Про обесценивание.
Текст из блога «Атипичный нарцисс».

📌 Обесценивание - это защитный механизм психики. Всегда. Везде.
Моя психика с чем-то не справляется, ей тяжело. Поэтому она защищается вот таким способом.
От чего именно она сейчас защищается - тебе нужно найти.

📌 Например.
Читаю я одну блогершу. У неё полгода назад умерла одноклассница. С одноклассницей они особо не дружили, а последние полтора года и вовсе не общались. Но одноклассница умерла. И блогерша периодически делится тем, как ей от этого тяжело. Ушёл кусочек детства.

💥 Что делаю я?
Моментально реагирую: "Ах, у тебя кусочек детства ушёл? А у меня папа умер меньше года назад. А ещё дедушка, бабушка и дядя! И всё это раз в месяц: январь, февраль, март, апрель! А ещё у меня развод, новая работа и тяжелая стадия депрессии! И это только за этот год. И ничё, по интернетам не ною, хоть и на антидепрессантах пол года уже! Детство у неё ушло, посмотрите на неё, нытика кусок!"

💥 И перед тем, как вылить вот это всё "а некоторым ещё хуже, чем тебе, и ничо" на человека, я задумываюсь. Моё вот такое поведение - это сейчас о чём?

💥 Это сейчас о том, что моя психика защищается от чего-то, что она не может выдержать.
А не может она выдержать чужую боль. Вот совсем никак. Потому что своя боль ещё слишком тяжела и рана не затянулась до конца. На проживание смерти родного человека нужно около года. Из моей жизни один за другим ушло 4 человека и всё это меньше года назад. Потом это дополнилось ещё разводом, разделом имущества, поиском новой работы, экзаменами на гражданство.... И кучей всего помельче. Понятно, что моя психика не может до конца даже со своим справиться, а тут ей предлагается вывозить ещё чьё-то.

🔥 Чужой человек не виноват в том, что мне плохо. У него своя боль и своё горе. А у меня своё.
Она не виновата в том, что у меня пол семьи вымерло в начале года. Я не виновата в том, что происходит в её жизни.
🔥 Мы - две разные вселенные со своими ледниками и вулканами. И мы никак друг к другу не относимся. Если я могу ей помочь - я предложу свою помощь. Но сейчас я даже со своим разгрестись не могу. И я имею полное право не помогать другим пока мне плохо.

Разбор книжки Джона Эйкаффа "Закончи то, что начал" от Марины Корсаковой.
Из названия очень легко понять, про что она :)

Основные мысли:

1.

Люди хорошо умеют начинать - с понедельника, с первого числа или с нового года. Мы начинаем учить английский, худеть, заниматься спортом или творчеством, но только 8 %, по данным автора, доходят до финиша. Почему? Ну, например, потому, какие высокие требования мы предъявляем к себе - и, одновременно, как легко сдаёмся.

Один пропущенный день во время фитнес-марафона заставляет нас бросить весь проект целиком: ведь ВСЁ РАВНО мы уже не идеальны. Срыв во время диеты? - нафиг диету, неделю не работали над книгой? - нафиг книгу; мы не хотим получать "трояки" и "четвёрки" за то, как ведем себя в процессе движения к цели, - только "отлично"! ...Ошибся? Бросай!

Именно поэтому, пишет Эйкафф, самый важный, переломный момент в достижении любой цели - "день-когда-что-то-идет-не-так": вы не вышли на пробежку или не сделали работу или съели пончик. Поведение в ЭТОТ день отделяет неудачников от победителей. И ещё в "день-накануне-финиша" - многие из нас так сильно боятся закончить работу и обнаружить, что она всё ещё несовершенна/стала предметом внимания критиков, что в последние дни/часы/минуты включают самосаботаж.

2.

Ещё одна причина, по которой мы не доходим до финиша - нереальные цели. Эйкафф удивляется: почему все хотят пробежать марафон? Они никогда не бежали половину марафона, или пять километров, или даже один километр! Они вообще никогда не бегали прежде! Но настаивают именно на марафоне!

НЕ мечтайте масштабно, призывает автор. Сократите цели в два раза. Или увеличьте в два раза время, которое отводите себе на их достижение.

А еще, выпишите отдельно свои "стратегические слабости" - осознанные решения, что от чего-то вы отказываетесь и вам на что-то плевать (вообще или пока вы движетесь к какой-то конкретной цели), например, на красоту газона. Некоторые блюда могут быть проще в приготовлении, а некоторые вещи могут подождать.

3.

Что ещё мешает нам? Идея, что пользоваться лёгкими путями и получать удовольствие - это плохо. Кстати, у меня личная история про это есть: в школе я поспорила с подружкой. Я пересказывала ей какую-то книжку, - там же скучно про что-то-там, сказала она, - а я ей: я эти страницы пролистала! Нельзя пропускать страницы в книжках, - сказала мне подружка, - моя мама говорит, что так читают только дураки!

...Честно вам скажу: всю жизнь перелистываю/перематываю скучное. Читала - тонну, что-то - от корки до корки. А подружка эта так и не полюбила ни читать, ни учиться. А что тут любить?! Ведь скукота!

В книжке тоже про это написано много, - про то, что всё, что связано с весельем, как будто… не считается.

Танцы? Слишком весело, чтобы быть тренировкой! Прогулка с друзьями? Как интересное может быть полезным?! Фрисби? Это для хиппи! Ароматические свечки, игры в одно лицо, мотивирующие фотки? ...Несерьёзно.

Негласное правило: если занятие интересное и приносит вам радость, то оно ничего не стоит!

