Обзор книги: Personality-Guided Cognitive-Behavioral Therapy — Paul R. Rasmussen
Эта книга стала для меня была важным открытием.
В повседневной практике мы часто работаем не столько с симптомом, сколько с устойчивым стилем личности клиента — пусть и не достигающим порога расстройства. Именно такие индивидуальные особенности могут определять, почему стандартные КПТ-интервенции дают ограниченный эффект, почему клиент избегает реальных изменений, или почему терапия застревает на определённой стадии.
Rasmussen предлагает модель, в которой КПТ-интервенции интегрируются с теорией личности Теодора Миллона. Это не психопатология, а адаптационная модель, рассматривающая личность как набор стратегий, сформированных для решения четырёх ключевых задач выживания:
• существование (pleasure–pain): стремление к удовольствию и избеганию боли,
• адаптация (active–passive): выбор стратегии воздействия на среду,
• репликация (self–other): предпочтение себя или других в построении связей,
• абстрагирование (cognitive mode): стиль обработки информации.
Эти дихотомии формируют устойчивые личностные стили — например, ригидно-контролирующий, избегающий, зависимый, нарциссический — которые не всегда достигают уровня расстройства, но критически влияют на терапевтический процесс.
📌 В книге вы найдёте:
• системную схему клинической формулировки с учётом личностных паттернов;
• рекомендации по адаптации КПТ-интервенций к разным стилям (тревожный, перфекционистский, нарциссический и др.);
• подход к выбору техник и темпа терапии с учётом мотивации, саморефлексии, толерантности к фрустрации;
• описание возможных трудностей в терапевтическом альянсе, в зависимости от личностного профиля клиента;
• различие между характерологической устойчивостью и ситуативной реактивностью — важное для профилактики рецидивов.
💡 Один из клинических примеров — клиент с выраженным перфекционистским стилем, интеллектуально хорошо усваивающий концепции КПТ, но хронически избегающий поведенческих изменений. Стандартные поведенческие активации не срабатывали, пока терапевт не сдвинул фокус на ригидность мышления и страх утраты контроля. Вместо борьбы с симптомом депрессии терапия стала про исследование адаптационного паттерна. Такой подход помог преодолеть сопротивление и выйти на траекторию изменений.
Интеграция выглядит органично: модель Миллона не заменяет КПТ, а задаёт контекст, в котором когниции, эмоции и поведение обретают глубину и предсказуемость. Это не новая школа, а способ персонализировать терапию.
Рекомендую для продвинутых КПТ-терапевтов, особенно в работе с хронической симптоматикой, эмоциональной ригидностью, рецидивами и субклинической характерологической дисфункцией. Книга не даёт протокола — она даёт карту, как делать терапию гибкой, глубокой и индивидуальной.
Эта книга стала для меня была важным открытием.
В повседневной практике мы часто работаем не столько с симптомом, сколько с устойчивым стилем личности клиента — пусть и не достигающим порога расстройства. Именно такие индивидуальные особенности могут определять, почему стандартные КПТ-интервенции дают ограниченный эффект, почему клиент избегает реальных изменений, или почему терапия застревает на определённой стадии.
Rasmussen предлагает модель, в которой КПТ-интервенции интегрируются с теорией личности Теодора Миллона. Это не психопатология, а адаптационная модель, рассматривающая личность как набор стратегий, сформированных для решения четырёх ключевых задач выживания:
• существование (pleasure–pain): стремление к удовольствию и избеганию боли,
• адаптация (active–passive): выбор стратегии воздействия на среду,
• репликация (self–other): предпочтение себя или других в построении связей,
• абстрагирование (cognitive mode): стиль обработки информации.
Эти дихотомии формируют устойчивые личностные стили — например, ригидно-контролирующий, избегающий, зависимый, нарциссический — которые не всегда достигают уровня расстройства, но критически влияют на терапевтический процесс.
📌 В книге вы найдёте:
• системную схему клинической формулировки с учётом личностных паттернов;
• рекомендации по адаптации КПТ-интервенций к разным стилям (тревожный, перфекционистский, нарциссический и др.);
• подход к выбору техник и темпа терапии с учётом мотивации, саморефлексии, толерантности к фрустрации;
• описание возможных трудностей в терапевтическом альянсе, в зависимости от личностного профиля клиента;
• различие между характерологической устойчивостью и ситуативной реактивностью — важное для профилактики рецидивов.
💡 Один из клинических примеров — клиент с выраженным перфекционистским стилем, интеллектуально хорошо усваивающий концепции КПТ, но хронически избегающий поведенческих изменений. Стандартные поведенческие активации не срабатывали, пока терапевт не сдвинул фокус на ригидность мышления и страх утраты контроля. Вместо борьбы с симптомом депрессии терапия стала про исследование адаптационного паттерна. Такой подход помог преодолеть сопротивление и выйти на траекторию изменений.
Интеграция выглядит органично: модель Миллона не заменяет КПТ, а задаёт контекст, в котором когниции, эмоции и поведение обретают глубину и предсказуемость. Это не новая школа, а способ персонализировать терапию.
Рекомендую для продвинутых КПТ-терапевтов, особенно в работе с хронической симптоматикой, эмоциональной ригидностью, рецидивами и субклинической характерологической дисфункцией. Книга не даёт протокола — она даёт карту, как делать терапию гибкой, глубокой и индивидуальной.
❤31👍6🔥4
КПТ-терапевт? Проверь, эффективна ли твоя супервизия
«Хорошая» супервизия — тебе нравится. Эффективная — помогает клиентам, качает твои навыки и учит работать по КПТ так, как задумано.
Чек-лист «Да/Нет»
Отметь после каждой супервизии.
1. Мы обсуждали конкретных клиентов с чёткими целями на сессию.
2. Супервизор видел/слушал запись моей работы или присутствовал на сессии.
3. Я получил(а) точную обратную связь с примерами и тайм-кодами: что оставить, что изменить.
4. Мы запланировали конкретные шаги на следующую неделю (что сделать и когда).
5. Мы проверили, что я веду КПТ по структуре: повестка, домашнее задание, подведение итогов.
6. Мы разобрали ядро КПТ-техник для этого случая (сократические вопросы, реструктуризация, поведенческие эксперименты/экспозиции).
7. Мы потренировали навык в ролевой игре или на примере из записи.
8. У нас есть критерии навыков и понятная шкала: понимаю, на каком уровне я сейчас.
9. Мы смотрим измерения у клиента (шкалы, цели) и связываем их с моими действиями.
10. Обсудили риски и границы: безопасность, конфиденциальность, план вмешательства при обострении.
11. Супервизор помог подготовить сложную сессию (план, формулировки, шаги).
12. Напряжение или разногласия мы заметили и обсудили.
13. Учли культурные и языковые факторы клиента и мои ограничения.
14. По итогам встречи у меня есть краткий план: 1–2 действия + как мы проверим результат.
Красные флаги
• Только разговор «как прошло», без записей и практики.
• Хвалят/ругают в общем, без примеров.
• Нет плана на неделю, к следующей встрече не возвращаемся к договорённостям.
• Советуют методы, в которых супервизор не компетентен.
• Игнорируют границы, конфиденциальность, культуру.
• Частые переносы, нет регулярности.
Эффективная супервизия — это записи, практика, измерения, план, а не просто приятный разговор.
Вообще с супервизорами все грустно. Даже здесь в америке, часто от них не требуется проходить специализированное обучение. Если есть лицензия клинического психолога - ты уже можешь супервизировать под своей лицензией других.
Из требований - один курс в институте и несколько кредитов в течение года в рамках повышения квалификации.
НА ОСНОВЕ: https://www.barnesandnoble.com/w/clinical-supervision-carol-a-falender-phd/1137452467
ОСТАВЬТЕ В КОММЕНТРИИ
НАСКОЛЬКО ВАШ ОПЫТ С СУПЕРВИЗОРАМИ БЫЛ В ЦЕЛОМ ХОРОШИМ (НРАВИТСЯ) ИЛИ РЕАЛЬНО ЭФФЕКТИВНЫМ (ВИДЕЛИ РЕЗУЛЬТАТЫ)?
«Хорошая» супервизия — тебе нравится. Эффективная — помогает клиентам, качает твои навыки и учит работать по КПТ так, как задумано.
Чек-лист «Да/Нет»
Отметь после каждой супервизии.
1. Мы обсуждали конкретных клиентов с чёткими целями на сессию.
2. Супервизор видел/слушал запись моей работы или присутствовал на сессии.
3. Я получил(а) точную обратную связь с примерами и тайм-кодами: что оставить, что изменить.
4. Мы запланировали конкретные шаги на следующую неделю (что сделать и когда).
5. Мы проверили, что я веду КПТ по структуре: повестка, домашнее задание, подведение итогов.
6. Мы разобрали ядро КПТ-техник для этого случая (сократические вопросы, реструктуризация, поведенческие эксперименты/экспозиции).
7. Мы потренировали навык в ролевой игре или на примере из записи.
8. У нас есть критерии навыков и понятная шкала: понимаю, на каком уровне я сейчас.
9. Мы смотрим измерения у клиента (шкалы, цели) и связываем их с моими действиями.
10. Обсудили риски и границы: безопасность, конфиденциальность, план вмешательства при обострении.
11. Супервизор помог подготовить сложную сессию (план, формулировки, шаги).
12. Напряжение или разногласия мы заметили и обсудили.
13. Учли культурные и языковые факторы клиента и мои ограничения.
14. По итогам встречи у меня есть краткий план: 1–2 действия + как мы проверим результат.
Красные флаги
• Только разговор «как прошло», без записей и практики.
• Хвалят/ругают в общем, без примеров.
• Нет плана на неделю, к следующей встрече не возвращаемся к договорённостям.
• Советуют методы, в которых супервизор не компетентен.
• Игнорируют границы, конфиденциальность, культуру.
• Частые переносы, нет регулярности.
Эффективная супервизия — это записи, практика, измерения, план, а не просто приятный разговор.
Вообще с супервизорами все грустно. Даже здесь в америке, часто от них не требуется проходить специализированное обучение. Если есть лицензия клинического психолога - ты уже можешь супервизировать под своей лицензией других.
Из требований - один курс в институте и несколько кредитов в течение года в рамках повышения квалификации.
НА ОСНОВЕ: https://www.barnesandnoble.com/w/clinical-supervision-carol-a-falender-phd/1137452467
ОСТАВЬТЕ В КОММЕНТРИИ
НАСКОЛЬКО ВАШ ОПЫТ С СУПЕРВИЗОРАМИ БЫЛ В ЦЕЛОМ ХОРОШИМ (НРАВИТСЯ) ИЛИ РЕАЛЬНО ЭФФЕКТИВНЫМ (ВИДЕЛИ РЕЗУЛЬТАТЫ)?
❤11🤨7🔥2
Супервизия без иллюзий: что показывают опросы и что менять
О чём статистика
Данные отражают самооценки супервизируемых: насколько супервизия была хорошей (good), недостаточной или вредной.
Показатель «исключительная супервизия» — это верхняя граница good по удовлетворённости. Это не равно «эффективной» супервизии.
Определения (как в литературе)
• Good (хорошая). Супервизируемый доволен. Клиентские исходы не учитываются.
• Effective (эффективная). Показано влияние супервизии на исходы клиентов, фиделити модели или компетентность супервизируемого.
• Inadequate (недостаточная). Не отвечает задачам обучения; низкая удовлетворённость.
• Harmful (вредная). Наносит вред процессу, этике, обучению или повышает риски для клиентов.
Цифры
• Ирландия: недостаточная — 79,2%, вредная — 40,3% (Ellis et al., 2015).
• США: недостаточная — 69,5%, вредная — 25,2% (Ellis et al., 2015).
