В Евросоюзе, подвергшемся уничтожающей критике в наиболее пострадавших от коронавируса странах Южной Европы за отсутствие солидарности и помощи, наблюдаются заметные подвижки. Институты ЕС после первоначальной деморализации постепенно приходят в себя и пытаются изменить нарратив. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен в четверг извинилась перед Италией за недостаток солидарности перед лицом пандемического кризиса. В письме в газете La Repubblica она признала, что слишком много европейских стран сначала сфокусировались на своих собственных проблемах. «Они не осознали, что мы можем победить пандемию только вместе, как Союз. Это нанесло вред, и этого можно было избежать», – отметила фон дер Ляйен, добавив: «Сегодня Европа идет на помощь Италии».

Правда, главный итальянский национал-популист Маттео Сальвини с сарказмом прокомментировал письмо главы ЕК. «Председатель Еврокомиссии фон дер Ляйен извинилась сегодня перед Италией и итальянцами. Она могла бы подумать об этом раньше. Всё, что мы получаем от Европы, это слова и дымовая завеса – ноль содержания», – написал он в твиттере. Но здесь Сальвини все-таки передергивает. В своем письме фон дер Ляйен сообщила, что ЕС выделит €100 млрд наиболее пострадавшим странам, в первую очередь Италии, чтобы помочь сохранить рабочие места. В тот же день на пресс-конференции в Брюсселе она объявила, что ЕС создает временный кредитный механизм под названием «Поддержка для снижения рисков безработицы при чрезвычайной ситуации» (SURE) с бюджетом до €100 млрд, при условии, что все страны ЕС в совокупности предоставят гарантии на €25 млрд.

Цель этого плана – дополнить усилия национальных правительств по поддержке компаний и работников, пострадавших от экономических последствий коронавируса. Еврокомиссия планирует разместить на финансовых рынках долговые обязательства, а затем выделять кредиты по заявкам стран-членов под низкий процент. Эти кредиты будут использоваться для финансовой поддержки компаний, вынужденных сворачивать активность и переводить работников на неполный рабочий день. Государственная помощь должна позволить работодателям платить работникам полную зарплату и избегать массовых сокращений. То же касается и самозанятых.

Правда, план, озвученный фон дер Ляйен, еще должен получить одобрение на саммите Евросоюза, но велика вероятность того, что такое решение будет принято. Кроме того, ожидается, что на следующей неделе министры финансов стран еврозоны достигнут согласия относительно использования Европейского стабилизационного механизма – международного фонда финансовой помощи – для выделения чрезвычайных кредитных линий по упрощенной схеме. Объем средств, доступных для этого, составит €240 млрд. Так что период смятения и дезорганизации в институтах ЕС, похоже, заканчивается.

Александр Ивахник

Сейчас почти нет политических новостей, не связанных с коронавирусом. В Британии такая новость есть, но она была запланирована ранее. Объявлены результаты выборов нового лидера основной оппозиционной партии – Лейбористской. Решающий этап выборов проходил путем голосования по почте рядовых членов партии. Всего проголосовало почти 500 тысяч человек. Уверенную победу одержал наиболее статусный и опытный политик среди кандидатов – сэр Кир Стармер, он получил 56,2% голосов. Близкую соратницу ушедшего лидера Джереми Корбина Ребекку Лонг-Бейли поддержали 27,6% проголосовавших, а рядового депутата Палаты общин Лайзу Нэнди – 16,2%.

57-летний Стармер начинал карьеру как юрист-правозащитник, а до избрания в 2015 году в парламент он в течение 5 лет возглавлял Королевскую прокурорскую службу, за что и получил рыцарское звание. После тяжелейшего поражения Лейбористской партии на декабрьских выборах, вину за которое многие возложили на левака Корбина, лейбористы увидели в спокойном, квалифицированном и не склонном к крайностям Стармере фигуру, которая может объединить раздираемую расколами и противоречиями партию.

Перед Стармером много трудных задач. Но, конечно, то обстоятельство, что он стал лидером в момент поразившего страну острого коронавирусного кризиса, когда даже премьер Борис Джонсон поражен инфекцией, сделало для него приоритетом выработку позиции по сложившейся ситуации. Стармер пытается выбрать линию, которая сочетает ответственность и самостоятельность. Он не стал спекулировать на очевидной запоздалости действий консервативного кабинета и обещал «конструктивно» работать с правительством. Он принял приглашение Джонсона партийным лидерам поучаствовать в совместной встрече с присутствием научных экспертов для обсуждения мер по борьбе с эпидемией. Вместе с тем Стармер отметил свою готовность оспаривать ошибочные или нерешительные шаги правительства и призвал кабинет заранее представить обществу стратегию выхода из жестких карантинных мер.

Вторая срочная задача Стармера – подкрепить свое лидерство в партии установлением контроля над партийным аппаратом и формированием комфортного для себя теневого кабинета. Внушительность победы Стармера и получение его сторонниками большинства в Национальном исполкоме партии дают ему хорошие возможности для этого. В воскресенье были объявлены первые назначения в теневом кабинете. Все наиболее известные корбинисты потеряли свои посты (либо ушли в отставку ранее). Ключевые должности в теневом кабинете (министров финансов, внутренних дел и иностранных дел) получили свежие и довольно молодые деятели, которых можно отнести к центристам. И хотя сам Стармер в ходе своей предвыборной кампании не подвергал открытой критике курс и лидерский стиль Корбина, уже ясно, что он хочет основательно обновить имидж и руководящий состав партии.

