#зумерычитают_зачашкойкофе

📚 Хочешь мир - неси подарок!

Сегодня кофе пьем вместе с сыном, поэтому читаем вместе правильные и полезные сказки😁

Сергей Михалков, «Ссора»:

Жил-был Кот. Жила-была Кошка. Познакомились Кот и Кошка на крыше, возле трубы, понравились друг другу и решили пожениться.
Свадьба пышная была —
И шумна и весела!
Распушив свои хвосты,
Пели кошки и коты:
«Тра-та-та! Тра-та-та!
Вышла Кошка за Кота,
За Кота Котовича,
За Петра Петровича!»
Кот и Кошка справили свадьбу и стали жить вместе.
Как-то раз домой в обед
Кот принёс большой портрет.
На большом портрете том
Кошка рядышком с Котом,
Лапка с лапкою сплелись —
Перед свадьбой так снялись!
Кот:
Слушай, Мурка! Наш портрет
Мы поставим на буфет!
Кошка:
Что ты, Петя, на буфет!
На буфете места нет!
Кот:
Говорю: поставь сюда!
Кошка:
Не поставлю никогда!
Кот:
Я хозяин! Я велю!
Кошка:
Приказаний не терплю!
Кот:
Говорю в последний раз!
Кошка:
Мяу-мяу! Скройся с глаз!
Рассердился Кот на Кошку. Обиделась Кошка на Кота. Обед на столе остыл, так к нему никто и не притронулся. Наступил вечер.
Кошка спать легла одна —
Раз война, так уж война!
Мрачный Кот прилёг в углу,
Без подушки, на полу.
Утром Кошка поднялась
И слезами залилась:
«Мяу-мяу! Нет Кота —
Ни усов и ни хвоста!
Засыпала – дома был,
А проснулась – след простыл!»
Пошла Кошка искать Кота.
Нет Кота на чердаке.
Нет на старом сундуке.
И на лавке нет Кота,
И под лавкой нет Кота,
И в кладовке нет Кота —
Дверь в кладовку заперта!
Вышла Кошка во двор.
А соседи тут как тут —
Разговор уже ведут:
Куры (квохчут):
Ко-ко-ко!
Жить с котами не легко!
Шавки (лают):
Гав-гав-гав!
У котов ужасный нрав!
Утки (крякают):
Кря-кря!
Кошка замуж вышла зря!
Села Кошка на крыльце. Сидит, лапкой слёзы утирает.
Кошка (плачет):
Убежал —
Даже лапки не пожал!
Ах, зачем в тот страшный час
Я сказала: «Скройся с глаз!»
Не успела Кошка так подумать, как послышались знакомые шаги.
Кошка, сидя на крыльце,
Изменилась вдруг в лице:
Неужели это Кот?
И откуда он идёт?
Кошка (строго):
Где ты был?
Где ты время проводил?
Я не ела, не пила —
Целый день тебя ждала!
Кот:
Я ходил ловить мышей.
Сам наелся до ушей
И тебе десятка два
Дотащил едва-едва!
Кошка:
Почему не разбудил,
Когда рано уходил?
Кот:
Больно крепко ты спала,
Очень поздно спать легла!
Кошка:
Будешь рано уходить,
Обещай меня будить!
Кот:
Ладно, ладно! Погляжу!
Может быть, и разбужу!
Застели-ка мне кровать!
Час-другой хочу поспать.
Залез Кот под пуховое одеяло, положил голову на подушку и сразу заснул как убитый. А Кошка села у него в ногах и замурлыкала.
Кошка:
Мяу-мяу! Мур-мур-мур!
Подразню я утром кур!
Пусть не квохчут: «Ко-ко-ко!»,
Что ушёл ты далеко!
Мурлыкала, мурлыкала Кошка, да и сама заснула…
Тра-та-та! Тра-та-та!
Вышла Кошка за Кота,
За Кота Котовича,
За Петра Петровича!
Хорошо семья живёт,
В дом к себе гостей зовёт,
Показать гостям хотят
Замечательных котят.

