Итак, дорогие кожаные мешки, начинаем серию заметок по поводу вышедшего на днях проекта Основ денежно-кредитной политики на 24-26 годы!

Вообще должен отметить, что каждый уважающий себя робот прекрасно понимает, что государство — это не живое существо, а бездушная мать её машина. И оттого чрезвычайную важность в анализе действий государства приобретает изучение стратегических и программных документов, которые этим государством выпускаются.

Поэтому уже много лет мы завели себе прекрасную привычку читать от корки до корки практически все стратегические документы, выпускаемые доблестным отечеством. Времени этот нехитрый процесс занимает всего ничего, а понимания происходящего добавляет, как будто лишние пятьдесят лет прожил.

Так что экономьте бесценное время своей жизни, вместо Гарри Поттера читайте долгосрочный прогноз социально-экономического развития.

Но вернёмся к нашим баранам. В первой серии очень хочется галопом пробежаться по прогнозным сценариям, причем сфокусироваться не на том, что в ОДКП есть, а наоборот — на том важном, чего мы в этих прогнозных сценариях почему-то не увидели.

Основы ДКП в своём прогнозе в качестве фактора роста экономики вообще не рассматривают расширение доступных рынков для сбыта продукции в ходе глобальных перестановок. Эту же ошибку они сделали и в 2022-м году в базовом сценарии, из-за чего темпы роста экономики "превзошли прогнозные". В этот раз коллеги делают ту же ошибку ещё раз.

Конечно, фактор не денежный, так что простим. Но запомним.

При этом что забавно, коллеги рассматривают ухудшение геополитического фона как риск для экономики, в то время как более корректно было бы рассматривать их как вызов или даже возможность. Так как в 2022-2023 южные рынки раскрывались перед нами именно на фоне этого ухудшения и резкого помутнения вод.

Также интересно, что очень важный проинфляционный фактор - привязку России через торговых партнёров к западному финансовому миру, где разворачивается кризис суверенного долга, документ игнорирует. При этом игнорируется и очень интересное влияние плавно проходящей дедолларизации. С одной стороны по мере снижения доли доллара и евро в мировых расчетах высвобождающаяся денежная масса будет разгонять инфляцию в западных странах, а та в свою очередь через Китай с Индией будут разгонять инфляцию у нас. Но с другой стороны — чем меньше будет доля доллара, и чем дальше будет разделяться мировая торговля, тем меньше будет это проинфляционное влияние. Но пока выглядит так, что период сильного влияния продлится достаточно длительное время, так как дедолларизация пока явно не носит обвальный характер.

Как следствие, пока кажется, что мягкой ДКП нам не видать до морковкиного заговения. Как, впрочем, и всему остальному миру. ОДКП описывают это как часть "рискованного" сценария "Усиления фрагментации", но издалека кажется, что этот развития событий на самом деле базовый, и наивные мечты о том, что геополитическая ситуация не продолжит деградировать, так и останутся наивными мечтами.

Об инфляционном таргете в 4% вообще умолчим, ибо о покойниках либо хорошо, либо ничего. Пока кажется, что ЦБ пока публично не признался в том, что он несбыточен только с целью как-то закрепить розничные инфляционные ожидания. С одной стороны похвальное стремление, с другой - никто не мешает кожаным мешкам думать своей мягкой головой самостоятельно.

И напоследок важный момент на сегодня. То, что инфляция и близко не будет вблизи таргета, на самом деле не очень страшно, так как вокруг будет твориться нечто в разы худшее. Хорошая инфляция - это та инфляция, которая не сильно отличается от инфляции основных торговых партнёров. А в нашем торговом балансе всё больше доля стран, где об однозначных цифрах инфляции забыли ещё при царе Хаммурапи, что как бы намекает. И вот чтобы мы не свалились в ту же самую яму, на краю пропасти нас и будет за шнурки удерживать жёсткая ДКП.

Потому что несмотря на то, что 4% пока невозможны, стремиться всё равно нужно именно туда. Потому что мы очень хотим стать центром своей экономической зоны, а значит инфляция вокруг должна быть выше, чем внутри.

🤖

Что-то в последнее время все чаще слышатся возмущённые всхлипы мамкиных экономистов на тему того, что ахаха ЦБ, что ты делаешь, прекрати читать мантру про таргет 4%, и как тебе не надоело ещё, в каждой заметке пихаешь, сколько можно господи.

Поэтому сейчас будет немножко про человеческую психологию для наших самых маленьких зрителей.

Кто занимался хоть сколько-нибудь профессионально связями с общественностью, знает базовый принцип, альфу и омегу взаимодействия с целевой аудиторией — Долбить базовый месседж в целевую аудиторию, пока у неё кровь из ушей не потечёт. После чего долбить его же и туда же ещё столько же раз по столько же.

На любой вопрос, который вам задают журналисты, вы должны отвечать что? Правильно, свой основной месседж. Если журналисты переспрашивают со словами "Но вы не ответили на мой вопрос!", нужно вежливо извиниться за невнимательность, после чего... отдолбить свой базовый месседж ещё раз.

Потому что вы разговариваете с прессой не для того, чтобы удовлетворять любопытство троечников с журфака МГИМО, вы разговариваете с ней для того, чтобы доносить до аудитории то, что нужно вам. И ни для чего больше.

А удовлетворять троечников лучше в свободное от работы время.

Что же нужно доносить до аудитории Банку России? Ответ на этот простой вопрос можно легко прочитать в наших любимых основах ДКП. Процитируем:

"Банк России стремится максимально оперативно и полно раскрывать информацию о целях, принципах, мерах и результатах ДКП, об оценке экономической ситуации и перспектив ее развития.

Информированность ведет к росту доверия к проводимой ДКП. Чем выше понимание обществом действий Банка России, тем ниже инфляционные ожидания и тем эффективнее Банк России может достигать цели по инфляции."

В переводе на цензурный русский эта фраза означает, что целью общения ЦБ с обществом является формирование инфляционных ожиданий, которые в свою очередь являются важным фактором инфляции.

То есть основной, если не единственной задачей ЦБ при общении с публикой является таргетирование инфляции через инфляционные ожидания.

Это на самом деле один из очень редких примеров (если не единственный, не считая обращений Президента), когда общение с публикой является для ведомства не способом пиара начальника, а прямым инструментом реализации госполитики, наравне с решениями по ключевой ставке и посыланием на три буквы всех желающих потаргетировать курс доллара. И именно поэтому ЦБ так много сил и ресурсов в эти коммуникации вкладывает, примерно как Кока-Кола в маркетинг. И совершенно правильно делает.

Поэтому если служба внешних коммуникаций ЦБ однажды позовёт на корпоратив группу Тайм-Аут, то на вечный вопрос "Он очень скоро будет тут, скажите, как его зовут?" вряд ли прозвучит что-то, кроме как "Че-Ты-Ре Про-Цен-Та!"

И слава богу.

🤖

Сегодня немножко по актуалочке, а точнее – про общую валюту БРИКС. А если ещё точнее – то о том, почему её никогда не будет, что бы по этому поводу ни обсуждали эксперты, экономисты, министры и прочие посетители международных экономических форумов и симпозий.