• За карьеру: недостаточная — 92,4% (Ирландия) и 86,4% (США); вредная — 51,7% и 39,7% (Ellis et al., 2015).
• «Исключительная текущая» (= верхний уровень good): 51% в Ирландии, 55% в США (Ellis et al., 2015).
• ЮАР (интернатура, n=92): негативные события — 45,6%; вредная — 26,19%; недостаточная — 73,81%; еженедельно — 22% (Hendricks & Cartwright, 2018).
• Южная Корея: частые конфликты по концептуализации, оценке компетентности, игнор влияния личных факторов; мало поддержки, руководства и подготовки к сессии (Bang & Goodyear, 2014).
Где ломается система
• Этика. Слабый мониторинг ухода и вмешательств; сбои конфиденциальности; негибкость к альтернативным взглядам; нарушения границ (расписание, приватность); разрешение методов вне компетенции супервизора. Это бьёт по альянсу (Ladany et al., 1999; Hansell, 2017; Wall, 2009).
• Лояльные оценки. Завышение «за симпатию» — нарушение (APA, 7.06b). На практикумах мало низких баллов (Price et al., 2017; Gonsalvez et al., 2017).
• Нет прямого наблюдения. Без него не дать поведенчески якорной обратной связи (Hansell, 2017).
• Культура и язык. Узкий набор, слабая поддержка разнообразия, дефицит культурной и языковой компетентности (Callahan et al., 2018; Borrego, 2018; Valencia-Garcia & Montoya, 2018).
Как перейти от «хорошей» к эффективной
Супервизору следует:
1. Наблюдать реальную практику: видео/аудио, сид-ин, ролевые игры.
2. Оценивать по критериям: фиделити к модели, компетентность по рубрикам, чек-листы навыков.
3. Мерить исходы клиентов: цели, симптоматика, качество жизни; фиксировать динамику.
4. Давать конкретную обратную связь: что видел, что сработало, что менять — с примерами.
5. Фиксировать риски и план развития: сроки, метрики, пересмотр.
6. Держать границы и конфиденциальность.
7. Работать с культурой и языком: адаптировать материалы; при нужде привлекать со-супервизию.
8. Прозрачно оценивать: исключить «мягкость»; документировать основания высоких баллов.
9. Укреплять альянс: замечать напряжения и делать ремонт отношений.
10. Разводить роли: супервизия ≠ консультация ≠ менторство; разные этические и правовые рамки (APA, 2014a, 2015b).
НЕВЕСЕЛАЯ СТАТИСТИКА КАК ПО МНЕ
КАК ВАМ?
ИСТОЧНИК. https://www.barnesandnoble.com/w/clinical-supervision-carol-a-falender-phd/1137452467
О чём статистика
Данные отражают самооценки супервизируемых: насколько супервизия была хорошей (good), недостаточной или вредной.
Показатель «исключительная супервизия» — это верхняя граница good по удовлетворённости. Это не равно «эффективной» супервизии.
Определения (как в литературе)
• Good (хорошая). Супервизируемый доволен. Клиентские исходы не учитываются.
• Effective (эффективная). Показано влияние супервизии на исходы клиентов, фиделити модели или компетентность супервизируемого.
• Inadequate (недостаточная). Не отвечает задачам обучения; низкая удовлетворённость.
• Harmful (вредная). Наносит вред процессу, этике, обучению или повышает риски для клиентов.
Цифры
• Ирландия: недостаточная — 79,2%, вредная — 40,3% (Ellis et al., 2015).
• США: недостаточная — 69,5%, вредная — 25,2% (Ellis et al., 2015).
• За карьеру: недостаточная — 92,4% (Ирландия) и 86,4% (США); вредная — 51,7% и 39,7% (Ellis et al., 2015).
• «Исключительная текущая» (= верхний уровень good): 51% в Ирландии, 55% в США (Ellis et al., 2015).
• ЮАР (интернатура, n=92): негативные события — 45,6%; вредная — 26,19%; недостаточная — 73,81%; еженедельно — 22% (Hendricks & Cartwright, 2018).
• Южная Корея: частые конфликты по концептуализации, оценке компетентности, игнор влияния личных факторов; мало поддержки, руководства и подготовки к сессии (Bang & Goodyear, 2014).
Где ломается система
• Этика. Слабый мониторинг ухода и вмешательств; сбои конфиденциальности; негибкость к альтернативным взглядам; нарушения границ (расписание, приватность); разрешение методов вне компетенции супервизора. Это бьёт по альянсу (Ladany et al., 1999; Hansell, 2017; Wall, 2009).
• Лояльные оценки. Завышение «за симпатию» — нарушение (APA, 7.06b). На практикумах мало низких баллов (Price et al., 2017; Gonsalvez et al., 2017).
• Нет прямого наблюдения. Без него не дать поведенчески якорной обратной связи (Hansell, 2017).
• Культура и язык. Узкий набор, слабая поддержка разнообразия, дефицит культурной и языковой компетентности (Callahan et al., 2018; Borrego, 2018; Valencia-Garcia & Montoya, 2018).
Как перейти от «хорошей» к эффективной
Супервизору следует:
1. Наблюдать реальную практику: видео/аудио, сид-ин, ролевые игры.
2. Оценивать по критериям: фиделити к модели, компетентность по рубрикам, чек-листы навыков.
3. Мерить исходы клиентов: цели, симптоматика, качество жизни; фиксировать динамику.
4. Давать конкретную обратную связь: что видел, что сработало, что менять — с примерами.
5. Фиксировать риски и план развития: сроки, метрики, пересмотр.
6. Держать границы и конфиденциальность.
7. Работать с культурой и языком: адаптировать материалы; при нужде привлекать со-супервизию.
8. Прозрачно оценивать: исключить «мягкость»; документировать основания высоких баллов.
9. Укреплять альянс: замечать напряжения и делать ремонт отношений.
10. Разводить роли: супервизия ≠ консультация ≠ менторство; разные этические и правовые рамки (APA, 2014a, 2015b).
НЕВЕСЕЛАЯ СТАТИСТИКА КАК ПО МНЕ
КАК ВАМ?
ИСТОЧНИК. https://www.barnesandnoble.com/w/clinical-supervision-carol-a-falender-phd/1137452467
❤8😢6🔥4💯3🥱2👍1
КПТ И ПСИХОАНАЛИЗ
На этой неделе задали читать Матте Бланко
Это психоаналитик чилийского происхождения, ученик Мелани Кляйн.
Его главная идея — модель bi-logic: психика работает в двух режимах одновременно.
Асимметрическая логика
это привычное мышление сознания.
Здесь учитываются различия: «часть ≠ целое», «прошлое ≠ настоящее», «я ≠ другой». Это область рационального, линейного, когнитивного процесса.
Симметрическая логика
это логика бессознательного.
Она стирает различия: часть = целое, одно событие = другое, прошлое = настоящее. Именно поэтому травматический опыт может переживаться как «вечно настоящий», а отношения с одним человеком переносятся на других.
Matte Blanco также подчёркивал: эмоции — это почти бесконечные множества, которые могут быть непереносимыми и «немыслимыми» (pure sensation). Задача терапии — помочь им «облечься в мысль» и стать осознаваемыми.
Каждая идея по-моему пересекается с КПТ:
Травматическая память.
В КПТ мы часто объясняем, что травматические воспоминания сохраняются «как будто в настоящем».
Matte Blanco дал для этого философскую рамку: симметрическая логика не различает «тогда» и «сейчас».
Когнитивные схемы.
В схемах искажённые убеждения часто проявляют «симметрическую» логику: «если один человек отверг, значит все отвергнут», «если я ошибся, я полностью неудачник». Это именно стирание различий.
Работа с эмоциями.
В КПТ мы учим клиента различать и называть эмоции, находить для них мысли.
У Matte Blanco — похожая идея: переводить «чистое ощущение» в осмысленное мышление.
Роль терапевта.
В КПТ мы часто работаем как «контейнер» для трудных мыслей и эмоций, помогая клиенту их структурировать.
У Matte Blanco — похожая задача: терапевт помогает пациенту «развернуть немыслимое», сделать из симметрического опыта более асимметричный, понятный.
А факультативно пришлось еще читать Витгенштейна.
Его идея о «невыразимом» (that which cannot be put into words) очень созвучна психоанализу, где мы сталкиваемся с переживаниями, которые ещё не обрели форму мысли и слова. Аналитики вроде Биона или Матте Бланко использовали его философский язык, чтобы описывать области психики, которые выходят за пределы сознательного и рационального.
Мне показалось очень важным, особенно когда работаем с травмой.
Иногда клиент переживает то, что словами описать невозможно.
Витгенштейн писал: «О чём нельзя говорить, о том следует молчать».
Matte Blanco добавлял, что первичные ощущения и эмоции могут быть настолько «симметричными» и бесконечными, что они буквально выходят за пределы мыслей и языка.
В терапии с травмой мы часто сталкиваемся с этим «невыразимым».
Клиент может замолчать, отвести взгляд, застыть. И хотя в КПТ мы привыкли структурировать сессии, использовать техники и когнитивные интервенции, именно здесь молчание становится инструментом. Не как пассивность, а как признание границ языка и уважение к опыту, который ещё не готов быть «облечён в мысль».
Для КПТ-терапевта молчание - не основная интервенция, но это напоминание: молчание — тоже техника.
Оно не заменяет реструктуризацию или экспозицию, но создаёт условия, в которых невысказанное может постепенно превратиться в то, что можно исследовать и переработать.
На этой неделе задали читать Матте Бланко
Это психоаналитик чилийского происхождения, ученик Мелани Кляйн.
Его главная идея — модель bi-logic: психика работает в двух режимах одновременно.
Асимметрическая логика
это привычное мышление сознания.
Здесь учитываются различия: «часть ≠ целое», «прошлое ≠ настоящее», «я ≠ другой». Это область рационального, линейного, когнитивного процесса.
Симметрическая логика
это логика бессознательного.
Она стирает различия: часть = целое, одно событие = другое, прошлое = настоящее. Именно поэтому травматический опыт может переживаться как «вечно настоящий», а отношения с одним человеком переносятся на других.
Matte Blanco также подчёркивал: эмоции — это почти бесконечные множества, которые могут быть непереносимыми и «немыслимыми» (pure sensation). Задача терапии — помочь им «облечься в мысль» и стать осознаваемыми.
Каждая идея по-моему пересекается с КПТ:
Травматическая память.
В КПТ мы часто объясняем, что травматические воспоминания сохраняются «как будто в настоящем».
Matte Blanco дал для этого философскую рамку: симметрическая логика не различает «тогда» и «сейчас».
Когнитивные схемы.
В схемах искажённые убеждения часто проявляют «симметрическую» логику: «если один человек отверг, значит все отвергнут», «если я ошибся, я полностью неудачник». Это именно стирание различий.
Работа с эмоциями.
В КПТ мы учим клиента различать и называть эмоции, находить для них мысли.
У Matte Blanco — похожая идея: переводить «чистое ощущение» в осмысленное мышление.
Роль терапевта.
В КПТ мы часто работаем как «контейнер» для трудных мыслей и эмоций, помогая клиенту их структурировать.
У Matte Blanco — похожая задача: терапевт помогает пациенту «развернуть немыслимое», сделать из симметрического опыта более асимметричный, понятный.
А факультативно пришлось еще читать Витгенштейна.
Его идея о «невыразимом» (that which cannot be put into words) очень созвучна психоанализу, где мы сталкиваемся с переживаниями, которые ещё не обрели форму мысли и слова. Аналитики вроде Биона или Матте Бланко использовали его философский язык, чтобы описывать области психики, которые выходят за пределы сознательного и рационального.
