Грузинская православная церковь (ГПЦ) обрела нового предстоятеля. В городе Мцхета, в храме Светицховели, воспетом в знаменитом романе Константина Гамсахурдиа «Десница великого мастера», прошла интронизация Католикоса-Патриарха всея Грузии. После избрания на расширенном духовном собрании преемником Илии II стал митрополит Шио (в миру Элизбар Муджири). Почти полувековая эпоха, пришедшаяся на годы «застоя» и распада СССР, период постсоветских конфликтов и становления постсоветской Грузии, зарифмованная с личностью Илии II, завершилась.
Успехе Шио III не выглядит, как сенсация. До своей интронизации он не был просто одним из высших церковных иерархов. В ноябре 2017 года по распоряжению своего великого предшественника Шио был назначен патриаршим местоблюстителем. Учитывая солидный возраст и все возрастающие проблемы со здоровьем предыдущего Католикоса-Патриарха, это решение делало его будушего преемника очевидным фаворитом в иерархии ГПЦ. Это решение Илии II (которое сам Шио рассматривал, как неожиданное) было утверждено Синодом Грузинской церкви в 2018 году. То есть без малого десять лет будущий Католикос-Патриарх был фактически главной фигурой в церковной иерархии. Он набирал и аппаратный вес, и авторитет как духовный лидер.
О новом предстоятеле говорят, как о человеке консервативных взглядов. Он не слишком активен в медийном пространстве. Скажем осторожнее, пока недостаточно активен. Думается, его новая роль и новый статус исправят эту ситуацию. Что касается консерватизма, то здесь Шио III будет опираться на укоренившиеся тренды в ГПЦ. Напомню, что в 1997 году Грузинская православная церковь вышла из Конференции европейских церквей и Всемирного совета церквей, той самой международной организации, которой Илия II руководил в период 1978–1983 гг. Из уст Шио (еще в статусе митрополита Сенакского) звучали критические оценки «либералов».
Но было бы большой ошибкой делать на этом основании выводы о якобы близости нового Католикоса-Патриарха России. В мире есть немало примеров, когда критики «либеральных» трендов хоть среди светских, хоть среди духовных лидеров далеко не во всем готовы принимать подходы Москвы к тему или иным международным проблемам. ГПЦ действительно сохраняла (и продолжает сохранять) активные связи с Русской православной церковью. Этому ни помешали ни «пятидневная война» 2008 года, ни отсутствие дипотношений между РФ и Грузией, ни выход последней из СНГ. Вспомним, как в 2008 году (!) Илия II приезжал в Москву проститься с предстоятелем РПЦ Алексием II. Не забудем и про его встречи с президентом Владимиром Путиным! Но этому есть вполне логичное объяснение.
РПЦ в отличие от российской официальной власти имеет свое отношение к абхазско-югоосетинской теме. Она до сих пор признает две республики, получившими официальную поддержку независимости Москвой, каноническими территориями ГПЦ. Но, как говорят, в таких случаях, есть нюанс! Грузинская церковь- не просто институт, а важный инструмент формирования национального нарратива. Со всеми его травмами и проблемными местами, включая и отношения с Россией. И вновь избранный Католикос-Патриарх не станет ломать этот тренд!
Сергей Маркедонов
Успехе Шио III не выглядит, как сенсация. До своей интронизации он не был просто одним из высших церковных иерархов. В ноябре 2017 года по распоряжению своего великого предшественника Шио был назначен патриаршим местоблюстителем. Учитывая солидный возраст и все возрастающие проблемы со здоровьем предыдущего Католикоса-Патриарха, это решение делало его будушего преемника очевидным фаворитом в иерархии ГПЦ. Это решение Илии II (которое сам Шио рассматривал, как неожиданное) было утверждено Синодом Грузинской церкви в 2018 году. То есть без малого десять лет будущий Католикос-Патриарх был фактически главной фигурой в церковной иерархии. Он набирал и аппаратный вес, и авторитет как духовный лидер.
О новом предстоятеле говорят, как о человеке консервативных взглядов. Он не слишком активен в медийном пространстве. Скажем осторожнее, пока недостаточно активен. Думается, его новая роль и новый статус исправят эту ситуацию. Что касается консерватизма, то здесь Шио III будет опираться на укоренившиеся тренды в ГПЦ. Напомню, что в 1997 году Грузинская православная церковь вышла из Конференции европейских церквей и Всемирного совета церквей, той самой международной организации, которой Илия II руководил в период 1978–1983 гг. Из уст Шио (еще в статусе митрополита Сенакского) звучали критические оценки «либералов».
Но было бы большой ошибкой делать на этом основании выводы о якобы близости нового Католикоса-Патриарха России. В мире есть немало примеров, когда критики «либеральных» трендов хоть среди светских, хоть среди духовных лидеров далеко не во всем готовы принимать подходы Москвы к тему или иным международным проблемам. ГПЦ действительно сохраняла (и продолжает сохранять) активные связи с Русской православной церковью. Этому ни помешали ни «пятидневная война» 2008 года, ни отсутствие дипотношений между РФ и Грузией, ни выход последней из СНГ. Вспомним, как в 2008 году (!) Илия II приезжал в Москву проститься с предстоятелем РПЦ Алексием II. Не забудем и про его встречи с президентом Владимиром Путиным! Но этому есть вполне логичное объяснение.
РПЦ в отличие от российской официальной власти имеет свое отношение к абхазско-югоосетинской теме. Она до сих пор признает две республики, получившими официальную поддержку независимости Москвой, каноническими территориями ГПЦ. Но, как говорят, в таких случаях, есть нюанс! Грузинская церковь- не просто институт, а важный инструмент формирования национального нарратива. Со всеми его травмами и проблемными местами, включая и отношения с Россией. И вновь избранный Католикос-Патриарх не станет ломать этот тренд!
Сергей Маркедонов
В последние четверг и пятницу мая 2026 года Астана будет принимать саммит Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Впрочем, здесь нужна оговоркам. Предстоящий форум не будет саммитом в классическом понимании этого слова, то есть переговорами на уровне глав государств и правительств.
Премьер-министр Армении Никол Пашинян отказался от участия в астанинской встрече. Он нашел политически корректную форму отказа. По его словам, неучастие в форуме ЕАЭС объясняется парламентской избирательной кампанией в Армении. На 7 июня запланировано голосование. И предстоящие выборы станут главным событием пятилетия для армянского политикума и общества. Во многом Пашиняну предстоит пройти масштабный стресс-тест. И либо пролонгировать свое пребывание у власти, получив дополнительную легитимность, либо после восьми лет нахождения во главе правительства, уступить дорогу оппозиции.
Таким образом, в Астану вместо премьера отправляется его заместитель Мгер Григорян. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев и глава Российского государства Владимир Путин проинформированы о решении главы армянского кабмина.
Но политкорректно-дипломатические формулы не могут скрыть некоторых очевидных вещей. В начале мая нынешнего года Ереван принял два форума под эгидой ЕС. Но и это бы еще полбеды. В столице Армении побывал Владимир Зеленский, заявления которого были более, чем определенными в отношении к России. Однако Ереван до сих пор, по крайней мере формально, считается союзником Москвы. При всей критике ОДКБ армянские власти не покинули Организацию. Нет полного отказа от интеграции с ЕЭАС. Хотя российские представители, включая и президента Путина неоднократно заявляли: два интеграционных проекта несовместимы. Интеграция с ЕС для Армении будет означать разрыв с евразийскими интеграционными программами.
Выборы в Армении имеют и международное измерение. Команда Пашиняна (партия «Гражданский договор») сделала ставку на диверсификацию внешней политики. Вроде бы это не новость, предшественники нынешней власти не раз акцентировали внимание на «комплементаризме». Но есть нюанс! Они не ставили своими целями радикальный разрыв с «исторической Арменией» и интеграцию с Евросоюзом в качестве стратегических. Пашинян делает ставку именно на «европеизацию», хотя на упомянутых ереванских саммитах республика не только не получила приглашения в ЕС, но даже про безвизовый Шенген речь не шла. Как не было и решения о немедленной отмене виз для граждан Армении.
Во многом «европеизация» так и остается элитарным конструктом, а не работающей схемой для армянской внешней политики.
