🇪🇪14 апреля 1989 года инициативная группа общественного движения «Масторава» во главе с профессором Дмитрием Надькиным обратилась в Верховный Совет Мордовской АССР с требованиями по сохранению и развитию эрзянской и мокшанской культуры. Среди соратников Надькина были Маризь Кемаль, Александр Шаронов, Кшуманцянь Пиргуж (Григорий Дмитриевич Мусалёв), Нуянь Видяз и другие активисты.

Конец 1980‑х годов пришёлся на период перестройки — время оживления национальных движений в СССР. Для эрзян и мокшан это было особенно значимо: на протяжении десятилетий шёл процесс ассимиляции и русификации, языки почти не использовались официально, а термин «мордва» часть активистов считала псевдоэтнонимом, не отражающим самобытности двух народов.

Активисты «Масторавы» добивались отмены этнонима «мордва» и замены национальности «мордвин» на «эрзя» и «мокша», чтобы укрепить этническое самосознание. Они настаивали на предоставлении эрзянскому и мокшанскому языкам статуса государственных и введении преподавания на родных языках в школах — это могло спасти языки от исчезновения. Кроме того, движение выступало за создание Национального театра и литературно‑художественного издания «Масторава», за преподавание истории эрзяно‑мокшанского народа и переименование улиц Саранска в честь национальных героев. Активисты также требовали улучшить экологию и архитектуру Саранска и остановить миграцию коренного населения — всё это должно было создать комфортные условия для жизни в республике.

На первых этапах движение столкнулось с сопротивлением обкома КПСС: его обвиняли в разжигании национализма и экстремизма. Однако в апреле 1990 года «Масторава» получила официальную регистрацию как «Мордовское культурно‑просветительное общество», что позволило ей вести деятельность легально.

Хотя большинство требований не были выполнены в полном объёме, некоторые цели удалось реализовать. Начала выходить газета «Эрзянь Мастор» — она стала голосом эрзянского движения. В отдельных школах ввели преподавание эрзянского языка и литературы, были возрождены традиционные обряды, например моления Раськень Озкс. Появились и новые организации по сохранению культуры: Фонд спасения эрзянского языка имени А. П. Рябова, Ассоциация эрзянских женщин «Эрзява» и другие.

Внутри движения возникли разногласия: часть активистов выступала за полное разделение эрзян и мокшан, другие считали, что нужно сохранять единство мордовского народа. Эти расхождения ослабили «Мастораву», и к 1995 году она перестала существовать как единая организация.

Тем не менее деятельность «Масторавы» сыграла огромную роль в судьбе эрзянского народа. Движение стало катализатором национального возрождения, привлекло внимание к проблемам сохранения языков и культуры и заложило основу для создания других этнокультурных организаций. Сегодня эрзянское движение продолжает развиваться, хотя язык по‑прежнему под угрозой, а вопросы самоидентификации остаются актуальными.

🇪🇪16 апреля 1894 года в селе Лобаски Лукояновского уезда Нижегородской губернии (ныне — Ичалковский район Республики Мордовия) родился Анатолий Павлович Рябов. Детство и юность он провёл на малой родине. Получив начальное образование в Лобаскинской школе, Анатолий продолжил учёбу в Починковском духовном училище. Позже он поступил в Нежинский педагогический институт (историко‑филологический институт князя Безбородко), который окончил в 1916 году.

После учёбы Анатолий Павлович начал преподавательскую деятельность: он преподавал филологические дисциплины в учительской семинарии и педагогическом техникуме Омска. В 1922–1924 годах работал в Нижегородском губернском отделе образования, где занимался вопросами народного просвещения. С 1924 по 1930 год был методистом Мордовского бюро Совета национальных меньшинств РСФСР и сотрудником Всесоюзного центрального комитета нового алфавита при Совете национальностей ВС СССР.

Известность к Анатолию Павловичу пришла благодаря его лингвистическим исследованиям и просветительской деятельности. В середине 1920‑х годов он начал научную работу, а в 1927 году принял участие в Первой лингвистической экспедиции Академии наук СССР под руководством Д. В. Бубриха. В ходе экспедиции он изучал диалекты эрзянского языка. В 1932 году Рябов разработал проект эрзянского алфавита на латинской основе.