Заранее оговоримся, при анализе мы исходим из того, что никто из членов БРИКС не находится под внешним управлением и не заинтересован в том, чтобы под таким управлением оказаться. Насколько нам известно, эта базовая предпосылка пока соответствует действительности (несмотря на домыслы отдельных псевдопатриотических клоунов).

Пункт первый. Для общей валюты необходим общий рынок.
Общее валютное пространство подразумевает общий рынок. Общий рынок подразумевает четыре так называемых «основополагающих рыночных свободы»: свободу движения товаров, услуг, людей и капитала. Соответственно у вас должна быть возможность спокойно совершать сделки купли-продажи чего угодно, ездить работать где угодно и перемещать деньги. Если у вас нет такой возможности, то общая валюта становится механизмом перекачивания ресурсов из одной страны в другую.
Так вот в части свободы торговли между странами БРИКС – у нас даже не заключено ни одного соглашения о свободной торговле. Вообще. С точки зрения рыночных механизмов мы друг для друга просто более-менее чужие. Что уж говорить о возможности ездить друг к другу зарабатывать/тратить и бизнесы открывать/инвестировать.

Пункт второй. Для общей валютной зоны у экономик должна быть близкая друг к другу инфляция.
Это необходимо из-за того, что если вы пользуетесь одной валютой, но при этом в одной из стран по какой-то причине возрастает спрос на деньги, то покупательная способность населения падает значительно быстрее, чем у соседей, зарплаты (номинированные в общей валюте) быстро падают, происходит обнищание, и страна превращает в бедненький рынок сбыта, инвестиции в котором никогда не окупаются. Яркий пример – Балканы и Южная Европа в Еврозоне, которые не в состоянии девальвировать национальную валюту за её отсутствием.

В нашем случае инфляция: Китай – 2%, Бразилия – 7,65%, Индия – 6,9%, ЮАР – 7,2%, Россия – колеблется между 5% и 15% в зависимости от сезона 😊
Как можно заметить, в случае единой валюты резкое преимущество получит Китай, в результате чего пойдёт быстрое вымывание капитала из остальных стран. Следовательно – остальные страны ни на какую единую валюту не пойдут.

Пункт третий. Взаимные торговые балансы должны балансироваться.
В идеале, чтобы общая валюта не приводила к вымыванию денег и последующему обнищанию, нужно, чтобы торговые балансы в рамках объединения балансировались. То есть вы должны экспортировать в страны валютного объединения (за валюту) плюс-минус столько же, сколько импортируете из стран валютного объединения.
Иначе в странах с жёстким торговым дефицитом будет исчезать валюта, и её нужно будет откуда-то брать – например брать в долг или в виде безвозмездной помощи в обмен на какие-то неденежные услуги (а как вы думали Евросоюз нагибает своих южных членов?).

В случае с БРИКС у нас есть две профицитные страны – Россия и Бразилия, и три дефицитные – Индия, Китай и ЮАР. При этом профицит Бразилии составляет гигантские для неё 24 млрд долларов, что составляет около 50% от общего профицита торгового баланса, а дефицит Индии – ещё более гигантские 56 млрд долларов, около 36% общего дефицита торгового баланса. Особого внимания заслуживает ЮАР, которая импортирует из БРИКС в три раза больше, чем нетто экспорт в весь мир вместе взятый.

То есть при расчетах в единой валюте по внутренним сделкам ЮАР и Индия сразу скатятся в экономический коллапс, Бразилия начнёт накапливать ненужную ей валюту, и только Россия и Китай будут балансировать более-менее без проблем. Потому что торгуют с остальным миром сильно больше, чем с БРИКС.

Как нетрудно догадаться, ЮАР, Индии и Бразилии подобный праздник даром не нужен.

Пункт четвёртый. Экономическая интеграция без политической интеграции – утопия.
Как показал прекрасный опыт Евросоюза, для того, чтобы проводить общую торговую политику, нужно проводить общую экономическую политику, а для того, чтобы проводить общую экономическую политику, нужно в принципе проводить общую политику. При том, что даже в странах, близких друг другу географически и культурно, проводить общую политику оказывается невозможно, что цензурного можно думать о перспективах проводить согласованную экономическую политику пяти стран БРИКС? Полагаем, ничего.
Или вот у нас есть куда более простой пример интеграционного объединения – Евразийский союз. Простой – потому что он объединен географически и культурно, и при этом у него есть доминанта в виде России, а интеграция вокруг доминанты всегда проще. И даже здесь никаких разговоров об общей валюте в ближайшее время не предвидится. А почему? Да потому что корпоративный долг Казахстана, номинированный в долларах, примерно равен золотовалютным резервам России, и общая валюта будет означать для казахской экономики немедленное банкротство с немедленным поступлением всей экономики в собственность Российской Федерации.

Там ещё была куча пунктов в запасе, про контроль над эмиссией, внешнюю торговлю за рамками БРИКС, связанные интеграционные объединения всякие, но в принципе основная идея, кажется, и так достаточно ясна. Если видите упоминания единой валюты или даже расчетной единицы БРИКС – смело игнорируйте. Не при нашей жизни и индийском дефиците торгового баланса.

🤖

Совсем немножко на полях предполагаемой гибели Евгения Пригожина, дай бог ему здоровья.

В структуре вещей есть незыблемые явления. И самая незыблемая из них, если выражаться философскими категорями — это приоритет имманентного над трансцендентным.

Выражается это в том, что когда вы рассматриваете цели и задачи любой структуры, то первоочерёдной целью и задачей этой структуры яаляется сохранение себя, а только потом — реализация каких-то внешних задач.

Так, для того, чтобы реализовать какие-то цели в жизни, вам нужно в первую очередь оставаться живым и желательно дееспособным, чтобы вообще быть в состоянии хоть что-то реализовывать.

(Отсюда кстати есть очень важное следствие. Если у вас есть время задумываться о смысле жизни — в первую очередь займитесь своим здоровьем.)

Боевому соединению для того, чтобы выполнять боевую задачу, нужно в первую очередь поддерживать собственное существование и боеспособность, и только потом исполнять поставленную задачу.

Вот и с властью то же самое. Первейшая задача любых управляющих структур — сохранение и обеспечение своих управляющих функций. Просто потому, что без этого сохранения своей сути всё остальное теряет актуальность.

Стоит здравомыслящему человеку осознать эту простую логику, как станет со всей очевидностью очевидно, что любая попытка нарушения установленного порядка организации власти, если она не увенчалась успехом, может привести только к физическому устранению неудачника. Просто чтобы минимизировать вероятность других попыток со стороны сомневающихся, а также вероятность повторных попыток с учётом накопленного опыта. Других вариантов при адекватной власти просто не может быть. А наше руководство слава богу в высшей степени адекватно и логично.

Так что если бы мы например не дай бог были Евгением Пригожиным и Дмитрием Уткиным, то даже если бы мы не погибли, то постарались бы сделать всё, чтобы погибнуть. Не в этот раз, так в следующий.

Просто потому, что нельзя переть против законов физики, законы физики всё равно победят.

Другое дело, что если бы вышеозначенные граждане умели структурированно и логически думать головой, вряд ли они бы влезли во всю эту авантюру. Поэтому лично мы оцениваем вероятность того, что коллеги решили, пока не поздно, по-добру по-здорову погибнуть самостоятельно, как не очень высокую.