Сергей Маркедонов
Премьер-министр Армении Никол Пашинян отказался от участия в астанинской встрече. Он нашел политически корректную форму отказа. По его словам, неучастие в форуме ЕАЭС объясняется парламентской избирательной кампанией в Армении. На 7 июня запланировано голосование. И предстоящие выборы станут главным событием пятилетия для армянского политикума и общества. Во многом Пашиняну предстоит пройти масштабный стресс-тест. И либо пролонгировать свое пребывание у власти, получив дополнительную легитимность, либо после восьми лет нахождения во главе правительства, уступить дорогу оппозиции.
Таким образом, в Астану вместо премьера отправляется его заместитель Мгер Григорян. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев и глава Российского государства Владимир Путин проинформированы о решении главы армянского кабмина.
Но политкорректно-дипломатические формулы не могут скрыть некоторых очевидных вещей. В начале мая нынешнего года Ереван принял два форума под эгидой ЕС. Но и это бы еще полбеды. В столице Армении побывал Владимир Зеленский, заявления которого были более, чем определенными в отношении к России. Однако Ереван до сих пор, по крайней мере формально, считается союзником Москвы. При всей критике ОДКБ армянские власти не покинули Организацию. Нет полного отказа от интеграции с ЕЭАС. Хотя российские представители, включая и президента Путина неоднократно заявляли: два интеграционных проекта несовместимы. Интеграция с ЕС для Армении будет означать разрыв с евразийскими интеграционными программами.
Выборы в Армении имеют и международное измерение. Команда Пашиняна (партия «Гражданский договор») сделала ставку на диверсификацию внешней политики. Вроде бы это не новость, предшественники нынешней власти не раз акцентировали внимание на «комплементаризме». Но есть нюанс! Они не ставили своими целями радикальный разрыв с «исторической Арменией» и интеграцию с Евросоюзом в качестве стратегических. Пашинян делает ставку именно на «европеизацию», хотя на упомянутых ереванских саммитах республика не только не получила приглашения в ЕС, но даже про безвизовый Шенген речь не шла. Как не было и решения о немедленной отмене виз для граждан Армении.
Во многом «европеизация» так и остается элитарным конструктом, а не работающей схемой для армянской внешней политики.
Сергей Маркедонов
О «ловушке Фукидида».
Концепция «ловушки Фукидида» была предложена Грэмом Эллисоном для описания рисков в американо-китайских отношениях. Подход Эллисона предусматривает угрозу войны в случае роста напряженности между восходящей и правящей державой. Пекину исходные данные этой концепции явно понравились, так как она подчеркивает рост влияния Китая. Впрочем, в Китае подчеркивают, что войны надо избегать, и для этого надлежит вести диалог между ведущими державами с целью создания новой парадигмы отношений между ними. О ловушке и парадигме Си Цзиньпин говорил Дональду Трампу перед переговорами в Пекине.
Но применима ли аналогия с Пелопонесской войной для современных международных отношений? Напомним, что Фукидид писал о войне между Спартой и Афинами, что «истинным поводом к войне (хотя и самым скрытым), по моему убеждению, был страх лакедемонян перед растущим могуществом Афин, что и вынудило их воевать».
Однако если обратиться к первой главе Фукидида в целом – а не используя только один, хотя и ключевой, ее тезис – то становится очевидным, что конфликт между Афинами и Спартой был связан с тем, что они действовали на одной, причем довольно тесной, площадке, где создавали конкурирующие альянсы. К тому же у них были и один язык, и общая религия, что в данной конкретной ситуации повысило уровень конкуренции.
Фукидид подробно описывает, как наряду с главной скрытой причиной войны существовал и конкретный триггер, связанный с противостоянием Афин и Коринфа, который апеллировал за поддержкой к Спарте – и получил ее. Причем это противостояние происходило на географически небольшой территории современной Греции, хотя и в разных ее частях (на Халкидиках и Корфу). А формальными основаниями стали религиозные – Спарта и Афины обменялись обвинениями в неуважении к божествам.
Эллисон привел 16 примеров из истории XV-XXI веков, когда конкуренция между восходящей и правящей державами либо приводили к войнам, либо войн удавалось избежать. Но эти «кейсы» носят очень разный характер – и большой вопрос, применима ли ко всем ним «ловушка Фукидида». Не напоминает ли, например, борьба между Габсбургами и Османской империей в большей степени греко-персидские войны? Гораздо ближе к фукидидовой схеме англо-голландское или франко-германское противостояния – но и в этих кейсах есть свои особенности, отличающие их от полисной войны.
А что же с США и Китаем? Речь идет об экономической конкуренции между очень разными странами. Если Китай выступает сейчас за максимальную свободу мировой торговли (ему это выгодно как «мастерской мира», быстро осваивающей высокие технологии), то США, напротив, прикрываются трамповыми тарифами. Но обеим странам нужно взаимодействие в современном взаимозависимом мире – поэтому, несмотря на массу противоречий, Трамп и Си во время переговоров официально концентрировали внимание на бизнес-вопросах, где они могут договориться.
Кроме того, Китай избегает военных союзов, а США при Трампе стремятся сократить свои военные обязательства – ситуация обратна фукидидовой схеме. США и Китай, в отличие от Афин и Спарты, говорят на разных языках не только в узко лингвистическом, но и в куда более широком культурном контексте – и не являются здесь конкурентами. Китайский язык не претендует на роль современного lingua franca, а кинематограф не соперничает с Голливудом.
Casus belli теоретически может быть связан лишь с Тайванем, но, похоже, что сейчас речь идет об отложенном вопросе. В начале 2028 года на Тайване состоятся президентские выборы, и в Пекине уже готовятся к ним, в очередной раз делая ставку на кандидата от ныне оппозиционного Гоминьдана. Если этот кандидат проиграет, то возможно обострение. Другое дело, что даже при (далеко не гарантированном) военном варианте развития событий риск прямого столкновения США и Китая невелик – это далекий (хотя и важный с точки зрения технологий) остров, который США сами формально считают китайским - и не имеют перед ним официальных обязательств. А не маленькая (в масштабах мира) греческая территория, на которой бились за влияние Спарта и Афины.
Алексей Макаркин
Концепция «ловушки Фукидида» была предложена Грэмом Эллисоном для описания рисков в американо-китайских отношениях. Подход Эллисона предусматривает угрозу войны в случае роста напряженности между восходящей и правящей державой. Пекину исходные данные этой концепции явно понравились, так как она подчеркивает рост влияния Китая. Впрочем, в Китае подчеркивают, что войны надо избегать, и для этого надлежит вести диалог между ведущими державами с целью создания новой парадигмы отношений между ними. О ловушке и парадигме Си Цзиньпин говорил Дональду Трампу перед переговорами в Пекине.
Но применима ли аналогия с Пелопонесской войной для современных международных отношений? Напомним, что Фукидид писал о войне между Спартой и Афинами, что «истинным поводом к войне (хотя и самым скрытым), по моему убеждению, был страх лакедемонян перед растущим могуществом Афин, что и вынудило их воевать».
Однако если обратиться к первой главе Фукидида в целом – а не используя только один, хотя и ключевой, ее тезис – то становится очевидным, что конфликт между Афинами и Спартой был связан с тем, что они действовали на одной, причем довольно тесной, площадке, где создавали конкурирующие альянсы. К тому же у них были и один язык, и общая религия, что в данной конкретной ситуации повысило уровень конкуренции.
Фукидид подробно описывает, как наряду с главной скрытой причиной войны существовал и конкретный триггер, связанный с противостоянием Афин и Коринфа, который апеллировал за поддержкой к Спарте – и получил ее. Причем это противостояние происходило на географически небольшой территории современной Греции, хотя и в разных ее частях (на Халкидиках и Корфу). А формальными основаниями стали религиозные – Спарта и Афины обменялись обвинениями в неуважении к божествам.
Эллисон привел 16 примеров из истории XV-XXI веков, когда конкуренция между восходящей и правящей державами либо приводили к войнам, либо войн удавалось избежать. Но эти «кейсы» носят очень разный характер – и большой вопрос, применима ли ко всем ним «ловушка Фукидида». Не напоминает ли, например, борьба между Габсбургами и Османской империей в большей степени греко-персидские войны? Гораздо ближе к фукидидовой схеме англо-голландское или франко-германское противостояния – но и в этих кейсах есть свои особенности, отличающие их от полисной войны.
