Удивительно, как еще до войны у нас не использовались уникальные возможности для развития исторического туризма.

Институт исторической памяти есть, а исторического туризма - нет.

В истории мирового психоанализа, ключевое место занимает история "Человека-волка".

Речь о помещике Сергее Панкееве.

В 1910 — 1914 годах Сергей Панкеев лечился у ряда врачей, в том числе у всемирно известного Бехтерева.

Ему поставили диагноз "маниакально-депрессивное безумие".

Но Зигмунд Фрейд не согласился с диагнозом, определив у пациента невроз навязчивости.

Состояние сформировалось в результате влияния на пациента авторитарного отца и религиозной матери.

Анализ Фрейда строился на повторяющемся детском сне пациента.

Панкеев так его описал:

Мне снилось, что это была ночь, и я лежал в кровати.

(Моя кровать была развернута ногами к окну; перед окном росли старые орешники. Я знаю, это была зима и ночь.)

Внезапно окно открылось, и я испугался, когда увидел, что несколько белых волков сидели на ветках прямо перед моим окном.

Их было шесть или семь.

Они были все белые, больше похожи на лисиц или овчарок, у них были хвосты как у лисиц и уши как у собак, когда они обращают на что-то внимание.

Испугавшись, что меня съедят волки, я закричал и проснулся.

Няня подбежала к моей кровати, чтобы посмотреть, что со мной случилось.

Меня ещё долго убеждали в том, что это сон; я отчетливо видел, как открывается окно и как на дереве сидят волки.

В конце концов, я немного успокоился, почувствовав, что избежал опасности, и снова заснул.

Фрейд считал, что волки во сне пациента - образ отца.

А образ открытых окон и волков на дереве — признак подавленной сексуальной фантазии (в которой отец является хищником, а пациент — жертвой).

Все происходило в Дворце-Усадьбе Дубецких-Панкеевых («Волчье логово»).

Находится она в селе Васильевка Беляевского района Одесской области.

Ее построили между 1830 и 1854 годами по проекту автора Потемкинской лестницы — одесского архитектора Франца Боффо, а парк - по проекту архитектора Ивана Даллаква.

Возле дворца посадили 74 ореховых дерева.

Место мистическое, но сейчс в полном упадке.

После 1990 года дворец почти разрушили жители села, разобрав на стройматериалы.

А парк вырубили еще в 1918-1920.

Почти не осталось ореховых деревьев.

От фонтанов - пара камней.

Но еще есть пруд и часть леса.

В 2007-м здание дворца продали некоей ТОВ-ке за 1,7 млн грн под обязательства восстановить обьект.

Но ничего не сделано, дворец может рухнуть в любой момент.

Но локация уникальная: история с мировым контекстом, еще сохранившиеся руины дворца, подвалы и подземелья, остаток парка, пруд.

Казалось, восстановите обьект, посадите ореховые деревья, заведите белых волков - от туристов со всего мира отбоя не будет (конечно, после войны).

Но жители села предпочитают разбирать дворец на кирпичи для своих сараев и заборов....

А местной власти не интересно - российский помещик с расстройством психики не входит в официальный исторический канон.

Кстати, Панкеев прожил до 93 лет и умер в Вене в 70-х годах 20 века.

Остатки дворца:

Можливо, уряд просто хоче підвищити доходи бюджету за рахунок нових податків?

- Уряд розраховує, що від всіх цих нових податків бюджет отримає додатково 40-60 млрд. грн.

Якщо подивитися нашу видаткову частину — 4,8 трлн. грн., то цих грошей вистачить на 4-5 днів.

При цьому такі інновації б’ють по найбільш  незахищеним підприємцям і вразливим групам населення.

Наприклад, так званий податок на OLX, тобто на дохід, отриманий на цифрових майданчиках.

Візьмем кур’єра Глово, який має платити податки.

Ну це як податок на рікш в Індії.

Але рікши не платять податки. А в нас чомусь вирішили, що умовний податок на рікш підніме доходи бюджету.

- А щодо ПДВ для ФОПів, які отримують річний дохід більше 4 млн. грн.? Така норма теж є в урядовому законопроекті. 

-   4 млн. грн. - це дуже невеликий поріг.

До того ж йдеться про виручку, а не про прибуток.

Якщо рентабельність ФОПу 10 %, то він отримує прибуток 400 тисяч з обороту 4 млн. на рік.

Якщо у нього будуть забирати 20 % ПДВ, і він не може сформувати податковий кредит, то він працюватиме собі у збиток.

Адже ПДВ буде вищим за його рентабельність.

Це призведе до їх масового закриття або переходу в тінь.
4 млн. покажуть офіційно, а інше будуть намагатися приховати.

Що цікаво, уряд не хоче шукати гроші там, де вони буквально лежать на землі.

Наприклад, в 2025 році в нас був побитий рекорд імпорту елітних авто, яких завезли на 1 млрд. євро.

Якщо застосувати до них податок соціальної солідарності у 50 %, то це б дало до бюджету 500 млн. євро або 25 млрд. грн додатково.

25 млрд. грн. - це вдвічі більше того, що уряд хоче отримати від зниження планки по ПДВ для ФОПів.

Цей податок не матиме негативного впливу на економіку, тому що йдеться про імпортні товари.

Більше того, зменшення імпорту таких авто — це зменшення виводу валюти за кордон, що під час війни є позитивом.

В Ізраїлі, до речі, податки на імпорт авто можуть складати ще одну ціну цього автомобіля.

Ну і так само відшкодування ПДВ імпортерам, яке теж встановило рекорд минулого року — більше 100 млрд. грн. 80 % цієї суми пішло експортерам сировини — руда, зерно, і т.д..

Я вважаю, що під час війни держава не має відшкодовувати ПДВ експортерам сировини, а лише при експорті складних товарів.

https://blik.ua/finance/30307-ukrayini-vistachit-groshei-minimum-na-rik-oleksii-kush-pro-dopomogu-zakhodu-cini-na-palne-ta-novi-podatki

Скоординована інформаційна атака на мера Харкова – це про політику, а не про управління містом.

Війна формує токсичні умови в життєдіяльності великих прифронтових мегаполісів.

Це, можна сказати, аксіома війни.

Аксіома друга: подобається це комусь чи ні, держава має дотувати функціонування певних соціально-економічних процесів на таких територіях.

Наприклад, збереження робочих місць, розміщення державного замовлення серед місцевих підприємств, безкоштовний проїзд в транспорті, продуктові дотації соціально вразливих верств населення, тощо.

