🇲🇪 #АринаВинтовкина — Черногория
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Знаете, как ведут себя коты, оказавшись незнакомом помещении?
Я вот тоже не знала. Но, как выяснилось, обживаюсь я на новом месте абсолютно по-кошачьи.
“Вы прямо как наш кот, которого мы взяли на передержку. В первый вечер он заныкался за штору и просидел там до утра. Потом перешёл под тумбочку. Следующей ночью вышел из комнаты и спрятался под ванну (которую и выбрал в итоге основным местом обитания). Только дня через три начал выходить, скрестись в коридоре и осматривать, где ещё можно спрятаться”, — написала мне подписчица, и я реально опознала себя в этом зашуганном котике.
Первые сутки в новой квартире в Черногории я выходила из спальни только за едой, водой и в туалет, а потом скоренько швыркалась обратно в комнату и закрывала за собой дверь.
На второй день я выползла на кухню и, можно сказать, освоила ее, приготовив семье обед.
Моя первая черногорская улыбка была адресована пластиковому контейнеру с котлетами. На ценнике значилось €2,56. Это были хорошие, понятные цифры, им я и улыбалась.
На третий — выползла в блог и сказала, что вот, мол, все мои разобрали чемоданы и разложили вещи по шкафам, а я все чего-то кружу вокруг своего и никак.
На улицу я вышла на 6-й день и только для того, чтобы примериться к взятой на прокат машине: смогу я ее водить или все нужные скилы отшибло стрессом. Нет, не отшибло. Могу. Черногорцы, правда, водят слегка, как полоумные: сигналят, обгоняют.
Это была не какая-то авторская методика адаптации. Я чисто интуитивно понимала, что сейчас так правильно и нужно. Мне так правильно и нужно. Небольшое герметичное пространство. Освоил одну территорию — можно постепенно и на мягких лапах двигаться дальше. И вот так шажочек за шажочком, постепенно увеличивая радиус.
За это время Мистер В и Миссис В наворотили столько дел, сколько в Мск не проворачивали и за пару месяцев.
В первый день — разведали, где тут магазин, и сгоняли туда. Первый закуп базовых продуктов обошелся в €150.
Во второй — сговорились с девушкой, сдавшей нам квартиру, чтобы она помогла с документами на открытие тут фирмы, на основании чего мы будем получать внж.
Потом еще был визит в русскую частную школу, куда нашу дочь приняли и без внж и сказали приходить в понедельник, когда как раз закончатся каникулы (€1500 за 3 мес; учатся до 13-00, продленка до 16-30 — плюс €150 в месяц).
Затем — заход чисто на удачу в банк: Мистер В помахал документами о его намерениях открывать тут фирму, полученными у нотариуса, — и ему, о чудо, открыли счет, хотя никакой фирмы еще не существует и в помине. И вообще пока не ясно, когда и чем закончится эта авантюра. Наш на все руки риэлтор деньги взяла, но пока оттормаживается с подачей документов.
На вопрос: “Как вы?” я чаще всего отвечаю: “Обживаемся”.
Каждый по-своему и в своем темпе. А это сейчас, пожалуй, главная моя радость, что никто из нас никого не пушит.
Живем мы фактически в деревне, и каждое утро у меня за окном надрывается петух. Если выйти на балкон — а это до сих пор мой основной вид прогулок и социализации — можно наблюдать, как по воде туда-сюда шныряет краснобокий паром.
Если не выходить на балкон, то можно поиграть с собой в то, что никакой Черногории вокруг нет, просто ты почему-то временно живешь в какой-то незнакомой и немного дурацкой квартире. Чем я чаще всего и занимаюсь.
Получается вот такой эскейп внутри другого эскейпа.
И пока мне никак не удается осознать, как меня сюда занесло, и что я тут буду делать, помимо жарки котлет за €2,56.
Продолжение следует…
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Знаете, как ведут себя коты, оказавшись незнакомом помещении?
Я вот тоже не знала. Но, как выяснилось, обживаюсь я на новом месте абсолютно по-кошачьи.
“Вы прямо как наш кот, которого мы взяли на передержку. В первый вечер он заныкался за штору и просидел там до утра. Потом перешёл под тумбочку. Следующей ночью вышел из комнаты и спрятался под ванну (которую и выбрал в итоге основным местом обитания). Только дня через три начал выходить, скрестись в коридоре и осматривать, где ещё можно спрятаться”, — написала мне подписчица, и я реально опознала себя в этом зашуганном котике.
Первые сутки в новой квартире в Черногории я выходила из спальни только за едой, водой и в туалет, а потом скоренько швыркалась обратно в комнату и закрывала за собой дверь.
На второй день я выползла на кухню и, можно сказать, освоила ее, приготовив семье обед.
Моя первая черногорская улыбка была адресована пластиковому контейнеру с котлетами. На ценнике значилось €2,56. Это были хорошие, понятные цифры, им я и улыбалась.
На третий — выползла в блог и сказала, что вот, мол, все мои разобрали чемоданы и разложили вещи по шкафам, а я все чего-то кружу вокруг своего и никак.
На улицу я вышла на 6-й день и только для того, чтобы примериться к взятой на прокат машине: смогу я ее водить или все нужные скилы отшибло стрессом. Нет, не отшибло. Могу. Черногорцы, правда, водят слегка, как полоумные: сигналят, обгоняют.
Это была не какая-то авторская методика адаптации. Я чисто интуитивно понимала, что сейчас так правильно и нужно. Мне так правильно и нужно. Небольшое герметичное пространство. Освоил одну территорию — можно постепенно и на мягких лапах двигаться дальше. И вот так шажочек за шажочком, постепенно увеличивая радиус.
За это время Мистер В и Миссис В наворотили столько дел, сколько в Мск не проворачивали и за пару месяцев.
В первый день — разведали, где тут магазин, и сгоняли туда. Первый закуп базовых продуктов обошелся в €150.
Во второй — сговорились с девушкой, сдавшей нам квартиру, чтобы она помогла с документами на открытие тут фирмы, на основании чего мы будем получать внж.
Потом еще был визит в русскую частную школу, куда нашу дочь приняли и без внж и сказали приходить в понедельник, когда как раз закончатся каникулы (€1500 за 3 мес; учатся до 13-00, продленка до 16-30 — плюс €150 в месяц).
Затем — заход чисто на удачу в банк: Мистер В помахал документами о его намерениях открывать тут фирму, полученными у нотариуса, — и ему, о чудо, открыли счет, хотя никакой фирмы еще не существует и в помине. И вообще пока не ясно, когда и чем закончится эта авантюра. Наш на все руки риэлтор деньги взяла, но пока оттормаживается с подачей документов.
На вопрос: “Как вы?” я чаще всего отвечаю: “Обживаемся”.
Каждый по-своему и в своем темпе. А это сейчас, пожалуй, главная моя радость, что никто из нас никого не пушит.
Живем мы фактически в деревне, и каждое утро у меня за окном надрывается петух. Если выйти на балкон — а это до сих пор мой основной вид прогулок и социализации — можно наблюдать, как по воде туда-сюда шныряет краснобокий паром.
Если не выходить на балкон, то можно поиграть с собой в то, что никакой Черногории вокруг нет, просто ты почему-то временно живешь в какой-то незнакомой и немного дурацкой квартире. Чем я чаще всего и занимаюсь.
Получается вот такой эскейп внутри другого эскейпа.
И пока мне никак не удается осознать, как меня сюда занесло, и что я тут буду делать, помимо жарки котлет за €2,56.
Продолжение следует…
❤525👍128🥰14👏10😁10🤔3🔥1🎉1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
#АринаВинтовкина: «Если выйти на балкон…»
❤617🤩100🥰38🔥21👍20
🇦🇪 #НастяВБегах — ОАЭ
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Когда я думаю о том, чего мне больше всего не хватает в этой новой реальности, в голову приходят (помимо прочего) секс игрушки. В начале пандемии я подарила себе первый вуманайзер. Вместе с красивой коробочкой курьер привёз мне право исследовать своё тело и право на выбор. Звучит дико, но тогда я выиграла непростую внутреннюю битву, которая была не только и не столько про секс.
Ощущение, что это же было первым, чего я лишилась при пересечении границы ОАЭ, пришло только сейчас, спустя полторы недели. Я в чужом доме, я гость, я носитель другой культуры. Росток, взошедший на тех крохах свободы, которые были положены моему поколению.
