ЯПОНСКИЙ ТЕКСТ, ИЛИ ТУДА И ОБРАТНО
Пушкин говорил, что переводчики — почтовые лошади просвещения. Я же считаю себя даже не лошадью, а скорее курьером доставки, вот таким, как изобразил его великий Хиросигэ.
Я занимаюсь экспресс-доставкой поэтических текстов и смыслов. Я уверена, что это очень важно, особенно сейчас, когда всем не хватает позитива в реальной жизни.
Но есть еще один очень важный момент — знакомство с японской поэзией позволяет в кратчайшие сроки избавиться от многочисленных иллюзий по поводу японской культуры.
На своих воркшопах и поэтических курсах я предлагаю участникам нырнуть в японский текст и вынырнуть обратно. Нам тут необыкновенно повезло — японские поэтические тексты такие краткие, что я могу объяснить лексику и грамматику даже тем, кто не владеет языком. И вот тут случается самое интересное! Как правило, у большинства участников происходит необыкновенная трансформация в сознании — потому как на самом деле все оказывается не таким, как представлялось по переводам поэзии на русский язык.
Вот отзыв одной моей ученицы, которая прошла последний мой курс «Басё зимой» ( 冬に芭蕉）
«До ваших курсов у меня было, как я сейчас понимаю, искаженное представление о японской культуре, романтизированное. Расставаться с ним было больно. В какой-то момент казалось, что я была не права почти во всем. Но эти новые вводные побуждают смотреть более трезво и тщательнее искать то, что будет совпадать с моим мироощущением».
К чему я это все? Если не боитесь расстаться с романтизированным образом Японии, приходите 26 февраля на мой поэтический воркшоп. Мы нырнем в японские тексты и вынырнем обновленными 🙂
https://fond-chetverg.timepad.ru/event/1545337/?fbclid=IwAR2lQ3Zo_gZUVTe1M6C-NlKsb7R2B0neYT_-pmVfzCeUohB0JJWsug9rXiY
Пушкин говорил, что переводчики — почтовые лошади просвещения. Я же считаю себя даже не лошадью, а скорее курьером доставки, вот таким, как изобразил его великий Хиросигэ.
Я занимаюсь экспресс-доставкой поэтических текстов и смыслов. Я уверена, что это очень важно, особенно сейчас, когда всем не хватает позитива в реальной жизни.
Но есть еще один очень важный момент — знакомство с японской поэзией позволяет в кратчайшие сроки избавиться от многочисленных иллюзий по поводу японской культуры.
На своих воркшопах и поэтических курсах я предлагаю участникам нырнуть в японский текст и вынырнуть обратно. Нам тут необыкновенно повезло — японские поэтические тексты такие краткие, что я могу объяснить лексику и грамматику даже тем, кто не владеет языком. И вот тут случается самое интересное! Как правило, у большинства участников происходит необыкновенная трансформация в сознании — потому как на самом деле все оказывается не таким, как представлялось по переводам поэзии на русский язык.
Вот отзыв одной моей ученицы, которая прошла последний мой курс «Басё зимой» ( 冬に芭蕉）
«До ваших курсов у меня было, как я сейчас понимаю, искаженное представление о японской культуре, романтизированное. Расставаться с ним было больно. В какой-то момент казалось, что я была не права почти во всем. Но эти новые вводные побуждают смотреть более трезво и тщательнее искать то, что будет совпадать с моим мироощущением».
К чему я это все? Если не боитесь расстаться с романтизированным образом Японии, приходите 26 февраля на мой поэтический воркшоп. Мы нырнем в японские тексты и вынырнем обновленными 🙂
https://fond-chetverg.timepad.ru/event/1545337/?fbclid=IwAR2lQ3Zo_gZUVTe1M6C-NlKsb7R2B0neYT_-pmVfzCeUohB0JJWsug9rXiY
❤3
Продолжаю подводить итоги поэтического курса «БАСЁ ЗИМОЙ» ( 冬に芭蕉) и хочу поделиться выпускной работой Юлии.
На курсе мы разбирали оригиналы пяти зимних стихотворений Басё, а потом участники могли выбрать один из подходов для передачи этих текстов на русском языке — перевод, интерпретация или написание собственного хайку по мотивам.
Юлия подошла к работе творчески: в ее выпускной подборке есть и переводы, и смелые интерпретации и кое-что ещё неожиданное — Юлия включила в подборку одно хайку, которого не было на курсе, но которое она нашла самостоятельно! Мне очень понравилось название этой подборки «ПЕРЕПУТАЛОСЬ», которое необыкновенно точно отразило её творческий метод.
И ещё я хочу оставить здесь отзыв Юлии на мой курс — для меня это очень важно, как цветущие сливы для быка, символа 2021 года! ( на фото, впрочем, цветущие персики!)
Анна, добрый вечер!
Ещё раз большое спасибо за курс! Я поняла, что мало от чего получаю такое спокойное наслаждение, как от работы в ваших группах. Лучший вид досуга!
Мой итоговый сборник :)
Перепуталось
тускло по-зимнему.
мир одноцветен,
ветер
***
в сливовой дымке
вдруг — солнца первый луч.
горная тропа
***
перепуталось:
карпы в небе, птицы в пруду.
первый день года
***
сад зимою.
на ниточке месяца
отзвук цикад
***
слива в цвету.
тут и бык соловьём
зальётся!
На курсе мы разбирали оригиналы пяти зимних стихотворений Басё, а потом участники могли выбрать один из подходов для передачи этих текстов на русском языке — перевод, интерпретация или написание собственного хайку по мотивам.
Юлия подошла к работе творчески: в ее выпускной подборке есть и переводы, и смелые интерпретации и кое-что ещё неожиданное — Юлия включила в подборку одно хайку, которого не было на курсе, но которое она нашла самостоятельно! Мне очень понравилось название этой подборки «ПЕРЕПУТАЛОСЬ», которое необыкновенно точно отразило её творческий метод.
И ещё я хочу оставить здесь отзыв Юлии на мой курс — для меня это очень важно, как цветущие сливы для быка, символа 2021 года! ( на фото, впрочем, цветущие персики!)
Анна, добрый вечер!
Ещё раз большое спасибо за курс! Я поняла, что мало от чего получаю такое спокойное наслаждение, как от работы в ваших группах. Лучший вид досуга!
Мой итоговый сборник :)
Перепуталось
тускло по-зимнему.
мир одноцветен,
ветер
***
в сливовой дымке
вдруг — солнца первый луч.
горная тропа
***
перепуталось:
карпы в небе, птицы в пруду.
первый день года
***
сад зимою.
на ниточке месяца
отзвук цикад
***
слива в цвету.
тут и бык соловьём
зальётся!
❤2👍1
ПОГОДА ШЕПЧЕТ
Оказывается, народное выражение «погода шепчет» ввёл в широкий обиход Эдуард Лимонов. И у него (у выражения, а не у Лимонова) есть ещё и продолжение: «Займи, но выпей».
