слушаем новый аукцыон. он совсем без надрыва. с другой стороны, зачем бы аукцыону сейчас надрыв, им всем под шестьдесят уже

лично я надеюсь даже в сорок так не писать, как сейчас пишу. хочу спокойствия. вокруг его не будет, вокруг всегда будет больно, но хотя бы внутреннего

очень хорошая песня и очень хороший Фёдоров. и где-то в трёх трамвайных остановках от нас #мзк

https://youtu.be/p2ALh-UmK6M

перечитываю сейчас сказки Гауфа, которые последний раз читал лет в десять

они и в десять читались как притчи, но довольно простые. будь честен с собой и другими и думай головой — основное, что я оттуда вынес. не потому что воздастся, а потому что только так ты можешь не ввергнуть себя и всех вокруг в неконтролируемую жесть, что ли.

а сейчас они про прощение. принц прощает самозванца, хотя из-за него его чуть не казнил родной отец. греческий купец прощает человека, из-за которого потерял руку и доброе имя. нам бы всем так.

может, из-за того, что честность и думание головой — вопрос майндсета и привычки, на самом деле. а вот с прощением сложнее

я пытаюсь сейчас преобразовать свою ярость в текст, но нихуя не выходит.

мой факультет (я его бросил, но всё равно мой) пидорасит из-за харрасмента. вроде как у какого-то препода отношения с какой-то студенткой, плюс в целом всё это обычное университетское говно с руками на коленках, словами, взглядами

моих коллег по цеху пидорасит из-за харрасмента. все же слышали про Венидиктова? какие-то люди бросились его защищать. спустя некоторое время всплыло его интервью, где он говорит, что у него в бытность учителем был секс со школьницами, но его всё равно защищают.

нахуя некоторые люди открывают рот вообще, а

продолжение поста про ярость, кайнд оф

подумал мельком, что для жизни в патриархате лучше вообще не быть человеком, если ты женщина

но тут тоже что-то про дегуманизацию. вы думаете, что я не человек, потому что я сексуальная тёлочка, а я на самом деле не человек, потому что я боевой робот. у меня сейчас из одной руки вылезет пушка, а из другой — дисковая пила, и всё, и пиздец вам

какой-то похожий мотив есть у Позоров в "Женщине". когда ты приходишь домой, я прячу ножи себе в бочину, я не человек, я не человек, прости меня, милый

путано как-то вышло, но надеюсь, понятно, что я имел ввиду

живя в согласьи с строгою моралью
я никому не сделал в жизни зла
она сама, сама того хотела
такие губы и такое тело
такие руки и такие ноги
такие вздохи и такая кровь

#книги

уже полдня участвую в вялотекущем разговоре о том, что грустные мультфильмы и рассказы в детстве нужны и важны

и в каждом таком разговоре я задумываюсь о своих детских впечатлениях от книг. многие герои классических приключенческих романов, которыми я зачитывался, мне нравились, конечно же. но трепет и ахуй вызывал ровно один — мексиканец Ривера. "Мексиканец" мне попался в хрестоматии в третьем классе, и как же я тогда впечатлился. закономерные слёзы над Сетоном-Томпсоном и рядом не стояли с этим впечатлением. эта жажда свободы не для себя, но для всех, эта отчаянность, эта нигилистическая самоотдача.

мне почти 21, я жутко устал от жизни со своими политическими взглядами. но я до сих пор, блядь, хочу быть как мексиканец Ривера. чёрт знает, откуда во мне в босоногом детстве взялись стремления, которые этот рассказ катализировал, но вот как-то так сложилось.

#книги

Судья неохотно взял его руку в перчатке и высоко поднял её. Никто не поздравлял Риверу. Он один прошёл в свой угол, где секунданты даже не поставили для него стула. Он прислонился спиной к канатам и с ненавистью посмотрел на секундантов, затем перевёл взгляд дальше и ещё дальше, пока не охватил им все десять тысяч гринго. Колени у него дрожали, он всхлипывал в изнеможении. Ненавистные лица плыли и качались перед ним. Но вдруг он вспомнил: это винтовки! Винтовки принадлежат ему! Революция будет продолжаться!

#ткст

я помню руки, а может, ноги, а может, скулы, а может, голос, я помню трепетные касанья, я помню тёплый весенний вечер, я помню смятую простынь утром.

и помню радость, а может, счастье, а может, похоть, а может, нежность, а ты красивая, как Венера, а я разбитая, как Иуда.

я помню горе, оно повсюду.

ну как ты выглядишь, золотая? я помню руки и помню ноги, и помню вместо лица — могилу, а вместо глаз — нефтяные ямы. но ты красивая, как Венера: тебе идёт чернота, родная.

и я разбитая, как Иуда, — я целовала тебя для счастья, но оказалось — для погребенья: ты стала мёртвой, ты стала смертью, ты стала,

стала

самой собою.

я хороню себя, золотая, в холодной клетке любимых рёбер.

для «Натюрморта» Бродского у меня в сердце есть особенное какое-то место.

9

Вещь. Коричневый цвет
вещи. Чей контур стёрт.
Сумерки. Больше нет
ничего. Натюрморт.

Смерть придёт и найдёт
тело, чья гладь визит
смерти, точно приход
женщины, отразит.

Это абсурд, враньё:
череп, скелет, коса.
«Смерть придёт, у нее
будут твои глаза».

10

Мать говорит Христу:
— Ты мой сын или мой
Бог? Ты прибит к кресту.
Как я пойду домой?

