Forwarded from СОЛОВЬЁВ
«Три БПЛА ударили по кафе и гостинице на побережье Чёрного моря в Хорлах. По предварительным данным, пострадали более 50 человек, 24 человека погибли. Цифры уточняются… Многие сгорели заживо. Погиб ребёнок
Это преступление по своей сути — один ряд с одесским Домом профсоюзов.
Один из беспилотников был с зажигательной смесью. Теми самыми смесями летом киевские боевики жгли наши поля.
Теперь они целенаправленно сожгли людей.
Вот так выглядит «мир», к которому, по словам Зеленского, он стремится.
Особый цинизм в том, что удар был нанесён после работы дрона-разведчика — почти под бой курантов.
Из-за мощнейшего пожара спасти больше людей не удалось. Пожар ликвидировали только под утро.
Сейчас врачи борются за жизни пострадавших.
Херсонщина скорбит вместе с семьями погибших. Вся необходимая поддержка будет оказана».
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
😢9💔3❤🔥2🔥1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Недавно избранный мэр Нью-Йорка Зохран Мамдани принёс присягу на Коране. Это вызвало волну комментариев в ряде пабликов, где событие подаётся как «экспансия» или «навязывание религии». Подобные оценки говорят скорее о незнании международной практики и тем более собственной истории.
В США человек вправе приносить присягу на том, что считает священным - Библии, Коране, Торе или просто на Конституции. Это нормальная, законная и давно устоявшаяся форма выражения свободы совести. Америка не делит граждан по вероисповеданию в момент их вступления в должность, и присяга на Коране там - не вызов обществу, а возможность человека честно подтвердить обязательства в соответствии со своей верой.
Если обратиться к истории России, то подобная практика вовсе не чужда нашей государственности. После присоединения Казани и Астрахани в XVI веке народы Поволжья и Кавказа, исповедующие ислам, приносили присягу Ивану Грозному именно на Коране. Эту форму клятвы использовали башкирские роды, татары, кавказские общества. Позднее, уже в эпоху Российской Империи, мусульманские офицеры и солдаты официально присягали на Коране, и это считалось естественным проявлением их искренности и ответственности. Российская армия и государственный аппарат включали в себя мусульман без каких-либо попыток «унифицировать» религиозные практики.
История России знает множество выдающихся мусульман, внёсших вклад в развитие государства: генерал Пётр Гулиев, один из героев Кавказских кампаний; Баязит Бикчурин - дипломат, академик и основатель отечественного востоковедения; татарские и башкирские полки, проявившие мужество в Отечественной войне 1812 года; офицеры и кавалеристы Императорской армии кавказских и тюркских народов, которые сражались под российским знаменем, оставаясь верны своей культуре и своей религии.
Россия изначально формировалась как многонациональное государство, где разные народы сохраняли свою идентичность, участвуя в общем государственном проекте. Поэтому присяга на Коране - не символ «разделения», а естественная часть исторического опыта многонациональной державы.
Событие в Нью-Йорке - это не про религиозную экспансию. Это про право человека подтвердить свои обязанности так, как предписывает его вера. И если смотреть на вещи зрелым взглядом, становится понятно: то, что сегодня воспринимается некоторыми как «новшество», Россия прошла несколько веков назад. Многонациональная страна сильна именно тогда, когда каждый гражданин может служить честно - оставаясь собой.
Далее я вам расскажу, как все это происходило в царской России)
В США человек вправе приносить присягу на том, что считает священным - Библии, Коране, Торе или просто на Конституции. Это нормальная, законная и давно устоявшаяся форма выражения свободы совести. Америка не делит граждан по вероисповеданию в момент их вступления в должность, и присяга на Коране там - не вызов обществу, а возможность человека честно подтвердить обязательства в соответствии со своей верой.
Если обратиться к истории России, то подобная практика вовсе не чужда нашей государственности. После присоединения Казани и Астрахани в XVI веке народы Поволжья и Кавказа, исповедующие ислам, приносили присягу Ивану Грозному именно на Коране. Эту форму клятвы использовали башкирские роды, татары, кавказские общества. Позднее, уже в эпоху Российской Империи, мусульманские офицеры и солдаты официально присягали на Коране, и это считалось естественным проявлением их искренности и ответственности. Российская армия и государственный аппарат включали в себя мусульман без каких-либо попыток «унифицировать» религиозные практики.
История России знает множество выдающихся мусульман, внёсших вклад в развитие государства: генерал Пётр Гулиев, один из героев Кавказских кампаний; Баязит Бикчурин - дипломат, академик и основатель отечественного востоковедения; татарские и башкирские полки, проявившие мужество в Отечественной войне 1812 года; офицеры и кавалеристы Императорской армии кавказских и тюркских народов, которые сражались под российским знаменем, оставаясь верны своей культуре и своей религии.
Россия изначально формировалась как многонациональное государство, где разные народы сохраняли свою идентичность, участвуя в общем государственном проекте. Поэтому присяга на Коране - не символ «разделения», а естественная часть исторического опыта многонациональной державы.
Событие в Нью-Йорке - это не про религиозную экспансию. Это про право человека подтвердить свои обязанности так, как предписывает его вера. И если смотреть на вещи зрелым взглядом, становится понятно: то, что сегодня воспринимается некоторыми как «новшество», Россия прошла несколько веков назад. Многонациональная страна сильна именно тогда, когда каждый гражданин может служить честно - оставаясь собой.
Далее я вам расскажу, как все это происходило в царской России)
👍9🔥6❤2🙏2👏1
Часть 1.
Продолжая тему исторической нормы присяги на Коране, необходимо понимать, что российская государственность формировалась не как мононациональная конструкция, а как система, в которую естественным образом входили десятки народов со своей верой, традициями и обрядами. Именно поэтому ислам, его институты, его нормы и его обрядовые формы присутствовали в российском правовом поле задолго до появления Соединённых Штатов в нынешнем виде.