Проблема полягає в тому, що зусиль на централізованому рівні, очевидно, недостатньо.

Все фінансове навантаження лягає на місцеві бюджети.

Забезпечення таких міст як Харків електроенергією та теплом - вже саме по собі подвиг.

Комунальна інфраструктура прифронтових міст - це суцільна рана, яка тільки-но загоюється, як її розятрює війна і так по колу.

Платоспроможність населення прифронтових міст, суттєво відрізняється від "тилових".

Менше робочих місць, більш високі ризики для бізнесу.

Але деякі прифронтові міста, такі як Харків, роблять надможливе: забезпечують містян теплом та електроенергією, дотують роботу місцевого транспорту (а не підвищують вартість проїзду у ньому).

Верх цинізму, звинувачувати керівництво таких міст у "заборгованості" в міській системі комунальних послуг.

Але такі звинувачення "раптом" почали лунати в пресі.

8 квітня "Економічна правда" опублікувала статю, в якій назвала систему комунального господарства Харкова "комунальним комунізмом", зокрема, тому що там вчасно не стягують комунальні борги.

Але те, що на пятому році війни в Харкові як годинник працює комунальне господарство - це не "комунізм", а ефективна система міського менеджменту.

Крім того, існує не тільки заборгованість Харкова, але й борги центральної влади перед міським бюджетом.

Стаття готувалась саме як "інформаційна торпеда" проти міської влади Харкова, зокрема, Ігоря Теререхова.

Вірогідно, його політичним конкурентам дуже не подобається те, що мер і його можлива політична сила потрапляють на чільні місця у соціологічних дослідженнях 9 https://socis.kiev.ua/ua/2026-03-26/ ).

Саме тому і конотація у назві з "комунізмом", аби причепити ярлик ще на рівні заголовку, у розрахунку, що далі читати не будуть.

І статистика, зібрана поспіхом: у статті вказана сума заборгованості підприємств теплокомуненерго Харкова у розмірі 27,3 млрд грн, хоча це загальний борг по області.

В той же час, заборгованість КП "Харківські теплові мережі" за природний газ та його розподіл становить 22,3 млрд грн. і 2,6 млрд грн – це штрафні санкції.

Значна частина цієї суми була сформована ще до війни під час шокової тарифної реформи 2014-2018 років, коли багато мешканців українських міст не могли платити за тепло, а підприємства ТКЕ - за газ.

І Уряд так і не врегулював проблему з цією заборгованістю, хоча обіцяв.

Зараз, очевидно, тарифна політика в прифронтових, власне, вже воєнних містах, які постійно чують «роботу» ствольної артилерії має відрізнятись від інших кластерів країни.

Так само як і списання заборгованості.

Війна - це борги.

Тому і державний борг зріс до 100% ВВП.

Критикувати міську владу в прифронтових містах під час війни можна за відсутність тепла і світла, а не за борги за світ і тепло.

Усім приготуватися до нових цін на стелах АЗС «усе по 100».

Розберемося, як криза у Перській затоці вплине на паливний ринок України і чи врятує нас «єБачок».

Передусім треба розпочати з матчастини.

Україна, попри виснаження внутрішніх родовищ, має ще достатньо значний нафтовидобувний потенціал — десь на рівні 395 млн бар. сукупних запасів нафти, і займає 50-ту сходинку світового рейтингу основних нафтових країн.

Запасів нафти в Україні вистачить на п’ять років внутрішнього споживання.

Однак проблема полягає у тому, що в Україні майже повністю знищена внутрішня переробка нафти, зокрема Кременчуцький НПЗ.

Щороку Україна видобуває нафти і газового конденсату на рівні трохи більше 2 млн тонн.

Зважаючи на те, що експорту сирої нафти з України майже немає, вона має «десь» перероблятися всередині країни.

Мова про умовно децентралізовану переробку та нафтохімію.

На добу Україна споживає у нафтовому еквіваленті (через різні паливні продукти) приблизно 200 тис. умовних барелів нафти, або більш як 9 млн тонн щорічно.

Імпорт нафтопродуктів в Україну становить до 8 млн тонн на рік на суму 6–7 млрд дол.

Збільшення світових цін на нафту на 10 дол. за барель — це умовні втрати українського ринку на рівні 2 млн дол. на добу.

За час війни США з Іраном нафта зросла у ціні на 40 дол./бар.

Тобто йдеться про втрати на рівні 8 млн дол. на добу.

Місяць війни на Близькому Сході — це плюс 240 млн дол. додаткових витрат у межах енергетичного балансу країни, або до 3 млрд дол. додаткових витрат, якщо війна протриває рік і ціни на нафту не зростуть вище 100–110 дол./бар.

Або додаткові витрати на рівні до 5 млрд дол., якщо війна триватиме, а ціни на нафту зростуть до 150 дол. за барель.

Наведена вище динаміка підтверджується і динамікою цін «на землі».

Середня ціна на бензин марки А-95 перевищила 72 грн/л, а дизельного палива — 82–84 грн/л.

Ціна автогазу збільшилася до 45–46 грн/л.

Враховуючи, що ціни на природний газ на європейському ринку підвищилися внаслідок війни в Перській затоці до 1000 дол. за тисячу кубометрів, суттєво зросте і вартість імпорту природного газу в Україні.

На одному мільярді кубометрів переплата за умови збереження нинішнього рівня цін становитиме для нас до 500 млн дол.

Зважаючи на надкороткий опалювальний сезон 2025/2026, Україна зберегла досить високий рівень запасів природного газу в підземних сховищах газу — близько 9,5 млрд кубометрів.

До початку опалювального сезону 2026/2027 у ПСГ необхідно накопичити до 15 млрд кубометрів.

Звісно, суттєво впливатиме на обсяги такого закачування в резерви внутрішній видобуток природного газу в Україні.

Але цей показник досить важко спрогнозувати, враховуючи постійні удари РФ по газових родовищах та інфраструктурі видобутку (переважна більшість родовищ розташована на сході країни, в Сумській, Полтавській і Харківській областях).

Однак від показника внутрішнього видобутку залежить насамперед показник планового імпорту природного газу.

Яким він буде?

Розглядаються моделі від 1 млрд до навіть 5 млрд кубометрів (у разі тотальних атак на газові родовища).

Якщо війна у Перській затоці триватиме, це означає, що переплата за імпорт природного газу може становити від 500 млн до 2,5 млрд дол. (максимум).

