Сам я хожу к аналитику и на предыдущей встрече проблема фашизма была интересно сведена к одному образу - усы.

усы Ницше - усы Гитлера.
Сам я шутил когда-то, что принцип воли к власти выражен в непомерном разрастании усов. Я даже выводил понятие траты Батая из этого)

короче щас пока буду выкладывать левых анти-ницшеанцев, наиболее новые. Потом буду выкладывать тот же срач о Ницше но в феминизме, проницшеанский феминизм и анти-ницшеанский, потом выложу центристов (такие тоже есть).

Вот книга Иригарэ, тоже центральная для наших будущих встреч.
Ницше молодец, что разьебал философию засчет тела, но не молодец, что тело так и остается абстрактной силой, поэтому феминизм о конкретных телах. Отсюда же критика Делеза и тела без органов и становления-женщиной - это все еще абстракции.
И второе - мужскому культу солнца у Ницше противопоставляется морское... но это только то, на что я сделал акцент, там много интересного

Решил посмотреть, что Ланд называет гиперрасизмом (это поздние тексты после 2019 года) - сейчас Ланд специально учит тому, что называется "калибровочная двусмысленность" - то что мы раньше называли постмодернистским заигрыванием, которое нормализует фашизм, но потом говорит, что это шутка или несерьезно или это "ради панка", еще есть типа "ради свободы слова".
двусмысленность работает как своего рода троянский конь, позволяющий содержанию просачиваться в более широкий дискурс.

Здесь важно как кибернетика оказывается сцеплена с биологией и формирует акселерационистский взгляд на селективный отбор - идея апробируется, потом повторяется и нормализуется и затем становится частью отчужденной статистики

Это прямая стратегия по захвату власти и обращению новичков в неореакционном движении.

Мы были свидетелями как правые использовали мемы и аффективную логику социальных сетей, но сейчас я наблюдаю новый виток борьбы. Мемную войну левую проиграли (либо включились в нее очень поздно, об этом книга why left can't meme). Тут сбоку сразу скажу, что то, что левые проигрывают - я не считаю что это "плохо" или это говорит об отсталости или еще чем-то - я предлагаю вообще деконструировать идеи победы/поражения как результат натурализации неолиберальной оптики. Да, левые проигрывают и проигрывают часто, но как не парадоксально (диалектично???) это не означает ничего фатального, а скорее наоборот.
В общем мемная война как мне кажется уходит в 2010ые, а сейчас можно говорить о некоей новой стадии, которая началась с развития llm логик. Это - когнитивная война, на уровне логик распределенного мышления. Естественно в авангарде правого движения идет Кремль, поэтому мы слышали новости о том, что ведется работа по обучению ии на кремлевской пропаганде - это следующий шаг после кремлевских троллей.

Если просто говорить, то мы переходим с кибернетики аффектов в сторону кибернетического построения способов мыслить и это новый этап, который должен быть осознан как новый этап классовой борьбы в том числе.

Ник Ланд сделал с Делезом и Гваттари то, что новые правые в 70ые сделали с Грамши - это переориентация революционной силы в силы контр-революционные. Для этого необходимо, чтобы силы детерриторизации соединились в фигуре тиранической. Именно тирания - управление хаосом за счет харизматического лидерства определяет популизм. Это не авторитаризм и не диктатура, а именнно тирания.

Диктатура институциональна, тогда как тирания делает персону (Путин, Трамп) интерфейсом хаоса:
Он не возвращает общество к прежнему порядку; напротив, он обещает управлять кризисом, ускорением и распадом, представляя себя единственным субъектом, способным их выдержать.
Тирания - это не просто произвол правителя, а особый режим, где:
• кризис превращается в постоянную политическую среду;
• сложные социальные процессы сводятся к воле одного лица;
• лидер присваивает себе функцию интерпретации хаоса;
• аффективное единство заменяет институциональное посредничество;
• разрушение старых связей подаётся как доказательство силы нового вождя.

Тираническое по господство такого типа связано с психопатией: структуры заботы и эмпатии должны быть уничтожены и заменены на постоянное присутствие смерти.
Я называю эту либидинальную конфигурацию оледенением, эмоции уходят, на их месте остается лед (ICE) и белизна, это психопатическая педагогика - тирания приучает не чувствовать.

