На самом деле, 8 марта — один из самых любимых моих праздников (правда, уже который год я встречаю его в ужасном настроении). Я всегда поздравляю подруг с днём солидарности женщин в борьбе за свои права (с праздником, подруги!) и стараюсь сделать видимыми талантливых прекрасных женщин если не для других, то хотя бы для себя — читаю писательниц и смотрю фильмы режиссёрок. Хочу поделиться с вами книгами женщин, которые меня вдохновляют — на самом деле их очень, очень много (это каждая из вас!), но я подобрала те, которые сейчас со мной в одном помещении. Какие-то из них я не читала, какие-то даже не распаковала, но сам факт того, какими прекрасными, сильными, восхитительными женщинами они написаны, заставляет меня улыбаться даже с моим дурацким настроением. А ещё очень греет, что часть из них мне подарили или дали почитать мои подруги — без вас я не была бы такой счастливой. И дело даже не в книгах! 💘

Лив Стрёмквист в своих комиксах исследует тему любви с разных ракурсов. И пусть "Расцветает самая красная из роз" у меня до сих пор в плёнке (Маша, я исправлю!), я знаю, какие у неё залипательные иллюстрации

Майя Кучерская продвигает литературное мастерство в России, а ещё мне очень близки её мысли. И каждое моё взаимодействие с ней проходило очень бережно и приятно

Салли Руни стала звездой ещё со своим дебютным романом (который Ксюша привезла мне из штатов. спасибо, Ксюша!), это восхищает и вдохновляет. Оказывается, так правда можно!

Анни Эрно сейчас — одна из самых популярных писательниц, и это просто чудесно, учитывая, на какие темы она говорит (и как хорошо её у нас издают). Она стала шестнадцатой женщиной-лауреаткой по литературе. Больше премий женщинам!

Катерина Сильванова и Елена Малисова признаны не только иноагентами, но и самыми продаваемыми авторками прошлого года (ЛВПГ разошлось более чем 200 тысячами (!!!) экземпляров), я до сих пор удивляюсь и радуюсь, что это вообще возможно

Ольгу Птицеву я пока читаю только в телеграме, но её книга ждёт своей очереди у меня на полках. А ещё я жду её новый роман "Двести третий день зимы" (который изначально был "Двести третьим февраля", все мы знаем почему), потому что выдержи из него и заметки Оли о том, как она его писала, помогали мне держаться

Элисон Бекдел создала очень крутой, умный и смешной графический роман "Весёлый дом", который я готова дать вам почитать (ну он ооочень классный!!), а ещё придумала знаменитый тест на сексизм — в произведении должны быть 1) минимум два женских персонажа (желательно, чтобы мы знали их имена), которые 2) разговаривают друг с другом 3) не о мужчинах. На самом деле, проверять всё вокруг этим тестом (и считать провалы) — одно из моих любимых развлечений

Екатерина Шульман — ещё одна иноагентка, политолог и просто чудесный человек, а ещё определённо мой любимый буктьюбер (да, её видео про книжки я люблю куда больше политических. Надеюсь, никто во мне не сомневался). Её "Практическую политологию" я тоже пока не читала, зато хвастаюсь автографом! (и вспоминаю, как хочется на КрЯКК...)

Ну и последняя в этом ряду — моя любимая писательница, Вирджиния Вулф. Я погружаюсь в её тексты с лёгкостью, как будто они были написаны специально для меня, и всегда нахожу в них что-то, что меня немного меняет, что делает меня лучше. И пускай у нас проблемы с её изданием, мои подруги всегда находят пути — на этот день рождения Маша подарила мне "Ночь и день" на английском. А если хотите обсудить её самый знаменитый (и всё ещё мой любимый) роман "Миссис Дэллоуэй", приходите к нам на книжный клуб 2 апреля 💕

На самом деле эти десять имён — только маленькая часть великих женщин, которые меня вдохновляют и добавляют в мою жизнь света, юмора и смысла. Но, повторюсь, никто не делает это лучше, чем вы — мои дорогие подруги. Поздравляю вас!

Эта Барби постоянно пишет, но ничего не пишет. Не пишет даже сюда об этом 😭

Сегодня "Писательницам без любовников" год. Многое ли изменилось за это время? Война не кончилась, я не стала больше писать, но — удивительно — вторая часть названия канала перестала быть актуальной. Меня всё так же эмоционально накрывает пару раз в месяц, я не поехала на литературную резиденцию, потому что выбрала лагерь, я нигде не опубликовалась, потому что особо никуда и не подавалась (хотя тут я вспомнила, что всё-таки есть один антивоенный стих на одном сайте). Но знаете, что важнее? Я перестала бояться называть себя писательницей. Потому что это — одна из самых важнейших моих идентичностей, и теперь я её не прячу.
Я продолжаю писать. Я становлюсь в этом лучше — хотя бы в своих глазах. А ещё вокруг меня оказываются прекрасные люди, которые тоже перестают бояться называть себя писательницами. Этот год того стоил.

