В Греции не прекращается громкий политический скандал, связанный с организацией спецслужбой страны прослушки телефонов оппозиционных политиков и журналистов-расследователей, а вероятно, и кибершпионажа против них. Его уже называют «греческим Уотергейтом», поскольку, похоже, эти действия предпринимались по указанию премьер-министра страны, лидера правой партии «Новая демократия» Кириакоса Мицотакиса. Скандал вышел на европейский уровень, где прежде уже были разоблачения относительно использования властями шпионских киберпрограмм в Польше, Венгрии и Испании.
Греческая история поднялась на поверхность после того, как журналист Танасис Кукакис, который занимался расследованиями финансовых злоупотреблений банков, обнаружил, что его телефон прослушивался Национальной службой разведки (НСР), а кроме того, был заражен шпионским ПО Predator («Хищник»), позволяющим извлекать данные. Затем в июле лидер третьей по влиянию в Греции левоцентристской партии ПАСОК–Движение за перемены и член Европарламента Никос Андрулакис через IT-специалистов ЕП выяснил, что в 2021 г. была попытка внедрить программу Predator в его телефон. Он немедленно отправил жалобу в Верховный суд Греции и вскоре узнал, что НСР вела прослушку его мобильника в течение полугода до декабря 2021 г. – как раз тогда, когда он вел кампанию за избрание главой ПАСОК. Дальше на свет появились новые свидетельства онлайн-слежки за политиками и журналистами. В частности, стало известно, что программой Predator был заражен телефон члена парламента от главной оппозиционной партии СИРИЗА Христоса Спирциса.
Естественно, в адрес правительства посыпались возмущенные вопросы. Представитель властей признал, что НСР осуществляла прослушку телефона Андрулакиса с согласия прокурора, но причину этого назвать отказался. Вместе с тем, он отверг предположение, что НСР использовала ПО Predator. Сам премьер Мицотакис заявил, что не знал о прослушке Андрулакиса и что она была «законной, но неправильной». Однако тот факт, что сразу после прихода к власти в июле 2019 г. Мицотакис поставил работу НСР под свой прямой контроль, заставлял сомневаться в правдивости его утверждений. Пытаясь приглушить критику со стороны политической оппозиции, премьер отправил в отставку главу НСР и руководителя своего аппарата, который к тому же является его племянником. Отказ правительства дать внятные объяснения вызвал беспокойство и у некоторых видных членов правящей партии. Экс-премьер и бывший лидер партии «Новая демократия» Костас Караманлис отметил: «В таких ситуациях катарсис наступает только тогда, когда они полностью проясняются». Вице-спикер парламента Никитас Какламанис заявил, что он теперь против проведенного правящей партией закона, который лишил граждан юридической возможности выяснить, находятся ли они под наблюдением.
Но все эти проявления недовольства не помогли снять со случившегося завесу секретности. В парламенте Греции большинство членов комитета, расследующего историю с прослушкой и кибершпионажем, приняли решение проводить заседания в закрытом режиме. В специальном комитете Европарламента по расследованию использования шпионских киберпрограмм 8 сентября прошли слушания по греческому кейсу. Греческие журналисты приводили там красноречивые факты о распространенности практики прослушки в стране. Однако представители правительства Греции отклоняли вопросы о причинах слежки за политиками и журналистами, ссылаясь на конфиденциальность и интересы национальной безопасности.
Разворачивающийся в реальном времени скандал уже серьезно повредил репутации Мицотакиса среди греков. Согласно двум недавним опросам, более половины граждан считают, что премьер должен уйти в отставку. Пока Мицотакис крепко держит бразды правления и собирается возглавлять страну до следующих парламентских выборов, которые, вероятно, состоятся весной 2023 г. Однако, что будет после выборов, совершенно не ясно. Предполагалось, что по итогам выборов «Новая демократия» и ПАСОК создадут правительственную коалицию. Теперь такая возможность утрачена.
Александр Ивахник
Греческая история поднялась на поверхность после того, как журналист Танасис Кукакис, который занимался расследованиями финансовых злоупотреблений банков, обнаружил, что его телефон прослушивался Национальной службой разведки (НСР), а кроме того, был заражен шпионским ПО Predator («Хищник»), позволяющим извлекать данные. Затем в июле лидер третьей по влиянию в Греции левоцентристской партии ПАСОК–Движение за перемены и член Европарламента Никос Андрулакис через IT-специалистов ЕП выяснил, что в 2021 г. была попытка внедрить программу Predator в его телефон. Он немедленно отправил жалобу в Верховный суд Греции и вскоре узнал, что НСР вела прослушку его мобильника в течение полугода до декабря 2021 г. – как раз тогда, когда он вел кампанию за избрание главой ПАСОК. Дальше на свет появились новые свидетельства онлайн-слежки за политиками и журналистами. В частности, стало известно, что программой Predator был заражен телефон члена парламента от главной оппозиционной партии СИРИЗА Христоса Спирциса.
Естественно, в адрес правительства посыпались возмущенные вопросы. Представитель властей признал, что НСР осуществляла прослушку телефона Андрулакиса с согласия прокурора, но причину этого назвать отказался. Вместе с тем, он отверг предположение, что НСР использовала ПО Predator. Сам премьер Мицотакис заявил, что не знал о прослушке Андрулакиса и что она была «законной, но неправильной». Однако тот факт, что сразу после прихода к власти в июле 2019 г. Мицотакис поставил работу НСР под свой прямой контроль, заставлял сомневаться в правдивости его утверждений. Пытаясь приглушить критику со стороны политической оппозиции, премьер отправил в отставку главу НСР и руководителя своего аппарата, который к тому же является его племянником. Отказ правительства дать внятные объяснения вызвал беспокойство и у некоторых видных членов правящей партии. Экс-премьер и бывший лидер партии «Новая демократия» Костас Караманлис отметил: «В таких ситуациях катарсис наступает только тогда, когда они полностью проясняются». Вице-спикер парламента Никитас Какламанис заявил, что он теперь против проведенного правящей партией закона, который лишил граждан юридической возможности выяснить, находятся ли они под наблюдением.
Но все эти проявления недовольства не помогли снять со случившегося завесу секретности. В парламенте Греции большинство членов комитета, расследующего историю с прослушкой и кибершпионажем, приняли решение проводить заседания в закрытом режиме. В специальном комитете Европарламента по расследованию использования шпионских киберпрограмм 8 сентября прошли слушания по греческому кейсу. Греческие журналисты приводили там красноречивые факты о распространенности практики прослушки в стране. Однако представители правительства Греции отклоняли вопросы о причинах слежки за политиками и журналистами, ссылаясь на конфиденциальность и интересы национальной безопасности.
Разворачивающийся в реальном времени скандал уже серьезно повредил репутации Мицотакиса среди греков. Согласно двум недавним опросам, более половины граждан считают, что премьер должен уйти в отставку. Пока Мицотакис крепко держит бразды правления и собирается возглавлять страну до следующих парламентских выборов, которые, вероятно, состоятся весной 2023 г. Однако, что будет после выборов, совершенно не ясно. Предполагалось, что по итогам выборов «Новая демократия» и ПАСОК создадут правительственную коалицию. Теперь такая возможность утрачена.
Александр Ивахник
Губернатор в России с 2020 года определяет пределы ограничительных мер в борьбе с ковидом (а непопулярные федеральные законы о QR-кодах так и не были приняты). Он же в нынешнем месяце решает, отменять праздники и салюты в связи со спецоперацией. В результате возникают казусы – в Ростове-на-Дону, наряду с другими мероприятиями, отменили выступление патриотичного Олега Газманова, тогда как в Ставрополе власти отказались «отменить» аполитичную Клаву Коку (которую в рамках отечественного варианта cancel culture потребовали запретить местные ревнители патриотизма и благочестия). А также организуют формирование добровольческих подразделений – этот процесс начался еще до заявления Рамзана Кадырова о «самомобилизации», но сейчас может ускориться, хотя и неравномерно, в зависимости от специфики конкретного региона.
И в то же время такая децентрализация сочетается с «положением хуже губернаторского», когда глава региона может быть уволен в любой момент (или – в более мягкой форме – ему могут предложить написать заявление по собственному желанию). Подобная практика существовала и в Российской империи (где губернатор был назначенцем без всяких выборов), и в СССР, где функции губернатора исполнял первый секретарь обкома КПСС (в СССР, впрочем, для увольнения надо было собрать пленум обкома, но это было формальностью). Таким образом децентрализация связана в основном с повышением ответственности при сохранении прежних ресурсов.
Алексей Макаркин
И в то же время такая децентрализация сочетается с «положением хуже губернаторского», когда глава региона может быть уволен в любой момент (или – в более мягкой форме – ему могут предложить написать заявление по собственному желанию). Подобная практика существовала и в Российской империи (где губернатор был назначенцем без всяких выборов), и в СССР, где функции губернатора исполнял первый секретарь обкома КПСС (в СССР, впрочем, для увольнения надо было собрать пленум обкома, но это было формальностью). Таким образом децентрализация связана в основном с повышением ответственности при сохранении прежних ресурсов.
Алексей Макаркин
Похоже, в Евросоюзе иссякает терпение в отношении курса Виктора Орбана, который настаивает на превосходстве своего режима «нелиберальной демократии» в Венгрии над рафинированной европейской демократией. К тому же в последнее время венгерский национал-популист еще и препятствует принятию общих позиций ЕС в отношении поддержки Украины и санкций против России. В четверг Европарламент на своей пленарной сессии в Страсбурге принял чрезвычайно резкую резолюцию по Венгрии, объявляющую ее «гибридным режимом электоральной автократии», который вывел страну из сообщества демократий. В резолюции, принятой 433 голосами против 123 при 28 воздержавшихся, парламентарии выразили обеспокоенность по поводу конституционной и избирательной систем Венгрии, независимости судов, коррупции при госзакупках, прав ЛГБТ и других меньшинств, а также медийных, академических и религиозных свобод. Члены ЕП осудили «намеренные и систематические усилия венгерского правительства по подрыву основополагающих ценностей союза», таких как «уважение к человеческому достоинству и правам человека, свобода, демократия, равенство, верховенство права». Докладчик по резолюции, депутат от французских «зеленых» Гвендолин Дельбо-Корфилд подчеркнула, что «впервые институт ЕС констатирует печальную истину: Венгрия больше не является демократией».
Конечно, резолюции Европарламента не ведут к конкретному наказанию стран-членов. В этом смысле принятая резолюция более имеет символическое значение и не несет прямой угрозы Орбану, непрерывно возглавляющему Венгрию уже 12 лет. Сам венгерский премьер в пятницу, находясь с визитом в Белграде, высказался о ней пренебрежительно. Он назвал резолюцию «шуткой», которая является «забавной». Орбан добавил: «Единственная причина, по которой мы не смеемся над ней, заключается в том, что нам это надоело. Это скучная шутка. Уже в третий или четвертый раз в Европарламенте принимают резолюцию, осуждающую Венгрию. Они делают это, чтобы развлечь себя. Мы не обращаем на это внимания». Однако не всё так просто. Резолюция, помимо прочего, призвана оказать давление на исполнительный орган ЕС – Еврокомиссию, с которой Орбану приходится считаться.
ЕК давно находится в конфронтации с Будапештом по вопросу о верховенстве права. Особое беспокойство в Брюсселе вызывает широко известная практика нецелевого использования государственных средств в Венгрии для обогащения предпринимателей, близких к правящей партии «Фидес», включая зятя самого Орбана. Нередко эта практика имеет место при осуществлении госзакупок для проектов, финансируемых из бюджета ЕС. Из-за отсутствия в стране эффективных антикоррупционных механизмов ЕК уже много месяцев блокирует выделение 6 млрд евро, которые Венгрия должна была получить из европейского фонда восстановления экономики после пандемии. Ожидается, что по этой же причине 18 сентября еврокомиссары на своем заседании примут рекомендацию о том, чтобы приостановить выплату Венгрии части средств из бюджета ЕС на 2021-2027 годы. Предположительно речь может идти о 70% из 22,5 млрд евро, предназначенных для Венгрии в многолетнем союзном бюджете. Правда, Будапешту дается до трех месяцев, чтобы провести убедительные антикоррупционные меры. А затем окончательное решение должны принимать все члены ЕС квалифицированным большинством (55% стран-членов, представляющих не менее 65% всего населения союза). Среди европарламентариев уже выражаются опасения, что если в Италии на выборах 25 сентября победит крайне правая коалиция, то добиться квалифицированного большинства будет очень сложно. Кстати, лидер «Братьев Италии» Джорджа Мелони, которую прочат в премьеры, и лидер «Лиги» Маттео Сальвини в пятницу поддержали Орбана в нынешнем столкновении с ЕС. Так что венгерскому премьеру можно уповать на своих итальянских друзей.
Александр Ивахник
Конечно, резолюции Европарламента не ведут к конкретному наказанию стран-членов. В этом смысле принятая резолюция более имеет символическое значение и не несет прямой угрозы Орбану, непрерывно возглавляющему Венгрию уже 12 лет. Сам венгерский премьер в пятницу, находясь с визитом в Белграде, высказался о ней пренебрежительно. Он назвал резолюцию «шуткой», которая является «забавной». Орбан добавил: «Единственная причина, по которой мы не смеемся над ней, заключается в том, что нам это надоело. Это скучная шутка. Уже в третий или четвертый раз в Европарламенте принимают резолюцию, осуждающую Венгрию. Они делают это, чтобы развлечь себя. Мы не обращаем на это внимания». Однако не всё так просто. Резолюция, помимо прочего, призвана оказать давление на исполнительный орган ЕС – Еврокомиссию, с которой Орбану приходится считаться.