Если жить хотите дружно,
Так и ссориться не нужно
Из-за разных пустяков…
Подписался:
МИХАЛКОВ

Как же я люблю произведения с понятной четкой моралью, без вечных вопросов «и что же этим хотел сказать автор». Хотя может и не все так однозначно🙃

На первый взгляд, ссора абсолютно на пустом месте, даже не просто пустом, а изначально на чем-то положительном: куда поставить портрет - знак их любви. Но из-за портрета ли ссора? Мне кажется, нет. Ей неприятен приказной тон и отсутствие обсуждения (возможно, уже не в первый раз). Ему непонятна ее реакция, так как может быть искренне уверен в «я хозяин, я велю», потому что, не знаю, в этом вырос и так воспитан. А портрет просто стал триггером. Думаю, поэтому такой пустяк привел к «войне».

А дальше вступили непрошеные комментаторы и советчики, которые (возможно, искренне сочувствуя и желая поддержать) накрутили Кошку до того, что она решила «убежал - даже лапки не пожал».
Как же людям свойственно додумывать в негативную сторону, особенно о других людях… (Обязательно же кто-то подумает, что эта сказка здесь не просто так, верно?😉 А она здесь просто так)

Продолжение в комментариях ⬇️

Когда мне что-то не нравится, я всегда дочитываю до конца, но оооочень медленно🙂 Вот сейчас я так зависла на «Маленьком принце»… даже не знаю, почему выбрала именно его для начала (совершаю эту ошибку уже второй раз😅)

Так что давайте вместе выберем, что будем читать дальше) Если этот пост наберет 1 лайк, ставлю голосование за следующую книгу💖

«Маленького принца» тоже дочитаем, но оооооочень медленно

#зумерычитают_зачашкойкофе

Настроение понедельника☕️

Мацуо Басё:

Из сердцевины пиона
Медленно выползает пчела…
О, с какой неохотой!

Мы вот так и не выползли пока, малыш уснул в процессе сборов 💤

☁️ Начинаем читать «Господа Головлевы» Михаила Салтыкова-Щедрина ☁️

На этой неделе (ближе к концу) будем обсуждать первую главу «Семейный суд»

Очень круто, что в нашем пока небольшом клубе совпадают вкусы и первую книгу мы выбрали практически единогласно ❤️ Интересно, совпадут ли так же впечатления от прочитанного))

«Господа Головлевы» я читала относительно недавно, этой весной, и очень рада прочитать ее ещё раз с вами. Эта книга - одна из произведших на меня наиболее сильное впечатление, и именно на ней у меня впервые появилось желание сделать свой книжный клуб 🙂

Для меня это про фатальность, про точку невозврата, про ненужные лишения, про душащую тоску… А главное, «Господа Головлевы» стали яркой иллюстрацией необходимости своевременной родительской любви и поддержки.

Интересно, какие эмоции эта история вызовет у вас и приду ли я сейчас к тем же выводам, что полгода назад 👀

#зумерычитают_зачашкойкофе

💕 Независимость или счастье?

Предлагаю немного разбавить головлевскую тоску и почитать за кофе о более счастливом человеке (счастливом ли?) ☺️

Антон Чехов, «Душечка»:

Оленька - тихая, добродушная, жалостливая барышня с кротким, мягким взглядом, очень здоровая, просто «душечка». «Она постоянно любила кого-нибудь и не могла без этого».
«Дом, в котором она жила со дня рождения и который в завещании был записан на ее имя, находился на окраине города», рядом с садом «Тиволи» и лесом. Флигель сдавали в аренду, сейчас там жил антерпренер летнего театра «Тиволи» Кукин.
Как-то вечером он пожаловался ей на нескончаемый дождь и неблагодарную публику. На следующий день снова. И на третий день то же… «В конце концов несчастья Кукина тронули ее, она его полюбила». Так полюбила, что «сердце замирало» и «спать не хотелось».
Они поженились, жили хорошо. «Она сидела у него в кассе, смотрела за порядками в саду, записывала расходы, выдавала жалованье, и ее розовые щеки, милая, наивная, похожая на сияние улыбка мелькали то в окошечке кассы, то за кулисами, то в буфете». Думала только о театре. О себе всегда говорила «мы с Ваничкой».
Жили счастливо около года, а потом антерпренер Кукин умер.
Три месяца Оленька очень страдала. Потом с ней познакомился управляющий лестным складом Пустовалов.
Они поженились, жили хорошо. Оленька «сидела в конторе (мужа) до вечера и писала там счета и отпускала товар». Думала только о лесе, театр, как и другие развлечения, не любила. О себе всегда говорила «мы с Васичкой». Когда муж уезжал по делам, она плакала, спать не могла. «И так прожили Пустоваловы тихо и смирно, в любви и полном согласии шесть лет», а потом он умер.
Оленька страдала полгода, а потом начала пить чай в саду с ветеринаром, арендовавшим флигель в ее доме. «Он был женат и имел сына, но с женой разошелся, так как она ему изменила, и теперь он ее ненавидел и высылал ей ежемесячно по сорока рублей на содержание сына».
«Было ясно, что она не могла прожить без привязанности и одного года и нашла свое новое счастье у себя во флигеле. Другую бы осудили за это, но об Оленьке никто не мог подумать дурно, и все было так понятно в ее жизни».
Они не афишировали отношения, но все было и так понятно. Его раздражало, когда она начинала говорить о ветеринарии. «А она смотрела на него с изумлением и с тревогой и спрашивала:
– Володичка, о чем же мне говорить?!
И она со слезами на глазах обнимала его, умоляла не сердиться, и оба были счастливы».
Но ветеринар уехал, и Оленька осталась совсем одна. Она стала несчастной, поплохела, постарела. «А главное, что хуже всего, у нее уже не было никаких мнений. Она видела кругом себя предметы и понимала все, что происходило кругом, но ни о чем не могла составить мнения и не знала, о чем ей говорить. А как это ужасно не иметь никакого мнения!
Ей бы такую любовь, которая захватила бы все ее существо, всю душу, разум, дала бы ей мысли, направление жизни, согрела бы ее стареющую кровь».
Жила она так никак, как вдруг на пороге ветеринар… с женой и ребенком. Оленька им бесплатно отдала дом, сама переехала во флигель. «На лице ее засветилась прежняя улыбка, и вся она ожила, посвежела, точно очнулась от долгого сна».
Их мальчика Оленька полюбила как родного сына. «И она уже имела свои мнения и за ужином говорила с родителями Саши о том, как теперь детям трудно учиться в гимназиях…»
Постепенно родители мальчика стали все реже появляться дома, мать (жена ветеринара) вообще уехала в другой город. Оленька перевела мальчика к себе во флигель, и жили они счастливо.

Очень советую прочитать полностью, даже если уже когда-то читали)

Помню, как мы обсуждали этот рассказ в школе, что она безличностная, человек-хамелеон, несамодостаточная, что она не может находится в гармонии с собой и тп. В Яндекс Книгах пишут, что это рассказ о созависимых отношениях. У меня же Душечка и в подростковом возрасте вызывала исключительно симпатию, а сейчас тем более…

О(б)суждаем в комментариях ⬇️

Жизнь с маленьким ребенком непредсказуема и неконтролируема 🍋 Так, мое чудо утопило в ванне мой телефон (рубрика ээээксперименты), со всей моей жизнью, которая больше никуда не скопирована (не доверяю я iCloud) 🥲 В том числе утонули и мои заметки по «Головлевым», поэтому пришлось немного притормозить наш виртуальный книжный клуб. Но я снова здесь, снова с вами 😁💖

#зумерычитают_ГосподаГоловлевы

💔 Плохая мать или несчастная женщина?