История присяги в России отражает это особенно наглядно. В Своде военных постановлений 1869 года прямо указывалось: солдат приносит клятву перед Богом «на кресте Спасителя и святом Евангелии», но тут же следовало уточнение - представители иных вероисповеданий присягают на своём священном Писании, на своём языке и в присутствии своего духовного лица. Это не воспринималось как уступка или компромисс. Это был государственный подход: уважение к религиозной традиции укрепляет верность, а вера делает клятву непреложной.
Так было и в XVI веке, когда при Иване Грозном Казанское и Астраханское ханства вошли в состав Российского государства. Мусульмане Поволжья приносили клятву на Коране. В архивах сохранились документы, где указано, что «Куран татарский, на чом приводят татар к шерти» находился в Посольском приказе наряду с государевыми грамотами. В одном из таких экземпляров золотом был выписан аят о верности Аллаху, который должен был произносить присягающий. Это - часть русской истории, а не заимствование.
В этом экземпляре золотом выписан 91-й аят суры «Ан-Нахль» - аят, который читали мусульмане, клянясь в верности московскому государю:
«Выполните обещание Аллаху, которое вы дали.
Не нарушайте клятв после того, как вы скрепите их, ведь вы сделали Аллаха своим поручителем.
Поистине, Аллах знает обо всём, что вы делаете.»
(Коран, 16:91 - смысловой перевод)
Этот текст был выбран не случайно. Он подчёркивал главное: для мусульманина клятва - это не формальность, а нравственное обязательство перед Богом. И царская власть это прекрасно понимала. Поэтому присяга на Коране была не жестом вежливости, а инструментом настоящей службы и верности.
Татарская конница служила в войсках Ивана Грозного; башкирские роды присоединялись к Москве, принося клятву на Коране; в XVII веке татары и русские в одном отряде вступали в ополчение Минина и Пожарского - не по религии, а по гражданской позиции. В Смутное время за единство страны стояли люди самых разных конфессий, и линия раздела проходила не между православными и мусульманами, а между сторонниками российского государства и его противниками.
Продолжая тему исторической нормы присяги на Коране, необходимо понимать, что российская государственность формировалась не как мононациональная конструкция, а как система, в которую естественным образом входили десятки народов со своей верой, традициями и обрядами. Именно поэтому ислам, его институты, его нормы и его обрядовые формы присутствовали в российском правовом поле задолго до появления Соединённых Штатов в нынешнем виде.
История присяги в России отражает это особенно наглядно. В Своде военных постановлений 1869 года прямо указывалось: солдат приносит клятву перед Богом «на кресте Спасителя и святом Евангелии», но тут же следовало уточнение - представители иных вероисповеданий присягают на своём священном Писании, на своём языке и в присутствии своего духовного лица. Это не воспринималось как уступка или компромисс. Это был государственный подход: уважение к религиозной традиции укрепляет верность, а вера делает клятву непреложной.
Так было и в XVI веке, когда при Иване Грозном Казанское и Астраханское ханства вошли в состав Российского государства. Мусульмане Поволжья приносили клятву на Коране. В архивах сохранились документы, где указано, что «Куран татарский, на чом приводят татар к шерти» находился в Посольском приказе наряду с государевыми грамотами. В одном из таких экземпляров золотом был выписан аят о верности Аллаху, который должен был произносить присягающий. Это - часть русской истории, а не заимствование.
В этом экземпляре золотом выписан 91-й аят суры «Ан-Нахль» - аят, который читали мусульмане, клянясь в верности московскому государю:
«Выполните обещание Аллаху, которое вы дали.
Не нарушайте клятв после того, как вы скрепите их, ведь вы сделали Аллаха своим поручителем.
Поистине, Аллах знает обо всём, что вы делаете.»
(Коран, 16:91 - смысловой перевод)
Этот текст был выбран не случайно. Он подчёркивал главное: для мусульманина клятва - это не формальность, а нравственное обязательство перед Богом. И царская власть это прекрасно понимала. Поэтому присяга на Коране была не жестом вежливости, а инструментом настоящей службы и верности.
Татарская конница служила в войсках Ивана Грозного; башкирские роды присоединялись к Москве, принося клятву на Коране; в XVII веке татары и русские в одном отряде вступали в ополчение Минина и Пожарского - не по религии, а по гражданской позиции. В Смутное время за единство страны стояли люди самых разных конфессий, и линия раздела проходила не между православными и мусульманами, а между сторонниками российского государства и его противниками.
👍3🔥2🙏2❤1
Часть 2.
Российская Империя только укрепила этот подход. Екатерина II не просто разрешила строительство мечетей - она инициировала государственное издание Корана, создала Оренбургский магометанский духовный собор - фактически управленческий центр российского ислама. В армии для горцев-мусульман содержались мечети и имамы, поскольку государство считало невозможным требовать присягу, не уважая религиозных норм присягающего. Мусульманские солдаты официально клали два пальца на Коран - это была регламентированная процедура Российской Империи.
Даже в XX веке, когда проводились самые жёсткие антирелигиозные кампании, ислам оставался фактором, который власть неизбежно учитывала. А в годы Великой Отечественной войны государство вынуждено было вернуть религиозные формы присяги и дисциплины - потому что реальная мотивация бойца всегда исходит из того, что он считает священным.
Эта история демонстрирует: Россия никогда не была государством одной религии. Она была государством долга, служения и верности, возможных только в многонациональном обществе. Именно поэтому присяга на Коране - не исключение из правил, а историческая норма, закреплённая веками.