А что же с США и Китаем? Речь идет об экономической конкуренции между очень разными странами. Если Китай выступает сейчас за максимальную свободу мировой торговли (ему это выгодно как «мастерской мира», быстро осваивающей высокие технологии), то США, напротив, прикрываются трамповыми тарифами. Но обеим странам нужно взаимодействие в современном взаимозависимом мире – поэтому, несмотря на массу противоречий, Трамп и Си во время переговоров официально концентрировали внимание на бизнес-вопросах, где они могут договориться.
Кроме того, Китай избегает военных союзов, а США при Трампе стремятся сократить свои военные обязательства – ситуация обратна фукидидовой схеме. США и Китай, в отличие от Афин и Спарты, говорят на разных языках не только в узко лингвистическом, но и в куда более широком культурном контексте – и не являются здесь конкурентами. Китайский язык не претендует на роль современного lingua franca, а кинематограф не соперничает с Голливудом.
Casus belli теоретически может быть связан лишь с Тайванем, но, похоже, что сейчас речь идет об отложенном вопросе. В начале 2028 года на Тайване состоятся президентские выборы, и в Пекине уже готовятся к ним, в очередной раз делая ставку на кандидата от ныне оппозиционного Гоминьдана. Если этот кандидат проиграет, то возможно обострение. Другое дело, что даже при (далеко не гарантированном) военном варианте развития событий риск прямого столкновения США и Китая невелик – это далекий (хотя и важный с точки зрения технологий) остров, который США сами формально считают китайским - и не имеют перед ним официальных обязательств. А не маленькая (в масштабах мира) греческая территория, на которой бились за влияние Спарта и Афины.
Алексей Макаркин
Два феномена: Венесуэла и Куба.
Власти Венесуэлы 16 мая сообщили о депортации колумбийского гражданина Алекса Сааба, ранее занимавшего министерский пост в правительстве Николаса Мадуро. Сааб был смещен с поста министра промышленности и национального производства 16 января, через пару недель после того, как американцы захватили Николаса Мадуро. 4 февраля он был арестован в рамках совместной операции ФБР США и венесуэльских властей. С этого времени он находился под стражей в Боливарианской национальной разведывательной службе (СЕБИН), пока решался вопрос о его депортации.
Бизнесмен Сааб был ключевой фигурой в бизнес-стратегии Мадуро, направленной на обход санкций и сохранение экономической поддержки беднейших слоев населения – политической опоры боливарианской власти. В июле 2019 года США ввели санкции против Сааба, обвинив его в создании «широкой коррупционной сети» в пользу Мадуро. В 2020 году его задержали в Кабо-Верде при дозаправке самолета, летевшего в Иран. Мадуро объявил, что Сааб является венесуэльским дипломатом, но власти Кабо-Верде проигнорировали этот аргумент и выдали его в США.
Однако в декабре 2023 года администрация экс-президента Джо Байдена освободила Сааба в рамках обмена заключенными. За него Мадуро отдал 10 граждан США и 20 венесуэльцев. Каждая из сторон использовала этот обмен в своих интересах. Байден акцентировал внимание на вызволении американцев, что всегда положительно воспринимается общественным мнением. А Мадуро встретил Сааба как героя и демонстративно назначил его министром.
Теперь американские правоохранители хотят не только справиться с «синдромом недоигранной игры», посадив Сааба за решетку на много лет, но еще и получить от него показания на Мадуро. Тем более, что согласно судебным документам, опубликованным в 2022 году, Сааб еще в 2018-м стал информатором Управления по борьбе с наркотиками США, с которым делился информацией о взятках, предлагавшимся им венесуэльским чиновникам. Так что вряд ли он будет молчать.
Таким образом и.о. президента Дельси Родригес сделала еще один шаг навстречу США. А боливарианские институты, созданные Уго Чавесом и сохраненные Мадуро, сотрудничают с США, против которых ранее были нацелены. Это происходит в ходе кадровых перемен в рамках правящей элиты. Так, в марте был уволен ближайший соратник Мадуро, министр обороны Владимир Падриньо Лопес, которого сменил Густаво Гонсалес Лопес, многолетний директор той самой СЕБИН, которая арестовала Сааба еще в бытность Гонсалеса Лопеса ее руководителем.
Иная ситуация сложилась с Кубой, институты которой носят куда более укорененный и идеологизированный характер. В начале года США выстраивали диалог с родственниками Рауля Кастро, который в свои 94 года до сих пор считается самой влиятельной политической фигурой в стране. Но, похоже, что стороны не договорились – так что в прессе появилась утечка о том, что министерство юстиции США объявило о намерении предъявить обвинение Раулю Кастро. Она, вероятно, будет связана со сбитыми в 1996 году двумя легкомоторными самолетами организации Brothers to the Rescue, сбрасывавшими на территорию Кубы антикоммунистические листовки. Рауль Кастро тогда был министром обороны.
А изданию Axios была предоставлена секретная информация о том, что Куба приобрела более 300 военных беспилотников и обсуждает их использование для нападения на американскую базу в Гуантанамо, американские военные корабли и, возможно, на город Ки-Уэст во Флориде, расположенный в 90 милях к северу от Гаваны. Все это может стать предлогом как для масштабных военных действий, так и для спецопераций в стиле захвата Мадуро.
Ситуация с Кубой сложнее венесуэльской не только из-за большей идеологизации. Братья Кастро воспринимали себя как лидеры мирового масштаба, строившие режим, призванный стать образцом, как минимум, для всей Латинской Америки. «Остров Свободы» был не политтехнологией, а смыслом жизни – и дать отмашку на хотя бы частичный демонтаж режима для Рауля Кастро означает человеческую катастрофу. Тем более, что такой демонтаж может превратиться в обвал.
Алексей Макаркин
Власти Венесуэлы 16 мая сообщили о депортации колумбийского гражданина Алекса Сааба, ранее занимавшего министерский пост в правительстве Николаса Мадуро. Сааб был смещен с поста министра промышленности и национального производства 16 января, через пару недель после того, как американцы захватили Николаса Мадуро. 4 февраля он был арестован в рамках совместной операции ФБР США и венесуэльских властей. С этого времени он находился под стражей в Боливарианской национальной разведывательной службе (СЕБИН), пока решался вопрос о его депортации.
Бизнесмен Сааб был ключевой фигурой в бизнес-стратегии Мадуро, направленной на обход санкций и сохранение экономической поддержки беднейших слоев населения – политической опоры боливарианской власти. В июле 2019 года США ввели санкции против Сааба, обвинив его в создании «широкой коррупционной сети» в пользу Мадуро. В 2020 году его задержали в Кабо-Верде при дозаправке самолета, летевшего в Иран. Мадуро объявил, что Сааб является венесуэльским дипломатом, но власти Кабо-Верде проигнорировали этот аргумент и выдали его в США.
Однако в декабре 2023 года администрация экс-президента Джо Байдена освободила Сааба в рамках обмена заключенными. За него Мадуро отдал 10 граждан США и 20 венесуэльцев. Каждая из сторон использовала этот обмен в своих интересах. Байден акцентировал внимание на вызволении американцев, что всегда положительно воспринимается общественным мнением. А Мадуро встретил Сааба как героя и демонстративно назначил его министром.
Теперь американские правоохранители хотят не только справиться с «синдромом недоигранной игры», посадив Сааба за решетку на много лет, но еще и получить от него показания на Мадуро. Тем более, что согласно судебным документам, опубликованным в 2022 году, Сааб еще в 2018-м стал информатором Управления по борьбе с наркотиками США, с которым делился информацией о взятках, предлагавшимся им венесуэльским чиновникам. Так что вряд ли он будет молчать.
Таким образом и.о. президента Дельси Родригес сделала еще один шаг навстречу США. А боливарианские институты, созданные Уго Чавесом и сохраненные Мадуро, сотрудничают с США, против которых ранее были нацелены. Это происходит в ходе кадровых перемен в рамках правящей элиты. Так, в марте был уволен ближайший соратник Мадуро, министр обороны Владимир Падриньо Лопес, которого сменил Густаво Гонсалес Лопес, многолетний директор той самой СЕБИН, которая арестовала Сааба еще в бытность Гонсалеса Лопеса ее руководителем.
