🔥 Дядя Райзер 🔥

#стражи #творчество

========== XII. Коридоры и маленькие девочки. ==========

1️⃣

6 марта 2013

В мире есть несколько вещей, которые на весь день превращают меня в ворчливого гремлина: звонок мамы, неудавшийся прогул в универе, кончившиеся сигареты и внеплановые патрули, потому что Болотникова решила, что мне сегодня нечем заняться. Что на неё с утра нашло, не имею понятия, но, увидев аж 5 пропущенных звонков на паре по колористике, я думаю, любой почувствовует себя на острие ножа.

Да, да, я понимаю, Салат и Снежок словили мартовскую простуду, решив раньше срока щеголять в футболках – Красноярская весна крайне обманчива, а красота наконец потребовала жертв, но не ценой же замены их обоих на меня! 

Покурив за супермаркетом, спускаюсь через размытую талым льдом лестницу к тротуару. В наплечной сумке шуршит купленная пачка лапши с грибами. Некий умник решил докопаться во время перекура – щуплый, чудаковатый, – так и не дошло, что ему было нужно. Любят же люди на улицах присосаться именно ко мне… Крайне сомневаюсь, что из десятков торопливых прохожих вокруг моя рожа сверкает самым заметным радушием и готовностью поболтать. Я итак засыхаю на чёртовом патруле, дядя, найди кого-нибудь другого. 

...А ведь вот-вот этой новенькой выдадут боевые амулеты и кто-то должен будет брать её с собой, обучая и наставляя. Даже не представляю, КОГО назначат “счастливчиком”!.. Тем не менее, Старшие очень рады приобретению столь полезной боевой единицы, как Павшая, а то прошлого “звёздного” достаточно сурово порешали в Черёмушках годом раннее, что нам аж пришлось отползать, пока не найдём замену. 
Честно говоря, кровь в жилах леденеет, когда такое случается. И хотя нам не удалось особо познакомиться с тем парнем, я всё равно не могу до конца принять, что человек был – и теперь его нет. Осталась только имя, написанное на стене нашей базы, да его любимый светящийся талисман.

Роман Германович Суриков, позывной “Реликт”. Вечная память, коллега, встретимся в Сомнуле лет через 20… надеюсь, не раньше.

Мы, спиритики, не слишком долго живём, и вы, Павшие, тоже. Доводилось однажды слышать, как моих собратьев называли боевыми расходниками. Так и есть, по факту – несколько лет активной оперативной работы без отдыха и мозг может не выдержать. Все знают об этом, на лекциях нам зачитывают риски и негативные последствия для каждого из детей Сомнулы без прикрас, а порой даже в излишних деталях. Обижает ли меня подобное отношение? Частично. Как сказали Деймон и Татьяна, мой дар должен быть меня убить ещё в ту ночь, когда Бальтазар решил познакомиться поближе, однако, ведь я всё ещё тут и даже собираюсь вечером заточить любимую грибную лапшу. Можно временно передвинуть переживания в расписании на потом. С другой стороны, Ольгинским спиритикам повезло больше, ведь их начальница сама такая же и гораздо лучше, чем наша, разбирается в себе подобных. Вон, они со своей Наамой, или как там зовут симбиота, топчут землю лет 300, если не больше. 

Может, мне надо было перейти к ним? Прокачать грёбаного динозавра, пробудить дополнительные древние силы… Ха-ха, да ладно, на кого я оставлю своих любимых придурков? Особенно Снежка. Он же без меня пропадёт. Чему быть, того не миновать, короче, сколько-нибудь уж поживу и тут. 

Кто это? 

Всматриваюсь в жухлую прошлогоднюю траву под дворовыми ранетками. Мне же не мерещится? Подбегаю ближе, раздвигая руками ветки с набухающими почками и вижу ребёнка лет 12. Мелкая сидит на земле, зажимает окровавленное колено, вся в слезах и с запутавшимися среди волос коричневыми листьями. Кажется, она даже не обращает на меня внимания, покачиваясь взад вперёд и щурясь от боли.
Сажусь рядом на корты, потрясывая её за плечи, чтобы привести в чувство, попутно замечаю мягкое… свечение или покалывание на кончиках пальцев. А может, она…

– Эй, девочка. Девочка! Ты чего?

Она поднимает на меня мокрое лицо и молча хлопает слипшимися ресницами. Смотрит куда-то мимо. Ну, по крайней мере, не пугаю её – и то хорошо. Интересно, что произошло, почему её кожа немного мерцает? Вижу это, к счастью или сожалению, только я.

– Ну-ка рассказывай, что случилось, – вытягиваю из волос куски сухих листьев, пока мелочь трёт распухший нос рукавом.

– Я плохо помню… – шмыгает она, – Простите. 
– Давай отведу тебя домой. Есть телефон мамы? Где ты живёшь?
– Простите. Не надо. Простите.

Из бокового кармана рюкзака вытаскивается пачка влажных салфеток. Обычно я ими не пользуюсь, но последнюю неделю от скачков давления кровь из носа на парах шла, поэтому пришлось прикупить. Отодвигаю её ладонь и обтираю разбитое колено. 