ЕК давно находится в конфронтации с Будапештом по вопросу о верховенстве права. Особое беспокойство в Брюсселе вызывает широко известная практика нецелевого использования государственных средств в Венгрии для обогащения предпринимателей, близких к правящей партии «Фидес», включая зятя самого Орбана. Нередко эта практика имеет место при осуществлении госзакупок для проектов, финансируемых из бюджета ЕС. Из-за отсутствия в стране эффективных антикоррупционных механизмов ЕК уже много месяцев блокирует выделение 6 млрд евро, которые Венгрия должна была получить из европейского фонда восстановления экономики после пандемии. Ожидается, что по этой же причине 18 сентября еврокомиссары на своем заседании примут рекомендацию о том, чтобы приостановить выплату Венгрии части средств из бюджета ЕС на 2021-2027 годы. Предположительно речь может идти о 70% из 22,5 млрд евро, предназначенных для Венгрии в многолетнем союзном бюджете. Правда, Будапешту дается до трех месяцев, чтобы провести убедительные антикоррупционные меры. А затем окончательное решение должны принимать все члены ЕС квалифицированным большинством (55% стран-членов, представляющих не менее 65% всего населения союза). Среди европарламентариев уже выражаются опасения, что если в Италии на выборах 25 сентября победит крайне правая коалиция, то добиться квалифицированного большинства будет очень сложно. Кстати, лидер «Братьев Италии» Джорджа Мелони, которую прочат в премьеры, и лидер «Лиги» Маттео Сальвини в пятницу поддержали Орбана в нынешнем столкновении с ЕС. Так что венгерскому премьеру можно уповать на своих итальянских друзей.
Александр Ивахник
«Мы гордимся тем, что едем в Ереван после принятия в 2019 году Палатой представителей резолюции 296, представленной конгрессменом Адамом Шиффом, которая признает убийство 1,5 млн армян в Османской империи в качестве геноцида, и после того, как президент Байден стал первым президентом США, официально признавшим Геноцид армян». Эта декларация появилась на сайте спикера Палаты представителей американского Конгресса Нэнси Пелоси в канун ее визита в Армению.
Ереванскому турне известного государственного деятеля США практически сразу же было гарантировано повышенное внимание. Для этого были три базовые причины. Во-первых, Пелоси прибыла в столицу Армении через месяц после своего визита на Тайвань. Та ее поездка сопровождалась многочисленными алармистскими комментариями о возможном американо-китайском военном конфликте. Но если отбросить свойственную таким событиям эмоциональность, то визит спикера Палаты представителей продемонстрировал готовность Вашингтона бороться за сохранение своего международного доминирования. Во-вторых, Пелоси прибыла в Ереван по горячим следам новой пограничной эскалации. Многие в Армении связывали с ней надежды на то, что правительство США поддержит Ереван в трудную минуту. Другой вопрос, насколько они были обоснованы. В-третьих, постсоветские страны воспринимаются многими не только как самостоятельные субстанции, но и как арены геополитического противостояния России и Запада. Пелоси на сегодняшний день стала самым высокопоставленным государственным деятелем США, который когда-либо посещал Армению после распада СССР и обретения республикой государственной независимости. Отсюда и особое внимание тому, что могла сказать госпожа спикер.
Между тем, воспринимать визит Пелоси, как исключительно геополитический проект было бы неправильно. В США 8 ноября состоятся выборы в Конгресс. И голоса армянских граждан Америки крайне важны и для демократов, и для республиканцев. У первых есть такой актив, как признание геноцида. Пелоси сделала все, чтобы посещение Еревана создало бы для ее однопартийцев позитивный имидж. Она осудила «смертельные атаки» Азербайджана, и пообещала Армении помощь. Не уточив, правда, ее параметры. Сама Пелоси имеет репутацию последовательного сторонника «армянского вопроса». В составе ее делегации была Джекки Шпейер, известная congresswoman c армянскими корнями.
Впрочем, и к внутриполитическому пиару визит спикера нижней палаты Конгресса не сведешь. США пользуются тем, что Россия проявляет сдержанность в отношении пограничного конфликта между Арменией и Азербайджаном. Проведение СВО на Украине заставляет Москву всячески избегать даже намеков на «второй фронт» на Кавказе или в Центральной Азии. Отсюда и определенная публичная пассивность, которая в Армении вызывает широкую гамму чувств от недоумения до раздражения. Последнее прорывается даже у официальных лиц. В этой связи даже отказ от прямой критики России с предложением своей помощи вызывают у армян позитивные эмоции и надежды.
Однако не стоит спешить с выводами о геополитическом развороте Еревана и уходе его в американскую «сферу влияния». Стоит иметь в виду, что кооперация с Арменией не означает отказа США от взаимодействия со стратегическим союзником по НАТО Турцией и важным энергетическим партнером Азербайджаном. Тем паче, что Вашингтон активно продвигает идею диверсификации энергетических поставок в страны ЕС. Здесь без Баку не обойтись. Более того, армянскому лобби в Конгрессе не первый год противостоят нефтяные лоббисты, а также сторонники турецко-азербайджанской линии. «Сдержки и противовесы» в виде жесткого прагматизма и ценностной политики присутствуют в Америке везде и всюду.
Сергей Маркедонов
Ереванскому турне известного государственного деятеля США практически сразу же было гарантировано повышенное внимание. Для этого были три базовые причины. Во-первых, Пелоси прибыла в столицу Армении через месяц после своего визита на Тайвань. Та ее поездка сопровождалась многочисленными алармистскими комментариями о возможном американо-китайском военном конфликте. Но если отбросить свойственную таким событиям эмоциональность, то визит спикера Палаты представителей продемонстрировал готовность Вашингтона бороться за сохранение своего международного доминирования. Во-вторых, Пелоси прибыла в Ереван по горячим следам новой пограничной эскалации. Многие в Армении связывали с ней надежды на то, что правительство США поддержит Ереван в трудную минуту. Другой вопрос, насколько они были обоснованы. В-третьих, постсоветские страны воспринимаются многими не только как самостоятельные субстанции, но и как арены геополитического противостояния России и Запада. Пелоси на сегодняшний день стала самым высокопоставленным государственным деятелем США, который когда-либо посещал Армению после распада СССР и обретения республикой государственной независимости. Отсюда и особое внимание тому, что могла сказать госпожа спикер.
Между тем, воспринимать визит Пелоси, как исключительно геополитический проект было бы неправильно. В США 8 ноября состоятся выборы в Конгресс. И голоса армянских граждан Америки крайне важны и для демократов, и для республиканцев. У первых есть такой актив, как признание геноцида. Пелоси сделала все, чтобы посещение Еревана создало бы для ее однопартийцев позитивный имидж. Она осудила «смертельные атаки» Азербайджана, и пообещала Армении помощь. Не уточив, правда, ее параметры. Сама Пелоси имеет репутацию последовательного сторонника «армянского вопроса». В составе ее делегации была Джекки Шпейер, известная congresswoman c армянскими корнями.
Впрочем, и к внутриполитическому пиару визит спикера нижней палаты Конгресса не сведешь. США пользуются тем, что Россия проявляет сдержанность в отношении пограничного конфликта между Арменией и Азербайджаном. Проведение СВО на Украине заставляет Москву всячески избегать даже намеков на «второй фронт» на Кавказе или в Центральной Азии. Отсюда и определенная публичная пассивность, которая в Армении вызывает широкую гамму чувств от недоумения до раздражения. Последнее прорывается даже у официальных лиц. В этой связи даже отказ от прямой критики России с предложением своей помощи вызывают у армян позитивные эмоции и надежды.
Однако не стоит спешить с выводами о геополитическом развороте Еревана и уходе его в американскую «сферу влияния». Стоит иметь в виду, что кооперация с Арменией не означает отказа США от взаимодействия со стратегическим союзником по НАТО Турцией и важным энергетическим партнером Азербайджаном. Тем паче, что Вашингтон активно продвигает идею диверсификации энергетических поставок в страны ЕС. Здесь без Баку не обойтись. Более того, армянскому лобби в Конгрессе не первый год противостоят нефтяные лоббисты, а также сторонники турецко-азербайджанской линии. «Сдержки и противовесы» в виде жесткого прагматизма и ценностной политики присутствуют в Америке везде и всюду.
Сергей Маркедонов
Алла Пугачева призвала включить себя в список иноагентов. Какая будет общественная реакция? Как представляется, двойственная, связанная с двойственной же функцией эстрадных артистов в советском обществе (а Алла Пугачева – один из главных символов позднего СССР).
С одной стороны, советская власть терпела легкий жанр, потому что люди нуждались в развлечениях, а не только в классике и идеологически правильных песнях. Сталин в послевоенное время пытался исключить легкий жанр, но долго так продолжаться не могло. Уже вскоре после его смерти аполитичные развлечения возобновились – как это происходило, было показано спустя десятилетия в фильме «Покровские ворота» (эволюция репертуара Велюрова), а символом возвращения легкого жанра стала «Карнавальная ночь» с Гурченко. У эстрадных артистов было много поклонников, ими восхищались, популярные шлягеры звучали на всех танцплощадках. И Алла Пугачева с ее ярким талантом и абсолютной узнаваемостью (в отличие от вторичных эстрадных имитаций) была и до сих пор остается одной из главных любимиц людей, помнящих СССР.
С другой стороны, легкий жанр был именно терпим, а не поощряем. Эстрадные артисты, наряду с их антиподами – представителями духовенства разных конфессий – признавались если не вредными, то, по крайней мере, «неполезными» для строительства светлого будущего (где, как имелось в виду, будет место только для высокого искусства и научной картины мира). Заслуженный характер легальных доходов тех и других подвергался сомнению. Далеко не самый ортодоксальный польский марксистский политолог Ежи Вятр писал в 1977 году в своей «Социологии политических отношений», что высокие доходы эстрадных артистов «являются следствием не столько значительного количества и особого качества труда, сколько умения приспособиться к массовым вкусам».
Соответственно, артисты были не только любимцами публики, но и объектами критики – как в официальной прессе (от «Правды» до «Крокодила»), так и путем «вбрасывания» информации о сверхдоходах – легальных и тем более нелегальных. А дальше слухи распространялись сами через сарафанное радио со все новыми подробностями. Тем самым артисты выступали в роли «громоотводов», отвлекая от аналогичной критики в отношении номенклатуры. И те же советские люди, которые вчера с удовольствием слушали очередной шлягер, завтра завистливо пересказывали друг другу истории про то, как незаслуженно богато живут певцы и певицы. Такая же зависть сохранилась и сегодня, несмотря на то что СССР давно уже нет. Тем более, что светская хроника дает возможность для сплетен уже без всяких «вбросов».
И оба этих фактора надо учитывать для того, чтобы понимать как общественную значимость заявления Аллы Пугачевой, так и ограничители для его восприятия населением.
Алексей Макаркин
С одной стороны, советская власть терпела легкий жанр, потому что люди нуждались в развлечениях, а не только в классике и идеологически правильных песнях. Сталин в послевоенное время пытался исключить легкий жанр, но долго так продолжаться не могло. Уже вскоре после его смерти аполитичные развлечения возобновились – как это происходило, было показано спустя десятилетия в фильме «Покровские ворота» (эволюция репертуара Велюрова), а символом возвращения легкого жанра стала «Карнавальная ночь» с Гурченко. У эстрадных артистов было много поклонников, ими восхищались, популярные шлягеры звучали на всех танцплощадках. И Алла Пугачева с ее ярким талантом и абсолютной узнаваемостью (в отличие от вторичных эстрадных имитаций) была и до сих пор остается одной из главных любимиц людей, помнящих СССР.
С другой стороны, легкий жанр был именно терпим, а не поощряем. Эстрадные артисты, наряду с их антиподами – представителями духовенства разных конфессий – признавались если не вредными, то, по крайней мере, «неполезными» для строительства светлого будущего (где, как имелось в виду, будет место только для высокого искусства и научной картины мира). Заслуженный характер легальных доходов тех и других подвергался сомнению. Далеко не самый ортодоксальный польский марксистский политолог Ежи Вятр писал в 1977 году в своей «Социологии политических отношений», что высокие доходы эстрадных артистов «являются следствием не столько значительного количества и особого качества труда, сколько умения приспособиться к массовым вкусам».
Соответственно, артисты были не только любимцами публики, но и объектами критики – как в официальной прессе (от «Правды» до «Крокодила»), так и путем «вбрасывания» информации о сверхдоходах – легальных и тем более нелегальных. А дальше слухи распространялись сами через сарафанное радио со все новыми подробностями. Тем самым артисты выступали в роли «громоотводов», отвлекая от аналогичной критики в отношении номенклатуры. И те же советские люди, которые вчера с удовольствием слушали очередной шлягер, завтра завистливо пересказывали друг другу истории про то, как незаслуженно богато живут певцы и певицы. Такая же зависть сохранилась и сегодня, несмотря на то что СССР давно уже нет. Тем более, что светская хроника дает возможность для сплетен уже без всяких «вбросов».
И оба этих фактора надо учитывать для того, чтобы понимать как общественную значимость заявления Аллы Пугачевой, так и ограничители для его восприятия населением.
Алексей Макаркин
Минфин США внес главу Национальной системы платежных карт (НСПК) Владимира Комлева в SDN-лист. Сама НСПК и платежная система «Мир», оператором которой она выступает, в черный список пока не попали. Но Минфин США, уточнив, что НСПК не заблокирована, тут же заявил, что «Те неамериканские финансовые учреждения, которые заключают новые или расширенные соглашения с НСПК, рискуют поддержать усилия России по обходу санкций США за счет расширения использования национальной платежной системы «Мир» за пределами территории РФ». А это прямая угроза вторичных санкций.