Иная ситуация сложилась с Кубой, институты которой носят куда более укорененный и идеологизированный характер. В начале года США выстраивали диалог с родственниками Рауля Кастро, который в свои 94 года до сих пор считается самой влиятельной политической фигурой в стране. Но, похоже, что стороны не договорились – так что в прессе появилась утечка о том, что министерство юстиции США объявило о намерении предъявить обвинение Раулю Кастро. Она, вероятно, будет связана со сбитыми в 1996 году двумя легкомоторными самолетами организации Brothers to the Rescue, сбрасывавшими на территорию Кубы антикоммунистические листовки. Рауль Кастро тогда был министром обороны.
А изданию Axios была предоставлена секретная информация о том, что Куба приобрела более 300 военных беспилотников и обсуждает их использование для нападения на американскую базу в Гуантанамо, американские военные корабли и, возможно, на город Ки-Уэст во Флориде, расположенный в 90 милях к северу от Гаваны. Все это может стать предлогом как для масштабных военных действий, так и для спецопераций в стиле захвата Мадуро.
Ситуация с Кубой сложнее венесуэльской не только из-за большей идеологизации. Братья Кастро воспринимали себя как лидеры мирового масштаба, строившие режим, призванный стать образцом, как минимум, для всей Латинской Америки. «Остров Свободы» был не политтехнологией, а смыслом жизни – и дать отмашку на хотя бы частичный демонтаж режима для Рауля Кастро означает человеческую катастрофу. Тем более, что такой демонтаж может превратиться в обвал.
Алексей Макаркин
15 мая президент России Владимир Путин подписал указ №330 «О приеме в гражданство Российской Федерации жителей Приднестровья». Согласно этому документу, приднестровцы - жители непризнанной республики, иностранные граждане или лица без гражданства на момент вступления в силу президентского декрета смогут подавать заявки на получение гражданства РФ по упрощенной процедуре через российские диппредставительства/консульства. В указе это прописано, как мера «защиты прав и свобод», без стандартного набора требований, которые обычно применяются к подобного рода процедурам.
Эта инициатива российских властей ожидаемо вызывала широкий резонанс. В молдавском Бюро по реинтеграции заявили, что Кишинев рассматривает подобные решения Москвы как односторонние действия, подрывающие суверенитет и территориальную целостность Республики Молдова. Собственно, любые шаги России, после которых отношения РФ и непризнанной ПМР развиваются по особым сценариям, не связанным с контролем молдавских властей, и ранее получали такую же оценку.
Но после 2022 года остроты ситуации добавляет украинский фактор. Приднестровье имеет более 400 км границы с Украиной. В Киеве ПМР рассматривают, как форпост «русского мира». И неоднократно заявляют о готовности прийти на помощь Кишиневу в борьбе с «сепаратистской угрозой». И неслучайно украинские представители после выхода в свет путинского указа поспешили заявить, что Москва готовится к открытию нового военного театра.
Можем ли мы рассматривать инициативу Кремля, как нечто принципиально новое в российских подходах на приднестровском направлении? Вряд ли. Москва не заинтересована в таком разрешении конфликта, в котором бы главной и единственной целью была бы ликвидация инфраструктуры непризнанной республики по сценарию «Сербская Краина-1995». Данный подход не нов. Россия против трансформации миротворческой миссии, установленной по итогам вооруженной фазы противостояния в далеком уже 1992 году. Но сегодня Кишинев (при открытой поддержке Киева и ЕС, более осторожных действиях со стороны США, но явно не в российских интересах) пытается сломать сложившийся статус-кво. Переговоры Кишинева с Тирасполем по факту поставлены на «паузу». Де-факто республика страдает от энергетических проблем и экономического прессинга Молдовы.
Не будем забывать, что в декабре 2026 года в Приднестровье пройдут президентские выборы. Велик соблазн не допустить новой порции легитимации старого порядка. И сценарии форсированного закрытия приднестровского «гештальта» время от времени появляются в прессе. России важно не допустить нежелательного для нее развития. Оппоненты Кремля говорят о «паспортизации» как инструменте влияния, ссылаясь на опыт Абхазии, Южной Осетии или Донбасса. Забывая одну важную деталь. Спрос на паспорт РФ- не причина, а следствие таких моделей национально-государственного строительства, которые игнорируют культурно-идентитарную многосоставность.
Сергей Маркедонов
Эта инициатива российских властей ожидаемо вызывала широкий резонанс. В молдавском Бюро по реинтеграции заявили, что Кишинев рассматривает подобные решения Москвы как односторонние действия, подрывающие суверенитет и территориальную целостность Республики Молдова. Собственно, любые шаги России, после которых отношения РФ и непризнанной ПМР развиваются по особым сценариям, не связанным с контролем молдавских властей, и ранее получали такую же оценку.
Но после 2022 года остроты ситуации добавляет украинский фактор. Приднестровье имеет более 400 км границы с Украиной. В Киеве ПМР рассматривают, как форпост «русского мира». И неоднократно заявляют о готовности прийти на помощь Кишиневу в борьбе с «сепаратистской угрозой». И неслучайно украинские представители после выхода в свет путинского указа поспешили заявить, что Москва готовится к открытию нового военного театра.
Можем ли мы рассматривать инициативу Кремля, как нечто принципиально новое в российских подходах на приднестровском направлении? Вряд ли. Москва не заинтересована в таком разрешении конфликта, в котором бы главной и единственной целью была бы ликвидация инфраструктуры непризнанной республики по сценарию «Сербская Краина-1995». Данный подход не нов. Россия против трансформации миротворческой миссии, установленной по итогам вооруженной фазы противостояния в далеком уже 1992 году. Но сегодня Кишинев (при открытой поддержке Киева и ЕС, более осторожных действиях со стороны США, но явно не в российских интересах) пытается сломать сложившийся статус-кво. Переговоры Кишинева с Тирасполем по факту поставлены на «паузу». Де-факто республика страдает от энергетических проблем и экономического прессинга Молдовы.
Не будем забывать, что в декабре 2026 года в Приднестровье пройдут президентские выборы. Велик соблазн не допустить новой порции легитимации старого порядка. И сценарии форсированного закрытия приднестровского «гештальта» время от времени появляются в прессе. России важно не допустить нежелательного для нее развития. Оппоненты Кремля говорят о «паспортизации» как инструменте влияния, ссылаясь на опыт Абхазии, Южной Осетии или Донбасса. Забывая одну важную деталь. Спрос на паспорт РФ- не причина, а следствие таких моделей национально-государственного строительства, которые игнорируют культурно-идентитарную многосоставность.
Сергей Маркедонов
Руководство Грузии всерьез обеспокоилось «демократическим регрессом» в Евросоюзе. Премьер-министр правительства этой страны Ираклий Кобахидзе направил открытое письмо в адрес топовых представителей брюссельской бюрократии. В списке значатся председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен, глава Евросовета Антониу Коште и спикер Европарламента Роберта Метсола.
Что же побудило главу грузинского правительства выступить с такой инициативой? Непосредственным поводом для обращения Кобахидзе к эпистолярному жанру стали события в Дании. Изложим кратко основную канву событий. Несколько дней назад в Копенгагене пропалестинские активисты заблокировали входы в здание транспортно-логистического гиганта «Maersk». Суть их протеста понятна, они выступали против перевозки грузов в Израиль, так как, по мнению этой группы общественников, эта логистика имеет для Еврейского государства оборонное значение. В ответ на акцию датские полицейские применили силу. В итоге пропалестински настроенные манифестанты были выдавлены с территории транспортной компании.
Грузинский премьер риторически вопрошает, как они относятся к «насилию в столице Дании». Для этого он не жалеет красок и эпитетов, рассказывая о примененных спецсредствах, специально обученных собаках и т.п. Вывод Кобахидзе неутешителен: ЕС в настоящее время не является эталоном демократии. Напротив, налицо регресс!
Непраздный вопрос, считает ли грузинский премьер, что его обращение изменит курс Евросоюза в отношении Тбилиси, и завтра из кандидатов на вступления в это интеграционное объединение Грузия вдруг станет полноценным членом ЕС? Не думаю, что как политик Кобахидзе столь наивен. Его обращение к эпистолярному жанру продиктовано другими причинами.
