​О НЕПЕРЕВОДИМОМ — РАБОТА С НЕБОМ

Японские стихи зачастую обладают вторым дном, которое легко увидеть на японском языке, но часто очень сложно перевести на русский.

Это понятно, ведь иероглифы — многозначны. Как, например, вот в этом стихотворении современного поэта Таникавы Сюнтаро о небе, которое записывается иероглифом 空, но также означает и «пустоту», а в сочетаниях с другими иероглифами — несбыточность, ложь, иллюзии.

На этой игре слов между великим и ничтожным строится все стихотворение. Можно переводить дословно, а можно сделать как я — найти соответствия в родном языке, переводить не слова и даже не смысл, а общий посыл.

Думаю, что у меня получилось собственное произведение по мотивам. Но мне нравится посыл поэта защитить Небо от наносных смыслов, которые ему приписали люди. В русском языке их тоже оказалось немало:



«Пальцем в небо попал!»
Так над грубой ошибкой смеемся

«Он лишь небо коптит»
О бездельниках так говорим мы с презрением

«Все парит в небесах»
Критикуем мы фантазёрку

«Покажется небо с овчинку»
Так хотим запугать


Прости нас, Небо, что эти фразы мы внесли в словари



空言　真実でないことば
空々しい　見えすいている　わざとらしい
空頼み　あてにならないことをあてにする
空耳　音がしないのに聞いたように思い違いする

ごめんね空　こんなことばを辞書に載せて


НА ФОТО: Поэт Таникава Сюнтаро смотрит в сад

​Слива как метафора жизни

Сейчас я путешествую по Японии, и мне приятно встречать японские стихи в тех местах, где их не ждёшь. Например, в саду Кайракуэн в городе Мито, префектуре Ибараки.

Этот сад считается одним из самых красивых в Японии, он знаменит цветущими сливами. Именно в этот сезон попала в него и я.

Кроме трёх тысяч цветущих сливовых деревьев там есть интересная постройка - павильон Кобунтэй, который стоит на отвесности холме.

Слово «кобун» - это ещё одно название японской сливы. Павильон построен для Токугавы Нариаки, где он предавался сочинению стихов и чайным церемониям.

В 1889 году это сад посетил молодой поэт Масаока Сики, который очень впечатлился видом с холма, покрытого цветущими сливами и сложил вот такое хайку:

На склоне крутом
Деревья сливы все как одно
Искривившись стоят


崖急に梅ことごとく斜めなり

гакэкю:ни/ умэ котоготоку/ нанамэ нари

Теперь это хайку, которое считается шедевром реализма, высечено на камне, который стоит как раз на этом холме.

Сики подмечает, что сливы вынуждены следовать форме холма и расти под наклоном, однако даже в таком трудном положении они продолжают цвести.

Не так ли происходит и с людьми, чьи жизни тоже зачастую искривляются обстоятельствами, но все равно дарят много радости

На фото: розовая слива из сада Кайракуэн

​​КАК СНОСИТЬ УДАРЫ СУДЬБЫ


Смотрите, какой замечательный урок преподносит нам буддийская поэтесса 19 века Отагаки Рэнгэцу(1791-1875) вот этим чудесным пятистишием танка:


Как «мило» с их стороны
В ночлеге мне отказать —
Устроюсь под сакурой я,
Когда в весенней дымке
Парит над нею Луна


宿かさぬ人のつらさをなさけにておぼろ月夜の花の下ぶし
ядо касану/ хито-но цураса-о/ насакэ-ни-тэ/оборо дзуки ё-но/хана-но сита буси


Жестокость людей, отказавших ей в ночлеге, она воспринимает как буддийскую «милость» — ведь она проведёт ночь не в четырёх стенах, а под открытым небом, будет наслаждаться цветущей сакурой и прекраснейшей луной в весенней дымке, той самой «оборо дзуки», о которой я уже писала несколько дней назад.


Сама поэтесса — женщина интересной судьбы. После потери двух мужей и нескольких детей, она уходит в буддийский монастырь и берет монашеское имя Рэнгэцу (лотос-луна), но чуть позже ее оттуда выдворяют и ей приходится придумывать, как зарабатывать себе на жизнь.