Мне показалось очень важным, особенно когда работаем с травмой.
Иногда клиент переживает то, что словами описать невозможно.
Витгенштейн писал: «О чём нельзя говорить, о том следует молчать».
Matte Blanco добавлял, что первичные ощущения и эмоции могут быть настолько «симметричными» и бесконечными, что они буквально выходят за пределы мыслей и языка.
В терапии с травмой мы часто сталкиваемся с этим «невыразимым».
Клиент может замолчать, отвести взгляд, застыть. И хотя в КПТ мы привыкли структурировать сессии, использовать техники и когнитивные интервенции, именно здесь молчание становится инструментом. Не как пассивность, а как признание границ языка и уважение к опыту, который ещё не готов быть «облечён в мысль».
Для КПТ-терапевта молчание - не основная интервенция, но это напоминание: молчание — тоже техника.
Оно не заменяет реструктуризацию или экспозицию, но создаёт условия, в которых невысказанное может постепенно превратиться в то, что можно исследовать и переработать.
❤28🔥15🕊4⚡1
Фрейд, эго-психология и Бек: как менялся язык описания психики
Почему это важно?
Потому что в психотерапии до сих пор спорят: где проходит граница между психоанализом и когнитивной терапией. На самом деле между ними больше преемственности, чем кажется.
Фрейд:
есть сознательное и бессознательное. Первичный процесс — образы, сны, импульсы. Вторичный процесс — логика и планирование. Вместе они создают ощущение единого «я».
Эго-психология:
добавила идею «конфликт-свободных функций эго». Внимание, память, мышление помогают адаптироваться и работают независимо от внутренних конфликтов.
Бек:
описал автоматические мысли и схемы. Мысли — спонтанные, часто на грани сознания. Схемы — глубже и задают привычные паттерны интерпретации. Сам Бек считал себя неофрейдистом и продолжателем эго-психологии, просто перевёл старые идеи на когнитивный язык.
Если упростить:
• Фрейд показал, что у психики есть уровни.
• Эго-психологи объяснили, что часть процессов работает «чисто», без конфликтов.
• Бек сказал то же самое, но на языке когниций: мысли и схемы — это новое название старых бессознательных процессов.
Итог: когнитивная терапия не враг психоанализа, а его модернизация под язык науки.
Не забывайте лайкать, если контент интересен, чтобы я писал больше подобных постов
Почему это важно?
Потому что в психотерапии до сих пор спорят: где проходит граница между психоанализом и когнитивной терапией. На самом деле между ними больше преемственности, чем кажется.
Фрейд:
есть сознательное и бессознательное. Первичный процесс — образы, сны, импульсы. Вторичный процесс — логика и планирование. Вместе они создают ощущение единого «я».
Эго-психология:
добавила идею «конфликт-свободных функций эго». Внимание, память, мышление помогают адаптироваться и работают независимо от внутренних конфликтов.
Бек:
описал автоматические мысли и схемы. Мысли — спонтанные, часто на грани сознания. Схемы — глубже и задают привычные паттерны интерпретации. Сам Бек считал себя неофрейдистом и продолжателем эго-психологии, просто перевёл старые идеи на когнитивный язык.
Если упростить:
• Фрейд показал, что у психики есть уровни.
• Эго-психологи объяснили, что часть процессов работает «чисто», без конфликтов.
• Бек сказал то же самое, но на языке когниций: мысли и схемы — это новое название старых бессознательных процессов.
Итог: когнитивная терапия не враг психоанализа, а его модернизация под язык науки.
Не забывайте лайкать, если контент интересен, чтобы я писал больше подобных постов
❤45👍17🔥9👎3🤔3💯3
СУПЕРВИЗИЯ, КОТОРОЙ МЫ ДОСТОЙНЫ
Сейчас некоторые супервизоры от меня отпишутся -))
Лучшие и худшие практикики супервизора: зачем это знать и что менять в практике
Коротко: понимание «что делает супервизора лучшим/худшим» — повод перестроить супервизию как профессиональную компетенцию, а не как беседу. Нужны регулярное обучение супервизоров, прозрачность процессов и опора на навыки, измеримые у терапевта и у клиента.
Принципы высокого качества
1. Обучение супервизоров. У супервизора есть специальная подготовка по супервизии; он ясно называет модель, в которой работает.
2. Договор и отношения. Есть письменный контракт: цели, роли, конфиденциальность, время. Вектор — к росту автономии супервизируемого.
3. Работа с реактивностью. Эмоциональная реактивность и контрперенос — зона навыка, а не «личное». Их замечают и обсуждают.
4. Культурная компетентность. Смирение, учёт интерсекциональности; влияние идентичностей клиента, терапевта и супервизора — в каждой фазе работы.
5. Прямая обратная связь. Регулярная, точечная, из прямого наблюдения (видео/аудио, «живые» просмотры). Цели ставятся по самооценке компетенций + наблюдениям супервизора. Супервизор сам принимает обратную связь.
6. Практика на месте. Ролевые игры, моделирование, этические разборы — не только разговор.
7. Отслеживание прогресса клиентов. Рутинные измерения в терапии влияют на план лечения и обсуждаются на супервизии.
8. Метакомпетентность. Супервизор показывает, чего не знает, и помогает развивать ту же установку у других.
9. Прозрачность. Дополнительные меры: обучение и апдейты по исследованиям, видеозапись самих сессий супервизии для разбора и обучения.
10. Среда поддержки. Многоуровневая поддержка для супервизоров любого уровня; атмосфера доброжелательности, надежды и роста.
11. Компетентностная рамка. Супервизия встроена в учебный план; его можно адаптировать под группу и уровень каждого обучающегося.
12. Профессионализм. Этика, знание права и его соблюдение моделируются на практике.
Быстрый чек-лист
• Составлен ли контракт супервизии: цели, правила, конфиденциальность, границы, формат обратной связи.
• Включает ли супервизор в работу обязательное прямое наблюдение (минимум один фрагмент записи на каждого клиента в месяц).
• Просит ли переходить от «обсуждений» к практике: хотя бы одно ролевое упражнение на встречу.
• Предлагал ли супервизор отслеживать исходов клиентов и связываем их с действиями терапевта.
• Собираете ли вы взаимную обратную связь: от супервизора и от супервизируемых.
• Рассказал ли супервизор какое обучение для супервизоров проходил (как его учили? на основании каких данных, разбор видео его супервизии).
• Просит ли уделять внимание культуре клиента при концептуализации случая: спрашивайте что учитываем, как корректируем вмешательства.
АВТОР КНИГИ ПРЕДЛАГАЕТ ПЕРЕХОДИТЬ К СОВРЕМЕННОЙ СУПЕРВИЗИИ ОТ НЕЭФФЕКТИВНЫХ ФОРМАТОВ
• Было: «говорим о случаях по памяти». → Стало: работаем по записям + короткие тайм-коды в обратной связи.
• Было: «советы без тренировки». → Стало: потренировали навык тут же, назначили домашнее задание.
• Было: «много общих слов, мало критериев». → Стало: рубрики компетенций и конкретные поведенческие якоря.
• Было: «сложно — значит не трогаем». → Стало: обсуждаем реактивность как часть компетентности.
Зачем это всё
• Меньше «вредной» и «недостаточной» супервизии.
• Больше прозрачности и предсказуемого роста навыков.
• Реальный вклад в исходы терапии, а не только удовлетворённость встречей.
Источник идей: Falender & Shafranske, Clinical Supervision: A Competency-Based Approach.
Сейчас некоторые супервизоры от меня отпишутся -))
Лучшие и худшие практикики супервизора: зачем это знать и что менять в практике
Коротко: понимание «что делает супервизора лучшим/худшим» — повод перестроить супервизию как профессиональную компетенцию, а не как беседу. Нужны регулярное обучение супервизоров, прозрачность процессов и опора на навыки, измеримые у терапевта и у клиента.
Принципы высокого качества
1. Обучение супервизоров. У супервизора есть специальная подготовка по супервизии; он ясно называет модель, в которой работает.
2. Договор и отношения. Есть письменный контракт: цели, роли, конфиденциальность, время. Вектор — к росту автономии супервизируемого.
3. Работа с реактивностью. Эмоциональная реактивность и контрперенос — зона навыка, а не «личное». Их замечают и обсуждают.
4. Культурная компетентность. Смирение, учёт интерсекциональности; влияние идентичностей клиента, терапевта и супервизора — в каждой фазе работы.
5. Прямая обратная связь. Регулярная, точечная, из прямого наблюдения (видео/аудио, «живые» просмотры). Цели ставятся по самооценке компетенций + наблюдениям супервизора. Супервизор сам принимает обратную связь.
6. Практика на месте. Ролевые игры, моделирование, этические разборы — не только разговор.
7. Отслеживание прогресса клиентов. Рутинные измерения в терапии влияют на план лечения и обсуждаются на супервизии.
8. Метакомпетентность. Супервизор показывает, чего не знает, и помогает развивать ту же установку у других.
9. Прозрачность. Дополнительные меры: обучение и апдейты по исследованиям, видеозапись самих сессий супервизии для разбора и обучения.
10. Среда поддержки. Многоуровневая поддержка для супервизоров любого уровня; атмосфера доброжелательности, надежды и роста.
11. Компетентностная рамка. Супервизия встроена в учебный план; его можно адаптировать под группу и уровень каждого обучающегося.
12. Профессионализм. Этика, знание права и его соблюдение моделируются на практике.
Быстрый чек-лист
• Составлен ли контракт супервизии: цели, правила, конфиденциальность, границы, формат обратной связи.
• Включает ли супервизор в работу обязательное прямое наблюдение (минимум один фрагмент записи на каждого клиента в месяц).
• Просит ли переходить от «обсуждений» к практике: хотя бы одно ролевое упражнение на встречу.
• Предлагал ли супервизор отслеживать исходов клиентов и связываем их с действиями терапевта.
• Собираете ли вы взаимную обратную связь: от супервизора и от супервизируемых.
• Рассказал ли супервизор какое обучение для супервизоров проходил (как его учили? на основании каких данных, разбор видео его супервизии).
• Просит ли уделять внимание культуре клиента при концептуализации случая: спрашивайте что учитываем, как корректируем вмешательства.
АВТОР КНИГИ ПРЕДЛАГАЕТ ПЕРЕХОДИТЬ К СОВРЕМЕННОЙ СУПЕРВИЗИИ ОТ НЕЭФФЕКТИВНЫХ ФОРМАТОВ
• Было: «говорим о случаях по памяти». → Стало: работаем по записям + короткие тайм-коды в обратной связи.
• Было: «советы без тренировки». → Стало: потренировали навык тут же, назначили домашнее задание.
• Было: «много общих слов, мало критериев». → Стало: рубрики компетенций и конкретные поведенческие якоря.
• Было: «сложно — значит не трогаем». → Стало: обсуждаем реактивность как часть компетентности.
Зачем это всё
• Меньше «вредной» и «недостаточной» супервизии.
• Больше прозрачности и предсказуемого роста навыков.
• Реальный вклад в исходы терапии, а не только удовлетворённость встречей.
Источник идей: Falender & Shafranske, Clinical Supervision: A Competency-Based Approach.
❤19👍10❤🔥7🤡2👎1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
AlterEgo — новый инструмент для терапии?
Это как расширить самого себя, вернее отделить свою внутреннюю речь.
Или общаться друг с другом, но в головах друг друга без использования голоса.
MIT представил устройство AlterEgo. Оно считывает микродвижения мышц при «внутренней речи» и отвечает пользователю через звук, переданный по кости. Говоришь мысленно — получаешь ответ.