Отравляя письмо в Брюссель, он между строк говорит со своей внутренней аудиторией, и провластной, и оппозиционной. И эти адресаты для него намного важнее, чем госпожа Урсула! Упоминание Копенгагена не случайно. В свое время переговоры с Грузией о членстве в ЕС были поставлены на паузу после обвинений Кобахидзе и К в отходе от демократии и применении силы против оппонентов правящей партии в ходе парламентских выборов-2024. Сегодня премьер говорит: Европа не так уж безгрешна, нас критикует, но сама, когда надо, действует куда жестче. Он также успокаивает сторонников, подчеркивая, что членство в ЕС- не ближайшая перспектива, но его правительство все равно будет продолжать диалог с Брюсселем, какие бы там регрессы ни наступали. И, конечно, Кобахидзе показывает «городу и миру, кто в Тбилиси сегодня реальная власть!
Сергей Маркедонов
Что же побудило главу грузинского правительства выступить с такой инициативой? Непосредственным поводом для обращения Кобахидзе к эпистолярному жанру стали события в Дании. Изложим кратко основную канву событий. Несколько дней назад в Копенгагене пропалестинские активисты заблокировали входы в здание транспортно-логистического гиганта «Maersk». Суть их протеста понятна, они выступали против перевозки грузов в Израиль, так как, по мнению этой группы общественников, эта логистика имеет для Еврейского государства оборонное значение. В ответ на акцию датские полицейские применили силу. В итоге пропалестински настроенные манифестанты были выдавлены с территории транспортной компании.
Грузинский премьер риторически вопрошает, как они относятся к «насилию в столице Дании». Для этого он не жалеет красок и эпитетов, рассказывая о примененных спецсредствах, специально обученных собаках и т.п. Вывод Кобахидзе неутешителен: ЕС в настоящее время не является эталоном демократии. Напротив, налицо регресс!
Непраздный вопрос, считает ли грузинский премьер, что его обращение изменит курс Евросоюза в отношении Тбилиси, и завтра из кандидатов на вступления в это интеграционное объединение Грузия вдруг станет полноценным членом ЕС? Не думаю, что как политик Кобахидзе столь наивен. Его обращение к эпистолярному жанру продиктовано другими причинами.
Отравляя письмо в Брюссель, он между строк говорит со своей внутренней аудиторией, и провластной, и оппозиционной. И эти адресаты для него намного важнее, чем госпожа Урсула! Упоминание Копенгагена не случайно. В свое время переговоры с Грузией о членстве в ЕС были поставлены на паузу после обвинений Кобахидзе и К в отходе от демократии и применении силы против оппонентов правящей партии в ходе парламентских выборов-2024. Сегодня премьер говорит: Европа не так уж безгрешна, нас критикует, но сама, когда надо, действует куда жестче. Он также успокаивает сторонников, подчеркивая, что членство в ЕС- не ближайшая перспектива, но его правительство все равно будет продолжать диалог с Брюсселем, какие бы там регрессы ни наступали. И, конечно, Кобахидзе показывает «городу и миру, кто в Тбилиси сегодня реальная власть!
Сергей Маркедонов
Дональд Трамп демонстрирует свой контроль над республиканским электоратом. Несмотря на свой падающий рейтинг, президент сокрушил политические карьеры умеренного сенатора и радикального конгрессмена.
5 мая Трамп уже отомстил нелояльным членам сената штата Индиана, которые отказались перекраивать избирательные округа на выборах в Конгресс так, чтобы Республиканская партия получила дополнительные два места. Таковых сенаторов, баллотировавшихся на новый срок, было семеро, и Трамп не только отказал им в поддержке, но и направил миллионы долларов на предвыборную агитацию, чтобы обвинить действующих сенаторов в отсутствии лояльности и возложить на них ответственность за местные проблемы.
В целом на праймериз в штате в этом году было потрачено около 13,4 млн долларов — значительно больше, чем, например, в избирательном цикле 2024 года, когда общие расходы на рекламу составили около 280 000 долларов. В результате пятеро сенаторов штата проиграли праймериз кандидатам-трампистам, один выиграл и в еще одном округе ситуация остается «подвешенной» - там инкумбент победил с разрывом в 3 голоса, и его соперница-трампистка потребовала ручного пересчета всех бюллетеней.
16 мая сокрушительное поражение потерпел уже статусный федеральный политик – сенатор США от штата Луизиана Билл Кэссиди. Он намеревался баллотироваться на третий срок, но занял на праймериз лишь третье место. Кэссиди – врач с большим опытом, пришедший в политику, когда ему было почти 50 лет – занимает должность председателя сенатского комитета по здравоохранению. После долгих колебаний он поддержал кандидатуру «вакциноскептика» Роберта Кеннеди-младшего на пост главы Минздрава.
Однако это не искупило в глазах президента главного греха Кэссиди – он в 2021 году проголосовал за осуждение Трампа по обвинению в подстрекательстве к мятежу 6 января того же года. «Его нелояльность к человеку, который помог ему избраться, теперь стала частью легенды, и приятно видеть, что его политическая карьера ЗАКОНЧЕНА!» — ликовал Трамп, узнав об итогах праймериз. Сенаторы изредка проигрывают праймериз, но третье место на них не занимал никто после 1944 года.
19 мая праймериз проиграл Томас Масси, конгрессмен из Кентукки, твердо удерживавший свой округ с 2012 года. На последних выборах демократы даже не выдвигали в этом округе кандидата, чтобы не тратить зря силы и средства. «Худший конгрессмен за всю долгую и славную историю Республиканской партии - Томас Масси. Он обструкционист и дурак», - так охарактеризовал его Трамп, призвав голосовать против него.
Либертарианец и жесткий изоляционист Масси - экзотичный конгрессмен для республиканцев. Он сторонник выхода США из НАТО, противник поддержки не только Украины, но и Израиля. В июле 2024 года Масси был единственным республиканцем, бойкотировавшим выступление Биньямина Нетаньяху перед Конгрессом. С Трампом он разошелся, выступив против принципиального для президента «большого красивого законопроекта» о налогах и расходах. А затем усугубил ситуацию, выступив против президента в «деле Эпштейна». На этом фоне осуждение им ударов по Ирану выглядело лишь дополнительным фактором.
Масси рассчитывал на свою популярность в округе и финансовый ресурс, но проиграл – эти праймериз стали самыми дорогостоящими в истории США. Кампания Масси обошлась в 15,9 млн долларов, но его соперник, отставной капитан спецназа Эд Галлрейн, потратил больше - 19 млн; это беспрецедентная сумма для начинающего политика. При этом около половины средств Галлрейну выделили лоббисты Израиля.
Изгоняя из Сената Кэссиди, Трамп вызывает неприятие со стороны влиятельных умеренных сенаторов-республиканцев, сочувствующих своему коллеге. А выгнав из Палаты представителей Масси, сталкивается с почитателями Такера Карлсона, считающими себя большими трампистами, чем сам Трамп. Сходных взглядов придерживалась и конгрессвумен Марджори Тейлор Грин, ушедшая в отставку, не дожидаясь неизбежной мести Трампа. Но основная часть республиканского актива продолжает идти за Трампом – на сегодняшний момент это вопрос не политических расчетов, а веры и эмоции.
Алексей Макаркин
5 мая Трамп уже отомстил нелояльным членам сената штата Индиана, которые отказались перекраивать избирательные округа на выборах в Конгресс так, чтобы Республиканская партия получила дополнительные два места. Таковых сенаторов, баллотировавшихся на новый срок, было семеро, и Трамп не только отказал им в поддержке, но и направил миллионы долларов на предвыборную агитацию, чтобы обвинить действующих сенаторов в отсутствии лояльности и возложить на них ответственность за местные проблемы.
В целом на праймериз в штате в этом году было потрачено около 13,4 млн долларов — значительно больше, чем, например, в избирательном цикле 2024 года, когда общие расходы на рекламу составили около 280 000 долларов. В результате пятеро сенаторов штата проиграли праймериз кандидатам-трампистам, один выиграл и в еще одном округе ситуация остается «подвешенной» - там инкумбент победил с разрывом в 3 голоса, и его соперница-трампистка потребовала ручного пересчета всех бюллетеней.