Сегодня многие говорят о «мусульманском вопросе», однако реальная история показывает: он решался успешно тогда, когда государство уважало ислам, изучало его и взаимодействовало с ним как с равноправной традицией. Россия становилась сильнее, когда принимала свою многонациональность как ресурс, а не как проблему.
Мусульмане веками жили бок о бок с Россией, служили ей и оставались верны присяге. Это не эпизод, а непрерывная линия российской истории. Достаточно вспомнить легендарную «Дикую дивизию», которая в Первую мировую войну внушала ужас противнику и при этом безусловно держала присягу Императору. Вспомнить горцев-мусульман, служивших в личном конвое государя: им официально разрешались молитвы, пятничные освобождения от службы, присутствие имамов - и именно они считались самыми преданными охранниками царской семьи. История знает и другое: после расформирования конвоя-мусульман, охранявшего монарха, государь был убит - и в документах того времени это признавалось стратегической ошибкой.
Сегодня же парадоксальным образом некоторые паблики пытаются представить ислам как нечто «чужое» для России, забывая, что именно мусульманские народы столетиями составляли часть её военной опоры, участвовали в войнах, расширяли границы, служили в администрации и укрепляли государственные институты. Это не инородное тело - это органический пласт российской истории, без которого наша страна не стала бы тем государством, которое существует сегодня.
Российская Империя только укрепила этот подход. Екатерина II не просто разрешила строительство мечетей - она инициировала государственное издание Корана, создала Оренбургский магометанский духовный собор - фактически управленческий центр российского ислама. В армии для горцев-мусульман содержались мечети и имамы, поскольку государство считало невозможным требовать присягу, не уважая религиозных норм присягающего. Мусульманские солдаты официально клали два пальца на Коран - это была регламентированная процедура Российской Империи.
Даже в XX веке, когда проводились самые жёсткие антирелигиозные кампании, ислам оставался фактором, который власть неизбежно учитывала. А в годы Великой Отечественной войны государство вынуждено было вернуть религиозные формы присяги и дисциплины - потому что реальная мотивация бойца всегда исходит из того, что он считает священным.
Эта история демонстрирует: Россия никогда не была государством одной религии. Она была государством долга, служения и верности, возможных только в многонациональном обществе. Именно поэтому присяга на Коране - не исключение из правил, а историческая норма, закреплённая веками.
Сегодня многие говорят о «мусульманском вопросе», однако реальная история показывает: он решался успешно тогда, когда государство уважало ислам, изучало его и взаимодействовало с ним как с равноправной традицией. Россия становилась сильнее, когда принимала свою многонациональность как ресурс, а не как проблему.
Мусульмане веками жили бок о бок с Россией, служили ей и оставались верны присяге. Это не эпизод, а непрерывная линия российской истории. Достаточно вспомнить легендарную «Дикую дивизию», которая в Первую мировую войну внушала ужас противнику и при этом безусловно держала присягу Императору. Вспомнить горцев-мусульман, служивших в личном конвое государя: им официально разрешались молитвы, пятничные освобождения от службы, присутствие имамов - и именно они считались самыми преданными охранниками царской семьи. История знает и другое: после расформирования конвоя-мусульман, охранявшего монарха, государь был убит - и в документах того времени это признавалось стратегической ошибкой.
Сегодня же парадоксальным образом некоторые паблики пытаются представить ислам как нечто «чужое» для России, забывая, что именно мусульманские народы столетиями составляли часть её военной опоры, участвовали в войнах, расширяли границы, служили в администрации и укрепляли государственные институты. Это не инородное тело - это органический пласт российской истории, без которого наша страна не стала бы тем государством, которое существует сегодня.
👍9❤4🔥3⚡2❤🔥1💩1🖕1😈1🙉1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Всем доброго утра! Вот такое утреннее настроение) Это когда ты смирился с тем, что в этом мире все не так как тебе бы хотелось! Сплошной хаос, попеременно меняется гармонией!
😁13🤣7❤5💯1💔1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
🐀 «Крысный король»
В европейских музеях до сих пор хранят банки со спиртом, где под стеклом лежат спутанные комки крысиных хвостов. Это следствие паники: когда стая оказывается в тесноте, хвосты склеиваются грязью, кровью и страхом. И чем сильнее каждая пытается вырваться, тем крепче затягивается общий узел. Финал предсказуем - так устроена физика выживания.
В Средние века такие находки считали предвестниками бед. И недаром: «крысиного короля» видели только там, где плотность среды превышала предел. Природа как будто говорила: «пространства стало слишком мало». Любая скученность - биологическая, эмоциональная или социальная - всегда создаёт напряжение.
Самая жестокая ирония в том, что никакого «короля» там нет. Это не вождь и не лидер. Это самый беспомощный узел внутри массы. Он не может двигаться, не может охотиться, не может жить самостоятельно. Он существует только пока его тянет и кормит окружающая группа. Это не власть - это полная потеря самостоятельности.
Современный человек легко попадает в похожие конструкции. Кредиты, долги, ожидания, страх выделиться, страх сказать «нет», обязательства, в которых давно нет смысла - всё это постепенно переплетает людей в плотные социальные узлы. И нередко человек думает, что он «часть команды», хотя на деле просто застрял в коллективном движении, не принадлежащем ему самому.
Единственный способ не стать частью чужого узла - сохранять внутреннюю дистанцию. Стоики ( философская школа Древней Греции и Рима, которая учила жить с внутренним стержнем в мире, который невозможно контролировать.) называли это «цитаделью». Сегодня это называют личной опорой. Как только ты позволяешь себя втягивать в чужие эмоции, чужие конфликты, чужие игры и чужие планы - ты теряешь собственный вектор.
И дальше всё развивается по одному сценарию: узел становится настолько плотным, что его уже невозможно распутать. Его можно только уничтожить, потому что система не умеет чинить то, что построено на страхе, хаосе и зависимостях.
