Одновременно с этим проходит сейчас (или готовится) выставка Аны Мендиеты, которая должна посмотреть на нее не только как на жертву

https://www.everythingishorrible.net/p/femicide-is-a-political-act-of-terror

а вот хорошая рецензия

Получается, что последние месяцы окрашены вопросом о связи академии и убийства. Ардай, сейчас Элен. В одном случае системное расовое показательное убийство, где Кембридж играет одну из решающий ролей. В случае вокруг убийства Ритман - расстворение жизни в институте высшей нормальной школы.

Это возвращает меня к мыслям о Мане. Смерть на публике в результате убийства, которое санкционировано и репрезентировано модерностью - я имею в виду многие картины, но в частности, мертвый тореро.

Или бал-маскарад в опере: есть мужчины победители, которые стоят на крови убитых, они респектабельны и выбирают женщин как военные трофеи, а художник - в клоунском костюме, поднимает руку вверх и запечатлевает сцену как картину, репрезентацию, по ту сторону насилия.

как фемицид или расовое убийство стоит в основании порядка представления?
Часть стратегии власти состоит в том, чтобы другие люди смотрели, понимали все, делали выводы и молча приняли эту власть. Это часть террора как стратегии.

Террор и Институт.

Художник в клоунском костюме — это важнейшее противоречие, которое делает искусство Мане центральным: он одновременно свидетель и соучастник, он «по ту сторону насилия», но именно его жест (поднятая рука, кисть) делает насилие видимым и, парадоксально, приемлемым. Мы говорим: это искусство, ах какая картина, ах какое искусство, но здесь надо указать - стойте дольше, стойте перед этим дальше пока из углов сознание не перейдет в центр сам убийственный механизм искусства в конкретных исторических условиях

Но здесь и Сент-Анн куда привезли Альтюссера после убийства, и чуть дальше Луначарский и большевики здесь жили (то есть все темы недели на одной улице) и это жуткое соседство.
Психогеография

Завтра встреча с Мишей - обсудим ИИ с разных сторон. Считайте это будет продолжение того стрима, где мы обсуждали текст Нойса про смерть акселерационизма. В связи с ИИ как раз стали говорить о переосмыслении.

Сегодня в 15:00 по Парижу встречаемся с беседой про ии: ссылка будет в чате и у меня в лс по запросу

богословский “канон”Клоссовски: Марк Теренций Варрон, Гермес Трисмегист, наряду с Садом и Ницше - генеалогия у Клоссовски идёт не через XIX век вообще, а скорее через фигуры на грани язычества и раннего христианства (отцы церкви — Тертуллиан, Августин, которых он переводил), выстроенные в линию, ведущую к тому, как поздний языческий мир “рассеивается” в христианскую догму, а потом у Ницше и Сада — снова прорывается наружу.

Тоже самое у Уилиама Блейка - он показывал, что ранние христиане не выстраивали иерархии дух-душа-тело, а настаивали, что это одно и то же - отсюда идея "дыханий" - телесных дуновений или "импульсов".

Точное место у Блейка, — это “Бракосочетание Рая и Ада” (1790–93), пластина 4, “Глас Дьявола”: там он прямо формулирует три “заблуждения” всех священных текстов — что у человека есть два отдельно существующих начала, тело и душа; что энергия (зло) идёт только от тела, а разум (добро) только от души; что Бог будет карать за следование энергиям. И даёт три “истинных противоположности”: “Человек не имеет Тела, отличного от Души” — то, что называют телом, есть часть души, воспринимаемая пятью чувствами; “Энергия есть единственная жизнь, и она исходит от Тела”; “Энергия есть вечное наслаждение”. Опора у него именно библейская, но взятая против позднейшей теологической надстройки: цитата из Бытия 2:7 — Господь вылепил человека из праха и “вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душою живою” — то есть человек не получает душу как отдельную субстанцию, вложенную в тело, а становится живой душой именно через дыхание в теле. Это древнееврейская, монистическая антропология (нефеш как целостное живое существо, а не “душа в теле”), которую позже перекрыла греческая, платоновская тройственная схема — дух/душа/тело как иерархия, где дух выше, тело ниже, — вошедшая в христианство через александрийскую и патристическую традицию.