16 мая сокрушительное поражение потерпел уже статусный федеральный политик – сенатор США от штата Луизиана Билл Кэссиди. Он намеревался баллотироваться на третий срок, но занял на праймериз лишь третье место. Кэссиди – врач с большим опытом, пришедший в политику, когда ему было почти 50 лет – занимает должность председателя сенатского комитета по здравоохранению. После долгих колебаний он поддержал кандидатуру «вакциноскептика» Роберта Кеннеди-младшего на пост главы Минздрава.
Однако это не искупило в глазах президента главного греха Кэссиди – он в 2021 году проголосовал за осуждение Трампа по обвинению в подстрекательстве к мятежу 6 января того же года. «Его нелояльность к человеку, который помог ему избраться, теперь стала частью легенды, и приятно видеть, что его политическая карьера ЗАКОНЧЕНА!» — ликовал Трамп, узнав об итогах праймериз. Сенаторы изредка проигрывают праймериз, но третье место на них не занимал никто после 1944 года.
19 мая праймериз проиграл Томас Масси, конгрессмен из Кентукки, твердо удерживавший свой округ с 2012 года. На последних выборах демократы даже не выдвигали в этом округе кандидата, чтобы не тратить зря силы и средства. «Худший конгрессмен за всю долгую и славную историю Республиканской партии - Томас Масси. Он обструкционист и дурак», - так охарактеризовал его Трамп, призвав голосовать против него.
Либертарианец и жесткий изоляционист Масси - экзотичный конгрессмен для республиканцев. Он сторонник выхода США из НАТО, противник поддержки не только Украины, но и Израиля. В июле 2024 года Масси был единственным республиканцем, бойкотировавшим выступление Биньямина Нетаньяху перед Конгрессом. С Трампом он разошелся, выступив против принципиального для президента «большого красивого законопроекта» о налогах и расходах. А затем усугубил ситуацию, выступив против президента в «деле Эпштейна». На этом фоне осуждение им ударов по Ирану выглядело лишь дополнительным фактором.
Масси рассчитывал на свою популярность в округе и финансовый ресурс, но проиграл – эти праймериз стали самыми дорогостоящими в истории США. Кампания Масси обошлась в 15,9 млн долларов, но его соперник, отставной капитан спецназа Эд Галлрейн, потратил больше - 19 млн; это беспрецедентная сумма для начинающего политика. При этом около половины средств Галлрейну выделили лоббисты Израиля.
Изгоняя из Сената Кэссиди, Трамп вызывает неприятие со стороны влиятельных умеренных сенаторов-республиканцев, сочувствующих своему коллеге. А выгнав из Палаты представителей Масси, сталкивается с почитателями Такера Карлсона, считающими себя большими трампистами, чем сам Трамп. Сходных взглядов придерживалась и конгрессвумен Марджори Тейлор Грин, ушедшая в отставку, не дожидаясь неизбежной мести Трампа. Но основная часть республиканского актива продолжает идти за Трампом – на сегодняшний момент это вопрос не политических расчетов, а веры и эмоции.
Алексей Макаркин
«Вопрос о выходе Армении из ЕАЭС не может обсуждаться, пока Армения не представит соответствующую заявку и не выразит желание, а мы такого желания не выражали, следовательно, вопрос о нашем исключении не может рассматриваться». С таким заявлением 21 мая выступил спикер Национального собрания (парламента) Армении Арарат Мирзоян. Эту позицию он озвучил для армянского издания «Аysor.am».
Парламентская кампания (главные выборы пятилетия) стремительно приближается. И наряду с традиционными для любого электорального процесса обсуждениями возможных партийно-политических раскладов в новом созыве высшего законодательного органа Армении, в республике широко дискутируется проблема внешнеполитического выбора страны. С кем пойдет Армения после 7 июня 2026 года? С Россией или с ЕС, какой интеграционный вектор она предпочтет, европейский или евразийский?
Самые главные политические спикеры из Москвы, начиная с президента Владимира Путина не единожды озвучивали тезис: усидеть на двух стульях не получится, властям Армении рано или поздно придется выбирать, кто более соответствует ее интересам Запад или Россия. Но по мере приближения дня голосования обсуждения этого злободневного вопроса приобретает дополнительную остроту.
«Ни для кого не секрет, что руководство этой страны в последнее время предприняло ряд шагов, которые не отвечают духу союзнических отношений с РФ», – заявил секретарь Совбеза России Сергей Шойгу. Конечно же, он имел в виду недавние саммиты в Ереване (Европейского политического сообщества и ЕС-Армения, где, среди прочего, состоялась громкая презентация Владимира Зеленского). По образному выражению заместителя главы российского МИД Михаила Галузина (ответственного за постсоветское направление), у Еревана «танцевать на двух свадьбах не получится».
Как видим, высшие спикеры из Армении пытаются отреагировать на комментарии своих российских визави. То, что руководство республики в последнее время заметно усилило кооперацию с «политическим Западом» - не секрет. Но фокус в том, что ЕС пока что (как, впрочем, и НАТО) не предлагает Армении ни членства, ни даже переговоров о вступлении. На упомянутых саммитах не был даже решен вопрос о безвизовом Шенгене, хотя к выборам эту операцию и можно было бы провести. ЕАЭС же при всех прочих разночтениях Москвы и Еревана уже дает Армении экономические преимущества. И те успехи, о которых армянское руководство говорит несколько последних лет «городу и миру», обеспечены не в последнюю очередь участием в евразийской интеграции. И отказываться от такого бонуса армянские власти не желают. Не говоря уже о том, что за правящую партию в Армении голосуют не только получатели разных грантов из стран ЕС, но и простые обыватели, имеющие выгоду от ЕАЭС не завтра, а уже сегодня.
Загвоздка в том, что евроинтеграция для Еревана в текущих условиях является приглашением в клуб, чьей целью является «сдерживание России». Ощутимых выгод от этого нет (не считать же таковыми парадные саммиты), а риски весьма велики!
Сергей Маркедонов
Парламентская кампания (главные выборы пятилетия) стремительно приближается. И наряду с традиционными для любого электорального процесса обсуждениями возможных партийно-политических раскладов в новом созыве высшего законодательного органа Армении, в республике широко дискутируется проблема внешнеполитического выбора страны. С кем пойдет Армения после 7 июня 2026 года? С Россией или с ЕС, какой интеграционный вектор она предпочтет, европейский или евразийский?
Самые главные политические спикеры из Москвы, начиная с президента Владимира Путина не единожды озвучивали тезис: усидеть на двух стульях не получится, властям Армении рано или поздно придется выбирать, кто более соответствует ее интересам Запад или Россия. Но по мере приближения дня голосования обсуждения этого злободневного вопроса приобретает дополнительную остроту.
«Ни для кого не секрет, что руководство этой страны в последнее время предприняло ряд шагов, которые не отвечают духу союзнических отношений с РФ», – заявил секретарь Совбеза России Сергей Шойгу. Конечно же, он имел в виду недавние саммиты в Ереване (Европейского политического сообщества и ЕС-Армения, где, среди прочего, состоялась громкая презентация Владимира Зеленского). По образному выражению заместителя главы российского МИД Михаила Галузина (ответственного за постсоветское направление), у Еревана «танцевать на двух свадьбах не получится».
Как видим, высшие спикеры из Армении пытаются отреагировать на комментарии своих российских визави. То, что руководство республики в последнее время заметно усилило кооперацию с «политическим Западом» - не секрет. Но фокус в том, что ЕС пока что (как, впрочем, и НАТО) не предлагает Армении ни членства, ни даже переговоров о вступлении. На упомянутых саммитах не был даже решен вопрос о безвизовом Шенгене, хотя к выборам эту операцию и можно было бы провести. ЕАЭС же при всех прочих разночтениях Москвы и Еревана уже дает Армении экономические преимущества. И те успехи, о которых армянское руководство говорит несколько последних лет «городу и миру», обеспечены не в последнюю очередь участием в евразийской интеграции. И отказываться от такого бонуса армянские власти не желают. Не говоря уже о том, что за правящую партию в Армении голосуют не только получатели разных грантов из стран ЕС, но и простые обыватели, имеющие выгоду от ЕАЭС не завтра, а уже сегодня.