Я вижу, что в будущем это может пригодиться в психотерапии:
• как «внутренний ассистент» для проверки автоматических мыслей;
• как напоминание о дыхании или других техниках в момент тревоги;
• как ненавязчивая поддержка без телефона и экрана;
• как альтернатива речи для клиентов с трудностями коммуникации.
Посмотрите как в демо создатель устройства приглашает своего коллегу в офис, а потом они общаются просто «мыслями».
Это лишь мои идеи. Интересно, какие сценарии использования видите вы?
Давайте устроим небольшой брейншторм.
Это как расширить самого себя, вернее отделить свою внутреннюю речь.
Или общаться друг с другом, но в головах друг друга без использования голоса.
MIT представил устройство AlterEgo. Оно считывает микродвижения мышц при «внутренней речи» и отвечает пользователю через звук, переданный по кости. Говоришь мысленно — получаешь ответ.
Я вижу, что в будущем это может пригодиться в психотерапии:
• как «внутренний ассистент» для проверки автоматических мыслей;
• как напоминание о дыхании или других техниках в момент тревоги;
• как ненавязчивая поддержка без телефона и экрана;
• как альтернатива речи для клиентов с трудностями коммуникации.
Посмотрите как в демо создатель устройства приглашает своего коллегу в офис, а потом они общаются просто «мыслями».
Это лишь мои идеи. Интересно, какие сценарии использования видите вы?
Давайте устроим небольшой брейншторм.
👍10🤝7❤6
КПТ И ПСИХОАНАЛИЗ
Как понять уровень функционирования пациента (психотический или пограничный с невротическим).
В КПТ-интервью можно использовать приём, который описывал Кернберг (1984) и который приводит Нэнси МакВильямс (2011) в Psychoanalytic Diagnosis. Чтобы различить пограничный и психотический уровни организации, терапевт выделяет необычную деталь самопрезентации и спрашивает, понимает ли пациент, как это может выглядеть со стороны.
Пример: «Я заметил у вас татуировку на щеке с надписью “Смерть!”. Как вы думаете, другие могут воспринимать это необычно?»
Реакция даёт ключ к дифференциальному диагнозу:
• Пограничный пациент обычно признаёт, что это выглядит необычно, и понимает, что другие могут не разделять его смысл. Это отражает их центральную проблему — трудности сепарации–индивидуации (страх потерять объект и страх быть поглощённым им).
• Психотический пациент может растеряться и испугаться. Сам факт непонимания другими становится для него дезорганизующим, потому что здесь действует дефицит базового различения «я» и «другого».
Для КПТ этот приём полезен тем, что позволяет одновременно оценить когнитивные процессы и уровень ментализации в социальном контексте. Он помогает понять, насколько человек способен видеть себя глазами других, и, следовательно, какие интервенции будут реалистичными.
ПО мотивам Нэнси Маквиллиамс «психоаналитическая диагностика»
Как понять уровень функционирования пациента (психотический или пограничный с невротическим).
В КПТ-интервью можно использовать приём, который описывал Кернберг (1984) и который приводит Нэнси МакВильямс (2011) в Psychoanalytic Diagnosis. Чтобы различить пограничный и психотический уровни организации, терапевт выделяет необычную деталь самопрезентации и спрашивает, понимает ли пациент, как это может выглядеть со стороны.
Пример: «Я заметил у вас татуировку на щеке с надписью “Смерть!”. Как вы думаете, другие могут воспринимать это необычно?»
Реакция даёт ключ к дифференциальному диагнозу:
• Пограничный пациент обычно признаёт, что это выглядит необычно, и понимает, что другие могут не разделять его смысл. Это отражает их центральную проблему — трудности сепарации–индивидуации (страх потерять объект и страх быть поглощённым им).
• Психотический пациент может растеряться и испугаться. Сам факт непонимания другими становится для него дезорганизующим, потому что здесь действует дефицит базового различения «я» и «другого».
Для КПТ этот приём полезен тем, что позволяет одновременно оценить когнитивные процессы и уровень ментализации в социальном контексте. Он помогает понять, насколько человек способен видеть себя глазами других, и, следовательно, какие интервенции будут реалистичными.
ПО мотивам Нэнси Маквиллиамс «психоаналитическая диагностика»
❤28👌4👍2🔥2
Бек и психоанализ: не враг, а третий путь
Привычный миф: Бек победил Фрейда и создал когнитивную терапию как противоположность. На деле всё было сложнее.
В 60–70-х психоанализ переживал кризис. Его ругали за ненаучность. Университеты и страховые компании требовали доказательств.
Бек в то время был и аналитиком, и экспериментатором. Когда психоанализ стали вытеснять, многие коллеги выбирали: остаться верными Фрейду или уйти в биологическую психиатрию.
Бек не стал выбирать. Он нашёл третий путь — когнитивную терапию. Сам он считал её не атакой на анализ, а его новой формой:
«Beck… saw, and still sees, CT as a branch of neo-Freudianism that privileges experimental forms of reasoning, not as an attack on psychoanalysis»
Историк Рознер пишет: важно видеть происхождение когнитивной терапии не как битву «наука против психоанализа», а как попытку выйти за пределы конфликта. Это была стратегия целого поколения, которое искало надёжную опору в мире, где старые основы рушились:
«Seeing the origins of CT not in terms of stark dichotomies… opens a window onto a generation of analysts grasping for reliable epistemic footholds during a time of dizzying disorientation»
Итог
Бек не разрушил психоанализ. Он перевёл его идеи на язык науки и создал пространство, где они могли выжить.
Привычный миф: Бек победил Фрейда и создал когнитивную терапию как противоположность. На деле всё было сложнее.
В 60–70-х психоанализ переживал кризис. Его ругали за ненаучность. Университеты и страховые компании требовали доказательств.
Бек в то время был и аналитиком, и экспериментатором. Когда психоанализ стали вытеснять, многие коллеги выбирали: остаться верными Фрейду или уйти в биологическую психиатрию.
Бек не стал выбирать. Он нашёл третий путь — когнитивную терапию. Сам он считал её не атакой на анализ, а его новой формой:
«Beck… saw, and still sees, CT as a branch of neo-Freudianism that privileges experimental forms of reasoning, not as an attack on psychoanalysis»
Историк Рознер пишет: важно видеть происхождение когнитивной терапии не как битву «наука против психоанализа», а как попытку выйти за пределы конфликта. Это была стратегия целого поколения, которое искало надёжную опору в мире, где старые основы рушились:
«Seeing the origins of CT not in terms of stark dichotomies… opens a window onto a generation of analysts grasping for reliable epistemic footholds during a time of dizzying disorientation»
Итог
Бек не разрушил психоанализ. Он перевёл его идеи на язык науки и создал пространство, где они могли выжить.
www.jstor.org
The “Splendid Isolation” of Aaron T. Beck on JSTOR
Rachael I. Rosner *, The “Splendid Isolation” of Aaron T. Beck, Isis, Vol. 105, No. 4 (December 2014), pp. 734-758
🔥21❤12👍3🤔1
Клиницист и травма: что делать и зачем супервизия
Проблема. Раньше когда говорили про работу терапевта с травмой, то упор делали на то, что специалист должен сам себе помогать.
Новый взгляд (Miller & Sprang, 2017) - Взаимодействие терапевта и супервизора — защитный фактор.
Супервизия как обязательный элемент терапевта, который работает с травмой.
Что делать клиницисту при раскрытии травмы
1. Оставаться включённым. Быть в контакте с клиентом и своими чувствами, не уходить в избегание.
2. Снижать зацикливание мыслей. Супервизор помогает замечать руминации и переводить мысли в конкретные, практические шаги.
3. Собрать связный рассказ о произошедшем. Супервизор помогает осмыслить травматический материал, уменьшить хаотичность мыслей, закрепить опыт и понять, как он повлиял на специалиста.
4. Уменьшать эмоциональную нагрузку. Супервизор признаёт чувства и воздействие раскрытия; обсуждение с надёжным супервизором снижает руминации — один из главных факторов истощения и выгорания.
Зачем нужна супервизия
• Без супервизии специалист может снова и снова прокручивать раскрытие травмы и оставаться в состоянии повышенного возбуждения.
• Травматический материал активирует гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось (кортизол). При поддержке и осмыслении активность миндалины сдерживается работой лобных долей и гиппокампа: вместо избегания, отстранённости или онемения возбуждение становится управляемым.
• Супервизор не становится терапевтом для супервизируемого, а помогает переработать опыт: на супервизии выстраивается параллельный клиентскому рассказ о клиническом процессе, снижается эмоциональная нагрузка и начинается парасимпатическое восстановление.
• Навыки для такого восстановления: саморегуляция, осознанность, медитация.
• Травма-информированная супервизия требует системного признания её ценности для рефлексии и поддержки. Время супервизии — приоритет; его нужно планировать и соблюдать.
Источники
• Falender, C. A., & Shafranske, E. P. Clinical Supervision: A Competency-Based Approach (2-е изд., APA). Страница книги у APA, с описанием и данными об издании.
Проблема. Раньше когда говорили про работу терапевта с травмой, то упор делали на то, что специалист должен сам себе помогать.
Новый взгляд (Miller & Sprang, 2017) - Взаимодействие терапевта и супервизора — защитный фактор.
Супервизия как обязательный элемент терапевта, который работает с травмой.
Что делать клиницисту при раскрытии травмы
1. Оставаться включённым. Быть в контакте с клиентом и своими чувствами, не уходить в избегание.
2. Снижать зацикливание мыслей. Супервизор помогает замечать руминации и переводить мысли в конкретные, практические шаги.
3. Собрать связный рассказ о произошедшем. Супервизор помогает осмыслить травматический материал, уменьшить хаотичность мыслей, закрепить опыт и понять, как он повлиял на специалиста.
4. Уменьшать эмоциональную нагрузку. Супервизор признаёт чувства и воздействие раскрытия; обсуждение с надёжным супервизором снижает руминации — один из главных факторов истощения и выгорания.
Зачем нужна супервизия
• Без супервизии специалист может снова и снова прокручивать раскрытие травмы и оставаться в состоянии повышенного возбуждения.
• Травматический материал активирует гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось (кортизол). При поддержке и осмыслении активность миндалины сдерживается работой лобных долей и гиппокампа: вместо избегания, отстранённости или онемения возбуждение становится управляемым.
• Супервизор не становится терапевтом для супервизируемого, а помогает переработать опыт: на супервизии выстраивается параллельный клиентскому рассказ о клиническом процессе, снижается эмоциональная нагрузка и начинается парасимпатическое восстановление.
• Навыки для такого восстановления: саморегуляция, осознанность, медитация.
• Травма-информированная супервизия требует системного признания её ценности для рефлексии и поддержки. Время супервизии — приоритет; его нужно планировать и соблюдать.
Источники
• Falender, C. A., & Shafranske, E. P. Clinical Supervision: A Competency-Based Approach (2-е изд., APA). Страница книги у APA, с описанием и данными об издании.
❤18
ОСНОВЫ LGBTQ КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ
В этой рубрике буду постить все важное, что изуваю в классе по психологической помощи ЛГБТК клиентов.
И начать хочу с важного ролика про сложность гендера.
Мы психотерапевты помогаем нашим клиентам быть чувствительными к нюансам.
Контекстуально чувствительное КПТ предполагает что мы также чувствительны и к своим предрассудкам, пробелам.
Информацию из этого класса помогает мне лично пересмотреть устоявшиеся конструктуы в моей голове.
ВИДЕО
Сэм Киллерманн - комик и сторонник социальной справедливости, а также парень, стоящий за It's Pronounced Metrosexual, комедийным шоу и блогом для одного человека о предрассудках, идентичности и угнетении (но в совершенно забавной манере).
https://youtu.be/NRcPXtqdKjE?si=GAqbW8Vhj_LHDU2x
В этой рубрике буду постить все важное, что изуваю в классе по психологической помощи ЛГБТК клиентов.
