БУНТ ПРЕДМЕТОВ

«Японская чайная комната — это модель идеальной вселенной, там нет ничего лишнего, а все действия и предметы не случайны: все находится в нужное время на нужном месте», — сказал давным давно мой чайный наставник.

По молодости и незнанию я, конечно же, подумала, что это не так, а само чайное действие казалось в высшей степени утонченным, но слишком театрализованным и символичным, с кучей лишних движений, как театр Кабуки или хуже того — театр Но.

Второй его постулат казался мне еще более вызывающим. Он уверял, что во время чайного действия мастер всего лишь исходит из функциональности чайных предметов, что по-другому он и не сможет их использовать. «Если вы что-то сделаете не так как нужно, вы просто споткнетесь о чайную чашку и лоб себе разобьете. В буквальном смысле слова», — уверял сэнсэй.

Помню, как однажды в самом начале чайного пути я делала «О-бон-датэ» — это самый простой пример подачи чая для начинающих, когда все предметы в строгом порядке расположены на небольшом подносе (о-бон — это поднос), на котором и прибывают в чайную комнату.

Мастер начинает действие, приводя предметы в движение, следуя функциональной логике — предметы перемещаются по подносу, покидают его и снова возвращаются, чтобы под конец выстроиться в первоначальном порядке и покинуть чайную комнату в том самом виде, в каком они туда и попали.

В «О-бон-датэ», как и влюбом другом виде чая, важен свой ритм — начало, развитие, кульминация, спад (да, это похожу на любое динамическое искусство — театр или кино). Так вот в «О-бон» есть один момент, самый сложный для меня, когда все предметы возвращаются на поднос и располагаются не в первоначальном компактном порядке (когда что-то во что-то вложено), а в более сложном, рабочем — когда каждый элемент вдруг становится сам за себя — крышечка от чайной коробочки (нацумэ) отдельно от коробочки, тряпочка (тякин) для протирания чаши не в чаше, а сбоку, венчик для взбивания чая тоже отдельно. Много всего и сразу. Чувствуешь, что на подносе количество свободного места уменьшилось в несколько раз. Каждый миллиметр на счету.

Вот тут я и сотворила страшное —поставила чашку не на ее место. Промахнулась миллиметром или двумя. Весь тот идеальный и прекрасный мир на моем подносе поплыл, стал рассыпаться и превращаться во что-то отвратительное — одно стало наезжать на другое, то что должно быть свернутым разворачиваться, а то, что должно лежать поползло. Хаос!

От этого неожиданного бунта предметов можно было бы и кипятком обжечься. А казалось бы два миллиметра. Однако стоило сдвинуть чашку на ее место, как вновь появился порядок и красота.

Вот тут-то я и вспомнила учителя и поняла, что да, я наконец-то споткнулась о чайную чашку и разбила себе лоб. Но в японской системе координат это самое нужное, что могло со мной случиться.

О скромном самоощущении на пути чая — трёхстишие Сико, одного из лучших поэтов школы Басё:

Чистый горный ручей
Вот и мои познания в чае
Неглубоки

茶にやつす袂も浅し山清水
тя-ни яцусу/ тамото-мо асаси/ яма симидзу

#чайноедейство #тяною #хайку #сико

О-бон-датэ. Так выглядит самая простая подача чая

ДЕТСКОЕ ЭХО МИСУДЗУ КАНЭКО

В 1966 году молодой поэт Сэцуо Ядзаки наткнулся в одном старом японском журнале для детей на стихотворение, автором которого значилась некая Мисудзу Канэко. Вот эти стихи:

БОГАТЫЙ УЛОВ

На утренней зорьке
Как много поймали —
Богатый улов из сардин!

На берегу
Веселье и праздник!