И главный вопрос, который каждый задаёт себе в какой-то момент:
Ты способен выйти из чужих связок, даже если это будет больно, или тебе комфортнее оставаться частью тёплого, но гнилого клубка, где никто ни за что не отвечает?
В европейских музеях до сих пор хранят банки со спиртом, где под стеклом лежат спутанные комки крысиных хвостов. Это следствие паники: когда стая оказывается в тесноте, хвосты склеиваются грязью, кровью и страхом. И чем сильнее каждая пытается вырваться, тем крепче затягивается общий узел. Финал предсказуем - так устроена физика выживания.
В Средние века такие находки считали предвестниками бед. И недаром: «крысиного короля» видели только там, где плотность среды превышала предел. Природа как будто говорила: «пространства стало слишком мало». Любая скученность - биологическая, эмоциональная или социальная - всегда создаёт напряжение.
Самая жестокая ирония в том, что никакого «короля» там нет. Это не вождь и не лидер. Это самый беспомощный узел внутри массы. Он не может двигаться, не может охотиться, не может жить самостоятельно. Он существует только пока его тянет и кормит окружающая группа. Это не власть - это полная потеря самостоятельности.
Современный человек легко попадает в похожие конструкции. Кредиты, долги, ожидания, страх выделиться, страх сказать «нет», обязательства, в которых давно нет смысла - всё это постепенно переплетает людей в плотные социальные узлы. И нередко человек думает, что он «часть команды», хотя на деле просто застрял в коллективном движении, не принадлежащем ему самому.
Единственный способ не стать частью чужого узла - сохранять внутреннюю дистанцию. Стоики ( философская школа Древней Греции и Рима, которая учила жить с внутренним стержнем в мире, который невозможно контролировать.) называли это «цитаделью». Сегодня это называют личной опорой. Как только ты позволяешь себя втягивать в чужие эмоции, чужие конфликты, чужие игры и чужие планы - ты теряешь собственный вектор.
И дальше всё развивается по одному сценарию: узел становится настолько плотным, что его уже невозможно распутать. Его можно только уничтожить, потому что система не умеет чинить то, что построено на страхе, хаосе и зависимостях.
И главный вопрос, который каждый задаёт себе в какой-то момент:
Ты способен выйти из чужих связок, даже если это будет больно, или тебе комфортнее оставаться частью тёплого, но гнилого клубка, где никто ни за что не отвечает?
❤6⚡2👍2🔥2💯2
На 60-м году жизни скончался бывший нападающий сборных Таджикистана и России Мухсин Мухамадиев. Об этом сообщает ТАСС.
Мухсин Мухамадалиев умер вечером 1 января после продолжительной болезни. В ноябре прошлого года экс-футболист попал в реанимацию и находился в тяжелом состоянии. За несколько лет до этого он перенес несколько инсультов.
Мухамадиев начал профессиональную карьеру в душанбинском "Памире", где провел семь сезонов и стал победителем Первой лиги чемпионата СССР. Затем он выступал за московский "Локомотив" (1992–1993), а также за сборную Таджикистана. В 1995 году он провел единственный матч за сборную России — в отборе к Евро-1996 против Фарерских островов.
Одним из главных этапов его карьеры стал переход в московский "Спартак", с которым он стал чемпионом России. С 1996 по 1997 год Мухамадиев выступал за нижегородский "Локомотив" в высшей лиге. Позднее он играл в разных футбольных клубах, а затем стал тренером. С 2003 по 2008 год он возглавлял подольский "Витязь", а затем перешел в казанский "Рубин", где работал спортивным директором. Вместе с клубом он дважды становился чемпионом России (2008, 2009) и выиграл Кубок страны в сезоне 2011/12.
Позднее он возглавлял сборную Таджикистана (2013–2015), тренировал местные клубы, а также работал в казахстанском "Ордабасы". Кроме того, занимал посты вице-президента и директора в ряде таджикских команд.
Редакция НИА "Нижний Новгород" выражает соболезнования родным Мухсина Муслимовича Мухамадиева.
Мухсин Мухамадалиев умер вечером 1 января после продолжительной болезни. В ноябре прошлого года экс-футболист попал в реанимацию и находился в тяжелом состоянии. За несколько лет до этого он перенес несколько инсультов.
Мухамадиев начал профессиональную карьеру в душанбинском "Памире", где провел семь сезонов и стал победителем Первой лиги чемпионата СССР. Затем он выступал за московский "Локомотив" (1992–1993), а также за сборную Таджикистана. В 1995 году он провел единственный матч за сборную России — в отборе к Евро-1996 против Фарерских островов.
Одним из главных этапов его карьеры стал переход в московский "Спартак", с которым он стал чемпионом России. С 1996 по 1997 год Мухамадиев выступал за нижегородский "Локомотив" в высшей лиге. Позднее он играл в разных футбольных клубах, а затем стал тренером. С 2003 по 2008 год он возглавлял подольский "Витязь", а затем перешел в казанский "Рубин", где работал спортивным директором. Вместе с клубом он дважды становился чемпионом России (2008, 2009) и выиграл Кубок страны в сезоне 2011/12.
Позднее он возглавлял сборную Таджикистана (2013–2015), тренировал местные клубы, а также работал в казахстанском "Ордабасы". Кроме того, занимал посты вице-президента и директора в ряде таджикских команд.
Редакция НИА "Нижний Новгород" выражает соболезнования родным Мухсина Муслимовича Мухамадиева.
TACC
Любили и ценили. Что известно о бывшем футболисте "Спартака" Мухамадиеве
Мухамадиев скончался 1 января в возрасте 59 лет
❤4🕊3🔥2😭1
Forwarded from СОЛОВЬЁВ
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🌚2❤1🤯1
Forwarded from Дневник иранского журналиста🇮🇷
/#США #Венесуэла /
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
😱2
Печально, если это правда! Так легко, предать и сдать!