И начать хочу с важного ролика про сложность гендера.
Мы психотерапевты помогаем нашим клиентам быть чувствительными к нюансам.
Контекстуально чувствительное КПТ предполагает что мы также чувствительны и к своим предрассудкам, пробелам.
Информацию из этого класса помогает мне лично пересмотреть устоявшиеся конструктуы в моей голове.
ВИДЕО
Сэм Киллерманн - комик и сторонник социальной справедливости, а также парень, стоящий за It's Pronounced Metrosexual, комедийным шоу и блогом для одного человека о предрассудках, идентичности и угнетении (но в совершенно забавной манере).
https://youtu.be/NRcPXtqdKjE?si=GAqbW8Vhj_LHDU2x
YouTube
Understanding the Complexities of Gender: Sam Killermann at TEDxUofIChicago
Sam Killermann is a comedian and social justice advocate, and the guy behind It's Pronounced Metrosexual, a one-man comedy show and blog about snap judgments, identity, and oppression (but in a totally funny way).
In the spirit of ideas worth spreading,…
In the spirit of ideas worth spreading,…
🔥10❤6👏3👍2🤮1
ПСИХОАНАЛИЗ И КПТ
ЗАЩИТНЫЕ МЕХАНИЗМЫ И ИСКАЖЕНИЯ
Продолжаю читать Нэнси МакУильямс.
Попробовал сопоставить защитные механизмы которые она приводит в книге и привычные для нас когнитивные искажения через которые они могут проявляться.
В психоаналитической традиции защиты делят на более примитивные (ранние, «низшего порядка») и более зрелые (поздние, «высшего порядка»).
Эта логика может быть полезной и в КПТ:
автоматические мысли тоже можно рассматривать как проявления защитных процессов, только на когнитивном уровне.
Примитивные защиты действуют глобально, затрагивая всё восприятие человека (аффект, поведение, ощущения).
В КПТ они часто проявляются в искажениях, которые делают мир черно-белым и угрожающим:
• Отрицание / Withdrawal → «У меня нет проблем», «Если я не думаю об этом — значит, этого нет».
• Расщепление (splitting) → «Люди либо хорошие, либо плохие».
• Примитивная идеализация/обесценивание → «Он — мой спаситель» / «Она — полный ноль».
• Проективная идентификация → «Все злятся на меня» (а потом и правда провоцирует злость).
• Всемогущество / контроль → «Если я подумаю об этом, то точно случится».
• Экстремальная диссоциация → «Это произошло не со мной», «Я как будто смотрю кино».
Более зрелые защиты касаются внутренних границ — например, между наблюдающей и переживающей частью эго.
На когнитивном уровне они похожи на искажения, где мысль всё ещё субъективна, но уже более конкретна и обсуждаема:
• Рационализация → «Да, я накричал, но только потому, что он меня довёл».
• Интеллектуализация → «Если рассуждать теоретически, смерть — это естественный процесс…» (без эмоций).
• Изоляция аффекта → «У меня умер отец. Завтра я должен оплатить счета».
• Морализация (суперэго) → «Я должен всегда быть хорошим человеком».
Зрелые защиты выглядят почти как копинг-стратегии:
• Юмор → «Ну что ж, хотя бы будет о чём рассказать друзьям».
• Сублимация → агрессия превращается в спорт или творчество.
• Альтруизм → «Я помогу другому, и мне станет легче».
Для КПТ-терапевта полезно видеть:
• Когда автоматическая мысль звучит тотально, глобально, катастрофично — мы имеем дело с более примитивным уровнем защиты.
• Когда мысль всё же допускает дискуссию и связь с внутренними конфликтами («хочу, но не могу», «мне стыдно») — это уже более зрелый уровень.
Таким образом, различие между примитивными и зрелыми защитами можно напрямую перевести на язык КПТ: от самых глобальных искажений восприятия к более дифференцированным и внутренне осознаваемым автоматическим мыслям.
ЗАЩИТНЫЕ МЕХАНИЗМЫ И ИСКАЖЕНИЯ
Продолжаю читать Нэнси МакУильямс.
Попробовал сопоставить защитные механизмы которые она приводит в книге и привычные для нас когнитивные искажения через которые они могут проявляться.
В психоаналитической традиции защиты делят на более примитивные (ранние, «низшего порядка») и более зрелые (поздние, «высшего порядка»).
Эта логика может быть полезной и в КПТ:
автоматические мысли тоже можно рассматривать как проявления защитных процессов, только на когнитивном уровне.
Примитивные защиты действуют глобально, затрагивая всё восприятие человека (аффект, поведение, ощущения).
В КПТ они часто проявляются в искажениях, которые делают мир черно-белым и угрожающим:
• Отрицание / Withdrawal → «У меня нет проблем», «Если я не думаю об этом — значит, этого нет».
• Расщепление (splitting) → «Люди либо хорошие, либо плохие».
• Примитивная идеализация/обесценивание → «Он — мой спаситель» / «Она — полный ноль».
• Проективная идентификация → «Все злятся на меня» (а потом и правда провоцирует злость).
• Всемогущество / контроль → «Если я подумаю об этом, то точно случится».
• Экстремальная диссоциация → «Это произошло не со мной», «Я как будто смотрю кино».
Более зрелые защиты касаются внутренних границ — например, между наблюдающей и переживающей частью эго.
На когнитивном уровне они похожи на искажения, где мысль всё ещё субъективна, но уже более конкретна и обсуждаема:
• Рационализация → «Да, я накричал, но только потому, что он меня довёл».
• Интеллектуализация → «Если рассуждать теоретически, смерть — это естественный процесс…» (без эмоций).
• Изоляция аффекта → «У меня умер отец. Завтра я должен оплатить счета».
• Морализация (суперэго) → «Я должен всегда быть хорошим человеком».
Зрелые защиты выглядят почти как копинг-стратегии:
• Юмор → «Ну что ж, хотя бы будет о чём рассказать друзьям».
• Сублимация → агрессия превращается в спорт или творчество.
• Альтруизм → «Я помогу другому, и мне станет легче».
Для КПТ-терапевта полезно видеть:
• Когда автоматическая мысль звучит тотально, глобально, катастрофично — мы имеем дело с более примитивным уровнем защиты.
• Когда мысль всё же допускает дискуссию и связь с внутренними конфликтами («хочу, но не могу», «мне стыдно») — это уже более зрелый уровень.
Таким образом, различие между примитивными и зрелыми защитами можно напрямую перевести на язык КПТ: от самых глобальных искажений восприятия к более дифференцированным и внутренне осознаваемым автоматическим мыслям.
🔥30❤9❤🔥5👍4
Метасупервизия в КПТ: что это
Что такое метасупервизия. Это обучение терапевтов, которые готовятся стать супервизорами.
Модель C. F. Newman (2013) задаёт, чему учить и как практиковать.
Зачем она нужна
• Чтобы учить по КПТ-стандарту. Держать структуру: повестка встречи, домашнее задание, ясность ключевых мыслей и стратегий изменения.
• Чтобы давать точную обратную связь. Разбирать видео сессий терапевта и смотреть записи мастера-терапевта для тренировки прицельных комментариев.
• Чтобы не избегать сложных тем. Моделировать разговоры о жалобах и чувствительных вопросах.
• Чтобы навыки не оставались «на словах». Регулярно проводить ролевые игры и симуляции.
• Чтобы понимать срывы с домашним заданием. Развивать саморефлексию и эмпатию к трудностям клиента.
• Чтобы вовремя вмешиваться при риске. Проговаривать гипотетические сценарии: что считать кризисом и когда супервизору входить в работу.
• Чтобы видеть прогресс обучения. Периодически оценивать процесс (инструмент Milne et al., 2002), давать и поддерживающую, и корректирующую обратную связь.
• Чтобы была прозрачность и ответственность. Вести журнал встреч и заметки: что делал супервизор по презентациям случаев и как супервизируемый реагировал в критических ситуациях.
• Чтобы расти как профессионал. Практиковать открытость к обратной связи и метакомпетентность: признавать, что не знаешь, и учиться дальше.
• Чтобы поднимать планку. «Просить больше» от супервизируемых: чёткие задания, критерии, отчёт (Milne & Reiser)
Что конкретно делать внутри модели
• Психообразование: записи автоматических мыслей и формулировка случая.
• Видеоразбор + видео мастера: тренировать адресную обратную связь терапевту и супервизируемым.
• Ролевые игры/симуляции: отрабатывать интервенции до сессии с клиентом.
• Разбор чувствительных тем: супервизор показывает, как говорить об ошибках и претензиях.
• Самосупервизия: смотреть свои видео и отслеживать мешающие автоматические мысли (стыд, сомнения, неуверенность, эмоциональная реактивность); использовать вопросы по Judith Beck (2011).
По материалам: C. F. Newman (2013)
Что такое метасупервизия. Это обучение терапевтов, которые готовятся стать супервизорами.
Модель C. F. Newman (2013) задаёт, чему учить и как практиковать.
Зачем она нужна
• Чтобы учить по КПТ-стандарту. Держать структуру: повестка встречи, домашнее задание, ясность ключевых мыслей и стратегий изменения.
• Чтобы давать точную обратную связь. Разбирать видео сессий терапевта и смотреть записи мастера-терапевта для тренировки прицельных комментариев.
• Чтобы не избегать сложных тем. Моделировать разговоры о жалобах и чувствительных вопросах.
• Чтобы навыки не оставались «на словах». Регулярно проводить ролевые игры и симуляции.
• Чтобы понимать срывы с домашним заданием. Развивать саморефлексию и эмпатию к трудностям клиента.
• Чтобы вовремя вмешиваться при риске. Проговаривать гипотетические сценарии: что считать кризисом и когда супервизору входить в работу.
• Чтобы видеть прогресс обучения. Периодически оценивать процесс (инструмент Milne et al., 2002), давать и поддерживающую, и корректирующую обратную связь.
• Чтобы была прозрачность и ответственность. Вести журнал встреч и заметки: что делал супервизор по презентациям случаев и как супервизируемый реагировал в критических ситуациях.
• Чтобы расти как профессионал. Практиковать открытость к обратной связи и метакомпетентность: признавать, что не знаешь, и учиться дальше.
• Чтобы поднимать планку. «Просить больше» от супервизируемых: чёткие задания, критерии, отчёт (Milne & Reiser)
Что конкретно делать внутри модели
• Психообразование: записи автоматических мыслей и формулировка случая.
• Видеоразбор + видео мастера: тренировать адресную обратную связь терапевту и супервизируемым.
• Ролевые игры/симуляции: отрабатывать интервенции до сессии с клиентом.
• Разбор чувствительных тем: супервизор показывает, как говорить об ошибках и претензиях.
• Самосупервизия: смотреть свои видео и отслеживать мешающие автоматические мысли (стыд, сомнения, неуверенность, эмоциональная реактивность); использовать вопросы по Judith Beck (2011).
По материалам: C. F. Newman (2013)
❤9👍4🔥3👎1
СУПЕРВИЗИЯ В КПТ
по мотивам главы Донны Судак
Проблема
Супервизия в КПТ признана ключевой, но остаётся в состоянии «неспособности к развитию»: стандарты минимальны, доказательств пользы для пациентов нет.
Раскрытие
Практика ограничивается обсуждением случаев и лекционным стилем. Активные методы — наблюдение, ролевые игры, моделирование — почти не применяются, хотя именно они связаны с ростом компетенций.
Решение
Нужен процедурный подход:
• оценка потребностей и постановка целей,
• контракт супервизии,
• активные методы обучения,
• регулярная обратная связь с использованием CTRS, CTS-R, ACCS,
• подготовка супервизоров через супервизию супервизии и deliberate practice,
• оценка качества супервизии с помощью SAGE.