Втім, є варіант і подальшого підвищення ціни природного газу до 1,5 тис. дол. за тисячу кубометрів у разі ескалації війни на Близькому Сході надалі, коли трафік скрапленого природного газу з Катару буде повністю заблокований.

Таким чином, у контексті імпорту природного газу та формування резервів у ПСГ можна розглянути варіант «лайт» і варіант «хард».

Варіант «лайт»: швидке завершення війни в Ірані та стабілізація газового ринку та тлі системної захищеності газових родовищ в Україні.

Тоді мова йтиме про втрату кількох сотень мільйонів доларів за підсумками цієї цінової кризи.

Варіант «хард»: зростання ціни на європейському ринку до рівня у 1,5 тис. дол. на тлі інтенсифікації ударів РФ по інфраструктурі газового видобутку в Україні.

У цьому разі сума втрат зросте до 5 млрд дол.

Приблизно така ж сума втрат можлива за варіанта «хард» на ринку нафтового палива.

Сукупний максимальний паливний шок тоді обійдеться для української економіки у 10 млрд дол. на рік (варіант «хард») і до 1 млрд дол. сукупно — при варіанті «лайт».

На сьогодні Антимонопольний комітет України розпочав перевірку обґрунтованості різкого підвищення цін на АЗС, але тут треба розуміти специфіку цінових коливань на паливному ринку.

Як працює логіка власників АЗС?

Збільшення світових цін на паливо призводить до переоцінки товарних запасів на складі відповідно до нових цін, навіть якщо це паливо було законтрактоване ще за старими цінами.

Наведемо простий приклад: у вас на складі 1000 л палива за старими цінами на рівні 50 грн.

Вартість палива у разі його реалізації — 50 тис. грн.

Припустимо, ціни зростуть до 100 грн за літр.

Якщо ви продаватимете це паливо за «старою» ціною, то отримаєте виручку обсягом 50 тис. грн.

Але, враховуючи зростання цін, за 50 тис. грн ви зможете придбати не 1000 л, а 500 л, тобто вдвічі менше.

І так далі до повного вичерпання обігових коштів.

Для того аби ваш маржинальний бізнес працював, ви маєте продати свої товарні залишки на складі за новою ціною, отримати 100 тис. грн і тільки тоді зможете придбати чергові 1000 л палива.

Хоч як парадоксально це звучить, але мережі АЗС починають заробляти на треку падіння цін на паливо.

Тоді в нашому прикладі, продаючи паливо за ціною в 100 грн і отримуючи виручку в 100 тис. грн, АЗС у разі падіння цін до 50 грн за літр зможуть купити не 1000 л нового палива, а 2000 л.

На треку зростання ціни, якщо у вас саме маржинальний бізнес, тобто торговельне посередництво, ключова мета — не отримати збитків.

Заробляють тут видобувні компанії, які зберігають доступ до світової логістики. 

Крім того, варто врахувати специфічну еластичність палива за ціною. 

Моторне паливо — товар з низькою еластичністю, нижче одиниці.

Еластичність товару за ціною розраховується як відношення відносної зміни попиту до відносної зміни ціни.

Якщо товар нееластичний, його коефіцієнт еластичності нижче одиниці: попит на товар змінюється повільніше за зміну ціни на нього.

За таких умов обсяг споживання у разі зростання ціни залишатиметься на стабільно високому рівні (з незначними коливаннями).

Той, хто їздив на автомобілі, і надалі це робитиме.

Автовласник купував паливо за ціною 50 грн/л і робитиме це за ціною 75 грн/л.

Наприклад, на добу власник автомобіля витрачає 5 л палива.

Зростання вартості такого обсягу становитиме для нього, в нашому прикладі, 125 грн на добу.

Що стосується еластичності моторного палива за ціною, то вона розраховується як логарифмічна функція показників доходу мережевих трейдерів (які максимально збільшують ціну), попиту споживача (ажіотажний — усі намагаються заправитися про запас), ціни палива на світових ринках та ціни товару-замінника.

А замінників для моторного палива майже нема — перехід на газ (але зростає і вартість газу) або електроенергію (але для цього треба або мати «гібрид», або продавати автомобіль з двигуном внутрішнього згоряння).

Акциз і ПДВ — начебто непрямі податки, які сплачуються кінцевим споживачем, і в загальній теорії зниження непрямих податків приводить до зниження цін.

Але для цього в країні має функціонувати ефективний АМКУ і еластичність товару за ціною має бути більше одиниці, а не менше, як у випадку цін на паливо.

Наприклад, ніхто не купуватиме десять телевізорів, якщо вони подорожчають утричі.

Що стосується палива, то зниження податків ніколи не приведе до пропорційного зниження ціни в умовах зростання світових цін.

Податки в цьому разі впливають лише на рівень маржі власників АЗС. 

Податкова пільга — це дотація маржинального доходу мережевих компаній, а не інструмент зниження цін на паливо.

Споживач заплатить за паливо саме ту ціну, яка є рівноважною на цьому етапі.

І тут держава повинна підтримати соціально вразливі верстви населення за допомогою тих же електронних талонів на паливо, наприклад, у системі «Дія», де є вся потрібна інформація.

І ця допомога має бути надана за рахунок отримання державним бюджетом паливних податків, передусім акцизу.

Про які соціальні групи населення йдеться?

Це насамперед жителі сіл, волонтери, внутрішньо переміщені особи, військові, такі структури, як Перший добровольчий мобільний шпиталь імені Миколи Пирогова (ПДМШ ім. Миколи Пирогова).

Звісно, мова не йде про механізм «єБачка», який застосував уряд без «фільтрації» груп споживачів за соціальним ранжиром.

Наприклад, такі структури, як ПДМШ ім. Миколи Пирогова, мають отримати паливну компенсацію на всю вартість зростання цін на паливо.

А ВПО, жителі сіл тощо — у розмірі певного лімітованого обсягу споживання палива, яке підлягає компенсації за вартістю.

Наприклад, 100 літрів палива для жителів сіл, які продають свою продукцію в містах на ярмарках, 50 літрів — для ВПО, які здійснюють релокацію по території країни, тощо.

І окрема програма часткової компенсації вартості добрив для аграріїв і природного газу для підприємств теплокомуненерго та газової генерації.

Це має бути саме цільова програма компенсації, а не валова роздача «єБачків».

https://zn.ua/ukr/energetics/benzin-po-100-koli-tsini-na-azs-zupinjatsja-i-chi-dopomozhe-tsomu-jebachok.html

Демографическая динамика - один из важнейших маркеров цивилизационного развития.