В результате турецкие банки, минимизируя риски, стали отказываться от приема любых карт «Мир», а не только выпущенных российскими банками, уже попавшими под санкции, как они это делали вначале. Пока что такое решение приняли Is Bankasi и DenizBank – но вряд ли приходится сомневаться, что речь идет о настоятельных рекомендациях турецкого Центробанка, которые распространяются на всю турецкую банковскую систему, встроенную в мировую. Турецкие отели также сворачивают использование платежей с помощью «Мира».
По данным НСПК, сейчас карты платежной системы «Мир», кроме Турции, работают еще в ряде стран - Вьетнаме, Южной Корее, Армении, Узбекистане, Казахстане, Киргизии, Таджикистане, Беларуси, Южной Осетии и Абхазии. Насчет последних трех сомнений нет – принимать будут. А на остальных США станут оказывать давление с тем, чтобы они последовали примеру турок – будет использоваться все та же угроза вторичных санкций.
Алексей Макаркин
В результате турецкие банки, минимизируя риски, стали отказываться от приема любых карт «Мир», а не только выпущенных российскими банками, уже попавшими под санкции, как они это делали вначале. Пока что такое решение приняли Is Bankasi и DenizBank – но вряд ли приходится сомневаться, что речь идет о настоятельных рекомендациях турецкого Центробанка, которые распространяются на всю турецкую банковскую систему, встроенную в мировую. Турецкие отели также сворачивают использование платежей с помощью «Мира».
По данным НСПК, сейчас карты платежной системы «Мир», кроме Турции, работают еще в ряде стран - Вьетнаме, Южной Корее, Армении, Узбекистане, Казахстане, Киргизии, Таджикистане, Беларуси, Южной Осетии и Абхазии. Насчет последних трех сомнений нет – принимать будут. А на остальных США станут оказывать давление с тем, чтобы они последовали примеру турок – будет использоваться все та же угроза вторичных санкций.
Алексей Макаркин
Визит Нэнси Пелоси в Ереван спровоцировал дискуссию о геополитических изменениях в Закавказье. Однако сентябрьская военная эскалация на армяно-азербайджанском пограничье связана не только с интересами внешних игроков. Боевые действия, которые развернулись не в Нагорном Карабахе, а непосредственно на территории Армении, привели к внутриполитической активизации.
Триггером для нее стало выступление Никола Пашиняна 14 сентября 2022 года. Оно прошло на фоне интенсификации артиллерийских обстрелов с азербайдажнской стороны. И потому просто не могло не быть эмоциональным. Но если оставить за скобками психологические аспекты, то необходимо остановиться на нескольких важных тезисах. Премьер-министр Армении не сказал напрямую об уступке Нагорного Карабаха. Однако предложение зафиксировать территориальную целостность республики в границах времен СССР и слова о возможных непопулярных решениях, которые могут привести к отставке правительства могли привести к выводу о том, что глава кабмина предлагает армянскому обществу фактически отказаться от Карабаха. Предложенная Пашиняном идея о том, что Еревану надо защитить другие регионы Армении, на которые потенциально может наступать Азербайджан, в более спокойной обстановке могла бы рассматриваться, как некое рациональное предложение. Но в условиях военной эскалации часть армянского политикума расценила выступление премьера, как пораженчество.
Казалось бы, республику ожидают масштабные уличные протесты. Однако попытки их реального проведения показали: на первые роли вышли не опытные оппозиционеры, а «рассерженные граждане», которые стали требовать активного участия как раз оппонентов власти. И здесь фактор времени (внезапности, если угодно) сработал не на пользу оппозиции. Экс-президент Армении Роберт Кочарян провел встречу со своими сторонниками лишь 19 сентября, то есть только через 5 дней после заявления Пашиняна. При этом формат встречи вызывает, как минимум вопросы. Она носила закрытый характер. Так может и должен собираться ближний круг, штаб политического лидера. Но если есть готовность вывести на улицы массы людей, инструменты нужны иные. Кочарян пообещал в скором будущем представить план выхода из кризиса. Непраздный вопрос, а будет ли достаточно времени для его проработки? К слову сказать, представители оппозиции встретились с Нэнси Пелоси и обратились к ней с просьбой оказать давление на Азербайджан.
Таким образом, внутриполитическое оживление произошло, но к всплеску протестов не привело. Налицо усталость армянского общества от застарелого конфликта. Оно боится уступок Азербайджану, но не менее этого опасается прихода войны из Карабаха в саму Армению. Дилемма опасная и очень непростая для всех политиков республики.
Сергей Маркедонов
Триггером для нее стало выступление Никола Пашиняна 14 сентября 2022 года. Оно прошло на фоне интенсификации артиллерийских обстрелов с азербайдажнской стороны. И потому просто не могло не быть эмоциональным. Но если оставить за скобками психологические аспекты, то необходимо остановиться на нескольких важных тезисах. Премьер-министр Армении не сказал напрямую об уступке Нагорного Карабаха. Однако предложение зафиксировать территориальную целостность республики в границах времен СССР и слова о возможных непопулярных решениях, которые могут привести к отставке правительства могли привести к выводу о том, что глава кабмина предлагает армянскому обществу фактически отказаться от Карабаха. Предложенная Пашиняном идея о том, что Еревану надо защитить другие регионы Армении, на которые потенциально может наступать Азербайджан, в более спокойной обстановке могла бы рассматриваться, как некое рациональное предложение. Но в условиях военной эскалации часть армянского политикума расценила выступление премьера, как пораженчество.
Казалось бы, республику ожидают масштабные уличные протесты. Однако попытки их реального проведения показали: на первые роли вышли не опытные оппозиционеры, а «рассерженные граждане», которые стали требовать активного участия как раз оппонентов власти. И здесь фактор времени (внезапности, если угодно) сработал не на пользу оппозиции. Экс-президент Армении Роберт Кочарян провел встречу со своими сторонниками лишь 19 сентября, то есть только через 5 дней после заявления Пашиняна. При этом формат встречи вызывает, как минимум вопросы. Она носила закрытый характер. Так может и должен собираться ближний круг, штаб политического лидера. Но если есть готовность вывести на улицы массы людей, инструменты нужны иные. Кочарян пообещал в скором будущем представить план выхода из кризиса. Непраздный вопрос, а будет ли достаточно времени для его проработки? К слову сказать, представители оппозиции встретились с Нэнси Пелоси и обратились к ней с просьбой оказать давление на Азербайджан.
Таким образом, внутриполитическое оживление произошло, но к всплеску протестов не привело. Налицо усталость армянского общества от застарелого конфликта. Оно боится уступок Азербайджану, но не менее этого опасается прихода войны из Карабаха в саму Армению. Дилемма опасная и очень непростая для всех политиков республики.
Сергей Маркедонов
После 10 дней величественных траурных церемоний Великобритания возвращается к обычной жизни. Неподдельная скорбь многих британцев подтвердила, что они относились к царствовавшей 70 лет Елизавете II с особым чувством уважения, высоко оценивая ее служение нации. Но теперь немало людей задаются вопросом: а что будет дальше с институтом монархии, который столь долго ассоциировался с покойной королевой? Известно, что принц Чарльз был значительно менее популярен, чем его мать. Сейчас, на высокой эмоциональной волне, ощущается большой прилив благожелательности к новому монарху. По опросам YouGov, если в марте лишь 39% считали, что Чарльз будет хорошим королем, то ныне такого мнения придерживаются 63%. Однако 73-летнему Карлу III будет сложно. Прежде всего, ему придется отказаться от привычки высказывать личное мнение по волнующим его вопросам (например, защите климата) и целенаправленно формировать свой убедительный образ служения интересам нации. Удастся ли новому королю сохранить авторитет института монархии? Ответ на этот вопрос даст только время.
А сейчас британцев гораздо больше занимают вопросы о том, как себя проявит новое правительство во главе с Лиз Трасс. После 10-дневной паузы ему надо приниматься за неотложные дела с места в карьер. В пятницу ожидается оглашение мини-бюджета новым министром финансов Кваси Квартенгом. Но уже известно, что его основные установки будут основываться на фундаментальной идее Трасс о стимулировании экономического роста с помощью сокращения налогов. Будет отменено проведенное весной повышение взносов в фонд социального страхования, заморожен налог на корпорации, упразднен установленный еще в 2008 г. потолок на бонусы банкиров, введены налоговые льготы для компаний, готовых развивать бизнес в малоразвитых регионах.
Премьер-министр признает, что эти меры будут выгодны богатым слоям населения, но не считает, что это несправедливо, поскольку, по ее убеждению, станет триггером для инвестиций и соответственно общего развития страны. Отвечая по этому поводу на вопрос телеканала Sky News, готова ли она быть непопулярной, Трасс сказала: «Да, готова». Впрочем, по важнейшему для населения вопросу о резком росте счетов за потребление энергии премьер была вынуждена скорректировать свою приверженность идее свободного рынка. В мини-бюджет войдет план общего замораживания цен на энергоносители для домохозяйств и компаний, который будет обеспечиваться масштабными заимствованиями на финансовом рынке.
А сразу после похорон королевы Лиз Трасс отправилась в свой первый зарубежный визит в качестве премьера на сессию Генассамблеи ООН в Нью-Йорк. На фоне событий в Украине и решений, принятых Москвой в среду, эта сессия проходит весьма напряженно. Уже известно, что в своей речи в ООН Трасс вновь заверит Украину в твердой поддержке со стороны Британии, призовет другие страны увеличить помощь Киеву и отказаться от покупки российских нефти и газа. Но большее внимание будет привлечено к первой встрече Трасс с президентом Байденом. Во время полета в Нью-Йорк она сообщила журналистам, что в скором времени не ждет начала переговоров между США и Британией о заключении широкого соглашения о свободной торговле. Между тем, перед выходом из ЕС такое соглашение преподносилось брекситерами как прекрасный шанс для новой «глобальной Британии». Однако Байден, который никогда не скрывал своего отрицательного отношения к брекситу, после начала острого конфликта между Лондоном и ЕС по поводу североирландского протокола, призванного обеспечить открытость границы между Ольстером и Республикой Ирландия, по существу заморозил вопрос о масштабной торговой сделке. Также известна негативная реакция Вашингтона на внесенный Трасс в Палату общин законопроект, который предусматривает односторонний отказ Британии от части положений протокола. Так что каких-то значимых экономических договоренностей от встречи Байдена и Трасс никто не ждет. Но, вероятно, они подтвердят особый характер отношений между двумя странами в сфере безопасности, прежде всего, в плане общего жесткого подхода к России и Китаю.
Александр Ивахник
А сейчас британцев гораздо больше занимают вопросы о том, как себя проявит новое правительство во главе с Лиз Трасс. После 10-дневной паузы ему надо приниматься за неотложные дела с места в карьер. В пятницу ожидается оглашение мини-бюджета новым министром финансов Кваси Квартенгом. Но уже известно, что его основные установки будут основываться на фундаментальной идее Трасс о стимулировании экономического роста с помощью сокращения налогов. Будет отменено проведенное весной повышение взносов в фонд социального страхования, заморожен налог на корпорации, упразднен установленный еще в 2008 г. потолок на бонусы банкиров, введены налоговые льготы для компаний, готовых развивать бизнес в малоразвитых регионах.
Премьер-министр признает, что эти меры будут выгодны богатым слоям населения, но не считает, что это несправедливо, поскольку, по ее убеждению, станет триггером для инвестиций и соответственно общего развития страны. Отвечая по этому поводу на вопрос телеканала Sky News, готова ли она быть непопулярной, Трасс сказала: «Да, готова». Впрочем, по важнейшему для населения вопросу о резком росте счетов за потребление энергии премьер была вынуждена скорректировать свою приверженность идее свободного рынка. В мини-бюджет войдет план общего замораживания цен на энергоносители для домохозяйств и компаний, который будет обеспечиваться масштабными заимствованиями на финансовом рынке.
А сразу после похорон королевы Лиз Трасс отправилась в свой первый зарубежный визит в качестве премьера на сессию Генассамблеи ООН в Нью-Йорк. На фоне событий в Украине и решений, принятых Москвой в среду, эта сессия проходит весьма напряженно. Уже известно, что в своей речи в ООН Трасс вновь заверит Украину в твердой поддержке со стороны Британии, призовет другие страны увеличить помощь Киеву и отказаться от покупки российских нефти и газа. Но большее внимание будет привлечено к первой встрече Трасс с президентом Байденом. Во время полета в Нью-Йорк она сообщила журналистам, что в скором времени не ждет начала переговоров между США и Британией о заключении широкого соглашения о свободной торговле. Между тем, перед выходом из ЕС такое соглашение преподносилось брекситерами как прекрасный шанс для новой «глобальной Британии». Однако Байден, который никогда не скрывал своего отрицательного отношения к брекситу, после начала острого конфликта между Лондоном и ЕС по поводу североирландского протокола, призванного обеспечить открытость границы между Ольстером и Республикой Ирландия, по существу заморозил вопрос о масштабной торговой сделке. Также известна негативная реакция Вашингтона на внесенный Трасс в Палату общин законопроект, который предусматривает односторонний отказ Британии от части положений протокола. Так что каких-то значимых экономических договоренностей от встречи Байдена и Трасс никто не ждет. Но, вероятно, они подтвердят особый характер отношений между двумя странами в сфере безопасности, прежде всего, в плане общего жесткого подхода к России и Китаю.
Александр Ивахник
Балтийские страны не хотят принимать россиян, которые стремятся избежать мобилизации. Такой подход является продолжением курса на максимальную закрытость от России. Такой подход имеет исторические корни, восходящие еще ко временам гражданской войны более чем столетней давности. Тогда спасающиеся от большевиков русские эмигранты – гражданские и военные – оказались на территории стран, провозгласивших независимость. У Советской России тогда была граница с Финляндией, Эстонией, Латвией, Украиной – туда и уезжали беженцы. Украинские консулы в России, представлявшие правительство гетмана Скоропадского, ненадолго стали весьма влиятельными фигурами – русские дворяне, родившиеся в Киевской или Черниговской губерниях и давно проживавшие в Москве или Петрограде, использовали любой шанс выбраться из совдепии и выстраивались за украинским гражданством. Эстония была базой для армии Юденича, наступавшей на Петроград.