А в океане устроят поминки
По десяткам тысяч
Погибших сардин


Ядзаки был поражен до глубины души степенью эмпатии неизвестной ему поэтессы. Целых 16 лет он искал хоть какие-то следы ее биографии, пока не нашел в Токио ее родного брата, который, к счастью, сохранил дневники своей сестры, где было записано больше пятисот стихотворений, причем большая часть из них никогда не публиковалась. Так забытое имя Мисудзу Канэко вновь зазвучало в Японии.

Судьба поэтессы была очень трагична. Она рано начала писать стихи и публиковаться в детских журналах, но ее насильно выдали замуж за нелюбимого мужчину, который не только ей изменял, но и заразил венерической болезнью. Она решилась на развод, однако муж отсудил их ребенка, что стало последней каплей для Мисудзу — в возрасте 26 лет она покончила жизнь самоубийством.

ТЫ ЭХО?

«Играем?», спрошу
«Играем», ответят

«Бяка!», я злюсь
«Бяка!», злятся в ответ

«С тобой не вожусь», заявляю
«С тобой не вожусь», заявляют и мне

А потом, заскучав:

«Мир?», шепчу
«Мир», мне шепчут в ответ

«Неужто ты эхо?»
«Нет, я — это ты ... и каждый из всех»

Это ее самое известное стихотворение, ставшее даже общенациональной рекламой, которую крутили по телевидению в 2011 году после Великого восточно-японского землетрясения, поскольку в нем звучал призыв поступать так, как ты сам хочешь, чтобы поступали с тобой.

А мое любимое у Мисдзу Канэко — вот такое:

РЫБКА

Как жалко мне рыбку морскую

Рис люди сажают с заботой
Коров пасут на полях
И карпов кормят в пруду

А до рыбки морской
Никому и дела нет

Никому не делала
Она плохого
Но ее поймали
И отдали мне на обед...

Как жалко мне рыбку морскую

#детскиестихи #канэкомисудзу

Тихиро Ивасаки, «Русалочка»

Здравствуй, грусть

1688 год, весна. Поэту Басё 44 года, он путешествует в горах, когда вишни в самом цвету. Последние лучи солнца озаряют лепестки сакуры, и они погружаются в сумерки. Это рождает у Басё чувство тоски, то самое состояние «саби», которое, кажется, уже знакомо каждому современному культурному человеку.

Между цветущими вишнями затесалось еще одно дерево — асунаро (по-русски «туевик»). С японского его название дословно переводится как «завтра стану». Во что же оно намеревается превратиться завтра? Дело в том, что асунаро — это ложный кипарис, в сумерках вполне сойдет за настоящий, который ценят за дорогую древесину. Собственно, его название — это сокращенная фраза «Завтра стану кипарисом» (асу-ва хиноки-ни наро:). Несбыточная мечта для сорного дерева.

Вот такое трехстишие пишет Басё, наблюдая за уходящим солнцем и незадачливым псевдо-кипарисом:

Солнце село, и грустно мне,
Что во тьме растаял вишни цвет!
Асунаро

日は花に 暮れてさびしや あすならふ
хи-ва хана-ни/ курэтэ сабиси я/ асунароо

Вы, наверное, уже знаете, что в хайку часто описываются два явления, которые соперничают друг с другом или взаимодействуют как-то иначе. В данном случае цветущие вишни оказываются в неких взаимоотношениях с деревом асунаро.

Мне кажется, что этот несчастный недокипарис — метафора состояния самого Басё. Молодость исчезла как цветы вишни, а зрелость и твердость настоящего кипариса так и не пришла. Одна лишь только видимость.

Произнося в конце «асунаро» поэт как бы спрашивает, а завтра-то что будет? Стану ли я настоящим? Печально тут звучит мотив собственного несовершенства, невозможность стать тем, кем ты хочешь быть. Все мы в сущности, будто говорит нам Басё, являемся «асунаро», мечтающие когда-нибудь «завтра» превратиться во что-то подлинное.

На мой взгляд, это одно из лучших проявлений японской поэтической грусти

#басё #хайку #саби

Кацусика Хокусай
Между 1830-1850 годами.