Радость - это индикатор того, что вы слишком мало работаете!

Запомните: если вы не несчастны, то вы не делаете ничего особенного!

...бррр.

Такая же история как со "скучно - весело" происходит с "сложно - легко". Процесс, устроенный ПРАВИЛЬНО, как следует - есть сложный.

В книжке приводится пример Боба, который не мог разобрать гараж: ПРАВИЛЬНО, конечно, было устроить полную распродажу. Для этого нужно было, - и я не стану вас утомлять списком из шестнадцати пунктов: он включает в себя самые разные вопросы работы с законодательством, и с платежными системами, и с ярлычками, и с чёртом лысым, поэтому Боб не выполнил этот список никогда. Хотя, если бы он написал объявление на веб-форуме района про любые пять вещей, он мог бы продать их. Продать всего пять вещей - проще, чем ПРАВИЛЬНО организовать распродажу. А потом - продать ещё пять вещей. Или десять.

Боб не сделал и этого: слишком легко.

4.

Следующий бес: фраза "до тех пор, пока".

Джон не может разобраться с налогами, ДО ТЕХ ПОКА не поймёт настоящие направления своего бизнеса и жизни.

Карен не начнет вести блог, ДО ТЕХ ПОР ПОКА не проработает с юристом вопрос об авторских правах, ведь если блог станет популярным, то кто-то может украсть контент и станет получать незаконные роялти за футболки и смешные шляпы, которые могут (!) начать производить по комиксам, основанным на её историях!

Но хорошего адвоката по авторским правам найти нелегко, и они довольно дорого стоят.

Получается, что Карен не может начать писать блог, ДО ТЕХ ПОР ПОКА не накопит денег.

А сколько людей не могут начать изменить питание, ДО ТЕХ ПОР ПОКА не изучат всё досконально и не выберут диету, не позволяющую совершить ошибки?! Ну а ПОКА вопросы с питанием не решены, не имеет смысла совершать длительные пешие прогулки.

Здесь же похожая вражина: "Если… тогда…."

"Если я буду слишком много тренироваться, у меня так сильно увеличится мышечная масса, что я не влезу ни в один костюм" - ну да. Прекратить выглядит безопаснее...

Перейду к РЕЗЮМЕ:

по большому счету, вся книжка - разборка с неадекватной самооценкой и тем, что мы привыкли называть "перфекционизмом" (имхо, настоящий, деятельный, а не прокрастинаторский, перфекционизм - лучше, чем явление, для описания которого всё чаще употребляется это слово).

Если вы читали уже много книжек на эту тему, скорее всего, ничего нового вы не узнаете. Но для какого-то усталого путника на дороге самосовершенствования этот напиток ситуативно может оказаться вполне прохладным.

Вопрос:
Скажите, а что делать, если периодически хочется не быть? Идешь по улице и думаешь: "Господи, стереть бы себя сейчас из этого мира. Исчезнуть и перестать существовать." Потом идешь дальше и как-то оно затихает. Что делать, если мысль эта загорается внутри, как анти-свет и светит на все вокруг и будущее своим черным светом. И от этого не хочется уже продолжать жизнь.

Ответ:

Наличие суицидальных мыслей является довольно распространенным явлением, при этом не все, кто имеют их, совершают попытки суицида.

Вы спрашиваете, что делать, если периодически хочется не быть, а затем описываете содержание своих мыслей. Это значит, что мы говорим не о вашем желании уйти из жизни, а о наличие у вас таких мыслей. Здесь важно заметить разницу между «я хочу исчезнуть и перестать существовать» с «у меня есть мысль, что я хочу исчезнуть и перестать существовать».

Когда мы разобрались, что имеем дело именно с мыслью, стоит понять, почему она вообще может возникать. Ответ связан с особенностями работы нашего разума и его способностью к научению и выстраиванию различных вербальных конструкций.

Наш разум стремится выполнять свою работу — помогать нам решать проблемы, он очень натренирован в этом, и часто функция суицидальных мыслей — это решение проблемы. Так или иначе, в течение жизни у нас может сформироваться связка «если я перестану существовать, то не буду испытывать боль/ решать трудность и т.п.». В таком случае, сталкиваясь с проблемами, наш разум будет предлагать нам одно из решений прекратить это все: не самое лучшее, но тем не менее одно из них.

Поэтому, понимание, почему у нас могут появляться такие мысли, помогает не проблематизировать сами мысли (которые безусловно могут очень пугать и огорчать нас), а смотреть на то, какую именно проблему они пытаются решить и работать уже с ней.

Кроме того, в своем сообщении вы описываете сильное влияние этой мысли на ваше самочувствие, что можно назвать слиянием с этой мыслью: когда она напрямую начинает влиять на вас и воспринимается буквально («Мысль эта загорается внутри, как анти-свет и светит на все вокруг и будущее своим черным светом. И от этого не хочется уже продолжать жизнь»).

Здесь важным шагом, который поможет снизить влияний подобных мыслей, будет научение относиться к ним именно как к мыслям. Если подумать, то в течения дня нас посещают различные мысли: не все, о чем мы думаем, сбывается, а часто то, о чем мы совсем не думали наоборот, может случиться.

Мыслительный процесс часто очень хаотичный и неподконтрольный нам, но поскольку мысли о смерти пугающие, мы в большей степени обращаем на них внимание и сливаемся с ними.