– Не хочешь возвращаться? Понимаю. У меня дома тоже так себе было. Но не могу же я оставить тебя на улице, ты понимаешь. ➡️➡️➡️(продолжение в след. посте)

#стражи #творчество

2️⃣

– …Нету… Детдом… Я сбежала, — словно через усилие выдавливает слова ребёнок, ёжась и покачиваясь в спортивной курточке. – Не хочу.
– Сбежала из детдома?! – удивлённо восклицаю, переворачивая грязную от крови и грязи салфетку. – Вот это новости. Как у тебя получилось вообще? 
– Пожалуйста, не говорите им… Они снова будут злиться. Я боюсь. Я плохая…
– Так, не планирую я тебя пока никому сдавать, мелочь. Просто по-нормальному понять надо, что произошло. Слушай, хочешь дёнер? Посидим вон в том ларьке, поедим и ты всё расскажешь. Давай, вставай. Идти можешь? 
– Угу… – нехотя кивает она. 

Победа. Веду новую знакомую за плечо к витрине “Super dёner”, откуда доносится типичный запах недорогой едальни для студентиков. По дороге замечаю, как её руки, сложенные у груди, странно мигают, словно пропадает сигнал ТВ-изображения. Нет, это точно неспроста. 
Покупаем два куриных дёнера и садимся за самый крайний столик. На нас лениво косится пара полусонных посетителей, но ни слова не говорят. Наблюдаю, как девчушка выковыривает пластиковой вилочкой луковые кольца из хлебной половинки и раскладывает их на салфетке в ровный ряд. Всё остальное она съедает с огромной жадностью, прямо одичалый волчонок. А мне всё не терпится услышать её историю побега.

– Вы всё равно не поверите, – наконец прерывает она молчание. – Мне никто не верит. Они говорят, что я “сумасшедшая шизофреничка”. 
– Ты меня недооцениваешь, – хитро улыбаюсь. – Гляди.

Распахиваю край чёрного пальто из тёплого драпа и показываю несколько серебристых и керамических амулетов, закреплённых с тыльной стороны. Беглянка смотрит расширяющимися глазами, не забывая прилежно жевать. Беру крайнюю подвеску с кварцем и жжёной булавкой в руку и слегка сжимаю. Пальцы начинают светиться синим, что невероятно впечатляет девочку. Воздух вокруг талисмана леденеет, на ногтях намерзают маленькие кристаллы инея. 

– Только тссс, – делаю вид, что тревожно озираюсь. – Никому не говори, хорошо?
– Вы маг? – бесхитростно идёт напрямик моя собеседница.
– Я Рыба. Я умею всякие волшебные штуки. У меня даже говорящий динозавр есть, но он в моей башке живёт, прикинь. Ну… а теперь твоя очередь рассказывать.
– Я Лера. А вообще я хочу другое имя, более прикольное. В детдоме было 2 Леры, мы постоянно дрались. Они меня били и потом говорили, что я первая напала, а меня запирали. Постоянно запирали, как сегодня. Я просто больше так не могу.
– И что же ты сделала? Что-то колдунское?

Мелкая заминается, всё ещё раздумывая над тем, можно ли мне доверять. Практически слышу, как звенят колёсики в её голове. Тем временем, ещё одно колечко лука отправляется в ряд к остальным. 

– Знаете, когда мне очень страшно или я хочу исчезнуть, я вижу дырку и спрыгиваю в неё. На самом деле дырка невидимая!.. Я показывала Владу, Соне и даже Борису Николаевичу, но бесполезно. А вы видите её, Р..Рыба?

– Возможно, – пространно киваю, начиная догадываться, к чему она клонит. – А что в той дыре?
– Просто серые пустые коридоры. Длинные. И я чувствую, куда мне нужно попасть. Например, если пройти коридор налево – я окажусь под сосной во дворе. Меня за это тоже ругают, нам запрещают без спроса гулять. 
– Значит, тебя в детдоме обижали и наказывали, а ты не выдержала и прыгнула в невидимую дырку, а потом по каким-то пустым магическим коридорам перебежала в город?
– Именно, – кивает. – Вы мне не верите?..
– Ещё как верю, – достаю из кармана мобильник, листаю список контактов, от чего новая знакомая сильно напрягается. – Да я не в детдом звоню!..
– А кому?.. – ей явно становится не по себе, она опускает донышко дёнера на салфетку и пугливо таращится на меня; тело ребёнка снова слегка мерцает – наверняка, сейчас где-то рядом опять возник спасительный пролом в Сомнулу.
– Моей начальнице, которая шарит за твои “коридоры” и “дырки”. Не бойся, она помогла мне, значит, и тебя спасёт.

Тихий монотонный голос женщины средних лет раздаётся из динамика. Я подсаживаюсь ближе к найдёнышу, чтобы она слышала весь наш разговор и, не дай Сомнула, не решила улизнуть.

– Татьяна Кирилловна, это я опять. Сижу в супер дёнере на Аэровокзальной, со мной ребёнок-перебежчик. Девочка, лет 12, сбежала в город по Сомнуле и потерялась. Кормлю её тут пока, успокаиваю, но будем Вас ждать. Как зовут? Ле… – кошусь на большие серые глаза и заговорщицки подмигиваю, – Э-э… Лайри. 

Конец главы
#стражи #творчество