Год назад я думала, что нас с японцами тянет выпить в разных обстоятельствах —нас, когда грустно и депрессивно вокруг, а их, когда стоит прекрасная погода. Сегодня я уже не так уверена в этом различии.
Вот, к примеру, как переживает первое проявление весны известный апологет сакэ Танэда Сантока, гениальнейший поэт и мастер свободного хайку. Что-то мне шепчет, что мы тоже прекрасно понимаем этот язык деревьев и трав :)
Ну как тут завязать?!
«Пей!», - шепчут набухшие почки
«Пей!», - вторит первый росток
酒がやめられない 木の芽 草の芽
сакэ-га ямэрарэнай/ ко-но мэ/ куса-но мэ
Здесь он не просто описывает, как просыпается природа, но и вводит игру слов.
«Ко-но мэ» и «куса-но мэ» - дословно «почки на дереве» и «ростки травы», но в этих фразах также зашифрован глагол «пить» ( по-японски «ному») в повелительной форме «номэ», который я и включила в перевод.
А вы когда готовы поднять бокал? Когда промозгло, неуютно и депрессивно? Или когда вокруг триумф зарождающейся новой жизни?
На фото: Утагава Хиросигэ. «Сливовый сад в Камэйдо». Фрагмент. Кажется, парочка людей точно пристроилась, чтобы вкусить крепкого под цветущими сливами
Оказывается, народное выражение «погода шепчет» ввёл в широкий обиход Эдуард Лимонов. И у него (у выражения, а не у Лимонова) есть ещё и продолжение: «Займи, но выпей».
Год назад я думала, что нас с японцами тянет выпить в разных обстоятельствах —нас, когда грустно и депрессивно вокруг, а их, когда стоит прекрасная погода. Сегодня я уже не так уверена в этом различии.
Вот, к примеру, как переживает первое проявление весны известный апологет сакэ Танэда Сантока, гениальнейший поэт и мастер свободного хайку. Что-то мне шепчет, что мы тоже прекрасно понимаем этот язык деревьев и трав :)
Ну как тут завязать?!
«Пей!», - шепчут набухшие почки
«Пей!», - вторит первый росток
酒がやめられない 木の芽 草の芽
сакэ-га ямэрарэнай/ ко-но мэ/ куса-но мэ
Здесь он не просто описывает, как просыпается природа, но и вводит игру слов.
«Ко-но мэ» и «куса-но мэ» - дословно «почки на дереве» и «ростки травы», но в этих фразах также зашифрован глагол «пить» ( по-японски «ному») в повелительной форме «номэ», который я и включила в перевод.
А вы когда готовы поднять бокал? Когда промозгло, неуютно и депрессивно? Или когда вокруг триумф зарождающейся новой жизни?
На фото: Утагава Хиросигэ. «Сливовый сад в Камэйдо». Фрагмент. Кажется, парочка людей точно пристроилась, чтобы вкусить крепкого под цветущими сливами
❤3
LAST CALL, дорогие друзья!
Заканчивается запись на мой курс «HAIKU-21. Как писать по-русски в японском стиле».
Если вы всегда мечтали начать писать хайку, но боялись приступить, то приглашаю к себе на курс — тут будет и теория хайку, и приятное общение в одногруппниками, и рецензирование работ, и готовый сборник трёхстиший по окончанию курса!
Описание тут — https://t.me/HaikuDaily/741
Заканчивается запись на мой курс «HAIKU-21. Как писать по-русски в японском стиле».
Если вы всегда мечтали начать писать хайку, но боялись приступить, то приглашаю к себе на курс — тут будет и теория хайку, и приятное общение в одногруппниками, и рецензирование работ, и готовый сборник трёхстиший по окончанию курса!
Описание тут — https://t.me/HaikuDaily/741
ЗАЗВУЧАЛА ВОДА
Завтра же первый день календарной весны, поэтому невольно мне вспомнился один великий текст, который, насколько я могу судить, все японцы знают наизусть.
Это вступление к знаменитым «Запискам у изголовья», одной из моих самых любимых книг во всей японской литературе.
«Записки» созданы в 11 веке придворной дамой Сэй-Сёнагон в жанре эссе «дзуйхицу» («дзуйхицу» можно перевести как «следуя за кистью»). Я обожаю этот фрагментарный стиль, когда у книги нет сквозного сюжета, а есть отдельные небольшие заметки обо всем на свете, которые складываются в причудливую картину придворной жизни.
Книга начинается фразой «Весною — рассвет» (春はあけぼの / хару-ва акэбоно). Для каждого времени года Сэй-Сёнагон подобрала лучший момент суток, когда сезон, по ее мнению, проявляется с наибольшей силою и выразительностью, и с тех пор в сознании японцев «весна» навсегда соединилась с «рассветом».
Есть у японцев и одно хайку Басё 17 века, которое, насколько я могу судить, тоже знает наизусть каждый житель страны:
У старого пруда!
От прыжка лягушки
Зазвучала вода
古池や 蛙飛び込む 水の音
фуру икэ я/ кавадзу тобикому/ мидзу-но ото
Я не просто так вспомнила два великих текста японкой словесности. Сегодня я хочу показать одно трёхстишие современной поэтессы Нодзавы Сэцуко, в котором она сумела изящным образом объединить два главных высказывания японской литературы.
Читая это хайку мы подобно лягушке Басё перепрыгнем из 11 века в 17-й, а потом приземлимся в 20-м:
На рассвете
Весной. На рассвете
Зазвучала вода
あけぼのの 春あけぼのの 水の音
акэбоно-но/ хару акэбоно-но/ мидзу-но ото
Мне кажется, что это ужасно интересное стихотворение с рваным ритмом, который я попыталась показать точкой в середине второй строки, а также с намеренным повтором слова «рассвет», а ведь в хайку, казалось бы, нужно экономить слова
НА ФОТО: Гениальный художник Сэнгай Гибон высмеивает утилитарный подход к дзэн-буддизму и просветлению вот этой работой с ехидно улыбающейся лягушкой. «Если бы каждый, сидящий в позе дзадзэн, становился бы Буддой...» гласит надпись на картинке
Завтра же первый день календарной весны, поэтому невольно мне вспомнился один великий текст, который, насколько я могу судить, все японцы знают наизусть.
Это вступление к знаменитым «Запискам у изголовья», одной из моих самых любимых книг во всей японской литературе.
«Записки» созданы в 11 веке придворной дамой Сэй-Сёнагон в жанре эссе «дзуйхицу» («дзуйхицу» можно перевести как «следуя за кистью»). Я обожаю этот фрагментарный стиль, когда у книги нет сквозного сюжета, а есть отдельные небольшие заметки обо всем на свете, которые складываются в причудливую картину придворной жизни.