Но все эти люди, попав на территории новых государств, оказывались в двойственном положении. С одной стороны, они были рады, что спаслись от большевиков. Но при этом оставались русскими патриотами, когда Россия была «нашей», а соседи – при всей к ним благодарности, впрочем, быстро убывавшей, чем дольше человек оставался в безопасности – все же «ненашими». Под сильным давлением Англии образованное при генерале Юдениче правительство было вынуждено в 1919 году признать независимость Эстонии, но этот кабинет не пользовался никаким авторитетом среди офицерства, выступавшего за «единую и неделимую» Россию. И к тому же все – и офицеры, и министры этого правительства, и эстонские власти – прекрасно знали, что адмирал Колчак, официальный лидер белого движения, независимость Эстонии не признал.
Поэтому после поражения войск Юденича под Петроградом власти Эстонии тут же интернировали белых, видя в них угрозу для себя (после того, как Бермондт-Авалов, также принадлежавший к белому движению, в 1919 году пытался захватить Ригу при активной поддержке балтийских немцев). И договорились с большевиками о мире – ослабленная гражданской войной Советская Россия не могла идти на конфликт с Англией, особенно в условиях слабости Балтийского флота.
Сейчас, конечно, ситуация совершенно иная с военно-политической точки зрения. Но параллели, связанные с человеческой психологией, провести можно.
Алексей Макаркин
Но все эти люди, попав на территории новых государств, оказывались в двойственном положении. С одной стороны, они были рады, что спаслись от большевиков. Но при этом оставались русскими патриотами, когда Россия была «нашей», а соседи – при всей к ним благодарности, впрочем, быстро убывавшей, чем дольше человек оставался в безопасности – все же «ненашими». Под сильным давлением Англии образованное при генерале Юдениче правительство было вынуждено в 1919 году признать независимость Эстонии, но этот кабинет не пользовался никаким авторитетом среди офицерства, выступавшего за «единую и неделимую» Россию. И к тому же все – и офицеры, и министры этого правительства, и эстонские власти – прекрасно знали, что адмирал Колчак, официальный лидер белого движения, независимость Эстонии не признал.
Поэтому после поражения войск Юденича под Петроградом власти Эстонии тут же интернировали белых, видя в них угрозу для себя (после того, как Бермондт-Авалов, также принадлежавший к белому движению, в 1919 году пытался захватить Ригу при активной поддержке балтийских немцев). И договорились с большевиками о мире – ослабленная гражданской войной Советская Россия не могла идти на конфликт с Англией, особенно в условиях слабости Балтийского флота.
Сейчас, конечно, ситуация совершенно иная с военно-политической точки зрения. Но параллели, связанные с человеческой психологией, провести можно.
Алексей Макаркин
«Сегодня Армения должна хорошо подумать. Еще раз хочу сказать, никто и ничто не может нас остановить». Жесткими заявлениями Ильхама Алиева в адрес официального Еревана трудно кого-то удивить. Однако тезисы, озвученные президентом Азербайджана через неделю после военной эскалации на границе его страны и Армении, требуют особого внимания. В них Алиев изложил свое видение того, как Баку планирует дальше вести себя не по карабахскому вопросу (здесь точка зрения предельно ясна и неоднократно проговорена), а на «пограничном направлении».
Во-первых, нельзя не обратить внимания на два символичных момента. Алиев предупредил своих армянских визави 21 сентября, то есть в день независимости Армении. В этот день, в 1991 году там состоялся референдум, который подвел черту под советским периодом истории республики. Не менее важно и место, где тезисы азербайджанского лидера были озвучены. Это- Лачин. На протяжении почти трех десятилетий он находился под армянским контролем, а по итогам второй карабахской войны перешел под юрисдикцию Баку. Однако до августа 2022 года Азербайджан не контролировал полностью маршрут, связывающий Армению с непризнанной НКР, а в трех населенных пунктах (Бердзор/Лачин, Ахавно/Забух и Сус) проживало армянское население. Теперь ситуация поменялась. Коридор перешел под азербайджанский контроль, а армяне покинули места своего проживания. Наглядное доказательство того, как Баку умеет подкреплять свои дипломатические аргументы военной силой.
Во-вторых, суть оценок Алиева. Из его уст прозвучали следующие важные идеи. Прежде всего, президент Азербайджана заявил, что Баку «не остановят ничьи призывы». Намек на то, что внешнее вмешательство в мирный процесс и попытки давления со стороны (будь то Запад, Россия, Иран) не увенчаются успехом. Турция, понятное дело, поддержит Азербайджан, если возникнет непростая коллизия. Армению же Алиев призвал «ни на кого не полагаться». Он также пояснил, что никакого вторжения на армянскую территорию со стороны Баку не было, так как граница не демаркирована. Этот аргумент уже произносился, например, представителем МИД Казахстана, когда обсуждался вопрос о возможной реакции ОДКБ на военную эскалацию в армяно-азербайджанском пограничье. Но президент Азербайджана этот тезис усилил. По его словам, в Баку есть все карты, доказательства, а потому до полной демаркации и делимитации межгосударственных рубежей нет необходимости квалифицировать наступательные действия его страны на армянском направлении как нарушение суверенитета соседнего государства.
То есть очевидно, что уточнение границы не ограничится одним Карабахом, что уже показывали и три эскалации в пограничье (май и ноябрь 2021, сентябрь 2022 гг.). Таким образом, применение силы не исключается из арсенала воздействия Баку на Ереван. И значит, сентябрьская эскалация может оказаться не последней. Не факт, что армянское руководство готово согласиться с логикой, предложенной президентом Азербайджана.
Сергей Маркедонов
Во-первых, нельзя не обратить внимания на два символичных момента. Алиев предупредил своих армянских визави 21 сентября, то есть в день независимости Армении. В этот день, в 1991 году там состоялся референдум, который подвел черту под советским периодом истории республики. Не менее важно и место, где тезисы азербайджанского лидера были озвучены. Это- Лачин. На протяжении почти трех десятилетий он находился под армянским контролем, а по итогам второй карабахской войны перешел под юрисдикцию Баку. Однако до августа 2022 года Азербайджан не контролировал полностью маршрут, связывающий Армению с непризнанной НКР, а в трех населенных пунктах (Бердзор/Лачин, Ахавно/Забух и Сус) проживало армянское население. Теперь ситуация поменялась. Коридор перешел под азербайджанский контроль, а армяне покинули места своего проживания. Наглядное доказательство того, как Баку умеет подкреплять свои дипломатические аргументы военной силой.
Во-вторых, суть оценок Алиева. Из его уст прозвучали следующие важные идеи. Прежде всего, президент Азербайджана заявил, что Баку «не остановят ничьи призывы». Намек на то, что внешнее вмешательство в мирный процесс и попытки давления со стороны (будь то Запад, Россия, Иран) не увенчаются успехом. Турция, понятное дело, поддержит Азербайджан, если возникнет непростая коллизия. Армению же Алиев призвал «ни на кого не полагаться». Он также пояснил, что никакого вторжения на армянскую территорию со стороны Баку не было, так как граница не демаркирована. Этот аргумент уже произносился, например, представителем МИД Казахстана, когда обсуждался вопрос о возможной реакции ОДКБ на военную эскалацию в армяно-азербайджанском пограничье. Но президент Азербайджана этот тезис усилил. По его словам, в Баку есть все карты, доказательства, а потому до полной демаркации и делимитации межгосударственных рубежей нет необходимости квалифицировать наступательные действия его страны на армянском направлении как нарушение суверенитета соседнего государства.
То есть очевидно, что уточнение границы не ограничится одним Карабахом, что уже показывали и три эскалации в пограничье (май и ноябрь 2021, сентябрь 2022 гг.). Таким образом, применение силы не исключается из арсенала воздействия Баку на Ереван. И значит, сентябрьская эскалация может оказаться не последней. Не факт, что армянское руководство готово согласиться с логикой, предложенной президентом Азербайджана.
Сергей Маркедонов
В Италии подошла к концу кампания по досрочным выборам в парламент. В воскресенье состоится голосование, и скорее всего уверенную победу одержит коалиция в составе крайне правой партии «Братья Италии» Джорджи Мелони, национал-популистской партии «Лига» Маттео Сальвини и правоцентристской партии «Вперед, Италия!» Сильвио Берлускони. До 9 сентября, когда публикация опросных данных была запрещена, усредненный суммарный рейтинг партий правого блока составлял 45%. А с учетом того, что 36% членов обеих палат избираются в одномандатных округах, что дает преимущество крупным коалициям, прогнозировалось, что этот блок получит свыше 60% всех парламентских мест. Так что следующее итальянское правительство станет самым правым за весь послевоенный период, а возглавит его женщина, в ранней юности начинавшая свою политическую карьеру в рядах неофашистской партии Итальянское социальное движение.
В условиях на редкость жаркого даже для Италии лета избирательная кампания шла не слишком активно, большинство избирателей разъехались на побережье отдыхать. Трехпартийная коалиция вела кампанию под обычными для итальянских правых популистов лозунгами: понижение налогов для семей и компаний, повышение пенсий и детских пособий, резкое усиление борьбы с нелегальной иммиграцией. Левоцентристская Демпартия отказалась от возможности формирования союза с популистским «Движением 5 звезд» (Д5З), которое стало триггером развала правительства национального единства Марио Драги, и смогла заключить предвыборное соглашение лишь с маловлиятельным альянсом крайне левой и «зеленой» партий. Демпартия в своей кампании делала акцент на опасности прихода Мелони на пост премьера в силу неофашистских корней ее партии. В целом, по данным на 9 сентября, «Братья Италии» имели поддержку 25% избирателей, Демпартия – 22%. Рейтинг «Лиги» и Д5З составлял 13%. За партию Берлускони и за альянс двух центристских партий были готовы проголосовать по 7%.
Сейчас в Италии и за рубежом наибольшее внимание привлекает резкий взлет партии 45-летней Джорджи Мелони. На выборах 2018 г. она получила всего 4% голосов. Тогда главную роль в правом альянсе играла партия «Лига» Сальвини. Но с тех пор Сальвини совершил ряд грубых политических ошибок. Летом 2019 г. он пытался спровоцировать крах правительства «Лиги» и Д5З и проведение досрочных выборов, но в итоге вместо «Лиги» в правительство вошла Демпартия, а Сальвини оказался в оппозиции. В начале 2021 г. «Лига» вошла в правительство Драги на сугубо подчиненных ролях, что для популистской партии опасно. А «Братья Италии» во все эти крайне тяжелые для страны ковидные годы находились в оппозиции и эффектно критиковали болезненные правительственные меры. В итоге партии Мелони удалось привлечь на свою сторону прежних сторонников и Д5З, и «Лиги», причем это касается и Севера Италии, который еще недавно был бастионом для Сальвини.
Во всем этом ключевую роль сыграла непосредственно Мелони, основавшая партию «Братья Италии» в 2012 г. и полностью определяющая ее курс. Родившаяся в простой семье в рабочем квартале Рима, она сама строила свою политическую карьеру. Ей присущи все черты яркого популистского лидера: мощная харизма, сильный ораторский талант, умение захватить и держать публику. На встречах с избирателями Мелони подчеркивает свой социальный консерватизм и итальянский патриотизм, делает акцент на традиционные семейные ценности, выражает непримиримость в отношении нелегальной иммиграции. Она критикует брюссельскую бюрократию, стремящуюся зарегулировать жизнь европейцев, и выдвигает лозунг «ЕС, который делает меньше, но делает лучше». Вместе с тем, Мелони пытается успокоить будущих зарубежных партнеров, настаивая на своей приверженности демократии и конструктивным отношениям. Взвешенно она выступает и при общении с крупным итальянским бизнесом, обещая добиваться сбалансированного бюджета и продолжать курс, намеченный Драги. Что касается самой острой международной проблемы – военного конфликта в Украине, то здесь Мелони твердо стоит на позициях евроатлантической солидарности.
Александр Ивахник
В условиях на редкость жаркого даже для Италии лета избирательная кампания шла не слишком активно, большинство избирателей разъехались на побережье отдыхать. Трехпартийная коалиция вела кампанию под обычными для итальянских правых популистов лозунгами: понижение налогов для семей и компаний, повышение пенсий и детских пособий, резкое усиление борьбы с нелегальной иммиграцией. Левоцентристская Демпартия отказалась от возможности формирования союза с популистским «Движением 5 звезд» (Д5З), которое стало триггером развала правительства национального единства Марио Драги, и смогла заключить предвыборное соглашение лишь с маловлиятельным альянсом крайне левой и «зеленой» партий. Демпартия в своей кампании делала акцент на опасности прихода Мелони на пост премьера в силу неофашистских корней ее партии. В целом, по данным на 9 сентября, «Братья Италии» имели поддержку 25% избирателей, Демпартия – 22%. Рейтинг «Лиги» и Д5З составлял 13%. За партию Берлускони и за альянс двух центристских партий были готовы проголосовать по 7%.
Сейчас в Италии и за рубежом наибольшее внимание привлекает резкий взлет партии 45-летней Джорджи Мелони. На выборах 2018 г. она получила всего 4% голосов. Тогда главную роль в правом альянсе играла партия «Лига» Сальвини. Но с тех пор Сальвини совершил ряд грубых политических ошибок. Летом 2019 г. он пытался спровоцировать крах правительства «Лиги» и Д5З и проведение досрочных выборов, но в итоге вместо «Лиги» в правительство вошла Демпартия, а Сальвини оказался в оппозиции. В начале 2021 г. «Лига» вошла в правительство Драги на сугубо подчиненных ролях, что для популистской партии опасно. А «Братья Италии» во все эти крайне тяжелые для страны ковидные годы находились в оппозиции и эффектно критиковали болезненные правительственные меры. В итоге партии Мелони удалось привлечь на свою сторону прежних сторонников и Д5З, и «Лиги», причем это касается и Севера Италии, который еще недавно был бастионом для Сальвини.