Она самостоятельно изучает гончарное дело и открывает керамическую мастерскую, где лепит чайную утварь, на которую наносит свои стихи. Ее керамические работы теперь называются «рэнгэцу яки». Они ценились японскими художниками-интеллектуалами, принадлежащими к школе «Бундзинга» ( так называемая «живопись учёных»), а сейчас их с удовольствием коллекционируют поклонники японской керамики.


Впрочем, она была не только поэтессой и керамисткой, она занималась ещё и каллиграфией, и живописью, и боевыми искусствами.


Когда ей было 60 лет, она познакомилась с 15-летним Томиокой Тэссаем, стала его наставницей и способствовала его художественной карьере — в его живописные работы она вписывала свои пятистишия. Томиока Тэссай теперь считается одним из последних могикан школы «Бундзинга».


Удивительная женщина, которая отказалась чувствовать себя побеждённой!


Haiku Daily выражает благодарность прекрасной Лизе Ванеян за знакомство с Отагаки Рэнгэцу


НА ФОТО: каллиграфическая работа Рэнгэцу с её стихотворением про ночлег под сакурой и луной, музей Михо

Чайная чаша Рэнгэцу, украшенная этим же стихотворением

Работа Рэнгэцу «Хакудзосу — лисица, притворявшаяся монахиней», музей Метрополитен

​«САКУРА-САКУРА. ЖИЗНЬ В РОЗОВОМ»

Прекрасные новости! Пишут, что в Токио уже зацвела сакура 🙂

Сакура — самый популярный весенний цветок в поэзии хайку. Через сакуру можно очень многое понять о японской культуре, философии и даже религии.


Поэтому я приглашаю всех желающих в небольшое путешествие в мир японских трехстиший, ведь я уверена, что японскую поэзию надо изучать не через теоретические курсы, а через практические занятия.


Миникурс «САКУРА-САКУРА. ЖИЗНЬ В РОЗОВОМ» - это пять коротких увлекательных занятий, где на каждом мы будем разбирать одно весеннее хайку про сакуру:

- прочитаем оригинальный текст произведения (с подстрочника)
- ознакомимся с контекстом
- послушаем, как звучит каждое хайку по-японски
- попробуем сделать собственный поэтический перевод или интерпретацию оригинального текста

Этот миникурс подходит для вас в том случае, если:

- вы интересуетесь японской поэзией и японской литературой и хотите понять, как устроены японские стихи «изнутри» и прочесть эти тексты в оригинале

- вы сами пишете хайку на русском языке и хотите получить дополнительный мощный инструмент для поиска новых тем и вдохновения

- хотите попробовать сделать собственные переводы японских классических стихов или написать хайку на русском языке по мотивам этих произведений

Знать японский язык, чтобы пройти этот курс, не обязательно: занятия устроены таким образом, чтобы каждый мог работать с подстрочником!


Где: на платформе Telegram
Когда: с 12 по 27 апреля
Стоимость: 1500 рублей, оплатить нужно до 1 апреля, чтобы я понимала заранее, соберется группа или нет

Если вы заинтересовались, напишите мне личное сообщение, я вышлю вам детали по оплате курса, а также вы сможете задать вопросы

НА ФОТО: Кавасэ Хосуй «Весна на холме Атаго», 1921 год. Из сборника «12 достопримечательностей Токио»

​КАК БАСЁ ШАПКУ УРОНИЛ

Я уверена, что великая поэзия буквально раскрывает нам глаза, показывает то, на что мы раньше даже если и смотрели, то не видели. Такая уж у поэтов работа — в любом бытовом или природном проявлении разглядеть интересный сюжет и тут же рассказать историю.


В древней поэзии вака (пятистишия) есть известный сюжет — весной японский соловей вьет себе шапочку из цветов сливы.


