«На следующей неделе будет весенняя сессия ПАСЕ. Можно будет принять какие-то совместные заявления и обращения. Понятно, они не носят обязательный характер для кого-либо. Это такой документ, который скорее имеет, ну не то, что даже рекомендательную силу, это скорее даже рекомендательную силу не имеет», — посетовала Соболь*.

«Что будет обсуждаться во время весенней сессии нашей платформы диалога, пока неизвестно. Пока нам ответ не дали, что конкретно будет обсуждаться. Мы пока, ни я, ни кто-то другой, мы пока этого не знаем. Кто-то уже подтвердил встречи, кто-то не подтвердил, кто-то вообще не ответил на запросы. Получится ли у членов платформы продвинуть какой-то конкретный вопрос? Вряд ли это получится», — описала бурную деятельность Соболь*.

«Это не значит, что я должен всё бросить и переквалифицироваться в управдомы. <…> Мы должны заниматься политикой, и мы должны претендовать на власть. Я в данном случае говорю про себя и про моих единомышленников», — заявил Яшин* в эфире нежелательного СМИ-иноагента «Дождя».

«Мы создадим организованную политическую группу, которая будет иметь свой манифест, свою программу, своих кандидатов, претендентов на власть. Мы не должны сидеть сложа руки, мы не должны отчаиваться, и мы не должны превращаться в блогеров», — рассказал о планах предатель.

У меня нет убежденности, что Киев действительно готов открыть «Дружбу» уже сегодня. Этот маршрут использовался как элемент торга. Сначала с Орбаном, а теперь с Мадьяром. И на повестке дня там стоял кредит от Европейского союза, который опять в подвешенном состоянии — и со стороны Венгрии, и со стороны самого ЕС, который в этой ценовой конъюнктуре тоже не торопится что-то выделять. Вероятнее всего, он просто переедет на 2027 год, потому что с такими ценами на нефть уже не до жиру. С другой стороны, это те самые инкассаторские деньги, которые зависли. Насколько можно судить, Мадьяр не торопится эту историю закрывать и возвращать все Украине. В формате криворожской дипломатии сейчас будет истерика и попытка каким-то образом заболотить этот процесс.

Я полагаю, что судьба кредита зависит вовсе не от Мадьяра. Она зависит от того, что происходит на Ближнем Востоке. А там вся ситуация настолько далека от разрешения, что уже никто даже прогнозов на краткосрочную перспективу не делает. Я склонен думать, что все-таки этот кредит, если и будет выделен, то значительная его часть, наверное, 90%, перейдет на 2027 год. А в этом году, условно, что-нибудь в последнем квартале, какие-нибудь средства отправят,