Хочется подступиться ко всей этой трагедии Головлевых немного со стороны и поговорить сегодня только об Арине Головлевой. Как будто, все описанные события являются только следствием ее личной трагедии

Михаил Салтыков-Щедрин, «Господа Головлевы: Семейный суд»:

Арина Петровна - самодостаточная, активная, предприимчивая женщина, в целом строгая, все контролирующая, ещё и по нраву «холостячка». Муж же ее «легкомысленный и пьяненький», бездельник, женился только для того, чтобы иметь постоянного слушателя для своих «вольных стихов» (которые Арина Петровна считает «поскудством и поясничнством»). «Понятно, что размолвки не заставили долго ждать себя. Постепенно разрастаясь и ожесточаясь, размолвки эти кончились, со стороны жены, полным и презрительным равнодушием к мужу-шуту, со стороны мужа — искреннею ненавистью к жене, ненавистью, в которую, однако ж, входила значительная доля трусости». Муж еще и начал вскоре подлавливать горничных по коридорам…

Так что Арина Петровна быстро решила, что «муж ей не товарищ», охотно говоря о себе, что она «ни вдова, ни мужняя жена», занялась ростом и округлением головлевского состояния.
Делала она это со всей страстью и интересом, за 40 лет увеличив имение в 10 раз.

«Немного более счастлива была Арина Петровна и в детях. У нее была слишком независимая, так сказать, холостая натура, чтобы она могла видеть в детях что-нибудь, кроме лишней обузы. Она только тогда дышала свободно, когда была одна со своими счетами… В ее глазах дети были одною из тех фаталистических жизненных обстановок, против совокупности которых она не считала себя вправе протестовать, но которые тем не менее не затрогивали ни одной струны ее внутреннего существа, всецело отдавшегося бесчисленным подробностям жизнестроительства. Детей было четверо: три сына и дочь».
«О старшем сыне и об дочери она даже говорить не любила» - им, как постылым, были «выброшены куски» (не без цели сузить круг наследников), которые были быстро прожиты. Конец у обоих был трагический, но об этом хочется поговорить отдельно.
«К младшему сыну была более или менее равнодушна», он вырос человеком безвольным и пассивным.
«И только среднего, Порфишу, не то чтоб любила, а словно побаивалась… С младенческих лет любил он приласкаться к милому другу маменьке, украдкой поцеловать ее в плечико, а иногда и слегка понаушничать. Неслышно отворит, бывало, дверь маменькиной комнаты, неслышно прокрадется в уголок, сядет и, словно очарованный, не сводит глаз с маменьки, покуда она пишет или возится со счетами. Но Арина Петровна уже и тогда с какою-то подозрительностью относилась к этим сыновним заискиваньям. И тогда этот пристально устремленный на нее взгляд казался ей загадочным, и тогда она не могла определить себе, что именно он источает из себя: яд или сыновнюю почтительность.
— И сама понять не могу, что у него за глаза такие, — рассуждала она иногда сама с собою, — взглянет — ну, словно вот петлю закидывает. Так вот и поливает ядом, так и подманивает!»

Когда я читала «Господа Головлевы» в первый раз, Арина Петровна вызывала у меня бурный гнев. Я думала: «Ну как же можно так не любить своих детей, такому отношению не может быть никакого оправдания». А когда обсуждала этот сюжет со знакомыми и слышала комментарий «а может это послеродовая депрессия», все равно могла максимум согласиться на такое объяснение, но не оправдание.

Сейчас же, к собственному удивлению, вместо гнева я испытываю к ней только сочувствие. Просто очень несчастная женщина, которая слишком рано разочаровалась в семье и почувствовала себя совершенно одинокой… Это еще большая удача, что она смогла наполнить чем-то наполнить свою жизнь, каким-то делом. Хотя сейчас мне кажется, что это дело, как производство золотых рыбок у Маркеса в «Сто лет одиночество» (полковник Аурелиано после войны делал золотых рыбок, продавал и из всех заработанных монет снова делал золотых рыбок, чтобы просто не думать о своей жизни), не имеет цели и нужно ей только, чтобы не думать о реальности.

Продолжаем в комментариях ⬇️

#зумерычитают_зачашкойкофе

Не хочется сегодня перегружаться ни умственно, ни эмоционально, поэтому за кофе легкий позитивный комикс 🐸

Мик (Михаэль Байер), «Папа Диктатор»

*Это современный независимый писатель и художник из Берлина, Германия

Сам комикс в комментариях ⬇️

Мне здесь очень нравится мысль о том, что кем бы, какими бы мы не были для наших детей мы только мамы и папы. Они любят безоговорочно и из всех наших качеств и поступков видят только лучшие. По крайней мере, до определенного возраста, дальше уже приходится стараться… 😅

#зумерычитают_зачашкойкофе

Без комментариев) ☀️

Дакоцу Иида:

Цикаду поймал,
Взглянул ей в глаза и понял -
Подходит осень.