Прекрасная запоминающаяся картина, но если ты великий поэт, а особенно если ты поэт хайкай и любишь все переиначить, то ты захочешь показать весну под другим углом, как это делает Басё вот в этом великом хайку:

Соловушка
С головушки шапку уронил —
Опадает камелия


鶯の笠落したる椿かな
угуису-но/ каса отоситару/ цубаки кана


Наверняка вы знаете, что камелия опадает целым цветком, и вот этот цветок на земле и напомнил Басё шапочку, которую мог уронить соловей.

Стихотворение написано в 1690 году, на закате дней Басё. Все его поздние стихи я воспринимаю как печальные, даже если он пытается показать какой-то шутливый образ. Ничего не могу с собой поделать — мне в этом соловушке видится сам «старик Басё». Время соловья, который вьет шапочку, утрачено, пришло новое время, когда эту шапочку можно только потерять и удивиться самому себе.

А вот еще более позднее и не менее печальное трёхстишие, написанное в 1692 году:



Никто не заметит
Эту весну! На обороте
Зеркала слива цветёт

人も見ぬ春や鏡の裏の梅
хито-мо мину/ хару-я кагами-но/ ура-но умэ

С древних времен оборот ручных зеркал украшали изображениями цветов и птиц, но когда мы смотримся в такое зеркальце, мы не видим весну, а видим лишь только собственное отражение


НА ФОТО: опавший цветок камелии, который я сфотографировала около храма девятиглавого дракона в Хаконэ несколько лет назад

​НЕТРАДИЦИОННАЯ ПАРНОСТЬ

Я очень люблю хайку, которые выходят за границы типичной красоты и элегантности. Полюбить изящные стихи легко и просто, а вот как увидеть красоту мира в вещах тривиальных и физиологичных? Может быть не надо поэзии ступать на эту неприятную территорию?

Басё бы с этим, наверное, не согласился. Он очень ценил это трёхстишие про соловья и даже в письме своему ученику и патрону Сугияме Сампу (он был из семьи состоятельных торговцев рыбой в Эдо и материально поддерживал своего учителя) признался, что всегда стремился написать что-то в таком духе.

Это хайку обычно приводят в пример, если хотят показать важнейший принцип стихосложения, к которому Басё пришел в зрелые годы. Принцип этот называется «каруми», то есть «легкость».

Здесь есть очень грубый глагол «фун-суру» (糞する) — «испражняться», который для многих из нас не очень-то вписывается в концепцию изящной японской поэзии. Даже я стыдливо заменила его на существительное «помёт», чтобы не так уж сильно травмировать своих читателей:



Эй, соловей!
На веранде лепешка «моти»
В птичьем помёте

鶯や餅に糞する縁の先
угуису я/ моти-ни фун-суру/ эн-но саки


В одном из комментариев к этому хайку прочла, что рисовые лепешки «моти» весной выкладывают на просушку на солнечную сторону веранды, куда и залетел соловей, сделавший свое грязное дело. Типичная весенняя сценка из японского быта периода Эдо.


Вот так непринужденно Басё соединяет соловья не с цветущей сливой, как положено по канону, а вводит грубое слово, однако в итоге ведь все равно получается легкое стихотворение. Или не получается?



НА ФОТО: Моя работа в японском стиле «Соловей на веточке цветущей сливы». Я все же испытываю слабость к традиционной весенней паре «соловей-слива» 🙂

​ПЯТЬ ХАЙКУ О ЯПОНСКОЙ САКУРЕ

Приходите читать хайку о цветущей сакуре — я придумала новый тематический курс на прекрасную весеннюю тему!

Миникурс «САКУРА-САКУРА. ЖИЗНЬ В РОЗОВОМ» — это пять коротких увлекательных занятий, где на каждом мы будем разбирать одно весеннее хайку про сакуру:

- прочитаем оригинальный текст произведения (с подстрочника)
- ознакомимся с контекстом
- послушаем, как звучит каждое хайку по-японски
- попробуем сделать собственный поэтический перевод или интерпретацию оригинального текста



Этот миникурс подходит для вас в том случае, если:

- вы интересуетесь японской поэзией и японской литературой и хотите понять, как устроены японские стихи «изнутри» и прочесть эти тексты в оригинале
- вы сами пишете хайку на русском языке и хотите получить дополнительный мощный инструмент для поиска новых тем и вдохновения
- хотите попробовать сделать собственные переводы японских классических стихов или написать хайку на русском языке по мотивам этих произведений


Знать японский язык, чтобы пройти этот курс, не обязательно: занятия устроены таким образом, чтобы каждый мог работать с подстрочником!