Загвоздка в том, что евроинтеграция для Еревана в текущих условиях является приглашением в клуб, чьей целью является «сдерживание России». Ощутимых выгод от этого нет (не считать же таковыми парадные саммиты), а риски весьма велики!
Сергей Маркедонов
Кто голосует за «Национальное объединение» во Франции.
Опрос, проведенный компанией Ipsos по заказу Фонда Жана Жореса, Le Monde и Cevipof показал: 45% французских избирателей заявляют, что с как минимум 50%-ной вероятностью проголосуют за «Национальное объединение» на предстоящих выборах. То есть стратегия «дедемонизации» партии оказалась успешной.
Социолог Антуан Бристьель из Фонда Жана Жореса на основе исследования выделил четыре категории избирателей «Национального объединения», разделив их на две части. Первая часть - два уже прочно сформировавшихся исторических электората партии: «Либералы-идентитаристы» (34%) и «Забытая Франция» (21%).
«Забытая Франция» - это в основном промышленные рабочие и офисные клерки (или пенсионеры из этих групп), ощущающие свою экономическую уязвимость и сочетающие социальный патернализм с радикализмом в сфере идентичности (то есть не любящими мигрантов). 37% ее представителей проживают в домохозяйствах с чистым ежемесячным доходом менее 2000 евро. 48% участников этой категории старше 60 лет. Они ощущают свою «забытость» политическим классом – отсюда и название. 94% этих избирателей считают, что «политическим лидерам безразлично, что думают такие люди, как я». Это самая надежная часть избирателей партии.
«Либералы-идентитаристы» не имеют отношения к политическому либерализму – они выступают за либеральную социально-экономическую политику в сочетании все с тем же культурным антииммигрантским радикализмом. Для этой группы характерен прежде всего преклонный возраст. 53% ее членов старше 60 лет, а 29% старше 70 лет. Это более состоятельный политизированный и идеологически заряженный электорат. 24% проживают в домохозяйствах с доходом ниже 2000 евро, в то время как 31% имеют доход, превышающий 3500 евро в месяц. Они также крайне критично относятся к «системным» политикам, но у них нет ощущения «забытости». Социально-экономическая тематика для них вторична, а главным является ощущение утраты идентичности из-за роста миграции.
Две другие группы – относительно новые для «Национального объединения». Это «Меняющаяся Франция» (23%) и «Праворадикальные оппортунисты» (22%).
«Меняющаяся Франция» - образованные (50% имеют высшее образование) представители среднего класса - 41% проживают в домохозяйствах с чистым ежемесячным доходом от 2000 до 3500 евро. Лишь 9% относят себя к крайне правым, 41% — к правым, а 35% — к центристам. Многие голосовали за Эммануэля Макрона в 2022 году. Они мало политизированы, сосредоточены на текущих делах, более лояльны в отношении иммигрантов. Но 84% считают, что «политическим лидерам все равно, что думают такие люди, как я» - похоже, что это стимулирует их интерес к партии. Это самая нестабильная часть ее электората.
«Праворадикальные оппортунисты» - образованная и довольно высокодоходная группа. 42% ее членов проживают в домохозяйствах с чистым ежемесячным доходом, превышающим 3500 евро. 50% их членов старше 60 лет. Они колебались между разными правыми партиями, но все более склоняются к «Национальному объединению». Политизированы, предпочитают сильных лидеров и очень не любят мигрантов. В экономических вопросах еще либеральнее, чем «либералы-идентитаристы».
Иммиграция является важнейшей темой для трех из четырех групп. «Во Франции слишком много иммигрантов» — с этим согласны 97% представителей «Забытой Франции», 99% «Либералов-идентитаристов» и 96% «Праворадикальных оппортунистов», хотя лишь 43% «Меняющейся Франции». Что касается утверждения «Теперь я уже не чувствую себя здесь как дома», то процент его поддержки составил 96, 98, 94 и 72% соответственно. Еще один важный фактор мобилизации – неприятие «леваков» из «Непокоренной Франции» Жан-Люка Меланшона.
Таким образом электорат «Национального объединения» неоднороден – он мобилизуется преимущественно на антимигрантской основе и ощущении, что «системные» политики не представляют интересов французов. Но в социально-экономической сфере расхождения велики. Это является фактором уязвимости для партии, но не приведет к рассыпанию ее электората до выборов 2027 года.
Алексей Макаркин
Опрос, проведенный компанией Ipsos по заказу Фонда Жана Жореса, Le Monde и Cevipof показал: 45% французских избирателей заявляют, что с как минимум 50%-ной вероятностью проголосуют за «Национальное объединение» на предстоящих выборах. То есть стратегия «дедемонизации» партии оказалась успешной.
Социолог Антуан Бристьель из Фонда Жана Жореса на основе исследования выделил четыре категории избирателей «Национального объединения», разделив их на две части. Первая часть - два уже прочно сформировавшихся исторических электората партии: «Либералы-идентитаристы» (34%) и «Забытая Франция» (21%).
«Забытая Франция» - это в основном промышленные рабочие и офисные клерки (или пенсионеры из этих групп), ощущающие свою экономическую уязвимость и сочетающие социальный патернализм с радикализмом в сфере идентичности (то есть не любящими мигрантов). 37% ее представителей проживают в домохозяйствах с чистым ежемесячным доходом менее 2000 евро. 48% участников этой категории старше 60 лет. Они ощущают свою «забытость» политическим классом – отсюда и название. 94% этих избирателей считают, что «политическим лидерам безразлично, что думают такие люди, как я». Это самая надежная часть избирателей партии.
«Либералы-идентитаристы» не имеют отношения к политическому либерализму – они выступают за либеральную социально-экономическую политику в сочетании все с тем же культурным антииммигрантским радикализмом. Для этой группы характерен прежде всего преклонный возраст. 53% ее членов старше 60 лет, а 29% старше 70 лет. Это более состоятельный политизированный и идеологически заряженный электорат. 24% проживают в домохозяйствах с доходом ниже 2000 евро, в то время как 31% имеют доход, превышающий 3500 евро в месяц. Они также крайне критично относятся к «системным» политикам, но у них нет ощущения «забытости». Социально-экономическая тематика для них вторична, а главным является ощущение утраты идентичности из-за роста миграции.
Две другие группы – относительно новые для «Национального объединения». Это «Меняющаяся Франция» (23%) и «Праворадикальные оппортунисты» (22%).
«Меняющаяся Франция» - образованные (50% имеют высшее образование) представители среднего класса - 41% проживают в домохозяйствах с чистым ежемесячным доходом от 2000 до 3500 евро. Лишь 9% относят себя к крайне правым, 41% — к правым, а 35% — к центристам. Многие голосовали за Эммануэля Макрона в 2022 году. Они мало политизированы, сосредоточены на текущих делах, более лояльны в отношении иммигрантов. Но 84% считают, что «политическим лидерам все равно, что думают такие люди, как я» - похоже, что это стимулирует их интерес к партии. Это самая нестабильная часть ее электората.
«Праворадикальные оппортунисты» - образованная и довольно высокодоходная группа. 42% ее членов проживают в домохозяйствах с чистым ежемесячным доходом, превышающим 3500 евро. 50% их членов старше 60 лет. Они колебались между разными правыми партиями, но все более склоняются к «Национальному объединению». Политизированы, предпочитают сильных лидеров и очень не любят мигрантов. В экономических вопросах еще либеральнее, чем «либералы-идентитаристы».
Иммиграция является важнейшей темой для трех из четырех групп. «Во Франции слишком много иммигрантов» — с этим согласны 97% представителей «Забытой Франции», 99% «Либералов-идентитаристов» и 96% «Праворадикальных оппортунистов», хотя лишь 43% «Меняющейся Франции». Что касается утверждения «Теперь я уже не чувствую себя здесь как дома», то процент его поддержки составил 96, 98, 94 и 72% соответственно. Еще один важный фактор мобилизации – неприятие «леваков» из «Непокоренной Франции» Жан-Люка Меланшона.
Таким образом электорат «Национального объединения» неоднороден – он мобилизуется преимущественно на антимигрантской основе и ощущении, что «системные» политики не представляют интересов французов. Но в социально-экономической сфере расхождения велики. Это является фактором уязвимости для партии, но не приведет к рассыпанию ее электората до выборов 2027 года.