Когда мы уже выходили из аэропорта, к нам подошла охрана и попросила проследовать на досмотр. Девушка в хиджабе сразу указала на мой чемодан и с сильным акцентом произнесла: «massage». Я честно сказала, что у меня с собой нет ничего для массажа, потому что буквально за день до этого сокрушалась, что не взяла с собой ни массажных свечей, ни лубрикантов — в спешке забыла об этом.
Девушка не поверила, мы вместе осмотрели все мои вещи и не нашли ничего необычного, за исключением двух плюшевых игрушек. Когда все убедились, что я никакой контрабанды не везу, возникла неловкая пауза. До меня к тому моменту уже дошло, что именно они ищут, и мозг пытался домыслить причину. Ну не пришло мне в голову изучить их законодательство перед тем, как садиться в самолёт.
Видели бы вы лица сотрудников таможни, когда они поняли, что анальная пробка и вуманайзер лежат в чемодане моего жениха. Глаза девушки расширились в таком шоке, что она не сразу сообразила, как себя вести, однако на финал истории это не повлияло.
Игрушки заставили достать из чехлов и переложить в непрозрачные пластиковые пакеты. Потом сняли копии наших паспортов, ещё раз просветили оба чемодана и отпустили нас восвояси.
Я, рассказывая эту историю подругам, мрачно пошутила, что чувствую себя «как без рук».
Вчера нашла в чемодане два пустых мешочка с зарядками и задумалась о том, как просто запускается «эффект домино». Месяц назад я плясала всю ночь на дрэг-вечеринке, обсыпанная блёстками. Теперь сижу в Дубае, и я вроде бы все та же, но что-то не так. Что-то изменилось, и дело не только в переезде, а в том, наверное, как легко можно превратить нашу привычную жизнь в список привилегий и отнять их.
Смогу ли я жить без них? Да. Смогу ли не допустить расчеловечивания, которое идёт рука об руку с копилочкой из обид и лишений? На этот вопрос у меня нет ответа, но я постоянно держу его в голове.
Продолжение следует…
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Когда я думаю о том, чего мне больше всего не хватает в этой новой реальности, в голову приходят (помимо прочего) секс игрушки. В начале пандемии я подарила себе первый вуманайзер. Вместе с красивой коробочкой курьер привёз мне право исследовать своё тело и право на выбор. Звучит дико, но тогда я выиграла непростую внутреннюю битву, которая была не только и не столько про секс.
Ощущение, что это же было первым, чего я лишилась при пересечении границы ОАЭ, пришло только сейчас, спустя полторы недели. Я в чужом доме, я гость, я носитель другой культуры. Росток, взошедший на тех крохах свободы, которые были положены моему поколению.
Когда мы уже выходили из аэропорта, к нам подошла охрана и попросила проследовать на досмотр. Девушка в хиджабе сразу указала на мой чемодан и с сильным акцентом произнесла: «massage». Я честно сказала, что у меня с собой нет ничего для массажа, потому что буквально за день до этого сокрушалась, что не взяла с собой ни массажных свечей, ни лубрикантов — в спешке забыла об этом.
Девушка не поверила, мы вместе осмотрели все мои вещи и не нашли ничего необычного, за исключением двух плюшевых игрушек. Когда все убедились, что я никакой контрабанды не везу, возникла неловкая пауза. До меня к тому моменту уже дошло, что именно они ищут, и мозг пытался домыслить причину. Ну не пришло мне в голову изучить их законодательство перед тем, как садиться в самолёт.
Видели бы вы лица сотрудников таможни, когда они поняли, что анальная пробка и вуманайзер лежат в чемодане моего жениха. Глаза девушки расширились в таком шоке, что она не сразу сообразила, как себя вести, однако на финал истории это не повлияло.
Игрушки заставили достать из чехлов и переложить в непрозрачные пластиковые пакеты. Потом сняли копии наших паспортов, ещё раз просветили оба чемодана и отпустили нас восвояси.
Я, рассказывая эту историю подругам, мрачно пошутила, что чувствую себя «как без рук».
Вчера нашла в чемодане два пустых мешочка с зарядками и задумалась о том, как просто запускается «эффект домино». Месяц назад я плясала всю ночь на дрэг-вечеринке, обсыпанная блёстками. Теперь сижу в Дубае, и я вроде бы все та же, но что-то не так. Что-то изменилось, и дело не только в переезде, а в том, наверное, как легко можно превратить нашу привычную жизнь в список привилегий и отнять их.
Смогу ли я жить без них? Да. Смогу ли не допустить расчеловечивания, которое идёт рука об руку с копилочкой из обид и лишений? На этот вопрос у меня нет ответа, но я постоянно держу его в голове.
Продолжение следует…
❤174😢126👍45😁14🤔11🤬9🎉1
#ДокументЭпохи
Из сегодняшних сториз Веры Полозковой. И, чёрт возьми, всё так.
Источник: экстремистская сеть, запрещённая на территории РФ.
Из сегодняшних сториз Веры Полозковой. И, чёрт возьми, всё так.
Источник: экстремистская сеть, запрещённая на территории РФ.
😢185❤29👍10😁6🤯2🔥1
🇵🇹 #ЛинаШепель — Португалия
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Родителей были решено вывозить. Но не моих. Мои никуда двигаться не готовы. Бегством через Таллин прилетели родители мужа.
А я выбрала не узнавать у своего папы его мнение относительно войны. Бывший подполковник, служивший на атомной подводной лодке, он всегда поддерживал власть государства. Признаюсь, я не хочу знать его позицию относительно войны. А за годы пути от моногамных отношений к полиаморным я научилась этой правде: «не готов встретиться с ответом, не задавай вопрос».
Вот я и не спрашиваю. И этот хрупкий вымысел держится уже месяц. Мы делаем вид, что ничего не происходит. Это жутко, но правда такая. И хотя я говорю с родителями о своём «переезде», но только в контексте бесконечных задач, которые приходится здесь решать.
А кроме бытовых квестов (получить ИНН, открыть счёт в банке, найти квартиру и т.д… о них ещё напишу) уже две недели как я прохожу супер-квест под названием «горе».
Потому что на 14-й день от эвакуации меня стало заметно плющить. В тот момент завершилась радостная агония курицы, бегающей с отрубленной головой. И начался новый этап адаптации:
⁃ три дня подряд я не выходила из дома;
⁃ спала по 9-10 часов, но все равно ощущала своё тело апатичным;
⁃ не было занятия, от которого я бы получала удовольствие;
⁃ появились мысли-катастрофы.
Ага, подумала я. Чётенько, как по книгам. Холодное оцепенение, здравствуй. Счастье, что у меня есть багаж весом в 15 лет изучения психологии. Всегда со мной, перевозка бесплатна.
И я перешла на 2 сессии в неделю со своим психотерапевтом. И также в ход пошли групповые сессии EMDR-терапии, техники самогипноза и письменные практики.
Я осознавала, что в скором времени мои клиенты также окажутся в этой точке. Те, кто бежал, оставив там свою жизнь со всеми ее ритуалами. Таких не один, и не два человека. И мне важно пройти хотя бы на шаг вперёд в этом горе, чтобы быть способной разделять утраты моих клиентов. Если я останусь замершей — то я не смогу согреть ни себя, ни мужа, ни родителей, ни клиентов.
Тогда я начала смотреть в самый центр этого хаоса и темноты под названием «прежней жизни больше не будет». И я смотрю в эту дыру до сих пор. Мне удалось, метафорически выражаясь, разглядеть ее края. Это уже делает ее конечной в продолжительности страданий.
Но я очень скучаю по понятной, безопасной жизни. Скучаю до воя на прекрасную португальскую Луну. До икания в слезах. Я скучаю по той реальности, которой больше не будет.
Продолжение следует…
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Родителей были решено вывозить. Но не моих. Мои никуда двигаться не готовы. Бегством через Таллин прилетели родители мужа.
А я выбрала не узнавать у своего папы его мнение относительно войны. Бывший подполковник, служивший на атомной подводной лодке, он всегда поддерживал власть государства. Признаюсь, я не хочу знать его позицию относительно войны. А за годы пути от моногамных отношений к полиаморным я научилась этой правде: «не готов встретиться с ответом, не задавай вопрос».
Вот я и не спрашиваю. И этот хрупкий вымысел держится уже месяц. Мы делаем вид, что ничего не происходит. Это жутко, но правда такая. И хотя я говорю с родителями о своём «переезде», но только в контексте бесконечных задач, которые приходится здесь решать.