Мужчина и женщина, нарисованные со спины. Мужчина показывает на что-то левой рукой, а в правой держит зонтик от солнца. Женщина закрыла лицо руками. Непонятно она всматривается вдаль или плачет

Ура, новый сборник произведений Нацумэ Сосэки уже в продаже!

Напоминаю, что над этим сборником работала целая команда переводчиков, все ученики Татьяны Львовны Соколовой-Делюсиной, которые уже несколько лет посещают ее прекрасные семинары по японской литературе. Я лично перевела лишь немного хайку и одну прозаическую миниатюру. Очень благодарна Татьяне Львовне за возможность учиться у нее и работать вместе с ней.

Самая приятная цена на книгу вот тут - https://hyperion-book.ru/product/%D0%BD%D0%B0%D1%86%D1%83%D0%BC%D1%8D-%D1%81%D0%BE%D1%81%D1%8D%D0%BA%D0%B8-%D0%B8%D0%B7%D0%B3%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D1%8C%D0%B5-%D0%B8%D0%B7-%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%B2-hyperion-book-ru/

Пятничная рубрика «Веселые картинки Ямады Дзэндзидо» — сегодня говорим о любви:

Первое свидание
Как же трудно найти момент,
Чтобы отлучиться в туалет

#ямададзэндзидо

​#архив #лучшее

ПРАЗДНИК ДЕВОЧЕК — вопрос жизни и смерти

Вынули вату.
Как повзрослели
Лица у кукол

綿とりてねびまさりけり雛の顔
вата торитэ/ нэбимасарикэри/ хина-но као

Это трехстишие принадлежит преданному ученику Басё — поэту Такараи Кикаку (1661-1707). Он умер в возрасте 47 лет от пьянства, на что любят делать акцент исследователи его творчества. Писал резкие юмористические стихи, которые Басё критиковал за излишнюю декоративность.

Стихотворение написано по поводу веселого события — праздника девочек (хина-мацури), который отмечают в Японии 3 марта.

Сам праздник я ужасно люблю, пожалуй даже, это один из моих самых любимых праздников вообще. Уже в конце февраля в домах, где есть дочери, устанавливают алтарь в виде лестницы, покрытой алой материей. На ней размещают куклы императора, императрицы, а также их свиты. Куклы одеты как аристократы эпохи Хэйан, а сам праздник имеет даже более древние и магические корни.

Однако стихотворение Кикаку звучит совсем не празднично. Когда я прочла его в первый раз, то подумала, что вату вынули из лица куклы — именно поэтому она и выглядит сморщенной и старой. Здесь же оказался совсем другой смысл: вату достают из коробки, в которой хранятся все аксессуары для праздника. Поэт поражен, что кукольные лица постарели, но мне почему-то кажется, что он говорит скорее о себе. Чтобы хоть немного попробовать представить себе состояние поэта, я вспоминаю, как достаю коробки со старыми елочными игрушками из моего детства и пристально рассматриваю, не потрескалась ли краска на лице матрешки, девочки-редиски или старика Хоттабыча.

Для этой истории также немаловажно, что Кикаку женился поздно, а его дочь, о чьей кукле, по всей видимости, и ведется рассказ, умерла в юном возрасте.

Считается, что Кикаку, в отличие от своего наставника Басё, относился к стихам как к игре или развлечению, хотя и был профессиональным поэтом. Может быть, его манере стихосложения и не хватает серьезности Басё, но по мне эти кукольные лица дорогого стоят. И в самом деле, не судить же Кикаку только за хрестоматийный анекдот со стрекозой, где он проиграл своему великому учителю?