Александр Ивахник

Борис Макаренко об общественных настроениях в период пандемии
https://telegra.ph/Amerikancam-sejchas-ne-do-prezidenta-04-06

Сергей Маркедонов о перспективах второго тура президентских выборов в непризнанной Нагорно-Карабахской республике
https://telegra.ph/Vybory-v-NKR--novaya-intriga-04-07

Главная особенность российского варианта борьбы с пандемией – рекомендательный характер. Губернаторам рекомендуется действовать самим, но при этом не строить барьеры на границах субъектов Федерации. Рамзан Кадыров такой барьер создал первым – и сносить его явно не собирается. Центробанк рекомендует реструктурировать задолженность – но последнее слово остается за кредиторами. Дмитрий Медведев как глава «Единой России» сетует на то, что в регионах не везде услышали призыв поддержать предпринимателей. Патриарх Кирилл рекомендует воздержаться от посещения храмов – но наиболее ревностные батюшки и прихожане исходят из того, что любые компромиссы - это измена истинной вере.

Такой рекомендательный подход позволяет маневрировать, сокращая набор обязательств – но он же приводит в недоумение россиян, привыкших к понятию жесткой вертикали с обязательностью исполнения принятых решений. Сейчас эта вертикаль явочным порядком размывается, что противоречит общему представлению об усилении роли государства в период пандемии. И как удастся эту вертикаль обратно собрать – большой вопрос, ответ на который появится только после пандемии. Видимо, удастся — не только вертикальная инерция слишком сильна, но и любого чиновника можно быстро заменить (как только что были уволены три губернатора), даже очень влиятельные игроки не могут чувствовать себя защищенными. Но прецедент размывания все равно останется.

Алексей Макаркин

Александр Ивахник об исполняющем обязанности британского премьера

https://telegra.ph/Dominik-Raab-vozglavil-britanskoe-pravitelstvo-04-07

Дискуссия в Европе по выходу из ограничений

Сейчас самая актуальная дискуссия в Европе в связи с коронавирусом похожа на ту, что начинается в России. Главный вопрос: когда же можно будет отменять или хотя бы смягчать введенные ранее строгие ограничения? Люди всё больше изнывают от домашнего заточения, экономика в разобранном состоянии.

Внутри Евросоюза некоторые страны, сумевшие взять под контроль распространение коронавируса и добиться перелома в динамике заболевших, объявляют о скором постепенном смягчении карантинных мер. В Австрии 14 апреля откроются магазины, торгующие товарами не первой необходимости, 1 мая – все магазины, торговые центры и парикмахерские, но гостиницы и рестораны будут закрыты по крайней мере до середины мая. В Дании 15 апреля должны заработать детские сады и начальные школы, правительство начинает переговоры с лидерами бизнеса о постепенном возвращении работников на предприятия и в офисы. Власти Чехии разрешили уже с 9 апреля открыться некоторым магазинам, например, торгующим стройматериалами и велосипедами. В Норвегии с 27 апреля возобновятся занятия в школах, технических колледжах и университетах, в мае начнут открываться парикмахерские и салоны красоты.

В этих обстоятельствах Еврокомиссия решила продемонстрировать свою координирующую функцию и представить планы по «стратегии выхода» из режима жестких эпидемических ограничений. Пресс-секретарь ЕК Эрик Мамер во вторник объявил, что в среду еврокомиссары примут «дорожную карту» выхода, а глава ЕК Урсула фон дер Ляйен проинформирует об этом плане. Представители ЕК подчеркнули, что шаги по выходу должны быть продуманными и, насколько возможно, скоординированными по всей Европе. Ожидалось, что дорожная карта будет включать рекомендации по постепенному сворачиванию противоэпидемических мер и шагам, которые воздействуют на функционирование единого рынка ЕС.

Однако уже через несколько часов Еврокомиссия сдала назад, сообщив, что еврокомиссары будут только обсуждать «дорожную карту», а принятие плана откладывается на время после Пасхи. Выяснилось, что ряд правительств из тех стран, где коронавирусный кризис не подает признаков спада, выразили ЕК свое неудовольствие. Причина – презентация «дорожной карты» по выходу из ограничений подала бы неверный сигнал, в то время как власти всё еще убеждают миллионы граждан оставаться дома. Становится всё более очевидно, что как бы ни пыталась Еврокомиссия напомнить о себе, ее роль на стадии преодоления социальных и экономических последствий нынешнего кризиса будет весьма скромной, ограничиваясь мобилизацией финансовой помощи, а ответственность за принятие решений по-прежнему будут нести национальные правительства.

Александр Ивахник

Чем ближе к дате второго тура голосования на выборах в непризнанной Нагорно-Карабахской республике, тем больше интересных поворотов. Свое мнение о выборах высказал лидер партии «Единая Родина» Самвел Бабаян. С формальной точки зрения он сегодня лишь один из карабахских политиков, тем более не участвующий во втором туре. Но помимо формальной стороны есть фактическое измерение. 