А кроме бытовых квестов (получить ИНН, открыть счёт в банке, найти квартиру и т.д… о них ещё напишу) уже две недели как я прохожу супер-квест под названием «горе».
Потому что на 14-й день от эвакуации меня стало заметно плющить. В тот момент завершилась радостная агония курицы, бегающей с отрубленной головой. И начался новый этап адаптации:
⁃ три дня подряд я не выходила из дома;
⁃ спала по 9-10 часов, но все равно ощущала своё тело апатичным;
⁃ не было занятия, от которого я бы получала удовольствие;
⁃ появились мысли-катастрофы.
Ага, подумала я. Чётенько, как по книгам. Холодное оцепенение, здравствуй. Счастье, что у меня есть багаж весом в 15 лет изучения психологии. Всегда со мной, перевозка бесплатна.
И я перешла на 2 сессии в неделю со своим психотерапевтом. И также в ход пошли групповые сессии EMDR-терапии, техники самогипноза и письменные практики.
Я осознавала, что в скором времени мои клиенты также окажутся в этой точке. Те, кто бежал, оставив там свою жизнь со всеми ее ритуалами. Таких не один, и не два человека. И мне важно пройти хотя бы на шаг вперёд в этом горе, чтобы быть способной разделять утраты моих клиентов. Если я останусь замершей — то я не смогу согреть ни себя, ни мужа, ни родителей, ни клиентов.
Тогда я начала смотреть в самый центр этого хаоса и темноты под названием «прежней жизни больше не будет». И я смотрю в эту дыру до сих пор. Мне удалось, метафорически выражаясь, разглядеть ее края. Это уже делает ее конечной в продолжительности страданий.
Но я очень скучаю по понятной, безопасной жизни. Скучаю до воя на прекрасную португальскую Луну. До икания в слезах. Я скучаю по той реальности, которой больше не будет.
Продолжение следует…
❤284😢113👍56😁12🔥5🤬2🤯1
🇮🇱 #ЛенаБоровая — Израиль
Продолжение. Начало — по тегу ☝
Знаете, какая фраза чаще всего звучит в разговорах тут, когда я знакомлюсь с теми, кто приехал из Украины? “Я никогда никому не желал(а) смерти, но…”
И внезапно я ловлю себя на мысли, что и я тоже. Я тоже впервые это чувствую. Я ненавижу.
Я ненавижу их за последний вздох каждого человека, которого больше нет. За каждую слезу, которую проливают в эти дни – ненавижу. За разрушенные дома и любимые города, стертые с лица земли, за боль, за ужас, за разделенные семьи, за страх сирен – ненавижу. И за то, что научилась ненавидеть — ненавижу вдвойне.
Я стараюсь не говорить “вернуться домой”, потому что не знаю, дом ли там, будет ли он там когда-то еще. И, нет, я не уехала куда-то, где у меня есть какая-то база, тёплое место. Всё, что я знала и называла “моей жизнью” – оно разрушено и изуродовано так сильно, что я это не узнаю. Я ненавижу их и за это.
Люди, которые остались у меня в Москве, неопределенность — когда увижу, – этого я тоже не прощу.
Почему я уехала? Есть сто причин. Одна из них – я не хочу, чтобы и у моего сына порушился его мир, не хочу, чтобы он ненавидел.
Никто не заслужил этого жгучего отравляющего чувства, но оно в нас.
Мне, знаете, непросто сейчас. И мне легче, когда я помогаю. Потому что сильно проще любить, чем ненавидеть. Но сегодня выбор одного – недоступен.
Вообще мало что доступно. Даже честная жизнь и свободная совесть перестали быть бесплатными.
Я ненавижу и проклинаю, как и миллионы других, склонившихся со слезами над чистым листом своей новой жизни, поэтому я знаю, что настанет день, когда ненавидеть станет некого.
Продолжение следует...
Продолжение. Начало — по тегу ☝
Знаете, какая фраза чаще всего звучит в разговорах тут, когда я знакомлюсь с теми, кто приехал из Украины? “Я никогда никому не желал(а) смерти, но…”
И внезапно я ловлю себя на мысли, что и я тоже. Я тоже впервые это чувствую. Я ненавижу.
Я ненавижу их за последний вздох каждого человека, которого больше нет. За каждую слезу, которую проливают в эти дни – ненавижу. За разрушенные дома и любимые города, стертые с лица земли, за боль, за ужас, за разделенные семьи, за страх сирен – ненавижу. И за то, что научилась ненавидеть — ненавижу вдвойне.
Я стараюсь не говорить “вернуться домой”, потому что не знаю, дом ли там, будет ли он там когда-то еще. И, нет, я не уехала куда-то, где у меня есть какая-то база, тёплое место. Всё, что я знала и называла “моей жизнью” – оно разрушено и изуродовано так сильно, что я это не узнаю. Я ненавижу их и за это.
Люди, которые остались у меня в Москве, неопределенность — когда увижу, – этого я тоже не прощу.
Почему я уехала? Есть сто причин. Одна из них – я не хочу, чтобы и у моего сына порушился его мир, не хочу, чтобы он ненавидел.
Никто не заслужил этого жгучего отравляющего чувства, но оно в нас.
Мне, знаете, непросто сейчас. И мне легче, когда я помогаю. Потому что сильно проще любить, чем ненавидеть. Но сегодня выбор одного – недоступен.
Вообще мало что доступно. Даже честная жизнь и свободная совесть перестали быть бесплатными.
Я ненавижу и проклинаю, как и миллионы других, склонившихся со слезами над чистым листом своей новой жизни, поэтому я знаю, что настанет день, когда ненавидеть станет некого.
Продолжение следует...
❤242😢86👍35🤬31🤔13😁10🔥2🤯1🤩1
🇦🇲 #АняБогуславская — Армения
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Сегодня месяц с начала войны. Всего месяц, как жизнь перевернулась. Целый месяц, как всё поменялось.
До войны мы с девушкой каждый вечер записывали на рулоне чековой ленты приятные события, случившиеся за день. «Сходили в театр». «Наконец навели дома порядок». «Поиграли с детьми в настолки». Исписанная часть ленты становилась всё длиннее, пустая — всё короче. Самым приятным было представлять, как этот рулон закончится, мы развернём его, перечитаем с самого начала, вспомним все радости. Потом достанем новый рулон, а старый повесим на стену.
Сняв квартиру в Ереване, мы первым делом поставили ленту с радостями на прикроватный столик. И ничего в ней не писали. Было не до того, не хватало сил, казалось, что радостей больше нет. Лента казалась чем-то из прошлой жизни. Я смотрела на неё как на музейный экспонат, на котором висит табличка «Руками не трогать».
Последняя запись — за 22 февраля. «Отлично посидели в кафе с подругами». «Пришёл крутой костюм спасателя для фестиваля». 22 февраля уже было понятно, что всё летит в пропасть, мы просто ещё не понимали насколько эта пропасть глубокая.
Вчера вечером меня накрыло ощущением, что ничего хорошего нет и не будет, что ничего нового в общем-то не случилось, но новости каждый день одни и те же, и все одинаково чудовищны. Я просто лежала и плакала.
И тогда Юля сказала:
— Давай-ка снова записывать радости.
Мы поставили звёздочку под последней записью месячной давности и написали: МЕСЯЦ БЫЛ СПЕЦИФИЧЕСКИЙ. Подробнее писать не стали — едва ли мы когда-то забудем, что он в себя вместил.
Составили маленький список радостей за 23 марта: «Погуляли по Еревану». «Зашли в итальянско-армянский культурный центр».
Мне стало легче. Теперь я точно знаю, что через какое-то время весь рулон будет исписан нашими радостями, и мы начнём новый. А этот повесим на стену. Не знаю, в какой стране, но точно повесим.
Продолжение следует…
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Сегодня месяц с начала войны. Всего месяц, как жизнь перевернулась. Целый месяц, как всё поменялось.
До войны мы с девушкой каждый вечер записывали на рулоне чековой ленты приятные события, случившиеся за день. «Сходили в театр». «Наконец навели дома порядок». «Поиграли с детьми в настолки». Исписанная часть ленты становилась всё длиннее, пустая — всё короче. Самым приятным было представлять, как этот рулон закончится, мы развернём его, перечитаем с самого начала, вспомним все радости. Потом достанем новый рулон, а старый повесим на стену.