Как-то прогуливаясь с Басё по рисовому полю, Кикаку заметил красную стрекозу и сложил трехстишие:

Красная стрекоза
Оторвешь крылышки -
перца стручок

Басё не оценил остроумие ученика. «Зачем ты убил стрекозу? - спросил он. - Хайку должно давать жизнь, а не отнимать ее». И предложил свой вариант:

Стручок перца.
Добавь крылья -
Стрекоза

#хайку #кикаку #басё #куклы #хинамацури

​​СТО СТИХОТВОРЕНИЙ РИКЮ # 6

Как театр Кабуки помогает понять нюансы чайного действа

Когда я читаю тексты для перевода, бывает, что с первого раза смысл ускользает. Зная это по опыту, я, как правило, не волнуюсь, а даю себе время подумать, перечитывая и перечитывая один и тот же текст несколько раз. Бывает, что достаточно вернуться на следующий день, как все становится ясно, а иногда тебя озаряет через пару часов.

Шестое пятистишие Рикю стало тем злополучным камнем, о который я споткнулась, хотя дословно перевести его высказывание не составляет труда:


Заваривая чай,
Отбрось слабость,
Будь сильным.
Сила, однако,
Не означает грубости манер

点前には弱みを捨ててただ強くされど風俗いやしきを去れ

Тэмаэ ни ва/ ёвами-о сутэтэ/ тада цуёку/ сарэдо фу:дзоку/ иясики-о сарэ


Про грубость манер мне понятно, но что значит «отбросить слабость и быть сильным»? Для меня это были слишком общие слова, за которыми не стояло ничего конкретного. Мне казалось, что дело не в словах, а что я упускаю какой-то внутренний смысл. Через неделю пришлось признать свое поражение и обратиться за помощью к Игути-сэнсэю, чайному мастеру, чьи интерпретации стихов Рикю мне очень пришлись по душе.

Он сравнивает движения чайного мастера с движениями актеров, исполняющих женские роли в театре «Кабуки», - стоит им дать слабину, как появляется манерность, а если пережать с выражением силы, то грубость.

«Неопытный человек, заваривая чай перед гостями, невольно испытывает напряжение, таким же напряженным получается и его «тэмаэ» (процесс приготовления чая). И наоборот, если человек хочет провести «тэмаэ» красиво, то его движения становятся слишком мягкими. Чтобы снять напряжение, надо прежде всего находится в добром расположении духа. Другими словами, если внутри будет мягкость, а движения будут твердыми, то «тэмаэ» получится ровно таким, каким нужно». 

Как просто все оказалось, подумала я, стоило только чуть точнее подобрать слова: «слабость» заменить на «мягкость», а «силу» - на «твердость». Поэтому так:


Заваривая чай,
Откажись от мягкости,
Будь тверд.
Твердость, однако,
Не означает грубости манер

На фото: Итикава Эбидзо XI, актёр театра Кабуки, в своей гримерке после представления в спектакле «Гэндзи-моногатари»

#рикюхякусю #кабуки #стостихотворенийрикю

«Твое лицо, когда поймала букет невесты уже в третий раз»!

Мы с Ямада Дзэндзидо и его новой героиней О-хана-сан поздравляем всех с Международным женским днём!

#ямададзэндзидо

​САКУРА. ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ ЛУЧШЕ?

Европейцы воспринимают цветение сакуры как вершину утонченного взгляда японцев на мир и красоту.

Безусловно, с этим сложно спорить. Это удивительное время в Японии: цветения действительно ждет вся страна, а телеканалы ежедневно передают сводки «с полей», под цветущими деревьями устраиваются гуляния и пикники, в том числе и в ночное время под рассеянным светом фонарей. В магазинах продают сладости в виде цветов сакуры, Starbucks разливает «сакурное латте» ( на одноразовых стаканчиках конечно же рассыпаны лепестки вишни), самые продвинутые хипстерские заведения выкатывают веганские «сакурные бургеры» с розовыми булочками, подкрашенными сладким картофелем «имо», а лирически настроенные японцы цитируют классических и современных поэтов, воспевающих вишню и скоротечность ее красоты.