Книга начинается фразой «Весною — рассвет» (春はあけぼの / хару-ва акэбоно). Для каждого времени года Сэй-Сёнагон подобрала лучший момент суток, когда сезон, по ее мнению, проявляется с наибольшей силою и выразительностью, и с тех пор в сознании японцев «весна» навсегда соединилась с «рассветом».
Есть у японцев и одно хайку Басё 17 века, которое, насколько я могу судить, тоже знает наизусть каждый житель страны:
У старого пруда!
От прыжка лягушки
Зазвучала вода
古池や 蛙飛び込む 水の音
фуру икэ я/ кавадзу тобикому/ мидзу-но ото
Я не просто так вспомнила два великих текста японкой словесности. Сегодня я хочу показать одно трёхстишие современной поэтессы Нодзавы Сэцуко, в котором она сумела изящным образом объединить два главных высказывания японской литературы.
Читая это хайку мы подобно лягушке Басё перепрыгнем из 11 века в 17-й, а потом приземлимся в 20-м:
На рассвете
Весной. На рассвете
Зазвучала вода
あけぼのの 春あけぼのの 水の音
акэбоно-но/ хару акэбоно-но/ мидзу-но ото
Мне кажется, что это ужасно интересное стихотворение с рваным ритмом, который я попыталась показать точкой в середине второй строки, а также с намеренным повтором слова «рассвет», а ведь в хайку, казалось бы, нужно экономить слова
НА ФОТО: Гениальный художник Сэнгай Гибон высмеивает утилитарный подход к дзэн-буддизму и просветлению вот этой работой с ехидно улыбающейся лягушкой. «Если бы каждый, сидящий в позе дзадзэн, становился бы Буддой...» гласит надпись на картинке
❤2
ЯДОВИТЫЕ ШУТОЧКИ
У меня есть один преданный поклонник, которого я очень ценю. Он любит сравнивать лирического героя Haiku Daily со смертоносным японским деликатесом — рыбой фугу.
Хочется надеяться, что такие ассоциации посещают его благодаря искрометному юмору и острой сатире, которые иногда позволяет себе ввернуть в своих постах автор Haiku Daily.
Я понимаю, что немного запоздала с рыбой фугу, так как это зимнее «сезонное слово», но с другой стороны, весной в поэзии смертельный яд этой знаменитой рыбы уже точно никому не угрожает.
Нашла прекрасное хайку Басё на тему. Обратите внимание, что поэт-классик совершенно не следует каноническому размеру 5-7-5, первая строчка вырастает у него до монструозных размеров — аж до 8 слогов! Поэтому я тоже решила нарушить все мыслимые каноны и перевести эти стихи чуть ли не в рифму:
Вот так так! И ничегошеньки!?
День вчерашний пролетел —
Зря что ль супчик с фугу ел?!
あら何ともなや昨日は過ぎて河豚汁
ара нани-то-мо на я/ кино: -ва сугитэ/ фугутодзиру
Бедный Басё — он-то надеялся пощекотать себе нервы опасным блюдом и необычными последствиями, но нет, на утро встал как огурчик!
НА ФОТО: Моя интерпретация работы Сэнгая Гибона «Бог счастья». Дело в том, что фугу ассоциируется у японцев со словом «фуку», то есть «счастьем». Действительно, раз уж остался жив, то чего еще желать 🙂
У меня есть один преданный поклонник, которого я очень ценю. Он любит сравнивать лирического героя Haiku Daily со смертоносным японским деликатесом — рыбой фугу.
Хочется надеяться, что такие ассоциации посещают его благодаря искрометному юмору и острой сатире, которые иногда позволяет себе ввернуть в своих постах автор Haiku Daily.
Я понимаю, что немного запоздала с рыбой фугу, так как это зимнее «сезонное слово», но с другой стороны, весной в поэзии смертельный яд этой знаменитой рыбы уже точно никому не угрожает.
Нашла прекрасное хайку Басё на тему. Обратите внимание, что поэт-классик совершенно не следует каноническому размеру 5-7-5, первая строчка вырастает у него до монструозных размеров — аж до 8 слогов! Поэтому я тоже решила нарушить все мыслимые каноны и перевести эти стихи чуть ли не в рифму:
Вот так так! И ничегошеньки!?
День вчерашний пролетел —
Зря что ль супчик с фугу ел?!
あら何ともなや昨日は過ぎて河豚汁
ара нани-то-мо на я/ кино: -ва сугитэ/ фугутодзиру
Бедный Басё — он-то надеялся пощекотать себе нервы опасным блюдом и необычными последствиями, но нет, на утро встал как огурчик!
НА ФОТО: Моя интерпретация работы Сэнгая Гибона «Бог счастья». Дело в том, что фугу ассоциируется у японцев со словом «фуку», то есть «счастьем». Действительно, раз уж остался жив, то чего еще желать 🙂
❤3
Завтра буду выступать на Радио в прямом эфире. Буду говорить о самом любимом — японской поэзии, японском чае, концепции пустоты и минимализме 🙂
Присоединяйтесь в 10 утра!
https://www.mosfm.com/programs/1
Присоединяйтесь в 10 утра!
https://www.mosfm.com/programs/1
ВЕСЕННИЕ ЭФИРЫ
Сходила на приятный, но такой короткий эфир на Москва FM — в передачу «Встань Москвичом», где удалось немного поговорить о весенней поэзии в том числе.
Делюсь ссылкой на эфир, а также хочу вынести отдельно те стихи, которые я упоминала в разговоре.
Тему моего любимого японского минимализма я захотела проиллюстрировать прекраснейшим трёхстишием Ямагути Содо, который был другом Басё:
В хижине весна
Ничего в ней нет, да.
Но всему в ней быть
宿の春 何もなきこそ 何もあれ
ядо-но хару/ нани-мо наки косо/ нани-мо арэ
А на вопрос о любимом хайку я ответила вот таким трёхстишием Хаттори Рансэцу, который был учеником Басё (дух Басё точно витал надо мной весь эфир ))) — в этом хайку наступление весны измеряется в цветах сливы, которая сейчас распускается с необыкновенным благоуханием по всей Японии:
Первый цветок
На один цветок сливы
Стало теплей
梅一輪 一輪ほどの 暖かさ
умэ итирин/ итирин ходо-но/ ататакаса
https://www.mosfm.com/audios/143367
Сходила на приятный, но такой короткий эфир на Москва FM — в передачу «Встань Москвичом», где удалось немного поговорить о весенней поэзии в том числе.
Делюсь ссылкой на эфир, а также хочу вынести отдельно те стихи, которые я упоминала в разговоре.
Тему моего любимого японского минимализма я захотела проиллюстрировать прекраснейшим трёхстишием Ямагути Содо, который был другом Басё:
В хижине весна
Ничего в ней нет, да.