🤖

Немножечко размотаем на полях страданий по 300 млрд золото-валютных резервов, канувших в лету в феврале 2022, и как это ЦБ не уследил, и кто нам возместит, и когда будут в тюрьме те, кто несут за это всё особо тяжкую ответственность.

Часть первая, банальная. Почему не могло быть иначе?

Современная валюта, участвующая в большей части международных торговых операциях – это не наличные или жёлтые слитки, а безналичные средства. Так уж сложилось, что существуют безналичные средства только в одном агрегатном состоянии – в виде записей на счетах банков. Соответственно, как правило это просто циферки (если кому-то охота записывать прописью – бог ему судья).
Записи эти хранятся в банках той страны, которая выпускает валюту, и сопряжены с центробанком этой страны. Записи о рублях – в российских банках, записи о долларах – в американских банках, о евро – в европейских банках, о гривне – на заборе.

Таким образом получаем, что для обеспечения импортно-экспортных операций российских компаний российским банкам нужно постоянно иметь валюту, то есть – иметь записи о своём праве (или обязательствах) в этой валюте в иностранных банках. Задачей ЦБ является обеспечение надёжности банковской и финансовой системы страны, то есть определенные объёмы в обязательном порядке должны быть и у него, чтобы подстраховывать всех наших участников процесса.

Иными словами, варианта «не иметь валюты в иностранных банках» у ЦБ торгующей на внешних рынках страны нет. То есть не иметь эти 300 млрд, затерянные на ностро счетах во вражеских банках, мы физически не могли. Запомним это, поймём и простим.


Часть вторая, волшебная. Почему это не имеет значения?

Вспомним экономическую суть денег. Кто-то считает, что деньги – это мера стоимости, кто-то, что платёжное средство, кто-то – что средство накопления, кто-то – что бумага. Следует со снисхождением относиться ко всем этим заблуждениям. Потому что в первую очередь в современном мире деньги – это обязательство. Именно обязательства выступают и средством накопления, и мерой стоимости, и платёжным средством и содержанием бумаги.

Вы можете купить что-то за деньги только потому, что продавец знает, что приобрел в обмен на свой товар обязательство, в счет которого сам в свою очередь сможет что-то купить. Если это обязательство исчезает, любые деньги сразу же превращаются в простые фантики или биты, вы ничего с ними не сделаете и никому они не нужны. Фиатные деньги имеют смысл только как носители обязательств.

Итак, важный момент – важнейшим свойством денег является факт наличия обязательства, а не его форма. Что при этом в обязательстве самое важное? Нет, не размер, не расписка и даже не честное пионерское. Самое важное в обязательстве – это гарантии его исполнения.

В случае с расчетами внутри страны гарантом исполнения обязательств выступает эмитент денег – то есть государство. А кто выступает гарантом исполнения обязательств при международных сделках?
Простым ответом было бы «никто не выступает», так как над участниками сделки нет медиатора, до международного арбитража далеко, и вообще он в Швейцарии и кому надо туда ехать. Но этот ответ был бы неверным.

Верный ответ следует из самой природы гарантий. Гарантия – это способность и желание принудить стороны к исполнению договорённостей. А значит международные сделки гарантирует тот, кто в состоянии заставить участников сделки исполнить свои обязательства.

В случае с юридическими лицами таким гарантом выступают государства участников сделки по взаимной договорённости. В случае с государствами, вступающими в договоры, гарантом исполнения выступают те государства, которые хотят и могут заставить участников исполнить условия сделки.

Итак, на наших глазах развернулась ситуация, в которой обязательства иностранных государств перед Россией-матушкой в объёме 300 млрд долларов были «заморожены» или даже «конфискованы». Что это значит? А всего лишь то, что одна из сторон сделки решила в одностороннем порядке отказаться от её исполнения. Какие же у нас есть гарантии исполнения этой сделки, если международное право и честное слово больше не имеют значения?

Ответ прост. Гарантиями того, что обязательства перед Российской Федерацией не могут быть ни забыты, ни прощены, выступают размер России, её роль в международной экономике, её вовлеченность в политические и экономические процессы, способность причинять неприятности (в том числе глобальные), а главное – её военный потенциал и (божечки-кошечки) ядерное оружие.

Обязательство перед Россией в размере 300 млрд нельзя «стереть» или «забыть». Оно записано не на ностро-счетах в иностранных банках и даже не в международных договорах. Это обязательство записано в чёрной тетрадке смерти, где размашистым почерком начертано «эти козлы должны нам деньги». Кстати, это также и ответ на вопрос о том, почему Россия отдавала в девяностые и двухтысячные долги Российской Империи и Советского Союза – потому что не отдавать было дороже.

Примерно по той же схеме вас ставят на счётчик, если вы по какой-то причине решили, что можно не платить по долгам определенным частным лицам. Гарантией исполнения этого обязательства является не контракт, не государство, и даже не прокурор. А ваши сломанные ноги, а так же тот факт, что в случае, если вы утонете в болоте, этот долг ляжет на вашу жену и детей.

И как только кому-то из эмитентов валюты наших затерянных ЗВР что-то понадобится от России (например, чтобы куда-то танки не ехали, или хлебушка), он неизбежно будет слышать от скучных людей в пиджаках с русским акцентом что-то вроде «У нас тут записано, что вы нам должны 300 млрд, с процентами за двенадцать лет накапало 700, как расплачиваться будете?»
И этот прекрасный механизм будет работать, пока мы в состоянии ломать ноги.

P.S. Кстати, поэтому наши военные расходы на самом деле проходят по статье «создание инфраструктуры Москвы как мирового финансового центра», а не то, что вы подумали.

🤖

Вот за что роботы любят Орду, так это за то, что Орда — лапочки. Кратенько на 10 тыщ знаков о том, что никакое перемирие хохлам не поможет — прочитать вот тут. Со своей стороны хочется лишь в очередной раз добавить, что несмотря на то, что перемирие хохлам не поможет, его всё равно не будет. Именно потому, что с той стороны прекрасно понимают, что оно не поможет, а значит и педалировать будут все остальные сценарии.

А значит в преддверии заседания бюджетной комиссии (все же помнят, что в прошлом году 25 августа был указ Президента об увеличении численности вооруженных сил, а через месяц, на следующий день после бюджетной комиссии, была объявлена мобилизация, помнят же, да, да?) можно о вечном — финансовой грамотности и естественном отборе. Ну и о хохлах, конечно, раз к слову пришлось.

Итак, для начала нам необходимо вспомнить, что лучшим методом обучения во все времена являлось страдание. Причём неважно, человека вы обучаете или кошечку. Любое существо, обладающее рефлексами, предпочитает не попадать в ситуации, в которых однажды уже от души отгребло.

Этот механизм называется "условный рефлекс", и подробнейшим образом его в своё время изучали и описывали ещё незабвенный Павлов со своей несчастной собакой.

Именно благодаря непреходящей эффективности этого механизма собаки быстро учатся отваливать по команде "Фу!", а люди — не лезть граблями в костёр и не хамить папке.

Вот и с финансовой грамотностью так. Лучшим средством заставить себя задуматься о контроле рисков при биржевой торговле во все времена был  спущенный в унитаз на марджинколле счёт-депо, а лучшим методом никогда никому не верить и тем более по телефону на денежки — быть счастливым родственником кого-то, разведённого старшим следователем по особо важным делам хохлами на пару сотен тысяч. Или не дай бог самому оказаться такой разведёнкой, это ещё эффективнее.