Резюмируя: безусловно, замечание у себя таких мыслей может пугать. В этом случае очень важно валидировать их: это более чем естественно и это связано с особенностями нашего разума. Чаще всего функция суицидальных мыслей — это решение проблем. Попробуйте обращать внимание не на содержание самих мыслей, а на то, в каком контексте они появляются: что происходит до того, как они появились? Какая проблема вызывает эти мысли? И попробовать решать проблему. Зачастую они вполне решаемы: это может быть усталость после работы, затяжной конфликт с близким человеком, неудача на работе и т.д.

(С) Мария Кривошеева

#вредныесоветы

МОРАЛЬНЫЙ КОДЕКС ЗАКОНЧЕННОГО НЕВРОТИКА

Я должен быть самым щедрым, тактичным, благородным, мужественным, самоотверженным и красивым.

Я должен быть идеальным любовником, другом, родителем, учителем/ студентом, супругом.

Я должен справляться с любыми затруднениями легко и с полным самообладанием.

Я должен всегда уметь быстро найти решение любой проблемы.

Я никогда не должен страдать; я всегда должен быть счастливым и безмятежным.

Я должен все знать, понимать и предвидеть.

Я должен всегда владеть собой и управлять своими чувствами.

Я всегда должен считать виновным себя; я не имею права причинять боль никогда и никому.

Я никогда не должен испытывать усталости и боли.

Я должен быть всегда на пике эффективности.

Отказ и отвержение так же далеки друг от друга и, при этом, могут слипаться и путаться, как и стыд с виной. Более того, похоже, эти пары понятий связаны между собой.

Вина и стыд отличаются степенью вовлечённости в ощущение «проступка». Вина - это чувство, возникающее, когда я понимаю, что сделал что-то не так. Стыд - когда ощущаю, что не так уже что-то со мной в целом. В первом случае - это проблема действий, во втором - идентификации.

Поведение можно менять, оставаясь при этом в ладу с собой. Гораздо сложнее справиться с ощущением испорченности, недостаточности «Я». Поэтому разобраться с виной, в большинстве случаев, проще, её можно искупить, сделав что-то, например, извинившись и возместив ущерб. От стыда так просто не избавишься, здесь требуется принятие, признание ценности человека.

Думаю, что это различение: с какого уровня я мыслю и говорю, идентификации (кто?) или поведения (что делать?), при несогласии в коммуникации, предопределяет и то, что различает понятия отвержения и отказа. Отказ - это про выбор действия. Отвержение - про оценочное отношение к личности в целом. "Я не хочу сейчас говорить (потому что хотел бы побыть один)" или "Я не хочу сейчас говорить (потому что ты мне неприятен).

Отвержение переживается очень болезненно, особенно если «под кожей» много стыда; отказ тоже неприятен, но воспринимается гораздо легче, если за ним не сквозит отвержение. Более того, токсичный стыд - это как раз результат продолжительного последовательного отвержения.

Отказ - это про «что». Отвержение - про «кого». Можно отказать и не ранить другого. А можно даже формально не отказывая, дать понять, что другой отвергнут и это будет переживаться крайне болезненно. Поэтому тактичные люди отказывая в чем-то другим, подчёркивают своё уважение к ним в целом.

Однако для ряда людей чувствительность в этом месте настолько обострена, что отказ равен отвержению. Поэтому некоторым так сложно отказывать другим. Страдая от постоянной самокритики и самоедства (верные признаки въевшегося токсичного стыда), они сами не выдерживают малейшего отказа, ощущая его как отвержение. Поэтому и с другими так не могут поступать. Или те, кто из-за болезненного страха отвержения предпочитают удерживать такую дистанцию, с которой спокойно, без ощущения вины можно отказать.

Конечно, здесь сквозной нитью проходит тема личных границ. Там, где они слишком жёсткие или, наоборот, недостаточно ясные, находится много места страху отвержения и стыду. Хотя правильнее сказать, думаю, наоборот, именно хроническое отвержение и токсичный стыд обостряют границы, превращая их в неприступные стены или густой туман.

Удивительно как мы ищем и находим друг друга в стремлении к близости, но как сложно может быть её выдерживать. Особенно если под виной маскируется хронический стыд, а отказ воспринимается как отвержение.

(С) Олег Чирков

Почему нельзя воспитывать подрастающее поколение на примерах героев?
Текст Светланы Паниной.
—-
Последние несколько недель мне хочется высказаться на эту тему. Раз за разом разбирая саморазрушительные сценарии очень хороших, чувствительных, честных, смелых и открытых людей, мы натыкаемся в психотерапевтической работе на одну и ту же уязвимость. И она не имеет никакого отношения к родительским посланиям. Эта довольно прочная конструкция впаяна в личность уже со стороны социума. Те самые прекрасные люди, которые заботятся обо всех вокруг, забывая о себе, часто в качестве жизненных принципов транслируют лозунги:
"Сам погибай, а товарища выручай"
"Свети другим, сгорая сам"
"Умри, но не сдавайся"

Кажется, что люди, которые живут в согласии с этими принципами, должны встречать исключительно уважение, ощущать свою силу и свободу. И внешне так оно, бывает, и выглядит. Да только внутри такие люди часто носят огромную боль и вину - вину выжившего.

Ведь если товарищ пострадал, то это потому что я не погиб. Со временем это трансформируется в то, что "если бы я погиб, товарищ бы не пострадал".

Если светил другим и не сгорел - плохо светил. Некачественно. Недобросовестно. Если бы сгорел - вот это было бы зачтено.

Если не умер, значит сдался. А сдаются только трусы.

