вот это, на самом деле, читается под кулаком по стене тыщ тыщ тыщ тыщ 110 бпм примерно

разожги во мне
не —
нависть
всё кача-ется
и валится
вниз
всё горит
всё горит
это мы
подожгли
что нужно
разрушить
то будет
разрушено

разожги во мне
не —
нависть
кто раньше плакал
теперь повис
кто раньше боялся
теперь плюётся
огнём
ебанём

разожги во мне
не —
нависть
вместо Красной площади
чистый лист
чтобы все видели
все сука видели
все менты все эшники все правители

разожги во мне
не —
на —
висть —
а теперь
подавись
подавись
подавись

П о в е с т к а.

вам предъявлено
обвинение
в ношении и распространении
символики тех, кого у нас нет, нет, нет, исторически нет,
а если и есть, то должны быть биты
арматурой и ножкой стула,
те, кого у нас нет, нет, нет,
кого нам не надо,
тех, кто просто пиньята
с кровяными конфетками,
радужная пиньята
для больших ребяток.

и смотрите в глаза мне, в глаза, глаза,
я сказал, в глаза, не на пол, не в окно,
или всё равно?

за ношение и распространение
вы караетесь штрафом
и походом нахуй,
с остальными, кого у нас нет, нет, нет,
кто тоже пиньята
для больших ребяток;
вы караетесь штрафом,
походом нахуй
и страхом,
страхом,
страхом.

Лето, солнце, Никонов полез.
Пока я не могу угомонить внутренний генератор рефренов, хочу сказать, что мне нравится новый клип БГ и вообще новый БГ.
Довольно много лет я считала его человеком чистой любви (не могу оторвать глаз от тебя, не могу оторвать глаз от тебя), а потом у меня дошли руки до альбомов «Соль» и «Время N», и что-то ой, потому что какая у него любовь, такая, оказывается, и горечь.

В «Баста Раста» меня неожиданно сильно стукнуло Трентом Резнором и мрачным поздним Боуи; ещё стукнуло дробным текстом и звуком. Если бы не внутренняя установка «не набивать на себе цитаты, пока автор цитат не умрёт», набила бы название этого трека на видном месте.

https://youtu.be/qlGRY5ZUyp8

То ли Хлебников, то ли Фёдоров (не Мирон), хуй его знает, я так устала, бля.

ну чё ты снова «свобода мысли»
ну чё ты сразу — «ублюдки», «твари»
это просто у них работа — пиздить
это просто у них работа — кошмарить
просто работа — быть шестернёю
в механизме, сминающем всё живое

а ведь хочется, хочется
и тебе, и мне
сбивать кулаки о кирпич в стене
что ж, такая хуйня, сестра: мы хотим войны — значит, быть войне

пошли, за палку берись, за нож
тех буйно чествуем, кто погиб
кусочки камня из-под подошв
стремглав бросаются в сапоги

#ткст

лучшие строчки туда не вошли, на самом деле, но лучшие строчки никогда никуда не входят
лежат годами иногда, пока в голове вдруг что-то не щёлкнет и к ним не выстроится фрейм

ещё я почему-то всегда пишу с конца и не могу придумать начало, написать десять-двенадцать строк снизу вверх, пока что-то наконец не замкнётся, — как нехуй делать
или, например, придумываю крутой рефрен и форму, пишу штук семь с этим рефреном, а промежутки заполнить нечем, так и лежат

на полуриторический вопрос, какой текст запостить («мрачный или ещё более мрачный?»), товарищ предложил запостить его любимый
ну, хуле

шум города
город
шум города
город
шум города
город
ты
провода
фонари
оранжевый свет
ты
трамваи
машины
прохожие
ты
асфальт
ты
бетон
и гранит
ты
разлитый бензин
ты
запах бензина
ты
полуночный экспромт
на лавочке в парке
ты лавочка в парке
ты парк
ты
где-то
где ты
где ты
ты где
здесь и сейчас
ты где
я слышу тебя
здесь и сейчас
ты
шум города
город
шум города
город

#ткст из мрачного октября 2017

Живи, мой милый, славный, пока ты юн и весел,
И делай то, что классно, пока не станет слишком,
И делай то, что слишком, пока не станет больно,
И делай то, что больно, пока не станет зверски.
#ткст

ещё недавно разговорились с авторкой широко известного в узких кругах текста про вагинальные порошки и проекта @lerasalnisova
и я пожаловалась, что не умею писать феминистские тексты, потому что правда не умею — изнутри не прёт почему-то, а каждый раз, когда пытаюсь специально, выходит вымученная программная хуйня, типа государственного гимна

так вот, после этого разговора немного попёрло
на полшишечки, на полфаланги
но да

есть дурацкая, — тот самый Никонов, — вариация на тему красной двери, которую красят в чёрный
но я её не хочу пока, надо дошлифовать
будет старое про колосса, потому что про колосса, кажется, одно из лучших
и именно после него я, походу, открыла для себя удары кулаком по стене как элемент перформанса

i.

всё, способное пасть, — падёт,
под собой погребёт всё, что должно быть погребено,
и тебя, и меня заодно.

ii.

это чёрный колосс с полицейской сиреной в горле,
он идёт
(грохот)
на твой город
(грохот)
он берёт его
(грохот)
твой город чёрен от шлемов.

iii.

виноград горячих голов под его ногами,
виноградный горячий сок.

iv.

ах беды наши
возьмём ножи ли
грызут букашки
колоссовы сухожилия

v.

революция — алый клыкастый ком,
заразная алая свора;
свора восстанет из месива, как Левиафан из моря,
и всё, способное пасть, — падёт.

vi.

post scriptum:

свободу ворам
свободу поварам
свободу комарам
свободу топорам
свободу вечерам
свободу тарарам

#ткст