Уже не в первый раз наши дети (которые новости не читают) приходят с вопросами формата "А что там на фронте? Мы слышали, что всё плохо, а ещё куда-то беспилотники прилетели и все погибли".

Так как с детским информационным пространством наши власти точно не работают (может и к лучшему), то мы себе придумали, что оно вполне может служить индикатором "дикого" информационного поля, где работает только противник.

И на этом фоне захотелось напомнить себе и всем окружающим несколько простых фактов. Которые заряжают рациональным оптимизмом вне зависимости от того, что мы слышим от окружающих.


1. Это Украина, а не Россия, теряет территории. В реальном времени.
Россия ежедневно официально заявляет о наступлении и занятии населенных пунктов. Украина этого не делает.


2. Украина с чудовищной скоростью теряет людей и экономику.
Украинский (и мировой) интернет полнится кадрами насильственного отлова мужчин на украинских улицах.
Если же русский человек оглянется вокруг, он сможет убедиться, что по городам ходят табуны крепких мужчин призывного возраста, и никто на них не обращает внимания (кроме женщин призывного возраста). А основные производительные силы — это как раз мужчины и есть.
Также, как можно заметить, это из Украины, а не из России, мужчинам запрещен выезд.


3. Темпы потери боеспособности несравнимы.
Для расчета этих темпов притворимся, что верим официальной информации обеих стран.

По заявлениям Украины (сами ищите), Россия теряет 1300 человек в сутки.
По заявлениям России, Украина теряет 1400 человек в день.

Если честно, нашим доверия больше, просто потому что наши в нормальную пропаганду точно не умеют, но поверим обоим для чистоты эксперимента. Ну и довольно забавно, что практически ни в один из прошлых дней хохлы не заявляли, что убили больше, чем наши. Видимо, чтобы не палиться.

Нехитрыми подсчётами (потери*365/население) получаем, что Россия теряет 0,3% населения в год, в то время, как Украина — 1,8%.
То есть удельные потери Украины в шесть раз выше российских.


4. На остановке боевых действий и мирных переговорах настаивают именно Украина и Европа.
И дело тут не в миролюбии. Просто к переговорам прямо сейчас всегда стремится та сторона, для которой переговоры сейчас выгоднее переговоров завтра.
И это не мы. Потому что для нас ситуация на земле каждый день наоборот (см. выше), улучшается.
Для примера, тов. Зеленский публично требовал остановить войну: 29 июня, 26 июня, 2х25 июня, 24 июня, а потом нам его твиттер читать надоело.

Честно признаемся, нас бы крайне устроило завершение войны прямо вот завтра. Но от риторики "мы вас уродов ещё подавим пока" веет куда более большедиковой энергией, чем от "проклятый Путин немедленно прекрати".


Эти факторы носят очень "глобальный" характер, на который не влияют отдельные новостные заголовки. При этом они легко верифицируемы.

Так что, если внезапно вам показалось, что мы начинаем проигрывать, и всё плохо — просто проверьте, всё ли в норме по этому чеклисту. И если в норме — продолжайте работать, как и раньше.

Исторический опыт показывает, что победить Россию в войне невозможно. Но непобедимые русские люди вполне умеют, переволновавшись, устроить себе проигрыш самостоятельно (см. Русско-Японскую и Первую Мировую войны).

А, значит, волнение — это последнее, что нам с вами предписано в сложившейся ситуации.

🤖

Тут люди начинают удивляться, что Россия начала закупать топливо в Индии.

Для самых возмущающихся напоминаем, что владельцем НПЗ в Индии является Роснефть. Мы так понимаем, что это сейчас единственный НПЗ Роснефти, до которого хохольские БПЛА в ближайшее время долететь не имеют физической возможности.

Так что это наш бензин. И, кстати, при этом он получается дешевле, потому что рубль пока все ещё переоценён. И морем из Индии везти всяко дешевле, чем железкой из Сибири.

🤖

Ещё бы, мы теперь туннелировать трафик через впн учимся раньше, чем ходить.

🤡

А тем временем тихой сапой в Крыму возобновилась свободная продажа топлива.