Но приходится признать, что в чайном мире, где так же трепетно относятся и к цветам, и к поэзии, утонченность принимает еще более совершенные формы:

Тем, кто жаждет только цветов,
Показать бы им весну,
Когда в горной деревне,
Сквозь снег пробивается
Первый росток

花をのみまつらん人に山里に雪間の草も春を見せばや
хана-о номи/ мацуран хито-ни/ ямадзато-ни/ юкима-но куса-мо/ хару-о мисэбая

Это пятистишие Фудзивары Иэтака (1158-1237) приводится в чайных трактатах как произведение, передающее суть чайного действия, японской концепции «ваби» (смиренной красоты), а также истинного восприятия действительности: «Живущие в мирской суете денно и нощно вопрошают, когда же зацветет сакура вон на той горе? Они не знают, что «цветы» распускаются в их сердцах, и потому радуются лишь тому, что видит глаз»

#ваби #танка #фудзивараиэтака

МАРТ. Время фрустраций, кино и мэйгадза

Продолжаем знакомиться со старинными названиями месяцев в японском календаре.

Март называется «яёй» 弥生, что можно перевести как «месяц бурного роста», где первый иероглиф 弥 означает «все больше», а второй 生 - «буйно расти», причем это относится именно к траве и деревьям.

Казалось бы, что для иллюстрации буйного роста в природе надо выбрать стихотворение про растения, однако создатели моего ежедневника приглашают читателей посмотреть немного глубже — под воду, где тоже происходят громадные изменения:


На дне реки
Кишмя кишит —
Великая страна головастиков

川底に蝌蚪の大国ありにけり
кавадзоко-ни/ като-но тайкоку/ ариникэри

Не знаю, как у японцев, а у меня это хайку поэта Мураками Кидзё (1865-1938) вызывает противоречивые чувства. С одной стороны, мне неприятно представлять себе эту кишащую массу мелких существ, есть в этом что-то физиологически отталкивающее. С другой — это завораживающая картина зарождения и трансформации жизни. Не удивительно, что этого поэта часто сравнивают с Иссой, именно благодаря микро-образам, а еще из-за трудной судьбы, полной лишений.

В жизни людей в марте также происходят значительные изменения: именно в этом месяце учащиеся сдают экзамены, ведь в апреле начинается новый учебный и рабочий год. Поэтому март — месяц волнений и стресса:


Классика кино
Идём смотреть с братишкой
Провалившим экзамен

名画座へゆく落第のおとうとと
мэйгадза-э/ юку ракудай-но/ отоото-то

Это хайку написала Каваками Хироми (1958) - известная современная писательница в жанре мистической прозы, нахватавшая много литературных премий в Японии. Несколько ее произведений переведены и на русский — «Медвежий бог», «Дворец морского царя», «Манадзуру».

Здесь же в стихах она выступает в роли доброй старшей сестры, которая ведет своего незадачливого братца в кино, чтобы отвлечь от грустных мыслей о его провале. Слово «ракудай» или «провал» - это как сезонное слово в хайку для марта.

Важно, что брат с сестрой идут не просто в кино, а в «мэйгадза» — так назывались кинотеатры во времена Сёва (1926-1989), где синефилы могли посмотреть две картины за раз.

Можно сравнить японские «мэйгадза» с американскими грайндхаусами (привет Тарантино!), где крутили так называемое «эксплуатационное» кино: порно, слэшеры и дешевые гонконгские боевики. А можно с так называемыми revival houses, что-то типа московского «Иллюзиона», где представлена отборная классика.

Современные мультиплексы вытеснили «мэйгадза» в 80-е, однако в Токио и сегодня еще можно найти несколько таких независимых площадок, где показывают авторское кино. Например, бодрый кинотеатр Shin Bungeiza в районе Икэбукуро, который в ночь с 23 по 24 марта крутил всего Тарковского.