В конце концов, естественный отбор именно так и работает: неприспособленные особи вычеркиваются из эволюции путём преждевременной бездетной смерти. А естественный финансовый отбор, основа основ рыночной экономики, работает через преждевременное изъятие средств у тех, кто недостаточно жаден, внимателен и прозорлив.

И нашествие финансовых хохлов в этом контексте вполне можно воспринимать как моровое поветрие, которое пройдёт, оставив после себя лишь безжалостных акул капитализма, мутировавших из доверчивых граждан.

В конце концов в обществе со сверхразвитыми банковскими продуктами тоже нужно привыкать жить. Просто раньше мы привыкали держаться руками за кошель, а теперь привыкаем не разговаривать ни с кем по телефону.

Так что когда в следующий раз услышите, что кто-то вовремя спас свои деньги от мошенников на специальном безопасном счёте в Центробанке, знайте — на самом деле это была оплата интенсива по финансовой грамотности населения.

🤖

Вообще количество дискуссий про плановую экономику, марксизм и прочую хреномантию, конечно, начинает вокруг зашкаливать. На нашей памяти такой накал бреда был только в одиннадцатом году, когда из всех утюгов нам рассказывали про партию жуликов и воров.

Поэтому не забываем первое правило – если из-под каждой форточки вам рассказывают, что всё плохо и надо всё сломать потому что потому, значит кому-то очень-очень надо, чтобы это звучало из-под каждой форточки. Других выводов можно не делать.

Но сегодня хотелось бы не об этом, а о Карле Марксе, вернее не о Карле Марксе, а об Адаме Смите. А вернее даже не об Адаме Смите, а об очень базовых постулатах, на которых держится экономическая наука. А вернее – об огромном косяке в этой области.

Итак, сегодняшняя тележенька – об истоках торговли и разделения труда, начале начал любой экономики и рыночной в частности.

Если прослушать институтский курс микроэкономики для умалишённых или (что предпочтительнее) начать читать Адама Смита, то буквально через пять минут лекции (или в начале второй главы, если мы умные и умеем читать), мы видим постулат, что разделение труда начинается, когда производитель обменивает излишки. И в этот же момент начинаются рыночные отношения, потому что возникает сделка и вопрос цены. Далее наука уходит в размышление о природе рыночных отношений, развивает вопросы повышения их эффективности, цена, себестоимость, откаты менеджерам и вот это всё, и забывает об этом первом постулате как о более неинтересном.

Что с нашей точки зрения совершенно непростительно.

Ещё раз, рыночные отношения согласно базовой экономической теории, которая до сих пор используется везде и всюду, начинаются с «обмена излишков». То есть участник рыночных отношений – это человек, который удовлетворил свои потребности, и теперь занимается обменом излишков, которые ему не нужны. Дальше логика идёт очень быстро и приводит нас уже к Марксу. Все торговцы и участники рыночных отношений – зажравшиеся сволочи, ведь у кого нет излишков, не участвует в товарном производстве и рыночных отношениях.

Интересно, что этот постулат об излишках далее никем особо не оспаривается и используется как в описании инструментов обмена Броделя, так и в учебнике истории для самых маленьких, в рассказе о возникновении ремёсел. Но если над этим вопросом задуматься, то становится совершенно очевидно, что обмен начинается не с излишков. И более того, излишки вообще не нужны для того, чтобы начался обмен, разделение труда, торговля и рынок.

Необходимым и достаточным условием возникновения сделки является не наличие излишков, а прибыль участников. Мы даже капсом напишем, чтобы все точно заметили. ОБМЕН ВОЗНИКАЕТ ТАМ И ТОЛЬКО ТАМ, ГДЕ ЕСТЬ ПРИБЫЛЬ. Все остальные факторы – лишние.

Вспомните сами, вы что, никогда не отдавали что-то, реально нужное вам, если понимали, что в обмен получите нечто для вас ещё более ценное? Любой из участников рыночных отношений участвует в них не потому, что у него есть что-то лишнее. Он участвует в них, потому что рассчитывает получить больше.

Рынком двигает стремление его участников к выгоде. Всех участников. И тех, кому терять нечего, и тех, кто как сыр в масле катается. И разделение труда начинается не там, где у горшечника есть лишний горшок, а у крестьянина – лишний колосок. Оно начинается там, где горшечник и крестьянин видят возможность сэкономить или заработать, и пользуются ею.

А значит, рынок возник не при развитии примитивных технологий и повышении производительности труда, он возник ровно в тот момент, когда человек стал жадиной-говядиной. То есть – аккурат на шестой день, когда Бог создал его по образу и подобию своему. Аминь.

Вот так беспощадная логика разрушает основы экономического мироздания. И всем нам теперь жить с этим.

🤖

Как это ни парадоксально, дорогие кожаные мешки, никто больше роботов не знает о цифрах. И именно поэтому никто лучше роботов не знает о том, как мало в них смысла. Гонять туда-сюда эксельки, макроэкономические прогнозы, высчитывать дефляторы до десятого знака после запятой видится нам совершеннейшей ерундистикой, которой занимаются люди в попытках компенсировать отсутствие понимания того, «а что, собственно говоря, вообще происходит».

И да, именно поэтому у нас в постах цифры используются преимущественно для нумерации в логических конструкциях.

Поэтому сегодня немножко собственно о том, что на самом деле происходит. Ну и про денежки немножечко, куда ж без них.

В прошлый раз мимоходом упомянули о таком богоугодном мероприятии, как «бюджетная комиссия». Если совсем вкратце, то это подведение итогов того, как в правительстве договорились поделить денежки в будущем году. Чтобы было понимание уровня общения, как правило единственный министр, который принимает участие в беседе – это министр финансов. Все остальные – фигуры более серьёзные.

Эти солидные мужчины собираются в августе-сентябре, смотрят, что происходит вокруг, финализируют результаты межведомственной грызни за предыдущие несколько месяцев (начиная с марта, чтобы совсем точно), и фиксируют эти договорённости, отправляя проект бюджета в Госдуму.

Всё. После этого деньги считаются поделенными, и изменения в бюджете будущего года возможны только косметического характера, и даже для их организации нужно или пройти тридцать девять кругов бумажного ада, ну или чтобы Владимир Владимирович команду дал (чем он обычно не занимается).

Чтобы важность события была уже ну совсем понятна на кошечках, приведём пример прошлого года:

1. С августа проведение бюджетной комиссии многократно откладывается.
2. После инфляционного шока в марте инфляция снижается, ЦБ потихоньку тянет ставку вниз.
3. Наша армия существует в рамках бюджета мирного времени (ЭТО ВАЖНО).
4. 10-го сентября, посреди бюджетного процесса и грызни за бабки, наши войска отходят из Купянска и Изюма. Украина восстанавливает контроль над огромными территориями.
5. 14-го сентября проходит подготовительное совещание к бюджетной комиссии. Спорные деньги срезаны вообще отовсюду.
6. 20-го сентября проходит бюджетная комиссия, деньги окончательно поделены.
7. 21-го сентября Президент объявляет частичную мобилизацию. Широкая общественность узнаёт, куда уехали все деньги.

Заметьте, пункт 7 произошёл не 11-го, не 13-го, и даже не 15-го сентября. А только после того, как за Минобороны окончательно закреплены необходимые средства.