Сняв квартиру в Ереване, мы первым делом поставили ленту с радостями на прикроватный столик. И ничего в ней не писали. Было не до того, не хватало сил, казалось, что радостей больше нет. Лента казалась чем-то из прошлой жизни. Я смотрела на неё как на музейный экспонат, на котором висит табличка «Руками не трогать».
Последняя запись — за 22 февраля. «Отлично посидели в кафе с подругами». «Пришёл крутой костюм спасателя для фестиваля». 22 февраля уже было понятно, что всё летит в пропасть, мы просто ещё не понимали насколько эта пропасть глубокая.
Вчера вечером меня накрыло ощущением, что ничего хорошего нет и не будет, что ничего нового в общем-то не случилось, но новости каждый день одни и те же, и все одинаково чудовищны. Я просто лежала и плакала.
И тогда Юля сказала:
— Давай-ка снова записывать радости.
Мы поставили звёздочку под последней записью месячной давности и написали: МЕСЯЦ БЫЛ СПЕЦИФИЧЕСКИЙ. Подробнее писать не стали — едва ли мы когда-то забудем, что он в себя вместил.
Составили маленький список радостей за 23 марта: «Погуляли по Еревану». «Зашли в итальянско-армянский культурный центр».
Мне стало легче. Теперь я точно знаю, что через какое-то время весь рулон будет исписан нашими радостями, и мы начнём новый. А этот повесим на стену. Не знаю, в какой стране, но точно повесим.
Продолжение следует…
❤442👍58🥰7😢7👏5😁4🤩3🤯1
#АняБогуславская: «До войны мы с девушкой каждый вечер записывали на рулоне чековой ленты приятные события, случившиеся за день».
❤478👍50🥰36🔥12😁5🤔4
🇹🇷 #ВикторияВишня — Турция
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Я просыпаюсь от того, что хочу в туалет. Первая мысль — пофиг, потерплю, а то разбужу соседей по апартам. Вторая — ах да, точно, соседей больше нет, мы переехали.
Едва встав, я наступаю в собачью лужицу: пеленки здесь дорогие, и мы пробуем обходиться без них, но пока получается так себе.
Ложась обратно, смотрю на экран телефона — 25 марта, 6:25.
Охуеть. Я мгновенно просыпаюсь от вспыхнувших эмоций.
Во-первых, уже месяц бункерный дед разрушает чужую страну. Во-вторых, уже месяц я нахожусь в этом режиме побега.
24-го февраля день был долгим. К 23:50 мысль "Я хочу уехать в Турцию" сформировалась окончательно, и я написала об этом лучшей подруге — раньше, чем сказала мужу. Я хотела прощупать почву. Что скажут близкие мне люди на эту безумную идею?
Она немного расстроилась, и желанной реакции я не получила (вместо оптимистичного "ДА, ДАВАЙ СКОРЕЕ" было реалистичное "Тогда мы будем видеться еще реже..."), но от того, что я кому-то это сказала, мысль стала реальной. На следующее утро я договорилась с мужем, и мы начали весь этот процесс.
Прошел месяц. Нельзя размеренно повествовать, думая о том, о чем я думаю сейчас. Короче: я в ахуе. Каждый день. Каждый день в режиме энергосбережения, каждый день работа, проблемы, выяснение ебаных отношений с недовольными нашим поступком, снова проблемы, много ходьбы пешком (у меня сейчас мозоль на ноге размером с две пятирублевых монеты) и потом опять проблемы, и работа, и… господи, как я заебалась.
Поддержите меня кто-нибудь!
За все это время был один выходной, когда я себе позволила ни о чем не думать. А в остальном — это месяц, когда мой мозг работал круглосуточно и постоянно что-то решал. Это если взять только контекст энергозатрат.
А как мне, сука, становится мерзко даже от себя самой, когда я думаю о лишениях, которые терпит украинский народ! Охуеть у меня проблема — много работаю, сидя в Турции! Там люди в подвалах от бомб прячутся…
Мне каждый день за них плохо, просто подсознательное чувство задыхания, я не знаю, как это объяснить. Словами — получается только тупое сравнение: "вот я тут, а они — ТАМ".
Я вообще и в 6:40 раньше никогда не вставала. Теперь каждый день без будильника встаю раньше 8 гарантированно, во сколько бы ни легла.
Я завидую мужу, он может проспать, сколько хочет. Я просто каждую секунду знаю, что от меня слишком дохуя зависит, чтобы спать. Я сплю ровно столько, сколько достаточно, чтобы функционировать.
Мы сняли квартиру и перебрались в нее из апарт-отеля. Это было забавно. Мы приехали часов в 9 вечера со всеми своими шмотками и поняли, что воды и электричества нет. После звонка хозяину выяснилась причина — мы не оформили абонемент на воду и электричество.
А еще здесь матрас уже, чем основание кровати, так что мы сняли его и положили на пол и спим так.
Еще электричество офигеть какое дорогое, поэтому включаем обогреватель только совсем ненадолго ночью — меньше чем на часок.
И вот так во всем. И мы не дошли еще до самой, на мой взгляд, главной части — оформления ВНЖ.
Я не хотела всё это писать, потому что с последнего поста у меня нет положительных изменений. У меня только нытье и накопленная усталость. Да и света не было.
Но сегодня я встала и поняла, что обязана сказать о своих чувствах. Может, кто-то чувствует себя также, а кто-то — ещё хуже. Вот, знайте, вы не одиноки.
Иду на свой напольный матрас попытаться еще часочек поспать.
Продолжение следует...
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Я просыпаюсь от того, что хочу в туалет. Первая мысль — пофиг, потерплю, а то разбужу соседей по апартам. Вторая — ах да, точно, соседей больше нет, мы переехали.
Едва встав, я наступаю в собачью лужицу: пеленки здесь дорогие, и мы пробуем обходиться без них, но пока получается так себе.
Ложась обратно, смотрю на экран телефона — 25 марта, 6:25.
Охуеть. Я мгновенно просыпаюсь от вспыхнувших эмоций.
Во-первых, уже месяц бункерный дед разрушает чужую страну. Во-вторых, уже месяц я нахожусь в этом режиме побега.
24-го февраля день был долгим. К 23:50 мысль "Я хочу уехать в Турцию" сформировалась окончательно, и я написала об этом лучшей подруге — раньше, чем сказала мужу. Я хотела прощупать почву. Что скажут близкие мне люди на эту безумную идею?
Она немного расстроилась, и желанной реакции я не получила (вместо оптимистичного "ДА, ДАВАЙ СКОРЕЕ" было реалистичное "Тогда мы будем видеться еще реже..."), но от того, что я кому-то это сказала, мысль стала реальной. На следующее утро я договорилась с мужем, и мы начали весь этот процесс.
Прошел месяц. Нельзя размеренно повествовать, думая о том, о чем я думаю сейчас. Короче: я в ахуе. Каждый день. Каждый день в режиме энергосбережения, каждый день работа, проблемы, выяснение ебаных отношений с недовольными нашим поступком, снова проблемы, много ходьбы пешком (у меня сейчас мозоль на ноге размером с две пятирублевых монеты) и потом опять проблемы, и работа, и… господи, как я заебалась.
Поддержите меня кто-нибудь!
За все это время был один выходной, когда я себе позволила ни о чем не думать. А в остальном — это месяц, когда мой мозг работал круглосуточно и постоянно что-то решал. Это если взять только контекст энергозатрат.
А как мне, сука, становится мерзко даже от себя самой, когда я думаю о лишениях, которые терпит украинский народ! Охуеть у меня проблема — много работаю, сидя в Турции! Там люди в подвалах от бомб прячутся…
Мне каждый день за них плохо, просто подсознательное чувство задыхания, я не знаю, как это объяснить. Словами — получается только тупое сравнение: "вот я тут, а они — ТАМ".
Я вообще и в 6:40 раньше никогда не вставала. Теперь каждый день без будильника встаю раньше 8 гарантированно, во сколько бы ни легла.
Я завидую мужу, он может проспать, сколько хочет. Я просто каждую секунду знаю, что от меня слишком дохуя зависит, чтобы спать. Я сплю ровно столько, сколько достаточно, чтобы функционировать.
Мы сняли квартиру и перебрались в нее из апарт-отеля. Это было забавно. Мы приехали часов в 9 вечера со всеми своими шмотками и поняли, что воды и электричества нет. После звонка хозяину выяснилась причина — мы не оформили абонемент на воду и электричество.