(Но пусть следующий будет продуктивнее, ладно?)

Хорошо было бы в годовщину писательского канала поделиться с вами текстом — но вы же меня знаете (и читали предыдущий пост). Но у меня есть другой писательский контент: прошлым летом я провела несколько дней за коллажами (очень терапевтичное занятие!) и сделала несколько карточек.
Можно задать какой-то вопрос о писательстве и вытащить одну карточку (а здесь — остановить/заскринить гифку), она должна задать направление для вас и вашего текста и помочь прийти к тому, о чём вы сами уже думать не можете. А можно просто погадать, конечно.
И пусть мне не удалось победить чужой сканер и нормально показать вам эти карточки, прикреплю фотографии в комментариях.

Уже несколько месяцев не могу вытащить из себя стихов (даже плохих!), и сердце тяжелеет от веса несказанного — но хотя бы другие говорят

Год назад, где-то через месяц после начала общей беды, я начала писать роман. Сюжет родился сам, а завязкой стали похороны — были свежи воспоминания с прощания с моим другом. Я написала две главы и записала скелет сюжета, а потом уехала в лагерь. Нашла, как спасать себя в другом.
Сегодня ночью пришла личная беда. Моя бабушка умерла в больнице. И почему-то все три с половиной часа, которые прошли со звонка врача, я думаю о своём недописанном романе и о тексте в принципе. Наверное, потому что в него легче сбежать, заслониться им, выплеснуть себя. А ещё рассказать.
Мне почему-то ужасно важно говорить о смерти — практически так же, как о любви. Я не верю, что это две стороны одной медали, но для меня это два лейтмотива жизни. Например, подруга, которой я буду помогать с организацией свадьбы, помогает мне с похоронами. Это будут первые похороны, которые я организую, и седьмые, на которых побываю. Свадеб в моём арсенале всего четыре. Романов — одна десятая.
Но я спасусь.
Принимаю соболезнования и объятья. Говорите своим близким, что любите их.

Автобусы — мой дар и проклятье, потому что постоянные поездки на них забирают слишком много сил, но сколько же в них было написано!
Сегодня ехала в своём любимом виде автобусов — полупустой, на закате, да ещё и с кучей беззаботных школьников за спиной. Они смеялись, обсуждали планы на лето и были такие красивые, что сердечко щемило от нежности и зависти. И — наконец-то!! — написался стих. Не горжусь, он местами рябой, но он так радует, такой долгожданный. Теперь сердечко щемит ещё и от этого 💔

#иззаметок

Вчера закончилась смена, на которую я решалась дольше всего — путь сопровождали мерзкие ассоциации с конкретно этим лагерем, смерти и непонимание, что делать со своей жизнью. Но в моменты отчаяния ответ у меня один — надо идти в сторону любви. И я пошла.

В последний раз я так плакала в конце смены только когда была ребенком. Мои дети (большинство из которых уже не дети, а самые лучшие в мире взрослые), всегда мои дети стали той самой любовью, которая была мне необходима. Они были светом, они были смехом, они были глупостями и сложностями, они были теплом и жизнью. Пусть они всегда останутся такими. Перефразируя песню, которую написала на смене одна пионерка, "для меня, словно звёзды в небе, осветили границы крыш". Вообще смена была богата на песни — смешные и трогательные. В последнее утро мальчик, чей папа был вожатым во времена, когда я отдыхала с ДОМом, подошёл и сказал, что ночью написал песню про педотряд. А за пару дней до лагеря я написала для детей свою. Исполнили мы её, правда, только своему отряду, но однажды её послушают все ДОМовские дети, потому что она — для них.

На браталках, нашем традиционном прощании, ко мне подходили, повторяли моё имя и то, что я хорошая вожатая, что они хотели ко мне в отряд, что они многому у меня научились. Но самым сердцеразбивательным было "Оля, не уходи".

Три часа назад закончилось собеседование на очередную "взрослую" работу. Час назад мне прислали оффер. Сегодня вечером я его подпишу.
Но пока что я не знаю, как.