Во всем этом ключевую роль сыграла непосредственно Мелони, основавшая партию «Братья Италии» в 2012 г. и полностью определяющая ее курс. Родившаяся в простой семье в рабочем квартале Рима, она сама строила свою политическую карьеру. Ей присущи все черты яркого популистского лидера: мощная харизма, сильный ораторский талант, умение захватить и держать публику. На встречах с избирателями Мелони подчеркивает свой социальный консерватизм и итальянский патриотизм, делает акцент на традиционные семейные ценности, выражает непримиримость в отношении нелегальной иммиграции. Она критикует брюссельскую бюрократию, стремящуюся зарегулировать жизнь европейцев, и выдвигает лозунг «ЕС, который делает меньше, но делает лучше». Вместе с тем, Мелони пытается успокоить будущих зарубежных партнеров, настаивая на своей приверженности демократии и конструктивным отношениям. Взвешенно она выступает и при общении с крупным итальянским бизнесом, обещая добиваться сбалансированного бюджета и продолжать курс, намеченный Драги. Что касается самой острой международной проблемы – военного конфликта в Украине, то здесь Мелони твердо стоит на позициях евроатлантической солидарности.
Александр Ивахник
В Европе в условиях резко подскочивших цен на энергоносители постоянно звучат призывы к скоординированным действиям в этой сфере. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен в своем ежегодном послании о положении союза 11 раз упомянула о необходимости энергетической солидарности. Однако риторика риторикой, а на практике договориться о совместных шагах не так просто. Примером являются разногласия между Испанией, Португалией и Германией, с одной стороны, и Францией – с другой, вокруг достройки газопровода MidCat, который должен соединить Пиренейский полуостров с Центральной Европой. Этот начатый в 2013 г. проект был заморожен французским правительством в 2019 г. ввиду экономической неэффективности. Однако после сокращения, а затем и прекращения перекачки российского газа по «Северному потоку» и невиданного вздорожания газа в Европе ситуация качественно изменилась. Мадрид, Лиссабон, а затем и Берлин стали настойчиво призывать Париж возобновить осуществление проекта MidCat, который рассчитан на перекачку 7,2 млрд куб. м газа в год и должен значительно сократить зависимость ЕС от поставок из России. Этот газопровод должен заполняться газом, поступающим в Испанию по подводному трубопроводу из Северной Африки, а также из семи терминалов СПГ, расположенных на побережье двух стран полуострова.
Однако Франция отказывается реактивировать проект MidCat. В Париже заявляют, что достройка газопровода будет стоить слишком дорого (более 3 млрд евро), займет не один год, а потому не повлияет на нынешний энергетический кризис, и наконец противоречит целям Франции по переходу к зеленой экономике. Президент Макрон 5 сентября после разговора с канцлером Шольцем заявил, что этот проект «не решит европейскую газовую проблему, такие утверждения ложны, фактически ложны». Он отметил, что два уже существующие газопровода между Испанией и Францией используются лишь на 53% мощности. Вместе с тем, Макрон не захлопнул дверь окончательно, выразив готовность «услышать моих коллег, если они дадут мне другие факты, которые убедят меня в обратном».
После этого попытки повлиять на Париж продолжились. 12 сентября премьер-министр Португалии Антониу Кошта призвал Францию прекратить блокирование проекта MidCat, подчеркнув, что он поможет странам Центральной и Восточной Европы обойтись без российского газа. Председатель комитета бундестага ФРГ по европейским делам Антон Хофрейтер, представляющий Зеленых, отметил, что «на Францию сейчас оказывается сильное давление, поскольку если она согласится завершить работы на своей территории, то газопровод может быть запущен в течение 8-9 месяцев, а значит он поможет нам уже в следующем году».
Чиновники из Испании и Германии на условиях анонимности заявили агентству Reuters, что позиция Парижа объясняется, прежде всего, стремлением защитить от конкуренции свою ядерную энергетику. Кроме того, во Франции есть четыре СПГ-терминала, и она хочет сама продавать газ в Германию вместо того, чтобы быть просто транзитной страной для перекачки газа с юга. В этой связи в Мадриде, Лиссабоне и Берлине подчеркивают, что важность запуска проекта MidCat заключается не только в его полезности для смягчения нынешнего газового дефицита, но и в долговременной перспективе. Этот трубопровод может быть использован для перекачки так называемого зеленого водорода, который вырабатывается за счет возобновляемых источников энергии и укладывается в планы ЕС по отказу от использования углеродного топлива. В Испании и Португалии рассчитывают, что имеющееся там изобилие энергии солнца и ветра позволит производить зеленый водород по конкурентным ценам. Средством давления на Францию может стать и объявленный Мадридом и Берлином план Б, который предусматривает прокладку трубопровода по дну Средиземного моря от Барселоны до итальянского Ливорно. Этот план сейчас изучается, он, конечно, технически сложнее и дороже. Но, думается, при наличии таких крупных интересантов в том или ином виде и раньше или позже проект мощного трубопровода из Испании в центр континента все-таки будет реализован.
Александр Ивахник
Однако Франция отказывается реактивировать проект MidCat. В Париже заявляют, что достройка газопровода будет стоить слишком дорого (более 3 млрд евро), займет не один год, а потому не повлияет на нынешний энергетический кризис, и наконец противоречит целям Франции по переходу к зеленой экономике. Президент Макрон 5 сентября после разговора с канцлером Шольцем заявил, что этот проект «не решит европейскую газовую проблему, такие утверждения ложны, фактически ложны». Он отметил, что два уже существующие газопровода между Испанией и Францией используются лишь на 53% мощности. Вместе с тем, Макрон не захлопнул дверь окончательно, выразив готовность «услышать моих коллег, если они дадут мне другие факты, которые убедят меня в обратном».
После этого попытки повлиять на Париж продолжились. 12 сентября премьер-министр Португалии Антониу Кошта призвал Францию прекратить блокирование проекта MidCat, подчеркнув, что он поможет странам Центральной и Восточной Европы обойтись без российского газа. Председатель комитета бундестага ФРГ по европейским делам Антон Хофрейтер, представляющий Зеленых, отметил, что «на Францию сейчас оказывается сильное давление, поскольку если она согласится завершить работы на своей территории, то газопровод может быть запущен в течение 8-9 месяцев, а значит он поможет нам уже в следующем году».
Чиновники из Испании и Германии на условиях анонимности заявили агентству Reuters, что позиция Парижа объясняется, прежде всего, стремлением защитить от конкуренции свою ядерную энергетику. Кроме того, во Франции есть четыре СПГ-терминала, и она хочет сама продавать газ в Германию вместо того, чтобы быть просто транзитной страной для перекачки газа с юга. В этой связи в Мадриде, Лиссабоне и Берлине подчеркивают, что важность запуска проекта MidCat заключается не только в его полезности для смягчения нынешнего газового дефицита, но и в долговременной перспективе. Этот трубопровод может быть использован для перекачки так называемого зеленого водорода, который вырабатывается за счет возобновляемых источников энергии и укладывается в планы ЕС по отказу от использования углеродного топлива. В Испании и Португалии рассчитывают, что имеющееся там изобилие энергии солнца и ветра позволит производить зеленый водород по конкурентным ценам. Средством давления на Францию может стать и объявленный Мадридом и Берлином план Б, который предусматривает прокладку трубопровода по дну Средиземного моря от Барселоны до итальянского Ливорно. Этот план сейчас изучается, он, конечно, технически сложнее и дороже. Но, думается, при наличии таких крупных интересантов в том или ином виде и раньше или позже проект мощного трубопровода из Испании в центр континента все-таки будет реализован.
Александр Ивахник
(1) Отношение общества к единой системе публичной власти
Новое исследование Центра политических технологий
Формирование единой системы публичной власти в России началось вместе с конституционной реформой 2020 года, найдя свое продолжение в принятии нового федерального закона «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах РФ». Процесс преобразований затрагивает все уровни власти в РФ, но остается не вполне понятным отношение к этим процессам со стороны общества.
С целью проанализировать общественное мнение в условиях продолжающейся реформы публичной власти в России Центр политических технологий провел масштабное количественное социологическое исследование, опросив 3226 респондентов в 57 субъектах федерации, предусмотрев равное количество респондентов по всем федеральным округам для их сравнимости между собой. Исследование проводилось методом телефонных интервью в период с 22 июня по 6 июля 2022 года. В нем мы стремились оценить отношение общества к трем уровням публичной власти, затронутым реформой и играющим важнейшие роли в функционировании российского государства на региональном и местном уровнях.
Следует подчеркнуть, что предметом исследования были не компетенции разных уровней власти, а сугубо конкретный вопрос: особенности восприятия этих уровней власти населением.
При анализе результатов исследования использовались как традиционные социально-демографические индикаторы, так и некоторые другие показатели. Среди них были: социальное самочувствие респондентов, политическая осведомленность и политическая ориентация.
Реформа публичной власти в России остается малоизвестной для общества, что свидетельствует и о ее слабом информационном сопровождении, и о неясности актуальных и ожидаемых результатов для основной массы граждан.
Для выявления отношения граждан к уровням публичной власти респондентам задавались вопросы о том, знают ли они полпреда в своем федеральном округе, насколько они доверяют и как оценивают работу руководителей трех уровней власти.
Анализ ответов на совокупность этих вопросов показывает, что по интегральным результатам полномочные представители президента в глазах респондентов делятся на две четко выраженные группы. Однозначно более высоким уровнем поддержки отличаются Ю.Чайка (СКФО) и В.Якушев (УрФО), для которых характерны и более высокие показатели спонтанной узнаваемости (без подсказки). По показателям доверия и оценки работы на первом месте оказывается Ю.Чайка.
Напротив, практически неизвестны обществу полпреды А.Гуцан (СЗФО), И.Комаров (ПФО), А.Серышев (СФО) и И.Щеголев (ЦФО). Логично, что они же имеют наименьшие показатели поддержки среди опрошенных.
Менее однозначной выглядит ситуация с Ю.Трутневым (ДФО) и В.Устиновым (ЮФО). Дальневосточный полпред имеет самую высокую узнаваемость, но не самые высокие оценки на фоне некоторых коллег. В.Устинов не отличается значительной спонтанной узнаваемостью, но его оценки оказываются относительно высокими.
Новое исследование Центра политических технологий
Формирование единой системы публичной власти в России началось вместе с конституционной реформой 2020 года, найдя свое продолжение в принятии нового федерального закона «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах РФ». Процесс преобразований затрагивает все уровни власти в РФ, но остается не вполне понятным отношение к этим процессам со стороны общества.
С целью проанализировать общественное мнение в условиях продолжающейся реформы публичной власти в России Центр политических технологий провел масштабное количественное социологическое исследование, опросив 3226 респондентов в 57 субъектах федерации, предусмотрев равное количество респондентов по всем федеральным округам для их сравнимости между собой. Исследование проводилось методом телефонных интервью в период с 22 июня по 6 июля 2022 года. В нем мы стремились оценить отношение общества к трем уровням публичной власти, затронутым реформой и играющим важнейшие роли в функционировании российского государства на региональном и местном уровнях.
Следует подчеркнуть, что предметом исследования были не компетенции разных уровней власти, а сугубо конкретный вопрос: особенности восприятия этих уровней власти населением.
При анализе результатов исследования использовались как традиционные социально-демографические индикаторы, так и некоторые другие показатели. Среди них были: социальное самочувствие респондентов, политическая осведомленность и политическая ориентация.
Реформа публичной власти в России остается малоизвестной для общества, что свидетельствует и о ее слабом информационном сопровождении, и о неясности актуальных и ожидаемых результатов для основной массы граждан.
Для выявления отношения граждан к уровням публичной власти респондентам задавались вопросы о том, знают ли они полпреда в своем федеральном округе, насколько они доверяют и как оценивают работу руководителей трех уровней власти.
Анализ ответов на совокупность этих вопросов показывает, что по интегральным результатам полномочные представители президента в глазах респондентов делятся на две четко выраженные группы. Однозначно более высоким уровнем поддержки отличаются Ю.Чайка (СКФО) и В.Якушев (УрФО), для которых характерны и более высокие показатели спонтанной узнаваемости (без подсказки). По показателям доверия и оценки работы на первом месте оказывается Ю.Чайка.
Напротив, практически неизвестны обществу полпреды А.Гуцан (СЗФО), И.Комаров (ПФО), А.Серышев (СФО) и И.Щеголев (ЦФО). Логично, что они же имеют наименьшие показатели поддержки среди опрошенных.
Менее однозначной выглядит ситуация с Ю.Трутневым (ДФО) и В.Устиновым (ЮФО). Дальневосточный полпред имеет самую высокую узнаваемость, но не самые высокие оценки на фоне некоторых коллег. В.Устинов не отличается значительной спонтанной узнаваемостью, но его оценки оказываются относительно высокими.
(2) Отношение общества к единой системе публичной власти
Новое исследование Центра политических технологий
Отметим, что самые высокие оценки полпредам дают в тех макрорегионах, где фиксируется наилучшее восприятие актуальной социально-экономической динамики. Приверженцы социального оптимизма также склонны наиболее высоко оценивать работу губернаторов и мэров. Из этого следует, что общество склонно отождествлять позитивные результаты развития своих территорий с работой всех уровней публичной власти.