Работать с этими убеждениями бывает очень трудно. Потому что на уровне мозга взрослый человек понимает условность этих выражений и абсурдность требования "умри, но не сдавайся", если речь идет о банальном проекте на работе, пусть и сложном, пусть и дедлайн "вчера". Но при этом работает на износ, страдает, что не может собрать всех бездомных животных и поселить к себе, предъявляет безумно высокие требования к себе, своей личности, развитию. "Я все понимаю, но не могу позволить заботиться о себе. Я отнимаю это время у других людей, которым нужна моя помощь".

Когда мы погружаемся в историю формирования таких убеждений, люди часто вспоминают о героях книг или художественных фильмов, которые приводились в пример, когда они росли. В возрасте около 10-13 лет. Как правило, дети в этом возрасте еще очень эмоциональны и критическое осмысление только начинает формироваться. Но на школьных уроках литературы и истории дети уже получают определенное представление, что одобрение, любовь и признание получают только герои , проявляющие самопожертвование и, желательно, трагически погибшие. Тогда они остаются героями, они больше не совершают ошибок, за которые их сбросят с пьедестала, что по контрасту с вечно ошибающимся и вечно виноватым школьником дает хотя бы приблизительный сценарий "как стать хоть кем-то".

Проблема литературных героев в том, что они литературные. То есть созданы или дорисованы творческим воображением автора, который, когда писал историю, не столько собирался воспитывать 10-13-летних подростков, сколько донести до своих сверстников (как правило, если писатель не детский, он пишет для своих ровесников) какую-то собственную мысль. При этом он щедро использует художественные приемы, даже если речь идет о биографическом произведении. Обычные человеческие черты размываются или даются только выборочно, лишь те, что способны подчеркнуть героические характеристики. По сути, тем же самым занимается реклама - она крайне редко рассказывает о реальных свойствах продукта, зато щедро обещает счастье от обладания.

Вся эта пропаганда героизма щедро подается как педагогический прием, подавляя, как правило, критическое осмысление образа героя, если он служит какой-то идеологии. И если учитель, взрослый человек, восхищенно пропагандирует героическое поведение детям, то часть детей, конечно, проигнорирует такое не имеющее к реальной жизни послание. Но всегда найдутся честные, открытые, с повышенным чувством справедливости идеалисты, которым горящие глаза учителя прожгут дырку в сердце. И там аккуратно поместится образ героя, в силу возраста, принятый и проглоченный целиком, без критики и сомнений.

О чем нам забывают сообщить учителя, так это о том, что героями (в том самом первичном смысле, древнегреческом) называли вовсе не людей.

Герои мифов, с которых написана почти вся современная литература, не были людьми. Они были полулюдьми - полубогами. То есть по сравнению с обычными смертными у них были значительные преимущества - дары богов, какие-то силы или покровительство "сверху". При этом они оставались смертными в банальной возможности погибнуть от ран, болезней или яда. Хотя изредка за подвиги они и получали в дар бессмертие, что еще больше роднило их с богами.

Литература продолжает эту традицию. Но теперь никто не говорит прямо, что герой обладает какими-то преимуществами. Теперь героизация выглядит по-другому. "Вот, посмотрите, обычный человек, а сделал что-то такое, что под силу только полубогу, то есть герою". Казалось бы, это должно звучать вдохновляюще " раз это смог "обычный человек", то и ты, смертный, сможешь". Но когда это озвучивается людям без жизненного опыта, это звучит обвиняюще "если ты не сделал чего-то героического, то ты никто и звать тебя никак, только герой имеет право быть услышанным".

Так и получается, что обычный честный человек, который идет своим путем наощупь, путем проб и ошибок, старается жить по совести и справедливости, но не забывает заботиться о себе, редко получает голос. Никто не расскажет о нем с восхищением, мало кто выслушает такой рассказ с уважением. Даже человек, который пережил катастрофу и вернулся к жизни, обычной человеческой жизни (что крайне сложно и требует почти нечеловеческих усилий) - это тот, кто должен молчать об этой катастрофе и стыдиться ее. Не волновать своими рассказами никого, если он не умер, спасая от этой же катастрофы любимого кота. Любимого соседского кота желательно. Своим котом настоящий герой, вроде бы, должен пожертвовать. "Герою" нашего времени вменяется не только сделать то, что под силу лишь жителям Олимпа, но еще и завести инстаграмм с миллионом подписчиков. И горе ему, если он будет жить жизнью простого смертного и не будет при этом страдать.

Но если присмотреться, самые теплые отношения у нас складываются с теми, кто говорит себе и другим:
"Сам выживай и товарища выручай".
"Свети другим и пусть другие светят тебе"
"Не умирай и не сдавайся" - люди, у которых нет божественной силы и дара бессмертия. Люди, которые ценят в других человеческое. И умеют прощать.

Есть простая истина: чтобы искренне мотивировать сотрудников, им необходимо дать возможность достигать успехов в своей работе. Достижения или маленькие победы являются краеугольным камнем мотивации - такая концепция впервые была предложена Фредериком Герцбергом в 1968-м и по своему дальнейшему влиянию сравнима, пожалуй, лишь с "Маркетинговой близорукостью" Левитта.

По прошествии полувека концепцию подвергали активной ревизии и проводили глубокие исследования, но ничего не изменилось. "Поддержка прогресса" – основной мотивирующий инструмент, даже несмотря на то, что таким его называли всего 5% менеджеров, принимающих участие в исследованиях.

Но что стоит за "поддержкой прогресса"? Ответ тоже простой: это события рабочего дня, которые зажигают эмоции и подпитывают мотивацию сотрудников. Десятки лет регулярно выходят исследования, рассказывающие о драматических изменениях продуктивности и внутренней мотивации, основанной на прессинге и эксплуатации страхов. И рынок захлёбывается практическими примерами – здесь теория с практикой слились в едином понимании. Но что-либо изменилось?

