Весь день хожу как не свой. Что-то не так, но что?

А вот оно что - в небе абсолютная тишина. Ласточек больше нет, улетели из города. Непривычно.

Каждый раз не понимаешь, что слышишь их крики последний день, а назавтра уже тихо-тихо, только ветер шумит и яркие солнечные пятна скачут по улице. Шелестящий листьями воздух начинает приносить запахи сентября.

Тоскливо как-то, не хватает теперь их. Сразу ясно, что лето кончилось. И мне скоро улетать из этого гнезда в неизвестность.

#дед #мысли

========== X. ПРОБЛЕСКИ СОМНЕНИЯ. ==========

31 мая 2013

– Нужно заказать жратвы, а то я щас свой язык проглочу, – потягиваясь на большом и жёстком диване, заявляет неформально выглядящая девчонка-подросток. – Или лучше я съем тебя, Дрон! Ты большой, мяса много…

– Да иди ты, – пытается выдернуть своё запястье из мелких белых зубов кучерявый парень в красной фланелевой рубашке. – Сестру свою кусай.

– Лизка, давай я тебе горячие бутерброды сделаю, – предлагает та, открывая холодильник в их небольшой гостевой студии и осматривая содержимое. – Правда, тут хлеб заплесневел… Кто вообще положил его сюда?!

Горят блеклые светодиоды по кухонному гарнитуру, вся остальная часть студии погружена в сонный полумрак. Над плиткой распечатан ночной Нью-Йорк, растянувшийся от холодильника до столешницы. Розовые дверцы шкафчиков не очень-то и гармонировали с ним, но такой дизайн тут присутствовал ещё до того, как Старшие сняли студию для отдыха своих патрульных.

– Я хочу пиииццуууу, – протяжно завывает голодная восьмиклассница и жуёт прядь своих ярко зелёных волос.

– Могу заказать её тебе, но после патруля. Можем вообще все вместе в Папа Джонс забежать потом. За счёт команды. Но сначала — дела.

Растирая ладони влажной салфеткой, Лапа прикрывает за собой туалетную дверь и коленом дощёлкивает ту до конца. На ней плотный спортивный топ и леггинсы, чёрная барсетка обтягивает талию с заметно выпирающими кубиками, а жёсткие волосы убраны в “мальвинку” под кепку.

Лапа всегда выглядит спортивно и внушающе — с ней не так страшно шляться по улице ночью. На вечеринках она часто побеждает в армрестлинг всех гостей. Когда же Элеонора после качалки неожиданно появляется в платье — глаз от неё абсолютно не оторвать. Удивительное сочетание физической мощи и роковой привлекательности, но с бонусом в виде характера, ведь найти такую же упёртую и порой жёсткую девушку сложно.

Это у них с мамой семейное. Сама Ольга вспыльчива и непробиваема, рявкнуть может так, что стёкла зазвенят. Она напоминает большую пуму с лоснящейся чёрной шерстью, грациозно, но уверенно спрыгивающую со скалы прямиком за спину зазевавшемуся охотнику. Резкие скулы, трюфельно-карие глаза, при бодрствовании Наамы исторгающие водопады лазурного света. Грозное лицо очерчено по контуру чёрным каре… Канна та женщина, что действительно производит впечатление.

За всей этой шипастой мощью отчётливо чувствовалось горячее биение жизни, и люди тянулись к ним обеим, пытаясь напитаться сами, зачерпнуть горсть уверенности и силы, ощутить себя живыми и настоящими.

– Что за дела? – с опаской интересуется Ксюша Голубева, старшая сестра Лизы.

– Эти мразоты снова что-то проворачивают, мама попросила передать им привет — так сказать, показать когти, чтобы трижды подумали, – небрежно бросает Лапа, накидывая на плечи свободную мужскую рубашку. – Я ещё не придумала, так что головы ломать сегодня будем все.

– Хочешь как-то запугать их, надо надавить на слабое звено, на кого-то из младших. Только не твоих собратьев, давай. Я не готов сегодня заниматься ловлей демонов на живца, – зевает Андрей, не без любования всматриваясь той в широкую подкачанную спину.

– Их новенького Завра я отпинаю без проблем, брось, – насмешливо хмыкает Элеонора. – Нашёл, кого бояться.

– Я и не боюсь, просто не хочу, – возражает парень, параллельно отвечает кому-то в Контакте. – Да и спиритик— это в любом случае головое*ля, уж прости. Всю ночь на это говно убьём, лучше что-то быстрое придумать. Я спать хочу.

Из глотки Лапы доносится глухое нечеловеческое рычание – Самюэль отреагировал на слова молодого демонолога с лёгкой обидой.

– Да чего он опять возмущается! Тише, тише, хороший пёсик. Мы тебя любим, это их мы не любим.