🤔2💔2💯1
Американский президент официально объявляет об аресте президента Венесуэлы Николас Мадуро, его супруги и их депортации за пределы страны. Если эта информация подтверждена и зафиксирована на государственном уровне США, мы имеем дело с исключительным прецедентом в современной мировой политике - фактическим силовым устранением действующего главы суверенного государства без объявления войны и без международного мандата.
Речь идёт не о санкциях, не о дипломатическом давлении и не о признании альтернативной власти, а о прямом применении силы против руководства другой страны. По сути, это демонстрация новой модели: не воевать с государством в классическом смысле, а обезглавливать его управленческую вертикаль, выводя лидера, его семью и ближайшее окружение за пределы страны. Если это действительно произошло, то международное право в его прежнем виде можно считать окончательно размытым.
Формальный повод известен давно: обвинения против Николаса Мадуро, выдвинутые США ещё в 2020 году по линии наркоторговли. Тогда эти обвинения рассматривались как инструмент политического давления и санкционной войны. Сегодня, судя по заявлениям, они стали юридическим обоснованием силового действия. Это важный момент: правовая риторика используется для легитимации того, что по факту является операцией внешнего вмешательства.
Особенно показательно молчание или пассивная реакция сил, которые формально отвечали за безопасность венесуэльского руководства. В таких ситуациях всегда возникает ключевой вопрос: что произошло внутри страны до момента ареста. Подобные операции невозможны без либо полного коллапса системы безопасности, либо внутренних договорённостей, либо прямого предательства элит. История знает множество примеров: государства не падают от внешнего удара, если их внутренний контур остаётся лояльным.
Если подтвердится, что операция проведена быстро, без масштабных боевых действий и разрушений, это означает демонстрацию новой логики силового давления. Не «ковровые бомбардировки», не затяжная война, а точечный захват управленческого центра. Это дёшево, эффективно и показательно - прежде всего как сигнал другим режимам. В этом смысле речь идёт не столько о Венесуэле, сколько о послании всему миру.
Отдельно стоит отметить геополитический контекст. Венесуэла - союзник Ирана, России и партнёр Китая, страна с крупнейшими в мире разведанными запасами нефти. И если сценарий силового устранения главы государства реализован без серьёзной реакции этих игроков, это будет означать резкий сдвиг баланса сил и понимания допустимого в мировой политике. Не исключено, что мы наблюдаем результат кулуарных договорённостей, а не «чистую» силовую акцию.
Заявления со стороны Дональд Трамп (если именно он выступил инициатором и публичным лицом этого решения) укладываются в давно известную для США логику: ничего личного, только интересы. Ресурсы, контроль, устранение неугодных режимов - всё это подаётся под риторикой борьбы с преступностью и защиты демократии. Мораль в таких операциях всегда вторична.
Именно в этом контексте особенно точно звучат слова афганского полевого командира сопротивления Шейх Абдулла Аззам, который говорил: «При защите своих земель держите десять пуль в пистолете: одну - для захватчиков и девять - для предателей». Эти слова не о насилии как таковом, а о холодном понимании реальности: внешнее вмешательство почти всегда становится возможным только тогда, когда внутри страны разрушена система лояльности и доверия.
Если информация об аресте и депортации Мадуро подтверждена официально, мы имеем дело с новым этапом глобальной политики, где суверенитет перестаёт быть гарантией, а личная безопасность лидера напрямую зависит от степени внутренней устойчивости и внешних договорённостей. Это опасный прецедент - не потому, что он касается конкретной страны, а потому что он меняет правила игры для всех.
Мир всё быстрее движется к модели, где государства разрушают не фронтами, а кнопками, списками, ордерами и точечными операциями. И главный урок здесь прост: внешний враг никогда не страшнее внутреннего распада.
Речь идёт не о санкциях, не о дипломатическом давлении и не о признании альтернативной власти, а о прямом применении силы против руководства другой страны. По сути, это демонстрация новой модели: не воевать с государством в классическом смысле, а обезглавливать его управленческую вертикаль, выводя лидера, его семью и ближайшее окружение за пределы страны. Если это действительно произошло, то международное право в его прежнем виде можно считать окончательно размытым.
Формальный повод известен давно: обвинения против Николаса Мадуро, выдвинутые США ещё в 2020 году по линии наркоторговли. Тогда эти обвинения рассматривались как инструмент политического давления и санкционной войны. Сегодня, судя по заявлениям, они стали юридическим обоснованием силового действия. Это важный момент: правовая риторика используется для легитимации того, что по факту является операцией внешнего вмешательства.
Особенно показательно молчание или пассивная реакция сил, которые формально отвечали за безопасность венесуэльского руководства. В таких ситуациях всегда возникает ключевой вопрос: что произошло внутри страны до момента ареста. Подобные операции невозможны без либо полного коллапса системы безопасности, либо внутренних договорённостей, либо прямого предательства элит. История знает множество примеров: государства не падают от внешнего удара, если их внутренний контур остаётся лояльным.
Если подтвердится, что операция проведена быстро, без масштабных боевых действий и разрушений, это означает демонстрацию новой логики силового давления. Не «ковровые бомбардировки», не затяжная война, а точечный захват управленческого центра. Это дёшево, эффективно и показательно - прежде всего как сигнал другим режимам. В этом смысле речь идёт не столько о Венесуэле, сколько о послании всему миру.