А еще здесь матрас уже, чем основание кровати, так что мы сняли его и положили на пол и спим так.
Еще электричество офигеть какое дорогое, поэтому включаем обогреватель только совсем ненадолго ночью — меньше чем на часок.
И вот так во всем. И мы не дошли еще до самой, на мой взгляд, главной части — оформления ВНЖ.
Я не хотела всё это писать, потому что с последнего поста у меня нет положительных изменений. У меня только нытье и накопленная усталость. Да и света не было.
Но сегодня я встала и поняла, что обязана сказать о своих чувствах. Может, кто-то чувствует себя также, а кто-то — ещё хуже. Вот, знайте, вы не одиноки.
Иду на свой напольный матрас попытаться еще часочек поспать.
Продолжение следует...
❤339😢93👍74😁26😱14🤬8🤩4👏2🤯1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
#ДокументЭпохи
Этот документ — видео. Беседа Карена Шаиняна с социологом и философом Григорием Юдиным. В том числе о том, почему происходящее — не война России с Украиной, а война людей, захвативших власть, с народами наших стран.
Источник: https://youtu.be/coqDRdkakcw
#КаренШаинян
Этот документ — видео. Беседа Карена Шаиняна с социологом и философом Григорием Юдиным. В том числе о том, почему происходящее — не война России с Украиной, а война людей, захвативших власть, с народами наших стран.
Источник: https://youtu.be/coqDRdkakcw
#КаренШаинян
❤75👍20🤬10🎉3🤩1
🇬🇪 #МарияЗобнина — Грузия
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Фон поездки из Москвы до Владикавказа был тревожным: пропустят ли нас с липовыми документами? И, конечно, новости о войне, эти отвратительные «z» на окнах машин и билбордах в городах очень сильно давили. Но факт того, что я была на своей машине, мы поехали всеми вместе, с партнером, с друзьями, с собаками — очень придавал и придает устойчивости.
Мы приехали во Владикавказ 10 марта, граница закрылась 9-го на неопределенный срок из-за снегопада и схода лавин. Так как погода в горах — штука непредсказуемая, то и точной информации, когда почистят дорогу и откроют проезд, — не бывает, только предположения на основе прогнозов.
14-го марта, в понедельник мы решили выехать к границе, в Верхний Ларс, чтобы занять очередь там. Нужно учитывать: если граница закрывается на несколько дней, то число желающих ее пересечь и очереди там растут.
Перед нами уже стояло около 300 легковушек. Некоторые — по 2-3 дня.
На границы мы встречали машины из Украины и общались с теми, кто стоял рядом с нами. Все очень дружелюбно шли на контакт, хотя это были люди, бежавшие из Харькова, Донецка, семьями с домашними животными. Рассказывали, как сидели в бомбоубежище и выезжали из города за 15 минут, когда появилась информация о гуманитарном коридоре.
Женщина из Харькова:«Я всем теперь говорю, что Харькова больше нет, такой красивый город. Был».
Днем на границе стоять нормально, есть туалет за 20 рублей, можно купить кофе, есть магазин и даже какая-то горячая еда, много людей выходят из машин, переговариваются друг с другом, знакомятся. Интернет днем почти не работает — слишком много желающих.
Ночью мне было плохо. Температура на улице около –10, заднее сидение завалено вещами, спать возможно только в заведенной почти всегда машине, в позе крючком, но я все равно не могла уснуть от тревоги: от этих ебаных событий, от неизвестности, откроют ли границу, если откроют, успеем ли мы по очереди проскочить, пропустят ли нас пограничники с нашими «приглашениями на работу». И вообще, это, блин, вынужденная эмиграция, с размытыми перспективами заработка, вывода денег и поиска оверпрайснутого жилья во время высоченного спроса. Весь страх накатывал на меня ночью и пробирал до дрожи.
Границу внезапно открыли спустя сутки, и началась такая движуха, в которой я никогда в жизни не была. Очередь начала двигаться достаточно стремительно, нужно было не растеряться и ехать машина к машине, чтобы не успели проскочить в наглую разные местные без очереди. Постоянно ездили полицейские, которые кого-то тормозили и разворачивали, а кого-то нет, как я узнала позже, взятка за проезд без очереди — 10 000. Люди из очереди человеческой цепочкой вставали, чтобы не пропустить тех, кто пытался просочиться, перегораживали большими машинами дорогу, вокруг было много криков и ругани.
Потом прохождение границы. Меня с молодым человеком пропустили и сказали ждать в машине. А друга увели в специальную комнатку, где ожидали уже несколько русских с такими же «документами». Три часа его мурыжили: «Это же поддельные документы, тут все с такими едут, сидите еще, нет не пропустим, ну расскажите, кем же вы там работать собрались…» Но в итоге всех пустили, главное отвечать уверенно и стоять на своем.
Дорога от Верхнего Ларса, где мы заняли очередь, до выезда в Грузию заняла чуть больше двух суток.
Продолжение следует…
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
Фон поездки из Москвы до Владикавказа был тревожным: пропустят ли нас с липовыми документами? И, конечно, новости о войне, эти отвратительные «z» на окнах машин и билбордах в городах очень сильно давили. Но факт того, что я была на своей машине, мы поехали всеми вместе, с партнером, с друзьями, с собаками — очень придавал и придает устойчивости.
Мы приехали во Владикавказ 10 марта, граница закрылась 9-го на неопределенный срок из-за снегопада и схода лавин. Так как погода в горах — штука непредсказуемая, то и точной информации, когда почистят дорогу и откроют проезд, — не бывает, только предположения на основе прогнозов.
14-го марта, в понедельник мы решили выехать к границе, в Верхний Ларс, чтобы занять очередь там. Нужно учитывать: если граница закрывается на несколько дней, то число желающих ее пересечь и очереди там растут.
Перед нами уже стояло около 300 легковушек. Некоторые — по 2-3 дня.
На границы мы встречали машины из Украины и общались с теми, кто стоял рядом с нами. Все очень дружелюбно шли на контакт, хотя это были люди, бежавшие из Харькова, Донецка, семьями с домашними животными. Рассказывали, как сидели в бомбоубежище и выезжали из города за 15 минут, когда появилась информация о гуманитарном коридоре.
Женщина из Харькова:«Я всем теперь говорю, что Харькова больше нет, такой красивый город. Был».
Днем на границе стоять нормально, есть туалет за 20 рублей, можно купить кофе, есть магазин и даже какая-то горячая еда, много людей выходят из машин, переговариваются друг с другом, знакомятся. Интернет днем почти не работает — слишком много желающих.
Ночью мне было плохо. Температура на улице около –10, заднее сидение завалено вещами, спать возможно только в заведенной почти всегда машине, в позе крючком, но я все равно не могла уснуть от тревоги: от этих ебаных событий, от неизвестности, откроют ли границу, если откроют, успеем ли мы по очереди проскочить, пропустят ли нас пограничники с нашими «приглашениями на работу». И вообще, это, блин, вынужденная эмиграция, с размытыми перспективами заработка, вывода денег и поиска оверпрайснутого жилья во время высоченного спроса. Весь страх накатывал на меня ночью и пробирал до дрожи.
Границу внезапно открыли спустя сутки, и началась такая движуха, в которой я никогда в жизни не была. Очередь начала двигаться достаточно стремительно, нужно было не растеряться и ехать машина к машине, чтобы не успели проскочить в наглую разные местные без очереди. Постоянно ездили полицейские, которые кого-то тормозили и разворачивали, а кого-то нет, как я узнала позже, взятка за проезд без очереди — 10 000. Люди из очереди человеческой цепочкой вставали, чтобы не пропустить тех, кто пытался просочиться, перегораживали большими машинами дорогу, вокруг было много криков и ругани.
Потом прохождение границы. Меня с молодым человеком пропустили и сказали ждать в машине. А друга увели в специальную комнатку, где ожидали уже несколько русских с такими же «документами». Три часа его мурыжили: «Это же поддельные документы, тут все с такими едут, сидите еще, нет не пропустим, ну расскажите, кем же вы там работать собрались…» Но в итоге всех пустили, главное отвечать уверенно и стоять на своем.
Дорога от Верхнего Ларса, где мы заняли очередь, до выезда в Грузию заняла чуть больше двух суток.