Если вы заинтересовались, напишите мне личное сообщение, я вышлю вам детали по оплате курса, а также вы сможете задать вопросы


Где: на платформе Telegram
Когда: с 12 по 27 апреля
Стоимость: 1500 рублей, оплатить нужно до 1 апреля, чтобы я понимала заранее, соберется группа или нет

Haiku Daily goes global!

Про меня пишут в федеральных СМИ:)

Чувствую необыкновенную радость, что могу продвигать японскую поэзию на такую большую аудиторию!

А также приятно видеть свой рисунок фугу 🙂

https://rg.ru/2021/03/30/pochemu-v-rossii-populiarny-iaponskie-trehstishiia.html

​Дорогие друзья! Last call!

Группа на миникурс по сакуре уже почти сформирована и я скоро закрываю запись:)

Если кто-то ещё хочет попасть на поэтическое «ханами», присоединяйтесь!

https://t.me/HaikuDaily/763

​КНИЖНЫЙ ЛЕС

Недавно я зашла в книжный магазин и растерялась. Очень много интересных изданий с яркими обложками и не менее яркими названиями — хочется много чего прочитать, но вот хватит ли мне времени на весь этот бесконечный поток информации?

Стала замечать, что многие знакомые и друзья выпускают свои книги — как авторы, редакторы, переводчики и иллюстраторы.

Даже попыталась вывести свою формулу отношения к современному книжному процессу — «сейчас труднее сдержаться и не написать книгу, чем написать».

Книги пишут все вокруг и складывается впечатление, что это уже не те самые «книги», что были в моем детстве. Тогда выпустить книгу — настоящее событие. Сейчас выпустить книгу — обычное дело.

Вспомнила расхожую поговорку не такого уж давнего времени: « В стране одни фотографы, а работать некому». Сейчас ее можно было бы немного переиначить: «В стране одни писатели, а где же взять столько читателей?»

Вот я и думаю, не заблудиться бы в этом книжном лесу. А с другой стороны, почему бы и не заблудиться?


Кстати, в японской поэзии, оказывается, есть такое выражение «книжный лес» — фумихаяси (書林).


Встретила я его вот в этом стихотворении, которое описывает новую японскую действительность 18 века, когда началось массовое книгопечатание, снизившее стоимость и ценность книг и резко увеличившее их количество:


Подвижные литеры
Разрастается из вас, как из семян,
Книжный лес

植字より 書林ハ 蔓りて
сёкудзи-ёри/ фумихаяси-ва/ хабикоритэ


Какое прекрасное трёхстишие неизвестного мне автора из антологии 1703 года «Фудандзакура».

У японцев литература издавна ассоциировалась с природными явлениями — так первая императорская поэтическая антология «Манъёсю» переводится как «Собрание миллиарда листьев». Интересно получается, что между листьями деревьев и словами (а заучит и стихами!) японцы как-будто ставят знак равенства.

В сегодняшнем трёхстишии есть прекрасное слово 植字. Его словарное значение — набор (полигр.), то есть профессиональное сухое слово. А вот если «читать» это выражение по иероглифам, то получится поэтический образ — «знак, посаженный в землю». Так мне нравится гораздо больше, да и стихотворение тогда обрастает изящным визуальным смыслом 🙂

НА ФОТО: Китагава Утамаро, «Красавица, читающая книгу»

Сегодня хочу поделиться вот такой мотивационной картинкой.

Это прекрасная работа художницы Ито Сёха (1877-1956) в жанре «бидзинга», то есть «портреты красавиц».