Алексей Макаркин
Великобритания: шанс для сантехников.
Главная обсуждаемая тема в политической жизни Великобритании – когда уйдет премьер-министр Кир Стармер. После неудачных для лейбористов местных выборов многие партийные функционеры потеряли всякую надежду на то, что он сможет привести лейбористов к победе на парламентских выборах 2029 года. Тем более, что замена есть.
Основной потенциальный соперник Стармера - мэр Большого Манчестера Эндрю Бернем. По майскому опросу YouGov, за него высказываются 47% членов Лейбористской партии, тогда как за Стармера – 31%. Но лидером партии и премьером может быть только член парламента, а Бернем им не является.
В начале года Стармеру удалось не допустить Бернема к участию в дополнительных выборах в округе Гортон и Дентон в Большом Манчестере, где лейбористы традиционно имели твердые позиции. Бернем подал заявку на участие в выборах, но национальный исполком лейбористов заблокировал его выдвижение.
Теперь же предстоят дополнительные выборы в другом округе Большого Манчестера — Мейкерфилде – они состоятся 18 июня. С момента создания округа в 1983 года на выборах в нем неизменно побеждали лейбористы. Бернем уже выдвинут кандидатом от партии – исполком больше не может его блокировать. Казалось бы, все ясно – после 18 июня Бернем сможет бросить вызов Стармеру. Но не все так просто.
Вернемся к выборам в округе Гортон и Дентон, которые прошли без Бернема 26 февраля. В 2024 году лейбористы выиграли там с 50,8% голосов, опередив ближайшего соперника на 36,5 процентных пунктов. В 2026-м они этот округ проиграли – победила Ханна Спенсер от партии Зеленых (40,7%). Кандидат от лейбористов занял лишь третье место – на втором был представитель Reform UK.
Ханна Спенсер бросила школу в 16 лет и пошла учиться на сантехника. Специализировалась на установке тепловых насосов. Уже будучи депутатом местного совета, получила специальность штукатура. В ходе кампании позиционировала себя как «Ханна-сантехник». Выступала за сокращение неравенства и поддержку государственных услуг, включая национализацию водоснабжения. Ратовала за контроль за арендной платой, уменьшение счетов за электроэнергию (частично за счет улучшения теплоизоляции домов) и широкий спектр бесплатных услуг в медицине.
В 2024 году она баллотировалась против Бернема на пост мэра Большого Манчестера, заняла пятое место, получив 6,9% голосов, что на тот момент стало рекордным результатом для партии Зеленых. В 2026-м против нее была развернута кампания в интернете – ее обвинили в том, что она «фальшивый сантехник» и жена мультимиллионера, что не соответствовало действительности. Кампания провалилась, Ханну выбрали.
И вот теперь округ Мейкерфилд, где Зеленые слабы, зато резко усилилась поддержка Reform UK. Опрос компании Survation, проведенный 18-22 мая, показал, что за лейбористов в округе готовы проголосовать 43%, за «Реформу» - 40% (но фамилии Бернема в опросе не было). В округе сильны «брэкситерские» настроения, тогда как Бернем выступал против Брэксита.
И «Реформа» выдвинула против Бернема Роберта Кеньона – по профессии, как и Спенсер, сантехника. Он баллотировался в 2024 году и получил почти 32% голосов – так что кандидат серьезный. Кеньон позиционирует себя как кандидат из рабочего класса, сформировавшийся благодаря физическому труду, военной службе и работе в Национальной службе здравоохранения. Он, разумеется, противник миграции, но поддерживает и ряд традиционно левых идей, включая повышение доступности жилья и госуслуг (впрочем, в «правом» стиле связывая проблемы с увеличением числа мигрантов), частичную национализацию инфраструктурных компаний. Лидер партии Найджел Фарадж представил довыборы как битву «Давида против Голиафа»: «Отважный сантехник сражается с Бернемом, сторонником открытых границ».
Так что избирательная кампания не будет для Бернема легкой прогулкой. Одна из главных проблем политического класса Великобритании - многие избиратели считают, что он далек от простых людей. С этим связано и голосование за «народных кандидатов», «работяг»-сантехников в надежде, что они смогут добиться перемен.
Алексей Макаркин
Главная обсуждаемая тема в политической жизни Великобритании – когда уйдет премьер-министр Кир Стармер. После неудачных для лейбористов местных выборов многие партийные функционеры потеряли всякую надежду на то, что он сможет привести лейбористов к победе на парламентских выборах 2029 года. Тем более, что замена есть.
Основной потенциальный соперник Стармера - мэр Большого Манчестера Эндрю Бернем. По майскому опросу YouGov, за него высказываются 47% членов Лейбористской партии, тогда как за Стармера – 31%. Но лидером партии и премьером может быть только член парламента, а Бернем им не является.
В начале года Стармеру удалось не допустить Бернема к участию в дополнительных выборах в округе Гортон и Дентон в Большом Манчестере, где лейбористы традиционно имели твердые позиции. Бернем подал заявку на участие в выборах, но национальный исполком лейбористов заблокировал его выдвижение.
Теперь же предстоят дополнительные выборы в другом округе Большого Манчестера — Мейкерфилде – они состоятся 18 июня. С момента создания округа в 1983 года на выборах в нем неизменно побеждали лейбористы. Бернем уже выдвинут кандидатом от партии – исполком больше не может его блокировать. Казалось бы, все ясно – после 18 июня Бернем сможет бросить вызов Стармеру. Но не все так просто.
Вернемся к выборам в округе Гортон и Дентон, которые прошли без Бернема 26 февраля. В 2024 году лейбористы выиграли там с 50,8% голосов, опередив ближайшего соперника на 36,5 процентных пунктов. В 2026-м они этот округ проиграли – победила Ханна Спенсер от партии Зеленых (40,7%). Кандидат от лейбористов занял лишь третье место – на втором был представитель Reform UK.
Ханна Спенсер бросила школу в 16 лет и пошла учиться на сантехника. Специализировалась на установке тепловых насосов. Уже будучи депутатом местного совета, получила специальность штукатура. В ходе кампании позиционировала себя как «Ханна-сантехник». Выступала за сокращение неравенства и поддержку государственных услуг, включая национализацию водоснабжения. Ратовала за контроль за арендной платой, уменьшение счетов за электроэнергию (частично за счет улучшения теплоизоляции домов) и широкий спектр бесплатных услуг в медицине.
В 2024 году она баллотировалась против Бернема на пост мэра Большого Манчестера, заняла пятое место, получив 6,9% голосов, что на тот момент стало рекордным результатом для партии Зеленых. В 2026-м против нее была развернута кампания в интернете – ее обвинили в том, что она «фальшивый сантехник» и жена мультимиллионера, что не соответствовало действительности. Кампания провалилась, Ханну выбрали.
И вот теперь округ Мейкерфилд, где Зеленые слабы, зато резко усилилась поддержка Reform UK. Опрос компании Survation, проведенный 18-22 мая, показал, что за лейбористов в округе готовы проголосовать 43%, за «Реформу» - 40% (но фамилии Бернема в опросе не было). В округе сильны «брэкситерские» настроения, тогда как Бернем выступал против Брэксита.
И «Реформа» выдвинула против Бернема Роберта Кеньона – по профессии, как и Спенсер, сантехника. Он баллотировался в 2024 году и получил почти 32% голосов – так что кандидат серьезный. Кеньон позиционирует себя как кандидат из рабочего класса, сформировавшийся благодаря физическому труду, военной службе и работе в Национальной службе здравоохранения. Он, разумеется, противник миграции, но поддерживает и ряд традиционно левых идей, включая повышение доступности жилья и госуслуг (впрочем, в «правом» стиле связывая проблемы с увеличением числа мигрантов), частичную национализацию инфраструктурных компаний. Лидер партии Найджел Фарадж представил довыборы как битву «Давида против Голиафа»: «Отважный сантехник сражается с Бернемом, сторонником открытых границ».
Так что избирательная кампания не будет для Бернема легкой прогулкой. Одна из главных проблем политического класса Великобритании - многие избиратели считают, что он далек от простых людей. С этим связано и голосование за «народных кандидатов», «работяг»-сантехников в надежде, что они смогут добиться перемен.
Алексей Макаркин