Но всему в ней быть
宿の春 何もなきこそ 何もあれ
ядо-но хару/ нани-мо наки косо/ нани-мо арэ
А на вопрос о любимом хайку я ответила вот таким трёхстишием Хаттори Рансэцу, который был учеником Басё (дух Басё точно витал надо мной весь эфир ))) — в этом хайку наступление весны измеряется в цветах сливы, которая сейчас распускается с необыкновенным благоуханием по всей Японии:
Первый цветок
На один цветок сливы
Стало теплей
梅一輪 一輪ほどの 暖かさ
умэ итирин/ итирин ходо-но/ ататакаса
https://www.mosfm.com/audios/143367
❤4
ЦВЕТЫ ИЛИ ПОЕСТЬ?
Знаменитая японская поговорка 花より団子 (хана-ёри данго) однозначно отвечает на этот вопрос: если выбирать между красотой цветов и вкусными данго (это такие рисовые шарики на палочке, популярный стрит-фуд), то японцы выберут поесть!
Казалось бы, японцы имеют репутацию людей очень чутких к проявлениям внешней красоты, но народная мудрость подсказывает, что они предпочитают переваривать реальную пищу, а не прекрасные образы.
Смотрите, какое прекрасное трёхстишие есть у великого поэта 16-17 веков Мацунаги Тэтоку — он один из первых великих мастеров хайкай, любитель каламбурной игровой поэзии. Вот как он обыграл известную поговорку:
Какие цветы?
Гусям лишь бы брюхо набить!
Потянулись на Север
花よりも団子やありて帰る雁
хана-ёри мо/ данго-я аритэ/ каэру кари
Любопытно, что в данном случае гуси тянутся из Японии в Россию — зимуют они на японских островах, но с первыми проявлениями весны улетают домой, гнездиться и выводить птенцов в более прохладном климате Сибири.
Давайте также посмотрим, как мотив улетающих гусей звучит в поэзии 9-10 века, в пятистишии вака поэтессы Исэ:
Позади оставляя
Весеннюю дымку цветов
Потянулись гуси на Север —
Им привычнее жить в тех краях
Где еще не раскрылись цветы
春霞 立つを見捨てて 行く雁は 花なき里に 住みやならへる
Если в трёхстишии Тэйтоку преобладает юмор, то у Исэ, кажется, отчетливо звучит любовная тема.
И там, и там есть явное олицетворение. У Тэйтоку под гусями можно понимать самого поэта и его развеселых друзей-хайдзинов, любивших поесть и выпить, а у Исэ — это, скорее всего, образ неверного возлюбленного, который покинул даму сердца с первыми цветами.
Поэтому настроение у этого пятистишия несколько противоречивое — с одной стороны, грусть от расставания, с другой — радость первых цветов весны.
В словосочетании 春霞 («хару гасуми» весенняя дымка) я вижу не просто весенний туман, стелющийся по полям, а скорее образ пышно распустившихся цветов, которые я так мечтаю увидеть уже своим глазами
НА ФОТО: Утагава Хиросигэ. Любование сакурой в храме Киёмидзу-до в Уэно в Токио. Храм построен как некая копия знаменитого киотосского храма Киёмидзу-дэра. В Уэно тоже есть балкон, с которого открываются приятные виды
Знаменитая японская поговорка 花より団子 (хана-ёри данго) однозначно отвечает на этот вопрос: если выбирать между красотой цветов и вкусными данго (это такие рисовые шарики на палочке, популярный стрит-фуд), то японцы выберут поесть!
Казалось бы, японцы имеют репутацию людей очень чутких к проявлениям внешней красоты, но народная мудрость подсказывает, что они предпочитают переваривать реальную пищу, а не прекрасные образы.
Смотрите, какое прекрасное трёхстишие есть у великого поэта 16-17 веков Мацунаги Тэтоку — он один из первых великих мастеров хайкай, любитель каламбурной игровой поэзии. Вот как он обыграл известную поговорку:
Какие цветы?
Гусям лишь бы брюхо набить!
Потянулись на Север
花よりも団子やありて帰る雁
хана-ёри мо/ данго-я аритэ/ каэру кари
Любопытно, что в данном случае гуси тянутся из Японии в Россию — зимуют они на японских островах, но с первыми проявлениями весны улетают домой, гнездиться и выводить птенцов в более прохладном климате Сибири.
Давайте также посмотрим, как мотив улетающих гусей звучит в поэзии 9-10 века, в пятистишии вака поэтессы Исэ:
Позади оставляя
Весеннюю дымку цветов
Потянулись гуси на Север —
Им привычнее жить в тех краях
Где еще не раскрылись цветы
春霞 立つを見捨てて 行く雁は 花なき里に 住みやならへる
Если в трёхстишии Тэйтоку преобладает юмор, то у Исэ, кажется, отчетливо звучит любовная тема.
И там, и там есть явное олицетворение. У Тэйтоку под гусями можно понимать самого поэта и его развеселых друзей-хайдзинов, любивших поесть и выпить, а у Исэ — это, скорее всего, образ неверного возлюбленного, который покинул даму сердца с первыми цветами.
Поэтому настроение у этого пятистишия несколько противоречивое — с одной стороны, грусть от расставания, с другой — радость первых цветов весны.
В словосочетании 春霞 («хару гасуми» весенняя дымка) я вижу не просто весенний туман, стелющийся по полям, а скорее образ пышно распустившихся цветов, которые я так мечтаю увидеть уже своим глазами
НА ФОТО: Утагава Хиросигэ. Любование сакурой в храме Киёмидзу-до в Уэно в Токио. Храм построен как некая копия знаменитого киотосского храма Киёмидзу-дэра. В Уэно тоже есть балкон, с которого открываются приятные виды
❤5
БАСЁ О КОТИКАХ И ЛЮБВИ
Куда бы я ни шла, везде ищу хайку.
Повезло мне встретить трёхстишие Басё и на новой чудесной выставке «Гейши. Тайный язык кимоно».
Я надолго зависла перед работой Каори Исидзимы, прекрасного сэнсэя по каллиграфии, которая живет и преподает в Москве.
В этой её работе было выведено хайку Басё про любовь весной, которое я, конечно же, захотела самостоятельно перевести на русский язык:
Влюбленный кот
Замолк. У ложа моего встаёт
Луна в весенней дымке
猫の恋やむとき閨の朧月
нэко-но кои/ яму токи нэя-но/ оборо дзуки
Обожаю поэтический образ «луны в весенней дымке» (朧月 «оборо дзуки»), это, как легко догадаться, весеннее сезонное слово. Но я люблю Басё еще и за то, что он легко нарушает каноны — считается, что в хайку должно быть лишь одно сезонное слово, а у великого мастера их здесь сразу два. Ведь влюбленный кот ( 猫の恋 «нэко-но кои») тоже относится к весне.
