Потерпим, и само пройдёт?

У каждого, наверное, бывало, когда заболит где-нибудь, хорошо так заболит, ощутимо, но не смертельно. Но к врачу идти не хочется. А раз не хочется, то и не идём, терпим, авось само пройдёт. И бывает, что боль проходит. По крайней мере, временно. А бывает, что боль как симптом притупляется, но состояние в целом ухудшается и болезнь прогрессирует. Нежелание идти к врачу сегодня превращается в невозможность проигнорировать медицинскую помощь завтра.

Но почему мы так делаем? Ведь всем известно, что предупредить недуг легче, чем потом его вылечить. Да и стоит ли вообще в современном обществе говорить о значимости лечебного дела? Даже ученик начальной школы, который только вчера научился писать, скажет вам: «Врачи нужны, потому что они нас лечат».

Существование качественной и доступной системы здравоохранения — это залог достойного уровня жизни как для отдельного человека, так и для всего общества в целом, ведь от состояния здоровья его отдельных членов зависит жизнедеятельность всего общественного организма. И возможность для каждого бесплатно обратиться к врачу по болезни, из-за травмы или для профилактики — это одно из важнейших завоеваний недавнего прошлого. Это показатель высокого уровня развития общества. Ведь если человек знает, что качественная и бесплатная медицинская помощь — это не привилегия, а легко реализуемое неотъемлемое право, то ему не страшно смотреть в завтрашний день и, например, заводить детей, чтобы общество не старело и не возникал дефицит рабочей силы.

Однако сегодня при упоминании словосочетания «государственная поликлиника» у большинства людей возникают ассоциации с длинными очередями, ограниченными по времени приемами, неприветливыми уставшими врачами и устаревшей материальной базой. А при упоминании частной поликлиники начинает мучительно ныть где-то в районе кошелька или банковской карточки.

И для этого есть вполне весомые основания:

— Врачи, работающие на несколько ставок и перерабатывающие десятки часов (а оттого нервные и усталые);
— Сокращение или стагнация финансирования медицинских государственных программ в реальном выражении;
— Общий рост нагрузки на государственную систему здравоохранения;
— Стабильный и неуклонный рост цен в частной медицине;
— Риск нарваться в частной клинике на откровенных мошенников и даже «убийц в белых халатах».

А на цены на лекарства вообще без успокоительного не взглянешь.

Всё это не внушает спокойствия и заставляет переживать за светлое будущее... А все болезни, как известно, от нервов.

Но тут нам всем прописали новую «припарку» — законопроект, который сделает большую часть бюджетных мест в медицинских ВУЗах целевыми, приковывая работника на три года к организации без обязательных социальных гарантий и без ясных перспектив. Пишут, что это поможет решить кадровый голод в медицине.

А отчего же врачи не доходят до больниц? Отчего бегут оттуда? Да и разве нехватка врачей и медицинского персонала — это непосредственно сама болезнь? Разве не вызвана эта нехватка низким уровнем оплаты труда, например?

Дефицит врачей, дворников, строителей, учителей, водителей общественного транспорта — это всё симптомы одного системного заболевания, разрушающего весь наш с вами общественный организм. Метастазы уже проникли во все сферы общественной и личной жизни органы.

А мы все терпим.

Как нерадивый пациент с больным зубом, которому уже жевать больно, но бор-машина его пугает всё ещё сильнее. Пьём обезболивающее точечных полумер, глотаем антидепрессанты успокаивающих новостей, прикладываем к опухолям лопухи традиционных народных средств и, стиснув больные зубы, продолжаем ходить на работу, отказываясь от больничного.

Но пройдет ли эта болезнь сама, если мы ещё потерпим? Или уже необходима экстренная операция?

Слушать в Телеграме
Слушать на Яндекс.Музыке

#Подкаст

Подписаться на канал

Машинисты мостового крана

В цеху стоит такой гул, что собственные мысли тонут в нём, как железные болванки в расплаве. Над головой — рельсы, по которым медленно и величественно ползёт мостовой кран. Тридцать, пятьдесят, иногда сто тонн стали висит на крюке, а в кабине, на высоте десяти-двадцати метров над полом, сидит человек. Один. И от его внимания, от его рук зависит ход производственного процесса целого цеха.

Пейзаж из кабины нельзя назвать приятным и успокаивающим. В случае с горячей металлургией однообразные виды скрашивают лишь раскалённые слитки, искры до потолка, едкий дым и жар.

Рабочие место — это железная коробка, зачастую без кондиционера. Зимой в ней холодно, а летом адски жарко. Вибрация, шум, угарный газ, пыль металла — всё это входит в лёгкие вместе с воздухом, и никакие респираторы не в состоянии полностью защитить человека. Кто-то вообще не использует респираторы, потому что в них дышать еще сложнее. Так всю смену и болтаются эти маски на шее. Кто-то снимает маску только в момент переговоров по рации.

Профзаболевания здесь не «возможны», они обязательны: вибрационная болезнь, потеря слуха, силикоз, проблемы с позвоночником. Людей часто не хватает.

Зарплата? Официально «до 120–150 тысяч» на хорошем заводе. По факту — чтобы выйти на эти деньги, надо брать все сверхурочные, все ночные, все праздники. Иначе — 70–90, и привет.

Однако есть нечто, что держит и завораживает, несмотря на зарплату и тяжелые условия труда. Это ощущение невероятной силы. Когда ты одной рукой, управляя манипулятором, поднимаешь металлический сляб весом 35 тонн. Или крюками главного подъема крана поднимаешь 140-тонный чугуновозный ковш и деликатно кантуешь его механизмом подъема вспомогательной тележки.

Без машиниста мостового крана не сделать рельсы, по которым потом поедут поезда. Без него не уложить лист, из которого вырежут корпус корабля. Без него не отлить и не выточить вал, который будет крутиться в турбине электростанции. Всё, что потом назовут «экономикой», «инфраструктурой», «оборонкой» немыслимо без этих ловких рук, управляющих огромным монстром с крюками или клещами.

Ты — не «персонал». Ты — тот, кто буквально держит на весу всю эту хвалёную «индустриальную мощь». Без тебя завод встанет через час. Без хозяина, без директора, без целого министерства — проработает ещё не один день. А без тебя — нет.

И вот ты сидишь в своей раскалённой коробке, смотришь на суету внизу и понимаешь: всё это железо, все эти миллиарды прибыли — это ты поднял. Ты и такие же, как ты. И если однажды вы все разом отпустите гашетки и скажете: «А теперь давайте по-человечески» — то вся эта махина остановится. И тогда уже не хозяин будет решать, сколько вам платить и сколько часов гробить здоровье. Тогда решать будете вы.

Подписаться на канал