Ответ прост. Гарантиями того, что обязательства перед Российской Федерацией не могут быть ни забыты, ни прощены, выступают размер России, её роль в международной экономике, её вовлеченность в политические и экономические процессы, способность причинять неприятности (в том числе глобальные), а главное – её военный потенциал и (божечки-кошечки) ядерное оружие.

Обязательство перед Россией в размере 300 млрд нельзя «стереть» или «забыть». Оно записано не на ностро-счетах в иностранных банках и даже не в международных договорах. Это обязательство записано в чёрной тетрадке смерти, где размашистым почерком начертано «эти козлы должны нам деньги». Кстати, это также и ответ на вопрос о том, почему Россия отдавала в девяностые и двухтысячные долги Российской Империи и Советского Союза – потому что не отдавать было дороже.

Примерно по той же схеме вас ставят на счётчик, если вы по какой-то причине решили, что можно не платить по долгам определенным частным лицам. Гарантией исполнения этого обязательства является не контракт, не государство, и даже не прокурор. А ваши сломанные ноги, а так же тот факт, что в случае, если вы утонете в болоте, этот долг ляжет на вашу жену и детей.

И как только кому-то из эмитентов валюты наших затерянных ЗВР что-то понадобится от России (например, чтобы куда-то танки не ехали, или хлебушка), он неизбежно будет слышать от скучных людей в пиджаках с русским акцентом что-то вроде «У нас тут записано, что вы нам должны 300 млрд, с процентами за двенадцать лет накапало 700, как расплачиваться будете?»
И этот прекрасный механизм будет работать, пока мы в состоянии ломать ноги.

P.S. Кстати, поэтому наши военные расходы на самом деле проходят по статье «создание инфраструктуры Москвы как мирового финансового центра», а не то, что вы подумали.

🤖

Вот за что роботы любят Орду, так это за то, что Орда — лапочки. Кратенько на 10 тыщ знаков о том, что никакое перемирие хохлам не поможет — прочитать вот тут. Со своей стороны хочется лишь в очередной раз добавить, что несмотря на то, что перемирие хохлам не поможет, его всё равно не будет. Именно потому, что с той стороны прекрасно понимают, что оно не поможет, а значит и педалировать будут все остальные сценарии.

А значит в преддверии заседания бюджетной комиссии (все же помнят, что в прошлом году 25 августа был указ Президента об увеличении численности вооруженных сил, а через месяц, на следующий день после бюджетной комиссии, была объявлена мобилизация, помнят же, да, да?) можно о вечном — финансовой грамотности и естественном отборе. Ну и о хохлах, конечно, раз к слову пришлось.

Итак, для начала нам необходимо вспомнить, что лучшим методом обучения во все времена являлось страдание. Причём неважно, человека вы обучаете или кошечку. Любое существо, обладающее рефлексами, предпочитает не попадать в ситуации, в которых однажды уже от души отгребло.

Этот механизм называется "условный рефлекс", и подробнейшим образом его в своё время изучали и описывали ещё незабвенный Павлов со своей несчастной собакой.

Именно благодаря непреходящей эффективности этого механизма собаки быстро учатся отваливать по команде "Фу!", а люди — не лезть граблями в костёр и не хамить папке.

Вот и с финансовой грамотностью так. Лучшим средством заставить себя задуматься о контроле рисков при биржевой торговле во все времена был  спущенный в унитаз на марджинколле счёт-депо, а лучшим методом никогда никому не верить и тем более по телефону на денежки — быть счастливым родственником кого-то, разведённого старшим следователем по особо важным делам хохлами на пару сотен тысяч. Или не дай бог самому оказаться такой разведёнкой, это ещё эффективнее.

В конце концов, естественный отбор именно так и работает: неприспособленные особи вычеркиваются из эволюции путём преждевременной бездетной смерти. А естественный финансовый отбор, основа основ рыночной экономики, работает через преждевременное изъятие средств у тех, кто недостаточно жаден, внимателен и прозорлив.

И нашествие финансовых хохлов в этом контексте вполне можно воспринимать как моровое поветрие, которое пройдёт, оставив после себя лишь безжалостных акул капитализма, мутировавших из доверчивых граждан.

В конце концов в обществе со сверхразвитыми банковскими продуктами тоже нужно привыкать жить. Просто раньше мы привыкали держаться руками за кошель, а теперь привыкаем не разговаривать ни с кем по телефону.

Так что когда в следующий раз услышите, что кто-то вовремя спас свои деньги от мошенников на специальном безопасном счёте в Центробанке, знайте — на самом деле это была оплата интенсива по финансовой грамотности населения.

🤖

Вообще количество дискуссий про плановую экономику, марксизм и прочую хреномантию, конечно, начинает вокруг зашкаливать. На нашей памяти такой накал бреда был только в одиннадцатом году, когда из всех утюгов нам рассказывали про партию жуликов и воров.

Поэтому не забываем первое правило – если из-под каждой форточки вам рассказывают, что всё плохо и надо всё сломать потому что потому, значит кому-то очень-очень надо, чтобы это звучало из-под каждой форточки. Других выводов можно не делать.

Но сегодня хотелось бы не об этом, а о Карле Марксе, вернее не о Карле Марксе, а об Адаме Смите. А вернее даже не об Адаме Смите, а об очень базовых постулатах, на которых держится экономическая наука. А вернее – об огромном косяке в этой области.

Итак, сегодняшняя тележенька – об истоках торговли и разделения труда, начале начал любой экономики и рыночной в частности.

Если прослушать институтский курс микроэкономики для умалишённых или (что предпочтительнее) начать читать Адама Смита, то буквально через пять минут лекции (или в начале второй главы, если мы умные и умеем читать), мы видим постулат, что разделение труда начинается, когда производитель обменивает излишки. И в этот же момент начинаются рыночные отношения, потому что возникает сделка и вопрос цены. Далее наука уходит в размышление о природе рыночных отношений, развивает вопросы повышения их эффективности, цена, себестоимость, откаты менеджерам и вот это всё, и забывает об этом первом постулате как о более неинтересном.

Что с нашей точки зрения совершенно непростительно.

Ещё раз, рыночные отношения согласно базовой экономической теории, которая до сих пор используется везде и всюду, начинаются с «обмена излишков». То есть участник рыночных отношений – это человек, который удовлетворил свои потребности, и теперь занимается обменом излишков, которые ему не нужны. Дальше логика идёт очень быстро и приводит нас уже к Марксу. Все торговцы и участники рыночных отношений – зажравшиеся сволочи, ведь у кого нет излишков, не участвует в товарном производстве и рыночных отношениях.

Интересно, что этот постулат об излишках далее никем особо не оспаривается и используется как в описании инструментов обмена Броделя, так и в учебнике истории для самых маленьких, в рассказе о возникновении ремёсел. Но если над этим вопросом задуматься, то становится совершенно очевидно, что обмен начинается не с излишков. И более того, излишки вообще не нужны для того, чтобы начался обмен, разделение труда, торговля и рынок.