У девушки за спиной висит календарь с духоподъёмной надписью:

人の道は心にあり　人の心は行にあり
Хито-но мити-ва кокоро-ни ари, хито-но кокоро-ва оконаи-ни ари

«Путь человека определяет сердце, а сердце человека определяют его поступки»

​​ЕЛИСЕЕВСКИЙ МАГАЗИН И ХАЙКУ. ЕСТЬ ЛИ СВЯЗЬ?

Как вы уже прекрасно знаете, я везде стараюсь найти хайку, и как оказалось, между историческим магазином знаменитых купцов Елисеевых и японскими трехстишиями есть довольно тесная связь.

Дело в том, что Сергей Елисеев, один из трех сыновей предпринимателя Григория Елисеева, был первым профессиональным японистом не только в Российской Империи, но и на Западе.

Он стал первым европейским студентом, который поступил в Императорский Токийский Университет и закончил одним из лучших учеников на курсе, а его выпускная работа называлась　芭蕉研究の一片 (басё:кэнкю:-но-иппэн) “Небольшое исследование Басё”.

Сергей Елисеев видел Императора Мэйдзи на своем выпускном вечере, а также ходил в гости на литературные четверговые чтения (木曜會 “мокуё:кай) к писателю Нацумэ Сосэки, считал себя его учеником и по просьбе Сосэки написал даже несколько статей по русской литературе для газеты “Асахи Симбун”.

К сожалению, его диссертация о творчестве Басё на соискание ученого звания доктора наук сгорела в кострах русской революции 1917 года. А сам Елисеев с семьей вынужден был бежать через Финляндию и Швецию во Францию. Позже он перебрался в США, где стал профессором Гарварда, основав там факультет восточных языков и профессиональный востоковедческий журнал Harvard Journal of Asiatic Studies.

Хотелось бы мне прочитать переводы хайку Басё, которые сделал в начале XX века Серж Елисеефф, как он стал себя называть во Франции, но в открытом доступе я его переводов не нашла. Поэтому хочу закончить свой коротенький рассказ собственным переводом хайку Басё, который явно был любимым поэтом Елисеева:

Мне невдомёк
Что за дерево в полном цвету -
Ах, какой аромат!

何の木の花とはしらず匂哉
нани-но-ки-но/ хана-то-ва сирадзу/ ниои кана

Помню, как я стояла под цветущей сакурой (как мне казалось) в Камакуре, а рядом стояла парочка молодых японцев, которые спорили, сакура это или нет. Тогда-то я и поняла, что зачастую сами японцы не могут точно определить сорт цветущего дерева, зато мы все можем наслаждаться его красотой и ароматом

НА ФОТО: Будучи студентом в Японии, Елисеев довольно быстро отказался от европейского платья и стал носить традиционную японскую одежду, как это делали в те дни японские интеллектуалы

​ГДЕ РАСЦВЕТАЕТ САКУРА


В этом году у меня, как и у миллиона других туристов, нет возможности попасть на японскую сакуру, однако я не отчаиваюсь - ведь “ханами” можно устроить себе даже не выходя из дома. В конце концов правы те, кто говорит, что самая главная сакура распускается не у вас перед глазами, а в вашем сердце.

Вот и я сейчас как раз наслаждаюсь “поэтическим ханами” - читаю стихи о сакуре, чтобы сделать окончатльеный отбор пяти стихотворений, которые войдут в мой миникурс. Какое же это оказалось сложное дело! Как много чудеснейших стихов не попало в финальный ТОП-5!

Но я хочу поделиться здесь, хотя бы одним хайку, которое мне очень понравилось еще год назад, но оно, увы, не подошло к концепции курса.

Это трёхстишие поэта Мураками Кидзё, которое довольно сложно перевести, на мой взгляд, но я все же покажу свою попытку. Здесь говорится о пике цветения сакуры, когда все ветви даже зрительно тяжелеют от пышных цветов. Это не привычный нам образ легкой и эфемерной сакуры, нет, это “тяжелая” сакура, которая как-будто наваливается на смотрящего на нее снизу:


Еле-еле-еле
Покачиваются грузно ветви -
Сакура в цвету


ゆさゆさと大枝ゆるる桜かな
юса-юса-то/ ооэда юруру/ сакура кана



Здесь есть звукоподражательное слово “юса-юса”, которое обозначает “грузно покачиваясь”, а еще здесь есть глагол “юруру”, который означает просто “покачиваться”.

