вот иди корми детей

зачем я вам? вы полисяне, я всё ещё изгой и террорист, не лучшая компания.

Бродяга смотрит пару секунд и также тихо отвечает:

– зачем я там нужен?

– для тебя я тоже не лучшая компания.

цыц!

качает головой

– не видел. причём здесь она?

– ладно! ладно. я иду. только недолго

сдаётся Персей.

мы не любезничаем.

– во-во.

КУДА?

Бродяга придерживает Брута за плечи

– я конечно всё понимаю, но врезаться в меня при твоём состоянии не стоит

говорит он на ухо учёному

Бродяга замечает его неловкость и слегка улыбается.

– ты хоть мне не ври. тебе ногу оторвёт тоже скажешь " всё нормально"?

парень легонько толкнул Брута ладонью в лоб

– тебе надо больше отдыхать, а то станешь похожим на зомби.

Персей подхватывает его, одной рукой под талию, другой за плечи

– Брут, блять! что с тобой? не умирай хоть, а!

– зачем ты вообще на площадь в таком состоянии сунулся?

Бродяга его не отпускает.

– я бы и сам справился! теперь ещё за тобой следить.

вздыхает Персей.

– не отпущу. чтоб ты грохнулся тут? и башку себе расшиб?

– вроде у вас в Полисе такие хвалёные врачи, а я здоровее тебя буду, хотя в лесу рос.

Персей думает - отпускать или нет? выбирает второй вариант

– ты всё равно идиот.

Бродяга закатил глаза.

– как-нибудь! сейчас вот это всё происходит, никто не будет спрашивать, где тебя пизданули.

рука Бродяги сжимается на чужой талии неожиданно крепче, но не причиняя боли. он притягивает золотого обратно. мягко, но решительно. не то что бы он вдруг стал добрым, нет, просто ощущение, что Брут хрустальный. что, впрочем, так оно и было, чего ещё ожидать от полисянина? выращенного, словно тепличный цветок.

– ты берёшь на себя слишком многое. тебя тут каждая собака знает, Брут. это не хорошо. это плохо. когда ты уже поймёшь, что ты не железный?

Персей смотрит ему в глаза и шепчет практически в губы.

Бродяга отпускает Брута. осторожно. не торопясь. поворачивается к Океане и Нине. смотрит на девочку золотого статуса. без ненависти. просто мелкая. не понимающая масштаб происходящего.

– Нина, ты не отходи от неё. а ты, золотая, молчи. всё норм. да и чё ты перед изгоем то извиняешься?

усмехнулся Персей. затем повернулся к Океане, так, чтобы стоять между ней и Брутом.

– резала браслетников. а я тебя просил об этом? я говорил " идите и убейте всех"? нет, блять! это твоя прихоть. ты всегда была кровожадной и абсолютно без тормозов. ты напала на ребёнка. ты вообще в своём уме? я тут двух детей, вон одна... второй съебал.

он кивнул на Китти

– держал, чтоб их в этом бунте не потоптали и не убили. а ты?

Персей сделал шаг вперёд и схватил сестру за запястье руки, в которой она держала нож, сжимая до хруста.

– и я могу сам решить, кому вскрывать горло. я вожак. не ты.

в голубых глазах застыл лёд. голос был тихим, ровным, но это было ещё хуже, чем если бы парень кричал и ударил.

он был сейчас похож на Тесея.

бухать во время революции конечно ахуенная идея.

Персей смотрит на него не осуждающе, а понимающе.

– мгм. конечно конечно. когда ты в обморок свалишься, тоже будет терпимо?

недовольно произносит парень, скрестив руки на груди.