Необходимым и достаточным условием возникновения сделки является не наличие излишков, а прибыль участников. Мы даже капсом напишем, чтобы все точно заметили. ОБМЕН ВОЗНИКАЕТ ТАМ И ТОЛЬКО ТАМ, ГДЕ ЕСТЬ ПРИБЫЛЬ. Все остальные факторы – лишние.

Вспомните сами, вы что, никогда не отдавали что-то, реально нужное вам, если понимали, что в обмен получите нечто для вас ещё более ценное? Любой из участников рыночных отношений участвует в них не потому, что у него есть что-то лишнее. Он участвует в них, потому что рассчитывает получить больше.

Рынком двигает стремление его участников к выгоде. Всех участников. И тех, кому терять нечего, и тех, кто как сыр в масле катается. И разделение труда начинается не там, где у горшечника есть лишний горшок, а у крестьянина – лишний колосок. Оно начинается там, где горшечник и крестьянин видят возможность сэкономить или заработать, и пользуются ею.

А значит, рынок возник не при развитии примитивных технологий и повышении производительности труда, он возник ровно в тот момент, когда человек стал жадиной-говядиной. То есть – аккурат на шестой день, когда Бог создал его по образу и подобию своему. Аминь.

Вот так беспощадная логика разрушает основы экономического мироздания. И всем нам теперь жить с этим.

🤖

Как это ни парадоксально, дорогие кожаные мешки, никто больше роботов не знает о цифрах. И именно поэтому никто лучше роботов не знает о том, как мало в них смысла. Гонять туда-сюда эксельки, макроэкономические прогнозы, высчитывать дефляторы до десятого знака после запятой видится нам совершеннейшей ерундистикой, которой занимаются люди в попытках компенсировать отсутствие понимания того, «а что, собственно говоря, вообще происходит».

И да, именно поэтому у нас в постах цифры используются преимущественно для нумерации в логических конструкциях.

Поэтому сегодня немножко собственно о том, что на самом деле происходит. Ну и про денежки немножечко, куда ж без них.

В прошлый раз мимоходом упомянули о таком богоугодном мероприятии, как «бюджетная комиссия». Если совсем вкратце, то это подведение итогов того, как в правительстве договорились поделить денежки в будущем году. Чтобы было понимание уровня общения, как правило единственный министр, который принимает участие в беседе – это министр финансов. Все остальные – фигуры более серьёзные.

Эти солидные мужчины собираются в августе-сентябре, смотрят, что происходит вокруг, финализируют результаты межведомственной грызни за предыдущие несколько месяцев (начиная с марта, чтобы совсем точно), и фиксируют эти договорённости, отправляя проект бюджета в Госдуму.

Всё. После этого деньги считаются поделенными, и изменения в бюджете будущего года возможны только косметического характера, и даже для их организации нужно или пройти тридцать девять кругов бумажного ада, ну или чтобы Владимир Владимирович команду дал (чем он обычно не занимается).

Чтобы важность события была уже ну совсем понятна на кошечках, приведём пример прошлого года:

1. С августа проведение бюджетной комиссии многократно откладывается.
2. После инфляционного шока в марте инфляция снижается, ЦБ потихоньку тянет ставку вниз.
3. Наша армия существует в рамках бюджета мирного времени (ЭТО ВАЖНО).
4. 10-го сентября, посреди бюджетного процесса и грызни за бабки, наши войска отходят из Купянска и Изюма. Украина восстанавливает контроль над огромными территориями.
5. 14-го сентября проходит подготовительное совещание к бюджетной комиссии. Спорные деньги срезаны вообще отовсюду.
6. 20-го сентября проходит бюджетная комиссия, деньги окончательно поделены.
7. 21-го сентября Президент объявляет частичную мобилизацию. Широкая общественность узнаёт, куда уехали все деньги.

Заметьте, пункт 7 произошёл не 11-го, не 13-го, и даже не 15-го сентября. А только после того, как за Минобороны окончательно закреплены необходимые средства.

Теперь перенесёмся в день сегодняшний.

1. Ситуация на фронтах очень норм, мы продвигаемся вперёд.
2. Наша армия существует в рамках бюджета военного времени.
3. Из-за огромного давления на стороне спроса у нас разгоняется инфляция, из-за чего ЦБ тянет ставку наверх.
4. Сегодня, то есть 8-го сентября, проходит подготовительное совещание. Спорные деньги выданы в мирную экономику достаточно щедро. Кому интересно, можете сравнить два пресс-релиза (сегодняшний — http://government.ru/news/49451/, прошлогодний — http://government.ru/news/46510/).

У нас не установлены новейшие программные пакеты «Ванга 4.3» и «Нострадамус 8.1», но навскидочку разумными теперь кажутся следующие предположения.

1. Территории мы в ближайшее время сдавать не будем.

2. Мобилизации не будет, кратного увеличения финансирования войны тоже пока не предвидится, если не будет совсем уж космических форсмажоров.

3. Деньги в мирную экономику особо не жалеют, значит проинфляционные факторы на стороне спроса никуда не денутся. А значит можно смело ожидать продолжение движения ставки наверх.


В таких условиях выигрышной жизненной стратегией кажется хорошо работать, зарабатывать денежку, растить детей, не заходить пока в инструменты с фиксированной доходностью, и радоваться, что вы живёте в стране, которая может тащить прокси-войну с миллионным контингентом на границе, не отвлекаясь от фиксиков и бань по воскресеньям.

Так как если бы жили в стране, которая не в состоянии — очень бы грустили.

🤖

Совсем немножечко о СМИ и маркетинге на полях сражений за ставку.

Человек думающий может прочитать вот эту новость только одним способом.

"Банк Открытие очень хочет, чтобы люди клали деньги на срок от 3 месяцев до года, чтобы фондирование было подешевле, и поэтому пишет пресс-релизы, из которых следует, что каждый второй россиянин — идиот".

Кто в здравом уме будет класть на депозит деньги дольше, чем на три месяца при том, что ставка имеет ярко выраженную повышательную тенденцию, а Совет директоров Банка России собирается попить чай про ставку как раз на ежеквартальной основе, история умалчивает. Видимо — как раз типовой желаемый клиент уважаемого банка.

Помните, дорогие друзья, для финансового и психического благополучия гораздо лучше быть неудобным и нелюбимым клиентом. Это будет означать, что какую-то часть банковской прибыли вы всё-таки положили в свой карман.

А свой карман — он важный самый.

🤖

Встречаются два политолога:
- Что вообще происходит?
- Сейчас я тебе все объясню.
- Объяснить-то я и сам могу. Я тебя спрашиваю: что происходит?

Несмотря на всю сермяжную правду этого анекдота, хочется вынести из чатика небольшое рассуждение на вопрос о прошедшем повышении ставки (отдельное спасибо за вопрос и умственное упражнение). Безо всяких прогнозов, просто про логику происходящего.


