ИИ слышит, видит и измеряет. Готовы доверить ему клиента?
Мультимодальный ИИ в психологии — возможности и ограничения

На сессии мы воспринимаем больше, чем слова. Интонация, мимика, поза, движения, признаки усталости — всё это часть картины состояния клиента.

Сегодня ИИ учится анализировать не только текст. Появились мультимодальные системы, которые совмещают:
• Голосовой анализ — темп, паузы, колебания тона.
• Распознавание выражений лица — включая микровыражения.
• Данные с носимых устройств — сон, пульс, вариабельность сердечного ритма.
• Видео и движения — изменения позы, жестов.

Это похоже на момент, когда начинающий терапевт начинает видеть и слышать всё, что происходит в кабинете, а не только слушать речь.
Потенциал
• Раннее выявление изменений состояния.
• Мониторинг между сессиями.
• Объективное дополнение к субъективному рассказу клиента.

Ограничения
• Ложные выводы: зевок может значить усталость, а может — горе.
• Культурные различия: одни и те же жесты значат разное в разных странах.
• Нет понимания контекста: ИИ ищет совпадения, а не смысл.
• Этические риски: конфиденциальность биометрии, согласие клиента.

Вывод
ИИ может помочь наблюдать, но не интерпретировать. Как и в подходе Падески с Socratic Dialogue , именно терапевт остаётся тем, кто соединяет данные с клиническим контекстом и ведёт клиента к открытиям.

Вопрос
Использовали бы вы ИИ для предварительной оценки состояния клиента по голосу, мимике и биометрии — или дуамете, что это пока слишком рискованно без вашего анализа?

ПРЯМОЙ ЭФИР
ПУТЬ К ЛИЦЕНЗИИ КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА В США

Привет друзья.

Вы, возможно помните, что я в аспирантуре по клинической психологии.
Но чтобы стать клиническим психологом диплома недостаточно - нужны клинические часы.
ТРИ ТЫСЯЧИ ЧАСОВ 😭

Пару человеку просили отдельную консультацию по этому вопросу, но я подумал что интересно может быть много кому в этом канале и решил не брать денег, а провести прямой эфир здесь.

14 августа в 9:00 PM Pacific Time
15 августа в 8-00 Утра Московское время
Жду вас здесь.

Накидайте вопросы в комментарии, если что-то особенно интересует.

ЗАПИСЬ ЭФИРА
Записал самое интересное.
А если остались вопросы или что-то особенно интересно - напишите в комментарии.
Постараюсь выходить в эфир раз в неделю 👇

Применение ИИ в практике психотерапевта
Выдержки из статьи: Ajayi J. AI in Mental Health, 2025

Каждое утро я просматриваю новые публикации по теме психотерапии и ИИ. Иногда попадаются действительно полезные обзоры. Один из них — статья Джоая Аджайи «AI in Mental Health» (апрель 2025). В ней собраны основные направления применения ИИ в диагностике, лечении и мониторинге психических расстройств. Ниже — краткое и практико-ориентированное резюме для терапевтов.

1. Диагностика и раннее выявление
ИИ-системы анализируют речь, текст и поведение клиента:
• ELLA — приложение, определяющее биполярное расстройство по речи (точность 89% в пилотных данных) .
• NLP-модели, работающие с заметками в ЭМК или соцсетями, выявляют депрессию и тревожность (пример — алгоритм Facebook по предотвращению суицидов).

2. Цифровые помощники на базе КПТ
• Woebot, Wysa — чат-боты, использующие базовые техники КПТ.
Клинические эффекты: снижение PHQ-9 примерно на 30% при лёгкой депрессии.
Минусы: высокий процент досрочного прекращения (>50%) и слабая работа в острых состояниях .

3. Мониторинг между сессиями
• Wearables (Oura, Apple Watch): анализ сна, ЧСС, активности.
Стэнфордское исследование: точность предсказания депрессии — 75% .
• Анализ клавиатуры (например, Mindstrong): распознавание фаз у пациентов с БАР.

Что можно использовать уже сейчас:
• Протестировать чат-боты самому, чтобы понимать границы их применения.
• Рекомендовать клиентам дневники самонаблюдения с ИИ-функцией (если это уместно и этично).
• Включать данные с носимых устройств в работу (например, обсуждать изменения сна или активности).
• Обсуждать ИИ на супервизиях: как, когда и зачем его подключать.