Самвел Бабаян- знаковая персона для НКР.  Герой Арцаха, в 1993-1999 гг.- командующий армией самообороны НКР. Именно его подпись стоит под Соглашением о бессрочном прекращении огня в Нагорном Карабахе (вступило в силу 12 мая 1994 года). Тем не менее, несмотря на свою героическую биографию, в начале 2000-х годов он вынужден был покинуть Карабах. Сначала Бабаян был обвинен в покушении на тогдашнего карабахского президента Аркадия Гукасяна, затем отсидел 4, 5 года в тюрьме, был помилован и уехал в Ереван. Сегодня мы видим его возвращение к политику в НКР. Из-за «ценза оседлости» Бабаян не принял участие в президентской кампании, но поддержал кандидатуру Масиса Маиляна. Того самого, кто прошел во второй тур выборов и того, кто призвал к бойкоту голосования 14 апреля. При этом объединение «Единая Родина» будет иметь в Национальном собрании НКР фракцию из девяти депутатов.

С какими же сигналами выступил Бабаян? По его словам, «есть все основания для оспаривания результатов выборов в судебном порядке. Однако, осознавая всю опасность текущей ситуации в связи с пандемией, а также вызовы, стоящие перед Арцахом, и во избежание искусственных потрясений мы готовы смириться с результатами прошедших выборов». Отнюдь не праздный вопрос, кого имел в виду бывший карабахский командующий под словом «мы»? Маилян пока что не отказался от идеи бойкота. Не исключено, что эта позиция будет скорректирована. Но очевидно, что в тандеме произошел раскол вследствие разных подходов к перспективам избирательной кампании. Бабаян призвал своих сторонников самостоятельно определять для себя возможность участия в голосовании 14 апреля. 

В предыдущем нашем комментарии мы отмечали, что Маиляна трудно назвать оппозиционером в полном смысле этого слова. И как представитель МИД, знакомый с ходом переговорного процесса, он лучше многих оппонентов действующей власти, понимает и возможные риски, и издержки от углубления внутренней нестабильности. Но по итогам первого тура у него есть возможности увеличить свою политическую капитализацию. И вряд ли кто-то на его месте действовал бы иначе. Вопрос только в расстановке «красных линий». Однако на этом пути у него возникли сложности с главным политическим союзником Бабаяном, который обозначил для себя красные линии. С его точки зрения, выборы далеки от совершенства, претензий к власти множество, но обострять ситуацию (примерно так, как делали это участники массового протестного мероприятия 5 апреля) не стоит. 

Как бы то ни было, а 7 апреля в НКР появился первый, зараженный коронавирусом. Угроза, о которой говорят с середины марта, начинает обретать реальные очертания. И второй тур по-прежнему под вопросом. При этом фаворит кампании Араик Арутюнян призвал карабахцев проявить гражданскую активность. 

Сергей Маркедонов

Отношение представителей различных конфессий к пандемии коронавируса связана не с конфессиональными разделениями, а с внутренними взаимоотношениями в каждой из них. Проще всего католикам с жесткой вертикальной иерархией, помноженной на традицию Второго Ватиканского собора, направленной на адаптацию к современному светскому обществу. У них позиция полного подчинения карантинным мерам государства освящена авторитетом папы Римского. В других конфессиях такого авторитета нет, что усиливает разделения.

Либеральные протестанты – за подчинение, а многие консервативные общины в Америке считают, что надо жить и проводить богослужения как и раньше. В США среди них немало республиканцев – и эта позиция повлияла на первоначальное отношение к пандемии Трампа. В Бразилии на них опирается президент Болсонару, который считает, что карантины вводить не надо. Ортодоксальные иудеи за карантин, а ультраортодоксальные хотят, чтобы никто не мешал их привычным собраниям. В Израиле ультраортодоксы составляют около 60% зараженных – и только после появления столь печальной статистики их руководители стали призывать оставаться дома.

В православном сообществе сходные тенденции. Умеренные консерваторы призывают прихожан сидеть по домам и соглашаются с ограничительными мерами властей (они разные в различных странах – от полного закрытия храмов до проведения богослужения без прихожан). Жесткие консерваторы критикуют даже санитарные предосторожности во время причащения. Их позиция повлияла на негативное отношение Украинской православной церкви Московского патриархата к карантинным мерам правительства. Но сейчас ситуация меняется. После вспышки коронавируса закрыт для посещения главный монастырь УПЦ – Киево-Печерская лавра, там заболели 26 человек. Закрыли и другой киевский монастырь – Свято-Ионинский; коронавирус обнаружили у его наместника, архиепископа Ионы (Черепанова). Похоже, что это может повлиять и на позицию Русской православной церкви в целом. Пока что патриарх Кирилл призвал верующих воздержаться от посещения храмов, но официального синодального решения по этому вопросу пока нет.

Алексей Макаркин

Япония и коронавирус

Внимание мировых СМИ сосредоточено на распространении пандемии коронавируса и мерах борьбы с ней в Европе и США. Япония остается вне поля зрения. Однако японский кейс по-своему интересен. Некоторое время казалось, что Япония сможет избежать тяжелой участи западных стран, и премьер-министр Синдзо Абэ, озабоченный угрозой сваливания национальной экономики в глубокую рецессию, избегал принятия серьезных карантинных мер. Но в последние дни число инфицированных Covid-19 стало быстро возрастать, достигнув в начале недели 4 тысяч, в т.ч. в Токио – 1200, число смертей превысило сотню. И во вторник вечером Абэ был вынужден объявить месячный режим чрезвычайной ситуации в столичном регионе и еще в 6 многонаселенных префектурах. Его указ предоставил губернаторам префектур право закрывать публичные места и требовать приостановки работы местных бизнесов.