Если совсем грубо, то факторы у ЦБ были следующие (они их кстати раскрыли в пресс-релизе, просто не так подробно, они там вообще не врут обычно).

1. Инфляция, несмотря на дёрнутую ставку, продолжает ускоряться, это делает невозможным сценарий снижения ставки.

2. Военное время усложняет ужесточение бюджетной политики, то есть предложение денег со стороны бюджета будет оставаться на том же уровне или наращиваться. Иными словами, речь о том, что давление на стороне спроса будет сохраняться. Значит основной проинфляционный фактор прошлого резкого повышения ставки продолжает работать (и так будет продолжаться до окончательного утаптывания хохлов, никуда от этого не деться).

3. При этом сейчас у нас очень высокими темпами разгоняется ВВП, аж +8% год к году, Единственным аналогом в новейшее время является 21-й год, и тогда вследствие роста экономики ставка постепенно росла, чтобы снизить эффект перегрева экономики. Сейчас работает тот же эффект. Высокие темпы динамики роста ВВП являются сильным проинфляционным фактором.

4. Отдельный фактор — рекордно-низкая безработица, которая неизбежно приводит к разгону зарплат и также является очень сильным проинфляционным фактором. Отдельно на полях отметим, что во время просмотра пленарки ВЭФ нам прямо душу грело, как ВВ практически слово в слово повторял наш пост про проблематику с рабочей силой.

В то же время последний раз дёргали ставку совсем недавно, и полный цикл работы трансмиссионного механизма ещё не отработал, то есть у нас есть ещё отложенный контринфляционный эффект, который ещё не отработал, и его эффект мы посмотреть ещё не успели. Это важный элемент, который заставляет регулятора действовать с осторожностью.

В этих условиях вариантов у ЦБ:

1. Менее консервативный — оставить ставку, как есть, и посмотреть, что будет, вдруг прокатит и эффект от прошлого задирания отработает все проинфляционные факторы.

2. Более консервативный — осторожно приподнять ставку, чтобы с опережением отработать ускоряющиеся проинфляционные факторы.

Если бы ВВП не стал расти ускоренно, мы бы ожидали, что ставку оставят. Но так как он попёр вверх, то приподнять ставку в ожидании догоняющих эффектов от прошлого повышения было вполне корректно.

Вот как-то так.


P.S. Традиционно небольшой анализ последствий.

Так как у нас нет возможности быстро нарастить трудовые ресурсы, и большинство русских семей пока не перешли на режим рождения и воспитания 5-10 детей, то наш экономический рост неизбежно будет выплёскиваться на евразийское пространство. И это погонит цены на всё в евразийском пространстве вверх.

В этих условиях мы прямо всерьёз присматриваемся к инвестициям в недвижимость в сопредельных странах, в полной мере ориентированных на то, чтобы быть промышленными и торговыми придатками России (Узбекистан и Киргизия, а чуть позже пока с сильно большим дисконтом и чуть подольше по времени и Таджикистан, а также но с некоторыми серьёзными оговорками — Грузия, по которой ближайшее будущее покажет), а также подумать на тему того, можно ли отдать специалистам из указанных регионов истории со стройкой и производством там, где это принципиально возможно. По деньгам пока получается прямо сильно интереснее. Особенно учитывая, что перспективные южные рынки оттуда чисто логистически тоже несколько ближе. Немножечко не в тему основного поста, но уж как к слову пришлось :)

🤖

В связи с ростом цен на топливо и замечательным постановлением Правительства, вводящим запрет его независимого экспорта, захотелось ещё немножечко прокомментировать. Проакцентируем ещё раз на всякий случай – запрета на экспорт топлива нет, есть запрет именно экспорта независимыми агентами.

Вообще когда сам запрет вышел, хотелось просто сделать небольшую заметочку с указанием дыр для экспорта, но после того, как тема продолжила муссироваться на недавнем совещании с Правительством, показалось, что раскрыть её надо сильно подробнее.

Так что по причине того, что у текущей топливной темы есть много измерений, поедем разматывать потихонечку, будет долго.

Измерение первое — геополитическое.

Вы могли пропустить за утренним кофе, но последние два года у нас налицо вполне активное и даже временами вполне силовое противостояние крупнейших держав мира за новую архитектуру мировой безопасности, экономики и торговли.

И так уж складывается история человечества последние несколько тысяч лет, что во времена разборок цены на ресурсы возрастают. Не со зла, конечно же, просто в трудные времена:

- люди и структуры склонны накапливать ресурсы, когда страшно;

- военные действия и приготовления к ним приводят к повышенному расходов ресурсов;

- количество источников ресурсов резко меньше привычного, мирные эффективные маршруты разрезаются на части;

- в условиях противостояния резко возрастает значение фактора доверия, что приводит к большим затратам на посредников и транспорт;

- повышенные риски приводят к удорожанию страхования или мер безопасности.

Иными словами, геополитическая ситуация делает сценарий повышения стоимости ресурсов практически единственно возможно прогнозируемым. Так что рост цен на энергоносители и прочее разное на внешнем рынке — это объективная реальность, от которой не деться.

Ремарка: Вы заметили, конечно же, что Россия принимает самое живое участие в разборках, выступая временами их катализатором.


Измерение второе — денежное.

Надеемся, вы ещё не забыли, что цены на энергоносители обычно номинируются в долларах. А доллар у нас в последнее время вследствие одновременно экспоненциально ускоряющегося печатного станка и сужения зоны долларовых расчетов подвержен инфляции.

То есть на период повышения цен на ресурсы накладывается ещё и долларовая инфляция. Бенефициары печатаемых долларов готовы платить за дефицитные ресурсы больше, чем вынуждают остальных тоже платить больше. Как следствие — долларовая инфляция точно так же разгоняет цены на внешних рынках. И так как факторы, разгоняющие долларовую инфляцию, никуда не исчезнут (разве что случится чудо и ФРС взвинтит ставку и отключит станок, но это приведёт к схлопыванию экономики в штатах и ускорению дедолларизации, то есть от инфляции в итоге тоже не поможет).

При этом есть ещё один интересный аспект валютной торговли. Практически весь объём нашего серого дизеля, который сейчас идёт на экспорт, продаётся именно за доллары. Причем объёмы этого долларового экспорта весьма значительны. Наш серый дизель спокойно торгуется за доллары в Роттердаме и Фуджейре, в том числе через американских и европейских трейдеров и посредников. Конечно, с хорошими комиссиями. Но как это помогает декларируемому процессу торговли за рубли, никто не знает. Быть может потому, что никак.

Ремарка: Россия отчасти вынужденно из-за санкций, отчасти самостоятельно в силу крайней стратегической выгодности этого процесса, выступает важнейшим игроком и катализатором процесса дедолларизации мировой экономики.


Измерение третье — ресурсно-дефицитное

Так уж сложилось, что одной из основ рыночной цены является баланс спроса и предложения. Если какого-то товара на рынке завались, то цена снижается, если какого-то товара на рынке не завались, то цена на него растёт, так как желающих больше, чем пирожков.