Да, в тех компаниях, которые смогли перестроиться. В тех, где менеджмент смог найти решение для простой задачи: как раздробить большую победу на ежедневные микродостижения, которые сотрудник может справедливо адресовать в свой адрес. Не порадоваться за успех всего бизнеса, а чётко оценить свой вклад. Каждый день.

"Трудовые достижения и признание" – это реальная проблема. С первым вроде бы всё неплохо, но признать заслуги подчинённых для многих бизнесов является серьёзной проблемой. И, что любопытно, вся масса подозрений (зазнаются, попросят повысить оплату и т.п.) никак не подтверждается ни исследованиями, ни практикой.

Парадокс? Безусловно. Но и возможность. Да реализации которой следует взглянуть на свой бизнес чуть под иным углом.

(с) Сергей Славинский

Про управляемое счастье и установки, конфликтующие с реальностью.
(С) Ева Кац
—-

«Ева, я хочу чтобы муж меня обеспечивал, но этого не происходит. Если я перестану работать, то нам не хватит денег. Я никогда не могу расслабиться и все время за это на него злюсь…»

Знакомая ситуация? У многих такое, я знаю. Хочется сеть и поныть, но делать мы этого не будем. Лучше посмотрим с точки зрения управляемого счастья.

—
Установки, которые идут в разрез с реальностью, делают нас несчастными
—

Примеры:
- муж должен зарабатывать
- государство должно обеспечивать нас в старости
- начальник должен сам повышать зарплату и пр.

От того, что мы ждем чего-то другого, мы не меняемся сами. Мы только обижаемся на обстоятельства и злимся, как дети.
Снова ждем и злимся. Сетуем на несправедливость.
Нигде в этой схеме нет выигрышной для нас позиции.

А если реальность по большей части не соответствует ожиданиям, эффективно работать с ожиданиями, а не с миром.

Изменчивый мир под нас не прогнется. Здоровая версия: принять, что мир не супер, проанализировать свое отношение и принять решение в свою пользу.

— В случае с мужем это будет зависеть от ваших отношений. Не обеспечивает и нет любви? Тогда зачем это вообще нужно?
Не обеспечивает, любовь при этом есть? Что будет, если ничего не делать с этой установкой (что он должен обеспечивать)? Если он скорее всего, в ближайшее время не возьмет новую высоту, будет только хуже. Обида будет расти, настроение портиться, уважение сойдет на нет.

А если пересмотреть свое отношение к ситуации? Например, вы прорабатываете этот момент с заработком и вашим ожиданием от мужа. Не ждете от него чудес, а фокусируетесь на своем деле и своем росте. Так, будто у него весло сломалось, а второе работает только в ваших руках. Плывем дальше.

Что меняется при этом? Ваше состояние. Нет обиды, нет злости, есть адекватное восприятие и здоровые отношения. В который вы не упрекаете, а поддерживаете. И на этом фоне партнеру легче восстановиться.

— А как изменение установки в голове работает с пенсией? Не надеетесь, начинаете копить деньги сами. Понимаете, что контролируете ситуацию сами. И нет уже никаких историй про несправедливость, какой в них толк вообще?

— А с начальником, которые зарплату не поднял и не оценил? Можно на кухне сидеть и жаловаться родне или пойти и поговорить, оценить себя и свой вклад в компанию и инициировать разговор о повышении.

Суть везде одна: если реальность меняться не собирается, самое лучшее, что можно для себя сделать — это проработать установки, которые с ней никак не совпадают и при этом мешают эффективно двигаться дальше.

Каждому из нас нужен свидетель его жизни.
Свидетель его радости, его достижений, его уверенности в себе.
Вольно или невольно мы выбираем себе в свидетели авторитетных, успешных, значительных.
Мы показываем им себя с яркой стороны.
Мы не скрываем от них своих масштабных желаний, амбициозных целей, дерзких планов.
Они поддерживают нас – мы расширяем пространство веры в себя и любим их.
Они не замечают нас – мы отвергаем себя и ненавидим их.
Каждому человеку нужен свидетель его жизни.
Не каждый рискует признать, что ему нужен свидетель его боли, его мучений.
Его смятений, его нарушенных обещаний. Его забытых слов.
Просто свидетель. Не судья. Не обвинитель. И даже не защитник.
Мы не ищем своих свидетелей.
Мы не верим, не ждем, но надеемся, что рядом появится человек, который примет в нас все. Все, что мы сами не можем принять и признать своим при ярком свете дня.
Все, что мы забыли на пути к успеху.
Примет без отрицания.
Без постоянных правок наших надежд и иллюзий.
Без стремления пусть даже мягко изменить наши убеждения.
Просто примет. И… останется рядом.
Каждому из нас нужен свидетель его жизни.
Не каждый готов понять, что свидетелей нужно выбирать.
По силе. По уму… По чувству...
Это добровольный негласный договор двух душ.
Не каждый принимает, что это договор равных.
По масштабу замысла.
По силе звучания.
По уровню развития.
Свидетель тоже выбирает.
Иначе он не сможет быть искренним.
Не сможет быть неравнодушным.
Ему останется только сочувствовать нам или охранять нашу жизнь.
Каждому из нас нужен друг, который будет неравнодушен к тебе.
К хорошему и плохому, обыденному и яркому, красивому и безобразному.
Он очень нужен, чтобы ты поверил, что твоя жизнь не окажется незаметной, не будет безвестной, не будет напрасной.
Вольно или невольно каждый из нас всю жизнь ищет своего друга, своего свидетеля.
Одни ждут, что в это время оркестр сыграет туш.
Другие признают, что нашли его по тому, как схожи их мысли, их ритмы, их пути.
Некоторые из нас находят своего свидетеля, но так и не могут его узнать.
Не могут признать важность своей жизни в глазах другого.
Не могут перестать поворачиваться к другу только яркой стороной.
И если он не уходит, остается рядом, они закрывают глаза и ускоряют ход, не заметив, как переступили порог своей души.
Миллиарды людей живут на планете.
Кому интересна одна единственная жизнь?