ИИ — не альтернатива терапии, а вспомогательный инструмент. Важно не терять клиническое мышление и всегда критически оценивать, где технологии действительно помогают, а где мешают.

Источник:
Ajayi J. (2025). AI in Mental Health. ResearchGate.
https://www.researchgate.net/publication/390836745

Генеративный ИИ в клиническом обучении: к чему это всё ведёт
Я тут порадовался и решил похвалиться.

Недавно прочёл статью “Revolutionizing Simulation-Based Clinical Training with Generative AI” (Liu et al., 2023).
Хороший обзор о том, как генеративные модели (вроде GPT) меняют симуляционное обучение в медицине.

Авторы показывают, что текущие симуляции ограничены:
фиксированные сценарии,
низкая вариативность,
высокая нагрузка на преподавателей.

GenAI решает эти задачи — он создаёт реалистичные ситуации на лету, адаптируется к действиям обучающегося и даёт обратную связь сразу после попытки.

Это напрямую связано с тем, что мы делаем на CBTLAB AI-платформе.
Работаем над тем, чтобы перенести адаптивный подход в обучение психологов и психотерапевтов.

Очень сложно построить именно обучающую среду, где генеративный ИИ не просто “играет роль” как хочет, а делает это точно целенаправленно для достижения обучающих поставленных мной ему целей.
То есть работает в связке с дидактическими целями: развитие навыков, рефлексия, подготовка к супервизии.
Это то, о чём авторы статьи пишут как о перспективе, а у нас это уже в прототипе!!

Их вывод: без интеграции с образовательной моделью GenAI не даёт устойчивого эффекта.
Это важное подтверждение — именно поэтому мы делаем упор не на технологию, а на структуру обучения, обратную связь и супервизионную поддержку.

Если коротко — статья подтверждает: мы двигаемся в том направлении, о котором сейчас только начинают писать в контексте медицины. Только мы это уже реализуем в области психотерапии.

Как поддерживать ремиссию при депрессии у подростков: руководство по фазе рецидив-профилактики (RPP)
Для тех кто работает с подростками.
Обзор книги Kennard, Hughes, Foxwell (2016)
Книга понятная, насыщенная, профессиональная. Рекомендую её всем, кто работает с подростками, особенно в школьной, амбулаторной или первичной системе помощи.


Когда использовать этот подход
Если подросток завершает курс КПТ (12–16 сессий) и достигает устойчивого снижения симптомов (например, по CDI и CDRS-R), следующий шаг — рецидив-профилактика.
Это отдельный модуль на 6–8 сессий, включённый в “TADS* CBT manual” и валидированный в клинических исследованиях. Игнорирование этой фазы увеличивает риск возврата симптомов в течение 6–12 месяцев.


Что включает программа RPP (Relapse Prevention Phase):
1. Сессия 1. Психообразование и вспоминаем навыкы, которые освоили
Повторение когнитивной модели, краткий опрос: какие навыки были полезны, что помогает справляться.
2. Сессия 2. Обобщаем все триггеры и первые звоночки депрессии
Работа с таблицей предупреждающих признаков (например: “плачу чаще”, “теряю интерес”, “хочется изолироваться”). Подросток составляет индивидуальный список на основе своих прошлых эпизодов.
3. Session 3 – Составляем карту собственной язвичомсти
Интеграция когнитивных, поведенческих, эмоциональных и физиологических сигналов в “Signature Map” — модель собственной уязвимости. Это основа для предотвращения рецидива.
4. Session 4 – Составляем план как справляться
Подросток формирует письменный план действий при признаках рецидива: какие навыки применить, кого оповестить, какие действия помогут восстановиться.
5. Session 5 – Вспоминаем КПТ техники и как решать проблемы
Углубление поведенческой активации, навыков когнитивной реструктуризации, работа с ситуациями «высокого риска» (отвержение, экзамены, конфликты в семье).
6. Session 6 – Обсуждаем с родителями их роль и потенциальной участие если рецидив случится
Родители получают информацию о relapse-signature подростка и учатся помогать, не усиливая зависимость (поддержка без контроля).
7–8. Бустерные сессии
Через 1–2 месяца — для оценки устойчивости, коррекции плана.