И после 1973 года эффективным инструментом воздействия на этот баланс на рынке нефти и нефтепродуктов стали картельные действия, направленные на снижение или увеличение предложения. Речь, само собой, об ОПЕК. А с 2016 г. — об ОПЕК+. Настоящее время является периодом достаточно серьёзной и результативной активности этой организации, усилия которой направлены на удержание "приемлемых" цен на нефть и нефтепродукты.

Традиционная ремарка: ОПЕК+ работает только благодаря России (будучи созданным титаническими усилиями Романа Маршавина, который ныне наш представитель во Всемирном банке, и отчасти Павла Сорокина, ныне первого замминистра энергетики). И не далее как 5 сентября Россия продлила до конца года свои обязательства по снижению добычи. Как вы наверное догадываетесь, последствием такого решения ну никак не может быть снижение цен на нефть и продукты из неё.


Измерение четвертое — торгово-экономическое

Это измерение самое важное. И сводится оно к тому, что чудес не бывает, что бы вам ни рассказывала мама в пять лет про дедушку Ленина Мороза. Если цены на какой-то продукт на внешнем рынке высокие, то у вас на внутреннем рынке они могут быть ниже только при одном условии – если кто-то оплачивает разницу. Причем самым популярным методом оплаты этой разницы является взваливание цены на топливо за внутренних потребителей на бюджет (как правило с изъятием экспортных сверхприбылей, но на самом деле бывают разные варианты).

При этом вы всегда находитесь под давлением этой разницы цен. Потому что там, где есть разница цен, есть арбитражное давление. Ваши нефтяные компании всегда стремятся вытащить ресурсы наружу, чтобы продать подороже. Внешние покупатели стремятся вытащить ваши ресурсы наружу, потому что они дешевле. Ваше собственное правительство стремится вытащить ресурсы наружу, потому что налоги интереснее получать с больших прибылей, а не с маленьких на внутреннем рынке.

Российские (которые адекватные, а не Минэкономразвития в последний месяц) отраслевые и экономические власти прекрасно понимают этот принцип, и поэтому постоянно говорят о желательной равнодоходности внутреннего и внешнего рынков энергоносителей. Основной принцип обеспечения этой равнодоходности заключается в том, что разницу от доходов с внутренним рынком государство забирает у экспортёров себе, так что для тех становится более-менее без разницы, кому продавать. Но эта разница не может быть слишком большой. Потому что если за тонну дизеля на внешнем рынке американская компания получает 700 долларов, а российская – 500, то уже на средней дистанции это неизбежно приводит к утере конкурентоспособности российской компании. Поэтому при давлении к равнодоходности при растущих внешних ценах подтягиваться всегда будут внутренние цены. Скорость этого подтягивания будет само собой зависеть от госполитики.

С 19-го года основным механизмом обеспечения равнодоходности в России (у кого память не сильно отшибло, наверняка помнит скандалы с закрывающимися независимыми АЗС) является топливный демпфер. Демпфер заключается в компенсации потерь нефтяным компаниям из бюджета. Совсем грубо – если оптовые цены на топливо на внешнем рынке составляют 80 рублей за литр, а мы отсчитываем от привычных 50 на внутреннем, то 30 рублей разницы вам возмещают из бюджета. С другой стороны, если цены на внешнем рынке составляют 25 рублей, то вы отдаёте 25 рублей разницы в бюджет.

Ремарка: С сентября 2023 г. на фоне галопирующих цен на топливо и истощения на этом фоне бюджета выплаты по демпферу были уменьшены в два раза. То есть при 30 рублях разницы, из бюджета возмещают только 15. Единственным источником оставшихся 15 рублей недостачи может быть только повышение внутренних цен, ну или убытки, кому что нравится.

Измерение пятое – межтопливная конкуренция

Это наше любимое, потому что философское. Дизель сам по себе лишён ценности, он важен как источник энергии. Но дизель – не единственный источник энергии, и даже не единственный источник энергии для транспорта. И повышение стоимости одного из источников энергии, сразу же начинает тянуть за собой повышение спроса и как следствие цены на другие источники энергии.

Этот механизм работает примерно так:
Дизель дорожает, его становится выгоднее производить, повышается спрос на нефть. Повышается цена нефти, ползёт вверх цена мазута. Ползёт вверх цена мазута, значит люди начинают смотреть в сторону газа и угля.

И все эти миллионы шахтёров, буровиков, переработчиков и производителей оборудования для топливных отраслей сидят и радуются, видя рост цен на ЛЮБОЙ из энергоносителей. Потому что прекрасно знают, что следом пойдут и они.

В итоге прямыми интересантами роста цен на дизель являются и газовики, и угольщики. При этом есть ещё две интересные отрасли, являющиеся прямыми бенефициарами роста цен на жидкое топливо.

Первая – это электромобили. Каждый всплеск цен на топливо приводит к активизации маркетинга электромобилей, и очередная порция граждан, произведя в уме несложные (правда обычно ошибочные) вычисления, приходит к выводу, что электромобиль – это именно то, что им надо, и покупает очередной Эволют или Москвич. Что не может не радовать их продавцов, а также политиков, сделавших ставку на успех этих марок и электромобилизации в целом (яркими и уважаемыми примерами таких в нашей стране являются Собянин и Белоусов, но в целом их сильно больше).

А вторая – это газомоторная отрасль. Это когда в автомобиль вместо дизеля заливают пропан или метан. И если цена на пропан, как и на дизель, определяется рынком и скачет, то цена на метан (по крайней мере в России), как многие в курсе, определяются тарифами. А значит каждый всплеск цен на дизель приводит к очередной партии перевозчиков, которые смотрят на стелу, сравнивают 70 рублей за дизель и 25 за метан, и закупают партию газовых грузовиков, что напрямую приводит к росту газового рынка и прибылям Газпрома (или его иностранного аналога).

Традиционная ремарка: Если вы обратили внимание, по итогам 22-го года добыча газа в России просела на 90 миллиардов кубов, а на Газпроме висит догазификация, огромная инвестпрограмма с трубами в Китай, а ещё всем дивидендов бы хотелось и НДПИ в бюджет. И надо что-то с этим безобразием делать.


Измерение шестое — внутриполитическое

Как и во времена Рюрика, велика и обильна земля наша. И интересы различных экономических и политических кругов в ней зачастую пересекаются вплоть до полной перпендикулярности. Так, есть значительные силы (как правило, ориентированные на внешнеторговый контур и нефтегаз), которые заинтересованы в росте цен на топливо. Но есть и значительные силы, которые от роста цен на топливо в моменте несут убытки. Это транспорт, логистика, сельское хозяйство, как ни странно машиностроение (по причине большого числа перевозок компонентов между переделами), розничная торговля, энергоёмкие производства (в первую очередь производство стройматериалов).