Либо в стране рождают детей, либо в нее приезжают желаюшие в ней жить. Либо и то, и другое.

Украина, к сожалению, продемонстрировала худший результат среди других стран мира - сокращение численности населения на -33%.

Но в расчете на графике Visual Capitalist, взята динамика за последние 25 лет: падение с 48,8 млн человек в 2000 году до 32,9 млн в 2025.

В реальности, нужно брать сокращение в перспективе с 52 млн в 1991 году до 25 млн после завершения войны.

Население может увеличиваться как за счет рождаемости (Глобальный Юг), репатриации (Израиль), миграции (США, ЕС, государства Персидского Залива).

Фактор войны в Украине - важнейший в контексте демографического кризиса, но не единственный.

Один из факторов: кризис долгосрочной проектности развития и модельности будущего.

Нас "доганяют" по части демографического кризиса:

- Болгария (-23%);

- Латвия (-22%);

- Молдова (-19%);

- Литва (-18%).

Джей Ди Вэнс, вице-президент США, выходит из тени президента Трампа и летит в Исламабад на переговоры с Ираном.

По сути, начинает свою президентскую компанию 2028 года.

Осенние довыборы в Конгресс республиканцы рискуют проиграть, но здесь все еще не так линейно, как может показаться на первый взгляд.

Ряд успешных действий администрации президента США могут "перевернуть" политическую шахматную доску. И это может сделать Вэнс.

Но основная политическая битва будет не осенью 2026-го, а осенью 2028-го.

При чем, в стратегии Вэнса поражение республиканцев на довыборах в Конгресс осенью этого года вовсе не является таким уж критичным.

Даже более того, это поражение Республиканской партии может стать прологом для личной победы Вэнса через несколько лет.

Кроме того, это поражение республиканцев может стать основой для настоящей партийной "встряски" и партийной перезагрузки в сторону формата "Технологической Спарты"и технократии.

В Исламабаде Вэнс имеет шанс достичь определенного дипломатического успеха.

Во всяком случае, масштаб иранской делегации говорит о том, что Иран действительно хочет определить если не новый modus vivendi, то, во всяком случае, Modus operandi на Ближнем Востоке.

Постепенно становится понятной стратегия американских политических элит, точнее ее части.

"Задача" Трампа - это разрушение и аккумулирование политической токсичности.

Трамп уходит из большой политики через несколько лет и он может взять на себя все "основные грехи".

Задача Трампа осуществлять максимально контроверсионные действия: тарифная политика, перезагрузка отношений с Европой, Панамский канал, Венесуэла, Иран, Куба, Гренландия, перезагрузка системы трансатлантической безопасности и архитектоники НАТО, войны на Ближнем Востоке, пересмотр "зеленого курса", развитие нефтедобычи и так далее.

Трамп - это Взломщик Системы и Могильщик Глубинного Государства

Глобальная Система движется к Рагнароку - Сумерку Богов и Мира.

В этом контексте, Трамп - это политическое божество-трикстер, вроде скандинавского бога Локи, который нарушает установления и законы природы Глубинного Государства.

Трамп - это Предтеча, "приготовляющий пути".

Вслед за ним, должен придти новый мир: технократизм вместо капитализма, технократия - вместо глубинного государства, Технократическая Спарта - вместо демократии.

Вэнс и есть представитель Технологической Спарты, новое политическое божество - Тор с молотом разрушения старого формата государства, расчищающего путь Корпорациям и Корпоратократии.

Но не всей корпоратократии - а лишь технологической, которая и будет вести Человечество с помощью ИИ к точке технологической сингулярности.

А вот насколько "жидкая" или нет эта технократия - и увидим в 2028 году. Сможет ли она взять власть, "лежащую на мостовой" или нет. Взять и уже никогда не отпустить.

Одна из концептуальных ошибок при формировании общественных ожиданий касательно масштаба помощи Украине со стороны Европы в этой войне.

В чем заключается эта ошибка?

В сравнении внешней помощи с размером ВВП стран-доноров.

Мол, суммарный валовый продукт стран ЕС - 20 трлн дол. В таком случае, что им стоит предоставить Украине помощь в размере 0,5% ВВП или 100 млрд дол.

На самом деле, так считать не корректно.

Это все равно, что сравнивать способность компании осуществлять гуманитарную помощь с ее валовой выручкой.

А с чем нужно сравнивать? С прибылью.

Например, человек зарабатывает миллион гривен. Вроде много и он может потратить 10-20 тысяч на благотворительность.

Но если у этого человека расходы составляют 1,5 млн грн - он ничего не может тратить на благотворительность.

Потому что ему самому не хватает денег в контексте его трат и он ищет, где ему одолжить еще 500 тыс грн.

В нашем примере, человек сможет заниматься благотворительностью, если его доходы - 1 млн грн, а расходы, например, 0,5 млн грн.

Что является прибылью в контексте стран по аналогии с компаниями и домохозяйствами?

Профицит государственного бюджета.

Потому что если в стране дефицит госбюджета, то она ничего не может выделять на большие геополитические проекты без одновременного наращивания уровня своего госдолга.

Если такие проекты ей действительно нужны, она сможет лишь брать в долг для их финансирования. Но это "больно" и политически контроверсионно - приводит к критике со стороны оппозиции.

Проблема заключается в том, что после завершения "эпохи Меркель", в ЕС очень мало стран обладают бюджетным профицитом, скатываясь в достаточно глубокий бюджетный дефицит.

Напомню, согласно Маастрихтским критериям ЕС, дефицит бюджета страны-участницы не должен превышать 3% ВВП.

Что происходит в крупнейших странах ЕС в контексте бюджетного дефицита?

Бюджетный дефицит Франции в 2025 году составил 5,1% ВВП или 150 млрд евро.

Госдолг продолжил расти, достигнув 118% ВВП.

Для борьбы с дефицитом правительство Франции планирует повысить налоги, в первую очередь, корпоративные, что может привести к релокации бизнеса в другие страны.

Для принятия бюджета в обход парламента, правительство использует статью 49.3. Конституции страны:

Согласно данной норме, премьер-министр Франции берет на себя ответственность за бюджет, и он считается утвержденным, даже если парламент за него не проголосовал. Правда, депутаты в течение 24 часов могут наложить вето на правительственный вариант бюджета.

Маастрихтский критерий в 3% дефицита бюджета Франция планирует выполнить лишь к 2029-м году.

По итогам 2025 года в Германия был зафиксирован рекордный дефицит государственного бюджета в размере 127,3 млрд евро (+ почти 30 млрд евро за год).