Клинический смысл и особенности:
• Программа строится на когнитивной модели рецидива, а не просто повторении КПТ-навыков.
• Используются визуальные и структурные формы, включая:
• Relapse Signature Worksheet
• Coping Cards
• Daily Mood Tracker
• Акцент не на симптомах, а на функциональной устойчивости и развитии навыка самонаблюдения.
• Вовлечение семьи минимально-интенсивное, без превращения родителей в квази-терапевтов.

Отзыв от меня
Эта книга - хорошая подсказка завершающей фазы терапии подростков.
Благодаря её структуре, мы не просто “закрываем кейс”, а готовим подростка к самостоятельному управлению рисками.

Особенно ценю:
• чёткую логику от симптомов → к предупреждению → к действию;
• конкретные формулировки для обсуждений с подростком;
• фокус на устойчивости, а не идеальной стабильности;
• адаптацию под формат групповой работы и родительского включения.

ТРУДНОСТИ НА ПРАКТИКЕ
На практике как только полегчало - пациент спешить перестать ходить на терапию. И я их отлично понимаю. Понимаю и родителей, для которых терапия ребенка очень затратный момент.
Нам важно уметь обосновывать и подтверждать наукой ВАЖНОСТЬ сессий, направленных на профилактику.
В КПТ важно не снизить симптомы, а снабдить пациента навыками для управления симптомами.

*Treatment for Adolescents with Depression Study (TADS) — это одно из крупнейших и наиболее значимых рандомизированных клинических исследований, проведённых в США для оценки эффективности различных методов лечения депрессии у подростков. Исследование проводилось Национальным институтом психического здоровья (NIMH) с начала 2000-х годов.

ВОПРОС НА ЗАСЫПКУ
Сколько обычно сессий отводите на целенаправленное обсуждение профилактики рецидивов?
Только давайте честно!
Устроим маленький опрос в комментарии.
Ставьте цифры.

ПРО СРАВНЕНИЯ
Сейчас в инстраграм тренд, где люди говорят начала фраз которые когда-то говорили нам советские мамы
У всех дети как дети а у меня.... (не пойми что), а у соседей... (лучше), кому-то дано, а кому-то... (не дано).
К счастью современные дети, заканчивают эти фразы по-своему.

Но тема сравнения очевидна!!
В КПТ мы смотрим на сравнения как на ДЕПРЕССОГЕННЫЙ фактор.
А читая вчера книгу по буддизму остановился на МАНЕ.

Теодор Рузвельт говорил: «Сравнение — вор радости».
В буддийской традиции на языке пали есть слово мана — автоматическая привычка измерять себя по отношению к другим.
Она может проявляться как чувство превосходства («Я лучше») или неполноценности («Я хуже»).
В обоих случаях это усиливает страдания.

В сфере финансов мана превращает деньги из инструмента свободы в бесконечную гонку, где «достаточно» всегда чуть дальше.
Исследования подтверждают: частые сравнения активируют систему стресса в мозге, ухудшают принятие решений и усиливают импульсивность.

В когнитивно-поведенческой терапии мы рассматриваем ману как дисфункциональный автоматический мыслительный паттерн.
Триггер — чужие достижения, посты в соцсетях, новости о доходах или карьерных успехах.
Мысль — «Я недостаточно успешен» или «Я лучше других».
Эмоции — зависть, стыд, тревога или изоляция.
Поведение — переработка, рискованные финансовые решения, избегание или накопительство.

В КПТ важно замечать такие мысли в момент их появления, фиксировать их в дневнике мыслей и оспаривать с помощью когнитивной реструктуризации.
Проверять доказательства: на чём основано это сравнение.
Искать альтернативные объяснения: я иду своим путём.
Фокусироваться на личных ценностях и целях, а не на внешней планке.

Достаточно просто отследивать как мы бесконечно сравниваем.
Сравнения вшиты в наше мышление.
Но можно и встраивать в день короткое упражнение «простая перезагрузка».
Каждое утро, до соцсетей и новостей, вспоминать один аспект своей финансовой или личной жизни, который вы цените, и одно решение, принятое из мудрости, а не из сравнения.