И, как и следовало ожидать, произошло это вследствие живительного отпускания цены. Как только выяснилось, что бензин можно продавать по 120 рублей, желающих на этом заработать стало не остановить.

Как любит повторять последние лет двадцать знакомый многим Олег Макаренко, "устранение дефицита — это самое сильное место капитализма".


В целом в России сейчас происходит очень интересный процесс. Можно сравнить его с "травмированием общественного сознания", которое произошло в Европе и США в 1973-м году, во время первого нефтяного эмбарго от ОПЕК.

Запад по итогам той травмы уже пятое десятилетие озабочен своей энергетической безопасностью.


А мы, очень не исключено, что по итогам выноса хохлами наших НПЗ вынесем для себя несколько важных тезисов, перебить которые в общественном сознании будет сложно:

1. Лучше дорогое топливо, чем сухие баки
Этот тезис поможет нефтяным компаниям воевать с нашим "социальным" государством в вопросах прижимания биржевых и розничных цен "на уровне инфляции".

2. Лучше иметь больше поставщиков топлива, чем меньше.
Этот тезис поможет региональным элитам воевать с федеральными в вопросе организации частной нефтепереработки. И, как следствие, способствовать возникновению небольших региональных ВИНК местного значения, на 10-50 заправок.

3. Лучше иметь больше видов топлива, чем меньше
На фоне физической недоступности дизеля вовлеченных зрителей поражает пример фур на метане, которые кризис не заметили вообще. И этот травмирующий опыт позволит большему числу перевозчиков обратить внимание на газомоторное топливо, особенно на КПГ и СПГ для крупногабаритных и пассажирских перевозок.
Тут, кстати, отдельное спасибо тому же Правительству, которое последние 8 лет активно поддерживает эту относительно новую отрасль.


Так что парадоксально, но чем больше проблем и последствий нерыночного регулирования наш рынок съест сейчас, тем в более здоровом положении мы окажемся на выходе. И тем больший иммунитет от желающих зарегулировать топливную отрасль у нас будет на ближайшие десятилетия.

🤖

Наша постоянная рубрика "переводим с чиновничьего на русский".

Как можно увидеть из скриншота, фраза "Правительство снизило задолженность регионов на 17 млрд" на самом деле переводится, как

За счёт списания региональных бюджетных кредитов дефицит федерального бюджета* по итогам первых шести месяцев года вырос на 277 млрд рублей.

В целом, именно это имела ввиду Эльвира Сахипзадовна, когда говорила, что "дезинфляционное влияние бюджетного фактора не оправдало ожиданий".


В этом контексте хотели бы отметить два момента.

1. Правительство тут не очень виновато. Вы не можете заткнуть сразу все бюджетные дыры, когда у вас и война, и социальное обеспечение, и санкции, и из каждого ведомства уважаемые люди просят денег.

Затягивать пояс в целом возможно лишь до тех пор, пока вы не обмотали этот пояс вокруг позвоночника. Потом вы неизбежно включаете печатный станок.


2. На этом фоне довольно очевидно, за что мы так не любим облигации и прочие финансовые инструменты без встроенной защиты от инфляции.

Потому что очень сложно формировать капитал в инструментах, которые по нажатию кнопки могут превратиться в тыкву. Даже против желания нажимающих, у них просто нет другого выхода в моменте.

Обратите при этом внимание, что в деле защиты собственности (акций) государство предпринимает довольно значительные и публичные шаги. Недавно принятый долгожданный закон о запрете пересмотра приватизации чего стоит.

А в деле защиты собственников от инфляции (уничтожающей сбережения в депозитах и облигациях) выступает только ЦБ. Находясь при этом под колоссальным давлением.


Так что мы, как водится, продолжаем понемногу закупаться дивидендными акциями. Благо по отдельным позициям сейчас вообще цены марта 2022 года. Спасибо инвестиционным БПЛА.


* — фразу "дефицит федерального бюджета вырос" следует читать, как "напечатали дополнительно денег". Здесь и далее примечания переводчика.

🤖