Относительно ВВП, дефицит бюджета составляет 2,7% ВВП. Это ниже Маастрихтского критерия, но максимум с 2022 года.

Тут нужно понимать, что немцы привыкли жить с профицитом бюджета.

Государственный долг Германии на начало 2026 года к ВВП составил 64%, но продолжает быстро расти после снятия правительством канцлера Мерца "долгового тормоза". Хотя до пика 2010-х в 80% - еще далеко.

Дефицит государственного бюджета Италии по итогам 2025 года составил 3,1% ВВП. Этот выше критерия ЕС в 3%.

По итогам 2025 года, лишь немногие страны ЕС могут похвастать профицитом государственного бюджета.

Среди лидеров:

- Ирландия - профицит 14% ВВП;
- Кипр: 4,9%;
- Дания: 2,9%
- Португалия и Греция: по 2,2%;
- Нидерланды: минимальный профицит в 0,1%.

Большинство стран ЕС дефицитны в контексте бюджета.

К сожалению, профицитные страны ЕС - обладают слишком незначительным относительным размером ВВП и, следовательно - небольшими возможностями по финансированию внешних геополитических проектов.

Исключение тут - Нидерланды с ВВП в 1,3 трлн дол, но в этой стране профицит практически на околонулевом уровне - 1,3 млрд дол по году.

Таким образом, главные доноры со стороны ЕС - это Франция, Германия и Италия. Но все эти страны - дефицитны в контексте бюджета.

Франция вообще ничего не может финансировать - огромный дефицит бюджета и критическое отношение госдолга к ВВП.

То, что правительство Франции не может утвердить бюджет в парламенте, говорит и о серьезном политическом кризисе.

Италия традиционно борется с дефицитом бюджета и крайне ограниченно финансирует внешние проекты.

Остается лишь Германия. Ее бюджет дефицитен, но есть задел по наращиванию внешнего долга.

В любом случае, в контексте таких понятий как дефицит/профицит бюджета, ЕС не имеет свободных избыточных средств для финансирования внешних геополитических проектов. Точнее такая способность стремится к нулю.

Ес может финансировать внешние проекты лишь за счет новых долгов. Но это совсем иная история, нежели благотворительность за счет полученного профита.

Так что вопрос финансового донорства в ЕС будет и дальше становится все более и более контроверсионным (вне зависимости от выборов в Венгрии).

В итоге, вопрос финансирования Украины со временем, скорее всего, будет сконцентрирован лишь на Германии и группе Скандинавских стран.

Война США/Израиля и Ирана, продемонстрировала один важный фактор новой истории, о котором пока мало кто говорит.

Экзистенциальные войны, оказывается, можно, если не завершать, то "подмораживать" и даже "замораживать" на время.

Экзистенциальная война - это отныне не формат "вечной войны".

Экзистенция отныне подчиняется Эссенции.

Эссенция - это сущность, заданная природа.

Эссенция фундаментально определяет, «что» есть вещь, а экзистенция - определяет «есть ли» вещь (бытийствование).

Без Эссенции, "Вечная" экзистенциальная война приводит лишь к Небытию или тотальному "Ничто", то есть полному отсутствию Бытия, уничтожению.

Поэтому механизм Экзистенциальной войны и ее "заморозки" теперь примерно такой:

Экзистенциальная война идет как ответ на угрозу реализации сущности Субъекта, его сущностному формату реализации ("есть ли существованию").

Но на определенном этапе, каждый из участников Экзистенциальной войны (на примере Ближнего Востока), осознал угрозу своей "сущности", заданной природе.

Иран - через разрушение системы, главного принципа: Вилаят аль-факих (Правление исламского правоведа).

США - через кризис Глобальной мир-системы в результате Мирового кризиса, аналогичного по масштабам Великой Депрессии 30-х годов прошлого столетия.

И каждый остановился в шаге от разрушения своей сущности, "заданной природы": теократии (Иран) и глобальной мир-система (США).

Вывод: Экзистенциальные войны нужно и можно останавливать, если их продолжение угрожает самой сущности, "заданной природе" или Эссенции Субъекта войны.

Потому что тогда такая страна - субъект, быстрее разрушится в ходе продолжения Экзистенциальной войны, нежели в результате ее завершения.

Это как "выпить чашу с ядом".

Помните фразу Дамблдора:

"Да, я думаю, что так: только выпив его, я смогу опустошить чашу и увидеть, что находится в ее глубинах».

«Но что, если — что, если оно убьет вас?»

«О, я сомневаюсь, что это сработает так, — легко сказал Дамблдор. — Лорд Волан-де-Морт не захотел бы убивать человека, добравшегося до этого острова».

Вне зависимости от результатов переговоров в Исламабаде, они пойдут в политический актив Джея Ди Вэнса: "попытался и не смог, так как старшие товарищи завели ситуацию в тупик" или "разрулил ситуацию, которую старшие товариши завели в тупик".

В каждом варианте свой набор политических бонусов. Электорат республиканцев понимает, что в любом случае - это "не война Вэнса".

По сути, у США сейчас "зеркалочка" мир-системных войн: свой неудавшийся блицкриг за три дня, свой Стамбул, точнее, Исламабад и своя затяжная история, правда не в формате полномасштабной войны.

Ну и нет условного "Бориса Джонсона" с призывом воевать.

Правда по законам жанра "свой Джонсон" должен приехать в Тегеран.

И он, наверняка приехал - из Москвы и Пекина: такой себе китайско-российский "коллективный Джонсон".

В этой иранской войне есть очень простой маркер успеха - контроль за Ормузским проливом.

И этот контроль сейчас за Ираном (читай за Китаем).

Это хорошо понимает и Трамп, который заявил, "что теперь мы будем блокировать Ормузский пролив".

Почти как герой фильма "Гараж": "мы вам не дадим ничего показывать; мы сами вам все покажем".

Вот только никакие эсминцы США в Ормузском проливе в режиме "заскочил - выскочил" такой контроль не дают.

Контроль - это режим пропуска СОТЕН танкеров с нефтью. И пока этот режим нефтетрафика работает за юани.

РФ и Китай блокируют резолюцию Совбеза ООН касательно силовой разблокировки Ормуза, то есть мандата ООН у США не будет.

Хотя мандат ООН США и не нужен. У Америки нет главного - желания и возможностей.

Или возможностей и желания.

Последовательность тут вариативна.

Ормуз стал первым тестом на создание Монгольской империи 2.0. в составе Китая, РФ, Ирана и КНДР.