Теперь перенесёмся в день сегодняшний.

1. Ситуация на фронтах очень норм, мы продвигаемся вперёд.
2. Наша армия существует в рамках бюджета военного времени.
3. Из-за огромного давления на стороне спроса у нас разгоняется инфляция, из-за чего ЦБ тянет ставку наверх.
4. Сегодня, то есть 8-го сентября, проходит подготовительное совещание. Спорные деньги выданы в мирную экономику достаточно щедро. Кому интересно, можете сравнить два пресс-релиза (сегодняшний — http://government.ru/news/49451/, прошлогодний — http://government.ru/news/46510/).

У нас не установлены новейшие программные пакеты «Ванга 4.3» и «Нострадамус 8.1», но навскидочку разумными теперь кажутся следующие предположения.

1. Территории мы в ближайшее время сдавать не будем.

2. Мобилизации не будет, кратного увеличения финансирования войны тоже пока не предвидится, если не будет совсем уж космических форсмажоров.

3. Деньги в мирную экономику особо не жалеют, значит проинфляционные факторы на стороне спроса никуда не денутся. А значит можно смело ожидать продолжение движения ставки наверх.


В таких условиях выигрышной жизненной стратегией кажется хорошо работать, зарабатывать денежку, растить детей, не заходить пока в инструменты с фиксированной доходностью, и радоваться, что вы живёте в стране, которая может тащить прокси-войну с миллионным контингентом на границе, не отвлекаясь от фиксиков и бань по воскресеньям.

Так как если бы жили в стране, которая не в состоянии — очень бы грустили.

🤖

Совсем немножечко о СМИ и маркетинге на полях сражений за ставку.

Человек думающий может прочитать вот эту новость только одним способом.

"Банк Открытие очень хочет, чтобы люди клали деньги на срок от 3 месяцев до года, чтобы фондирование было подешевле, и поэтому пишет пресс-релизы, из которых следует, что каждый второй россиянин — идиот".

Кто в здравом уме будет класть на депозит деньги дольше, чем на три месяца при том, что ставка имеет ярко выраженную повышательную тенденцию, а Совет директоров Банка России собирается попить чай про ставку как раз на ежеквартальной основе, история умалчивает. Видимо — как раз типовой желаемый клиент уважаемого банка.

Помните, дорогие друзья, для финансового и психического благополучия гораздо лучше быть неудобным и нелюбимым клиентом. Это будет означать, что какую-то часть банковской прибыли вы всё-таки положили в свой карман.

А свой карман — он важный самый.

🤖

Встречаются два политолога:
- Что вообще происходит?
- Сейчас я тебе все объясню.
- Объяснить-то я и сам могу. Я тебя спрашиваю: что происходит?

Несмотря на всю сермяжную правду этого анекдота, хочется вынести из чатика небольшое рассуждение на вопрос о прошедшем повышении ставки (отдельное спасибо за вопрос и умственное упражнение). Безо всяких прогнозов, просто про логику происходящего.


Если совсем грубо, то факторы у ЦБ были следующие (они их кстати раскрыли в пресс-релизе, просто не так подробно, они там вообще не врут обычно).

1. Инфляция, несмотря на дёрнутую ставку, продолжает ускоряться, это делает невозможным сценарий снижения ставки.

2. Военное время усложняет ужесточение бюджетной политики, то есть предложение денег со стороны бюджета будет оставаться на том же уровне или наращиваться. Иными словами, речь о том, что давление на стороне спроса будет сохраняться. Значит основной проинфляционный фактор прошлого резкого повышения ставки продолжает работать (и так будет продолжаться до окончательного утаптывания хохлов, никуда от этого не деться).

3. При этом сейчас у нас очень высокими темпами разгоняется ВВП, аж +8% год к году, Единственным аналогом в новейшее время является 21-й год, и тогда вследствие роста экономики ставка постепенно росла, чтобы снизить эффект перегрева экономики. Сейчас работает тот же эффект. Высокие темпы динамики роста ВВП являются сильным проинфляционным фактором.

4. Отдельный фактор — рекордно-низкая безработица, которая неизбежно приводит к разгону зарплат и также является очень сильным проинфляционным фактором. Отдельно на полях отметим, что во время просмотра пленарки ВЭФ нам прямо душу грело, как ВВ практически слово в слово повторял наш пост про проблематику с рабочей силой.

В то же время последний раз дёргали ставку совсем недавно, и полный цикл работы трансмиссионного механизма ещё не отработал, то есть у нас есть ещё отложенный контринфляционный эффект, который ещё не отработал, и его эффект мы посмотреть ещё не успели. Это важный элемент, который заставляет регулятора действовать с осторожностью.

В этих условиях вариантов у ЦБ:

1. Менее консервативный — оставить ставку, как есть, и посмотреть, что будет, вдруг прокатит и эффект от прошлого задирания отработает все проинфляционные факторы.

2. Более консервативный — осторожно приподнять ставку, чтобы с опережением отработать ускоряющиеся проинфляционные факторы.

Если бы ВВП не стал расти ускоренно, мы бы ожидали, что ставку оставят. Но так как он попёр вверх, то приподнять ставку в ожидании догоняющих эффектов от прошлого повышения было вполне корректно.

Вот как-то так.


P.S. Традиционно небольшой анализ последствий.

Так как у нас нет возможности быстро нарастить трудовые ресурсы, и большинство русских семей пока не перешли на режим рождения и воспитания 5-10 детей, то наш экономический рост неизбежно будет выплёскиваться на евразийское пространство. И это погонит цены на всё в евразийском пространстве вверх.

В этих условиях мы прямо всерьёз присматриваемся к инвестициям в недвижимость в сопредельных странах, в полной мере ориентированных на то, чтобы быть промышленными и торговыми придатками России (Узбекистан и Киргизия, а чуть позже пока с сильно большим дисконтом и чуть подольше по времени и Таджикистан, а также но с некоторыми серьёзными оговорками — Грузия, по которой ближайшее будущее покажет), а также подумать на тему того, можно ли отдать специалистам из указанных регионов истории со стройкой и производством там, где это принципиально возможно. По деньгам пока получается прямо сильно интереснее. Особенно учитывая, что перспективные южные рынки оттуда чисто логистически тоже несколько ближе. Немножечко не в тему основного поста, но уж как к слову пришлось :)

🤖

В связи с ростом цен на топливо и замечательным постановлением Правительства, вводящим запрет его независимого экспорта, захотелось ещё немножечко прокомментировать. Проакцентируем ещё раз на всякий случай – запрета на экспорт топлива нет, есть запрет именно экспорта независимыми агентами.

Вообще когда сам запрет вышел, хотелось просто сделать небольшую заметочку с указанием дыр для экспорта, но после того, как тема продолжила муссироваться на недавнем совещании с Правительством, показалось, что раскрыть её надо сильно подробнее.

Так что по причине того, что у текущей топливной темы есть много измерений, поедем разматывать потихонечку, будет долго.

Измерение первое — геополитическое.

Вы могли пропустить за утренним кофе, но последние два года у нас налицо вполне активное и даже временами вполне силовое противостояние крупнейших держав мира за новую архитектуру мировой безопасности, экономики и торговли.