Девушка в кепке качает головой, скрывая кривую улыбку. Бытовые перепалки Кузнецова и 5000-летнего демона-канина смотрятся всегда крайне комично. Самюэль добавляет что-то на низком и гудящем древнем языке. Непереводимо, но ёмко и всё равно понятно.

– Какой он тебе пёсик, ты за словами-то следи.

– Хе-хе, я придумала, что можно сделать! – прервав их разговор, Лотос подскакивает с дивана и самодовольно пританцовывает. – Помните, Арк на той неделе взломал уличные камеры? Мы видели там танькиных, так? Возле Красного яра на углу.

– Ну да, было дело, их девчонка мелкая всегда мимо ходит, – Андрей и Лапа переглядываются.

– Давайте её припугнём! Я даже знаю, что сказать, чтоб как в кино.

– Она же совсем ребёнок, – колеблется старшая сестра. – Может, не стоит?

– Алло, Ксюха, а я кто?? – Лиза морщит маленький носик, укоряюще таращась на ту, словно она собирается обломать огромное веселье своим занудством. – Мама до сих пор считает, что мы ночуем у подруги, пока на самом деле мы тут спасаем город.

– Она, кстати, звонила… – вздыхает старшая Голубева. – Пришлось наврать, что смотрим с Кэт аниме и говорить не можем.

– Давайте вы это… всё же домой пойдёте? – Лапа встаёт руки-в-боки, грозно взирая на девочек-подростков. – Мы и вдвоём прекрасно справимся. Втроём.

– Неееееет! – вопит Лиза жалобным голосом – очевидно, ей гораздо больше хочется вместе с остальными из команды выполнять какое-то крутое магическое задание, а вовсе не торчать в своей комнате.

– Не представляю, как ваши родители до сих пор ни о чём не догадались.

Нет никакого секрета в том, что обе команды вполне себе используют несовершеннолетних. Конечно, их не сразу посылают в опасные операции, стараются беречь,тренируют и обучают. В конце концов, люди не выбирают, в какой момент у них проснутся способности. Ольга Канна изобрела удобные предлоги – кружки, репетиторство, спортивные секции – а её ухоженный вид и широкая улыбка производили на родителей успокаивающее воздействие (вполне вероятно, в ход шло не только природное обаяние, но и пара трюков из репертуара могущественной Наамы). У команды имелось несколько арендованных помещений, включая собственный спортзал, вполне цивильных. Днём на тренировки приходили обычные горожане, даже не догадываясь ни о чём. Лапа и Арк закончили спортфак, так что реальные корочки убеждали самых скептически настроенных в абсолютной безопасности и законности; более того, Канне хватало средств и влияния заниматься благотворительностью, что придавало ей и вовсе идеализированный положительный образ в глазах всех.

Мама Лизы и Ксюши Голубевой зарывалась на двух работах, а всё свободное время уходило на младшего сынишку. Она вздохнула с облегчением, когда дочери объявили, что отныне посещают спортивную школу “Феникс” где-то на Красрабе. Отличница-Ксения компенсировала развязный и легкомысленный характер своей сестры, присматривая, чтобы та не влипла в сомнительные ситуации. Увы, но всё их нынешнее существование было одной сплошной сомнительной ситуацией.

– Всё, пошлите скорее, – зеленоволосая девчонка боевито взирает на Лапу, которая считалась среди присутствующих за главную. – Мы этой мелкой всё чётко объясним, вмиг передаст наше послание!

Та открывает входную дверь и, когда четверо выходят в подъезд, Андрей лепит на замок бумажку-стикер с надписью ручкой “Отдам старый комод, недорого”. Это обманка для соседей, с обратной же стороны сплетаются непростые узоры, маскирующие любые следы остаточной магии от глаз кого-либо, кто мог бы их засечь. Теперь для всех это просто съёмная квартира молодых студентов.

– Научишь? – с любопытством спрашивает Ксюша – как демонолог новичок более опытного коллегу.

– Ты сначала прошлое задание принеси, – тот с лёгкой насмешкой тыкает её пальцем в плечо. – Вторую неделю тянешь.

– У нас просто Тарасик болел, мама попросила сидеть с ним, а то с работы не отпроситься.

– Бери пацана с собой, будем вместе сидеть, – Кузнецов смеётся, пока они спускаются в лифте с 10го этажа. – Скоро ваша семья захватит всю команду. Боевое подразделение Голубевых – звучит опасно.

Лиза и Ксеня выглядят весёлыми и немного смущёнными. Парень окидывает их взглядом и, кажется, о чём-то задумывается. Лапа наоборот сверлит зрачками панель лифта, от цифры к цифре. “Дети… Ещё абсолютные дети…, – проносится в её голове то ли со стыдом, то ли с растерянностью. – Почему мы делаем это, мама?”.

Створки с грохотом разъезжаются, и разновозрастная компашка оказывается на прохладных от летней ночи улицах.
#стражи #творчество