В русском языке у нас нет схожих звукоподражательных слов, чтобы звуком показать тяжесть движения (или есть?), но мне очень хотелось включить в свой перевод хоть какое-то звучание. Поэтому я выбрала слово “еле-еле”, но добавила к нему еще один фрагмент, чтобы звукопись была чуть длиннее, для создания необходимого мне ритма.

Забавно, что слово “юса-юса” уже мне уже попадалось в хайку Иссы, но тогда я малодушно убрала звукопись и оставила лишь только значение:

​Вразвалочку
Уходит весна по полям!
Качаются травы


ゆさゆさと　春が行くぞよ　野辺の草
юса-юса-то/ хару-га юку дзо ё/ нобэ-но куса


По смыслу здесь очень правильно подобрано “вразвалочку”(хотя я до сих пор страдаю, что звучание потеряно и никак не компенсировано), но вот в сегодняшнем стихотворении это значение “вразвалочку” совершенно не подходит. В хайку про сакуру мне пришлось искать совсем новый подход к переводу этого “юса-юса”.

Это хорошая тема для размышления, особенно для тех, кто думает, что стихи лучше всего переводить как можно ближе к тесту, то есть довольствоваться подстрочником, а не художественным переводом, где приходится каждый раз заново переизобретать способ адекватной передачи смысла, звучания и поэтической красоты.

Теперь я, кстати, поняла, что мой курс о сакуре надо было назвать иначе, например, “Поэтическое ханами”. Ну ничего, в следующем году именно так и сделаю 🙂

НА ФОТО: Кацусика Хокусай. “Фудзи на фоне цветущей сакуры”

​БЕСПЛАТНЫЙ МЕСЯЦ С ЧЕЛОВЕКОМ-КОМБИНИ

Дружественное издательство Bookmate Originals выпустило на днях аудиокнигу по бестселлеру Саяки Мураты «Человек-комбини» —https://ru.bookmate.com/audiobooks/HzmdcuMq

Это история о 36-летней героине Кэйко, которая всю взрослую жизнь проработала в мини-маркете.

Промокод HAIKUDAILY2 для моих подписчиков

https://ru.bookmate.com/code?promo=HAIKUDAILY2

дает месяц бесплатной премиум-подписки на все книги и аудиокниги Букмейта для новых пользователей. За это время вы сможете не только послушать Человека-комбини, но и прочитать много всего другого интересного по японской теме :)

​​ПОЧЕМУ ПОПУЛЯРНЫ ФЕЙКИ?

У меня нет ответа на этот вопрос. Я так же не знаю, кто их придумывает. Однако я вижу, что они ужасно живучи.

Например, вы же наверняка сто раз видели эту растиражированную картинку вот с такой подписью:

«Женщина отрезает подол кимоно, чтобы не потревожить спящую кошку. Старинная японская гравюра — иллюстрация к "Запискам у изголовья" Сэй Сёнагон».

Правда здесь присутствует только в первой строчке. Действительно, здесь изображена женщина, которая отрезает подол кимоно, но вот беда - невооружённым взглядом видно, что это не старинная гравюра, а современное изображение, сделанное скорее всего на компьютере.

И конечно же, эта современная картинка не имеет ничего общего с «Записками у изголовья». Я не помню, чтобы в этой книге упоминался похожий сюжет. А вы?

Получается, что все это чья-то элегантная выдумка.

Кстати, на картинке есть стихотворение, которое удалось расшифровать.