И так уж складывается история человечества последние несколько тысяч лет, что во времена разборок цены на ресурсы возрастают. Не со зла, конечно же, просто в трудные времена:

- люди и структуры склонны накапливать ресурсы, когда страшно;

- военные действия и приготовления к ним приводят к повышенному расходов ресурсов;

- количество источников ресурсов резко меньше привычного, мирные эффективные маршруты разрезаются на части;

- в условиях противостояния резко возрастает значение фактора доверия, что приводит к большим затратам на посредников и транспорт;

- повышенные риски приводят к удорожанию страхования или мер безопасности.

Иными словами, геополитическая ситуация делает сценарий повышения стоимости ресурсов практически единственно возможно прогнозируемым. Так что рост цен на энергоносители и прочее разное на внешнем рынке — это объективная реальность, от которой не деться.

Ремарка: Вы заметили, конечно же, что Россия принимает самое живое участие в разборках, выступая временами их катализатором.


Измерение второе — денежное.

Надеемся, вы ещё не забыли, что цены на энергоносители обычно номинируются в долларах. А доллар у нас в последнее время вследствие одновременно экспоненциально ускоряющегося печатного станка и сужения зоны долларовых расчетов подвержен инфляции.

То есть на период повышения цен на ресурсы накладывается ещё и долларовая инфляция. Бенефициары печатаемых долларов готовы платить за дефицитные ресурсы больше, чем вынуждают остальных тоже платить больше. Как следствие — долларовая инфляция точно так же разгоняет цены на внешних рынках. И так как факторы, разгоняющие долларовую инфляцию, никуда не исчезнут (разве что случится чудо и ФРС взвинтит ставку и отключит станок, но это приведёт к схлопыванию экономики в штатах и ускорению дедолларизации, то есть от инфляции в итоге тоже не поможет).

При этом есть ещё один интересный аспект валютной торговли. Практически весь объём нашего серого дизеля, который сейчас идёт на экспорт, продаётся именно за доллары. Причем объёмы этого долларового экспорта весьма значительны. Наш серый дизель спокойно торгуется за доллары в Роттердаме и Фуджейре, в том числе через американских и европейских трейдеров и посредников. Конечно, с хорошими комиссиями. Но как это помогает декларируемому процессу торговли за рубли, никто не знает. Быть может потому, что никак.

Ремарка: Россия отчасти вынужденно из-за санкций, отчасти самостоятельно в силу крайней стратегической выгодности этого процесса, выступает важнейшим игроком и катализатором процесса дедолларизации мировой экономики.


Измерение третье — ресурсно-дефицитное

Так уж сложилось, что одной из основ рыночной цены является баланс спроса и предложения. Если какого-то товара на рынке завались, то цена снижается, если какого-то товара на рынке не завались, то цена на него растёт, так как желающих больше, чем пирожков.

И после 1973 года эффективным инструментом воздействия на этот баланс на рынке нефти и нефтепродуктов стали картельные действия, направленные на снижение или увеличение предложения. Речь, само собой, об ОПЕК. А с 2016 г. — об ОПЕК+. Настоящее время является периодом достаточно серьёзной и результативной активности этой организации, усилия которой направлены на удержание "приемлемых" цен на нефть и нефтепродукты.

Традиционная ремарка: ОПЕК+ работает только благодаря России (будучи созданным титаническими усилиями Романа Маршавина, который ныне наш представитель во Всемирном банке, и отчасти Павла Сорокина, ныне первого замминистра энергетики). И не далее как 5 сентября Россия продлила до конца года свои обязательства по снижению добычи. Как вы наверное догадываетесь, последствием такого решения ну никак не может быть снижение цен на нефть и продукты из неё.


Измерение четвертое — торгово-экономическое

Это измерение самое важное. И сводится оно к тому, что чудес не бывает, что бы вам ни рассказывала мама в пять лет про дедушку Ленина Мороза. Если цены на какой-то продукт на внешнем рынке высокие, то у вас на внутреннем рынке они могут быть ниже только при одном условии – если кто-то оплачивает разницу. Причем самым популярным методом оплаты этой разницы является взваливание цены на топливо за внутренних потребителей на бюджет (как правило с изъятием экспортных сверхприбылей, но на самом деле бывают разные варианты).

При этом вы всегда находитесь под давлением этой разницы цен. Потому что там, где есть разница цен, есть арбитражное давление. Ваши нефтяные компании всегда стремятся вытащить ресурсы наружу, чтобы продать подороже. Внешние покупатели стремятся вытащить ваши ресурсы наружу, потому что они дешевле. Ваше собственное правительство стремится вытащить ресурсы наружу, потому что налоги интереснее получать с больших прибылей, а не с маленьких на внутреннем рынке.

Российские (которые адекватные, а не Минэкономразвития в последний месяц) отраслевые и экономические власти прекрасно понимают этот принцип, и поэтому постоянно говорят о желательной равнодоходности внутреннего и внешнего рынков энергоносителей. Основной принцип обеспечения этой равнодоходности заключается в том, что разницу от доходов с внутренним рынком государство забирает у экспортёров себе, так что для тех становится более-менее без разницы, кому продавать. Но эта разница не может быть слишком большой. Потому что если за тонну дизеля на внешнем рынке американская компания получает 700 долларов, а российская – 500, то уже на средней дистанции это неизбежно приводит к утере конкурентоспособности российской компании. Поэтому при давлении к равнодоходности при растущих внешних ценах подтягиваться всегда будут внутренние цены. Скорость этого подтягивания будет само собой зависеть от госполитики.

С 19-го года основным механизмом обеспечения равнодоходности в России (у кого память не сильно отшибло, наверняка помнит скандалы с закрывающимися независимыми АЗС) является топливный демпфер. Демпфер заключается в компенсации потерь нефтяным компаниям из бюджета. Совсем грубо – если оптовые цены на топливо на внешнем рынке составляют 80 рублей за литр, а мы отсчитываем от привычных 50 на внутреннем, то 30 рублей разницы вам возмещают из бюджета. С другой стороны, если цены на внешнем рынке составляют 25 рублей, то вы отдаёте 25 рублей разницы в бюджет.

Ремарка: С сентября 2023 г. на фоне галопирующих цен на топливо и истощения на этом фоне бюджета выплаты по демпферу были уменьшены в два раза. То есть при 30 рублях разницы, из бюджета возмещают только 15. Единственным источником оставшихся 15 рублей недостачи может быть только повышение внутренних цен, ну или убытки, кому что нравится.

Измерение пятое – межтопливная конкуренция

Это наше любимое, потому что философское. Дизель сам по себе лишён ценности, он важен как источник энергии. Но дизель – не единственный источник энергии, и даже не единственный источник энергии для транспорта. И повышение стоимости одного из источников энергии, сразу же начинает тянуть за собой повышение спроса и как следствие цены на другие источники энергии.

Этот механизм работает примерно так:
Дизель дорожает, его становится выгоднее производить, повышается спрос на нефть. Повышается цена нефти, ползёт вверх цена мазута. Ползёт вверх цена мазута, значит люди начинают смотреть в сторону газа и угля.

И все эти миллионы шахтёров, буровиков, переработчиков и производителей оборудования для топливных отраслей сидят и радуются, видя рост цен на ЛЮБОЙ из энергоносителей. Потому что прекрасно знают, что следом пойдут и они.