(с) Алессандра Успенская 2008-20015

«Опыт — это не то, что с вами произошло. Это то, что вы делаете с тем, что с вами произошло»
О. Хаксли

Про страх ошибки и бабочку.
(С) Татьяна Мужицкая

⠀
Я уже совсем большая девочка, я профессиональный психолог и тренер. И все равно я себя ловлю на этом вот гадском явлении. Страх ошибки.
Он сковывает перед «белым листом». Ну когда нет опыта решения подобных задач. И в то же время, он нападает, когда ты вспоминаешь, что в прошлый раз накосячил в подобной ситуации.
⠀
Казалось бы- ну и что?
⠀
Плохо, что он буквально сковывает. И творческую мысль и физическое тело. И вводит в нересурсное состояное. А из этого состояния действительно не думается, не творится и не делается. А то, что делается, получается не так хорошо, как могло бы....Замкнутый круг.
⠀
Понимаете, о чем я?
⠀
И если в рабочих процессах я давно научилась двигаться в потоке, принимать новые решения и маневрировать... то на поле личной жизни мне сложно.
⠀
Я лучше всех в мире варю кофе! Но когда я варила кофе ДЛЯ НЕГО, у меня все сбежало, пригорело и вообще...
⠀
Юношеский максимализм из серии: « Ааааа!!!! Все пропало!!!! Я все испортила!!!»
И очень смешно бывает наблюдать за собой снаружи. И очень больно и страшно внутри.
⠀
А тут в гостях у Роман Доронин я познакомилась с его бабочкой по имени Руна. Вот мы на фото. Она буквально в первый день как вылупилась сломала себе крылышко. Ассиметрия не позволяла ей летать. И знаете, какое решение нашло это маленькое «безмозглое» существо? Она каким-то образом обломала второе крыло. Да так, что стала симметричная. И летает себе по дому радостная. И не парится собственными ошибками или некрасивостью. Просто летает.
Я смотрела на нее и буквально пела гимн жизни! Ее мудрости!
⠀
Если бабочка смогла, то я тоже смогу. Правда же?
⠀
Иногда быть «безмозглым» существом гораздо проще. Ты не думаешь на сто ходов вперед. В условиях неопределенности это вообще бессмысленно. А в личных отношениях даже опасно. Начнешь любимого под шаблон подгонять и обижаться, что он, сцуко, не подгоняется...
⠀
Нет, можно как бабочка. Простро стремиться к полету. И не закрываться от потока любви. Любовь пробьет себе дорогу. Даже через асфальт.
⠀
Да, из тебя будут течь слезы, а ум будет метаться от собственной беспозености... да и хрен с ним. В этот самый момент у счастья есть шанс случиться в здесь и сейчас.

Из книги «Другая школа»
Слава Полунин

— Меня всегда сажали поближе к учителю: чтобы всё, что со мной происходит, было сразу видно и этот «вирус» не расходился по всему классу. Со мной обычно сажали главного двоечника, а они бывают очень интересными людьми — так что у меня всегда были замечательные друзья.

Однажды я принес в школу пятьдесят воробьев. У нас во дворе была будка, где жили куры. Там мы высыпали зерно, и птицы слетались туда зимой. К двери в будку я привязал веревочку. Когда в будке набралось побольше птиц, я дверь захлопнул, туда залез, набрал целую корзину воробьев, принес в школу и под лестницей поставил. А когда никто не видел, открыл клетку, и они разлетелись по всей школе! В общем, уроки отменялись, потому что не было смысла со всем этим что-либо делать.

Мой классный руководитель сделала большое дело. Однажды она рассказывала про город Ленинград. И так, что у меня просто челюсть отвисла: «Там люди ходят интеллигентные, никто мимо урны не плюнет, там всё красиво, мосты, белые ночи...» Мне после этого ночами сны снились: я брожу по Ленинграду, везде белые ночи, и никого вокруг. Окончив школу, я тут же сказал: «Мама, мне срочно нужно учиться!» Я понимал, что она этого хочет. Мама сказала: «Ты должен стать инженером, а потом делай что хочешь». Я согласился и рванул в Ленинград.

Через три года инженерного института я рискнул и пригласил маму в Ленинград посмотреть, что я делаю. Потому что в институте я учился днем, а вечером занимался любимом делом: выступал. Мама приехала, перед ней огромный зал на 2000 человек, я ее посадил на лучшие места. И она видит: всё в лампочках, люди танцуют, поют — и я в серединке. После этого сказала: «Ну ладно, Слава. Я чувствую, ты все-таки на хлеб-соль этим делом заработаешь. Можешь забыть про обязательство быть инженером, когда закончишь институт». Я говорю: «А давай я хоть сейчас уйду?» Она говорит: «Ты сначала поступи в другой, а потом уйдешь из этого». И я быстренько по- ступил в Институт культуры.

Через восемь лет я выпустился, и ректор сказал: «Окончание Полуниным нашего института доказывает, что вечных студентов не бывает!»

