в мире показывают, говоря спортивным языком, что время спринтеров уходит и наступает время марафонцев, а быстротечные войны эпохи модерна вновь сменяются средневековыми конфликтами на многие десятилетия.

Разрушение памятников Пушкину влечет за собой расчеловечивание – уничтожение украинцами малазийского «Боинга» и самолета с украинскими же пленными, пытки в подвалах СБУ (совсем как в гестапо), разрушение плотины на Днепре, глумление над православными священниками, ракетные обстрелы мирных жителей, омерзительную череду терактов… Современная Украина стремительно приближается по масштабам зверств к бесчинствам фашистских оккупантов в годы Второй мировой войны. Когда эта нацистская «элита» отказалась от общих с Россией корней, оказалось, что никакой собственной культуры у нее нет. И, увы, быть не может.

Эта война не имеет никаких разумных оправданий. Попытки использовать ситуацию в Донбассе как повод для развертывания военной операции не внушают никакого доверия. Совершенно очевидно, что Украина не представляет угрозы для безопасности нашей страны. Война против неё несправедлива и откровенно бессмысленна.

Это террор в чистом виде, плохое слово «привыкли», просто у людей… Я сам же прожил в Донецке практически год. К этим обстрелам привыкнуть невозможно, но можно смириться. У всех по-разному, у меня где-то на вторую-третью неделю наоборот вырабатывается здоровая злость с элементами ненависти, а потом приходит некое смирение, и ты на этот террор реагируешь как на должное. Но общество все равно погружается в глубокую депрессию.

Я очень хорошо помню Донецк в 2015-2016 годах. Это была глубокая депрессия общества, поэтому был отток людей, уезжали. Тогда показалось, что Минские соглашения – вечные. Я поэтому же где-то году в 2017 перестал комментировать украинский кризис, потому что это было уже тошно, это было уже невозможно. А что – я не могу никак повлиять. Надо либо ехать жить в Донецк, как-то пытаться на что-то повлиять…

И сегодня, когда Россия проводит специальную военную операцию в Донбассе, целью которой является демилитаризация и денацификация Украины, защита людей, которые на протяжении восьми лет подвергались издевательствам и геноциду со стороны киевского режима, США и НАТО продолжают подливать масло в костёр войны, оказывая незалежной военную помощь.

Оценивая все эти действия вокруг Украины, напрашивается вывод, что США и их союзники намерены превратить эту страну в подобие Афганистана и на много лет погрузить Европу в хаос. А это повышает риски столкновения сил России и НАТО, так как в таких условиях нет гарантий, что не возникнет каких-то инцидентов. И это должны осознать те западные политики, которые во имя своих интересов стремятся разыграть украинскую карту. Что же касается России, то она будет продолжать спецоперацию в Донбассе, пока не достигнет поставленной перед ней цели – демилитаризации и денацификации Украины.

Специальная военная операция мобилизовала интеллектуальный, духовный потенциал России. Задача библиотеки и библиотекаря – постараться беспристрастно аккумулировать корпус текстов, который выходит в наши дни и адресован нашим дням, пригласить их авторов к общению, к презентации своих трудов. Ещё что отмечу – актуализацию русского философского наследия. Библиотека для молодёжи поддерживает такую работу в виде докладов, круглых столов, принимает на своей площадке Донецкое отделение Российского философского общества.

Задача, миссия, долг библиотекаря, если не заглядывать в должностные инструкции, а сказать по существу, – стать хронологом своего времени, «заархивировать» его. Эту мысль держу в голове, ей и руководствуюсь.

Я надеюсь, что когда-нибудь это закончится. Сейчас мы переживаем какую-то темную полосу в истории российской науки и книгоиздания. Мне трудно представить, что подобная ситуация может продолжаться бесконечно. Хотя, с другой стороны, когда Россия начала полномасштабную войну против Украины, многим это тоже казалось невозможным. Я очень хорошо помню это ощущение – будто произошло что-то совершенно немыслимое. Полный абсурд и катастрофа. Но мы каким-то образом продолжаем жить внутри этого абсурда.

Как справедливо заметил Алексей Ширяев, мы все трудимся ради мира. Ради того, чтобы нашим защитникам было куда вернуться. Ради восстановления разрушенного, объединения разлученного, ради новых домов и городов, чистого неба над головами детей – и не только в Донбассе. Пусть всегда будет солнце, пусть наши младшие не узнают звуки ракет и БПЛА, не шарахаются от мысли сойти с обочины – вдруг там мины? Пусть мы все научимся быть рядом, защищать и оберегать, чинить и строить нашу с вами единственную и прекрасную жизнь. А война останется памятью в стихах и песнях, в фантастических книгах и лейтенантской прозе – чтобы не повторили.

У нас общие святыни. У нас общие корни, общий язык, общая вера, общая культура. И то, что сегодня мы оказались в разных окопах, – это величайшая национальная геополитическая и общечеловеческая трагедия

Сегодня Украина платит страшную дань англосаксам. Она платит её своими лучшими сыновьями... Запад решает свои геополитические задачи за счет уничтожения генофонда восточного славянства.

На Украине в течение тридцати лет происходила системная деформация исторического сознания. Молодому поколению внушали ложные ориентиры, отрывая их от вековых корней. Это и привело к фатальной исторической ошибке.

Победы по отдельности не будет ни у кого. Наша общая победа возможна только тогда, когда мы вспомним, что наши деды плечом к плечу в составе Первого, Второго, Третьего и Четвертого Украинских фронтов ломали хребет фашизму.