#март #муракамикидзё #кавакамихироми #мэйгадза

Асакуса Мэйгадза — легендарный кинотеатр в районе Асакуса. Не выдержав конкуренции он закрылся в октябре 2012 года. В сети можно найти трогательные фото, где заведующий поклоном прощается со зрителями, пришедшими на последний сеанс перед закрытием. В 20 веке Асакуса считался главным синефильским кварталом Токио, где некогда работало около 30 «мейгадза»

​Как ведут себя японские горы


Когда вы начинаете учить японский язык, то одной из первых фраз, несомненно, будет «Нихон-ва симагуни дэс». Что значит «Япония — островная страна».

Да, действительно, островное положение очень сильно повлияло на развитие страны и ее самобытность, однако, мне кажется, что Японию с не меньшим успехом можно также назвать «горной страной».

Главный символ Японии — гора, и я надеюсь, здесь даже нет смысла ее называть. Именно в горах обитает большая часть японских богов «ками».

Забавный факт — японские горы, как правило, покрыты лесом, поэтому зачастую прилагательные «горный» и «лесной» надо рассматривать как синонимы, особенно в поэзии, хотя это и может показаться странным на первый взгляд.

Много написано про анимизм в хайку, когда природные явления одушевляются. Анимизм очень любят иллюстрировать именно поведением гор: зимой они очень грустны, сосредоточены на себе и спят («яма нэмуру»).

Спит гора
И я, совсем как она,
Задремал у стола

山眠る如く机にもたれけり
яма нэмуру/ готоку цукуэ-ни/ мотарэкэри

Чудесное хайку Такахамы Кёси, где он видит себя со стороны. Пуристы считают, что в японских хайку нельзя проводить прямые сравнения и использовать слово «как» или «подобно». На примере этого стихотворения видно, что Такахама Кёси не следует этому правилу и если ему нужно, то спокойно вставляет слово «как» (готоку).

Спящие горы
Приоткрыли глаза
Выдохнув мотыльками

眠る山 薄目して蛾を生みつげり
нэмуру яма/ усумэ ситэ га-о/ умицугэри

Тонкий переход от зимы к весне и игра сезонными словами в хайку современного поэта Харигути Сэймина (1923-2015), у которого горы оживают сами и дают жизнь другим крошечным существам.

Но когда наступает настоящая весна, то есть шанс увидеть самые весёлые горы в мире — смеющиеся горы («яма варау»).

Выше я неспроста обратила внимание, что японские горы покрыты лесом. Когда весной разные деревья с разной скоростью покрываются листвой, то вот эти перепады зеленого оттенка создают ощущение, что горы улыбаются или смеются. Вот одно из самых жизнерадостных хайку далеко не самого веселого поэта Масаока Сики:

Родная деревня!
Со всех сторон смеются горы,
Куда ни погляжу

故郷やどちらを見ても山笑ふ
фурусато я/ дотира-о митэ мо/ яма варау

#хайку #такахамакёси #масаокасики #харигутисэймин #горы

​РЭЙВА. Как связаны политика и поэзия

Вчера в Японии объявили новый девиз нового императорского правления, которое начнётся 1 мая с вступлением на японский престол нового императора — наследного принца Нарухито.

Новая эра будет называться Рэйва и записываться двумя иероглифами 令和.

Вчера японские СМИ подчеркивали, что впервые девиз правления выбрали не из китайской классической литературы, а из японской — из первой поэтической антологии «Манъёсю».

Вообще связь поэзии и политики — вещь довольно интересная. Япония заимствовала из Китая и государственное устройство в том числе, а в Древнем Китае, как мы знаем, основной экзамен на профпригодность чиновников был как раз на знание поэзии.

В современной Японии на помощь призвали специалистов по классической литературе, чтобы они подобрали нужные иероглифы — простые в чтении и запоминании, не часто употребляемые в бытовой речи.

Сначала почти все СМИ понаделали ошибок и заявили, что новый девиз взят из стихотворения о сливе, ближе к полудню разобрались, что оригинал — это не поэтический текст, а прозаическое предисловие к 32 стихам о сливе.