Резюме
Только внедрение доказательных и активных методов превратит супервизию в КПТ в реальный инструмент развития, а не формальную оболочку
Вопрос для саморефлексии:
А ваши супервизии ограничиваются только обсуждением случаев или есть условия для активного обучения через наблюдение и практику?
Sudak & Reiser, 2021, Cognitive Behavioral Therapy Supervision
по мотивам главы Донны Судак
Проблема
Супервизия в КПТ признана ключевой, но остаётся в состоянии «неспособности к развитию»: стандарты минимальны, доказательств пользы для пациентов нет.
Раскрытие
Практика ограничивается обсуждением случаев и лекционным стилем. Активные методы — наблюдение, ролевые игры, моделирование — почти не применяются, хотя именно они связаны с ростом компетенций.
Решение
Нужен процедурный подход:
• оценка потребностей и постановка целей,
• контракт супервизии,
• активные методы обучения,
• регулярная обратная связь с использованием CTRS, CTS-R, ACCS,
• подготовка супервизоров через супервизию супервизии и deliberate practice,
• оценка качества супервизии с помощью SAGE.
Резюме
Только внедрение доказательных и активных методов превратит супервизию в КПТ в реальный инструмент развития, а не формальную оболочку
Вопрос для саморефлексии:
А ваши супервизии ограничиваются только обсуждением случаев или есть условия для активного обучения через наблюдение и практику?
Sudak & Reiser, 2021, Cognitive Behavioral Therapy Supervision
👍6🔥6
РАБОТА С ЛГБТКИА клиентами
От шкалы Кинси к Klein Sexual Orientation Grid
Исследования Альфреда Кинси в середине XX века стали переломным моментом: он показал, что сексуальная ориентация не сводится к дихотомии «гетеро–гомо». Его шкала (0–6) впервые представила сексуальность как континуум, где большинство людей находятся между полюсами. Эти результаты разрушили миф о «норме» как исключительно гетеросексуальности.
Однако у шкалы Кинси был предел: она учитывала лишь поведение и влечение в конкретный момент. На практике же сексуальность гораздо шире — она включает эмоции, фантазии, социальные связи и меняется во времени. (ПОСМОТРИТЕ КАРТИНКУ)
Klein Sexual Orientation Grid продолжает и развивает эту работу. Сетка добавляет несколько переменных (аттракция, поведение, фантазии, эмоциональные и социальные предпочтения, стиль жизни) и учитывает три временных среза — прошлое, настоящее и идеал. В результате сексуальность предстает как многомерная и динамичная система, а не статичный ярлык.
Рефлексия для терапевта
Работа с квир-клиентами требует не только инструментов, но и честного взгляда внутрь. Где вы сами находитесь на шкале Кинси или KSOG? Как ваш личный опыт и убеждения влияют на восприятие клиента? Какие предвзятые мысли могут активироваться в разговоре о сексуальности?
Такая рефлексия не для того, чтобы навесить ярлык на себя. Она нужна, чтобы становиться более чутким и свободным от предубеждений. Чем яснее мы понимаем собственную динамику сексуальности, тем легче поддерживаем клиента в исследовании его уникального пути.
От шкалы Кинси к Klein Sexual Orientation Grid
Исследования Альфреда Кинси в середине XX века стали переломным моментом: он показал, что сексуальная ориентация не сводится к дихотомии «гетеро–гомо». Его шкала (0–6) впервые представила сексуальность как континуум, где большинство людей находятся между полюсами. Эти результаты разрушили миф о «норме» как исключительно гетеросексуальности.
Однако у шкалы Кинси был предел: она учитывала лишь поведение и влечение в конкретный момент. На практике же сексуальность гораздо шире — она включает эмоции, фантазии, социальные связи и меняется во времени. (ПОСМОТРИТЕ КАРТИНКУ)
Klein Sexual Orientation Grid продолжает и развивает эту работу. Сетка добавляет несколько переменных (аттракция, поведение, фантазии, эмоциональные и социальные предпочтения, стиль жизни) и учитывает три временных среза — прошлое, настоящее и идеал. В результате сексуальность предстает как многомерная и динамичная система, а не статичный ярлык.
Рефлексия для терапевта
Работа с квир-клиентами требует не только инструментов, но и честного взгляда внутрь. Где вы сами находитесь на шкале Кинси или KSOG? Как ваш личный опыт и убеждения влияют на восприятие клиента? Какие предвзятые мысли могут активироваться в разговоре о сексуальности?
Такая рефлексия не для того, чтобы навесить ярлык на себя. Она нужна, чтобы становиться более чутким и свободным от предубеждений. Чем яснее мы понимаем собственную динамику сексуальности, тем легче поддерживаем клиента в исследовании его уникального пути.
❤19👍4🔥3👎2🥰2
Разрывы альянса в когнитивно-поведенческой терапии: проблема, механизм, решение
Качественный терапевтический альянс является ключевым условием эффективности КПТ (Beck, 2019). Однако даже при соблюдении всех стандартов терапии нередко возникают разрывы альянса — эпизоды, когда нарушается сотрудничество между терапевтом и клиентом. Это может проявляться в виде сопротивления, эмоционального отдаления или напряжения в отношениях.
Понятие разрыва альянса
Согласно Bordin (1979), альянс включает:
1. Согласие по целям,
2. Сотрудничество в задачах,
3. Эмоциональную связь между участниками терапии.
Разрыв — это не просто несогласие. Это утрата совместной работы, чаще всего выражающаяся в снижении сотрудничества, эмоциональном отдалении или открытой конфронтации (Muran & Eubanks, 2020).
Выделяют два типа разрывов:
• Выводящие (withdrawal) — отстранение, избегание, молчание, уход от темы.
• Конфронтационные (confrontation) — критика, обесценивание, агрессия, выраженное сопротивление.
Эмпирические данные: распространённость и последствия
Исследования показывают:
• Разрывы наблюдаются примерно в 50–60% сессий КПТ, особенно у пациентов с личностными расстройствами (Strauss et al., 2006; Eubanks et al., 2019).
• Нерешённые разрывы ассоциированы с худшим прогнозом и преждевременным завершением терапии (McLaughlin et al., 2014; Coutinho et al., 2014).
• Успешный «ремонт» предсказывает улучшение симптомов и повышение приверженности терапии (Eubanks et al., 2018).
Механизмы восстановления альянса
Разрыв — это не только угроза терапии, но и потенциальный механизм изменений. Проработка конфликта может дать клиенту корригирующий межличностный опыт (Safran & Muran, 2000), в котором он переживает безопасность в условиях конфликта, что особенно важно при нарушенных схемах привязанности.
Успешная стратегия ремонта включает:
1. Распознавание разрыва — как явного (напряжение, ссора), так и латентного (дистанцирование).
2. Метакоммуникацию — обсуждение того, что происходит «здесь и сейчас» между участниками.
3. Коррекцию терапии — изменение подхода, темпа, задач, если они вызывают сопротивление.
4. Исследование схем клиента, провоцирующих разрыв, через диалог и рефлексивные вопросы.
Особенности в рамках КПТ
Несмотря на то, что концепт разрыва универсален для всех терапевтических школ, в КПТ он приобретает специфические черты:
• Приверженность принципу коллаборативного эмпиризма делает сотрудничество обязательным, а не факультативным элементом терапии (Kazantzis et al., 2013).
• Нередко разрыв в КПТ связан с нарушением баланса между директивностью терапевта и автономией клиента.
• КПТ-терапевты склонны занижать частоту разрывов (Muran et al., 2009), что требует дополнительного обучения наблюдению за взаимодействием.
Выводы
1. Разрывы альянса — явление нередкое, особенно при работе с хроническими и личностными расстройствами.
2. Игнорирование разрыва повышает риск срыва терапии.
3. Успешная репарация укрепляет альянс и способствует устойчивому улучшению состояния пациента.
4. Обучение стратегиям «ремонта» альянса должно входить в стандартную подготовку КПТ-терапевтов.
Пост, основан на статье Catherine F. Eubanks (2022). Rupture Repair из журнала Cognitive and Behavioral Practice
Качественный терапевтический альянс является ключевым условием эффективности КПТ (Beck, 2019). Однако даже при соблюдении всех стандартов терапии нередко возникают разрывы альянса — эпизоды, когда нарушается сотрудничество между терапевтом и клиентом. Это может проявляться в виде сопротивления, эмоционального отдаления или напряжения в отношениях.
Понятие разрыва альянса
Согласно Bordin (1979), альянс включает:
1. Согласие по целям,
2. Сотрудничество в задачах,
3. Эмоциональную связь между участниками терапии.
Разрыв — это не просто несогласие. Это утрата совместной работы, чаще всего выражающаяся в снижении сотрудничества, эмоциональном отдалении или открытой конфронтации (Muran & Eubanks, 2020).
Выделяют два типа разрывов:
• Выводящие (withdrawal) — отстранение, избегание, молчание, уход от темы.
• Конфронтационные (confrontation) — критика, обесценивание, агрессия, выраженное сопротивление.
Эмпирические данные: распространённость и последствия
Исследования показывают:
• Разрывы наблюдаются примерно в 50–60% сессий КПТ, особенно у пациентов с личностными расстройствами (Strauss et al., 2006; Eubanks et al., 2019).
• Нерешённые разрывы ассоциированы с худшим прогнозом и преждевременным завершением терапии (McLaughlin et al., 2014; Coutinho et al., 2014).
• Успешный «ремонт» предсказывает улучшение симптомов и повышение приверженности терапии (Eubanks et al., 2018).
Механизмы восстановления альянса
Разрыв — это не только угроза терапии, но и потенциальный механизм изменений. Проработка конфликта может дать клиенту корригирующий межличностный опыт (Safran & Muran, 2000), в котором он переживает безопасность в условиях конфликта, что особенно важно при нарушенных схемах привязанности.
Успешная стратегия ремонта включает:
1. Распознавание разрыва — как явного (напряжение, ссора), так и латентного (дистанцирование).
2. Метакоммуникацию — обсуждение того, что происходит «здесь и сейчас» между участниками.
3. Коррекцию терапии — изменение подхода, темпа, задач, если они вызывают сопротивление.
4. Исследование схем клиента, провоцирующих разрыв, через диалог и рефлексивные вопросы.
Особенности в рамках КПТ
Несмотря на то, что концепт разрыва универсален для всех терапевтических школ, в КПТ он приобретает специфические черты:
• Приверженность принципу коллаборативного эмпиризма делает сотрудничество обязательным, а не факультативным элементом терапии (Kazantzis et al., 2013).
• Нередко разрыв в КПТ связан с нарушением баланса между директивностью терапевта и автономией клиента.
• КПТ-терапевты склонны занижать частоту разрывов (Muran et al., 2009), что требует дополнительного обучения наблюдению за взаимодействием.
Выводы
1. Разрывы альянса — явление нередкое, особенно при работе с хроническими и личностными расстройствами.
2. Игнорирование разрыва повышает риск срыва терапии.
3. Успешная репарация укрепляет альянс и способствует устойчивому улучшению состояния пациента.
4. Обучение стратегиям «ремонта» альянса должно входить в стандартную подготовку КПТ-терапевтов.
Пост, основан на статье Catherine F. Eubanks (2022). Rupture Repair из журнала Cognitive and Behavioral Practice
🔥23❤5👍3
«Working Alliance Inventory» — инструмент для оценки супервизорского альянса.
Это две анкеты: одна для супервизора, вторая — для супервизируемого.
Оцениваются три ключевых компонента:
• Цели (GOAL): совпадают ли цели супервизии у обеих сторон.