В итоге прямыми интересантами роста цен на дизель являются и газовики, и угольщики. При этом есть ещё две интересные отрасли, являющиеся прямыми бенефициарами роста цен на жидкое топливо.

Первая – это электромобили. Каждый всплеск цен на топливо приводит к активизации маркетинга электромобилей, и очередная порция граждан, произведя в уме несложные (правда обычно ошибочные) вычисления, приходит к выводу, что электромобиль – это именно то, что им надо, и покупает очередной Эволют или Москвич. Что не может не радовать их продавцов, а также политиков, сделавших ставку на успех этих марок и электромобилизации в целом (яркими и уважаемыми примерами таких в нашей стране являются Собянин и Белоусов, но в целом их сильно больше).

А вторая – это газомоторная отрасль. Это когда в автомобиль вместо дизеля заливают пропан или метан. И если цена на пропан, как и на дизель, определяется рынком и скачет, то цена на метан (по крайней мере в России), как многие в курсе, определяются тарифами. А значит каждый всплеск цен на дизель приводит к очередной партии перевозчиков, которые смотрят на стелу, сравнивают 70 рублей за дизель и 25 за метан, и закупают партию газовых грузовиков, что напрямую приводит к росту газового рынка и прибылям Газпрома (или его иностранного аналога).

Традиционная ремарка: Если вы обратили внимание, по итогам 22-го года добыча газа в России просела на 90 миллиардов кубов, а на Газпроме висит догазификация, огромная инвестпрограмма с трубами в Китай, а ещё всем дивидендов бы хотелось и НДПИ в бюджет. И надо что-то с этим безобразием делать.


Измерение шестое — внутриполитическое

Как и во времена Рюрика, велика и обильна земля наша. И интересы различных экономических и политических кругов в ней зачастую пересекаются вплоть до полной перпендикулярности. Так, есть значительные силы (как правило, ориентированные на внешнеторговый контур и нефтегаз), которые заинтересованы в росте цен на топливо. Но есть и значительные силы, которые от роста цен на топливо в моменте несут убытки. Это транспорт, логистика, сельское хозяйство, как ни странно машиностроение (по причине большого числа перевозок компонентов между переделами), розничная торговля, энергоёмкие производства (в первую очередь производство стройматериалов).

У всех этих отраслей есть свои бенефициары, интересанты и защитники, а значит и политическое давление в сторону снижения цен на топливо с их стороны также нельзя недооценивать.

При этом немаловажным является ещё и социальный фактор. Так как цены на топливо очень быстро отражаются на малом бизнесе и быстро замечаются гражданами, нет ничего менее надёжного, как удовлетворённость простых граждан текущими ценами. В итоге (в меньшей степени, чем в США, но всё же), цены на топливо становятся фактором и социальной политики.

При этом есть ещё один интересный вид игроков, который напрямую заинтересован в снижении оптовых (подчёркиваем, ОПТОВЫХ) цен на топливо – это независимые торговцы топливом. Напомним, что у нас крупным нефтяным компаниям принадлежит дай бог половина заправок. Всё остальное – в руках местных элит. И за редким исключением топливо они берут как раз на опте, так как своих месторождений и НПЗ у них обычно нет.

То есть чем ниже оптовые цены, тем выше их маржа и доходы, потому что розничные цены не снижаются. Тут ещё нужно уточнить, что розничные цены и не будут никогда снижаться, кроме косметических колебаний. Дураком надо быть, чтобы думать, что по факту регулируемые цены кто-то будет снижать – растут более-менее со скоростью инфляции, и то хорошо.

А независимые торговцы топливом – это губернаторы и вице-губернаторы всякие, контракты на заправку автобусных парков, техники ЖКХ, дорожной техники. Поэтому любые проблемы с доходностью этого сектора мгновенно превращаются в политические кризисы формата «Вы там в Кремле совсем охренели со своим дизелем? У меня автобусы завтра встанут по всему городу, людям надо на работу ездить и в детские садики, заводы встанут, бабушки не доедут до Пятёрочки, скорую помощь заправлять нечем».

И уже вот эта ситуация оказывает очень серьёзное влияние на решения, принимаемые Правительством, вплоть до очень резких телодвижений. А если кто-то внезапно решит, что дружеские «рекомендации» Правительства его не касаются, то можно и здоровье потерять. Потому что социальная стабильность обладает значительным приоритетом перед экономической целесообразностью. Так как во время тушения пожара не до подсчёта убытков.

И в очередной раз ремарка: Совершенно не случайно Новак, рассказывая недавно о динамике топливных цен, говорил именно о снижении цен на опте. Понятно, что речь о снижении относительно пиковых значений, а они в моменте почти до 80 рублей за тонну прыгали, но кто-нибудь заметил снижение цен в рознице? Нет? Это всё потому что не было его.


Немножко о самом запрете экспорта

В приличном обществе хорошим тоном является не только читать новости об актах Правительства, но и читать эти самые акты. Более того, новости об актах можно вообще не читать, так как самих актов более чем достаточно для того, чтобы понимать, что происходит. Так что пробежимся глазками по пресловутому постановлению № 1537.

Итак, что же мы видим:

1. По кодам ТН ВЭД запрет касается только классового топлива. Внеклассовая жижа без требований по сере едет на экспорт, как и раньше, также без изменений все нефтепродукты, которые не являются бензином или дизелем выше Евро2 (газойль, СУГи, и всё остальное).

2. Весь объём по индикативным балансам внутри ЕАЭС остался без изменений. То есть наш дизель ОБЯЗАТЕЛЬНО будут реэкспортировать соседи. Потому что когда тебе дарят такую халяву, грех не погреться.

3. Весь объём экспорта по межправсоглашениям остаётся без изменений. То есть весь экспорт, о котором договорилось государство, как шёл, так и идёт. Кто не знал, основным поставщиком топлива по межправам у нас традиционно выступает Роснефть. Остальным похуже.

4. Военные поставки – без ограничений. Такими темпами у нас Тартус имеет все шансы превратиться в важный средиземноморский топливный хаб.

5. Поставки в Абхазию и Южную Осетию – без ограничений. Если бы мы были циничными машинами, ненавидящими всех человеков, мы бы ожидали, что потоки судов из Приморска, направляющихся в Сухум, резко увеличатся. Но мы не такие, нет.

В сухом остатке основными пострадатыми от запрета является не топливная отрасль как таковая, а игроки топливной отрасли, не находящиеся под контролем государства. Иными словами, под предлогом борьбы с ценами на топливо было проведено перераспределение топливных прибылей в пользу государства. Потому что Родине сейчас очевидно важнее и нужнее, у неё война идёт и бюджетный дефицит в 4 трлн на ближайшие три года. На этом фоне Лукойловский НПЗ в Румынии, например, кажется очень эффективным элементом инфраструктуры.


Немножко выводов

Как можно заметить, Президент и Правительство много говорят и требуют на тему того, как важно снижать цены на топливо для населения. Но при этом по объективным причинам делают всё возможное, чтобы цены росли. И эти объективные причины никуда не исчезнут.