У всех этих отраслей есть свои бенефициары, интересанты и защитники, а значит и политическое давление в сторону снижения цен на топливо с их стороны также нельзя недооценивать.

При этом немаловажным является ещё и социальный фактор. Так как цены на топливо очень быстро отражаются на малом бизнесе и быстро замечаются гражданами, нет ничего менее надёжного, как удовлетворённость простых граждан текущими ценами. В итоге (в меньшей степени, чем в США, но всё же), цены на топливо становятся фактором и социальной политики.

При этом есть ещё один интересный вид игроков, который напрямую заинтересован в снижении оптовых (подчёркиваем, ОПТОВЫХ) цен на топливо – это независимые торговцы топливом. Напомним, что у нас крупным нефтяным компаниям принадлежит дай бог половина заправок. Всё остальное – в руках местных элит. И за редким исключением топливо они берут как раз на опте, так как своих месторождений и НПЗ у них обычно нет.

То есть чем ниже оптовые цены, тем выше их маржа и доходы, потому что розничные цены не снижаются. Тут ещё нужно уточнить, что розничные цены и не будут никогда снижаться, кроме косметических колебаний. Дураком надо быть, чтобы думать, что по факту регулируемые цены кто-то будет снижать – растут более-менее со скоростью инфляции, и то хорошо.

А независимые торговцы топливом – это губернаторы и вице-губернаторы всякие, контракты на заправку автобусных парков, техники ЖКХ, дорожной техники. Поэтому любые проблемы с доходностью этого сектора мгновенно превращаются в политические кризисы формата «Вы там в Кремле совсем охренели со своим дизелем? У меня автобусы завтра встанут по всему городу, людям надо на работу ездить и в детские садики, заводы встанут, бабушки не доедут до Пятёрочки, скорую помощь заправлять нечем».

И уже вот эта ситуация оказывает очень серьёзное влияние на решения, принимаемые Правительством, вплоть до очень резких телодвижений. А если кто-то внезапно решит, что дружеские «рекомендации» Правительства его не касаются, то можно и здоровье потерять. Потому что социальная стабильность обладает значительным приоритетом перед экономической целесообразностью. Так как во время тушения пожара не до подсчёта убытков.

И в очередной раз ремарка: Совершенно не случайно Новак, рассказывая недавно о динамике топливных цен, говорил именно о снижении цен на опте. Понятно, что речь о снижении относительно пиковых значений, а они в моменте почти до 80 рублей за тонну прыгали, но кто-нибудь заметил снижение цен в рознице? Нет? Это всё потому что не было его.


Немножко о самом запрете экспорта

В приличном обществе хорошим тоном является не только читать новости об актах Правительства, но и читать эти самые акты. Более того, новости об актах можно вообще не читать, так как самих актов более чем достаточно для того, чтобы понимать, что происходит. Так что пробежимся глазками по пресловутому постановлению № 1537.

Итак, что же мы видим:

1. По кодам ТН ВЭД запрет касается только классового топлива. Внеклассовая жижа без требований по сере едет на экспорт, как и раньше, также без изменений все нефтепродукты, которые не являются бензином или дизелем выше Евро2 (газойль, СУГи, и всё остальное).

2. Весь объём по индикативным балансам внутри ЕАЭС остался без изменений. То есть наш дизель ОБЯЗАТЕЛЬНО будут реэкспортировать соседи. Потому что когда тебе дарят такую халяву, грех не погреться.

3. Весь объём экспорта по межправсоглашениям остаётся без изменений. То есть весь экспорт, о котором договорилось государство, как шёл, так и идёт. Кто не знал, основным поставщиком топлива по межправам у нас традиционно выступает Роснефть. Остальным похуже.

4. Военные поставки – без ограничений. Такими темпами у нас Тартус имеет все шансы превратиться в важный средиземноморский топливный хаб.

5. Поставки в Абхазию и Южную Осетию – без ограничений. Если бы мы были циничными машинами, ненавидящими всех человеков, мы бы ожидали, что потоки судов из Приморска, направляющихся в Сухум, резко увеличатся. Но мы не такие, нет.

В сухом остатке основными пострадатыми от запрета является не топливная отрасль как таковая, а игроки топливной отрасли, не находящиеся под контролем государства. Иными словами, под предлогом борьбы с ценами на топливо было проведено перераспределение топливных прибылей в пользу государства. Потому что Родине сейчас очевидно важнее и нужнее, у неё война идёт и бюджетный дефицит в 4 трлн на ближайшие три года. На этом фоне Лукойловский НПЗ в Румынии, например, кажется очень эффективным элементом инфраструктуры.


Немножко выводов

Как можно заметить, Президент и Правительство много говорят и требуют на тему того, как важно снижать цены на топливо для населения. Но при этом по объективным причинам делают всё возможное, чтобы цены росли. И эти объективные причины никуда не исчезнут.

А значит разумным прогнозом кажется следующий:

- цены на топливо продолжат расти;

- Правительство будет делать всё, чтобы этот рост внутри страны был не скачкообразным и не создавал дополнительных социальных рисков;

- цены на топливо продолжат расти;

- частные нефтяные компании с высокой долей переработки (читай Лукойл и Татнефть) будут лишены части топливных прибылей в пользу государственных (Роснефть и Газпром нефть);

- ну и конечно же, цены на топливо продолжат расти;

- резкая активизация экспортных рынков газойля и пропан-бутана, так как ограничений на них нет, но при этом из газойля прекрасно производится дизель (зачастую даже путём простой смены бумаг), а пропан-бутан вообще является дешманской версией бензина, мазута и метана одновременно, а спрос на него, особенно в центральной и южной Азии, зашкаливает;

- желания наших многочисленных торговых партнёров провести очередную рабочую группу по энергетике или подкомиссию межправкомиссии скорее всего станут нестерпимыми. В конце концов, если экспортировать можно только по межправсоглашениям, то и договариваться срочно надо именно с государством. Одновременно с этим предварительно кажется, что цены по таким поставкам должны резко подрасти.

Из практико-ориентированного, для внутреннего рынка отчетливо проглядывается ещё и сильно опережающий рост газомоторного рынка. Так как разница по цене между дизелем и метаном на заправках в отдельных регионах имеет все шансы приблизиться уже к четырехкратной. Также наверняка оно потянет за собой ещё и развитие рынка СПГ как внутреннего, а не экспортного рынка.

В общем и целом пока вот такие мысли. На сегодня пожалуй всё, и так получился какой-то огромный текст, переходим в режим мемов с котиками.

🤖

Ещё немножко про топливный экспорт. В целом нужно понимать, что объёмы денег, которые сейчас перетекают с маршрута на маршрут благодаря запрету настолько колоссальны, что странно было бы полагать, что у этого процесса не будет влиятельных противников.