Отдельно стоит отметить геополитический контекст. Венесуэла - союзник Ирана, России и партнёр Китая, страна с крупнейшими в мире разведанными запасами нефти. И если сценарий силового устранения главы государства реализован без серьёзной реакции этих игроков, это будет означать резкий сдвиг баланса сил и понимания допустимого в мировой политике. Не исключено, что мы наблюдаем результат кулуарных договорённостей, а не «чистую» силовую акцию.
Заявления со стороны Дональд Трамп (если именно он выступил инициатором и публичным лицом этого решения) укладываются в давно известную для США логику: ничего личного, только интересы. Ресурсы, контроль, устранение неугодных режимов - всё это подаётся под риторикой борьбы с преступностью и защиты демократии. Мораль в таких операциях всегда вторична.
Именно в этом контексте особенно точно звучат слова афганского полевого командира сопротивления Шейх Абдулла Аззам, который говорил: «При защите своих земель держите десять пуль в пистолете: одну - для захватчиков и девять - для предателей». Эти слова не о насилии как таковом, а о холодном понимании реальности: внешнее вмешательство почти всегда становится возможным только тогда, когда внутри страны разрушена система лояльности и доверия.
Если информация об аресте и депортации Мадуро подтверждена официально, мы имеем дело с новым этапом глобальной политики, где суверенитет перестаёт быть гарантией, а личная безопасность лидера напрямую зависит от степени внутренней устойчивости и внешних договорённостей. Это опасный прецедент - не потому, что он касается конкретной страны, а потому что он меняет правила игры для всех.
Мир всё быстрее движется к модели, где государства разрушают не фронтами, а кнопками, списками, ордерами и точечными операциями. И главный урок здесь прост: внешний враг никогда не страшнее внутреннего распада.
✍4🔥4❤3💔1
«Когда империи не ведут переговоры: урок Занзибара для XXI века»
27 августа 1896 года Британская империя за 38 минут уничтожила Занзибар. Не из-за территории или народа и даже не из-за войны в классическом смысле. Причина была одна - нарушена иерархия. Новый султан занял трон без одобрения Лондона. Он рассчитывал на переговоры, на дипломатию, на время. Империя времени не дала. Был выдвинут ультиматум - и сразу приведён в исполнение. Флот открыл огонь, дворец превратился в руины, сотни погибших - и ноль сомнений в результате. Это была не битва, а демонстрация принципа.
Империи не объясняют. Они показывают.
Занзибар стал уроком для всего мира конца XIX века: если у тебя есть сила, ты не угрожаешь годами. Ты действуешь сразу. Султан бежал, власть была переписана, вопрос закрыт. Никто не обсуждал мораль, международное право или гуманизм. Все обсуждали одно - эффективность.
Сегодня мы наблюдаем ту же логику, но в современном исполнении. США действуют не как «гарант демократии», а как классическая империя поздней стадии: быстро, точечно, без лишних слов. Не фронтами, не затяжными войнами, а через устранение управленческого центра. Если лидер становится проблемой - проблема убирается. Остальное догонит.
Именно поэтому сегодняшние события вызывают такое напряжение. Потому что это не про конкретную страну. Это про сигнал. США жёстко и публично пояснили миру: правила существуют до тех пор, пока они удобны центру силы. Суверенитет - не щит, если за ним нет реальной способности его защищать. Союзники - не гарантия, если они не готовы вмешиваться здесь и сейчас.
Мы часто говорим, что мир изменился. Нет. Изменилась упаковка. Суть осталась прежней. Империя не ведёт бесконечных переговоров с теми, кого не считает равным. Она либо интегрирует, либо стирает. Всё остальное - паузы между решениями.
Самая опасная иллюзия современности - вера в то, что время работает на слабого. История Занзибара показала обратное: время - ресурс сильного. Он решает, когда ультиматум становится действием.
И главный вопрос сегодня не в том, кто следующий. Главный вопрос - кто понял этот урок, а кто продолжает думать, что можно годами обсуждать то, что в реальности решается одним нажатием кнопки.
Империи не объясняют свою правоту.
Они просто фиксируют результат.
27 августа 1896 года Британская империя за 38 минут уничтожила Занзибар. Не из-за территории или народа и даже не из-за войны в классическом смысле. Причина была одна - нарушена иерархия. Новый султан занял трон без одобрения Лондона. Он рассчитывал на переговоры, на дипломатию, на время. Империя времени не дала. Был выдвинут ультиматум - и сразу приведён в исполнение. Флот открыл огонь, дворец превратился в руины, сотни погибших - и ноль сомнений в результате. Это была не битва, а демонстрация принципа.
Империи не объясняют. Они показывают.
Занзибар стал уроком для всего мира конца XIX века: если у тебя есть сила, ты не угрожаешь годами. Ты действуешь сразу. Султан бежал, власть была переписана, вопрос закрыт. Никто не обсуждал мораль, международное право или гуманизм. Все обсуждали одно - эффективность.
Сегодня мы наблюдаем ту же логику, но в современном исполнении. США действуют не как «гарант демократии», а как классическая империя поздней стадии: быстро, точечно, без лишних слов. Не фронтами, не затяжными войнами, а через устранение управленческого центра. Если лидер становится проблемой - проблема убирается. Остальное догонит.
Именно поэтому сегодняшние события вызывают такое напряжение. Потому что это не про конкретную страну. Это про сигнал. США жёстко и публично пояснили миру: правила существуют до тех пор, пока они удобны центру силы. Суверенитет - не щит, если за ним нет реальной способности его защищать. Союзники - не гарантия, если они не готовы вмешиваться здесь и сейчас.
Мы часто говорим, что мир изменился. Нет. Изменилась упаковка. Суть осталась прежней. Империя не ведёт бесконечных переговоров с теми, кого не считает равным. Она либо интегрирует, либо стирает. Всё остальное - паузы между решениями.