Так мы тренируем нервную систему воспринимать «достаточно» как норму, а не как редкое исключение. КПТ в этом процессе помогает не просто менять мысли, а формировать осознанный выбор — действовать из состояния достаточности, а не из реакции на чужие стандарты.

КОНЦЕПЦИЯ достаточно или Enoughness отдельная тема.

Лайкните, если интересно.
Не для для того, чтобы потешить мое эго, а для ощущения общности - что мы в этой теме резонируем и я не один подмечаю вредность сравнения.

ПСИХОАНАЛИЗ И Я

В этом году я оказался буквально окружён психоанализом.
Клиника, где я прохожу третий год практики, работает эклектично, но детские группы в основном ведутся в психодинамическом ключе.
Мой супервизор — психоаналитик (у нас было всего четыре встречи, но опыт оказался очень ценным).
В институте второй год подряд у нас курс по психодинамическим теориям.
И вообще, в Bay Area невероятно много терапевтов, которые работают именно психодинамически. А я ведь раньше думал, что КПТ уже «завоевала мир» — оказалось, совсем не так.

Сейчас читаю Кохута и наткнулся на мысль, которая мне показалась очень близкой и понятной даже нам, когнитивно-поведенческим терапевтам. Речь идёт о том, что он называет “vicariously introspected data”.

Что это значит? Аналитик, по Кохуту, не просто наблюдает поведение и не ограничивается собственными размышлениями. Он старается эмпатически вчувствоваться в пациента и описывать его внутренний опыт так, как будто проживает его сам. Эти данные нельзя измерить тестом или вывести из внешних фактов, они приходят именно через сопереживание.

Кохут подчёркивает, что такой метод задаёт рамку психологии. Если мы начинаем описывать мать и ребёнка как социальную систему или сводим всё к биологии, мы уже находимся в другой науке. Это можно сравнивать, но нельзя смешивать.

Особенно ясно это проявляется, когда речь идёт о самых ранних уровнях психики — так называемой prestructural psyche. Там ещё нет привычных категорий вроде «желания» или «конфликта» — есть только напряжение и его снижение, то есть сырые переживания. И именно их мы можем уловить только через эмпатию.

Работая сейчас с младшими подростками, я особенно хорошо вижу этот уровень: там, где ребёнок ещё не всегда может назвать желание или объяснить переживание, но мы можем почувствовать и отразить его состояние. Это и есть тот самый материал, который Кохут называет vicariously introspected data.

🔑 Идея, которая меня зацепила: психология держится на том, что мы готовы описывать внутренний мир изнутри, сохраняя эмпатическую рамку, а не убегать в язык других дисциплин.

Признайтесь, дорогие КПТ-коллеги, вы тоже почитываете психоанализ?
Мои любимчики Кохут и Кернберг пока.

Strengths-Based CBT
Лена Харзиани начала собирать всю доступную литературу по strength-based подходу в психотерапии, а я помогаю.
Среди важных — статья Кристины Падески и Кэтлин Мунни, в которой описана четырёхшаговая модель Strengths-Based CBT для развития устойчивости.
Мы не можем выложить полный текст из-за авторских прав, поэтому делимся выдержкой с основными идеями.

Модель включает четыре шага:
1. Поиск сильных сторон — выявление стратегий, убеждений и личных ресурсов, которые человек уже использует и которые могут способствовать развитию нужного качества (например, устойчивости).
2. Построение личной модели устойчивости (PMR) — превращение этих сильных сторон в обобщённые стратегии, записанные словами клиента и подкреплённые образами или метафорами.
3. Применение модели — использование PMR в сложных ситуациях, с фокусом не на решении проблемы, а на сохранении устойчивости.
4. Практика — проведение поведенческих экспериментов для отработки устойчивости, с последующим анализом через «линзу устойчивости».

Ключевые принципы подхода:
• Ищем не дефициты, а уже имеющиеся ресурсы.
• Используем метафоры и образы, чтобы сделать модель запоминающейся.
• Фокусируемся на устойчивости как процессе, а не на достижении конкретного результата.
• Меняем терапевтическую рамку: больше поощрения, тепла, пауз и конструктивных вопросов.