Однако, если в Европе центральные и региональные власти, как правило, действовали согласованно, то в Японии между этими уровнями власти выявились отчетливые противоречия. Появилась информация, что правительственные чиновники предостерегают губернаторов от принятия жестких ограничительных мер, которые привели бы к сворачиванию экономической активности. Сам Абэ заявил, что мелкие бизнесы не будут закрываться, и добавил, что рестораны должны принять меры предосторожности, например, улучшить вентиляцию. При этом премьер назвал «нереалистичными» призывы о прямых компенсациях тем, кто терпит убытки. А Ясутоси Нисимура, отвечающий в правительстве за борьбу с коронавирусом, призвал губернаторов в течение двух недель оценить, приносит ли социальное дистанцирование успехи, прежде чем приостанавливать работу бизнесов. К этому следует добавить нежелание многих японских компаний позволить своим служащим работать удаленно, что не позволяет снизить пассажиропотоки из пригородов в мегаполисы.

Такая половинчатость встретила недовольство руководителей префектур, прежде всего губернатора Токио Юрико Коике. Сразу после принятия правительственного указа она заявила, что «просить жителей о самоограничении и домашнем режиме недостаточно». Коике настаивает на закрытии в Токио всех коммерческих предприятий площадью более 100 кв. м, включая театры, кинозалы, музеи, библиотеки, спортзалы, торговые центры, кафе и бары. Исключением могут быть аптеки, супермаркеты, магазины хозтоваров, гостиницы, фабрики и вокзалы. То есть по сути губернатор Токио хочет добиться введения в столице полного карантина. Агентство Kyodo сообщает, что если между префектурой и правительством не будет достигнуто согласия, Коике собирается действовать самостоятельно. Любопытно, чем закончится противостояние.

Александр Ивахник

Еще о мире после коронавируса.

1. Он изменится, но не так сильно, как многие сейчас думают. Мобильность будет восстановлена достаточно быстро, Испания, только вышедшая на пандемийное плато, ждет самых отчаянных туристов уже к концу лета. Конечно, их будет немного, но в 2021-м уже ожидается восстановление рынка, хотя и неполное (так как пенсионеры до вакцинирования будут воздерживаться от дальних поездок). Постепенное смягчение карантинов может спасти многие бизнесы, хотя год для них и будет убыточным или «нулевым».

2. В медицину в ближайшие годы будут активно вкладывать – появится «окно возможностей» для переоснащения больниц и строительства новых. Слово «оптимизация» в отношении здравоохранения станет бранным. Но масштаб изменений в среднесрочной перспективе не стоит переоценивать. Постепенно воспоминания о пандемии начнут уходить – тем более, что трагедии на микроуровне (в конкретных городах и больницах) будут сглаживаться статистикой на макроуровне (эксперты уже не говорят о том, что в США умрет 100 тысяч человек – жертв много, но будет меньше, чем прогнозировалось). И срочно изготовленные ИВЛ будут ржаветь, постепенно приходя в негодность. Футболисты будут продолжать зарабатывать больше врачей, потому что общество жаждет зрелищ.

3. Усилится проблема взаимоотношений между государствами и отстаивающими свою самость консервативными религиозными сообществами, настаивающими на сохранении привычного для них расписания служб и собраний. Причем если новые религиозные организации («секты») или миноритарные конфессии обладают невысокой общественной легитимностью – и государству легко игнорировать их мнение – то традиционные (от ультраортодоксальных иудеев в Израиле до Грузинской православной церкви, отказывающейся подчиняться комендантскому часу во время Пасхи) укоренены в истории. Видимо, после окончания нынешней пандемии придется создавать алгоритмы действий, которым должны подчиняться все граждане – а это будет вести к обвинениям в нарушении религиозной свободы.

Алексей Макаркин

Пока вспышка коронавируса в Испании шла на взлет, меры правительства меньшинства Педро Санчеса, состоящего из соцпартии и левопопулистской партии Podemos, пользовались поддержкой всех оппозиционных сил, говоривших о солидарной ответственности. 14 марта правительство с одобрения Конгресса депутатов ввело в стране «режим тревоги» и строгие карантинные меры. 30 марта эти меры были ужесточены: работники всех предприятий, кроме сферы жизнеобеспечения, были отправлены в обязательный оплачиваемый отпуск. Сейчас в Испании число инфицированных превышает 157 тысяч (1 место в Европе), число умерших достигло 16 тысяч (2 место после Италии). Но в последние дни количество новых заражений и новых смертей стало снижаться. И это сразу привело к оживлению межпартийной борьбы.