Самая опасная иллюзия современности - вера в то, что время работает на слабого. История Занзибара показала обратное: время - ресурс сильного. Он решает, когда ультиматум становится действием.
И главный вопрос сегодня не в том, кто следующий. Главный вопрос - кто понял этот урок, а кто продолжает думать, что можно годами обсуждать то, что в реальности решается одним нажатием кнопки.
Империи не объясняют свою правоту.
Они просто фиксируют результат.
🤔1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Ну что, по Мадуро вопросов становится всё больше, а ответов - всё меньше 😏
Если убрать эмоции и включить холодную логику, происходящее выглядит слишком гладко, чтобы быть случайностью. Союзник России, Китая и Ирана оказался «обезврежен» без масштабного сопротивления, без уличных боёв, без серьёзных потерь у американцев. Ни одного сбитого вертолёта. Ни одного эпизода, который бы напоминал реальное сопротивление.
Для сравнения: в Ираке пастухи умудрялись сбивать «Апачи» из подручных средств. В Газе тот же самый спецназ, имея технологическое превосходство, был вынужден уходить с потерями - и это против людей в тапочках, без авиации, без ПВО, без регулярной армии. Почему? Потому что там было за что сражаться. За землю, за будущее детей, за сам факт жизни.
А здесь - нефть, ресурсы, деньги и… тишина.
И поневоле начинаешь задаваться вопросом: как так?
Жаль лишь Мадуро. Похоже, он искренне верил в тех, кто должен был его защищать.
Невольно вспоминается история времён Наполеона. Когда французская армия захватила Египет, великий командир Мухаммад Карим сопротивлялся оккупации до конца. Его пленили и приговорили к смерти. Наполеон, уважая его мужество, предложил выкуп - десять тысяч золотых монет. Карим ответил, что торговцы должны ему гораздо больше. Наполеон дал отсрочку.
Карим вышел на рынок - в кандалах, под охраной оккупантов - надеясь на тех, ради кого жертвовал собой. Но торговцы не только не помогли, они обвинили его в разрушении города и собственных убытках. Он вернулся ни с чем.
Наполеон сказал ему:
«Я казню тебя не за то, что ты сражался с нами, а за то, что ты пожертвовал жизнью ради трусливого народа, для которого торговля важнее свободы».
Позже Мухаммад Рашид Рида сформулировал это ещё точнее:
«Тот, кто восстаёт ради невежественного общества, подобен человеку, который поджигает своё тело, чтобы осветить дорогу слепому».
Возвращаясь к Венесуэле.
Куда смотрели службы безопасности?
И главный вопрос - куда денется весь арсенал: российский, китайский, иранский? Такое количество оружия не исчезает само по себе. Оно обязательно всплывёт - вопрос лишь где и в чьих руках.
Либо мы наблюдаем редкий пример идеально выстроенной спецоперации, либо - и это выглядит куда правдоподобнее - большие дядьки договорились за закрытыми дверями.
Невольно вспоминаются слова Жириновского в его фирменном стиле:
«Венесуэлу - Америке, Украину - России». Тогда смеялись. Сегодня уже не до смеха. Как ни крути, аналитик он был от Бога - слишком многое, сказанное им, начинает сбываться.
Пока всё это похоже на шахматную партию, где пешек убрали без шума, а настоящие ходы ещё впереди. Скоро станет ясно, кто что получил - и кого где «забыли».
Очень хочется верить, что Россию в этой истории не кинули. Но ощущение, если честно, крайне странное.
Пока - только вопросы и предположения. Продолжаем наблюдать 🍿
Если убрать эмоции и включить холодную логику, происходящее выглядит слишком гладко, чтобы быть случайностью. Союзник России, Китая и Ирана оказался «обезврежен» без масштабного сопротивления, без уличных боёв, без серьёзных потерь у американцев. Ни одного сбитого вертолёта. Ни одного эпизода, который бы напоминал реальное сопротивление.
Для сравнения: в Ираке пастухи умудрялись сбивать «Апачи» из подручных средств. В Газе тот же самый спецназ, имея технологическое превосходство, был вынужден уходить с потерями - и это против людей в тапочках, без авиации, без ПВО, без регулярной армии. Почему? Потому что там было за что сражаться. За землю, за будущее детей, за сам факт жизни.
А здесь - нефть, ресурсы, деньги и… тишина.
И поневоле начинаешь задаваться вопросом: как так?
Жаль лишь Мадуро. Похоже, он искренне верил в тех, кто должен был его защищать.
Невольно вспоминается история времён Наполеона. Когда французская армия захватила Египет, великий командир Мухаммад Карим сопротивлялся оккупации до конца. Его пленили и приговорили к смерти. Наполеон, уважая его мужество, предложил выкуп - десять тысяч золотых монет. Карим ответил, что торговцы должны ему гораздо больше. Наполеон дал отсрочку.
Карим вышел на рынок - в кандалах, под охраной оккупантов - надеясь на тех, ради кого жертвовал собой. Но торговцы не только не помогли, они обвинили его в разрушении города и собственных убытках. Он вернулся ни с чем.
Наполеон сказал ему:
«Я казню тебя не за то, что ты сражался с нами, а за то, что ты пожертвовал жизнью ради трусливого народа, для которого торговля важнее свободы».
Позже Мухаммад Рашид Рида сформулировал это ещё точнее:
«Тот, кто восстаёт ради невежественного общества, подобен человеку, который поджигает своё тело, чтобы осветить дорогу слепому».
Возвращаясь к Венесуэле.
Куда смотрели службы безопасности?
И главный вопрос - куда денется весь арсенал: российский, китайский, иранский? Такое количество оружия не исчезает само по себе. Оно обязательно всплывёт - вопрос лишь где и в чьих руках.