А тут выяснилось интересное: в этом предисловии говорится, что сливу мы, японцы, заимствовали из Китая, где уже давно сложены поэтические антологии про этот цветок. Наша задача теперь — написать свои стихи о сливе. Получается, что японцы хоть и взяли новый девиз из своей классики, но опять подчеркнули преемственность от Китая:

«Был прекрасный месяц ранней весны. Приятно было мягкое дуновение ветерка. Сливы раскрылись, словно покрытые белой пудрой красавицы, сидящие перед зеркалом».

И далее: «И если не обратиться к „садам литературы", то чем еще выразить нам свои чувства? В китайской поэзии уже есть собрание стихов об опадающих сливах. Чем же будет отличаться нынешнее от древнего? Тем, что мы должны воспеть прекрасные сливы этого сада, сложив японские короткие песни — танка». ( в переводе Глускиной).


А что же сами иероглифы? Они оказались неоднозначными даже для самих японцев и тем более для иностранцев. Пока официального перевода девиза нет. Японские СМИ усиленно проводят ликбез, разъясняя значения выбранных иероглифов.

Первый иероглиф «рэй» 令 в древнем значении ( в том самом из «Манъёсю») означает «хороший», «великолепный», «благословенный», хотя в современном языке самое первое его значение «приказ».

Второй иероглиф «ва» 和 — тоже многозначен. В древнем значении из «Манъёсю» — это «мягкий». В более современном и привычном — «гармоничный», «мирный». Также есть значение «японский», так как он входит слово Ямато 大和 — древнее название Японии.

Считается, что первый иероглиф мы должны перевести как прилагательное, а второй как существительное, например, как условно «благословенная гармония».

Многих смутили значения «приказ» и «Ямато», стоящие рядом — уж нет ли тут возрождения националистических и милитаристских идей, задались вопросом многие западные СМИ, да и просто японисты, которые даже предложили такой перевод как «принуждение к миру».

Приятно, когда тема, которую ты понимаешь, выходит за рамки Haiku Daily.

Оказывается, одна моя публикация (я ее, кстати, считаю одной из лучших у себя) вдохновила на создание одного музейного экспоната во Владивостоке.

Мой пост был про «Чёрный квадрат» Малевича и традиционную японскую чайную комнату, а экспонат появился на выставке-конкурсе «БАУХАУЗ 100 ВХУТЕМАС» в музее ВГУЭС.

Если вдруг вы живёте во Владивостоке и собираетесь на эту выставку, сфотографируйте для меня описание проекта и имя автора! Буду очень благодарна

Здесь ссылка на тот самый пост - https://haikudaily.livejournal.com/7189.html

ДЗЭН. ОБЪЯСНЯЕМ НА ПОМИДОРАХ

Можно ли говорить о серьёзных вещах, используя просторечные формы? Реально ли познать истинную природу человека, наблюдая за безмолвными растениями? Неужели нет большой разницы между помидорами и людьми?

На все эти вопросы я отвечаю «да», ведь я очень люблю поэта Аида Мицуо. Не просто поэта, а ещё буддиста и каллиграфа, чьи меткие краткие высказывания заставляют крепко задуматься. Перевела для вас одно из его относительно длинных стихотворений:

ПОМИДОР И ДЫНЯ

«Ну, значится, Помидор.
Сколько навозом его ни удобряй,
Дыню из него не вырастишь

Так вот Помидор,
Сколько его с Дыней ни сравнивай
Толку-то ноль

Помидор — просто овощ,
А вот Дыня — фрукт, высший класс!
Правда так думает лишь человек,
Жадный человек при том

Помидор и Дыня
Они друзья с одной грядки:

Друг с другом себя не сравнивают
Друг с другом войну не ведут

Помидор проживает сочную жизнь помидора,
А Дыня — сладкую дынную судьбу, и только

И у Помидора, и у Дыни
Жизнь прожита с полной отдачей

Выстраивает их в ряд, сравнивает друг с другом, заставляет соперничать — только человек со счётами в руке

А для наших соседей с грядки все это в тягость

«Дыней! Стань же дыней!
Крутой дыней, которая принесет много денег!»