• Задачи (TASK): есть ли согласие в том, что и как делать.
• Отношения (BOND): есть ли доверие и уважение.
Разработан Одри Бариком (Audrey Bahrick), Университет Айовы
ПЕРВАЯ АНКЕТА. Инструкция:
На следующих страницах приведены утверждения, описывающие разные способы, как можно думать или чувствовать по отношению к своему супервизору.
Когда читаете утверждения, мысленно подставьте имя вашего супервизора вместо пропуска «___».
Рядом с каждым утверждением находится шкала из 7 баллов:
1 2 3 4 5 6 7
Никогда — Редко — Иногда — Порой — Часто — Очень часто — Всегда
Если утверждение всегда вам подходит — отметьте 7.
Если никогда не подходит — 1.
Используйте промежуточные значения для более точного описания.
Работайте быстро — важны ваши первые впечатления.
Утверждения:
1. Мне некомфортно с ___.
2. Мы с ___ согласны в том, что мне нужно делать на супервизии.
3. Меня тревожит результат наших супервизионных встреч.
4. То, что мы делаем на супервизии, помогает мне по-новому взглянуть на себя как консультанта.
5. Мы с ___ понимаем друг друга.
6. ___ точно понимает мои цели.
7. Я не понимаю, что именно я делаю на супервизии.
8. Я считаю, что ___ меня любит / принимает.
9. Хотелось бы прояснить с ___ цель наших встреч.
10. Я не согласен с ___ по поводу того, что я должен получить от супервизии.
11. Думаю, мы с ___ неэффективно используем наше время.
12. ___ не понимает, чего я хочу добиться на супервизии.
13. Мне ясно, в чём моя ответственность на супервизии.
14. Цели супервизии для меня важны.
15. То, что мы делаем на супервизии, не имеет отношения к моим проблемам.
16. Я чувствую, что супервизия помогает мне стать более эффективным консультантом.
17. Я верю, что ___ искренне заботится обо мне.
18. Мне понятно, чего ___ ждёт от меня на супервизии.
19. Мы с ___ уважаем друг друга.
20. Мне кажется, ___ не до конца честен со мной.
21. Я уверен в способности ___ проводить супервизию.
22. Мы с ___ работаем над совместно определёнными целями.
23. Мне кажется, ___ меня ценит.
24. Мы с ___ согласны в том, над чем мне важно работать.
25. Благодаря супервизии мне стало понятнее, как улучшить свои навыки консультирования.
26. Мы с ___ доверяем друг другу.
27. У нас с ___ разные представления о том, над чем мне нужно работать.
28. Наши отношения с ___ для меня важны.
29. Я чувствую, что должен говорить и делать «правильные» вещи на супервизии с ___.
30. Мы с ___ совместно ставим цели для супервизии.
31. Меня расстраивает то, чем мы занимаемся на супервизии.
32. Мы с ___ хорошо понимаем, над чем ему / ей нужно работать.
33. То, что мы делаем на супервизии, не имеет смысла для ___.
34. ___ не знает, чего ожидать от супервизии.
35. ___ считает, что мы работаем с его/её проблемами правильно.
36. Я уважаю ___, даже если он/она делает то, что мне не нравится.
Поделитесь в комментариях какую ОС получил бы ваш супервизор?
И поставьте лайк если нужна анкета супервизора.
Это две анкеты: одна для супервизора, вторая — для супервизируемого.
Оцениваются три ключевых компонента:
• Цели (GOAL): совпадают ли цели супервизии у обеих сторон.
• Задачи (TASK): есть ли согласие в том, что и как делать.
• Отношения (BOND): есть ли доверие и уважение.
Разработан Одри Бариком (Audrey Bahrick), Университет Айовы
ПЕРВАЯ АНКЕТА. Инструкция:
На следующих страницах приведены утверждения, описывающие разные способы, как можно думать или чувствовать по отношению к своему супервизору.
Когда читаете утверждения, мысленно подставьте имя вашего супервизора вместо пропуска «___».
Рядом с каждым утверждением находится шкала из 7 баллов:
1 2 3 4 5 6 7
Никогда — Редко — Иногда — Порой — Часто — Очень часто — Всегда
Если утверждение всегда вам подходит — отметьте 7.
Если никогда не подходит — 1.
Используйте промежуточные значения для более точного описания.
Работайте быстро — важны ваши первые впечатления.
Утверждения:
1. Мне некомфортно с ___.
2. Мы с ___ согласны в том, что мне нужно делать на супервизии.
3. Меня тревожит результат наших супервизионных встреч.
4. То, что мы делаем на супервизии, помогает мне по-новому взглянуть на себя как консультанта.
5. Мы с ___ понимаем друг друга.
6. ___ точно понимает мои цели.
7. Я не понимаю, что именно я делаю на супервизии.
8. Я считаю, что ___ меня любит / принимает.
9. Хотелось бы прояснить с ___ цель наших встреч.
10. Я не согласен с ___ по поводу того, что я должен получить от супервизии.
11. Думаю, мы с ___ неэффективно используем наше время.
12. ___ не понимает, чего я хочу добиться на супервизии.
13. Мне ясно, в чём моя ответственность на супервизии.
14. Цели супервизии для меня важны.
15. То, что мы делаем на супервизии, не имеет отношения к моим проблемам.
16. Я чувствую, что супервизия помогает мне стать более эффективным консультантом.
17. Я верю, что ___ искренне заботится обо мне.
18. Мне понятно, чего ___ ждёт от меня на супервизии.
19. Мы с ___ уважаем друг друга.
20. Мне кажется, ___ не до конца честен со мной.
21. Я уверен в способности ___ проводить супервизию.
22. Мы с ___ работаем над совместно определёнными целями.
23. Мне кажется, ___ меня ценит.
24. Мы с ___ согласны в том, над чем мне важно работать.
25. Благодаря супервизии мне стало понятнее, как улучшить свои навыки консультирования.
26. Мы с ___ доверяем друг другу.
27. У нас с ___ разные представления о том, над чем мне нужно работать.
28. Наши отношения с ___ для меня важны.
29. Я чувствую, что должен говорить и делать «правильные» вещи на супервизии с ___.
30. Мы с ___ совместно ставим цели для супервизии.
31. Меня расстраивает то, чем мы занимаемся на супервизии.
32. Мы с ___ хорошо понимаем, над чем ему / ей нужно работать.
33. То, что мы делаем на супервизии, не имеет смысла для ___.
34. ___ не знает, чего ожидать от супервизии.
35. ___ считает, что мы работаем с его/её проблемами правильно.
36. Я уважаю ___, даже если он/она делает то, что мне не нравится.
Поделитесь в комментариях какую ОС получил бы ваш супервизор?
И поставьте лайк если нужна анкета супервизора.
❤10👍4🔥1🥱1
CBTLAB: как мы обучаем AI думать как тренера КПТ-терапевта
Каждый студент КПТ начинает с базового: автоматические мысли, когниции, поведенческая активация. Но чтобы работать с депрессией — этого мало.
Нужно учиться строить концептуализацию,
различать триггеры, убеждения и поведение,
понимать, когда активировать, а когда валидировать,
и применять всё это в логике модели, а не по наитию.
С AI — то же самое.
Большие языковые модели (например ChatGPT) — как первокурсник: читает Бека, но не проводит сессию. Он может сказать “звучит, как депрессия”, но не предложит гипотезу. Он не понимает разницы между “я не могу” и “я ничего не чувствую”.
Поэтому в CBTLAB мы калибруем модель — как ЭФФЕКТИВНО обучают терапевта:
- используем только КПТ модели расстройств
- используем современные КПТ адаптации под расстройства
- используем только научно обоснованные обучающие техники для тренировки студентов
Пример:
❌ GPT скажет:
«Спроси у клиента что ему помогает, когда плохо?»
✅ CBTLAB AI всмонит: кого учим, насколько продвинут студент, как именно учим и чему. Исходя из контекста подберет вопрос. “Учит рыбачить, но не дает рыбу”
Когда я работаю над нашей платформой я работаю над тренинговыми инструментами, а не лекциями.
- В CBTLAB студенты тренируются внутри модели,
- AI работает строго в рамках КПТ,
- Наша платформа не заменяет терапию — она оттачивает навыки студентов помогать клиентам стать психологами для самих себя.
Это не чат-бот. Это симулятор, где ты учишься мыслить как КПТ-терапевт, а не просто “поддерживать клиента”.
Совсем скоро смогу показать демо-видео, а те кто говорит по-английски пригласить в закрытую группу бета-тестеров и пройти мое научное исследование.
ИНТЕРЕСНО?
Каждый студент КПТ начинает с базового: автоматические мысли, когниции, поведенческая активация. Но чтобы работать с депрессией — этого мало.
Нужно учиться строить концептуализацию,
различать триггеры, убеждения и поведение,
понимать, когда активировать, а когда валидировать,
и применять всё это в логике модели, а не по наитию.
С AI — то же самое.
Большие языковые модели (например ChatGPT) — как первокурсник: читает Бека, но не проводит сессию. Он может сказать “звучит, как депрессия”, но не предложит гипотезу. Он не понимает разницы между “я не могу” и “я ничего не чувствую”.
Поэтому в CBTLAB мы калибруем модель — как ЭФФЕКТИВНО обучают терапевта:
- используем только КПТ модели расстройств
- используем современные КПТ адаптации под расстройства
- используем только научно обоснованные обучающие техники для тренировки студентов
Пример:
❌ GPT скажет:
«Спроси у клиента что ему помогает, когда плохо?»
✅ CBTLAB AI всмонит: кого учим, насколько продвинут студент, как именно учим и чему. Исходя из контекста подберет вопрос. “Учит рыбачить, но не дает рыбу”
Когда я работаю над нашей платформой я работаю над тренинговыми инструментами, а не лекциями.
- В CBTLAB студенты тренируются внутри модели,
- AI работает строго в рамках КПТ,
- Наша платформа не заменяет терапию — она оттачивает навыки студентов помогать клиентам стать психологами для самих себя.
Это не чат-бот. Это симулятор, где ты учишься мыслить как КПТ-терапевт, а не просто “поддерживать клиента”.
Совсем скоро смогу показать демо-видео, а те кто говорит по-английски пригласить в закрытую группу бета-тестеров и пройти мое научное исследование.
ИНТЕРЕСНО?
🔥27❤12👍3
Приглашение к участию в исследовании
ДРУЗЬЯ, НУЖНА ВАША ПОДДЕРЖКА: примите участие и помогите, пожалуйста, распространить среди КПТ коллег
Друзья, я провожу диссертационное исследование, посвящённое восприятию AI-платформы для обучения когнитивно-поведенческой терапии (КПТ).
Если вы интересуетесь психотерапией, работаете или учитесь в сфере психического здоровья, приглашаю принять участие и помочь сформировать будущее профессионального обучения.
Кто может участвовать:
• возраст 18+
• студенты, практикующие специалисты или преподаватели в области психического здоровья
• интерес к обучению КПТ
• владение английским языком и доступ в интернет
🕐 Время прохождения: около 20–25 минут
🎁 Вознаграждение: подарочная карта Amazon на $10 и месяц бесплатного доступа к бета-версии обучающей платформы по КПТ.
Если вы хотите принять участие, напишите плюсик в комментарии, и я лично вышлю ссылку.
Вопросы можно задать по адресу: divanov@alliant.edu
#CBT #MentalHealthTraining #Research #AI
Исследование одобрено Этическим комитетом Университета ALLIANT (Alliant International University Institutional Review Board).