Сердце вытащу из груди
И оставлю его я здесь
Мне не нужно домой идти
Это дом и есть

#мойдом

Вот вы не ходите к нам на книжный клуб, а мы обсуждаем детские книжки в баре (нет, на самом деле мы их почти не обсуждали)

Просто не могу не поделиться: вот те самые песни с последней смены, спетые нами на последнем огоньке

Первая — мой текст, вторая — текст Юли Шаповаловой, музыка везде — Даниэль Юрьевич

#мойдом #иззаметок

За последние пару месяцев мне пришло достаточно много уведомлений "Успей поступить в магистратуру ВШЭ!", и больше всего меня удивляло не их количество, а моя реакция. Мне было всё равно. Я пожимала плечами и удаляла письма из почты — хотя начиная с третьего курса вышкинская магистратура "Литературное мастерство" была моей Большой Мечтой. Я написала все их олимпиады — на третьем курсе была первая, тогда ещё не разделили переводческий и писательский трек и я полтора часа переводила Джеральда Даррелла в бердском колледже, а в прошлом году так сильно смеялась над вопросом "выберите современных поэтов" в первой, тестовой части олимпиады, что тыкнула не туда и на второй этап не прошла. Я поступала туда три года: в мой первый раз Арина Бойко похвалила написанный за пять минут текст, два года назад я призналась Марине Львовне Степновой, что очень не люблю Лескова, а в прошлом году Майя Александровна Кучерская подбадривала меня (до бюджета оставалось пара баллов) и сказала приходить в четвёртый раз — увы. Два последних раза я выбивала себе дополнительные баллы апелляциями (до сих пор почему-то думаю, что я вообще единственный человек, который их подавал — для меня это было безосновательной авантюрой, но баллы мне прибавляли), но всё равно на бюджет так и не прошла. Зато прошла моя дорогая подруга Сонечка — читайте её канал, а когда-нибудь и книжки! — и в этом году она магистратуру закончила (с красным дипломом! так горжусь!)
А меня моя Большая Мечта отпустила. В этом году я не хотела в Москву, не хотела в вышку (она заметно опустела и изменилось за последние годы), не хотела даже доказывать себе, что я могу поступить туда. Мне нравится быть там, где я есть, среди своей тусовки (слегка писательской, слегка читательской, максимально разной и любимой), мне нравится идти маленькими шагами.
Так что теперь я своими маленькими шагами иду искать новую Большую Мечту.

Уже два дня у меня на прикроватной тумбочке (так же известной как место для current reading) лежит "Роза" Оксаны Васякиной, а я никак не могу её открыть.

За последние несколько месяцев со мной произошло непредвиденное обнуление. От переизбытка эмоций ли, нескольких коротких переездов и возвращений, от лагерных смен или из-за трёх смертей, но все мои трепетно вынашиваемые привычки сбросились, и я не делала ни-че-го. Я разучилась убираться, гулять, смотреть на птиц, писать (!), заходить в инстаграм, варить себе кофе и — о ужас! — читать. Но на этой неделе я обнаружила свою голову в относительной стабильности и начала возвращать себе себя через любимые ритуалы. Я помыла пол (нет, это дело я и всегда ненавидела, но ощущала его необходимость), позанималась йогой (вот этого мне и моей спине точно не хватало) и открыла эссе, вкладка с которым пылилась у меня уже несколько дней.

Оксана Васякина написала об автобиографической прозе, и я решила, что это отличный толчок к "Розе" — вспомнить слог Васякиной и то, за что я люблю автофикшн.

Но это эссе — не о том, как привести себя в порядок, и даже не о том, как я спасала свою душу. Оно о щедрости. О щедрости, которой необходимо научиться у наблюдения за полетом мотылька.

Когда я думала, какие цитаты буду выносить в этот пост, поняла, что могу в принципе перепечатать всё эссе. Оно очень короткое, но в какой-то момент Васякина успевает поменять даже собственное мнение об автобиографической прозе. Оксана соглашается, что такая литература может быть спасительной.

Это то, зачем я написала этот пост. Это то, почему мне хочется писать автофикшн. Если ты готова выслушать чужой голос, то ты можешь понять, что в своих чувствах — проедающей сердце печали, деревянной апатии или колющей неуверенности от мысли, что нужно отстраивать всё заново — ты не одна. И никогда не оставишь своих близких с этими эмоциями один на один, потому что автобиографическая проза — это учебник эмпатии, передающий эмоции от чужого опыта прямиком в твою голову. Я верю, что сочувствию можно научиться.

Проявить щедрость — это не отщипнуть от себя, это значит создать новое пространство, в котором возможно не только «я», но и «мы». 

В общем, читайте эссе, держитесь друг друга и помните, что это всё происходит не только с вами.

Сегодня я точно начну "Розу".