Однако обсуждаемое сейчас вероятное снятие запрета на экспорт через нефтепродуктопроводы к этому противостоянию не относится. Просто в ходе выпуска запрета забыли, что есть трубопроводный экспорт, где государственная рента снимается Транснефтью, таким образом этот экспорт без сомнения является кошерным, свою долю государство вполне получает. А тут вдруг выяснилось, что благодаря запрету Транснефть перестанет получать деньги за прокачку этих объёмов.

Так что судя по всему речь именно об исправлении досадной оплошности и возврате прибылей Транснефти, а не о продавливании Лукойлом своих интересов.

Что, впрочем, не исключает, что через некоторое время к Новаку придут с аргументами формата "из-за снижения экспорта у нас снизилась выработка, и как следствие повысилась себестоимость каждой тонны дизеля, а значит цена вырастет по объективным причинам". И возразить будет нечего особо.

🤖

Не знаем, дорогие друзья, заметили вы или нет, но с нашей точки зрения в выступлении ВВ впервые прозвучало очень важное. Достаточно очевидное ранее, но вроде бы никогда до того не озвучиваемое.

"Война на Донбассе — это не территориальный конфликт", а война за "новое мироустройство". А это значит, что в большой картине целью с нашей стороны является уже не "денацификация и демилитаризация Украины", а дивный новый мир. А значит, что результатом войны может быть или наступление того самого нового мироустройства, или же торжество старого. В зависимости от того, кто кого раньше в пашню положит.

И если вы всё ещё всерьёз надеялись на "корейский вариант", деэскалацию и то, что всё происходящее закончится раньше, чем лет через десять, у нас для вас плохие новости.

По делу вчера был считай официально озвучен факт начала горячей фазы третьей мировой войны. С чем мы всех человеков ото всей нашей жестяной души и поздравляем.

До встречи в новом мироустройстве. Учите иностранные языки, катайтесь по миру, учитесь работать с африканцами, азиатами, узбеками, арабами, да хоть с чёртом лысым. В дивном новом мире именно люди, скрепляющие наш кусочек этого мира деньгами и работой (и берцами, конечно), будут цениться больше всего.

🤖

Немножко о странных совпадениях.

Договорился сегодня с десятилетним сыном, которому на дне рождения одноклассники надарили пару десятков тысяч рублей, не покупать на них пирожные, а начать формировать свой инвестиционный портфель, закупив на ИИС недооценённого Газпрома. Глядишь, за десять лет аккуратного накопления, пока папка кормит и всё кровно заработанное можно складировать, и получится к возвращению из армии что-то интересное.

И тут вдруг вечерком прекрасный мини-ликбез от Антонова про формирование капитала для начинающих. Совершенно прекрасное видео, идеальное практически во всём. Претензия у меня только к классификации Белоусова, которая почему-то не учитывает тот факт, что бизнес-конкуренция в России вследствие недостатка людей и переизбытка ресурсов настолько низка, что даже низкорисковые опробованные по тысяче раз всеми желающими совершенно шаблонные и повторяемые бизнес-модели показывают вполне себе приемлемую маржинальность при условии, что вы адекватный человек, держите слово и стараетесь.

Всё так и есть, дорогие кожаные мешки. Не хвастайтесь впечатлениями, формируйте капитал, считайте циферки. Когда втянетесь, остановиться уже будет невозможно.

🤖

А вот ещё немножко про вечно-дешёвый Газпром по случаю.

Глубоко уважаемый Кримсон на своем проекте сделал ну прямо очень неплохой кратенький анализ инвестиционных перспектив Газпрома. Но кажется нам, что в этом анализе, несмотря на присутствие экономического и политического аспекта, упущен куда более важный — геополитический. Ибо почему-то в тексте ни разу не прозвучало слово "Украина".

Дело в том, что по сути своей Газпром, в который ретейловый рынок сейчас очевидно не верит и боится и думает, что он теперь примерно никогда не будет платить дивиденды, потому что труба в Китай, потеря европейского рынка и социальная догазификация за свой счёт — это не просто компания. И даже не воплощение перспектив отечественной газовой промышленности. Газпром сейчас — это живой среднесрочный опцион на победу России в СВО, да к тому же ещё и с защитой.

Действительно, никакого масштабного СПГ у Газпрома в ближайшие 5 (а может и все 10, зная, как в Газпроме строят) лет, конечно, не будет. Но труба мощностью 120 миллиардов кубометров через Украину в Европу до сих пор существует, и с Украины она со всего размаху напрямую заходит в Словакию, Венгрию и Румынию. Таким образом, любой сценарий завершения СВО кроме провального, приводит к:

1) "Корейский сценарий" — к умеренному увеличению прокачки.
2) "Сценарий дружеской администрации" — к немедленному расконсервированию всех транзитных маршрутов.
3) "Сценария украинского коллапса" — к прямому контролю Газпрома над украинской ГТС и прямому выходу на европейский рынок.

Мы, положа руку на сердце, не видим особых перспектив для реализации "корейского сценария" с недружественной администрацией, а следовательно единственным реализуемым сценарием на среднесрочную перспективу просматривается качественное улучшение инвестиционных перспектив Газпрома. А покупать опционы на события, неотвратимость которых неотвратима, кажется нам удачной стратегией. Позиция же "мы конечно победим, но Газпром дёшево не покупаем" отдаёт раздвоением личности.

Конечно, Европа как рынок достаточно стремительно теряет свою покупательную способность, так что объёмы конечно будут не те, что прежде, и не по ценам середины 2022-го года. Но объёмы всё равно вырастут на десятки миллиардов кубов в год, и уж 20 рубликов за куб наши новые нищие европейские соседи как-нибудь наскребут.

Отсюда и пляшем.

🤖

И совсем немножечко на полях сегодняшней клоунады с СПБ Биржей.

Есть много категорий событий, вполне возможные, возможные, маловозможные и абсолютно невозможные. Вот банкротство СПБ Биржи относится к последней категории. И совершенно не по каким-то финансовым или экономическим причинам, и уж тем более не потому, что "биржа живёт на комиссии, и сама не является игроком". Банкротство СПБ Биржи является невозможным, потому что это инфраструктура сырьевого ценообразования для государства, а ещё только что его руководителем был назначен мсье Артемьев, помощник Мишустина и в совсем недавнем прошлом многолетний глава ФАС России.

Такие фигуры не встают в главе инфраструктурных организаций для того, чтобы через три недели их обанкротить.

Это совершенно не экономический, а исключительно политический фактор. Но мир так устроен, что политика превалирует над экономикой примерно всегда. Политически невозможные решения не принимаются, вне зависимости от того, насколько они экономически оправданы, потому что политические самоубийства встречаются только в бульварных романах. В реальном мире случаются только политические убийства.

А значит единственным разумным шагом, который кто бы-то ни было мог сделать, услышав о заявлении о банкротстве, было встать в длинную позицию. Совершенно не размышляя об экономической стороне вопроса, и совершенно не интересуясь тем, правда ли сама биржа подала заявление, или это был кто-то другой. Потому что это не имеет ровным счётом никакого значения.