Как ступлю на порог,
не поняв, не решив:
ты мой сын или Бог?
То есть, мёртв или жив?

Он говорит в ответ:
— Мёртвый или живой,
разницы, жено, нет.
Сын или Бог, я твой.

#чужое

#ткст

мысленное преступление
мышечные спазмы
мытарства, мытарства
мылом вымой рот свой, неблагодарный

найти бы денег, ну хоть откуда
найму сиделку для бабушки на последние
найки проигрывают обуви из фикспрайса
найда, найда, иди ко мне, иди гулять

демократия должна умереть
демоны просятся наружу, на холод
демонстративные избиения
деметра рыдает над промерзшим полем

выстрел в голову
вымершая страна
выжженная земля
выкошены болезнью

холодно просто пиздец
хочется спать
хор сирен полицейских
хождение по мукам

ду
до
дэ
да

у стихотворения выше есть двойное дно. это жизнерадостное стихотворение, и я на самом деле люблю Россию, жаль, что о любви к ней у меня получается только вот так, с двойным дном

#ткст
кто на штурм, кто на шторм, кто под дождь, кто и вовсе под пули
ты один не ходи, не ходи, непременно погибнешь
я прикрою тебя (потому что я просто машина)
я прикрою тебя (потому что для этого нужен)
это — счастье моё, не грусти — это будет не больно,
не больнее, чем вдруг умереть от смертельной болезни
как дышать? я забыл, как дышать, но и ты не умнее
раз за разом учился дышать, но никак не запомнишь
в этом глиняном теле — ни плоти, ни крови, ни сердца
а твоё — из огня, наделённого светлой душою
и нечистый, тупой, безнадёжный, бессмысленный голем
я валяюсь в осколках, а ты обнимаешь колени
не грусти обо мне, моё счастье, и помни о смерти,
позабудь и родных, и друзей, — только помни о смерти

#ткст

лишь бы никто не увидел
как хочется раскричаться
не прочёл бы чёрную ярость
по красным пятнам на скулах:
я хорошая, я другая
я всё держу под контролем
никого никогда не ударю
даже голоса не повышу
не оправдываю насилие
в том числе в войне с государством
не оправдываю насилие
не считаю необходимым

а от ярости всё болит
и голова, и мышцы
сведённые от попыток
поглубже её запрятать

лучше б болела кожа
ссаженная на костяшках
лучше б болели рёбра
от полицейских дубинок

хор:
так мы тебе и поверили
так мы тебе и поверили
так мы тебе и поверили
так мы тебе и поверили

я не знаю, куда этот хор вставить, но пусть будет

#чужое

СОЧИНЕННЫЕ НОЧЬЮ ВО ВРЕМЯ

1
Никуда не течет теперь река Волга,
У хранителя-ангела глаза волка.
Земля из-под снега глядит вдовой.
Смилуйся, государыня-водка,
Отпусти на денек домой.

Ты ведь все понимаешь, моя горькая,
Мне бы в сон цветастый кубарем с горки
К тому вон облаку в легкой лодке,
Но не сплю, слова – стальные иголки –
Вытягиваю из глотки.

Это больно, но действую без колебания
(Так шагает зверь по тропам лесным):
Сложится из слов колючая колыбельная,
Мир заснет, и, может быть, я с ним.

2
От Эрота стрелу бы и принял, но
Не летит стрела, ибо прав Зенон.
Или в землю лечь, словно я – зерно?
Все равно темно на пути земном.

Тут издох бы атлет, а я не атлет,
Да еще попробуй с ума не спять:
Я не сплю уже пятьдесят лет,
Хотя прожил всего только сорок пять.

Не сумел бежать от своих скорбей,
И щенком слепым прижимаюсь к стенам.
У любви нет глаз, - говорил Орфей,
А уж этот-то знал кое-что про темень.

3
Буду честен, то есть буду жесток:
Если ночь снимает шитый платок,
А рассвет – будто нарыв,
Если люди вокруг похожи на рыб,
Значит, придет потоп.

Если месяц как серп, но невидим жнец,
Если горы падают ниц,
Если с ветром ветер затеял спор,
Если люди в городе похожи на птиц,
А глаза их тонут в ямах глазниц,
Значит, в город крадется мор.

А вот если утро надело лучший наряд,
На который немало ушло труда,
Но никто не в слезах, и никто не рад,
Значит, все уже вымерли. Или спят.
Значит, нам с тобою туда.

у России два врага: чиновники, которые снесли памятник Коневу, и четырнадцатилетние анархисты

#ткст

сколько у тебя сердец, милая моя,
если твоё — каждый день разбивается,
от самой обычной новости — разбивается!

кого-то убили — разбилось,
кого-то пытали — разбилось,
кого-то пинали — разбилось,
кого-то послали — разбилось,
за каждого сирого, за каждого угнетённого,
за каждую битую женщину и обиженного ребёнка,
за каждого активиста, которого месит полиция,
за каждого срочника, найденного в петле,
за каждого, кому больно,
за каждого, кому грустно,
за каждого, кто страдает —
разбивается!

сколько сердец, моя милая?
и где ты их держишь, милая?
или — подумать страшно — или мочалишь одно?
мягкое, ласковое, единственное сердечко твоё — в рубцах?

с таким не живут, моя милая, с таким умирают, милая,
где ж ты хранишь сердца?

утро доброе с политическим новьём от clipping

#мзк
https://clppng.bandcamp.com/album/chapter-319