Интересно, что в японской традиции разговор о луне означает завуалированное признание в любви. Получается, что здесь Басё довольно прямолинейно педалирует любовную тему, а если вспомнить еще и про слово 閨 («нэя»)— «ложе», «опочивальня», то перед моими глазами встает уже картина не столько романтической, сколько плотской любви.
Мне кажется, что здесь важную роль играет и выбор слова «ложе», которое звучит «нэя» и отдаленно напоминает мяуканье кота по-японски — «ня-ня».
Это хайку мне даже захотелось разложить по полочкам, то есть по строчкам, совершить маленькое путешествие от комического к космическому.
В первой строчке я слышу физиологические и довольно неприятные крики мартовского кота, во второй появляется намек на плотские утехи на ложе любви, а в третьей — в прямом смысле выход в космос, к прекрасной и загадочной луне в весенней дымке, которая олицетворяет небесные чувства и ставит жирную точку в этом коротком рассказе о любви
НА ФОТО: Утагава Хиросигэ «Купающийся котик». Обычно этот сюжет использовали, чтобы показать полуобнаженную красавицу за туалетом
Куда бы я ни шла, везде ищу хайку.
Повезло мне встретить трёхстишие Басё и на новой чудесной выставке «Гейши. Тайный язык кимоно».
Я надолго зависла перед работой Каори Исидзимы, прекрасного сэнсэя по каллиграфии, которая живет и преподает в Москве.
В этой её работе было выведено хайку Басё про любовь весной, которое я, конечно же, захотела самостоятельно перевести на русский язык:
Влюбленный кот
Замолк. У ложа моего встаёт
Луна в весенней дымке
猫の恋やむとき閨の朧月
нэко-но кои/ яму токи нэя-но/ оборо дзуки
Обожаю поэтический образ «луны в весенней дымке» (朧月 «оборо дзуки»), это, как легко догадаться, весеннее сезонное слово. Но я люблю Басё еще и за то, что он легко нарушает каноны — считается, что в хайку должно быть лишь одно сезонное слово, а у великого мастера их здесь сразу два. Ведь влюбленный кот ( 猫の恋 «нэко-но кои») тоже относится к весне.
Интересно, что в японской традиции разговор о луне означает завуалированное признание в любви. Получается, что здесь Басё довольно прямолинейно педалирует любовную тему, а если вспомнить еще и про слово 閨 («нэя»)— «ложе», «опочивальня», то перед моими глазами встает уже картина не столько романтической, сколько плотской любви.
Мне кажется, что здесь важную роль играет и выбор слова «ложе», которое звучит «нэя» и отдаленно напоминает мяуканье кота по-японски — «ня-ня».
Это хайку мне даже захотелось разложить по полочкам, то есть по строчкам, совершить маленькое путешествие от комического к космическому.
В первой строчке я слышу физиологические и довольно неприятные крики мартовского кота, во второй появляется намек на плотские утехи на ложе любви, а в третьей — в прямом смысле выход в космос, к прекрасной и загадочной луне в весенней дымке, которая олицетворяет небесные чувства и ставит жирную точку в этом коротком рассказе о любви
НА ФОТО: Утагава Хиросигэ «Купающийся котик». Обычно этот сюжет использовали, чтобы показать полуобнаженную красавицу за туалетом
❤4👍1
А это та самая каллиграфическая работа Каори Исидзимы с хайку Басё про влюблённого кота
❤1🔥1
Весна, лето, осень, зима... и снова весна
Вот уже несколько лет подряд я постоянно читаю и по мере сил перевожу японский стихи. Больше всего мне нравится самая короткая форма хайку, которая и вынесена в название моего проекта — Haiku Daily.
Я замечаю, что ежедневное погружение в мир хайку дает мне не только вдохновение на каждый день, но и какую-то внутреннюю силу, я бы даже сказала уверенность в завтрашнем дне.
Целый год прошел с первого поэтического курса, который я спонтанно придумала и провела прошлой весной. А этой весной повторяю и вновь получаю от участников необыкновенные отклики, что этот курс их поддерживает, дарит счастье просто быть и ощущать себя живым.
Я понимаю участников курса и полностью разделяю их ощущения.
И все же мне захотелось разобраться, что же такого целительного есть в хайку? Почему эта поэтическая форма дает такой мощный позитивный заряд?
Это весной меня осенило, что, возможно, все дело в поэтическом времени в хайку.
Японская поэзия не устремлена в будущее, она ходит по кругу — это комфортное и понятное время аграрного календаря, когда за весной точно придет лето, а на смену весенним поэтическим символам, таким как слива, сакура, лягушка придут летние символы — кукушка, бабочка, дыня.
Поэт точно знает, о чем он будет писать стихи. Весной — о сакуре, летом — о дыне. Ему не нужно придумывать сюжет, сюжет всегда будет у него перед глазами или на настоянии вытянутой руки. И если в прошлом году он уже сложил трёхстишие о сакуре, то и в этом году он снова сделает то же самое.
Мы же, современные городские люди, живем в векторном времени, которое устремлено в неизвестное будущее, что постоянно нас фрустрирует. Мы не очень умеем жить сегодняшним днем и все больше загадываем, что ждет нас завтра. А также мы не очень любим повторы.
А вот японским поэтам все известно заранее, ведь их время крутится и крутится как вечное колесо. Это успокаивает и дает уверенность, что на смену весне совершенно точно придет лето.
Кажется, в Японии уже зацвели магнолии. Больше всего я люблю лиловые или фиолетовые сорта, которые называются по-японски «симокурэн». В прошлом году в марте мы с детьми успели на них полюбоваться в Токио и в Камакуре.
Прекрасное время лиловых магнолий показано вот в этом хайку поэта 20 века Уэмуры Сэнгё (1920-1996):
В легкой дымке
Монументальны её лепестки —
Лиловая магнолия!
曇りゐて花びら重し紫木蓮
кумориитэ/ ханабира омоси/ симокурэн
Действительно, издалека цветущее дерево магнолии выглядит будто оно окутано приятной лиловой дымкой, но если подойти ближе, то становится понятно, что каждый отдельный цветок на нем будто вылеплен из тяжелого материала. Мне показалось, что это хайку строится на этом противопоставлении невесомой облачности и тяжести лепестков
НА ФОТО: лиловые магнолии, которыми поделилась со мной Elena Tonnelier, подписчица канала Haiku Daily
Вот уже несколько лет подряд я постоянно читаю и по мере сил перевожу японский стихи. Больше всего мне нравится самая короткая форма хайку, которая и вынесена в название моего проекта — Haiku Daily.
Я замечаю, что ежедневное погружение в мир хайку дает мне не только вдохновение на каждый день, но и какую-то внутреннюю силу, я бы даже сказала уверенность в завтрашнем дне.