ТЕМ, КТО ПРИМЕТ УЧАСТИЕ В ИССЛЕДОВАНИИ И ПОЙМЕТ, ЧТО ХОЧЕТ УЧАСТОВАТЬ В ПРОЕКТЕ - МЫ ПРЕДЛОЖИМ СТАТЬ ЧЛЕНОМ КОМАНДЫ БЕТТА-ТЕСТЕРОВ.
ДРУЗЬЯ, НУЖНА ВАША ПОДДЕРЖКА: примите участие и помогите, пожалуйста, распространить среди КПТ коллег
Друзья, я провожу диссертационное исследование, посвящённое восприятию AI-платформы для обучения когнитивно-поведенческой терапии (КПТ).
Если вы интересуетесь психотерапией, работаете или учитесь в сфере психического здоровья, приглашаю принять участие и помочь сформировать будущее профессионального обучения.
Кто может участвовать:
• возраст 18+
• студенты, практикующие специалисты или преподаватели в области психического здоровья
• интерес к обучению КПТ
• владение английским языком и доступ в интернет
🕐 Время прохождения: около 20–25 минут
🎁 Вознаграждение: подарочная карта Amazon на $10 и месяц бесплатного доступа к бета-версии обучающей платформы по КПТ.
Если вы хотите принять участие, напишите плюсик в комментарии, и я лично вышлю ссылку.
Вопросы можно задать по адресу: divanov@alliant.edu
#CBT #MentalHealthTraining #Research #AI
Исследование одобрено Этическим комитетом Университета ALLIANT (Alliant International University Institutional Review Board).
ТЕМ, КТО ПРИМЕТ УЧАСТИЕ В ИССЛЕДОВАНИИ И ПОЙМЕТ, ЧТО ХОЧЕТ УЧАСТОВАТЬ В ПРОЕКТЕ - МЫ ПРЕДЛОЖИМ СТАТЬ ЧЛЕНОМ КОМАНДЫ БЕТТА-ТЕСТЕРОВ.
❤20👍4🥰2
МАНТРЫ КАК АКТИВАТОРЫ ВНУТРЕННИХ И РЕСУРСНЫХ СОСТОЯНИЙ
Что современные исследования показывают о психотерапевтическом потенциале повторяющихся духовных фраз
В клинической психологии интерес к духовным и культурным практикам постепенно переходит от экзотики к эмпирически подтверждённым моделям воздействия на психику. Одним из таких феноменов становятся мантры — короткие повторяющиеся формулы, способные активировать устойчивые психофизиологические процессы, связанные с вниманием, регуляцией эмоций и ощущением смысла.
Как мантры активируют оздоравливающие ресурсы
Исследования (Benson, 1975; Wachholtz & Pargament, 2008) показывают, что эффект мантры не сводится к механическому повторению звуков. Повторение сопровождается активацией фокуса внимания, снижением тревоги и восстановлением саморегуляции.
Даже «нерелигиозные» формы, например, трансцендентальная медитация с нейтральным звуком, вызывают схожие нейропсихологические процессы — замедление, сосредоточенность и физиологическое расслабление.
Однако, когда мантра несёт духовное или символическое значение, её действие усиливается. В исследованиях сравнивались традиционные и искусственные («псевдо-») мантры: первые значимо снижали стресс, тревожность и даже повышали болевую толерантность.
Причина — не только концентрация внимания, но и активация когнитивно-эмоциональных сетей, связанных с верой, надеждой и чувством принадлежности.
Иными словами, духовно наполненная мантра — это не просто звук, а психосоциальный инструмент, запускающий внутренние и культурные механизмы исцеления и устойчивости.
Спиритуальность как ежедневный психологический ресурс
Регулярное повторение мантры вызывает то, что когнитивная психология называет spreading activation — распространение активации по ассоциативной сети памяти.
При произнесении мантры активируются не только слова, но и связанные с ними образы, эмоции, мотивации, телесные паттерны. Даже короткая практика способна вызывать состояние безопасности и спокойствия, аналогичное условно закреплённой реакции на релаксационные стимулы.
Со временем мантра наполняется личным и культурным смыслом, становясь «свящённым символом» — процесс, известный как sanctification.
Такой символ активирует глубинные схемы устойчивости, защищённости и морального самоутверждения. В результате мантра превращается в устойчивый якорь саморегуляции — не только для религиозных людей, но и для тех, кто ищет экзистенциальную опору вне религии.
Клинические импликации
Для практикующих психологов и психотерапевтов это открывает путь к интеграции духовных практик в терапию без нарушения границ или навязывания верований:
• мантры можно рассматривать как когнитивно-поведенческие стимулы, способствующие фокусировке и самоуспокоению;
• их использование может активировать аффективные и смысловые сети, снижая стресс и укрепляя чувство связности;
• при осмысленном включении в терапевтический процесс они становятся универсальным средством эмоциональной регуляции и источником смысла, особенно для клиентов с культурно или духовно окрашенным мировоззрением.
Вывод в духе инстаграм
Попросил ChatGPT написать просто 🤭
Мантра — это форма «языкового нейрокода», через которую человек подключается к внутренним ресурсам, смысловым структурам и культурной памяти.
Её сила — в повторении, а терапевтический эффект — в смысле, который она несёт.
Когда звук становится символом, психика получает доступ к своим глубинным резервам устойчивости.
Oman, D. (2025). What is a mantra? Guidance for practitioners, researchers, and editors. American Psychologist, 81(7), 1035–1051. https://doi.org/10.1037/amp0001368
Что современные исследования показывают о психотерапевтическом потенциале повторяющихся духовных фраз
В клинической психологии интерес к духовным и культурным практикам постепенно переходит от экзотики к эмпирически подтверждённым моделям воздействия на психику. Одним из таких феноменов становятся мантры — короткие повторяющиеся формулы, способные активировать устойчивые психофизиологические процессы, связанные с вниманием, регуляцией эмоций и ощущением смысла.
Как мантры активируют оздоравливающие ресурсы
Исследования (Benson, 1975; Wachholtz & Pargament, 2008) показывают, что эффект мантры не сводится к механическому повторению звуков. Повторение сопровождается активацией фокуса внимания, снижением тревоги и восстановлением саморегуляции.
Даже «нерелигиозные» формы, например, трансцендентальная медитация с нейтральным звуком, вызывают схожие нейропсихологические процессы — замедление, сосредоточенность и физиологическое расслабление.
Однако, когда мантра несёт духовное или символическое значение, её действие усиливается. В исследованиях сравнивались традиционные и искусственные («псевдо-») мантры: первые значимо снижали стресс, тревожность и даже повышали болевую толерантность.
Причина — не только концентрация внимания, но и активация когнитивно-эмоциональных сетей, связанных с верой, надеждой и чувством принадлежности.
Иными словами, духовно наполненная мантра — это не просто звук, а психосоциальный инструмент, запускающий внутренние и культурные механизмы исцеления и устойчивости.
Спиритуальность как ежедневный психологический ресурс
Регулярное повторение мантры вызывает то, что когнитивная психология называет spreading activation — распространение активации по ассоциативной сети памяти.
При произнесении мантры активируются не только слова, но и связанные с ними образы, эмоции, мотивации, телесные паттерны. Даже короткая практика способна вызывать состояние безопасности и спокойствия, аналогичное условно закреплённой реакции на релаксационные стимулы.
Со временем мантра наполняется личным и культурным смыслом, становясь «свящённым символом» — процесс, известный как sanctification.
Такой символ активирует глубинные схемы устойчивости, защищённости и морального самоутверждения. В результате мантра превращается в устойчивый якорь саморегуляции — не только для религиозных людей, но и для тех, кто ищет экзистенциальную опору вне религии.
Клинические импликации
Для практикующих психологов и психотерапевтов это открывает путь к интеграции духовных практик в терапию без нарушения границ или навязывания верований:
• мантры можно рассматривать как когнитивно-поведенческие стимулы, способствующие фокусировке и самоуспокоению;
• их использование может активировать аффективные и смысловые сети, снижая стресс и укрепляя чувство связности;
• при осмысленном включении в терапевтический процесс они становятся универсальным средством эмоциональной регуляции и источником смысла, особенно для клиентов с культурно или духовно окрашенным мировоззрением.
Вывод в духе инстаграм
Попросил ChatGPT написать просто 🤭
Мантра — это форма «языкового нейрокода», через которую человек подключается к внутренним ресурсам, смысловым структурам и культурной памяти.
Её сила — в повторении, а терапевтический эффект — в смысле, который она несёт.
Когда звук становится символом, психика получает доступ к своим глубинным резервам устойчивости.
Oman, D. (2025). What is a mantra? Guidance for practitioners, researchers, and editors. American Psychologist, 81(7), 1035–1051. https://doi.org/10.1037/amp0001368
❤15🤔3🕊1
БЕСПЛАТНЫЙ ВЕБИНАР
Уже три года мы работаем над стартапом и пора выходить из тени.
Первый вебинар, где мы начнем рассказывать про проект.
ТЕМА "КАК ОБУЧАТЬСЯ КПТ ЭФФЕКТИВНО?
ПРО НОВОЕ ПОКОЛЕНИЕ ТРЕНИНГОВ В ПСИХИЧЕСКОМ ЗДОРОВЬЕ"
Проблема
Специалистов по КПТ не хватает. Почему?
Обучение недоступно, а доступное — устарело и неэффективно.
Психологи говорят о научной обоснованности терапии,
но сами часто обучают «на глазок»:
– без интерактива,
– без адаптации под студента,
– без практики.
В результате:
– студенты слушают пассивно,
– «троечки» имитируют работу,
– выпускники знают многое, но не умеют применять.
Решение
Мы меняем подход.
New Generation Trainings — это:
– персонализированные маршруты,
– интерактив,
– доступ из любой точки мира.
А теперь и с помощью AI.
Обучение в психологии меняется — и вы можете быть в этом первыми.
Что будет на вебинаре
Мы — Дима, Юра и я, сооснователи AI-платформы — CBTLAB
расскажем:
– зачем это нужно,
– что мы делаем,
– как это работает.
Это закрытая встреча для тех, кому важны:
– доказательный подход,
– качество обучения,
– и практическая эффективность.
Хотите участвовать? Напишите «+» — вышлем ссылку.
Можно делиться этим сообщением с коллегами.
📅 Суббота, 22 ноября
🕘 21:00 по Москве
Уже три года мы работаем над стартапом и пора выходить из тени.
Первый вебинар, где мы начнем рассказывать про проект.
ТЕМА "КАК ОБУЧАТЬСЯ КПТ ЭФФЕКТИВНО?
ПРО НОВОЕ ПОКОЛЕНИЕ ТРЕНИНГОВ В ПСИХИЧЕСКОМ ЗДОРОВЬЕ"
Проблема
Специалистов по КПТ не хватает. Почему?
Обучение недоступно, а доступное — устарело и неэффективно.
Психологи говорят о научной обоснованности терапии,
но сами часто обучают «на глазок»:
– без интерактива,
– без адаптации под студента,
– без практики.
В результате:
– студенты слушают пассивно,
– «троечки» имитируют работу,
– выпускники знают многое, но не умеют применять.
Решение
Мы меняем подход.
New Generation Trainings — это:
– персонализированные маршруты,
– интерактив,
– доступ из любой точки мира.
А теперь и с помощью AI.
Обучение в психологии меняется — и вы можете быть в этом первыми.
Что будет на вебинаре
Мы — Дима, Юра и я, сооснователи AI-платформы — CBTLAB
расскажем:
– зачем это нужно,
– что мы делаем,
– как это работает.
Это закрытая встреча для тех, кому важны:
– доказательный подход,
– качество обучения,
– и практическая эффективность.
Хотите участвовать? Напишите «+» — вышлем ссылку.
Можно делиться этим сообщением с коллегами.
📅 Суббота, 22 ноября
🕘 21:00 по Москве
❤21