Продолжение следует…
❤159👍72😢44🤯28😁10🤬5
#МарияЗобнина: «Перед нами уже стояло около 300 легковушек. Некоторые — по 2-3 дня».
🤯97😱59❤27👍11😁7
🇺🇿 #МашаФадо — Узбекистан
Лет пять назад сестра привезла мне из Валенсии подарок — ювелирный брелок. Это был ключ от несуществующего дома, но, клянусь мамой, выглядел он, как настоящий. А еще там была металлическая бирка с вполне сакральным для меня посланием: «Casa de la playa», дом у пляжа.
Первый опыт недо-иммиграции в Испанию случился со мной еще на третьем курсе, когда я крепко влюбилась. Но не в конкретного человека, а скорее в испанский образ жизни и образ мышления в целом.
Спрашиваешь: "Как дела?" Русский человек может сказать: "Чёт так себе", "Бывало и лучше", "Нормально..." А вот у испанцев обычно всё "De puta madre!" — "Охуенно!".
Я поступила на магистерскую программу и уехала в Барселону. Но планам не суждено было сбыться, поскольку сначала всерьез заболела моя мама, затем мужу дали условный срок по политизированному делу, с запретом на выезд из страны, а еще позже не на шутку ударил коронавирус, и практически параллельно случилась моя первая беременность, начавшейся за пару месяцев до пандемии.
И вот сейчас — <это>.
Когда бомбанула первая новость о начале военных действий, я давала урок испанского. Как раз на фразе о том, как легко и мудро воспринимают испанцы жизнь, и как хорошо было бы нам у них этому поучиться, я мельком взглянула в телефон. Он уже пестрил оповещениями о том, во что до последнего не верилось.
Я почувствовала, как на меня свалилась и придавила пятитонная глыба, из-под которой, скорее всего, уже никогда не выбраться.
Начался худший период в моей жизни. Я опасалась заглядывать в глаза соседей, боялась увидеть в них негласную поддержку происходящему в Украине.
Муж предложил уехать, неважно куда, лишь бы отсюда. Ему вспомнился давнишний контакт в Узбекистане. А мне вспомнился один недавний страшный сон: на моей улице все надписи на странно-нечитабельной кириллице, способной вызвать глубокие психоделические переживания.
Поскольку узбековед из меня отстойный, я только сейчас поняла, что значил этот шифр. "Сизга кандай ёрдам бера олмаман?" — "Я могу вам чем-нибудь помочь?" Как у Пелевина: «Вы сканежите стан пройти до акции? Ну, где торектрички хо?»
У узбекских авиалиний есть прямой рейс Москва-Ташкент: 45 000 рублей на человека туда и обратно (с открытой датой).
За несколько часов до отъезда мы оставили ключи от машин и трейлера (моя детская мечта, приобретенная к рождению дочери) и от съемной квартиры (оплаченной до конца апреля) родственникам и наиболее эмоционально стойких из них попросили, в случае невозможности вернуться, помочь забрать вещи.
Сборы откладывали на последний момент. Я выбрала позицию раненого животного: не шевелись, целее будешь. Сидела дома, пыталась фантазировать на тему предстоящего, но на ум приходили только впечатавшиеся в подсознание изображения круглолицых девочек, с черными глазами-миндалинами, со смоляными волосами, сплетенными в тугие косички, в тюбетейках и прикольных шароварах. Рассматривала их лет 30 назад в советском атласе для детей под громким названием "Миру – мир".
Прямо перед отъездом у дочери поднялась температура, она будто почувствовала наше состояние, но мы рискнули — и все прошло ещё до посадки на самолет. Покидали в чемоданы случайные вещи (из самых необъяснимых: три купальника, — для поездки в страну степных кочевников, — карта Португалии и молокоотсос).
Ранним утром в моей измученной бессонницей голове крутился, не отпуская, праздничный стишок-пирожок: «Все вроде с виду в шоколаде, но если внюхаться, то нет…» В 4.30 утра мы очень аккуратно, осторожно, со скоростью 40 км/ч, будто наощупь, совсем не желая отпочковываться из дома, двинулись в сторону Домодедово по почти пустым припорошённым снегом дорогам.
В салон самолета могут попасть не более двух домашних животных на рейс, и у нас с собой как раз двое: пожилой пёс Тедди и еще более пожилой кот Рокки. Ни один из них ещё не летал. И перелёт в багажном отделении был бы равнозначен смерти для обоих. Поэтому наша задача — прибыть на рейс за шесть часов, чтобы быть первыми в очереди на посадку.
Миссия выполнена.
И мы улетели в Узбекистан.
Продолжение следует...
Лет пять назад сестра привезла мне из Валенсии подарок — ювелирный брелок. Это был ключ от несуществующего дома, но, клянусь мамой, выглядел он, как настоящий. А еще там была металлическая бирка с вполне сакральным для меня посланием: «Casa de la playa», дом у пляжа.
Первый опыт недо-иммиграции в Испанию случился со мной еще на третьем курсе, когда я крепко влюбилась. Но не в конкретного человека, а скорее в испанский образ жизни и образ мышления в целом.
Спрашиваешь: "Как дела?" Русский человек может сказать: "Чёт так себе", "Бывало и лучше", "Нормально..." А вот у испанцев обычно всё "De puta madre!" — "Охуенно!".
Я поступила на магистерскую программу и уехала в Барселону. Но планам не суждено было сбыться, поскольку сначала всерьез заболела моя мама, затем мужу дали условный срок по политизированному делу, с запретом на выезд из страны, а еще позже не на шутку ударил коронавирус, и практически параллельно случилась моя первая беременность, начавшейся за пару месяцев до пандемии.
И вот сейчас — <это>.
Когда бомбанула первая новость о начале военных действий, я давала урок испанского. Как раз на фразе о том, как легко и мудро воспринимают испанцы жизнь, и как хорошо было бы нам у них этому поучиться, я мельком взглянула в телефон. Он уже пестрил оповещениями о том, во что до последнего не верилось.
Я почувствовала, как на меня свалилась и придавила пятитонная глыба, из-под которой, скорее всего, уже никогда не выбраться.
Начался худший период в моей жизни. Я опасалась заглядывать в глаза соседей, боялась увидеть в них негласную поддержку происходящему в Украине.
Муж предложил уехать, неважно куда, лишь бы отсюда. Ему вспомнился давнишний контакт в Узбекистане. А мне вспомнился один недавний страшный сон: на моей улице все надписи на странно-нечитабельной кириллице, способной вызвать глубокие психоделические переживания.
Поскольку узбековед из меня отстойный, я только сейчас поняла, что значил этот шифр. "Сизга кандай ёрдам бера олмаман?" — "Я могу вам чем-нибудь помочь?" Как у Пелевина: «Вы сканежите стан пройти до акции? Ну, где торектрички хо?»
У узбекских авиалиний есть прямой рейс Москва-Ташкент: 45 000 рублей на человека туда и обратно (с открытой датой).
За несколько часов до отъезда мы оставили ключи от машин и трейлера (моя детская мечта, приобретенная к рождению дочери) и от съемной квартиры (оплаченной до конца апреля) родственникам и наиболее эмоционально стойких из них попросили, в случае невозможности вернуться, помочь забрать вещи.
Сборы откладывали на последний момент. Я выбрала позицию раненого животного: не шевелись, целее будешь. Сидела дома, пыталась фантазировать на тему предстоящего, но на ум приходили только впечатавшиеся в подсознание изображения круглолицых девочек, с черными глазами-миндалинами, со смоляными волосами, сплетенными в тугие косички, в тюбетейках и прикольных шароварах. Рассматривала их лет 30 назад в советском атласе для детей под громким названием "Миру – мир".
Прямо перед отъездом у дочери поднялась температура, она будто почувствовала наше состояние, но мы рискнули — и все прошло ещё до посадки на самолет. Покидали в чемоданы случайные вещи (из самых необъяснимых: три купальника, — для поездки в страну степных кочевников, — карта Португалии и молокоотсос).
Ранним утром в моей измученной бессонницей голове крутился, не отпуская, праздничный стишок-пирожок: «Все вроде с виду в шоколаде, но если внюхаться, то нет…» В 4.30 утра мы очень аккуратно, осторожно, со скоростью 40 км/ч, будто наощупь, совсем не желая отпочковываться из дома, двинулись в сторону Домодедово по почти пустым припорошённым снегом дорогам.