В 1930‑е годы он заведовал кафедрой мордовских языков Саранского агропедагогического института (1934–1937). Анатолий Павлович создал и читал курс по современному эрзянскому литературному языку, выступал с докладами на научных конференциях в Саранске (1933–1935). Он подготовил два проекта эрзянской орфографии и внёс вклад в создание учебной литературы: был автором и соавтором азбук («Валдо чи» — «Светлый день», 1925; «Лисьма пря», 1926), учебников по грамматике эрзянского языка (1933–1934) и двуязычных словарей («Эрзянско‑русский словарь», 1930; «Русско‑эрзянский словарь», 1931).

Вклад Анатолия Павловича Рябова в развитие эрзянского народа трудно переоценить. Он заложил основы научной эрзянской филологии, участвовал в стандартизации литературного языка, разработал учебные материалы для национальных школ. Большую поддержку в просветительской работе ему оказывали близкие: младший брат Владимир, учёный‑агроном, также посвятивший себя развитию национальной культуры, и сестра Софья, разделявшая семейные ценности просвещения и служения народу. Вместе они стремились укреплять национальную культуру и образование эрзянского народа.

Трагический финал жизни Анатолия Павловича наступил в 1937 году: он был арестован органами НКВД по ложным обвинениям в участии в контрреволюционной националистической организации. 23 мая 1938 года Выездная коллегия Верховного суда СССР приговорила его к расстрелу. Приговор был приведён в исполнение в тот же день в Саранске. Место захоронения Анатолия Павловича до сих пор неизвестно. В 1956 году он был посмертно реабилитирован.

Сегодня память об Анатолии Павловиче жива: 16 апреля, в день его рождения, отмечается День эрзянского языка — это дань уважения учёному, просветителю и одному из основоположников мордовской филологии, чьи труды сыграли ключевую роль в сохранении и развитии эрзянской языковой традиции.

🇪🇪20 апреля 1930 года в Мордовии был зафиксирован «откат» коллективизации. После публикации статьи Сталина «Головокружение от успехов» крестьяне начали массово выходить из колхозов — документ осуждал перегибы на местах и дал людям надежду на ослабление давления. К этой дате уровень коллективизации в республике упал до критических 8,3 %, что наглядно показало реальное отношение мордовского крестьянства, в том числе эрзян и мокшан, к принудительным реформам.

В эрзянских сёлах, где веками жили по своим традициям, решение покинуть колхозы давалось многим легко: люди забирали обратно скот, инвентарь и землю, не желая подчиняться жёстким планам, не учитывавшим местные условия. Особенно остро воспринимались нарушения привычного сельскохозяйственного цикла — раньше сроки посевной и уборки определялись по народным приметам и многолетнему опыту, а теперь их диктовали сверху, из центра. Нередко это приводило к неудачам: посевы гибли из‑за неподходящего времени или погоды, и в деревнях всё чаще звучали слова: «Деды так не делали — и хлеб рос».

При этом реакция на выход из колхозов была неоднозначной: где‑то сёла покидали коллективные хозяйства дружно, всем сообществом, в других местах возникали споры — молодёжь порой верила в новые порядки, а старики настаивали на возвращении к дедовским методам. Решения нередко принимали на общем сходе, вспоминая старинные общинные правила.

Власти быстро отреагировали на массовый отток: после кратковременного ослабления давления началась новая волна агитации и административного нажима. Уже к концу 1930‑х годов уровень коллективизации в регионе снова вырос, но доверие крестьян, особенно эрзянских общин, было подорвано. Показатель в 8,3 % к 20 апреля 1930 года отразил не просто статистическое падение — он стал свидетельством сопротивления людей, которые хотели сохранить свой труд, традиции и связь с землёй так, как это делали их предки.

🇪🇪24 апреля 1926 года в Саранске родился Виктор Николаевич Бобков. Детство и юность он провёл в родном городе. В 1941 году ему исполнилось 15 лет, и он стремился на фронт, но получал отказы из‑за возраста.

В августе 1943 года, в 17 лет, Бобков ушёл на фронт добровольцем. После обучения его направили в разведку — он стал разведчиком взвода пешей разведки 609‑го стрелкового полка 139‑й стрелковой дивизии 50‑й армии 2‑го Белорусского фронта, получил звание ефрейтора. С мая 1944 года участвовал в боевых действиях.

15 июля 1944 года его подразделение подошло к реке Неман у деревни Ковши Мостовского района Гродненской области. Перед бойцами стояла задача форсировать реку под огнём противника. Бобков добровольно вызвался переправиться первым, успешно преодолел водную преграду и включился в бой за плацдарм: помогал товарищам закрепиться, участвовал в отражении контратак.