Сравнительный анализ федеральных округов однозначно свидетельствует о том, что относительно лояльными ко всем уровням власти, а также лидерами по поддержке «Единой России» являются Южный и Северо-Кавказский федеральные округа. К числу сравнительно лояльных в отношении региональной и местной власти территорий можно отнести и Сибирский федеральный округ, но там граждане мало знают о работе полпреда. Наиболее высок протестный потенциал в Северо-Западном федеральном округе.
Респонденты проявляют практически единодушное отношение к демократическим процедурам формирования власти в регионах. На вопрос о целесообразности прямых выборов муниципальных глав положительный ответ дали 86% опрошенных, при этом не было выявлено крупных различий между федеральными округами.
Тем самым единая система публичной власти, несмотря на отсутствие в обществе знаний о самой реформе, фактически сложилась в регионах России. Многоуровневая управленческая система состоялась и функционирует достаточно успешно, вызывая большой уровень доверия в обществе.
С полным текстом доклада можно ознакомиться на сайте «Политком.ру» по ссылке http://politcom.ru/24478.html
Новое исследование Центра политических технологий
Отметим, что самые высокие оценки полпредам дают в тех макрорегионах, где фиксируется наилучшее восприятие актуальной социально-экономической динамики. Приверженцы социального оптимизма также склонны наиболее высоко оценивать работу губернаторов и мэров. Из этого следует, что общество склонно отождествлять позитивные результаты развития своих территорий с работой всех уровней публичной власти.
Сравнительный анализ федеральных округов однозначно свидетельствует о том, что относительно лояльными ко всем уровням власти, а также лидерами по поддержке «Единой России» являются Южный и Северо-Кавказский федеральные округа. К числу сравнительно лояльных в отношении региональной и местной власти территорий можно отнести и Сибирский федеральный округ, но там граждане мало знают о работе полпреда. Наиболее высок протестный потенциал в Северо-Западном федеральном округе.
Респонденты проявляют практически единодушное отношение к демократическим процедурам формирования власти в регионах. На вопрос о целесообразности прямых выборов муниципальных глав положительный ответ дали 86% опрошенных, при этом не было выявлено крупных различий между федеральными округами.
Тем самым единая система публичной власти, несмотря на отсутствие в обществе знаний о самой реформе, фактически сложилась в регионах России. Многоуровневая управленческая система состоялась и функционирует достаточно успешно, вызывая большой уровень доверия в обществе.
С полным текстом доклада можно ознакомиться на сайте «Политком.ру» по ссылке http://politcom.ru/24478.html
Политком.RU: информационный сайт политических комментариев
Отношение общества к единой системе публичной власти | Политком.РУ
Новое исследование Центра политических технологий об отношении общества к процессам формирования единой системы публичной власти в России.
Почему Сталину удалась мобилизация в 1941 году?
1. Молодежь, выросшая на ожидании войны – конечно, совсем другой, на территории врага и с переходящими на нашу сторону рабочими в мундирах капиталистических армий. Мощнейшая подготовка – идеологическая и технологическая. Комсомольцев проверили еще во время военной тревоги 1927 года – и не пришедших на сбор безжалостно исключили. Главными героями активной городской молодежи были люди в военной форме - в первую очередь, летчики, но не только (после испанской войны – танкисты). Трудно переоценить роль «ворошиловских стрелков» и Осоавиахима в допризывной подготовке.
2. Сильнейшее давление со стороны власти на аполитичную или потенциально протестную часть общества также в течение долгого времени. Любой протест против мобилизации – даже на индивидуальном уровне, даже в виде публичного сомнения в необходимости тех или иных конкретных мер - считался государственным преступлением. В лучшем случае ст. 58-10 (в военное время – не ниже трех лет вплоть до расстрела при отсутствии смягчающих обстоятельств).
3. Реальный всплеск патриотических настроений за пределами молодежной среды в связи с фактором вероломного нападения нацистской Германии. Шоковый эффект от бомбежек мирных городов с первого же дня военных действий. Сильное эмоциональное (а не отстраненное) ощущение собственной правоты у большинства населения.
4. Мобилизационный характер городской экономики, сформировавшийся еще задолго до начала войны. Советская городская экономика была трехуровневой, включавшей в себя отрасли, важные для войны, остальные отрасли (государственная пищевая, легкая, местная промышленность и др.) и незаметный внешним наблюдателям сектор, состоящий из артелей, кустарей и теневого бизнеса (такой сектор есть в любой экономике – Северная Корея не исключение). Однако этот сектор не входил в оборонные технологические цепочки, создававшиеся государством и жестко им контролировавшиеся. В невоенных же государственных производствах было значительное участие женщин, в том числе – в отличие от царской России – на инженерно-технических и управленческих должностях. Поэтому государство еще задолго до войны знало, какие сферы для него жизненно важны и забронированы от призыва, а кого можно призвать без ущерба для выпуска танков, орудий и боеприпасов.
5. Наконец, последнее, но тоже очень важное – что в немалой степени помогло спасти Москву в 1941 году. Советская модернизация, осуществлявшаяся варварскими методами, но резко повысившая качество призывного контингента, в том числе в регионах, откуда при государе вообще не призывали (дивизия Панфилова набиралась в Казахстане и Киргизии). При этом младшие командиры из местного населения были высоко идеологически мотивированными и связавшими свое будущее с советской властью. Неудивительно, что оставшиеся в живых заняли важные позиции в элитах (узбекский образованный офицер Шараф Рашидов в 27 лет стал секретарем обкома, в 33 – председателем президиума Верховного совета Узбекистана).
Алексей Макаркин
1. Молодежь, выросшая на ожидании войны – конечно, совсем другой, на территории врага и с переходящими на нашу сторону рабочими в мундирах капиталистических армий. Мощнейшая подготовка – идеологическая и технологическая. Комсомольцев проверили еще во время военной тревоги 1927 года – и не пришедших на сбор безжалостно исключили. Главными героями активной городской молодежи были люди в военной форме - в первую очередь, летчики, но не только (после испанской войны – танкисты). Трудно переоценить роль «ворошиловских стрелков» и Осоавиахима в допризывной подготовке.
2. Сильнейшее давление со стороны власти на аполитичную или потенциально протестную часть общества также в течение долгого времени. Любой протест против мобилизации – даже на индивидуальном уровне, даже в виде публичного сомнения в необходимости тех или иных конкретных мер - считался государственным преступлением. В лучшем случае ст. 58-10 (в военное время – не ниже трех лет вплоть до расстрела при отсутствии смягчающих обстоятельств).
3. Реальный всплеск патриотических настроений за пределами молодежной среды в связи с фактором вероломного нападения нацистской Германии. Шоковый эффект от бомбежек мирных городов с первого же дня военных действий. Сильное эмоциональное (а не отстраненное) ощущение собственной правоты у большинства населения.
4. Мобилизационный характер городской экономики, сформировавшийся еще задолго до начала войны. Советская городская экономика была трехуровневой, включавшей в себя отрасли, важные для войны, остальные отрасли (государственная пищевая, легкая, местная промышленность и др.) и незаметный внешним наблюдателям сектор, состоящий из артелей, кустарей и теневого бизнеса (такой сектор есть в любой экономике – Северная Корея не исключение). Однако этот сектор не входил в оборонные технологические цепочки, создававшиеся государством и жестко им контролировавшиеся. В невоенных же государственных производствах было значительное участие женщин, в том числе – в отличие от царской России – на инженерно-технических и управленческих должностях. Поэтому государство еще задолго до войны знало, какие сферы для него жизненно важны и забронированы от призыва, а кого можно призвать без ущерба для выпуска танков, орудий и боеприпасов.
5. Наконец, последнее, но тоже очень важное – что в немалой степени помогло спасти Москву в 1941 году. Советская модернизация, осуществлявшаяся варварскими методами, но резко повысившая качество призывного контингента, в том числе в регионах, откуда при государе вообще не призывали (дивизия Панфилова набиралась в Казахстане и Киргизии). При этом младшие командиры из местного населения были высоко идеологически мотивированными и связавшими свое будущее с советской властью. Неудивительно, что оставшиеся в живых заняли важные позиции в элитах (узбекский образованный офицер Шараф Рашидов в 27 лет стал секретарем обкома, в 33 – председателем президиума Верховного совета Узбекистана).
Алексей Макаркин
Ситуация в России – в сравнении с 1941 годом.
1. Молодежь к мобилизации никто всерьез не готовил — вся военно-патриотическая работа носила паллиативный характер. Молодые люди – не только в крупных городах, но и в регионах (хотя, понятно, в меньшей степени) куда более встроены в современный мир, чем их родители, не говоря уже о более старших поколениях. Сидят в Интернете, слушают музыку, читают (многие не поверят, но это так!) книги, о которых их родители не имеют представления. Образцы для подражания – преимущественно из сферы массовой культуры.
2. У «простого человека» есть страх перед властью, когда речь идет о действиях – на несанкционированный митинг под политическими лозунгами он не пойдет. Но за годы свобод (а население в большинстве своем считает, что свобод у нас достаточно – эмпатия к меньшинству, считающему иначе, у такого человека практически отсутствует, как и к другим меньшинствам) страха в вопросах, где непосредственно затрагиваются частные интересы людей, стало существенно меньше.
3. Отношение населения к спецоперации до прошлой недели – в основном отстраненное, «диванное». Тем более, что государство в частную жизнь обычных аполитичных людей уже несколько десятилетий не вмешивается. Сейчас правила резко поменялись – многие зрители вдруг оказались участниками (или непосредственно, или через родственников/знакомых), что ведет к сильному травмирующему эффекту. Многие же мотивированные россияне уже стали добровольцами – в нынешнюю мобилизацию идеологический фактор действует лишь для части мобилизуемых, причем не большей. Это не значит, что люди не идут – большинство получивших повестки идет, а не пытается укрыться в сопредельных странах – но в основном потому что «так надо» (плюс в малых городах и селах и обычный призыв проходит существенно успешнее, так как там сохранилось «советское» отношение к армейской службе).
4. Рыночная экономика более гибкая, чем командная, что позитивно сказалось на ее реакции на санкции. Но она же и более сложно организованная. Малые предприятия нередко встроены в сложные технологические цепочки, имеющие в том числе и оборонное значение. Жизнедеятельность современного общества определяется куда большим числом структур, чем в первой половине XX века – и большим числом специалистов, которых трудно заменить, особенно в короткие сроки.
5. Связь современной вертикальной мобильности с государством сейчас носит более сложный характер. Часть людей исходят из того, что живут «параллельно» государству, продвигаясь благодаря своим способностям – даже если работают в аффилированных (формально или неформально) с государством структурах. Другая часть сознательно шла именно на госслужбу, но рассчитывая на спокойную жизнь со стабильным благосостоянием – и ни на что другое.
Алексей Макаркин
1. Молодежь к мобилизации никто всерьез не готовил — вся военно-патриотическая работа носила паллиативный характер. Молодые люди – не только в крупных городах, но и в регионах (хотя, понятно, в меньшей степени) куда более встроены в современный мир, чем их родители, не говоря уже о более старших поколениях. Сидят в Интернете, слушают музыку, читают (многие не поверят, но это так!) книги, о которых их родители не имеют представления. Образцы для подражания – преимущественно из сферы массовой культуры.
2. У «простого человека» есть страх перед властью, когда речь идет о действиях – на несанкционированный митинг под политическими лозунгами он не пойдет. Но за годы свобод (а население в большинстве своем считает, что свобод у нас достаточно – эмпатия к меньшинству, считающему иначе, у такого человека практически отсутствует, как и к другим меньшинствам) страха в вопросах, где непосредственно затрагиваются частные интересы людей, стало существенно меньше.
3. Отношение населения к спецоперации до прошлой недели – в основном отстраненное, «диванное». Тем более, что государство в частную жизнь обычных аполитичных людей уже несколько десятилетий не вмешивается. Сейчас правила резко поменялись – многие зрители вдруг оказались участниками (или непосредственно, или через родственников/знакомых), что ведет к сильному травмирующему эффекту. Многие же мотивированные россияне уже стали добровольцами – в нынешнюю мобилизацию идеологический фактор действует лишь для части мобилизуемых, причем не большей. Это не значит, что люди не идут – большинство получивших повестки идет, а не пытается укрыться в сопредельных странах – но в основном потому что «так надо» (плюс в малых городах и селах и обычный призыв проходит существенно успешнее, так как там сохранилось «советское» отношение к армейской службе).
4. Рыночная экономика более гибкая, чем командная, что позитивно сказалось на ее реакции на санкции. Но она же и более сложно организованная. Малые предприятия нередко встроены в сложные технологические цепочки, имеющие в том числе и оборонное значение. Жизнедеятельность современного общества определяется куда большим числом структур, чем в первой половине XX века – и большим числом специалистов, которых трудно заменить, особенно в короткие сроки.
5. Связь современной вертикальной мобильности с государством сейчас носит более сложный характер. Часть людей исходят из того, что живут «параллельно» государству, продвигаясь благодаря своим способностям – даже если работают в аффилированных (формально или неформально) с государством структурах. Другая часть сознательно шла именно на госслужбу, но рассчитывая на спокойную жизнь со стабильным благосостоянием – и ни на что другое.
Алексей Макаркин
В Евросоюзе немалый переполох по поводу победы на итальянских выборах правой коалиции во главе с лидером праворадикальной партии «Братья Италии» Джорджей Мелони, которая через несколько недель возглавит страну. Правящие национал-популисты Польши и Венгрии шлют поздравления, лидеры крайне правой оппозиции во Франции и Испании Марин Ле Пен и Сантьяго Абаскаль выражают надежду на превращение ЕС в Европу суверенных государств. К ним присоединился лидер «Шведских демократов» Джимми Окессон, добившийся громкого успеха на недавних выборах. Политики из стран либеральной демократии делятся своей обеспокоенностью.
