Метафора «Часы»

🎯Цель: сместить фокус с повестки контроля симптомов на поведенческую активацию, повышение готовности, идея селф-как контекста.

Терапевт: Возможно, вам когда-то приходилось видеть такие наручные часы, с прозрачной задней крышечкой. Там видно часовой механизм, шестерёнки всякие... Так вот, давайте попробуем представить, что мы — это такие часы. У нас внутри тоже есть всякие шестерёнки. Допустим, одна из этих шестёренок называется «Мысли», другая — «Чувства/эмоции», и третья, пусть будет — «Физикальные проявления». Порой мы попадаем в жизненные ситуации, когда эти шестерёнки начинают крутиться совсем не так, как нам хотелось бы, или, больше того, они начинают нам совсем не нравятся. В такие моменты нам очень хочется протянуть руку и покрутить там всё, чтобы было как надо. Но проблема в том, что мы не можем по-настоящему сделать этого. Они находятся за стеклом. Даже чтобы увидеть их – нам нужно проделать некоторую работу: снять часы с руки и заглянуть на обратную сторону. Но нам никак не удастся до них добраться пальцами, как бы они нам не нравились и как бы нам не хотелось. Звучит не очень обнадеживающе, верно? Но есть хорошие новости! Сбоку у часов есть маленькая «пупочка/штучка/ручка/барашек», которую мы можем крутить. Она называется «Поведение». И вот она нам ещё как доступна. И что более важно, – когда мы крутим эту «пупочку», меняется весь часовой механизм.

Автор: Сергей Пустовойтов

Автор рубрики: Илья Розов
#ACT_упражнения

Свершилось!

На мою книгу доступен предзаказ!
Появился свет в конце тоннеля.

Всем большое спасибо за поддержку и веру в меня.

Навык ЗОНД

З — заметить, что что-то происходит внутри.

О — отметка: «О, это со мной происходит».

Н — назвать то, что происходит внутри: «О, это недовольство».

Д — действие: что мне хочется сделать, и будет ли это работать на меня в долгосрочной перспективе?

Автор: Фархад Булатов
Автор рубрики: Илья Розов
#ACT_упражнения

❗️Публичное обращение Стивена Хейса к российским психологам по ситуации с Вячеславом Яковлевым

Об опасениях по поводу поведения Вячеслава Яковлева мне сообщили через письмо от Юлии Литвиновой, отправленное 22 июня 2024 года. Согласно электронному письму, которое я получил, против него было подано множество этических жалоб от студенток и клиентов, и что «он постоянно использует ваше [Хейса] доброе имя и факт личного знакомства как доказательство своей квалификации и профессиональной пригодности».

Последнее — совершенно ложное утверждение.

Яковлев написал мне по электронной почте в сентябре 2021 года, описывая разработанную им игру ACT, и просил о встрече в Zoom. Я встречался с ним и Кариной Морозик однажды по Zoom.

В октябре 2021 года он написал мне по электронной почте, что заинтересован в создании российского отделения ACBS. Я направил его к сотрудникам ACBS, которые занимаются такими вопросами. Насколько мне известно, ничего из этого [создания отделения] не вышло.

<...> Следующие два года у нас не было связи.

В декабре 2023 года Яковлев написал мне по электронной почте, что создал Ассоциацию травматологов в России. Он попросил меня стать почётным членом Ассоциации, и
попросил меня выступить на конференции выходного дня, посвященной травмам. Я не согласился стать почетным членом и потребовал не представлять меня в качестве такового. Я отправил ему своё 30-минутное видео-напутствие бесплатно. Когда он получил видео, он попросил меня провести с ним короткую встречу в Zoom. Я это сделал.

Причина, по которой я согласился выступить с докладом, не имеет ничего общего с Яковлевым или его профессиональным уровнем. Я не знаю этого человека. Скорее, я считаю, что в России будущего будет много травм в связи с военным конфликтом в Украине. Конференция дала мне небольшую возможность поговорить с профессионалами, которые однажды смогут проводить терапию для пострадавших в России.

В феврале этого года Яковлев прислал мне соболезнование в связи со смертью моей сестры. Это сумма моего взаимодействия с ним.

Он мне не друг, не стажер и не близкий коллега. Как я уже описал, у меня был очень ограниченный и спорадический контакт с ним по электронной почте — и всегда по его инициативе. <...> Такие взаимодействия являются обычным явлением [для моей работы]. Мои профессиональные знаки внимания не являются основанием предполагать, что у него есть постоянные профессиональные отношения со мной, соответствующие его квалификации.

<...> Если Яковлев говорит, что я каким-то образом поддерживаю его проекты или высоко его ценю, я категорически возражаю и расцениваю такое утверждение как мошенничество.

Что касается обвинений, я имею дело с людьми по всему миру, и подобные вещи имели место раньше. У меня есть личный подход и реальная политика, которую применяет
компания, которой владеем мы с женой (Contextual Change LLC).

Во-первых, если есть несколько жалоб, мы начинаем с позиции, что их необходимо принять серьёзно, и пока они не будут решены, у нас не будет дальнейшего профессионального взаимодействия с обвиняемым.

Во-вторых, мы не возьмем на себя проведение такого расследования, поскольку мы не можем знать местную ситуацию.

В-третьих, эта позиция не изменится для вовлеченного лица до тех пор, пока не будет проведено законного внешнего расследования. После расследования мы можем продолжить сотрудничество, в зависимости от результатов.

С Вячеславом — иной случай.

Основываясь на представленных фактах, я не буду иметь с ним [Яковлевым] никаких дальнейших отношений, пока эти требования не будут выполнены.

Вы, безусловно, можете поделиться этим посланием с российским психологическим сообществом. Чтобы избежать цитирования вне контекста, я был бы признателен, если бы был опубликован весь PDF-файл*.

Стивен К. Хейс

* Оригинал смотрите в следующем посте.