Затем ему поручили доставить срочное донесение в штаб полка — снова нужно было пересечь реку под огнём. Виктор выполнил задачу: вплавь добрался до берега и доставил информацию в срок, что помогло организовать дальнейшие действия полка. В тот же день он получил тяжёлые ранения — в голову и живот.

Раненого эвакуировали в госпиталь в Ростове‑на‑Дону. Врачи боролись за его жизнь, но повреждения оказались несовместимыми с жизнью. 17 октября 1944 года Виктор Николаевич умер, не дожив и до 19 лет. Его похоронили на Пролетарском кладбище Ростова‑на‑Дону.

24 марта 1945 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Виктору Николаевичу Бобкову посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. Он был награждён медалью «Золотая Звезда» Героя Советского Союза и орденом Ленина.

Подвиг Бобкова стал ярким примером смелости и храбрости эрзянского народа. Его готовность идти на опасное задание, стойкость под огнём и верность долгу воплотили качества, веками ценившиеся в эрзянской традиции: мужество, выносливость и преданность Родине.

Память о Викторе Бобкове бережно хранится: на стене МОУ «Лицей № 43» в Саранске установлена памятная табличка, 5 мая 2012 года на Аллее Славы в Саранске открыли его бюст, а одна из улиц Гродно носит его имя. Его история напоминает о вкладе эрзян в общую Победу в годы Великой Отечественной войны.

🇪🇪27 апреля 1935 года в селе Большой Толкай (ныне Похвистневский район Самарской области) родился Числав Григорьевич Журавлёв (настоящее имя — Вячеслав). Детство и юность он провёл на малой родине. Ещё в школьные годы Журавлёв начал писать стихи — его первым наставником стал В. К. Радаев, преподававший эрзянский язык и литературу и ведший литературный кружок. После школы Числав окончил Мало‑Толкайское педучилище и работал учителем физкультуры в Чесноковской средней школе Кошкинского района Куйбышевской области.

В 1954–1957 годах Журавлёв служил в армии. Затем более 12 лет он провёл в Сибири, где успел поработать тренером по тяжёлой атлетике, старателем на золотых приисках и бортрадистом в Магаданской области. В 1967 году он вернулся в Куйбышев, а в 1975‑м окончил Волгоградский институт физической культуры. С 1967‑го Числав Григорьевич работал учителем физкультуры, тренером и спортивным судьёй.

Первые литературные произведения Журавлёва были опубликованы на русском языке в куйбышевских сборниках: «День поэзии» (1977), «Радуга» (1979), «Волжские зори» (1981). Настоящая известность пришла к нему в 1982 году, когда в газете «Эрзянь правда» и журнале «Сятко» напечатали подборку его стихов на эрзянском языке. Он активно публиковался в детском журнале «Чилисема», газете «Эрзянь Мастор», самарской областной газете «Валдо ойме», а также в коллективных сборниках «Маней васолкст» («Ясные дали») и «Горизонт».

Первая поэтическая книга Журавлёва «Сёксень цецят» («Осенние цветы») вышла в 1991 году в Мордовском книжном издательстве. Затем последовали другие сборники: «Овтонь латко» («Медвежий овраг», 1993), «Каргонь вайгель» («Голос журавля», 1995), «Валдо ойме» («Светлая душа», 1996), «Арсемат ды ежот» («Мысли и чувства», 2000), «Вечкемань теште» («Звезда любви», 2001) и многие другие.

Числав Журавлёв внёс огромный вклад в сохранение и развитие эрзянского языка и культуры. С 1990 по 2002 год он вёл радиопередачи на эрзянском языке на областном радио (ГТРК «Самара») и на «Радио‑7 из Самары». В 1996 году стал членом Союза писателей России. Его радиопередача «Эрзянь келень чи» («День эрзянского языка») победила на международном конкурсе Общества Матиаса Кастрена (Финляндия) в 1999 году. Журавлёв удостоен множества наград, в том числе звания «Заслуженный поэт Республики Мордовия» (2009), Губернской премии Самарской области (2005) и литературной премии Программы родственных народов Эстонии (2008). Он участвовал в организации Самарского областного эрзянско‑мокшанского общества «Масторава» и был делегатом V съезда финно‑угорских народов РФ (2013).

18 августа 2018 года в Московской области в возрасте 83 лет Числав Григорьевич Журавлёв ушёл из жизни.