Между тем, пока триумфаторские настроения европейских крайне правых и тревоги мейнстримного истеблишмента кажутся преувеличенными. Раскол левых и центристских сил после развала в июле правительства Марио Драги давал преобладающие шансы на победу давно сформированной коалиции в составе партии Мелони, национал-популистской партии «Лига» Маттео Сальвини и правоцентристской партии «Вперед, Италия!» Сильвио Берлускони. Также было ясно, что всегда находившиеся в оппозиции «Братья Италии», несмотря на свои неофашистские корни, станут паровозом этой коалиции. В итоге правый блок получил 44% голосов – меньше, чем некоторые ожидали. С учетом одномандатных округов он будет иметь твердое большинство в обеих палатах, но конституционного большинства в 2/3 не добился. А значит, без референдума невозможно будет провести продвигаемую правыми реформу, предусматривающую усиление исполнительной власти, в частности, введение прямых выборов президента. Неожиданной стала рекордно низкая по итальянским меркам явка – 64%. Значит, более трети избирателей не только разочаровались в чередовавшихся у власти политиках, но не попали под обаяние и нового яркого лица – Джорджи Мелони. Еще одна неожиданность – провал «Лиги» Сальвини, получившей всего 8,8%.
Будущее правительство имеет хорошие шансы на то, чтобы проработать значительно дольше предыдущих. Однако оно сразу столкнется с крайне сложными проблемами: взлетевшими ценами на энергоносители и общей очень высокой инфляцией, сползанием страны в рецессию. Положение усугубляется тем, что Мелони претендует на ведущую роль в назначении министров, но в ее партии практически нет людей с правительственным опытом и навыками управления экономикой. Скорее всего, на позиции вроде министра финансов она вынуждена будет привлекать внешних технократов. Другой фактор, который будет затруднять работу правительства – наличие серьезных разногласий внутри коалиции.
В первую очередь, это касается предстоящего принятия бюджета. Мелони сочетает трибунный темперамент с прагматизмом и взвешенностью в принятии решений. Она выступила против предложения Сальвини выделить 30 млрд евро на защиту семей и компаний от роста цен на энергию, заявив о необходимости осторожности с госфинансами. Другое заметное различие касается самого важного сейчас внешнеполитического вопроса. Мелони – за продолжение активной поддержки Украины, в т.ч. поставками оружия. Берлускони и Сальвини, известные своими прежними тесными связями с Россией и теплым отношением к Путину, занимают двусмысленную позицию и по поддержке Украины, и по санкциям против России. Наконец, есть острое личное соперничество между Мелони и Сальвини, который, вероятно, будет претендовать на пост главы МВД и в кабинете будет тянуть одеяло на себя.
Что касается отношений с ЕС, то Мелони, несмотря на свой риторический евроскептицизм, едва ли будет пытаться раскачивать лодку, во всяком случае на первых порах. Ключевым ограничителем здесь является то, что Италия должна получить в общей сложности 190 млрд евро из фонда ЕС по восстановлению экономики после пандемии, но при условии проведения системных реформ, представленных кабинетом Драги. Однако это не значит, что отношения будут бесконфликтными. Самые большие опасения в «старой Европе» вызывает возможное блокирование Италии с Венгрией и Польшей при принятии решений на уровне ЕС по таким вопросам, как обеспечение верховенства права и соблюдение прав меньшинств. Впрочем, пока это лишь опасения.
Александр Ивахник
Между тем, пока триумфаторские настроения европейских крайне правых и тревоги мейнстримного истеблишмента кажутся преувеличенными. Раскол левых и центристских сил после развала в июле правительства Марио Драги давал преобладающие шансы на победу давно сформированной коалиции в составе партии Мелони, национал-популистской партии «Лига» Маттео Сальвини и правоцентристской партии «Вперед, Италия!» Сильвио Берлускони. Также было ясно, что всегда находившиеся в оппозиции «Братья Италии», несмотря на свои неофашистские корни, станут паровозом этой коалиции. В итоге правый блок получил 44% голосов – меньше, чем некоторые ожидали. С учетом одномандатных округов он будет иметь твердое большинство в обеих палатах, но конституционного большинства в 2/3 не добился. А значит, без референдума невозможно будет провести продвигаемую правыми реформу, предусматривающую усиление исполнительной власти, в частности, введение прямых выборов президента. Неожиданной стала рекордно низкая по итальянским меркам явка – 64%. Значит, более трети избирателей не только разочаровались в чередовавшихся у власти политиках, но не попали под обаяние и нового яркого лица – Джорджи Мелони. Еще одна неожиданность – провал «Лиги» Сальвини, получившей всего 8,8%.
Будущее правительство имеет хорошие шансы на то, чтобы проработать значительно дольше предыдущих. Однако оно сразу столкнется с крайне сложными проблемами: взлетевшими ценами на энергоносители и общей очень высокой инфляцией, сползанием страны в рецессию. Положение усугубляется тем, что Мелони претендует на ведущую роль в назначении министров, но в ее партии практически нет людей с правительственным опытом и навыками управления экономикой. Скорее всего, на позиции вроде министра финансов она вынуждена будет привлекать внешних технократов. Другой фактор, который будет затруднять работу правительства – наличие серьезных разногласий внутри коалиции.
В первую очередь, это касается предстоящего принятия бюджета. Мелони сочетает трибунный темперамент с прагматизмом и взвешенностью в принятии решений. Она выступила против предложения Сальвини выделить 30 млрд евро на защиту семей и компаний от роста цен на энергию, заявив о необходимости осторожности с госфинансами. Другое заметное различие касается самого важного сейчас внешнеполитического вопроса. Мелони – за продолжение активной поддержки Украины, в т.ч. поставками оружия. Берлускони и Сальвини, известные своими прежними тесными связями с Россией и теплым отношением к Путину, занимают двусмысленную позицию и по поддержке Украины, и по санкциям против России. Наконец, есть острое личное соперничество между Мелони и Сальвини, который, вероятно, будет претендовать на пост главы МВД и в кабинете будет тянуть одеяло на себя.
Что касается отношений с ЕС, то Мелони, несмотря на свой риторический евроскептицизм, едва ли будет пытаться раскачивать лодку, во всяком случае на первых порах. Ключевым ограничителем здесь является то, что Италия должна получить в общей сложности 190 млрд евро из фонда ЕС по восстановлению экономики после пандемии, но при условии проведения системных реформ, представленных кабинетом Драги. Однако это не значит, что отношения будут бесконфликтными. Самые большие опасения в «старой Европе» вызывает возможное блокирование Италии с Венгрией и Польшей при принятии решений на уровне ЕС по таким вопросам, как обеспечение верховенства права и соблюдение прав меньшинств. Впрочем, пока это лишь опасения.
Александр Ивахник
«Думаю, необходимо с взаимным признанием границ, подтвержденных соглашением от 8 декабря 1991 года, пойти на подписание мирного договора Армения-Азербайджан». С этим посланием Никол Пашинян обратился к Баку, к собственным гражданам и всему международному сообществу. Оно было сделано в Париже после переговоров в Елисейском дворце с президентом Франции Эммануэлем Макроном.
Насколько политически значимым был визит премьер-министра Армении? Можно ли говорить о нем в контексте предполагаемого «геополитического разворота» официального Еревана. После армянского турне делегации конгрессменов во гласе с Нэнси Пелоси, отказа Пашиняна посетить саммит ШОС в Самарканде и неучастия вооруженных сил республики в учениях ОДКБ в Казахстане на эту тему в СМИ и социальных сетях появилось много рассуждений.
Думается, перед тем, как выстраивать версии, следует зафиксировать несколько важных тезисов. Внешнеполитическое «армянофильство» - давняя традиция Франции. Она зародилась не во время сентябрьской эскалации 2022 года и не в ходе «осенней войны» двухлетней давности. Но правда и то, что именно по инициативе Париже было созвано заседание Совбеза ООН (где французы в настоящее время председательствуют), в ходе которого обсуждалось обострение ситуации на армяно-азербайджанском пограничье. Франция пыталась, правда, не очень эффективно выступать посредником между Ереваном и Баку два года назад. К тому же Париж является сопредседателем Минской группы ОБСЕ. И в условиях стремительно сужающегося пространства для маневра Ереван пытается хеджировать риски.
Кавказ не является приоритетом для Франции, а «армянский вопрос» Париж часто поднимает в периоды обострения отношений с Турцией (средиземнорское направление для французской дипломатии имеет куда большую значимость). Тем не менее, для внутренней аудитории тема Армении и армянства крайне важна, фактор диаспоры, как и в США играет свою роль.
В описанных выше обстоятельствах Пашинян пытается заручиться поддержкой Макрона. Здесь нет чего-то принципиально нового в подходах Еревана. Премьер-министр Армении к тому же не первый раз публично озвучивает идею договориться с Азербайджаном на условиях «беловежских границ». При этом делая две важные оговорки. Первая- сначала Баку должен остановить процесс территориального приращения за счет его страны. Вторая- вопрос о правах карабахских армян необходимо решать через обсуждение проблемы между Азербайджаном и Нагорным Карабахом. И в этом контексте Пашинян рассчитывает на поддержку Франции, не отрицая при этом напрямую посредническую роль Москвы. Здесь, скорее, речь о формуле вместе, а не вместо.
При этом в Армении, и в обществе, и в политическом истеблишменте усиливается ощущение того, что России, занятой распутыванием украинских головоломок, сильно не до кавказских проблем. Косвенно в пользу этого говорит и тезис первого президента Армении Левона Тер-Петросяна о потере Москвой «ключа к решению карабахского конфликта». Понятное дело, что не мнение высокопоставленного отставника определяет курс действующего премьер-министра. Но еще год или два назад такое представление вряд ли было бы озвучено, тем, чья подпись стоит под текстом Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Российской Федерацией и Республикой Армения от 29 августа 1997 года.
Сергей Маркедонов
Насколько политически значимым был визит премьер-министра Армении? Можно ли говорить о нем в контексте предполагаемого «геополитического разворота» официального Еревана. После армянского турне делегации конгрессменов во гласе с Нэнси Пелоси, отказа Пашиняна посетить саммит ШОС в Самарканде и неучастия вооруженных сил республики в учениях ОДКБ в Казахстане на эту тему в СМИ и социальных сетях появилось много рассуждений.
Думается, перед тем, как выстраивать версии, следует зафиксировать несколько важных тезисов. Внешнеполитическое «армянофильство» - давняя традиция Франции. Она зародилась не во время сентябрьской эскалации 2022 года и не в ходе «осенней войны» двухлетней давности. Но правда и то, что именно по инициативе Париже было созвано заседание Совбеза ООН (где французы в настоящее время председательствуют), в ходе которого обсуждалось обострение ситуации на армяно-азербайджанском пограничье. Франция пыталась, правда, не очень эффективно выступать посредником между Ереваном и Баку два года назад. К тому же Париж является сопредседателем Минской группы ОБСЕ. И в условиях стремительно сужающегося пространства для маневра Ереван пытается хеджировать риски.
Кавказ не является приоритетом для Франции, а «армянский вопрос» Париж часто поднимает в периоды обострения отношений с Турцией (средиземнорское направление для французской дипломатии имеет куда большую значимость). Тем не менее, для внутренней аудитории тема Армении и армянства крайне важна, фактор диаспоры, как и в США играет свою роль.
В описанных выше обстоятельствах Пашинян пытается заручиться поддержкой Макрона. Здесь нет чего-то принципиально нового в подходах Еревана. Премьер-министр Армении к тому же не первый раз публично озвучивает идею договориться с Азербайджаном на условиях «беловежских границ». При этом делая две важные оговорки. Первая- сначала Баку должен остановить процесс территориального приращения за счет его страны. Вторая- вопрос о правах карабахских армян необходимо решать через обсуждение проблемы между Азербайджаном и Нагорным Карабахом. И в этом контексте Пашинян рассчитывает на поддержку Франции, не отрицая при этом напрямую посредническую роль Москвы. Здесь, скорее, речь о формуле вместе, а не вместо.
При этом в Армении, и в обществе, и в политическом истеблишменте усиливается ощущение того, что России, занятой распутыванием украинских головоломок, сильно не до кавказских проблем. Косвенно в пользу этого говорит и тезис первого президента Армении Левона Тер-Петросяна о потере Москвой «ключа к решению карабахского конфликта». Понятное дело, что не мнение высокопоставленного отставника определяет курс действующего премьер-министра. Но еще год или два назад такое представление вряд ли было бы озвучено, тем, чья подпись стоит под текстом Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Российской Федерацией и Республикой Армения от 29 августа 1997 года.
Сергей Маркедонов
Роберт Харрис – один из лучших современных исторических романистов. Его «Призрака» и «Офицера и шпиона» экранизировал Роман Полански. В своем первом романе – «Фатерланд» - 35-летний Харрис дал положительный ответ на вопрос, могут ли два смелых человека помочь сокрушить тоталитарный режим, если удастся прорваться к лидеру мировой демократии и раскрыть ему глаза на ужас этого режима. Сейчас Харрису уже за 60 – и в своем последнем по времени романе «Мюнхен» (кстати, тоже недавно экранизированном) – он уже куда более скептичен, демонстрируя пределы возможного для такого лидера, ограниченного «мнением народным» в принятии решений.
На фоне широко известных книг Харриса вышедший в 2019 году (до пандемии и нынешнего мирового военно-политического кризиса) «Второй сон» (The Second Sleep) прошел менее замеченным – уж больно он беспросветно мрачен. Сюжет следующий – в 2025 году происходит глобальная катастрофа (чем она вызвана, романист умалчивает). Большинство населения мира погибает, цивилизация стремительно деградирует, наступают новые темные века, где люди смотрят на неработающие айфоны как их далекие предки на обломки римских статуй. Лет через 800 после катастрофы появляются первые признаки промышленной революции, свободомыслие борется с религиозным обскурантизмом, и самые активные жители Англии пытаются понять, из-за чего произошла катастрофа и как можно использовать опыт далеких предков.
