Последние несколько лет я много думаю о Церкви, много читаю книг и историю Церкви, дружу с пасторами и посещаю большое количество Церквей по всей стране и за ее пределами.

Далее выгружу несколько мыслей. Это не выводы, не претензия и не аксиома. Община в моей жизни занимает главенствующую роль и меньше всего на свете я хочу её дискредитировать. Я думаю о ней из любви и ради любви. Мое призвание неразрывно связано с Церковью, где бы я не была. Поэтому мне важно рефлексировать и интересно было бы делиться этим с вами.

Но чем чаще я езжу, тем больше вижу два момента, которые меня тревожат:
1. Вместо того, чтобы видеть вытеснение сил тьмы, Церковь вытесняется из сфер влияния в мире, которому она призвана служить.
Насмешки людей относительно Церкви мы списываем на невежество или гонения, которые всегда будут сопровождать нашу жизнь и отказываемся смотреть правде в глаза. А правда в том, что молодежь, как и во все века ранее — ищет Бога и ищет смысл, но при этом потешаются над Церковью и видят в ней фарс, а не силу.
Иисус Христос притягивал людей, а нам приходится удерживать.

У меня ощущение, будто целое поколение людей научили ходить в Церковь, играть в Церковь, вместо того, чтобы быть Церковью. В Средние века наша история приобрела форму авторитарной организации, скупо отпускавшими спасение. В 16 веке пришла Протестантская Реформация. Это произвело признание права на исследование Писания и освободило верующих из-под пресса церковного института. Но это ударение на личной ответственности перед Богом в сочетании с культом разума во время эпохи Просвещения привело к тому, что Церковь разделилась на множество отколовшихся групп. Появились рассеянные деноминации и субденоменации, которые не признавали друг друга и соперничали. С тех пор мало что изменилось, поэтому мы все больше утрачиваем свою эффективность, несмотря на то, что мы филигранно научились пользоваться маркетингом и менеджментом.

Отсюда проистекает второй момент, который меня заставляет задумываться:
2. Мы утратили силу единства.
Легкость, с которой происходит разрушение взаимоотношений, свидетельствует о ранимости Общины. /В Ветхом Завете дьявол назван сатаной, что значит «враг», в Новом — «дьявол», происходит от греческого «диабалло», что означает «разъединять»./
Но учитывая при каком единодушии функционирует Троица, единство — это не просто один из элементов Церкви, а ее ДНК. «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа» (Деян. 4:32). Апостол Павел выражал озабоченность единством близкой ему Церкви. Призывал быть «единомысленными и единодушными» (Флп 1:27, 2:2) /Про любовь и единство можно написать еще множество мест из Писания/

💗Библейский смысл «жить в общине» может происходить только в среде близости и единения, что неизбежно предполагает малые группы и посвящение. /Поэтому хочу оказаться однажды в Монголии, где пастор основал 600 малых групп, а не одну Мега Церковь/.

Церковь не может сводиться только лишь к посещению воскресных утренних служений. Потому что совместное поклонение — это только один из аспектов жизни Церкви. Наша эффективность и влияние не могут отражаться в крутой аппаратуре, профессиональном маркетинге и даже в христианском бизнесе. Во всём этом мир преуспел и без нас. Самая исключительная и не подражаемая сила — это Сила Духа Святого и сила единства верующих. Вот что означает для меня не играть в Церковь, а быть ею. Быть вместе, быть в любви, в единодушии, в посвященности Богу и друг другу. Самый важный kpi для Церкви — это не количество прихожан, а отношения между собой и со Христом.