Поэтому человек оледеневший становится все более detached, от собственного тела, от эмоциональной жизни. Потому что аффект, как мы читаем у Спинозы, всегда может быть условием бунта - когда малые аффекты собираются в эротику протеста. Чтобы лишить возможности революцию на онтологическом уровне, нужно, чтобы за тираном люди повторяли психопатические черты. Это происходит через телесную мимикрию, маску садизма на лице.

Узнал, что у Штокгаузена есть теория, которую я искал как пуантилистическую онтологию в музыке. Это теория точечной музыки:

техника композиции второй половины XX века, разновидность тотальной сериальности, при которой музыкальная ткань строится из изолированных звуковых «точек».[wikipedia +1]
• Звук понимается как отдельная единица, «пересечение различных функциональных возможностей в данной точке» (П. Булез, 1954).[wikipedia]
• Каждый тон получает собственные значения из шкал высоты, длительности, динамики и характера атаки, что ведёт к «усилению индивидуализации отдельных тонов».[wikipedia]
• Термин изначально введён Штокхаузеном и Гербертом Аймертом (иногда также «звёздная музыка») и ретроспективно применён к музыке Веберна и Мессиана (например, Mode de valeurs et d’intensités, 1949).[wikipedia +1]
Штокхаузен и punktuelle Musik
Штокхаузен характеризовал свои ранние сочинения 1951–1953 годов как punktuelle Musik — «пунктурную»/«точечную» музыку, состоящую из независимых звуковых форм, не подчинённых единой тематической или мотивной логике.[unesp +2]
Ключевые положения его подхода:
• Единица формы — отдельный звук (der einzelne Ton). Композиция строится от звука к звуку, без «надстроечных» формальных концепций.[unesp +1]
• Тотальная сериализация параметров: каждому звуку присваиваются независимые серии значений по высоте, длительности, динамике, атаке/тембру. Это создаёт «равноправие всех индивидуальных элементов».[livejournal +1]
• Отказ от повторности мотивно-тематических элементов: Штокхаузен радикально отвергает традиционное экспонирование и развитие тем, стремясь к обновлению музыкального языка через изоляцию и разнообразие отдельных тонов.[wikireading]
Хронологически пуантилистский период у Штокхаузена открывается Kreuzspiel («Перекрёстная игра», 1951) и продолжается в Klavierstücke I–IV, Punkte («Пункты»), Kontra-punkte («Контра-пункты», 1953).[unesp +3]
От пуантилизма к групповой композиции
Важно, что сам Штокхаузен довольно быстро пришёл к критике «безразличного равноправия» пуантилизма и начал переходить к групповой композиции (Gruppenkomposition), где звуки объединяются в более крупные структурные единицы.[opentextnn]
• В Kontra-punkte (1953) уже реализуется идея «растворения различного и отдельного в едином»: происходит переход от «точечного» типа письма к «групповому», сглаживание контрастов динамики, темпа, ритма и тембра.[musicscholar]
• Аймерт описывал ткань Kontra-punkte как «напряжённое поле звуков, которые поначалу кажутся изолированными, а затем связываются [в восприятии] в статичную структуру».[bigenc]
• Из опыта пуантилизма, ведущего к «энтропии структурных связей», Штокхаузен извлекает урок и создаёт многопараметрическую структуру, связанную общими пропорциями и предполагающую новый тип восприятия.[musicscholar]
Таким образом, пуантилизм у Штокхаузена — не конечная доктрина, а генетическая стадия: лаборатория тотальной сериальности, из которой вырастают его последующие концепции (момент-форма, процесс-композиция, формульная композиция).

Сейчас думаю о том, что сгенерированный контент ИИ входит в логику дюшановского расширения искусства, где акт переходит от привязки и самоотождествления с кантианской эстетикой к когнитивной модели выбора и редактирования. В данном случае важна идея Терри Де Дюва о том, что начиная с импрессионизма и индустриального изобретения тюбиков стандартизированной краски - мы можем уже говорить о разворачивании логики реди-мейда.

Однако, восприятие чего-то как реди-мейда идет рука об руку с сознательным вынесением за скобки того факта, что когда-то это было чьим-то трудом - семпл был изначально записан кем-то, писсуар произведен рабочим.

