Легенда о Чёрном монахе — средневековый мотив о призраке монаха, который возвращается после смерти из-за неисполненной клятвы или тайны.

Последний танец — европейские легенды о мёртвых, которые в определённую ночь покидают могилы и собираются на кладбище.

Человек без лица — в некоторых современных европейских легендах появляется фигура без лица, которую видят незадолго до трагической смерти.

Призрак Анны Болейн — после казни английской королевы появились рассказы о её призраке. По легендам, её видели в Лондонском Тауэре и других местах, связанных с её жизнью.

Банши — ирландская легенда. Плач или крик сверхъестественной женщины считался предвестием смерти члена семьи.

1. 3-5 артов
2. Личный юз и тгк
3. Желаемая легенда (можете написать её номер)

Цуки — Вторая владелица организации «Shadow of Fate» (S.o.F «Тень судьбы» ).
Высший Архангел, занимающая должность главы подразделения Охотников на Оборотней.
«Lunar Frontier» (L.F «Лунный рубеж»)

Весна пришла поздно, снег ещё лежал в оврагах, но лес уже дышал сыростью. Цуки шла по следу, стараясь ступать легко, как учил отец. Он говорил, что после того ядовитого дождя, волки перестали быть волками. Теперь это были твари из человеческой злобы и звериной силы. И убивать их нужно было раньше, чем они почуют запах твоего страха.
— Твоя первая настоящая охота. – сказал отец утром, проверяя её арбалет. Он всегда был сдержан, но сегодня в его голосе скользнуло что-то тёплое.
— Если сомневаешься – тебя сожрут. Запомни.
Цуки кивнула. Она помнила и другое: как раньше, в детстве, он сажал её на колени и показывал, как держать прицел, как чистить ствол, как плести тетиву. Она думала, что это игра. Игра закончилась ровно в тот момент, когда она увидела свежий след на поляне – отпечаток лапы больше человеческой руки.
Отец насторожился. Достал тяжёлые патроны, переложил в карман куртки, потому что обе руки нужны были для ледоруба – на случай, если придётся взламывать логово. Он всегда так делал, ходил без патронов в барабане, пока не встретит дичь. Цуки взвела арбалет, и болт тихо щёлкнул.
Воздух стал плотным. Из-за мокрой травы, где снег ещё лежал неровными грязными нашлёпками, вылетело нечто серое. Огромное, жилистое, с неестественно длинными передними лапами и человеческими глазами. Оно не рычало. Оно смотрело прямо на Цуки.
— Стреляй! – крикнул отец.
Цуки подняла арбалет. Мушка дрогнула и поплыла. Она видела чёрный нос, оскал, капли слюны. Внутри всё заледенело.
— Цуки, стреляй! – голос отца сорвался в хрип.
— Убей его, слышишь?!
Но палец не нажимал. Она не могла. Это же не мишень. Не деревянный щит с красным кругом. Это – живое, огромное, и оно бежит на неё.
Зверь прыгнул. Отец в два шага оказался рядом, оттолкнул её за плечи, и она упала спиной в мокрый снег. Тварь на мгновение потеряла её из виду и уже заносила лапу над отцом. Он выхватил револьвер, вскинул его, но внушительно понял - курок щёлкает впустую. Патронов нет. Он полез в карман – и лицо его сделалось серым. Сквозь протёртую дыру в подкладке кармана все патроны выпали ещё там, в овраге, когда он помогал дочери выбраться из ямы. Просто выпали, и он не услышал.
В его глазах впервые появился страх. Не за себя – за неё. Он успел выкрикнуть. Но тварь не дала ему закончить. Цуки увидела, как серая лапа разорвала отцовскую куртку, как он упал, как что-то тёмное и горячее брызнуло на истоптанный снег. Зверь наклонился, рванул снова. Отец захрипел. И замолк.
Тишина стала невероятно громкой. Цуки смотрела на красное озерцо, разрастающееся под телом отца, и в ушах билась пустота. А потом пришло осознание. Медленное, ясное, как выстрел. Она не может убежать. Она не должна. Земля перестала вращаться, а зверь поднял морду и двинулся к ней.
Она встала. В арбалете был один болт. Один – и больше не будет. Отец учил стрелять, не глядя на прицел, не слушая сердце, не думая.
«— Ты – не мишень. Ты – охотник».
Она вскинула рукоять к плечу, поймала в прицел глаз твари, выдохнула, а потом спустила тетиву.
Болт вошёл точно в глаз. Зверь дёрнулся, издал булькающий вой, сделал шаг назад и сел на землю. Тело ещё несколько раз содрогнулось, и всё замерло.
Весенний лес наполнился тишиной. Цуки опустила арбалет, медленно подошла к отцу, опустилась рядом на колени. Она не плакала. Она вытащила болт из твари, вытерла рукавом мокрое от ужаса лицо отца, и направилась обратно к дому. Отец всегда говорил: охотник умирает не от того, что не смог, а от того, что не был готов. Цуки выстрелила лишь один раз. Больше она не промахнётся

#арт