В четверг Санчес добивался в Конгрессе депутатов второго продления «режима тревоги» и карантина до 26 апреля. Премьер также предупредил, что скорее всего ему придется просить об еще одном продлении карантинных мер – до 10 мая, хотя, возможно, они начнут смягчаться. Продление карантина до 26 апреля было одобрено депутатами преобладающим большинством. Однако 52 депутата от крайне правой, национал-популистской партии Vox голосовали против. Главная оппозиционная сила – правоконсервативная Народная партия – голосовала за предложение правительства, но ее лидер Пабло Касадо подверг деятельность кабинета министров ожесточенной критике и пригрозил отказом от поддержки новых продлений «режима тревоги». Он обвинил Санчеса в запаздывании с ответом на коронавирусный кризис и во лжи относительно снабжения медперсонала средствами защиты и тестирования. Обращаясь к премьеру, Касадо заявил: «Вы показали сегодня, что не заслуживаете поддержки оппозиции. Ваша ложь, высокомерие и некомпетентность составляют взрывной коктейль для Испании».

Конечно, спекулировать на ошибках правительства в чрезвычайно тяжелой ситуации, которую никто не мог предвидеть, не сложно. Важно, что оппозиция уже считает нынешний момент подходящим для атаки. Межпартийное перемирие в Испании прекращается. Это сильно затруднит действия Санчеса по выходу из глубокого экономического и социального кризиса, к которому привела эпидемия. Премьер призвал в четверг оппозиционных лидеров, глав испанских регионов и представителей бизнеса и профсоюзов собраться на следующей неделе для выработки пакета мер по возвращению к жизни национальной экономики. Однако есть большие сомнения, что попытка повторения «Пакта Монклоа», заключенного в 1977 году при переходе от франкизма к демократии, увенчается успехом.

Александр Ивахник

На первый взгляд, армянская внутренняя политика переведена в режим паузы. С 16 марта действует режим ЧП. Он был введен раньше, чем в соседних Грузии и Азербайджана. Референдум по поправкам к Конституции, нацеленный на преодоление кризиса в отношениях между исполнительной и судебной ветвями власти, перенесен с 5 апреля. Его проведение теперь поставлено в четкую зависимость от санитарно-эпидемиологической обстановки. 

Однако, несмотря на такую неблагоприятную обстановку, политические страсти в республике кипят. И что отличает Армению от других постсоветских стран, в них вовлечены сразу и действующие лидеры страны, и те, кто ранее ее возглавлял. Второй президент Армении Роберт Кочарян подал судебный иск против Никола Пашиняна. Он поступил в ереванский суд 7 апреля. Речь идет о защите чести и достоинства. Экс-глава Армянского государства пытается контратаковать, имея соперника, явно превосходящего его. Роберт Кочарян находится под арестом по «делу 1 марта 2008 года». Он считает весь процесс политизацией. При этом поводом для непосредственного иска стали заявления Пашиняна о том, что финансовые ресурсов, конфискованных у прежних руководителей страны, можно направить на поддержку армии. В любом случае на сегодня Кочарян остается самым жестким оппозиционером. За ним не стоит какая-то партия, а его идеология четко не прорисована. Но всем своим поведением он демонстрирует, что сдаваться не собирается. Он делает заявления по широкому спектру проблем, начиная от безопасности, ситуации в Нагорном Карабахе (который он в свое время возглавлял) и заканчивая оценками действующего правительства.

Через день после кочаряновского иска с заявлением выступил первый президент Левон Тер-Петросян.  С первой до последней буквы оно было пронизано пафосом национального единства. По словам Тер-Петросяна, вирус представляет собой врага, который рассеян повсюду: «Он наносит удар спереди, сбоку, сзади и с воздуха». И поэтому, полагает первый президент, важно, несмотря на все промахи власти, оказать ей всестороннюю поддержку. Ключевым предложением Тер-Петросяна является призыв «прекратить пропаганду и действия, направленные на то, чтобы сеять недоверие и ненависть к властям, оставляя вопрос об их ответственности на будущее». Многие обозреватели увидели в этом атаку на сторонников старой власти (Роберта Кочаряна и Сержа Саргсяна) в медиа-сообществе и социальных сетях. Собственно, сам Тер-Петросян особо этого не скрывает, выражая надежду на то, что «второй и третий президенты Армении дадут указание подконтрольным им СМИ немедленно прекратить свою ожесточенную борьбу с властью».

Но не все так просто, дьявол в деталях. В заявлении Тер-Петросяна есть предложение о заморозке работы парламентской комиссии по расследованию событий «четырехдневной войны» апреля 2016 года. Между тем, нынешняя власть, вчерашняя оппозиция, включая и Никола Пашиняна требовала выявления и наказания виновных за форс-мажорные обстоятельства четырехлетней давности. Но первый президент Армении считает, что все дискуссии вокруг ответственных за 2016 год будоражат общество, раскалывают его. 

Таким образом, коварный вирус не отменяет тех расколов, которые есть в армянской политике сегодня. В каком-то смысле он даже обостряет их. Но в то же самое время есть осознание того, что страна, стоящая перед множеством проблем, как в экономике, так и в сфере безопасности, не может себе позволить эскалации имеющихся противоречий. 

Сергей Маркедонов

В грузинской внутренней политике наметилось некоторое оживление. 13 апреля городской суд приговорил Ираклия Окруашвили к пяти годам лишения свободы. Какое влияние может оказать это решение на ситуацию в закавказской республике? 