Эта модель, по мнению авторов, может применяться не только для развития устойчивости, но и для укрепления любых позитивных качеств, если в основе поиска лежат реальные жизненные ситуации, где клиент уже проявляет желаемое качество.

Пример поиска «скрытых сил» в Strengths-Based CBT
Терапевт: Что ты делаешь каждый день, просто потому что хочешь?
Пол: Точно — выкладываю пост в свой видеоблог.
Терапевт: И что тебе в этом важно?
Пол: Это важно для моих подписчиков — они ждут. И я хочу, чтобы у них поднялось настроение.

Дальше терапевт интересуется, с какими препятствиями Пол сталкивается. Тот рассказывает, что иногда снимает ролик много раз, потому что «сказал глупость». На вопрос, что помогает не сдаться, Пол отвечает:
— обязательство перед своей аудиторией,
— желание, чтобы люди смеялись и чувствовали себя лучше,
— вера в свою способность сделать хороший ролик,
— чувство юмора,
— умение работать долго без усталости.

Из этих элементов терапевт и Пол формируют Личную модель устойчивости — список стратегий и метафор, которые можно применять и в других сложных ситуациях. Например, метафора «диджей, который меняет атмосферу в комнате» помогла Полу быть гибче и спокойнее в конфликтных ситуациях на работе.

Если интересно - то будем по чуть-чуть делиться названиями книг и статей на тему.

СУИЦИДАЛЬНОСТЬ И УБЕЖДЕНИЯ О СНЕ
Если вы работает с подростками с суицидальным поведением, то возможно замечали что они часто жалуются на плохой сон.
Хочу поделиться свежим исследованием и практическими выводами на эту тему.

Недавняя работа Bullinger и соавт. (2025) показывает:
у подростков с суицидальными мыслями и попытками ключевую роль играют дисфункциональные убеждения о сне (например, «если я плохо сплю, я не справлюсь с завтрашним днём», «я беспомощен, когда не могу уснуть»). Эти установки усиливают депрессию, эмоциональную дисрегуляцию и суицидальные идеи .

Важно: снижение таких убеждений связано с улучшением сна и ослаблением суицидальной симптоматики даже в программах, которые напрямую не работают со сном .

Практические акценты для КПТ-терапевтов:
1. Систематически оценивайте сон у подростков с СИ/суицидальными попытками. Используйте дневники сна, шкалу DBAS-16.
2. Работайте с убеждениями о сне так же, как с любыми когнитивными искажениями. Сократический диалог (Падески, 2023) и поведенческие эксперименты помогают «разоблачить» мысль «если я не усну, всё рухнет» .
3. Учите родителей и подростков нормализовать ожидания от сна: иногда «плохая ночь» не означает провала.
4. Связывайте работу со сном с эмоциональной регуляцией. Бессонница → дисрегуляция → рост суицидального риска. Здесь техники осознанности и поведенческие стратегии тоже важны.

Вопрос к вам, коллеги: регулярно ли вы включаете работу со сном в план терапии при суицидальности у подростков? Или чаще фокусируетесь на депрессии/кризисном плане?

ОФФТОП КПТ-КА
Размышления выходного дня про групповые процессы

Мы на учебе сейчас разбираем групповые процессы по Биону. Как вы знаете, я веду группы для младших подростков, и поэтому стараюсь смотреть на разные ситуации через призму групповой динамики. И тут мне захотелось поразмышлять не о терапии, а о том, что я вижу в стране, из которой родом. Это оффтоп, просто делюсь.

У Биона есть идея: группа может функционировать как рабочая — тогда она реально делает дело, учится, развивается. Но чаще она «проваливается» в так называемые базовые допущения: зависимость от лидера, борьба–бегство или надежда на спасителя (парность).

В авторитарной системе всё устроено так, что один лидер забирает себе сразу все эти роли: он становится «отцом», от которого все зависят, он же — «спаситель будущего», вокруг которого все строят надежду, и одновременно — «военный вождь», который указывает врага, с которым надо бороться.

Даже церковь или армия, которые у Биона должны бы «контейнировать» тревогу и помогать группе работать, превращаются в инструменты этого лидера.