Это пятистишие танка поэта Ки-но Цураюки. В нем, конечно же, не упоминается ни женщина, ни кимоно, ни кошка :) Почему-то он здесь рассказывает о лепестках облетающей сакуры, которые так похожи на падающий снег:


Сакуры цветы
Сдувает тёплый ветер —
Смотри-ка, снег!
Невиданное дело!
Кружит по небесам

桜散る木の下風は寒からで空に知られぬ雪ぞふりける
сакура тиру/ ко-но сита кадзэ-ва/ самукарадэ/ сора-ни сирарэну/ юки дзо фурикэру


НА ФОТО: Та самая современная картинка, нарисованная скорее всего на компьютере. Автор не известен. Сюжет, скорее всего, выдуман :)

​ВЕТЕР В ИВАХ

Уже совсем скоро в Москве обещают дожди. Говорят, они будут идти почти целую неделю. Пожалуй, стоит настроиться на такую долгую мокрую неделю.


В восточной живописи есть такой сюжет — цапля, втянув голову в плечи, отдыхает на дереве ивы, а на фоне льёт дождь.

Это не удивительно, ведь у всех трех элементов сюжета есть кое-что общее.

Если вы вспомните знаменитые японские гравюры с дождем, то он будет показан длинными тонкими линиями — такими же длинными и тонкими, как ветви ивы или ноги цапли.

А вот в поэзии хайку мне пока не удалось встретить дождь, иву и цаплю в одном поэтическом тексте, поэтому я решила остановиться хотя бы на одной иве, тем более, что она сейчас начала выпускать почки.

Именно этот короткий момент, когда на дереве появляются почки, особенно ценят японцы. Такая ива называется «аояги» или «аоянаги» — зеленеющая ива. Впрочем, можно перевести и как «молодая» или «юная» ива. Ощущение от нее именно такое, как в этом чудесном хайку поэтессы Тиё:



Зеленеет ива
Где её ни посади
Безмятежность!

青柳は何所に植ても静なり
аояги-ва/ доко-ни уэтэ мо/ сидзука нари

НА ФОТО: Моя работа «Цапля на иве» ( 柳に鷺 «янаги-ни саги») выполнена на очень тонкой ученической бумаге, которая чрезвычайно помогла мне в этом сюжете — её структура сама по себе создала ощущение весеннего дождя на заднем плане. В очередной раз удивляюсь, что дешевая вещь иногда сослужит службу получше дорогой

КОГДА ДЕТИ ПИШУТ ХАЙКУ

Меня очень тронул этот небольшой сборник трёхстиший, который написала восьмиклассница Валя Мордовцева, а иллюстрации сделала Василиса Ключарёва, ученица 10 класса.

Какой замечательный школьный проект, почитайте — удивительное поэтическое путешествие.

Меня попросили написать для этого проекта небольшое вступительное слово, что я и сделала с огромным удовольствием :)

​​САЁНАРА, САКУРА?

Я всегда стараюсь защищать мысль, что поэзия в Японии — важнейшее из искусств.

Мне кажется, что именно поэзия определяет и характер японцев, и эстетику, и даже темы для произведений современного искусства.

И вот лишнее тому доказательство.

Сейчас в городе Окаяма в музее Setouchi City Art Museum ( вот ссылочка https://www.motoi-works.com/en/archives/613 )идет интересная и в каком-то смысле душераздирающая выставка-инсталляция «Опадающие тычинки сакуры», для которой художник Ямамото Мотои создал вручную более 100 тысяч лепестков опавшей сакуры из соли.

Вот его слова: «В хайку есть сезонное слово для поздней весны — «опадающие тычинки сакуры» (さくらしべふる). В это время с деревьев осыпаются красно-фиолетовые сердцевинки цветов, и люди теряют интерес к сакуре, но это также время, когда можно задуматься о том, как связны между собой судьбы всего живого и как на смену сакуре придет сезон молодой листвы».

Для художника было важно еще раз пережить момент единения с сакурой, и показывает он это единение не через цветение (хотя казалось бы, что может быть лучше!), а через умирание — как своеобразный трибьют его рано погибшей жене и рано умершей младшей сестре.

Вот и я, закончив мой весенний курс, где мы читали хайку о сакуре, сделала для себя важнейший вывод: для японцев сакуру сакурой делает именно этот момент «умирания», и даже в цветущей вишне японский поэт зачастую видит ее «смерть».