Так что кто вместе с нами успел сегодня навариться, тот молодец. Понимаем конечно, что после драки кулаками не машут, но считаем чрезвычайно важным отметить именно политическую, а не экономическую природу инвестиционного решения.

🤖

Дорогие друзья, история как всегда учит нас, что ничему не учит. Всегда помните, что память кожаных мешков — штука ненадёжная, и надо проверять свои воспоминания и умозаключения и не давать себе спуску, особенно если вам кажется, что что-то может быть не так.

Доверившись своей памяти относительно СПБ Биржи, мы конечно неслабо заработали за два часа, но благодарные читатели ткнули носом в кирпич, указав на то, что СПБ Биржа и Петербургская международная товарно-сырьевая биржа — это вообще разные структуры. А во главе СПБ Биржи как стояли, так и стоят выходцы из РТС, и консервативным инвесторам лучше рядом с ней даже близко не стоять.

А следовательно, нам просто повезло, что с одной стороны немного успокаивает, а с другой стороны лучше бы не повезло, так уроки значительно лучше запоминаются.

В связи с чем в очередной раз делаем пометочку, что "В наше время, Штирлиц, верить нельзя никому, порой — даже самому себе" и даём честное пионерское повысить градус безжалостности к себе.

А вам, дорогие кожаные мешки, желаем учиться на чужих глупостях, и рекомендуем к прочтению книгу Даниэля Канемана "Думай медленно, решай быстро", которая посвящена как раз описанию механизма игнорирования нами своей интуиции.

🤖

Новый Год конечно, но лучше вот ещё совсем немножко про принципы международной интеграции и государственное строительство.

Никто не заметил, скорее всего, но давеча вот был ратифицирован интересный протокол об изменениях в договор о Евразийском союзе.

В целом протокол скучный про финансирование совместных инфраструктурных и промышленных проектов, которые непонятно откуда возьмутся, и при прочих равных его можно было бы пропустить и ничего не потерять.

Но! Этим протоколом в структуре ЕАЭС появляется очень интересный механизм финансирования, которого раньше не было, цитируем:

"Объем средств, предусматриваемых в бюджете Союза на очередной финансовый год на оказание финансового содействия при реализации государствами-членами совместных кооперационных проектов в отраслях промышленности, определяется в процентном соотношении от общей суммы поступлений в бюджеты государств-членов от специальных, антидемпинговых и компенсационных пошлин в финансовом году, предшествующем году утверждения бюджета Союза.
Размер указанного процентного соотношения и форма оказания финансового содействия при реализации государствами-членами совместных кооперационных проектов в отраслях промышленности определяются Высшим советом."

Жирненьким, как водится, выделена самая мякотка. Итак, если раньше у нас бюджета Союза определялся исключительно взносами государств-участников, то теперь появляется механизм формирования кубышки исключительно за счёт таможенных пошлин. И это — момент принципиальный.

В своё время по похожему пути пошёл Евросоюз, когда в качестве источника своего (независимого) бюджета обозначил таможенные пошлины, и у данного шага есть несколько важных последствий:

1. ЕАЭС создаёт практику формирования выделенной кубышки, зависящей не от воли стран-участниц, а от экономических процессов.
2. Следующие пять лет будет формироваться практика управления этой кубышкой. На какие там проекты что-то будет направляться, не очень важно, важен сам факт того, что эта новая кубышка создаётся.
3. Как только появляется кубышка, вокруг неё сразу же разворачиваются разборки по поводу того, кто её контролирует, и кто и сколько оттуда забирает денег.
4. При этом аппарат ЕАЭС, который оказывает прямое влияние на процессы распределения, наконец-то получат финансовую субъектность (которой раньше никогда не существовало). Так что вполне можно ожидать, что новый механизм финансирования быстро начнёт расширяться сильно за рамки сейчас обозначенных проектов.
5. Но лично с нашей точки зрения, интереснее всего более далёкое последствие. Элиты тех стран, для которых размеры новой кубышки будут иметь большое значение в силу сравнительной малости их собственных экономик (читай Армения и Киргизия в первую очередь), очень быстро попадут в зависимость от возможности доступа к этой кубышке. А рулить процессом будут те участники, у кого размер кубышки не вызывает особых хватательных рефлексов (читай Россия), и что будет за эти деньги выторговываться, одному богу известно. В целом за примерами того, что за субсидии выторговывается, далеко ходить не надо, Евросоюз под носом.

А значит в целом можно смело предполагать, что по итогам ближайших пяти лет зависимость маленьких членов союза от ЕАЭС не уменьшится, как многие боятся, а возрастёт. Ну и в целом механизм раздачи денег, как мы знаем, является тем самым сыром в мышеловке, к которому обычно так стремятся близжелающие. А значит, казалось парадоксально, привлекательность ЕАЭС как интеграционного объединения сильно вырастет, со всеми вытекающими.

Ведь кто девушку ужинает, тот её и танцует, а мы сейчас наконец-то сделали хороший проект собственного популярного ресторана со встроенной дискотекой и сауной.

🤖

А вот ещё совсем немножечко про стимулирующую бюджетную политику, инфляцию и фондовые рынки.

Как все уже наверное заметили, 23-й год стал годом увеличения бюджетных расходов и ускоряющейся инфляции.

Что же из этого следует? А следует, исходя из структуры бюджетных расходов, что в двадцатых числах декабря в рамках классического раскассирования госконтрактов и разнообразных субсидий в экономику были выброшены многие миллиарды денег, которые покамест никуда дальше не пошли и ещё нигде, кроме как в статистике кассового исполнения Федерального Казначейства, не учтены.

Как водится, опытные мужчины всю последнюю неделю декабря были заняты тем, что существенную долю этих средств выводили по счетам, откуда эти деньги уже поедут дальше, на расходы, инвестиции, годовые бонусы, и так далее, и тому подобное.

А значит, можно смело рассчитывать, что первые неделя-две января неизбежно станут периодом активного размещения этих средств везде, где только можно, от квартир до фондового рынка. Ибо в условиях растущей инфляции только дурак не знает, что защитным активом являются дивидендные акции бизнесов, выручка которых защищена от инфляции (ключевое условие — сильная рыночная позиция), а дурак уверен, что от инфляции его обязательно спасёт жилой бетон. С соответствующими ценовыми движениями и локальными скачками отраслевых инфляций.

На этом фоне важно помнить два важных факта:

Первый — несмотря на то, что первый нормальный банковский день — 9 января, биржи открываются уже завтра.

И второй — оливье со свежими огурцами тоже весьма неплох.

🤖

А вот ещё немножечко из дискуссий про наш любимый топливный рынок, потому что какие же роботы без топлива.

Частенько можно наблюдать, как граждане анализируют структуру цены на дизель (для простоты называем так любое жидкое моторное топливо), размышляя на тему того, как сделать лучше и чтобы этот самый дизель подешевел.