И тогда у группы (в данном случае — у целого общества) не остаётся пространства быть рабочей группой, то есть реально развиваться. Всё сводится к выживанию: объединиться вокруг маленьких «разрешённых» символов, принять врага, которого назначили сверху, и всё глубже зависеть от фигуры лидера.

Такая группа держится не на энергии развития, а на страхе и угрозе. По Биону — это регресс на очень ранний, архаичный уровень.

Для нас, КПТ-терапевтов, это тоже важный урок. Ведя КПТ-группы, мы предполагаем, что участники способны сотрудничать с нами и работать по принципам КПТ. Это базовое условие и наша профессиональная позиция. Но когда я вёл группы с более тяжёлой патологией, я замечал, что такие бионовские процессы (зависимость, борьба–бегство, парность) начинают блокировать сам рабочий процесс. Если их игнорировать и просто продолжать «доставлять контент», группа уходила ещё дальше от рабочей позиции.

Мини-чеклист для ведущего КПТ-группы

Как распознать, что группа «съехала» в базовые допущения:
• Зависимость – участники ждут только от терапевта решений и поддержки, перестают использовать собственные навыки.
• Борьба–Бегство – группа начинает активно жаловаться на «внешнего врага» (школу, систему, других), или появляются открытые конфликты или избегание заданий.
• Парность – участники создают идеализированную связку (например, «когда один выздоровеет, то и всем станет легче») и начинают жить только ожиданием будущего.

Что может помочь вернуть рабочую позицию:
• Вернуть внимание к цели и задаче сессии («Сегодня мы тренируем технику Х, давайте вернёмся к ней»).
• Подчеркнуть роль каждого участника в процессе («Какие шаги каждый может попробовать уже сегодня»).
• Использовать сократовские вопросы, чтобы включить мышление, а не только эмоции («Что вы замечаете, когда избегаете», «Какая альтернатива есть»).
• Подчеркнуть принцип сотрудничества: терапевт ведёт, но группа работает.

Подобные динамики интересно наблюдать и на семинарах.
Никогда не замечали реакции студентов, когда преподаватель начинает вещать из позиции Бога, или спасителя от опасности, которая грозит, если студенты будут учиться не у него, или "приглашая" группу обьединяться и дружить против других подходов?

АТЛАС ЭМОЦИЙ
Ребята, а вы видели какой прекрасный атлас у Пола Экмана?

Этот главный чувак по эмоциям в мире.
Не только потому, что выступал консультантом мультика Головоломка. -)

Что такое адаптация CPT и зачем это нам?

Cognitive Processing Therapy (CPT) — один из протоколов первой линии при ПТСР. Классический формат: индивидуальная работа 1–2 раза в неделю, очно, в течение фиксированного количества сессий.

Но на практике пациенты сталкиваются с барьерами: нет времени, трудно добираться, дорого, мало подготовленных специалистов. Именно поэтому развивается адаптация CPT — изменения формы доставки терапии при сохранении её «ядра».

Что входит в адаптации:
• дистанционные форматы (телемедицина, онлайн)
• групповая работа вместо индивидуальной
• более короткие или, наоборот, интенсивные сессии
• изменения продолжительности всей программы

Зачем это нужно:
Адаптации расширяют доступность терапии для людей, которые иначе могли бы остаться без помощи

Что показали исследования (Sandanapitchai & Nixon, 2025):
• адаптированные версии CPT дают такие же значимые улучшения по симптомам ПТСР и депрессии, как и стандартный протокол
• различий в результатах почти нет, но важно помнить о разной мощности исследований

Главный вывод: адаптации CPT позволяют подстраивать терапию под реальные условия жизни пациента без потери эффективности, если мы сохраняем ключевую структуру работы: когнитивную переработку травматических убеждений, письменные задания и экспозицию к воспоминаниям.


❓Вопрос к вам, коллеги: если эффективность одинакова, что для вас решающий аргумент в пользу адаптации — доступность, удержание клиента в терапии или скорость ремиссии?
Я думал о другой крайности, когда терапевт начинает менять протоколы как ему захочется, теряя эффективные факторы терапии.
Вижу, что такие исследования могут давать ложный сигнал, что это можно делать.