На курсе мы переводили в том числе знаменитое хайку Рёкана и мне удалось наконец-то сделать собственный перевод, которым я немного довольна:

Отцветает сакура
Но и та, что в цвету,
Тоже отцветёт

散る桜残る桜も散る桜
тиру сакура/ нокору сакура-мо/ тиру сакура

У нас даже разгорелись споры, говорит ли Рёкан только о смерти или все же в его хайку есть важный момент цикличности, когда жизнь проступает через смерть. И нет ли в этом трёхстишии еще более универсального смысла, когда между жизнью и смертью можно поставить знак равенства?

Переводили мы и Басё, его знаменитое стихотворение, в котором он вспоминает своего рано умершего патрона и друга — поэта Сэнгина. Через 20 лет Басё возвращается в родные места и посещает «ханами», куда его пригласил сын Сэнгина, родившийся аккурат в год смерти своего отца:

Сколько дум и чувств
Вынула из сердца моего
Сакура в цвету

さまざまの事おもひ出す桜かな
самадзама-но/ кото омоидасу/ сакура кана


А еще я поняла, что ценю в японцах умение быть благодарными, поэтому хочу поделиться вот этим милым хайку 18-летнего хайдзина-любителя Кадзимото Сота, в котором мне захотелось сохранить максимальное количество японский слов:

Отцветает сакура
Нет, «саёнара» ей не скажу
Я скажу — «аригато»

桜散る　さよならじゃなく　ありがとう
сакура тиру/ саёнара дзя наку/ аригато:

НА ФОТО: Инсталляция «Опадающие тычинки сакуры» художника Ямамото Мотои.

Я бы даже перевела название выставки тут более поэтически «Опадающие сердца сакуры», так как эти красные пестики и тычинки напомнили мне окровавленные сердца. В конце концов это же и есть сердцевина цветка, не так ли?

​​ВСТРЕЧА НА ТРЁХ ЯЗЫКАХ

Сегодня у меня был необыкновенный новый опыт.

Я прочитала небольшую лекцию с небольшим поэтическим воркшопом для студентов-русистов Университета имени Коменского в Братиславе.

Конечно, я волновалась. Ведь мне нужно было за час успеть рассказать так много — об истории японский поэзии, о ее важнейшей роли в японской культуре (от древности до 21 века!), коснуться теории хайку, а также провести практическое занятие, когда слушатели должны были перевести хайку японского поэта с русского подстрочника на словацкий или на русский язык.


Удивительно, но все получилось наилучшим образом. Кажется, это была очень теплая встреча на трех языках.


Мне было ужасно приятно слушать, как студенты переводят лекцию с русского на словацкий (я так классно звучу на словацком!), послушать японские хайку в словацком исполнении, а потом пообщаться со студентами.


Для перевода я выбрала очень простое стихотворение Танэда Сантоки, которое, кстати, мы переводили и на моем весеннем курсе, потому как в последнее время это моё самое любимое хайку о сакуре.


Конечно, переводы на словацкий я не могу оценить, поскольку едва знаю язык, но зато меня поразил перевод Клаудии Фекетеовой (Feketeová Klaudia) на русский, которым я хочу поделиться.

Я специально сохранила орфографию и грамматику, так как именно такое написание передает словацкое звучание, а заодно, на мой взгляд, подчеркивает мощность оригинального образа Сантоки. Это хайку звучит как славянская песня. Я бы не смогла перевести лучше:


Ох вышня, ох вышня
Ох, цветущая
Осыпающая

さくらさくらさくさくらちるさくら
сакура сакура/ саку сакура/ тиру сакура


А также хайку Сантоки на словацком для тех, кто понимает:

Štofilová Lenka

sakura sakura
kvitnúca sakura
vädnúca sakura

Bályová Viola

sakura sakura
kvitne sakura
umrie sakura

Petríčková Monika

sakura sakura
kvitne sakura
sakura opadá

Naďová Júlia (два варианта, один по-русски!)

Сакура сакура
цветущая сакура
осыпающая сакура

Sakura sakura
sakura rozkvitá
sakura hynie

Krušpánová Sára

sakura sakura,
kvitneš sakura,
pŕchneš sakura

Определенно, хайку-эксперимент удался!