Древние Поэты одушевляли все ощутимые объекты Богами или Гениями… и наконец они заявили, что это Боги так распорядились вещами. Так люди забыли, что все божества обитают в человеческой груди


Уилиам Блейк

Одна из самых центральных идей состоит в том, что марксистские понятия вроде труда, отчуждения, стоимости, класса происходят не в социальном пространстве репрезентации, а на уровне телесных импульсов. Я действительно могу назвать только две фигуры, кто осознал это радикально - это Пресиадо и Маккензи Уорк.

Причем в случае Уорк, ее марксизм (хакерский и информационный) был еще отделен от проблематики тела (он был нелибидинальный, что для марксизма - основа заблуждения), но после перехода появляется измерение синтеза либидинального марксизма в практике.

И Пресиадо, и Маккензи Уорк не цитируют напрямую клоссовски, но они строятся на Фуко и Делезе, которые построены на интерпретации Клоссовски. Но то, что мне удалось обнаружить - так это то, что у Клоссовски это выявлено наиболее полно и в наибольшем согласии между марксизмом и либидо (это гипотеза которую надо проверять).

Что еще происходит? Тексты современного ренессанса либидинальной экономики наполовину представляют собой подлог. Потому что о либидинальной экономике говорят лаканисты. Они перекодируют ее из своей рамки, которая идет от Жижека (Гегель, негативность, означающее, нехватка) - это гегеленизация, и у нойса это гегеленизация. Правый уклон. Например сборник global libidinal economy

Радикальность либидинальной экономики строится действительно на до-репрезентационной энергии и ее экономике - кроме Клоссовски я бы назвал Райха и Маркузе и даже может быть немного Юнга, Делеза в определенной анти-темной версии.

Нехватка безусловно есть, но она производна от энергии изначальной, а не первична.

Но одновременно я могу зафиксировать некое коллапсирование - я перестал видеть разницу между либидо, влечением и более общим словом - энергии (energies)

вчера на бульваре Араго прошел мимо галереи: "маленький добрый дьявол"

ссылка в чате! собираемся

Повседневность создала иллюзию очевидности и доступности искусственного интеллекта – каждый имеет хотя бы общее представление о нем. Но задается ли кто-то вопросом, что здесь подразумевается под интеллектом и в каком значении он искусственный?

Йожи Столет считает, что эти фундаментальные вопросы должны предварять любую критику или апологию нейросетей. На лекции «Краткая история искусственных интеллектов, или борьба за язык», прочитанной в «Киноре», она предложила поискать ответы в прошлом человеческой способности рефлексировать и воображать. «Пилигрим» подготовил расшифровку записи, из которой можно узнать, чем ситуация XXI века напоминает V век до н.э., чего боится Славой Жижек и сколько альтер-эго есть у нейросетей.

[Искусственный интеллект] находится в экспериментальном состоянии – так же, как когда-то находились в экспериментальном состоянии сети, ставшие мощным бустом новых коммуникаций, бывшие полными новых надежд и новых страхов. Теперь же наш интернет похож на привычную, скучную реальность <…>. Со временем, как я предполагаю, нейросети тоже начнут преображаться, вполне допустимо, не в лучшую сторону. Может быть, они и сейчас находятся не в лучшем состоянии, но пока заметны развилки, по которым может пойти их развитие. Очевидно, будут продолжаться попытки «оседлать» технологическую стихию, в том числе с помощью гуманитарных наук. Ведь гуманитарная мысль не отличается мужественностью и призвана выражать беспокойство перед новым.

Читать

У Ларса Банг Ларсена, который изучает психоделию и кибернетику как практики сопротивления, скоро выйдет большое исследование про наркотические эксперименты в Веймаре 1920ых - это должно стать предысторией и подпиткой для кислотно-коммунистического интернационала.