Самый лучший способ научиться — это преподавать самому. Тебе приходится заниматься и находить, что рассказать ученикам. Поэтому мне пришлось очень быстро изучать свой предмет по книжкам.

Школа для меня — это ни в коем случае не сидение за партами, не изучение предмета. Это возможность вместе во что-то вляпаться.

Однажды я ввел запрет на работу и репетиции в театре. Вообще запрещал это все. Говорил: «Здесь только веселятся и отдыхают! Все, кто сюда приходит, только радуются жизни, ничего не делают, смешат друг друга, рассказывают всякие басни и пьют пиво». В конце концов это стало очень строгой формой во всех моих проектах. У нас везде запрещено работать. На первых порах ученики еще не знали, как к этому приспособиться, и репетировали ночью, пока никто не видит. Это стало сладким запретным плодом. Люди просто захотели этим заниматься.

Взросление наступает, когда мы перестаем удивляться. Главные слова в жизни — «ух ты!». До тех пор, пока ты говоришь: «Ух ты!» — ты еще не повзрослел.

Школа — это не подготовка к чему-то. Это часть твоей жизни. И за каждую прожитую минуту ты должен испытывать гордость и радость.

Главное правило для всех моих проектов — я работаю только с теми, кого хочу обнять.

Если я педагог — это не значит, что я что-то кому-то говорю. Это значит, что мы вместе куда-то движемся. Мы выбираем приключение, и я капитан на этом судне, которое плывет неизвестно куда. Интерес в том, чтобы вместе что-то потрогать, обжечься, получить какое-то удовольствие от творчества и познания.

Школа — это инструмент, который приближает тебя к мечте.

В конце концов я понял одно: моя задача только в том, чтобы «открыть башку». Просто дать возможность людям видеть всё, что скрыто. Сначала снять ограничения, границы и боязнь, а потом открыть вдохновение у этих людей. «Я хочу!», «Я знаю!», «Я могу!» и так далее. Когда кто-то приходит ко мне в школу, я сначала «срываю дверь с петель».

То есть у человека здесь закрыто, там закрыто на ключик, а я двери снимаю на фиг — и всё, весь горизонт перед тобой. И вот когда человек это чувствует, он сам всё сделает. Не надо даже ему помогать!

Искусство не имеет смысла, твое творчество само по себе уже является смыслом. Ты преображаешь, создаешь миры. Они увлекают людей и немножко поднимают их над землей. Вот ты садишься за зеркальный стол, ешь и смотришь на небо. Это пример того, как надо жить. Всё время смотреть на небо.

я в третьем классе: господи, все уже открыто до меня, каждый, сука, крохотный остров нанесен на карты, ну почему я не родился на четыреста лет раньше. как скучно жить, на моем веку не будет ни великих открытий, ни великих возможностей.

господь: ладно.

несколько лет спустя.

господь: я тут слегка разрушил советский союз, бей, убивай, открывай торгово-сырьевую биржу.

я: мне пятнадцать.

господь: ладно.

несколько лет спустя.

господь: смотри, интернет.
я: шесть долларов в час?!
господь: ну ты зайди. плюс по ночам дешевле. все шедевры мировой литературы в библиотеке гутенберга плюс статьи по физике.
я: а это что?
господь: блин.
я: ну не прячь.
господь: невероятные коммерческие возможности. новый фронтир. все как ты хотел. можно, например, сделать сайт, который будет торговать книгами.
я: ну-ка, ну-ка.
господь: или вообще всем подряд!
я: господи, как это в нее помещается?! надеюсь, ей не больно!
господь: господи.

несколько лет спустя.

господь: как дела?
я: в принципе, норм, но мне нужна какая-то возможность, которой я мог бы воспользоваться, понимаешь? дай мне точку бифуркации, и я сдвину землю.
господь: кстати, о земле. я разрушил югославию.
я: зачем?!
господь: ты же не думаешь, что ты у меня один, правда?

несколько лет спустя.

господь: веб 2.0?
я: нет.
господь: международный терроризм?
я: нет.
господь: подкасты?
я: да ну что ты.
господь: я тебе гарантирую, что они полетят лет через пятнадцать.
я: да ну брось.
господь: может, вложимся в эпл?
я: пфф.
господь (мстительно): хочешь купить юкос на хаях?
я: звучит норм.

несколько лет спустя.

господь: а вот биткойны!
я: шесть долларов за биткойн?!
господь: будет дороже.
я: я не могу вложить все свои сбережения в четыре биткойна.

несколько лет спустя.

я: так что там с точкой бифуркации?
господь: опять?!
я: да. предыдущие были как-то не очень. особенно юкос.
господь: биткойны?
я: три тысячи за биткойн?!
господь: надо было брать по шесть.
я: кто ж знал.
господь: кхм.
я: ну ладно, давай еще разок, тут уж я буду начеку.
господи: окей.

я: пандемия?!
господь: ну а почему нет.
я: господи, какой в этом смысл-то.
господь: я задаю себе тот же вопрос.
я: ладно, мне нужна подсказка.
господь: фондовый рынок? на этот раз верняк, зуб даю.
я: спасибо, я по твоему совету уже юкос однажды купил.
господь: биткойны?
я: семь тысяч долларов за биткойн?!
господь: бля.

год спустя.

я: господь, все уже открыто до меня. каждый крохотный остров нанесен на карты. на моем веку не будет ни великих открытий, ни великих возможностей.

я: господи?

я: господи?

я: эй? есть кто дома?

незнакомый голос: молим вас останите на вези. ваш позив нам је веома важан.