#зумерычитают_ГосподаГоловлевы

☁️ Облака, облака, облака… Гроб, гроб, гроб!

На меня история Степки-балбеса производит самое давящее впечатление. Еще никогда меня так не трогало описание тоски - тоски от однообразности, скуки, бездеятельности. Дождалась наконец-то идеальной погоды для этого сюжета 🥲

Михаил Салтыков-Щедрин, «Господа Головлевы: Семейный суд» (часть 2):
Первая часть здесь

«У него не было другого дела как смотреть в окно и следить за грузными массами облаков. С утра, чуть брезжил свет, уж весь горизонт был сплошь обложен ими; облака стояли словно застывшие, очарованные; проходил час, другой, третий, а они всё стояли на одном месте, и даже незаметно было ни малейшей перемены ни в колере, ни в очертаниях их. Вон это облако, что пониже и почернее других: и давеча оно имело разорванную форму (точно поп в рясе с распростертыми врозь руками), отчетливо выступавшую на белесоватом фоне верхних облаков, — и теперь, в полдень, сохранило ту же форму. Правая рука, правда, покороче сделалась, зато левая безобразно вытянулась, и льет из нее, льет так, что даже на темном фоне неба обозначилась еще более темная, почти черная полоса. Вон и еще облако подальше: и давеча оно громадным косматым комом висело над соседней деревней Нагловкой и, казалось, угрожало задушить ее — и теперь тем же косматым комом на том же месте висит, а лапы книзу протянуло, словно вот-вот спрыгнуть хочет. Облака, облака и облака — так весь день. Часов около пяти после обеда совершается метаморфоза: окрестность постепенно заволакивается и наконец совсем пропадает. Сначала облака исчезнут и все затянутся безразличной черной пеленою; потом куда-то пропадет лес и Нагловка; за нею утонет церковь, часовня, ближний крестьянский поселок, фруктовый сад, и только глаз, пристально следящий за процессом этих таинственных исчезновений, еще может различать стоящую в нескольких саженях барскую усадьбу. В комнате уж совсем темно; в конторе еще сумерничают, не зажигают огня; остается только ходить, ходить, ходить без конца. Болезненная истома сковывает ум; во всем организме, несмотря на бездеятельность, чувствуется беспричинное, невыразимое утомление; одна только мысль мечется, сосет и давит — и эта мысль: гроб! гроб! гроб! Вон эти точки, что давеча мелькали на темном фоне грязи, около деревенских гумен, — их эта мысль не гнетет, и они не погибнут под бременем уныния и истомы: они ежели и не борются прямо с небом, то, по крайней мере, барахтаются, что-то устраивают, ограждают, ухичивают. Стоит ли ограждать и ухичивать то, над устройством чего они день и ночь выбиваются из сил, — это не приходило ему на ум, но он сознавал, что даже и эти безымянные точки стоят неизмеримо выше его, что он и барахтаться не может, что ему нечего ни ограждать, ни ухичивать.
Вечера он проводил в конторе, потому что Арина Петровна, по-прежнему, не отпускала для него свечей. Несколько раз просил он через бурмистра, чтоб прислали ему сапоги и полушубок, но получил ответ, что сапогов для него не припасено, а вот наступят заморозки, то будут ему выданы валенки. Очевидно, Арина Петровна намеревалась буквально выполнить свою программу: содержать постылого в такой мере, чтоб он только не умер с голоду. Сначала он ругал мать, но потом словно забыл о ней; сначала он что-то припоминал, потом перестал и припоминать. Даже свет свечей, зажженных в конторе, и тот опостылел ему, и он затворялся в своей комнате, чтоб остаться один на один с темнотою. Впереди у него был только один ресурс, которого он покуда еще боялся, но который с неудержимою силой тянул его к себе. Этот ресурс — напиться и позабыть. Позабыть глубоко, безвозвратно, окунуться в волну забвения до того, чтоб и выкарабкаться из нее было нельзя. Все увлекало его в эту сторону: и буйные привычки прошлого, и насильственная бездеятельность настоящего, и больной организм с удушливым кашлем, с несносною, ничем не вызываемою одышкой, с постоянно усиливающимися колотьями сердца.»