На первый взгляд, Ираклия Окруашвили сегодня не отнесешь к фигурам высшего эшелона грузинской политики. Впрочем, в его жизни были и другие времена. В 2004-2006 гг. он занимал посты генерального прокурора, министра внутренних дел, а затем и министра обороны в команде Михаила Саакашвили. Именно он публично обещал «встретить новый год» в столице Южной Осетии Цхинвали. Окруашвили, безусловно, один из ключевых персонажей, ответственных за «разморозку» грузино-осетинского конфликта в мае 2004 года. В 2006 году после введения российских санкций в отношении к грузинской винной продукции Окруашвили было поручено продвигать этот стратегический товар на другие рынки, преимущественно европейский и американский. Казалось бы, карьерные перспективы у этого политика блестящие. Но уже в конце 2006 года его отношения с Саакашвили не заладились, и один из фаворитов экс-президента превратился в опального политика. Он познал арест, выдворение из страны, новый арест по возвращении. Казалось бы, со сменой власти в Грузии Окруашвили мог получить новые перспективы на родине. 

Но в рядах новой правящей партии Окруашвили также места не нашлось. Он оставался одним из оппозиционеров. И в 2019 году оказался в фокусе внимания в связи с т.н. «ночью Гаврилова» в Тбилиси.  Именно эта история (хотя и не только она) стала одной из причин слушания его дела в городском суде Тбилиси. В данном случае чрезвычайно важен общий контекст. Да, сегодня Окруашвили не отнесешь к политикам первого плана. Но его дело неизбежно вызывает резонанс в канун предстоящих парламентских выборов. 21 марта в Грузии был введен режим ЧП в связи с пандемией коронавируса. Однако пока что никто не ставил вопрос о переносе главной политической кампании четырехлетия. До наступления вируса власть и оппозиция в Грузии с огромным трудом и не без помощи посольства США добились компромисса. Часть оппозиционных требований была принята властями, а политики, представляющие разные партии, договорились о неких правилах игры. С началом же пандемии оппозиционные лидеры выразили готовность к ситуативной кооперации с правительством для обеспечения безопасности людей в форс-мажорных условиях.

Однако «дело Окруашвили» ставит под сомнение всю конструкцию имеющихся договоренностей. И представители оппозиционных партий уже сделали заявления по поводу того, что обвинительный приговор тбилисского суда ставит под сомнение добрые намерения властей. В решении высшей судебной инстанции грузинской столицы увидели опасный прецедент уголовного преследования политиков, неугодных правящей партии. Возможно в условиях карантина разжечь недовольство не получится. Но, как говорится, первый камешек из основания политического компромисса между властями и оппозицией, вытащили. И не факт, что за ним не последуют другие. 

Сергей Маркедонов

Китай предпринимает немалые усилия, чтобы исправить свой имидж в Европе и США, испорченный первоначальным замалчиванием вспышки нового коронавируса в Ухане. В страны Запада, пострадавшие от пандемии, отправлены десятки миллионов масок и других ИСЗ. Не всегда эти усилия приносят результат, но они пытаются. А вот с Африкой у Китая случилась неприятная история, серьезно осложнившая отношения Пекина с этим континентом. Между тем в последнее десятилетие Китай проводил в Африке очень активную политику с масштабными инвестициями и кредитами местным правительствам. В Китай потянулись африканские предприниматели и студенты.

Возникший конфликт связан с распространившимися в Китае опасениями по поводу возможной второй волны инфекции, привнесенной в страну иностранцами. В 14-миллионном южнокитайском Гуанчжоу на прошлой неделе COVID-19 был выявлен у пяти нигерийцев. После этого власти города предписали всем резидентам африканского происхождения – а это около 4500 человек – в обязательном порядке пройти трехкратное тестирование и 14-дневный карантин, вне зависимости от того, как давно они находятся в Гуанчжоу. В последующие дни в социальных медиа широко распространились видео и устные истории, демонстрирующие, как африканцев выселяют из гостиниц и арендованного жилья, не пускают в кафе и магазины, отбирают у них паспорта и угрожают депортацией. Африканцы жаловались, что подвергаются оскорблениям на улицах со стороны местных жителей.

Прежде в африканских столицах существовало табу на открытую критику Китая. Но на этот раз с их стороны последовала быстрая и решительная реакция. 12 апреля группа африканских послов в Пекине направила письмо главе МИД Китая Ван И, в котором осуждались «постоянные притеснения и унижения африканских граждан». Послы отметили, что такая «стигматизация и дискриминация» создает ложное впечатление, что вирус распространяется африканцами. «Выделение африканцев для обязательного тестирования и карантина, на наш взгляд, не имеет научной или логической основы и равносильно расизму по отношению к африканцам в Китае», – говорилось в письме. Послы потребовали немедленного прекращения «негуманных методов обращения с африканцами». До этого власти ряда африканских стран (Нигерии, ЮАР, Ганы, Кении, Уганды) выразили послам Китая в этих странах свою глубокую озабоченность ситуацией.

В ответ представитель МИД Китая выступил с заявлением, которое сводилось к глухому отрицанию эксцессов в Гуанчжоу. «Мы одинаково относимся ко всем иностранным гражданам в Китае… У нас нулевая терпимость к дискриминации», – говорилось в заявлении. Однако после крайне жесткого демарша африканских правительств едва ли их устроит такой бессодержательный ответ.