Целый год прошел с первого поэтического курса, который я спонтанно придумала и провела прошлой весной. А этой весной повторяю и вновь получаю от участников необыкновенные отклики, что этот курс их поддерживает, дарит счастье просто быть и ощущать себя живым.
Я понимаю участников курса и полностью разделяю их ощущения.
И все же мне захотелось разобраться, что же такого целительного есть в хайку? Почему эта поэтическая форма дает такой мощный позитивный заряд?
Это весной меня осенило, что, возможно, все дело в поэтическом времени в хайку.
Японская поэзия не устремлена в будущее, она ходит по кругу — это комфортное и понятное время аграрного календаря, когда за весной точно придет лето, а на смену весенним поэтическим символам, таким как слива, сакура, лягушка придут летние символы — кукушка, бабочка, дыня.
Поэт точно знает, о чем он будет писать стихи. Весной — о сакуре, летом — о дыне. Ему не нужно придумывать сюжет, сюжет всегда будет у него перед глазами или на настоянии вытянутой руки. И если в прошлом году он уже сложил трёхстишие о сакуре, то и в этом году он снова сделает то же самое.
Мы же, современные городские люди, живем в векторном времени, которое устремлено в неизвестное будущее, что постоянно нас фрустрирует. Мы не очень умеем жить сегодняшним днем и все больше загадываем, что ждет нас завтра. А также мы не очень любим повторы.
А вот японским поэтам все известно заранее, ведь их время крутится и крутится как вечное колесо. Это успокаивает и дает уверенность, что на смену весне совершенно точно придет лето.
Кажется, в Японии уже зацвели магнолии. Больше всего я люблю лиловые или фиолетовые сорта, которые называются по-японски «симокурэн». В прошлом году в марте мы с детьми успели на них полюбоваться в Токио и в Камакуре.
Прекрасное время лиловых магнолий показано вот в этом хайку поэта 20 века Уэмуры Сэнгё (1920-1996):
В легкой дымке
Монументальны её лепестки —
Лиловая магнолия!
曇りゐて花びら重し紫木蓮
кумориитэ/ ханабира омоси/ симокурэн
Действительно, издалека цветущее дерево магнолии выглядит будто оно окутано приятной лиловой дымкой, но если подойти ближе, то становится понятно, что каждый отдельный цветок на нем будто вылеплен из тяжелого материала. Мне показалось, что это хайку строится на этом противопоставлении невесомой облачности и тяжести лепестков
НА ФОТО: лиловые магнолии, которыми поделилась со мной Elena Tonnelier, подписчица канала Haiku Daily
❤5
О НЕПЕРЕВОДИМОМ — РАБОТА С НЕБОМ
Японские стихи зачастую обладают вторым дном, которое легко увидеть на японском языке, но часто очень сложно перевести на русский.
Это понятно, ведь иероглифы — многозначны. Как, например, вот в этом стихотворении современного поэта Таникавы Сюнтаро о небе, которое записывается иероглифом 空, но также означает и «пустоту», а в сочетаниях с другими иероглифами — несбыточность, ложь, иллюзии.
На этой игре слов между великим и ничтожным строится все стихотворение. Можно переводить дословно, а можно сделать как я — найти соответствия в родном языке, переводить не слова и даже не смысл, а общий посыл.
Думаю, что у меня получилось собственное произведение по мотивам. Но мне нравится посыл поэта защитить Небо от наносных смыслов, которые ему приписали люди. В русском языке их тоже оказалось немало:
«Пальцем в небо попал!»
Так над грубой ошибкой смеемся
«Он лишь небо коптит»
О бездельниках так говорим мы с презрением
«Все парит в небесах»
Критикуем мы фантазёрку
«Покажется небо с овчинку»
Так хотим запугать
Прости нас, Небо, что эти фразы мы внесли в словари
空言 真実でないことば
空々しい 見えすいている わざとらしい
空頼み あてにならないことをあてにする
空耳 音がしないのに聞いたように思い違いする
ごめんね空 こんなことばを辞書に載せて
НА ФОТО: Поэт Таникава Сюнтаро смотрит в сад
Японские стихи зачастую обладают вторым дном, которое легко увидеть на японском языке, но часто очень сложно перевести на русский.
Это понятно, ведь иероглифы — многозначны. Как, например, вот в этом стихотворении современного поэта Таникавы Сюнтаро о небе, которое записывается иероглифом 空, но также означает и «пустоту», а в сочетаниях с другими иероглифами — несбыточность, ложь, иллюзии.
На этой игре слов между великим и ничтожным строится все стихотворение. Можно переводить дословно, а можно сделать как я — найти соответствия в родном языке, переводить не слова и даже не смысл, а общий посыл.
Думаю, что у меня получилось собственное произведение по мотивам. Но мне нравится посыл поэта защитить Небо от наносных смыслов, которые ему приписали люди. В русском языке их тоже оказалось немало:
«Пальцем в небо попал!»
Так над грубой ошибкой смеемся
«Он лишь небо коптит»
О бездельниках так говорим мы с презрением
«Все парит в небесах»
Критикуем мы фантазёрку
«Покажется небо с овчинку»
Так хотим запугать
Прости нас, Небо, что эти фразы мы внесли в словари
空言 真実でないことば
空々しい 見えすいている わざとらしい
空頼み あてにならないことをあてにする
空耳 音がしないのに聞いたように思い違いする
ごめんね空 こんなことばを辞書に載せて
НА ФОТО: Поэт Таникава Сюнтаро смотрит в сад
❤4
Forwarded from Haiku Daily 🐌
Слива как метафора жизни
Сейчас я путешествую по Японии, и мне приятно встречать японские стихи в тех местах, где их не ждёшь. Например, в саду Кайракуэн в городе Мито, префектуре Ибараки.
Этот сад считается одним из самых красивых в Японии, он знаменит цветущими сливами. Именно в этот сезон попала в него и я.
Кроме трёх тысяч цветущих сливовых деревьев там есть интересная постройка - павильон Кобунтэй, который стоит на отвесности холме.
Слово «кобун» - это ещё одно название японской сливы. Павильон построен для Токугавы Нариаки, где он предавался сочинению стихов и чайным церемониям.
В 1889 году это сад посетил молодой поэт Масаока Сики, который очень впечатлился видом с холма, покрытого цветущими сливами и сложил вот такое хайку:
На склоне крутом
Деревья сливы все как одно
Искривившись стоят
崖急に梅ことごとく斜めなり
гакэкю:ни/ умэ котоготоку/ нанамэ нари
Теперь это хайку, которое считается шедевром реализма, высечено на камне, который стоит как раз на этом холме.
Сики подмечает, что сливы вынуждены следовать форме холма и расти под наклоном, однако даже в таком трудном положении они продолжают цвести.
Не так ли происходит и с людьми, чьи жизни тоже зачастую искривляются обстоятельствами, но все равно дарят много радости
На фото: розовая слива из сада Кайракуэн
Сейчас я путешествую по Японии, и мне приятно встречать японские стихи в тех местах, где их не ждёшь. Например, в саду Кайракуэн в городе Мито, префектуре Ибараки.