(С) Владимир Гуриев

Люди спрашивают меня: «Какие приободряющее слова у вас есть для предпринимателей, которые хотят начать стартап?». Что ж, мой ответ таков: «Если вам нужны приободряющие слова — не начинайте стартап».

//из интервью Илона Маска

Друзья, приглашаю на вебинар.
«Нелюбимая работа: жизнь по чужому сценарию»
Однажды выбранный неподходящий сценарий может завести очень далеко в дебри грустной жизни.

"А может пора уже принять, что вот такая вот она, жизнь взрослого человека? И нужно смириться и сдаться?"
На самом деле - нет.

На вебинаре расскажу, какие бывают типовые сценарии.
И как понять, что это на самом деле не ваш сценарий, а не просто вы недостаточно стараетесь.
Будет очень насыщенная теоретическая выжимка из моего опыта работы с профессиональным выгоранием, ленью, прокрастинацией и вечной загнанностью.
Будет про то, как уходить с нелюбимой работы, когда ты не студент, который может бросить все и поехать искать себя в какую-нибудь Индию, а вполне себе состоявшийся специалист с детьми, ипотеками и прочими отягчающими обстоятельствами.
В конце разберем 1-2 кейса участников. Будет возможность задать вопросы голосом.
Среда 10 фев, 17:00, zoom.
Регистрация по ссылке http://serzhantova.tilda.ws/tell-me

Друзья, делаю сегодня комнату в Clubhouse по теме «Работа по призванию».
Буду разбирать кейсы слушателей и отвечать на вопросы по этой теме в прямом эфире.
Коллеги, присоединяйтесь тоже в режиме дискуссии.

https://www.joinclubhouse.com/event/xXzQYeJD

Три танца психотерапии

За десять лет нахождения в психотерапевтическом поле я перевидал практически все мыслимые и немыслимые методы, подходы и техники, начиная с самых респектабельных и заканчивая дремучей эзотерикой и даже полумошенническими практиками. Многие из них я опробовал лично на себе из профессионального интереса: я смотрел курсы Тони Роббинса, жесткие разборы Бизнес-молодости и группы Ройтмана, проходил марафоны, брал терапевтические сессии у психоаналитиков, гипнотерапевтов и просветленных гуру, и один раз даже сходил на лекцию-консультацию Лабковского в Москве.

Оглядываясь назад, я понимаю, что в сущности всю психологическую помощь, придуманную человечеством, можно поделить на три вида, у каждого из которых есть своя сфера применения, свой уровень эффективности и своя танцевальная метафора:

1. "Делай раз, делай два" - это уровень рациональных мыслей и упражнений. Сюда можно отнести любую жестко регламентированную и протоколированную терапию, все "разборы" и разговоры о проблемах на рациональном уровне, все онлайн-курсы, марафоны и чат-боты, почти весь коучинг и почти все обучение психологическим навыкам.

Эта работа обычно полезна в двух случаях: когда человек страдает тяжелым клиническим заболеванием с сильным дефицитом базовых навыков саморегуляции и организации своей жизни (типичный пример помощи в таких ситуациях - ДБТ-терапия Марши Линехан), либо если человек никогда не работал со специалистом, практически ничего не знает о психологии и хочет приобрести самые базовые знания о себе в качестве развлечения или просто для общего развития. Для работы на этом уровне, психологу не требуется особенно тонких профессиональных навыков - достаточно пройти довольно недолгое обучение и научиться пользоваться готовыми инструкциями. В терминах танцев такую работу можно представить в виде "танца со стулом" - терапевт здесь не является живым человеком со своими переживаниями, а роль партнера по танцу выполняет план, методика или набор заготовленных идей.

2. "Слышу, сочувствую, поддерживаю" - это уровень эмпатического слушания и сопереживания. Это тот уровень, на котором работают почти все начинающие психотерапевты и большинство опытных. Также сюда можно условно отнести все методы терапии, в которых считается, что достаточно хорошо поддержать и полюбить клиента, настроиться на его переживание, подставить плечо, "просто побыть рядом" - и клиент сам поймет себя найдет наилучшее решение своей проблемы. Именно этот уровень соответствует статистически измеренным эффектам психотерапии, всплывающим в исследованиях, и именно он ответственен за то, что почти у всех методов психотерапии они в результате замеров получаются примерно одинаковыми.

Такая работа может быть полезна людям, которых никогда не слушали и не понимали, у которых нет опыта увиденности и эмоционального отражения. Для работы на этом уровне также не требуется особенных навыков, достаточно 1-2 лет обучения в послевузовской программе по психотерапии, хотя несомненно чем больше у человека образования, тем точнее и тоньше работа. В терминах танцев в этом подходе клиент танцует свой танец, а терапевт включается в уже готовый танец в роли чуткого, но подчиненного партнера, танцующего на полшага позади.

3. "Дзен" ("у-вей") - это уровень аутентичной экзистенциальной встречи. Он возможен только в подходах, в которых ни у клиента, ни у терапевта нет жестко зафиксированной роли в терапевтическом процесс (точнее, роль может радикально меняться в разные моменты времени) - а именно, в психоанализе, гештальт-терапии, современной экзистенциальной терапии и т. п. Но даже в этих подходах специалисту требуется много личной терапии и много дополнительного обучения, чтобы частично перейти в своей работе на этот уровень.

Такая работа может быть полезна всем, но самую большую пользу от нее могут получить люди с самыми глубокими психологическими проблемами - клинической депрессией, суицидальными попытками, большим количеством травматического опыта и опыта абьюза, опытом самоповреждения, пищевыми расстройствами и т. п.