Александр Ивахник

Опыт пандемии коронавируса свидетельствует о необходимости применения универсалистских подходов к тем или иным явлениям. Но это далеко не всегда психологически легко сделать – разделение на своих и чужих носит слишком сильный характер. Можно вспомнить заявление бывшего главы Роспотребнадзора Геннадия Онищенко о том, что на митинге оппозиции можно заразиться гриппом. Думаю, что про официальную провластную акцию он вряд ли сказал бы нечто подобное.

Теперь же подтверждается, что перед болезнью все равны. Можно заболеть на собрании какой-нибудь новой религиозной организации, созданной несколько десятилетий назад (как в Корее) – и с такой же долей вероятности очагом заболевания может стать древняя Киево-Печерская лавра. Можно заразиться на массовой демонстрации в защиту гражданских прав – а можно и на собрании евреев-ультраортодоксов. Нет гарантий от заражения ни на круизном лайнере, ни на военном корабле (на втором, как показывает американский опыт, в силу большей скученности моряков пандемия принимает еще больший масштаб). Наконец, когда проводишь совещания медиков с рекомендациями по поводу борьбы с коронавирусом, необходимо тоже соблюдать социальную дистанцию и не подвергать риску слушателей.

Это абсолютно банальные и, казалось бы, очевидные истины. Но на начальном этапе бедствия ими нередко пренебрегают, что ведет к усугублению и без того непростой ситуации. Видимо, когда пандемия пойдет на спад и появится возможность перевести дух и осмыслить происходящее, то универсалистские подходы будут закреплены в обязательных протоколах.

Алексей Макаркин

В Ирландии через два месяца после парламентских выборов две мейнстримные партии – либеральная «Фианна Файл» и консервативная «Фине Гэл» – вплотную приблизились к формированию коалиционного правительства. Эти две партии почти сто лет поочередно правили в стране, но они остро соперничали и никогда не составляли коалицию. На этот раз к беспрецедентному шагу их подтолкнули два фактора. Во-первых, крупный успех на выборах левонационалистической «Шинн Фейн». Две истеблишментные партии осознали, что удержать «Шинн Фейн» вне власти они могут, лишь заключив альянс. Вторым мощным фактором стал коронавирусный кризис.

Во вторник и.о. премьер-министра Ирландии, лидер «Фине Гэл» Лео Варадкар и лидер «Фианна Файл» Микал Мартин подтвердили свою нацеленность на формирование правительства большинства, которое сможет оставаться у власти в течение 5 лет и в котором будет равное представительство двух партий. Пост премьер-министра решено ротировать, при этом ожидается, что правительство сначала возглавит Мартин, поскольку его партия имеет больше мандатов в парламенте.

Варадкар и Мартин подписали разработанный переговорщиками от обеих партий рамочный документ, который станет основой программы будущего правительства. В документе делается акцент на борьбе с коронавирусом и на разработке национального плана экономического выздоровления для преодоления последствий введенного карантина. Детали пока неизвестны, но лидер «Фианна Файл» Микал Мартин раскрыл общие очертания будущего курса в интервью Irish Examiner 10 апреля. Он сказал, что будет принят многомиллиардный пакет стимулов для восстановления экономики. «Кейнсианская экономика снова входит в моду, сейчас время, когда для запуска экономики нужно использовать систему соцобеспечения и сектор общественных услуг, – отметил Мартин. – Это также означает таргетированное планирование по секторам, с использованием более свободных и гибких правил господдержки и бюджетных правил, включая терпимость к более высоким дефицитам». Кроме того, по словам Мартина, речь идет о резком увеличении роли государства в сфере здравоохранения и обеспечения доступным жильем. Всё это, конечно, радикально отличается от того курса жесткой экономии, который осуществлялся кабинетом Варадкара.

Для создания правительства большинства двум мейнстримным партиям необходимо согласие одной или двух малых парламентских партий войти в него. Это могут быть зеленые, лейбористы или социал-демократы. До последнего времени они не проявляли энтузиазма на этот счет. Но Мартин и Варадкар рассчитывают, что неортодоксальный характер правительственной платформы с сильным социальным акцентом будет притягателен для левоцентристов.

Александр Ивахник

14 апреля в непризнанной Нагорно-Карабахской республике прошел второй тур президентских выборов. Новым главой НКР был избран Араик Арутюнян. Таким образом, после оглашения официальных итогов у Карабаха будет новый президент, а также новый состав Национального собрания (парламента). Арутюнян выглядит очевидным бенефициаром. Несмотря на угрозу бойкота кампании со стороны его главного оппонента Масиса Маиляна и распространение пандемии COVID-19 на территорию республики он прошел все испытания и победил. В парламенте его фракция будет иметь большинство. Для уходящего президента Бако Саакяна бывший госминистр представляется, как фигура, способная обеспечить преемственность власти. Нельзя сказать, чтобы Арутюнян сильно не устраивал и Ереван. Неслучайно поздравления оттуда со стороны президента Армении поступили еще до объявления окончательных результатов голосования.