В салон самолета могут попасть не более двух домашних животных на рейс, и у нас с собой как раз двое: пожилой пёс Тедди и еще более пожилой кот Рокки. Ни один из них ещё не летал. И перелёт в багажном отделении был бы равнозначен смерти для обоих. Поэтому наша задача — прибыть на рейс за шесть часов, чтобы быть первыми в очереди на посадку.
Миссия выполнена.
И мы улетели в Узбекистан.
Продолжение следует...
👍224❤159😢37😁11🔥10👏1🎉1
Чтобы стать автором канала, поддержать существующих авторов или сообщить мне что-нибудь важное, пишите, пожалуйста, второму админу: @RelocationStories_bot
Да, он немножко бот, но парень хороший, ответственный, вежливый. И вы будьте с ним вежливы, пожалуйста.
UPD. Если у вас скрытый аккаунт, мы вряд ли сможем с вами связаться в ответ при всём желании!
__
✌
Ваш А.
Да, он немножко бот, но парень хороший, ответственный, вежливый. И вы будьте с ним вежливы, пожалуйста.
UPD. Если у вас скрытый аккаунт, мы вряд ли сможем с вами связаться в ответ при всём желании!
__
✌
Ваш А.
❤153👍25🤯3👏1
И мы улетели pinned «Чтобы стать автором канала, поддержать существующих авторов или сообщить мне что-нибудь важное, пишите, пожалуйста, второму админу: @RelocationStories_bot Да, он немножко бот, но парень хороший, ответственный, вежливый. И вы будьте с ним вежливы, пожалуйста.…»
🇹🇷 #АлёнаВПоискахДома — Турция
Продолжение. Начало — по тегу ☝
Я очень много лет работала в образовании. Работала с детьми, обучала педагогов, долго и упорно отстаивала новые компетенции, которые нужны и важны в современном мире. И, о боги, как часто я говорила про стремительно меняющийся мир, про умение находить путь в состоянии неопределённости, про гибкость. Кто бы мог подумать, что это самое состояние станет настолько реальным и так скоро?
Первые две недели я не могла шутить, никто из нас не мог. Мы не могли собраться и действовали наощупь. Все, что было сделано для переезда, происходило будто на автомате. Было полное ощущение нереальности происходящего. Но это реальность, и вот мы в Турции.
Все мы полюбили Анталию, не туристическую, а колоритную, настоящую, с базарами и бесконечными добрыми псами на улочках и пляжах. В мирное время мы приезжали сюда стабильно, потому что тут есть квартира с видом на горы и в 10 минутах от моря, потому что тут солнце, добрые неспешные люди, невероятно вкусная еда и каждый кадр будто создан для созерцания и счастья. У нас здесь уже была своя маленькая жизнь, где каждое утро мы выезжали на своих велосипедах до набережной мимо площади матрешек до излюбленного места за кофе и сытным турецким завтраком. По вторникам мы ходили на базар, как настоящие местные жители. А на выходных брали машину и обязательно посещали новое место, потому что тут красоты хватит на всю жизнь. Но это было «до».
Теперь мои глаза наполнены слезами и страхом, а у матрешек, которые стоят на площади по пути к морю, у рта дорисована кровь. Но это все лирика, а мне нужно быть сильной и стойкой, потому что ребёнок, потому что теперь все сначала, потому что других вариантов просто нет. И мы начинаем свой путь мигрантов поневоле.
Первым делом нужно оформить счёт и ВНЖ. И раньше это было просто, но теперь, во-первых, гражданам России закрыли ряд возможностей, а, во-вторых, все стало очень сложно, долго и дорого.
Самое смешное, что мы три года откладывали получение ВНЖ, а теперь не можем его получить.
Мы добавились во все чаты, которые только есть: по релокации, аренде жилья, документам. Везде царили паника и хаос, разные вводные, разный опыт, сотни людей, которые предлагают помощь за внушительные (теперь) суммы и никакой ясности.
Мы составили план:
– ВНЖ
– Аренда квартиры (нас несколько семей, только маминой жилплощадью вопрос не решить)
– Счёт в банке и ИП для отца ребёнка
– Работа
– Школа
– Транспортировка двух лабрадоров
Сложности начались сразу, так как нормальный ВНЖ может сделать только собственник жилья, то есть мама, а нам можно сделать только туристический, работать по нему нельзя, находиться в стране можно не более 180 дней.
Счёт открыть можно, но ИП сложно, плюс налог — 20%.
Квартир просто нет. Их либо сдают украинцам, либо за цену в три раза выше рыночной, а с собаками вообще нереально.
Остальные вопросы просто ждали очереди в ящике нерешенных вопросов.
А параллельно с этим продолжается война. Мы продолжаем пытаться помочь, вывезти семьи друзей, сделать хоть что-то. Стараемся оставаться сильными и не посыпаться. А душа рвётся на части.
Рвётся от того, что твоя жизнь рухнула. И кажется, что ты ещё в лучшем положении, что не имеешь права на всю эту грусть, потому что жив, потому что семья рядом, потому что возможности все же есть, потому что тысячам людей намного хуже, чем тебе. Но легче не становится.
Мысли о том, что у тебя забрали твою жизнь, твой дом, забрали все, что ты долго и упорно строил, выбивают почву из-под ног снова и снова, а ты должен что-то делать, куда-то идти и быть сильным, несмотря ни на что.
Продолжение следует…
Продолжение. Начало — по тегу ☝
Я очень много лет работала в образовании. Работала с детьми, обучала педагогов, долго и упорно отстаивала новые компетенции, которые нужны и важны в современном мире. И, о боги, как часто я говорила про стремительно меняющийся мир, про умение находить путь в состоянии неопределённости, про гибкость. Кто бы мог подумать, что это самое состояние станет настолько реальным и так скоро?
Первые две недели я не могла шутить, никто из нас не мог. Мы не могли собраться и действовали наощупь. Все, что было сделано для переезда, происходило будто на автомате. Было полное ощущение нереальности происходящего. Но это реальность, и вот мы в Турции.
Все мы полюбили Анталию, не туристическую, а колоритную, настоящую, с базарами и бесконечными добрыми псами на улочках и пляжах. В мирное время мы приезжали сюда стабильно, потому что тут есть квартира с видом на горы и в 10 минутах от моря, потому что тут солнце, добрые неспешные люди, невероятно вкусная еда и каждый кадр будто создан для созерцания и счастья. У нас здесь уже была своя маленькая жизнь, где каждое утро мы выезжали на своих велосипедах до набережной мимо площади матрешек до излюбленного места за кофе и сытным турецким завтраком. По вторникам мы ходили на базар, как настоящие местные жители. А на выходных брали машину и обязательно посещали новое место, потому что тут красоты хватит на всю жизнь. Но это было «до».
Теперь мои глаза наполнены слезами и страхом, а у матрешек, которые стоят на площади по пути к морю, у рта дорисована кровь. Но это все лирика, а мне нужно быть сильной и стойкой, потому что ребёнок, потому что теперь все сначала, потому что других вариантов просто нет. И мы начинаем свой путь мигрантов поневоле.
Первым делом нужно оформить счёт и ВНЖ. И раньше это было просто, но теперь, во-первых, гражданам России закрыли ряд возможностей, а, во-вторых, все стало очень сложно, долго и дорого.
Самое смешное, что мы три года откладывали получение ВНЖ, а теперь не можем его получить.
Мы добавились во все чаты, которые только есть: по релокации, аренде жилья, документам. Везде царили паника и хаос, разные вводные, разный опыт, сотни людей, которые предлагают помощь за внушительные (теперь) суммы и никакой ясности.
Мы составили план:
– ВНЖ
– Аренда квартиры (нас несколько семей, только маминой жилплощадью вопрос не решить)
– Счёт в банке и ИП для отца ребёнка
– Работа
– Школа
– Транспортировка двух лабрадоров
Сложности начались сразу, так как нормальный ВНЖ может сделать только собственник жилья, то есть мама, а нам можно сделать только туристический, работать по нему нельзя, находиться в стране можно не более 180 дней.
Счёт открыть можно, но ИП сложно, плюс налог — 20%.
Квартир просто нет. Их либо сдают украинцам, либо за цену в три раза выше рыночной, а с собаками вообще нереально.
Остальные вопросы просто ждали очереди в ящике нерешенных вопросов.