С перспективой вовлечения в данный континуум Центральной Азии и Индокитая.

От успеха или не успеха данного теста, звисят дальнейшие действия Пекина.

Тем временем, лидер тайванской партии Гоминьдан пригласила Си Цзиньпина посетить Тайвань в 2027 году.

Если все продолжится в том же духе, возможно и посетит...

Тем временем, США делают ставку на неоконсервативный вал в Европе в качестве инструментария "по работе" с Монгольской империей 2.0.

Отсюда и ставка на Орбана в Венгрии и консерваторов в Польше.

Нынешняя Европа, в понимании республиканцев, таким инструментом быть не может.

Наступают времена, когда экономико-мобилизационный потенциал глобальных кластеров будет играть более весомую роль в их долгосрочном выживании, нежели уровень интеграции в глобальные цепочки добавочной стоимости.

Что определяет экономико-мобилизационный потенциал?

Пять факторов:

1. Продовольственная безопасность.

2. Энергетическая безопасность.

3. Производственно-технологический потенциал.

4. Военный потенциал.

5. Системы управления обществом, то есть трансмиссия "базис-надстройка".

Можно даже попробовать рассчитать Кумулятивный индекс мобилизации (КИМ) по десятибальной шкале (о - минимум; 10 - максимум).

Попробуем определить КИМ для Китая, ЕС и США.

Вопрос продовольственной безопасности Китай решает за счет развития биотехнологий и потенциала РФ и Центральной Азии.
Здесь у него - 8.

Вопрос энергетической безопасности в Китае решается за счет развития ядерной энергетики, зеленой (гидро, солнечной и гибридной), изучения технологий термоядерного синтеза и энергетических ресурсов РФ, Ирана и Центральной Азии.
Здесь также 8.

Производственной-технологический потенциал - максимальная линейка производства промышленных и потребительских товаров, инвестиции в НИОКР и образование. Осталось совершить прорыв в производстве чипов и полупроводников.
Ставим 8.

Военный потенциал - развитие ядерного оружия, ракетных технологий, беспилотных систем и флота. Пока - 6.

Система управления - ставка на "пять принципов" Сунь Ятсена, когда к законодательной, исполнительной и судебной ветвям власти (западная модель), добавляются еще две: контролирующая и экзаменационная; также - тотальная бытовая цифровизация и использование ИИ при моделировании управленческих систем.

Здесь - 8.

КИМ Китая = 38

У США:

- по продовольствию - 10;
- по энергетике - 9;
- по производственно-технологическому потенциалу - 7 (высокий технологический индекс, но также и явные тенденции к деиндустриализации);
- по военному потенциалу - 8 (хотя намечается и явная необходимость в апгрейде);
- по системам управления - 5

КИМ США = 39

У ЕС:

- по продовольствию - 10;
- по энергетике - 5;
- по производственно-технологическому потенциалу - 5 (высокий технологический индекс, но системная деиндустриализация);
- по военному потенциалу - 5 (коллективной армии ЕС пока что нет даже в проекте);
- по системам управления - 3

КИМ ЕС = 28

Можно также определить уровни КИМ.

Уровень ниже 25 - крайне низкий мобилизационный уровень.

Уровень выше 40 - чрезвычайно высокий.

Уровень от 25 до 40 - достаточный.

Таким образом, самый высокий КИМ - у США. Но он имеет тенденцию к снижению.

У Китая КИМ ниже на один бал - он он имеет тенденцию к повышению.

В перспективе Китай может выйти на уровень чрезвычайно высокого мобилизационного потенциала.

США еще очень долго будут сохранять высокий уровень КИМ даже в условиях падения - от перехода за "горизонт ниже 25" Америку будет сдерживать энергетика, сектор продовольствия, технологии и армия.

ЕС уже на грани перехода в состояния крайне низких мобилизационных возможностей. Евросоюз спасают лишь технологии и продовольственная безопасность.

Что стимулирует рост Китая по показателю КИМ?

Рост эффективности систем управления: глубокая бытовая цифровизация; снятие морально-этических ограничителей с развития ИИ; синтез коммунизма и капитализма, что является эффективным сплавом на этапе распада классических капиталистических моделей развития в западных странах.

Что сдерживает рост КИМ Китая - пока еще недостаточный потенциал армии.

Что толкает США вниз в рамках показателя КИМ?

Низкое качество систем управления на этапе пост-капитализма и распада классических капиталистических моделей развития.

Системы управления в США будут балансировать между "новым социализмом демократов" и "Технологической Спартой республиканцев" (ее еще называют "технофашизмом"). Обе модели уже начинают проигрывать синтезированной модели управления в Китае.

Кризис демократии в США приведет к разрушению трансмиссии управления "базис-надстройка", а это чревато сегментированием общества и кастовостью политической системы.

Таким образом, Китай будет развивать армию и побеждать за счет новых систем управления 21 века, США будут удерживать позиции за счет энергетики, технологий и армии, а Европа - постепенно утрачивать геополитическую субъектность в рамках европейской социальной "акуны-мататы".

В этой парадигме, ЕС при любых раскладах - геополитический приз. Вопрос только чей приз: Кита или США.

Противостояние Китай - США решится в парадигме сравнительной конкуренции: развития военного потенциала Китая и его технологического суверенитета или промышленного потенциала США с новой управленческой надстройкой.

То есть в формате, "кто справится лучше": США реиндустриализируются и перезагрузят управленческие надстройки или Китай вооружится и приобретет технологический суверенитет.

Все расчеты - моя авторская аналитика. То есть доверяете моей аналитике - доверяете и расчетам.

Если не доверяете - то как тогда вы дочитали пост до самого финала?...)

Китай меняет базовую внешнюю парадигму развития.

Если ранее Китай для роста своей экономики активно использовал все преимущества глобализации, то сейчас - планирует получить бонусы и бенефиты в результате распада старой мир-ситемы Западного мира.

Символ глобализма - Новый шелковый путь.

Символ глобальной фрагментации - Новая Великая китайская стена.

Какое-то время, оба формата и Новые шелковые пути, и Новая Великая китайская стена, могут существовать параллельно друг другу.

Вопрос не в том, что "останется только один": Стена или Путь.

Данная параллелизация вообще может стать условно "вечной".

Вопрос в том, какой формат будет главенствующим: Путь или Стена.

С 70-х годов прошлого столетия, главенствовал Путь. Сейчас начнет доминировать Стена.

Это не "Железный занавес" и не "Берлинская стена".

Старая Великая Китайская стена не стала преградой для торговли и межцивилизационных обменов.