Однако все перечисленные моменты открывают нам только одну сторону медали. Между тем, у этой карабахской медали есть и вторая сторона. Второй тур запомнится избирателям низкой явкой. Она не достигла даже уровня 50%. Притом, что в первом туре составляла около 73%. Понятное дело, опасения коронавируса, призывы кандидата Маиляна не участвовать в голосовании возымели дело. Но, как говорится, обстоятельства и нюансы забудутся, останется в памяти результат. И он не в пользу Арутюняна, хотя глупо отрицать ресурс его популярности. Он значителен! НКР, несмотря на значительную роль армии и силового блока, отличает высокая конкурентность. И парламент в республике- не декорация. Между тем, в новом составе Национального собрания у сторонников Самвела Бабаяна будет 9 мандатов, а Виталия Баласаняна- 3. В совокупности 12. Общее количество депутатов- 33. В этой связи достижение двух третей голосов для принятия ключевых законодательных тактов для Араика Арутюняна будет непростой головоломкой, хотя он и получил самую многочисленную фракцию. 

Коронавирус также рано или поздно закончится. И многие отложенные из-за него вопросы, обретут вторую жизнь. Таким образом, эпоха Бако Саакяна завершается. Новому лидеру предстоит доказать свои управленческие качества и политические умения. Но и его оппонентам будет также несладко. Велик риск свести свою борьбу к личностным разборкам друг с другом вместо поиска конструктивной альтернативы.  

Сергей Маркедонов

В прошлом году в России немало иронизировали над новым правительством Финляндии. В нем лидеры всех партий, входящих в состав коалиции, и ключевые министры – женщины. Премьер-министру Санне Марин 34 года, к моменту своего назначения она имела небольшой политический опыт на общенациональном уровне (депутат парламента с 2015 года, полгода занимала министерский пост). К тому же – что шокировало российскую аудиторию – воспитывалась в однополой семье. Министру внутренних дел – тоже 34, министру финансов – 32. Тогда приходилось читать в интернете, что в спокойное время такое правительство может еще на что-то и сгодится, но если настанет час испытаний, то потребуются мужи со стальными взглядами, которые будут способны решать настоящие проблемы.

Час настал раньше, чем кто-либо думал. Сейчас в Финляндии 3237 заболевших, умерли 72 человека. Причем страна выходит из пандемии, в стране спад числа новых заражений – сегодня заболели всего 76 человек. В стране введен карантин, который эффективно соблюдается. Конечно, немалую роль в этом играет сознательность жителей страны, но следует учитывать  и качество управления. Так что женское правительство со своей задачей справляется.

Алексей Макаркин

14 апреля Католикос всех армян Гарегин II выступил с инициативой об изменении меры пресечения для Роберта Кочаряна. Какую мотивацию озвучил предстоятель Армянской апостольской церкви? С его точки зрения, необходимо принять во внимание фактор здоровья второго президента Армении. Со ссылкой на выводы медиков Гарегин II высказал мнение, что пребывание в местах заключения опасно для Кочаряна. Далее предстоятель Армянской церкви упомянул пандемию коронавируса и необходимость гуманитарных мероприятий, таких как изменение меры пресечения для лиц, попадающих в группу риска.

Уголовный процесс против Кочаряна по-прежнему остается фактором не консолидации, а поляризации армянского общества. Как следствие, бурная общественная реакция на выступление Гарегина II. Те, кто негативно воспринимает второго президента Армении, подвергли обструкции предстоятеля Армянской апостольской церкви. Критики же Никола Пашиняна выступили с заявлениями о политизации и избирательности сегодняшнего правосудия Армении. Генеральная прокуратура республики констатировала, что заявление Католикоса «не имеет никакого отношения к уголовно-процессуальным процедурам». И потому нет смысла как-то комментировать его. 

С одной стороны, премьер-министр Армении стремится не вовлекаться в полемику с церковным первоиерархом. Но с другой стороны, его пресс-секретарь Мане Геворкян, комментируя ситуацию с инициативой Гарегина II, намекнула на кейс своего коллеги, главы пресс-канцелярии Эчмиадзина иерея Ваграма Меликяна, ранее поручавшегося за бизнесмена Самвела Майрапетяна. Но предприниматель в итоге уехал из Армении на лечение и остался за границей. Таким образом, первоиерарху отправлен прозрачный сигнал: его инициатива, скорее всего, останется, без особых последствий.

И хотя все стороны, вовлеченные в дискуссию по поводу инициативы Католикоса, говорят об отказе от «политизации», ее трудно избежать. Гарегин II занял свой пост в 1999, вскоре после избрания Кочаряна президентом Армении. И в течение двух его легислатур глава Армянской апостольской церкви активно взаимодействовал с ним, а затем и с Сержем Саргсяном. В окружении действующего премьера, а особенно в кругах идейно близких к нему общественников Гарегин II воспринимается, как союзник, по крайней мере, попутчик «старого режима». Тем более, в период массовых акций апреля-мая 2018 года, получивших впоследствии наименование «бархатной революции», Католикос дистанцировался от сторонников Пашиняна. 

Такое трудно забыть в особенности, если «дело Кочаряна» превращено усилиями властей в некий символ расставания с прошлым. Но на деле оно стало опасной воронкой: закрыть его сложно, ибо такое решение станет демонстрацией уступок, которые не факт, что оценит противоположная сторона. Но и играть в эту игру потенциально опасно для будущих перспектив. Вечных высоких рейтингов еще ни у кого никогда не было. 

Сергей Маркедонов