Этот сад считается одним из самых красивых в Японии, он знаменит цветущими сливами. Именно в этот сезон попала в него и я.
Кроме трёх тысяч цветущих сливовых деревьев там есть интересная постройка - павильон Кобунтэй, который стоит на отвесности холме.
Слово «кобун» - это ещё одно название японской сливы. Павильон построен для Токугавы Нариаки, где он предавался сочинению стихов и чайным церемониям.
В 1889 году это сад посетил молодой поэт Масаока Сики, который очень впечатлился видом с холма, покрытого цветущими сливами и сложил вот такое хайку:
На склоне крутом
Деревья сливы все как одно
Искривившись стоят
崖急に梅ことごとく斜めなり
гакэкю:ни/ умэ котоготоку/ нанамэ нари
Теперь это хайку, которое считается шедевром реализма, высечено на камне, который стоит как раз на этом холме.
Сики подмечает, что сливы вынуждены следовать форме холма и расти под наклоном, однако даже в таком трудном положении они продолжают цвести.
Не так ли происходит и с людьми, чьи жизни тоже зачастую искривляются обстоятельствами, но все равно дарят много радости
На фото: розовая слива из сада Кайракуэн
❤3
КАК СНОСИТЬ УДАРЫ СУДЬБЫ
Смотрите, какой замечательный урок преподносит нам буддийская поэтесса 19 века Отагаки Рэнгэцу(1791-1875) вот этим чудесным пятистишием танка:
Как «мило» с их стороны
В ночлеге мне отказать —
Устроюсь под сакурой я,
Когда в весенней дымке
Парит над нею Луна
宿かさぬ人のつらさをなさけにておぼろ月夜の花の下ぶし
ядо касану/ хито-но цураса-о/ насакэ-ни-тэ/оборо дзуки ё-но/хана-но сита буси
Жестокость людей, отказавших ей в ночлеге, она воспринимает как буддийскую «милость» — ведь она проведёт ночь не в четырёх стенах, а под открытым небом, будет наслаждаться цветущей сакурой и прекраснейшей луной в весенней дымке, той самой «оборо дзуки», о которой я уже писала несколько дней назад.
Сама поэтесса — женщина интересной судьбы. После потери двух мужей и нескольких детей, она уходит в буддийский монастырь и берет монашеское имя Рэнгэцу (лотос-луна), но чуть позже ее оттуда выдворяют и ей приходится придумывать, как зарабатывать себе на жизнь.
Она самостоятельно изучает гончарное дело и открывает керамическую мастерскую, где лепит чайную утварь, на которую наносит свои стихи. Ее керамические работы теперь называются «рэнгэцу яки». Они ценились японскими художниками-интеллектуалами, принадлежащими к школе «Бундзинга» ( так называемая «живопись учёных»), а сейчас их с удовольствием коллекционируют поклонники японской керамики.
Впрочем, она была не только поэтессой и керамисткой, она занималась ещё и каллиграфией, и живописью, и боевыми искусствами.
Когда ей было 60 лет, она познакомилась с 15-летним Томиокой Тэссаем, стала его наставницей и способствовала его художественной карьере — в его живописные работы она вписывала свои пятистишия. Томиока Тэссай теперь считается одним из последних могикан школы «Бундзинга».
Удивительная женщина, которая отказалась чувствовать себя побеждённой!
Haiku Daily выражает благодарность прекрасной Лизе Ванеян за знакомство с Отагаки Рэнгэцу
НА ФОТО: каллиграфическая работа Рэнгэцу с её стихотворением про ночлег под сакурой и луной, музей Михо
Смотрите, какой замечательный урок преподносит нам буддийская поэтесса 19 века Отагаки Рэнгэцу(1791-1875) вот этим чудесным пятистишием танка:
Как «мило» с их стороны
В ночлеге мне отказать —
Устроюсь под сакурой я,
Когда в весенней дымке
Парит над нею Луна
宿かさぬ人のつらさをなさけにておぼろ月夜の花の下ぶし
ядо касану/ хито-но цураса-о/ насакэ-ни-тэ/оборо дзуки ё-но/хана-но сита буси
Жестокость людей, отказавших ей в ночлеге, она воспринимает как буддийскую «милость» — ведь она проведёт ночь не в четырёх стенах, а под открытым небом, будет наслаждаться цветущей сакурой и прекраснейшей луной в весенней дымке, той самой «оборо дзуки», о которой я уже писала несколько дней назад.
Сама поэтесса — женщина интересной судьбы. После потери двух мужей и нескольких детей, она уходит в буддийский монастырь и берет монашеское имя Рэнгэцу (лотос-луна), но чуть позже ее оттуда выдворяют и ей приходится придумывать, как зарабатывать себе на жизнь.
Она самостоятельно изучает гончарное дело и открывает керамическую мастерскую, где лепит чайную утварь, на которую наносит свои стихи. Ее керамические работы теперь называются «рэнгэцу яки». Они ценились японскими художниками-интеллектуалами, принадлежащими к школе «Бундзинга» ( так называемая «живопись учёных»), а сейчас их с удовольствием коллекционируют поклонники японской керамики.
Впрочем, она была не только поэтессой и керамисткой, она занималась ещё и каллиграфией, и живописью, и боевыми искусствами.
Когда ей было 60 лет, она познакомилась с 15-летним Томиокой Тэссаем, стала его наставницей и способствовала его художественной карьере — в его живописные работы она вписывала свои пятистишия. Томиока Тэссай теперь считается одним из последних могикан школы «Бундзинга».
Удивительная женщина, которая отказалась чувствовать себя побеждённой!
Haiku Daily выражает благодарность прекрасной Лизе Ванеян за знакомство с Отагаки Рэнгэцу
НА ФОТО: каллиграфическая работа Рэнгэцу с её стихотворением про ночлег под сакурой и луной, музей Михо
❤5
«САКУРА-САКУРА. ЖИЗНЬ В РОЗОВОМ»
Прекрасные новости! Пишут, что в Токио уже зацвела сакура 🙂
Сакура — самый популярный весенний цветок в поэзии хайку. Через сакуру можно очень многое понять о японской культуре, философии и даже религии.
Поэтому я приглашаю всех желающих в небольшое путешествие в мир японских трехстиший, ведь я уверена, что японскую поэзию надо изучать не через теоретические курсы, а через практические занятия.