Сколько помидоров слышат эти слова, когда их похлопывают по бокам!
Сколько помидоров впадают в невроз и слетают с катушек!»


#аидамицуо #дзэн

Каллиграфические работы Аида Мицуо, как правило, выполнены в нарочито «детском» стиле. Смысл этого высказывания 1980 года можно перевести так: «Только твоё сердце решает, что такое счастье»

​ЛАДОНЬ В СНЕГУ. Что важнее — лаконизм или игра слов?

Мне часто задают вопрос, могут ли русские люди писать хайку на японском. Я всегда была уверена, что могут, правда, примеров у меня достойных не находилось.

Однако теперь я знаю девушку Марию Прохорову, которая уже давно учится и живет в Японии, а в этом месяце она победила в конкурсе хайку, который проводит общество «Япония — страны Евразии».

В конкурсе участвуют иностранцы, но хайку должны быть на японском. Стихотворение Марии было написано зимой, поэтому когда читаешь его сейчас, в апреле, то невольно возникает приятный холодок.


手のひらに　雪のひとひら　こんにちは
тэ-но хира-ни/ юки-но хитохира/ коннитива

Мария свое стихотворение перевела очень лаконично:

На ладони
Маленькая снежинка
Привет

Однако в японском тексте есть ярко выраженная игра слов: «тэ-но ХИРА» — это ладонь, а в словосочетании «юки-но хитоХИРА», которое можно перевести как «снежинка», тоже есть намёк на ладонь. Поэтому Мария сделала второй вариант перевода, где эта игра слов учитывается, но тогда теряется лаконизм и простота:

На ладони человека
Ладонь природы
Привет

Я, конечно же, тоже не удержалась и решила попробовать перевести, сохранив игру слов и усилив тактильный момент встречи между природой и человеком. Ах, да, еще я добавила немного просторечия, но после стихов Аида Мицуо, думаю, этого не стоит бояться. А вот лаконизмом пришлось пожертвовать:

На мою ладонь
Снежная ладошка легла
Ну привет

Интересно, а что вы думаете? Что важнее — лаконизм или игра слов? А может быть у есть собственный вариант перевода?

#хайку #марияпрохорова

АПРЕЛЬ. Сакура, что разбивает сердца

Продолжаем изучать старинный японский календарь.

Итак четвертый месяц по лунному календарю называется Удзуки - 卯月. Считается, что это сокращение от «унохана дзуки», что означает «месяц цветов унохана».

Осталось разобраться, что это за цветы. Название записывается иероглифом 卯 (кролик, заяц), показателем родительного падежа の, и иероглифом 花 (цветок). Получается по смыслу какой-то «кроличий цветок», но на русском это растение соответствует дейции.

И вот здесь чувствуется небольшая загвоздка. Ведь «унохана» появляется в японской поэзии летом, а вовсе не весной.

Забавно, но в «месяц цветов дейции» хорошим тоном считается сложение стихов о сакуре. В моем прекрасном ежедневнике приводится одно из программных танка поэта и принца по крови — Аривара-но Нарихира (825-880 гг), который прославился не только своим творчеством, но и любовными похождениями. Возможно, именно он стал прообразом главного любовника японской литературы — блистательного принца Гэндзи.

Если бы никогда
В этом мире не распускались
Вишен цветы,
Быть может, тогда сердце моё
Весной обрело бы покой

世の中にたえて桜のなかりせば春の心はのどけからまし

Ё-но нака-ни/ таэтэ сакура-но/ накарисэба/ хару-но кокоро-ва/ нодокэ кара маси/

В Японии сезон сакуры закончился, а у нас в Москве только начинается. Готовим свои сердца противостоять невозможной красоте

#танка #сакура #унохана #удзуки #ариваранонарихира