Не станет преградой и Новая Стена.

Предназначение и старой Стены и Новой - стать символом мобилизационных возможностей страны: то есть не прикладная военная функция, а демонстративно-оборонительная, показывающая способность ЭТО воздвигнуть.

В этом и заключается отличие стратегии Китая от Запада: Китай будет стараться выиграть это противостояние ДЕМОНСТРАЦИОННО, прибегая, максимум, к асимметричным, прокси-войнам.

Насыпные острова в южных китайских морях - это тоже Великая Китайская стена, просто морская, в виде искусственных островных систем, только обращенная в сторону США, а не в сторону степных народов как когда-то старая Стена.

По сути, Китай начинает программу масштабной внутренней мобилизации в условиях распада глобалистской западоцентричной мир-системы.

Мир-систему, по сути, ждет наступление "темных веков" после распада условной Римской империи - современного Западного, некогда единого, мегакластера.

Как известно, темные века в Европе - это ранее Средневековье 5-10 столетие.

Это некая смычка в виде исторической турбулентности, которая соединила период распада Римской империи (5 век) с периодом новой феодальной империи Карла Великого (8 век).

Данный период сопровождался переходом от старой исторической формации (рабовладение) к новой (феодализм).

Также это переход от языческих пантеистических религий к монотеизму (христианству).

Произошел и переход от системы греческой философии и римского права к схоластике и феодальному праву.

Процесс сопровождался колоссальным разрушением культурных и, в широком смысле, цивилизационных артефактов: книг, памятников архитектуры, скульптуры, научных центров и библиотек.

Сейчас история повторяется: условное падение "Рима" и "темные века".

Правда, историческое течение времени сейчас многократно ускорилось, поэтому речь идет не о "темных веках", а о "темных десятилетиях".

Но сопровождаться это будет крайне разрушительными мировыми процессами.

Нас ждет мир пост-капитализма, "темное просвещение", биморфическая свобода, менгелизм, атеизм и религиозный радикализм одновременно, распад связующих звеньев между правящими элитами и широким социумом.

Поэтому, задача Китая - это не подготовка к наступательной войне. Это создание "Ковчега" под защитой "Стены" в условиях крайне высоких способностей к внутренней ресурсной мобилизации.

Задача Китая - "пережить" эту историческую Зиму и собрать по итогам свою коллекцию "скальпов", то есть глобальных профитов и бенефитов.

В глобальном масштабе не повторить "ошибку" Таласской битвы 36 года до нашей эры.

Существует версия, что в сражении, произошедшем в 36 году до н. э., возле крепости Чжичжичэн в Таласской долине (граница современных Казахстана и Кыргызстана) между воинами западных хунну и восточных хунну, приняли участие .... римские легионеры.

Одну из враждебных сторон поддерживали китайские войска, на стороне другой сражался отряд, который ряд историков назвал римскими легионерами.

Как римские воины попали так далеко на восток?

Это могли быть пленники - легионеры армии Красса, которые были разбиты парфянами и попали в плен к парфянскому царю Сурене, который "передал их дальше".

В Таллаской битве, по сообщению китайских историков, действовал странный отряд воинов в виде "черепахи" с доспехами "подобно рыбьей чешуе".

Китайцы тогда активно использовали многозарядные арбалеты («чу-ко-ну»), по сути за несколько минут расстреляв легионерскую пехоту.

Если бы китайские арбалетчики тогда встретились с римской армией, которая делала ставку на пехотный строй легионеров, исход битвы был бы предрешен в пользу Китая. У Рима не было бы ни одного шанса в противостоянии с Поднебесной.

Но тогда основные силы Китая были связаны противостоянием с конницей степных орд Евразии.

Колонизация Запада со стороны Китая в те времена не состоялась.

А вот сейчас возник уникальный исторический момент для Китая: Север больше не представляет для него опасности.

Более того, РФ стала частью синоцентричной Монгольской империей 2.0., по сути, Белой Ордой, источником стратегических природных ресурсов для Китая.

Данное сближение в геополитической перспективе - стало ключевой ошибкой Нового Запада за всю его 1500-летнюю историю существования (если считать с момента распада Римской империи).

Это сближение стало Ящиком Пандоры для Запада, из которого в открытое евразийское пространство понеслись "фурии истории" и "валькирии войны" вдоль Евразийского степного коридора.

Поэтому Китай сейчас готовится не к наступлению.

Он готовится выжить в эти "темные десятилетия" и взять реванш на финише истории Человечества по их итогам.

Пока расклад такой.

Персидский залив - это 20 млн бар в сутки или около 20% мирового трафика нефти.

Частичная блокировка Ормуза уже привела к потере нефтетрафика в размере 8-9 млн бар в сутки.

В основном, речь о потере экспорта нефти из Ирака, Кувейта, ОАЭ и частично - из Саудовской Аравии.

Саудиты перенаправили свою нефть в терминалы на Красном море.

Но стоит понимать, что хуситы могут заблокировать нефтетрафик в Красном море. Ансаралла - союзник Ирана и часть шиитской Оси.

Йеменцы на севере управляются сеидами - прямыми потомками Хусейна, внука пророка Мухаммеда, это умеренное направление шиизма, без экзальтированной эсхатологии Ирана.

Тем не менее, вступление северного Йемена в войну, более чем вероятно.

Тогда может быть заблокировано до 30 млн бар в сутки.

Кроме того, у Ирана есть опция прямых ударов по нефтяной инфраструктуре Саудовской Аравии.

С усетом расстояния, Иран может заблокировать нефтетрафик в Красном море путем ударов по сухопутной инфраструктуре, а не с помощью морской блокады.

Что касается планов экспорта нефти через сирийские порты.

Трансаравийский нефтепровод, который функционировал после Второй мировой войны, качал нефть через Саудовскую Аравию, Иорданию, Израиль, Сирию и порты Ливана.

Но в Сирии его додумались провести через Голанские высоты.

Естественно после Шестидневной войны Израиля и арабских стран, когда Израиль оккупировал Голаны, прокачку нефти остановили.

Сейчас этот нефтепровод пришел в полный упадок.

Других вариантов качать нефть в Сирию или Ливан, на данный момент, нет.

Если будет принято решение касательно строительства нефтепровода через Сирию в сирийские порты на Средиземном море - это минимум несколько лет активных работ.

Но знаете, почему арабские страны Залива "боятся" таких нефтепроводов?

Потому что лишь важность Ормуза для мировой экономики останавливает там длительные полномасштабные войны.