Миникурс «САКУРА-САКУРА. ЖИЗНЬ В РОЗОВОМ» - это пять коротких увлекательных занятий, где на каждом мы будем разбирать одно весеннее хайку про сакуру:
- прочитаем оригинальный текст произведения (с подстрочника)
- ознакомимся с контекстом
- послушаем, как звучит каждое хайку по-японски
- попробуем сделать собственный поэтический перевод или интерпретацию оригинального текста
Этот миникурс подходит для вас в том случае, если:
- вы интересуетесь японской поэзией и японской литературой и хотите понять, как устроены японские стихи «изнутри» и прочесть эти тексты в оригинале
- вы сами пишете хайку на русском языке и хотите получить дополнительный мощный инструмент для поиска новых тем и вдохновения
- хотите попробовать сделать собственные переводы японских классических стихов или написать хайку на русском языке по мотивам этих произведений
Знать японский язык, чтобы пройти этот курс, не обязательно: занятия устроены таким образом, чтобы каждый мог работать с подстрочником!
Где: на платформе Telegram
Когда: с 12 по 27 апреля
Стоимость: 1500 рублей, оплатить нужно до 1 апреля, чтобы я понимала заранее, соберется группа или нет
Если вы заинтересовались, напишите мне личное сообщение, я вышлю вам детали по оплате курса, а также вы сможете задать вопросы
НА ФОТО: Кавасэ Хосуй «Весна на холме Атаго», 1921 год. Из сборника «12 достопримечательностей Токио»
Прекрасные новости! Пишут, что в Токио уже зацвела сакура 🙂
Сакура — самый популярный весенний цветок в поэзии хайку. Через сакуру можно очень многое понять о японской культуре, философии и даже религии.
Поэтому я приглашаю всех желающих в небольшое путешествие в мир японских трехстиший, ведь я уверена, что японскую поэзию надо изучать не через теоретические курсы, а через практические занятия.
Миникурс «САКУРА-САКУРА. ЖИЗНЬ В РОЗОВОМ» - это пять коротких увлекательных занятий, где на каждом мы будем разбирать одно весеннее хайку про сакуру:
- прочитаем оригинальный текст произведения (с подстрочника)
- ознакомимся с контекстом
- послушаем, как звучит каждое хайку по-японски
- попробуем сделать собственный поэтический перевод или интерпретацию оригинального текста
Этот миникурс подходит для вас в том случае, если:
- вы интересуетесь японской поэзией и японской литературой и хотите понять, как устроены японские стихи «изнутри» и прочесть эти тексты в оригинале
- вы сами пишете хайку на русском языке и хотите получить дополнительный мощный инструмент для поиска новых тем и вдохновения
- хотите попробовать сделать собственные переводы японских классических стихов или написать хайку на русском языке по мотивам этих произведений
Знать японский язык, чтобы пройти этот курс, не обязательно: занятия устроены таким образом, чтобы каждый мог работать с подстрочником!
Где: на платформе Telegram
Когда: с 12 по 27 апреля
Стоимость: 1500 рублей, оплатить нужно до 1 апреля, чтобы я понимала заранее, соберется группа или нет
Если вы заинтересовались, напишите мне личное сообщение, я вышлю вам детали по оплате курса, а также вы сможете задать вопросы
НА ФОТО: Кавасэ Хосуй «Весна на холме Атаго», 1921 год. Из сборника «12 достопримечательностей Токио»
❤1👍1
КАК БАСЁ ШАПКУ УРОНИЛ
Я уверена, что великая поэзия буквально раскрывает нам глаза, показывает то, на что мы раньше даже если и смотрели, то не видели. Такая уж у поэтов работа — в любом бытовом или природном проявлении разглядеть интересный сюжет и тут же рассказать историю.
В древней поэзии вака (пятистишия) есть известный сюжет — весной японский соловей вьет себе шапочку из цветов сливы.
Прекрасная запоминающаяся картина, но если ты великий поэт, а особенно если ты поэт хайкай и любишь все переиначить, то ты захочешь показать весну под другим углом, как это делает Басё вот в этом великом хайку:
Соловушка
С головушки шапку уронил —
Опадает камелия
鶯の笠落したる椿かな
угуису-но/ каса отоситару/ цубаки кана
Наверняка вы знаете, что камелия опадает целым цветком, и вот этот цветок на земле и напомнил Басё шапочку, которую мог уронить соловей.
Стихотворение написано в 1690 году, на закате дней Басё. Все его поздние стихи я воспринимаю как печальные, даже если он пытается показать какой-то шутливый образ. Ничего не могу с собой поделать — мне в этом соловушке видится сам «старик Басё». Время соловья, который вьет шапочку, утрачено, пришло новое время, когда эту шапочку можно только потерять и удивиться самому себе.
А вот еще более позднее и не менее печальное трёхстишие, написанное в 1692 году:
Никто не заметит
Эту весну! На обороте
Зеркала слива цветёт
人も見ぬ春や鏡の裏の梅
хито-мо мину/ хару-я кагами-но/ ура-но умэ
С древних времен оборот ручных зеркал украшали изображениями цветов и птиц, но когда мы смотримся в такое зеркальце, мы не видим весну, а видим лишь только собственное отражение
НА ФОТО: опавший цветок камелии, который я сфотографировала около храма девятиглавого дракона в Хаконэ несколько лет назад
Я уверена, что великая поэзия буквально раскрывает нам глаза, показывает то, на что мы раньше даже если и смотрели, то не видели. Такая уж у поэтов работа — в любом бытовом или природном проявлении разглядеть интересный сюжет и тут же рассказать историю.
В древней поэзии вака (пятистишия) есть известный сюжет — весной японский соловей вьет себе шапочку из цветов сливы.
Прекрасная запоминающаяся картина, но если ты великий поэт, а особенно если ты поэт хайкай и любишь все переиначить, то ты захочешь показать весну под другим углом, как это делает Басё вот в этом великом хайку:
Соловушка
С головушки шапку уронил —
Опадает камелия
鶯の笠落したる椿かな
угуису-но/ каса отоситару/ цубаки кана
Наверняка вы знаете, что камелия опадает целым цветком, и вот этот цветок на земле и напомнил Басё шапочку, которую мог уронить соловей.
Стихотворение написано в 1690 году, на закате дней Басё. Все его поздние стихи я воспринимаю как печальные, даже если он пытается показать какой-то шутливый образ. Ничего не могу с собой поделать — мне в этом соловушке видится сам «старик Басё». Время соловья, который вьет шапочку, утрачено, пришло новое время, когда эту шапочку можно только потерять и удивиться самому себе.
А вот еще более позднее и не менее печальное трёхстишие, написанное в 1692 году:
Никто не заметит
Эту весну! На обороте
Зеркала слива цветёт
人も見ぬ春や鏡の裏の梅
хито-мо мину/ хару-я кагами-но/ ура-но умэ
С древних времен оборот ручных зеркал украшали изображениями цветов и птиц, но когда мы смотримся в такое зеркальце, мы не видим весну, а видим лишь только собственное отражение
НА ФОТО: опавший цветок камелии, который я сфотографировала около храма девятиглавого дракона в Хаконэ несколько лет назад
❤3👍1