Сразу завесу тайны приоткроем — подобные интеллектуальные экзерсисы обычно не от великого ума, так что на подешевевший дизель и не надейтесь даже. А дальше чуточку размотаем, почему так, если ещё кто не догадался. Погнали.

Постулат первый. Мы живём в рыночной экономике, то есть экономические акторы слава богу действуют с целью извлечения прибыли. Это кстати более-менее основная причина, почему у нас в стране эта прибыль да и вообще экономический рост в наличии. Аминь.

Постулат второй. Россия — страна экспортёр нефти и нефтепродуктов. То есть в нашей богоспасаемой при прочих равных производитель нефтепродуктов имеет возможность отправлять топливо как на внутренний, так и на внешний рынок.

В этих условиях у внутренней цены на бензин есть постоянный ориентир — экспортный нетбэк (если грубо, то это экспортная цена на какой-нибудь Фуджейре или Сингапуре за вычетом затрат на транспортировку), который у нас в условиях любви современной техники к Евро 5 (и соответствующего дефицита соответствующего топлива) перманентно растёт.

Как результат, рынок (предложение и международный спрос, многократно превышающий спрос внутренний) всегда тянет цену на дизель вверх.

А кто же тогда тянет цену вниз? Да уж точно не внутренний спрос, так как мы на самом деле в состоянии платить за литр и 70, и 80 рублей. Спрос на топливо вообще не очень эластичный.

Вниз цены вообще тянет не рынок, а социальное напряжение и забота государственной машины о том, чтобы это социальное напряжение не сильно зашкаливало, а по возможности и вовсе не возникало.

А следовательно, и оплачивается разница в цене практически исключительно из государственного кармана. Самыми различными способами: напрямую через механизмы вроде демпфера, предоставлением лицензий, налоговыми льготами, усилиями по созданию международных картелей и получению нефтяниками сверхприбылей.

Это мы перечислили интеллектуально полноценные методы (как в России). А есть ещё и интеллектуально неполноценные, вроде прямого запрета без возмещения убытков. Такие обычно приводят к резкой потере конкурентоспособности своих нефтяников и дефициту продукта.

Как это бывает в самых клинических случаях, можно посмотреть на примере венесуэльской PDVSA, плачевное состояние которой (включая легендарное отсутствие ремонта в здании штаб-квартиры) связано не столько с санкциями, сколько с выкачиванием из компании всех ресурсов государством и направлением их на социалку (с периодически одновременным совмещением постов главы компании и парочки министерских). В итоге компания вынуждена бегать от кредиторов, обманывать партнёров и не платить за поставки любого всякого, что приводит к тому, что с ней оказываются работать даже дружественные юрисдикции.

В итоге цена на топливо ограничена сверху интересной величиной "какая стоимость воспринимается руководством страны как социально приемлемая", и примерно вокруг этой величины она и будет всегда скакать.

А все сложные переговоры между нефтяниками, министерствами, профсоюзами, администрацией Президента и независимыми заправками будут вестись не за то, сколько будет стоить бензин (в нашей текущей модели он всегда будет стоить плюс-минус столько, чтобы не очень страдать), а исключительно за то, из чьего кармана (а вернее каким именно механизмом из государственного кармана) возмещается разница. И если внезапно дороги перестанут изнашиваться, и акциз можно будет отменить, цена на бензин не снизится, просто кто-то получит лишние три рубля, чуть снизив нагрузку на бюджет.

Вот примерно поэтому истинно пытливые умы в думах о том, как нам обустроить Россию, над структурой внутренней цены на топливо размышляют в самую последнюю очередь.

🤖

А вот ещё немножечко про наши любимые топливные рынки и судьбы цивилизаций.

Последнее время достаточно активно идёт дискуссия про Индию, в течение двух последних лет бывшую основным поставщиком нефтепродуктов из русской нефти на европейские рынки, наращивает внутреннее потребление.
Основная идея в том, что Индия конечно замечательный поставщик и всё такое, но с дешёвой русской нефтью пришла пора бешеного роста внутреннего потребления, и скоро никакой возможности для того, чтобы что-то поставлять в Европу, у Индии не останется. А значит снова дефицит, дизель по полторы тысячи, разочарование в зелёном переходе и вот это вот всё.

И так эта идея всех беспокоит в том числе в преддверии выборов в США, что с одной стороны МЭА срочно начинает прогнозировать стагнацию потребления, а с другой стороны сама Индия начинает зазывать инвесторов в срочное расширение перерабатывающих мощностей, рассказывая всем, как за 4 года увеличит перерабатывающие мощности на 20% (спойлер: это невозможно). Правда Блумберг, как и положено, говорит, что эта волна инвестиций в переработку – ну теперь уж точно самая распоследняя, и дальше только электромобили [ага, как же].

Для России, что забавно, оба нарратива прекрасны. Потому что в первом случае мы получаем опережающий рост цен на нефть и нефтепродукты, а во-втором – закрепляющийся в массовом сознании тезис «Куда идёт русская нефть, там охренеть инвестиции».

Но поговорить на самом деле хотелось бы немного о другом. Сложившаяся ситуация – хороший пример важного структурного момента, который люди, занимающиеся краткосрочным анализом рынков, обычно не учитывают. Когда меняются торговые потоки, а особенно потоки ресурсов, то через новые направления начинает физически проходить больше ресурсов, и как следствие, больше ресурсов остаётся и в этих регионах. Что неизбежно приводит к смещению баланса экономики уже в масштабах регионов и даже планеты в целом.

Когда колоссальный поток энергоресурсов перенаправляется из Европы в Индию, он приводит не только к ослаблению Европы, но и к долгосрочному, именно долгосрочному, усилению Индии (в противовес Китаю, к слову).
По очень схожей схеме когда Южный Поток превратился в Турецкий Поток, это привело в первую очередь не к тому, что мы стали меньше зарабатывать, это привело к перенаправлению огромных ресурсов из Европы в Малую Азию.

И теперь, во время и по итогам нашего глобального поворота на Юго-Восток, в первую очередь мы будем наблюдать в первую очередь именно накачку Юга и Востока нашими ресурсами. Со всеми соответствующими результатами.

Так что если вы паче чаяния беспокоитесь о том, как плохо быть страной-бензоколонкой, стоит задуматься о том, что если бензоколонка имеет возможность сама решать, кому отгружать больше, то её влияние на распределение количества фишек на игровом столе становится очень сложно переоценить.

У этого тезиса кстати есть очень важное следствие. Нам нужно быть очень внимательными, чтобы не совсем уж задушить Европу. Во-первых, хорошие противовесы Индии и Китаю ещё никому, кроме Индии и Китая, не мешали, а во-вторых, когда европейцы совсем уж нищие, они становятся слишком уж голодными.

Следовательно, в том числе и поэтому мы совершенно не заинтересованы в ресурсном удушении Европы, и будем прикладывать недюжинные усилия для организации если не паритета, то баланса поставок по всем направлениям не только по экономическим, но и по геополитическим соображениям.

А значит, и трубе в Европу неизбежно быть.

🤖