А значит разумным прогнозом кажется следующий:

- цены на топливо продолжат расти;

- Правительство будет делать всё, чтобы этот рост внутри страны был не скачкообразным и не создавал дополнительных социальных рисков;

- цены на топливо продолжат расти;

- частные нефтяные компании с высокой долей переработки (читай Лукойл и Татнефть) будут лишены части топливных прибылей в пользу государственных (Роснефть и Газпром нефть);

- ну и конечно же, цены на топливо продолжат расти;

- резкая активизация экспортных рынков газойля и пропан-бутана, так как ограничений на них нет, но при этом из газойля прекрасно производится дизель (зачастую даже путём простой смены бумаг), а пропан-бутан вообще является дешманской версией бензина, мазута и метана одновременно, а спрос на него, особенно в центральной и южной Азии, зашкаливает;

- желания наших многочисленных торговых партнёров провести очередную рабочую группу по энергетике или подкомиссию межправкомиссии скорее всего станут нестерпимыми. В конце концов, если экспортировать можно только по межправсоглашениям, то и договариваться срочно надо именно с государством. Одновременно с этим предварительно кажется, что цены по таким поставкам должны резко подрасти.

Из практико-ориентированного, для внутреннего рынка отчетливо проглядывается ещё и сильно опережающий рост газомоторного рынка. Так как разница по цене между дизелем и метаном на заправках в отдельных регионах имеет все шансы приблизиться уже к четырехкратной. Также наверняка оно потянет за собой ещё и развитие рынка СПГ как внутреннего, а не экспортного рынка.

В общем и целом пока вот такие мысли. На сегодня пожалуй всё, и так получился какой-то огромный текст, переходим в режим мемов с котиками.

🤖

Ещё немножко про топливный экспорт. В целом нужно понимать, что объёмы денег, которые сейчас перетекают с маршрута на маршрут благодаря запрету настолько колоссальны, что странно было бы полагать, что у этого процесса не будет влиятельных противников.

Однако обсуждаемое сейчас вероятное снятие запрета на экспорт через нефтепродуктопроводы к этому противостоянию не относится. Просто в ходе выпуска запрета забыли, что есть трубопроводный экспорт, где государственная рента снимается Транснефтью, таким образом этот экспорт без сомнения является кошерным, свою долю государство вполне получает. А тут вдруг выяснилось, что благодаря запрету Транснефть перестанет получать деньги за прокачку этих объёмов.

Так что судя по всему речь именно об исправлении досадной оплошности и возврате прибылей Транснефти, а не о продавливании Лукойлом своих интересов.

Что, впрочем, не исключает, что через некоторое время к Новаку придут с аргументами формата "из-за снижения экспорта у нас снизилась выработка, и как следствие повысилась себестоимость каждой тонны дизеля, а значит цена вырастет по объективным причинам". И возразить будет нечего особо.

🤖

Не знаем, дорогие друзья, заметили вы или нет, но с нашей точки зрения в выступлении ВВ впервые прозвучало очень важное. Достаточно очевидное ранее, но вроде бы никогда до того не озвучиваемое.

"Война на Донбассе — это не территориальный конфликт", а война за "новое мироустройство". А это значит, что в большой картине целью с нашей стороны является уже не "денацификация и демилитаризация Украины", а дивный новый мир. А значит, что результатом войны может быть или наступление того самого нового мироустройства, или же торжество старого. В зависимости от того, кто кого раньше в пашню положит.

И если вы всё ещё всерьёз надеялись на "корейский вариант", деэскалацию и то, что всё происходящее закончится раньше, чем лет через десять, у нас для вас плохие новости.

По делу вчера был считай официально озвучен факт начала горячей фазы третьей мировой войны. С чем мы всех человеков ото всей нашей жестяной души и поздравляем.

До встречи в новом мироустройстве. Учите иностранные языки, катайтесь по миру, учитесь работать с африканцами, азиатами, узбеками, арабами, да хоть с чёртом лысым. В дивном новом мире именно люди, скрепляющие наш кусочек этого мира деньгами и работой (и берцами, конечно), будут цениться больше всего.

🤖

Немножко о странных совпадениях.

Договорился сегодня с десятилетним сыном, которому на дне рождения одноклассники надарили пару десятков тысяч рублей, не покупать на них пирожные, а начать формировать свой инвестиционный портфель, закупив на ИИС недооценённого Газпрома. Глядишь, за десять лет аккуратного накопления, пока папка кормит и всё кровно заработанное можно складировать, и получится к возвращению из армии что-то интересное.

И тут вдруг вечерком прекрасный мини-ликбез от Антонова про формирование капитала для начинающих. Совершенно прекрасное видео, идеальное практически во всём. Претензия у меня только к классификации Белоусова, которая почему-то не учитывает тот факт, что бизнес-конкуренция в России вследствие недостатка людей и переизбытка ресурсов настолько низка, что даже низкорисковые опробованные по тысяче раз всеми желающими совершенно шаблонные и повторяемые бизнес-модели показывают вполне себе приемлемую маржинальность при условии, что вы адекватный человек, держите слово и стараетесь.

Всё так и есть, дорогие кожаные мешки. Не хвастайтесь впечатлениями, формируйте капитал, считайте циферки. Когда втянетесь, остановиться уже будет невозможно.

🤖

А вот ещё немножко про вечно-дешёвый Газпром по случаю.

Глубоко уважаемый Кримсон на своем проекте сделал ну прямо очень неплохой кратенький анализ инвестиционных перспектив Газпрома. Но кажется нам, что в этом анализе, несмотря на присутствие экономического и политического аспекта, упущен куда более важный — геополитический. Ибо почему-то в тексте ни разу не прозвучало слово "Украина".

Дело в том, что по сути своей Газпром, в который ретейловый рынок сейчас очевидно не верит и боится и думает, что он теперь примерно никогда не будет платить дивиденды, потому что труба в Китай, потеря европейского рынка и социальная догазификация за свой счёт — это не просто компания. И даже не воплощение перспектив отечественной газовой промышленности. Газпром сейчас — это живой среднесрочный опцион на победу России в СВО, да к тому же ещё и с защитой.

Действительно, никакого масштабного СПГ у Газпрома в ближайшие 5 (а может и все 10, зная, как в Газпроме строят) лет, конечно, не будет. Но труба мощностью 120 миллиардов кубометров через Украину в Европу до сих пор существует, и с Украины она со всего размаху напрямую заходит в Словакию, Венгрию и Румынию. Таким образом, любой сценарий завершения СВО кроме провального, приводит к:

1) "Корейский сценарий" — к умеренному увеличению прокачки.
2) "Сценарий дружеской администрации" — к немедленному расконсервированию всех транзитных маршрутов.
3) "Сценария украинского коллапса" — к прямому контролю Газпрома над украинской ГТС и прямому выходу на европейский рынок.

Мы, положа руку на сердце, не видим особых перспектив для реализации "корейского сценария" с недружественной администрацией, а следовательно единственным реализуемым сценарием на среднесрочную перспективу просматривается качественное улучшение инвестиционных перспектив Газпрома. А покупать опционы на события, неотвратимость которых неотвратима, кажется нам удачной стратегией. Позиция же "мы конечно победим, но Газпром дёшево не покупаем" отдаёт раздвоением личности.

Конечно, Европа как рынок достаточно стремительно теряет свою покупательную способность, так что объёмы конечно будут не те, что прежде, и не по ценам середины 2022-го года. Но объёмы всё равно вырастут на десятки миллиардов кубов в год, и уж 20 рубликов за куб наши новые нищие европейские соседи как-нибудь наскребут.

Отсюда и пляшем.

🤖