— Мне так плохо… помоги мне пожалуйста!
— Меня зовут Халид, я автор канала Wolfram. Подписывайся на мой телеграмм канал, там много чего интересного.
— Меня зовут Халид, я автор канала Wolfram. Подписывайся на мой телеграмм канал, там много чего интересного.
⚡14
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
просто знайте — я хороший учитэл. спустя год меня помнят.
⚡22❤2
В течение пятидесяти лет своей жизни я наблюдал за устройством этого мира и пришел к заключению с полной убежденностью, что, на кого бы или на что бы ты ни полагался в этом мире помимо Аллахlа, это всегда тебя подведет. А если же ты всецело положишься на Аллахlа, то непременно обретешь успех.
Имам Фахруддин ар-Рази رحمة الله
Имам Фахруддин ар-Рази رحمة الله
⚡20
Никто не может обижать маму
Мой сын Паата в 12 лет так нагрубил маме, что довел ее до слез. Бабушка и сестра пытались с ним поговорить, но в такие моменты вмешиваться нельзя. Даже объяснения отца ни к чему не приведут. Я ничего не сказал.
Прошла неделя, Паата уже забыл о случившемся. И я подошел к нему и пригласил прогуляться для «мужского разговора». Такого, о котором мама не должна была ничего знать.
Мы шли молча, а потом я обратился к сыну. «Хочу, чтобы ты мне дал совет. Однажды я влюбился в одну женщину.
И я пообещал ей, что если она выйдет за меня замуж, то я никогда не дам ее в обиду. Как ты считаешь, это правильно?»
«Конечно, правильно», — ответил он.
«А ты, когда влюбишься, дашь своей будущей жене такое
же обещание?»
«Конечно, дам!» — ответил Паата.
И тогда я ему сказал:
«Теперь помоги мне, пожалуйста. Я не знаю, как быть со своим сыном, который обидел мою любимую женщину.
Подскажи, что мне делать. Ведь я дал ей обещание».
Это и есть шоковая терапия. Он долго, долго молчит. Но то, что в этот момент кипит внутри него, — именно это и творит человека. «Накажи меня», — наконец говорит он.
«Зачем? Я не для этого тебя позвал. Нас двое, и мы должны защищать наших женщин. Поможешь мне в этом?»
«Помогу», — отвечает Паата.
Я жму ему руку и говорю:
«Пойдем домой. И давай об этом никто не узнает: ни мама, ни бабушка. Это будет наш мужской разговор»
Шалва Амонашвили
Мой сын Паата в 12 лет так нагрубил маме, что довел ее до слез. Бабушка и сестра пытались с ним поговорить, но в такие моменты вмешиваться нельзя. Даже объяснения отца ни к чему не приведут. Я ничего не сказал.
Прошла неделя, Паата уже забыл о случившемся. И я подошел к нему и пригласил прогуляться для «мужского разговора». Такого, о котором мама не должна была ничего знать.
Мы шли молча, а потом я обратился к сыну. «Хочу, чтобы ты мне дал совет. Однажды я влюбился в одну женщину.
И я пообещал ей, что если она выйдет за меня замуж, то я никогда не дам ее в обиду. Как ты считаешь, это правильно?»
«Конечно, правильно», — ответил он.
«А ты, когда влюбишься, дашь своей будущей жене такое
же обещание?»
«Конечно, дам!» — ответил Паата.
И тогда я ему сказал:
«Теперь помоги мне, пожалуйста. Я не знаю, как быть со своим сыном, который обидел мою любимую женщину.
Подскажи, что мне делать. Ведь я дал ей обещание».
Это и есть шоковая терапия. Он долго, долго молчит. Но то, что в этот момент кипит внутри него, — именно это и творит человека. «Накажи меня», — наконец говорит он.
«Зачем? Я не для этого тебя позвал. Нас двое, и мы должны защищать наших женщин. Поможешь мне в этом?»
«Помогу», — отвечает Паата.
Я жму ему руку и говорю:
«Пойдем домой. И давай об этом никто не узнает: ни мама, ни бабушка. Это будет наш мужской разговор»
Шалва Амонашвили
⚡33❤4
Стилистической особенностью арабского языка является то, что человек может говорить о себе, используя местоимение "мы"с целью возвеличивания. Также он может использовать местоимение первого лица "я", или говорит о себе в третьем лице, используя местоимение "он". Все эти три стиля использованы в Коране, ведь Аллахl обращается к арабам на их родном языке.
⚡16