Либо мы наблюдаем редкий пример идеально выстроенной спецоперации, либо - и это выглядит куда правдоподобнее - большие дядьки договорились за закрытыми дверями.
Невольно вспоминаются слова Жириновского в его фирменном стиле:
«Венесуэлу - Америке, Украину - России». Тогда смеялись. Сегодня уже не до смеха. Как ни крути, аналитик он был от Бога - слишком многое, сказанное им, начинает сбываться.
Пока всё это похоже на шахматную партию, где пешек убрали без шума, а настоящие ходы ещё впереди. Скоро станет ясно, кто что получил - и кого где «забыли».
Очень хочется верить, что Россию в этой истории не кинули. Но ощущение, если честно, крайне странное.
Пока - только вопросы и предположения. Продолжаем наблюдать 🍿
🔥5🙏3🕊2
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Суд над Саддамом Хусейном стал символом конца эпохи.
Это был момент, когда власть - некогда абсолютная - впервые оказалась полностью беззащитной перед приговором. В зале суда стояла тишина, нарушаемая лишь голосом судьи, когда прозвучали слова, которые уже тогда понимались как исторические: «Смертная казнь через повешение».
Для одних это был акт справедливости.
Для других - спорный и болезненный финал сложной эпохи. Но для всего мира этот процесс стал напоминанием: никакая власть не вечна, и история всегда находит способ поставить точку - даже там, где кажется, что точек быть не может.
Этот суд вошёл в хронику начала XXI века не только как юридическая процедура, но как политический и цивилизационный этап. И даже спустя годы видеокадры того процесса вызывают ощущение холода - не из-за приговора, а из-за самого факта: человека, который десятилетиями определял судьбу региона, судили те, кого он считал временными.
И здесь возникает важное ощущение, которое сложно игнорировать. Глядя на эти кадры, создаётся впечатление, что судят не его - а он судит их. Его ответы, его поза, его спокойствие не выглядят как поведение сломленного человека. Это скорее поведение человека, который уже вынес собственный приговор происходящему.
Парадокс истории в том, что те, кто формально выступал судьями, в сознании значительной части иракцев со временем стали восприниматься как предатели, а сам Саддам - как мученик и символ утраченного суверенитета. Вопрос лишь времени, когда в Ираке начнётся новый виток национального самосознания и переосмысления собственной истории.
Саддам Хусейн был противоречивой фигурой. Жёсткой. Безусловно, авторитарной. Но в одном ему нельзя отказать - он действовал как государственный лидер, исходя из логики силы и чести. Именно он нанёс по Израилю 39 ракет, заявив арабским странам: «Если вы мужчины - нанесите сорок». Ни одна из стран этого не сделала. Для многих в арабском мире этот эпизод до сих пор воспринимается как акт символического возмездия за унижение и геноцид палестинцев - вне зависимости от оценки самого режима.
История редко бывает однозначной. Она не делится на чёрное и белое. Она беспощадна к тем, кто проиграл, но ещё беспощаднее - к тем, кто решил, что победил навсегда.
Саддама Хусейна казнили.
Но его образ - как символ эпохи, сопротивления и утраченного суверенитета - продолжает жить. А значит, этот суд ещё не закончен. Он просто перешёл из зала заседаний - в коллективную память.
И история, как показывает практика, всегда возвращается к тем делам, которые были закрыты слишком быстро.
Это был момент, когда власть - некогда абсолютная - впервые оказалась полностью беззащитной перед приговором. В зале суда стояла тишина, нарушаемая лишь голосом судьи, когда прозвучали слова, которые уже тогда понимались как исторические: «Смертная казнь через повешение».
Для одних это был акт справедливости.
Для других - спорный и болезненный финал сложной эпохи. Но для всего мира этот процесс стал напоминанием: никакая власть не вечна, и история всегда находит способ поставить точку - даже там, где кажется, что точек быть не может.
Этот суд вошёл в хронику начала XXI века не только как юридическая процедура, но как политический и цивилизационный этап. И даже спустя годы видеокадры того процесса вызывают ощущение холода - не из-за приговора, а из-за самого факта: человека, который десятилетиями определял судьбу региона, судили те, кого он считал временными.
И здесь возникает важное ощущение, которое сложно игнорировать. Глядя на эти кадры, создаётся впечатление, что судят не его - а он судит их. Его ответы, его поза, его спокойствие не выглядят как поведение сломленного человека. Это скорее поведение человека, который уже вынес собственный приговор происходящему.
Парадокс истории в том, что те, кто формально выступал судьями, в сознании значительной части иракцев со временем стали восприниматься как предатели, а сам Саддам - как мученик и символ утраченного суверенитета. Вопрос лишь времени, когда в Ираке начнётся новый виток национального самосознания и переосмысления собственной истории.
Саддам Хусейн был противоречивой фигурой. Жёсткой. Безусловно, авторитарной. Но в одном ему нельзя отказать - он действовал как государственный лидер, исходя из логики силы и чести. Именно он нанёс по Израилю 39 ракет, заявив арабским странам: «Если вы мужчины - нанесите сорок». Ни одна из стран этого не сделала. Для многих в арабском мире этот эпизод до сих пор воспринимается как акт символического возмездия за унижение и геноцид палестинцев - вне зависимости от оценки самого режима.
История редко бывает однозначной. Она не делится на чёрное и белое. Она беспощадна к тем, кто проиграл, но ещё беспощаднее - к тем, кто решил, что победил навсегда.
Саддама Хусейна казнили.
Но его образ - как символ эпохи, сопротивления и утраченного суверенитета - продолжает жить. А значит, этот суд ещё не закончен. Он просто перешёл из зала заседаний - в коллективную память.
И история, как показывает практика, всегда возвращается к тем делам, которые были закрыты слишком быстро.
💔4👍3🔥1🕊1😭1