Обращая внимание на феминистскую критику ИИ, можно сказать, что ии-агенты смоделированы для восполнения аффективного и обслуживающего труда (секретарши, медсестры), который сочетает заботу и организацию с теплым отношением. Теперь эти аффективные паттерны воспринимаются как режим -мейды. При этом смещается видимость тех, кто обучает модели (они учатся благодаря труду очень часто женскому с глобального юга).

На примере ии-агентов мы видим как протезированное мышление (редактура промта) неразрывно связано с определенной эмоциональной культурой (льстивость или деловой стиль, или доверительность).

Можно наверное сказать, что меняется коммутирование очуждения и эксплуатации. вся медиация и инфраструктура меняется.

как на уровне машинного монтажа мы можем сшивать различные измерения и куски, чтобы сталкивать и приводить к сообщению то, что сейчас в системе останься разнесенным?
Кажется, что это именно тот момент, когда следует перепрочитать понятие Джеймисона о когнитивной картографии

Вот программа моего курса по психомузеологии! всех очень жду, будет интересно!

Через час эфир по Кьеркегору!

из теории современного искусства я больше всего жду эту книгу от Версо :

Marina Vishmidt, Infrastructure Critique: Contemporary Art between Reproduction and Abolition

и еще - pelin tan - forms of non-belonging

архив с художниками и художницами по поводу изгнания, вынужденной миграции и как это связано со стратегиями педагогики, созданием мерцающих форм общности. Там есть интересная концепция "воображение выживания"

по журналистскому расследованию выяснилось, что за травлей ардая стоит журнал апория. это переименованный нацистский журнал pioneer funds

Питер Тиль выстроил связи с ключевыми фигурами этой сети — с профессором Кембриджа Джеймсом Орром, через которого направил пожертвование университету, с кругом Орра в Кембридже, с онлайн-журналом Quillette, публиковавшим атаки на Ардая, и напрямую с Натаном Кофнасом и старшим редактором Aporia Ноа Карлом. Ранее, в 2021 году, уже были сообщения о том, что Тиль якобы «тайно финансировал» Quillette около 2016 года (это отрицал редактор Лехманн).
именно Орр первым кто открыл Aporia путь в мейнстримную национал-консервативную политику — журнал благодарил его за «организацию и приглашение» на саммит NatCon 2023 года, документируя его прямую роль в предоставлении расовой псевдонауке доступа к высокопоставленным политикам. На саммите присутствовали Suella Braverman и Michael Gove.


То есть это прямо в Кэмбридже развернута структура

https://t.me/+nTGKq-tQt4xhOGZi

вот чат канала - подписывайтесь и там ссылка

через 5-10 минут начинаем

Timofei Gerber - Revisiting Adorno’s “Jargon of Authenticity”

One of the difficulties in approaching the Jargon of Authenticity is that it is written as a reaction to a specific tendency within German thought, particularly the existentialism of the 1920s and 30’s, and its revival in the 50’s and 60’s. The original title, Jargon der Eigentlichkeit, as a direct reference to Heidegger’s Being and Time, points both to the rhetoric and ideology of this tendency. Yet, Adorno’s text doesn’t primarily target Heidegger, but rather his imitators, who adopt his terminology without the philosophical originality of his thought which Adorno does not overlook. Heidegger’s role within the Jargon of Authenticity is nevertheless ambivalent, as his idealisation of the rural and archaic, as much as his exaltation of singular words, feed such vulgarisations. After all, Heidegger is also guilty of clouding such Germanic and rather untranslatable words like Geborgenheit (shelteredness), Anruf (appeal), Begegnung (encounter), Anliegen (concern) in a mystified aura. The rhetorical function of using the apparent archaism of language to uncover the true meaning of words directly relates to a philosophical conception of truth as something that has to be rediscovered after being ‘buried’ by modernity (as Dasein needed to be retraced from the wrong tracks of ontology in Being and Time). Concepts of authenticity are marked precisely by such lines of argument, by rhetorics of return and rediscovery. It is the political aspect of such ideas that interested Adorno, the functions that such reasoning fulfils. Today, once again, even though the political landscape has drastically changed, the jargon of authenticity reappears in a wide array of discourses, from nationalism to environmentalism, but also in the rising popularity of such schools of thought as existentialism, stoicism, Buddhism, and other practices of ‘mindfulness’. The jargon needs to be uncovered within the new context.

https://epochemagazine.org/26/revisiting-adornos-jargon-of-authenticity-1964/

Подключаемся на лекцию Андрея по Кьеркегору!