Оставлю тут без комментариев… Все обсуждение ниже ⬇️

#зумерычитают_ГосподаГоловлевы

👶 И в горе, и в радости…

Пара слов об Аннушке Головлевой. Кажется, она не заслуживает быть забытой только из-за того, что умерла до начала основных событий 🙂

Михаил Салтыков-Щедрин, «Господа Головлевы: Семейный суд» (часть 3):
Предыдущая часть здесь

Об Анне Владимировне Арина Петровна не любила говорить. «Дело в том, что на Аннушку Арина Петровна имела виды, а Аннушка не только не оправдала ее надежд, но вместо того на весь уезд учинила скандал. Когда дочь вышла из института, Арина Петровна поселила ее в деревне, в чаянье сделать из нее дарового домашнего секретаря и бухгалтера, а вместо того Аннушка, в одну прекрасную ночь, бежала из Головлева с корнетом Улановым и повенчалась с ним.
— Так, без родительского благословения, как собаки, и повенчались! — сетовала по этому случаю Арина Петровна. — Да хорошо еще, что кругом налоя-то муженек обвел! Другой бы попользовался — да и был таков! Ищи его потом да свищи!
И с дочерью Арина Петровна поступила столь же решительно, как и с постылым сыном: взяла и «выбросила ей кусок». Она отделила ей капитал в пять тысяч и деревнюшку в тридцать душ с упалую усадьбой, в которой изо всех окон дуло и не было ни одной живой половицы. Года через два молодые капитал прожили, и корнет неизвестно куда бежал, оставив Анну Владимировну с двумя дочерьми-близнецами: Аннинькой и Любинькой. Затем и сама Анна Владимировна через три месяца скончалась, и Арина Петровна волей-неволей должна была приютить круглых сирот у себя.» По поводу чего писала сыну Порфирию: «Как жила твоя сестрица беспутно, так и умерла, покинув мне на шею своих двух щенков…»

Конечно, я сейчас буду рассуждать с позиции современного человека, без учета «нормальности» того времени, но для меня короткая жизнь Аннушки стала иллюстрацией того, как же важно построить с ребенком такие отношения, чтобы он мог ко мне прийти в абсолютно любой ситуации. Я хочу, чтобы мой сын знал, что и в горе помогут, и в радости шпынять не будут.

Почему она не пошла к матери за благословением на брак? Да потому что не было бы благословения, а трепать себе нервы упреками не хотелось. Почему потом, когда капитал и муж исчезли, не пришла с двумя маленькими детьми к матери? Да по той же причине…

Хотя автор и уделил Аннушке всего пару абзацев, давайте все-таки обсудим в комментариях) ⬇️

🤔 А все-таки можем ли мы обсуждать личности и поступки несовременных литературных героев с «высоты» наших современных представлений? Или необходимо в первую очередь учитывать социокультурный контекст и оценивать героев относительно современной им нормальности?

Готовя небольшую заметку об эмоциональном фоне после отмены крепостного права, задумалась - а настолько ли нам важно это понимать, чтобы понять героев Салтыкова-Щедрина, да и в принципе любого литературного произведения?

🤍 С одной стороны, да, внутриполитические события и последовавшие социальные изменения безусловно влияют на Головлевых. И прочувствовав «дух времени» мы, возможно, сможем лучше их понять

🖤 А с другой стороны, не ограничиваем ли мы тем самым значимость литературы до иллюстрации к истории? Искусство же вневременно, и человеческие отношения не меняются. Да и примерить поступки и чувства героев на современное общество и на себя лично может быть очень психотерапевтичным, в чем есть особая ценность

Я склоняюсь ко второму, но заметка будет все равно😁

А как вы думаете?🙃