А параллельно с этим продолжается война. Мы продолжаем пытаться помочь, вывезти семьи друзей, сделать хоть что-то. Стараемся оставаться сильными и не посыпаться. А душа рвётся на части.
Рвётся от того, что твоя жизнь рухнула. И кажется, что ты ещё в лучшем положении, что не имеешь права на всю эту грусть, потому что жив, потому что семья рядом, потому что возможности все же есть, потому что тысячам людей намного хуже, чем тебе. Но легче не становится.
Мысли о том, что у тебя забрали твою жизнь, твой дом, забрали все, что ты долго и упорно строил, выбивают почву из-под ног снова и снова, а ты должен что-то делать, куда-то идти и быть сильным, несмотря ни на что.
Продолжение следует…
❤164😢96👍57😁16🤬5🥰1🤯1
🇦🇲 #АняБогуславская — Армения
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
За несколько недель до войны мы с моей девушкой завтракали в новой пекарне и представляли дом нашей мечты.
Мы тогда снимали крошечную двухкомнатную квартиру с картонными стенами. Я вытащила из этой квартиры максимум, покрасив стены в тот оттенок синего, который теперь кажется мне самым красивым и желанным на свете, и купив в Икее два красных комода моей мечты. «Если будем эмигрировать, комоды поедут со мной. Я ни за что с ними не расстанусь», — говорила я как бы в шутку. Деньги от продажи этих комодов через неделю пойдут на оплату квартиры в Ереване.
— В квартире нашей мечты у каждого будет своя комната и одна общая, — сказала Юля в пекарне.
Прошло всего ничего, и мы оказались в огромной квартире в центре Еревана. У каждого из детей есть наконец своя комната, у нас большая спальня. И гостиная.
— А ещё у нас на полу будет лежать восточный ковёр, — сказала я.
В нашей новой спальне на полу лежит очень красивый восточный ковёр. Чуть позже мы сообразили, что никакой он не восточный, а обычный советский, просто лежит ворсом вниз. Переворачивать не стали, наоборот - пошли в гостиную и перевернули тамошний ковёр ворсом вниз. Пусть тоже кажется восточным.
— И кровать будет стоять не у стены, а так, чтобы у с каждой стороны помещался прикроватный столик. И столики будут разные, потому что мы тоже разные! — придумали мы.
В нашей теперешней квартире куча прикроватных столиков. Иногда я открываю какой-нибудь из встроенных шкафов, которых тут тоже огромное количество, и обнаруживаю спрятанный там ещё один прикроватный столик. Когда будет настроение, я смогу составить много комбинаций неодинаковых прикроватных столиков. Но настроения пока нет.
— И, конечно, в квартире будет хорошая звукоизоляция. Чтобы наша жизнь не была аудиоспектаклем для соседей, а жизнь соседей — для нас!
Поселившись в квартире в Ереване, мы долго не верили, что соседей действительно не слышно. Потрясающее ощущение. Убедившись, что у нас не слуховые галлюцинации, решили устроить романтический вечер. Внезапно за стеной разразился пятиминутной речью на армянском невидимый мужчина. Потом ещё две минуты ему отвечала невидимая женщина. Вокруг них бегал невидимый ребёнок, тоже желавший что-то выразить. Как будто московские соседи соскучились и переехали за нами следом, успев за неделю разлуки выучить армянский.
— Хорошо бы какой-нибудь музыкальный инструмент. Пианино!
В детстве я ненавидела музыкальную школу и лично своего учителя. Потом мне хотелось научиться играть что-нибудь бесконечно долгое и цикличное, как набегающие волны. И вот у нас в гостиной есть пианино. Оно слишком расстроенное, чтобы на нём играть. Я тоже слишком расстроенная, чтобы на нём играть.
— У нас будет много красивой посуды. Будем звать гостей и накрывать на стол!
В нашей ереванской квартире невероятно много парадной посуды. Супница, соусницы, салатники из фарфора и салатники из хрусталя, четыре нарядные лопатки для торта (как оптимистично!), бокалы для вина, бокалы для шампанского, хрустальные рюмочки для напитков покрепче. Массивные вилки и ножи, серебряные ложки, крошечные вилочки для чего-то (фрукты? торт? оливки?). Мы легко можем сервировать стол на двенадцать персон. Но у нас нет сил, чтобы с этими персонами общаться.
Иногда мне становится совсем грустно, и я сажусь на диван в гостиной. Кажется, что я застыла и смотрю в пустоту. Но нет — на самом деле в этот момент я сосредоточенно размазываю по стене синюю краску самого желанного на свете оттенка.
Очень хочется домой. Только непонятно, где он, этот дом.
Продолжение следует…
Продолжение. Начало — по тегу ☝️
За несколько недель до войны мы с моей девушкой завтракали в новой пекарне и представляли дом нашей мечты.
Мы тогда снимали крошечную двухкомнатную квартиру с картонными стенами. Я вытащила из этой квартиры максимум, покрасив стены в тот оттенок синего, который теперь кажется мне самым красивым и желанным на свете, и купив в Икее два красных комода моей мечты. «Если будем эмигрировать, комоды поедут со мной. Я ни за что с ними не расстанусь», — говорила я как бы в шутку. Деньги от продажи этих комодов через неделю пойдут на оплату квартиры в Ереване.
— В квартире нашей мечты у каждого будет своя комната и одна общая, — сказала Юля в пекарне.
Прошло всего ничего, и мы оказались в огромной квартире в центре Еревана. У каждого из детей есть наконец своя комната, у нас большая спальня. И гостиная.
— А ещё у нас на полу будет лежать восточный ковёр, — сказала я.
В нашей новой спальне на полу лежит очень красивый восточный ковёр. Чуть позже мы сообразили, что никакой он не восточный, а обычный советский, просто лежит ворсом вниз. Переворачивать не стали, наоборот - пошли в гостиную и перевернули тамошний ковёр ворсом вниз. Пусть тоже кажется восточным.
— И кровать будет стоять не у стены, а так, чтобы у с каждой стороны помещался прикроватный столик. И столики будут разные, потому что мы тоже разные! — придумали мы.
В нашей теперешней квартире куча прикроватных столиков. Иногда я открываю какой-нибудь из встроенных шкафов, которых тут тоже огромное количество, и обнаруживаю спрятанный там ещё один прикроватный столик. Когда будет настроение, я смогу составить много комбинаций неодинаковых прикроватных столиков. Но настроения пока нет.
— И, конечно, в квартире будет хорошая звукоизоляция. Чтобы наша жизнь не была аудиоспектаклем для соседей, а жизнь соседей — для нас!
Поселившись в квартире в Ереване, мы долго не верили, что соседей действительно не слышно. Потрясающее ощущение. Убедившись, что у нас не слуховые галлюцинации, решили устроить романтический вечер. Внезапно за стеной разразился пятиминутной речью на армянском невидимый мужчина. Потом ещё две минуты ему отвечала невидимая женщина. Вокруг них бегал невидимый ребёнок, тоже желавший что-то выразить. Как будто московские соседи соскучились и переехали за нами следом, успев за неделю разлуки выучить армянский.
— Хорошо бы какой-нибудь музыкальный инструмент. Пианино!
В детстве я ненавидела музыкальную школу и лично своего учителя. Потом мне хотелось научиться играть что-нибудь бесконечно долгое и цикличное, как набегающие волны. И вот у нас в гостиной есть пианино. Оно слишком расстроенное, чтобы на нём играть. Я тоже слишком расстроенная, чтобы на нём играть.
— У нас будет много красивой посуды. Будем звать гостей и накрывать на стол!
В нашей ереванской квартире невероятно много парадной посуды. Супница, соусницы, салатники из фарфора и салатники из хрусталя, четыре нарядные лопатки для торта (как оптимистично!), бокалы для вина, бокалы для шампанского, хрустальные рюмочки для напитков покрепче. Массивные вилки и ножи, серебряные ложки, крошечные вилочки для чего-то (фрукты? торт? оливки?). Мы легко можем сервировать стол на двенадцать персон. Но у нас нет сил, чтобы с этими персонами общаться.
Иногда мне становится совсем грустно, и я сажусь на диван в гостиной. Кажется, что я застыла и смотрю в пустоту. Но нет — на самом деле в этот момент я сосредоточенно размазываю по стене синюю краску самого желанного на свете оттенка.
Очень хочется домой. Только непонятно, где он, этот дом.
Продолжение следует…
❤348😢105👍49🔥10👏9😁9🤬4🤔3😱1