Если бы не нефть, Ормуз мог быть заблокирован даже силами флота Израиля, что превратило бы страны Залива в вечный военный огненный шар "внутреннего сгорания".

Условно, была бы достигнута договоренность по защите мест добычи нефти, а там трава не расти. А она там без воды и не растет.

То есть нефть спасает Ормуз от длительной войны.

Не было б там нефтетрафика - никто бы в мире не обращал внимание на войну в проливе.

А ведь через пролив идет не только нефть на экспорт, но и импорт продовольствия в страны Залива и массы потребительских товаров. А их через нефтепровод не прокачаешь.

Китай, тем временем, сделал заявление касательно блокировки Ормуза со стороны США: Пекин настаивает на недопустимости таких действий и намекает на фактор "китайского военного флота".

Вполне возможно, что военные корабли КНР будут конвоировать танкеры с иранской нефтью через Ормуз.

Позорище для США тогда будет еще то - даже хуже чем плата в юанях за проход танкеров через пролив.

Тем временем, Саудовская Аравия активировала военное оборонное соглашение с Пакистаном: в Саудовскую Аравию прибывает 12 тыс солдат из Пакистана.

Пакистанские расчеты ПВО прибыли еще ранее.

Но это войска не против Ирана.

Саудиты реально боятся йеменцев - хуситов, которые били их во время недавних войн, а также опасаются волнения мусульманской улицы - уммы.

Простыми словами, королевская династия опасается исламской революции и прихода к власти ваххабитов.

Тут стоит вспомнить, что и Осама бен Ладен, и часть террористов, устроивших атаки 11.09.01 в США - были выходцами из Саудовской Аравии.

Мусульманская умма сейчас раздражена операциями Израиля в Секторе Газа и в Ливане, а также втягиванием страны в войну с Ираном, поэтому риск внутренних протестов есть.

А такие протестные движения в странах Залива происходили не раз и относительно недавно.

Если Йемен атакует саудитов и это война будет неудачной для Саудовской Аравии, местная умма может вспыхнуть. Вот тут и понадобятся "пакистанские штыки".

На помощь США королевская семья саудитов уже особо не рассчитывает.

Вобщем, нынешнее время в Персидском заливе идеально подходит для появления региональных лидеров: Турции и/или Пакистана, у которых есть армия, но нет нефти и денег.

А у королевских семей Залива, есть нефть и деньги, но нет армии.

Як уряд добиває промисловість цінами на електроенергію

Поки українська промисловість «загинається» через найвищі і Європі ціни на електроенергію, уряд методично проштовхує рішення щодо чергового збільшення граничних цін на електроенергію.

Дуже сумніваюся, що таке рішення якось полегшить вітчизняному бізнесу існування, я вже не кажу про розвиток.

Скоріш за все, це величезний лобізм з боку групи трейдерів.

Як кажуть: «Хтось бідує, а хтось жирує». Надприбутки посередників на ринку електрренергії під час війни - це погано монтується з мантрами Уряду про розвиток промисловості.

Тож оцінюємо по справах, а не по заявах.

А справи - це цінова "евтаназія" української промисловості.

Інколи складається враження, що дехто забув, що в країні йде війна.

Розберемо ситуація по порядку.

Зараз в Україні діють найвищі ціни на електроенергію в Європі. І це не перебільшення.

Наприклад, протягом цієї важкої зими вартість електроенергії в Україні складала в січні - 164 €/МВт·год (1-ше місце в Європі); в лютому - 192 €/МВт·год (1-ше місце); в березні 2026 - 133 €/МВт·год (3-тє місце).

Але це все одно у 1,5-2 рази дорожче, ніж у сусідніх Польщі, Угорщині, Румунії або Словаччині.

Коли в 2019 році вводилися price cap (або граничні ціни) на електроенергію для непобутових споживачів, це робилося для захисту вітчизняного виробника, гармонізації українського енергетичного ринку з європейським та створення умов для залучення інвестицій в розвиток енергетики.

Пройшло 7 років, але одне з реальних "досягнень" - надприбутки посередників. При цьому гранична ціна зростала щорічно.

Це не енергетична політка, це вбивство промисловості під час війни.

Фактично, була створена і успішно діє схема отримання надприбутків кількох посередників.

Кожне підняття «цінової стелі» в умовах структурного дефіциту це гарантований надприбуток для тих, хто має доступ до дефіцитних обсягів електроенергії і заздалегідь знає про підвищення або сам його ініціює.

Дійсно, навіщо вкладатися в будівництво нових потужностей генерації, шукати підходи оптимізації, шляхи зниження собівартості виробництва (особливо паливної складової) або нові джерела енергії, якщо прибуток можна отримувати за рахунок адміністративного підвищення ціни.

Які ж наслідки.

А в наслідку таких енергетичних схематозів страждає вітчизняний бізнес та кінцеві споживачі, які оплачують все це зі своєї кишені.

Всі ходять в магазин, і відчувають як зросли ціни за останні 4 роки.

Збільшення граничних цін на електроенергію призводить до зниження конкурентоспроможності експортно-орієнтованих галузей, скорочення виробництва та інвестиційних програм, зупинки частини промислових підприємств, втрати валютної виручки та посилення інфляції.

Але замість того, щоб шукати реальні шляхи виходу з кризи, держава знову збирається збільшити ціни на електроенергію.

Це, як в старому анекдоті: «Давайте корову годувати менше, а доїти більше».

Що далі?

Промисловість, особливо енергоємні галузі (машинобудування, металургія, хімпром і не тільки) вже б’ють на сполох, але їх не чують.

Складається враження, що ті, хто повинен захищати український бізнес, поставили собі за мету його добити.

Колишній прєм’єр а тепер міністр енергетики Денис Шмигаль мовчить про реальні причини дефіциту електроенергії і реальні рішення, натомість активно підтримує підвищення price cap — рішення, яке збагачує конкретні ФПГ.

Але збагачує за рахунок промисловості, тобто в кінцевому підсумку - за рахунок всіх нас.

Сім років в Україні діють price cap.

І регулярне збільшення граничних цін свідчить про структурний дефіцит генерації.

Потрібно нарешті усвідомити, що підвищення price cap не створює додаткових потужностей і не усуває причину проблеми.

Проте рішення є.

Мова йде про покладання спеціальних обов’язків на ринку газу.

Це державний механізм, що зобов’язує постачальників (зокрема Нафтогаз, який нагадаю дотепер є державною компанією) продавати газ за фіксованою ціною.

Саме завдяки цьому рішенню Україна не замерзла цієї зими.