В ходе этих поисков обнаруживается, что перед самой катастрофой группа продвинутых британцев во главе с нобелевским лауреатом решили переждать катастрофу в глубинке и соорудили убежище рядом с загородным домом лауреата и маленькой деревенькой. Стремясь раскрыть тайны предков, энтузиасты раскапывают убежище и попутно наталкиваются на захоронение жестоко убитых людей. Становится ясно – местные мужики в отчаянной борьбе за жизнь истребили интеллектуалов. Но когда роют дальше, то понимают, что все было наоборот – победили более ресурсные и предусмотрительные (видимо, запасшиеся не только едой и питьем). Впрочем, это спасло им жизни, но не могло уберечь от общемировой деградации – когда катастрофа закончилась, они поселились в домах убитых селян и уже следующие поколения перестали отличаться от других жителей Земли.
Алексей Макаркин
На фоне широко известных книг Харриса вышедший в 2019 году (до пандемии и нынешнего мирового военно-политического кризиса) «Второй сон» (The Second Sleep) прошел менее замеченным – уж больно он беспросветно мрачен. Сюжет следующий – в 2025 году происходит глобальная катастрофа (чем она вызвана, романист умалчивает). Большинство населения мира погибает, цивилизация стремительно деградирует, наступают новые темные века, где люди смотрят на неработающие айфоны как их далекие предки на обломки римских статуй. Лет через 800 после катастрофы появляются первые признаки промышленной революции, свободомыслие борется с религиозным обскурантизмом, и самые активные жители Англии пытаются понять, из-за чего произошла катастрофа и как можно использовать опыт далеких предков.
В ходе этих поисков обнаруживается, что перед самой катастрофой группа продвинутых британцев во главе с нобелевским лауреатом решили переждать катастрофу в глубинке и соорудили убежище рядом с загородным домом лауреата и маленькой деревенькой. Стремясь раскрыть тайны предков, энтузиасты раскапывают убежище и попутно наталкиваются на захоронение жестоко убитых людей. Становится ясно – местные мужики в отчаянной борьбе за жизнь истребили интеллектуалов. Но когда роют дальше, то понимают, что все было наоборот – победили более ресурсные и предусмотрительные (видимо, запасшиеся не только едой и питьем). Впрочем, это спасло им жизни, но не могло уберечь от общемировой деградации – когда катастрофа закончилась, они поселились в домах убитых селян и уже следующие поколения перестали отличаться от других жителей Земли.
Алексей Макаркин
«Мы должны укреплять отношения с друзьями», - заявил президент Белоруссии Александр Лукашенко, общаясь с Асланом Бжания. Означает ли это, что Минск, наконец, завершит свою затянувшуюся паузу в отношении статуса Абхазии. О белорусской непоследовательности в отношении Сухума и Цхинвала говорят уже много лет. Между тем, после того, как Москва 26 августа 2008 года пошла по пути признания двух бывших автономий Грузинской ССР, Минск так и не принял четкого решения по данному вопросу.
И вот 28 сентября белорусский лидер прибыл в Абхазию. Это его первый официальный визит в республику. Лукашенко провел встречу с Асланом Бжания на государственной даче в Пицунде. Белорусский лидер сослался на свой разговор с президентом России Владимиром Путиным и озвучил их некое общее резюме: Абхазию нельзя бросать. И хотя Грузия всячески отстраивается от участия в широком антироссийском фронте, ситуация на международном уровне действительно тревожная. И потому Лукашенко представляет свой визит, как важную сверку часов между союзниками.
Впрочем, абхазское турне Лукашенко трудно рассматривать, как неподготовленный экспромт. В феврале 2022 года в интервью Владимиру Соловьеву для YouTube-канала «Соловьев Live» он уже заявлял, что готов пересмотреть свои прежние подходы, когда поймет, а президент Путин скажет «что в этом есть необходимость». Но белорусский лидер не был бы самим собой, если бы тут же не сделал оговорку, задав вопрос, а есть ли таковая необходимость уже сейчас. Затем 24 июня Сухум навестил специальный представитель президента Белоруссии Виктор Шейман, он провел встречу с абхазским лидером Асланом Бжания. Теперь пришел через и самого Лукашенко.
Думается, в скором времени появятся немало версий причин его визита в Абхазию. После событий 2020 года дипломатическое пространство для маневров Минска существенно сузилось, наступило не самое благоприятное время для многовекторности. Но это системные проблемы, вне привязки к отдельным кейсам этнополитического самоопределения, а есть и соображения текущего момента. Ни одна из стран ОДКБ не поддержала референдумы о статусе ЛДНР, а также частей Запорожской и Херсонской областей. Но одно дело членство в одной интеграционной структуре, и совсем иное- участие в общем проекте Союзного государства. В такой ситуации Лукашенко, говоря словами шахматных игроков, может задействовать отложенный ход. То есть либо признать Абхазию (одну или вместе с Южной Осетией), либо максимально приблизиться к этому шагу, но при этом аккуратно воздержаться с выражением позиции по сентябрьским референдумам.
Сергей Маркедонов
И вот 28 сентября белорусский лидер прибыл в Абхазию. Это его первый официальный визит в республику. Лукашенко провел встречу с Асланом Бжания на государственной даче в Пицунде. Белорусский лидер сослался на свой разговор с президентом России Владимиром Путиным и озвучил их некое общее резюме: Абхазию нельзя бросать. И хотя Грузия всячески отстраивается от участия в широком антироссийском фронте, ситуация на международном уровне действительно тревожная. И потому Лукашенко представляет свой визит, как важную сверку часов между союзниками.
Впрочем, абхазское турне Лукашенко трудно рассматривать, как неподготовленный экспромт. В феврале 2022 года в интервью Владимиру Соловьеву для YouTube-канала «Соловьев Live» он уже заявлял, что готов пересмотреть свои прежние подходы, когда поймет, а президент Путин скажет «что в этом есть необходимость». Но белорусский лидер не был бы самим собой, если бы тут же не сделал оговорку, задав вопрос, а есть ли таковая необходимость уже сейчас. Затем 24 июня Сухум навестил специальный представитель президента Белоруссии Виктор Шейман, он провел встречу с абхазским лидером Асланом Бжания. Теперь пришел через и самого Лукашенко.
Думается, в скором времени появятся немало версий причин его визита в Абхазию. После событий 2020 года дипломатическое пространство для маневров Минска существенно сузилось, наступило не самое благоприятное время для многовекторности. Но это системные проблемы, вне привязки к отдельным кейсам этнополитического самоопределения, а есть и соображения текущего момента. Ни одна из стран ОДКБ не поддержала референдумы о статусе ЛДНР, а также частей Запорожской и Херсонской областей. Но одно дело членство в одной интеграционной структуре, и совсем иное- участие в общем проекте Союзного государства. В такой ситуации Лукашенко, говоря словами шахматных игроков, может задействовать отложенный ход. То есть либо признать Абхазию (одну или вместе с Южной Осетией), либо максимально приблизиться к этому шагу, но при этом аккуратно воздержаться с выражением позиции по сентябрьским референдумам.
Сергей Маркедонов
Идеологическая зацикленность, как это порой случается с государственными лидерами, сыграла с Лиз Трасс злую шутку. Разделяемая новым британским премьером и ее министром финансов Кваси Квартенгом немудреная идея о том, что главный тормоз экономического роста – это высокие налоги, воплотилась в мини-бюджете, оглашенном в пятницу. Его главная черта – самое крупное за 50 лет сокращение налогов на сумму в 45 млрд ф.ст., в т.ч. снижение 45-процентной верхней планки подоходного налога. Последовавшая в понедельник реакция рынков была жестокой. Курс фунта стерлингов по отношению к доллару упал до рекордно низкого уровня, резко возросла стоимость государственных заимствований, подскочили ставки ипотечных кредитов. Квартенг был вынужден выпустить экстренное заявление с обещанием представить 23 ноября выверенный бюджетный план, нацеленный на снижение госдолга. Но это никого не успокоило. Во вторник руководство Банка Англии заявило, что столь масштабное снижение налогов усилит и так крайне высокую инфляцию, а потому потребуется повышение учетной ставки. В тот же день МВФ выступил с беспрецедентным призывом к Лиз Трасс пересмотреть свой налоговый план, который «увеличит неравенство» в стране.
Финансовые потрясения внесли смятение в ряды депутатов-заднескамеечников от правящей Консервативной партии. Они опасаются, что устоявшаяся репутация партии как эффективного экономического менеджера будет разрушена, а у команды нового премьера отсутствуют необходимый опыт и трезвое понимание, как подходить к нарастающим кризисным явлениям в экономике. Многие депутаты-тори в частном порядке заявляют, что министр финансов должен быть уволен (всего через три недели после назначения), а решение о снижении налоговых ставок для богатых отменено. Пошли разговоры о том, что Трасс должна быть лишена поста лидера, если она не изменит свой экономический курс.
Всё происходящее стало подарком для Лейбористской партии, которая в эти дни проводила свой ежегодный съезд в Ливерпуле. Многочисленные скандалы последнего времени и ожесточенная борьба за пост лидера в совокупности с невиданным ростом стоимости жизни привели к резкому снижению популярности правящей партии в стране. Проведенный в понедельник опрос компании YouGov показал, что лейбористов готовы поддержать на всеобщих выборах 45% британцев, а консерваторов – лишь 28%, это крупнейший разрыв за 20 лет. Атмосфера на съезде была пронизана уверенностью в том, что впервые с 2010 г. лейбористы имеют реальные шансы вернуться к власти. Свидетельством тому стало и появление на съезде после долгого перерыва корпоративных спонсоров. Ушло в прошлое жесткое выяснение внутрипартийных отношений. Кир Стармер, избранный лидером лейбористов в апреле 2020 г., наконец смог усмирить сторонников прежнего лидера, левака Джереми Корбина и добиться полного контроля над партией, твердо выводя ее на центристский курс, вызывающий доверие среди широких слоев избирателей.
Известный своей сдержанной, спокойной манерой поведения, Стармер выступал на съезде, по сути, в образе будущего премьер-министра Британии. Он обращался скорее не к делегатам, а к избирателям, позиционирую Лейбористскую партию по контрасту с консерваторами как обладающую экономической компетентностью и бюджетной ответственностью. В речи содержалось и несколько привлекательных конкретных идей. Самая масштабная – создание уже в первый год правления лейбористского правительства государственной энергетической компании Great British Energy, которая будет обладать операционной самостоятельностью, но получит мандат на инвестирование в чистые виды энергии: солнечную, ветровую, приливную, атомную. Также лейбористы обещают представить долгосрочный план экономического роста, который не будет основываться на наращивании государственного долга. Конечно, до всеобщих выборов, которые пройдут в 2024 г., еще многое может измениться и в Британии, и в мире. Но маловероятно, что если Лиз Трасс будет оставаться в кресле премьера, она избавится от своих экономических догм и обретет гибкость. А значит, шансы лейбористов, как минимум, не должны уменьшаться.
Александр Ивахник
Финансовые потрясения внесли смятение в ряды депутатов-заднескамеечников от правящей Консервативной партии. Они опасаются, что устоявшаяся репутация партии как эффективного экономического менеджера будет разрушена, а у команды нового премьера отсутствуют необходимый опыт и трезвое понимание, как подходить к нарастающим кризисным явлениям в экономике. Многие депутаты-тори в частном порядке заявляют, что министр финансов должен быть уволен (всего через три недели после назначения), а решение о снижении налоговых ставок для богатых отменено. Пошли разговоры о том, что Трасс должна быть лишена поста лидера, если она не изменит свой экономический курс.
Всё происходящее стало подарком для Лейбористской партии, которая в эти дни проводила свой ежегодный съезд в Ливерпуле. Многочисленные скандалы последнего времени и ожесточенная борьба за пост лидера в совокупности с невиданным ростом стоимости жизни привели к резкому снижению популярности правящей партии в стране. Проведенный в понедельник опрос компании YouGov показал, что лейбористов готовы поддержать на всеобщих выборах 45% британцев, а консерваторов – лишь 28%, это крупнейший разрыв за 20 лет. Атмосфера на съезде была пронизана уверенностью в том, что впервые с 2010 г. лейбористы имеют реальные шансы вернуться к власти. Свидетельством тому стало и появление на съезде после долгого перерыва корпоративных спонсоров. Ушло в прошлое жесткое выяснение внутрипартийных отношений. Кир Стармер, избранный лидером лейбористов в апреле 2020 г., наконец смог усмирить сторонников прежнего лидера, левака Джереми Корбина и добиться полного контроля над партией, твердо выводя ее на центристский курс, вызывающий доверие среди широких слоев избирателей.
Известный своей сдержанной, спокойной манерой поведения, Стармер выступал на съезде, по сути, в образе будущего премьер-министра Британии. Он обращался скорее не к делегатам, а к избирателям, позиционирую Лейбористскую партию по контрасту с консерваторами как обладающую экономической компетентностью и бюджетной ответственностью. В речи содержалось и несколько привлекательных конкретных идей. Самая масштабная – создание уже в первый год правления лейбористского правительства государственной энергетической компании Great British Energy, которая будет обладать операционной самостоятельностью, но получит мандат на инвестирование в чистые виды энергии: солнечную, ветровую, приливную, атомную. Также лейбористы обещают представить долгосрочный план экономического роста, который не будет основываться на наращивании государственного долга. Конечно, до всеобщих выборов, которые пройдут в 2024 г., еще многое может измениться и в Британии, и в мире. Но маловероятно, что если Лиз Трасс будет оставаться в кресле премьера, она избавится от своих экономических догм и обретет гибкость. А значит, шансы лейбористов, как минимум, не должны уменьшаться.
Александр Ивахник