Кратко опишем поляну.

В составленной по приказу Вильгельма Завоевателя "Книге Судного дня" в 1068 году местность к югу от Темзы упоминается как "St Saviour's dock" и называется "действующей пристанью. В местности упомянуты по меньшей мере 40 домов и здание церкви на том месте, где сейчас стоит Southwark Cathedral. Исландская сага Heimskringla упоминает место "на противоположном берегу от Лондона", которое называется Suthvirki и представляет собой "весьма значительное торговое место". А где пристань - там моряки, грузчики, драки в тавернах , бани и бордели.
Изначально эта территория принадлежала Одо, епископу Байё, брату Вильгельма Завоевателя. К 1090 он сплавил нехорошее место расположенному неподалеку Бермендзийскому аббатству, а сын Вильгельма, король Генрих I, закрепил это документально, сообщив монахам, что вместе с территорией они получают обязанность навести там порядок, завести собственный суд, полицию и налогобложение (видимо, никто не хотел соваться туда по доброй воле). Это означало, что отныне принадлежащая аббатству территория не подчиняется ни Лондону, ни графству Суррей, а только одному владельцу территории, который волен собирать аренду и налоги, а также вершить суд и налагать любые штрафы и комиссии по своей воле. Как пишут исторических книгах: «монахи получили стабильный источник дохода» (слышал, Бивис, как они зовут крышевание?). Единственным исключением были особо крупные дела: убийства членов королевского двора, политические заговоры и просто дела об очень больших деньгах.

Но монахам было трудно поддерживать порядок в трущобах, и они передали эту территорию могущественному Уильяму Гиффорду, епископу Винчестерскому, у которого уже были свои офицеры, бюрократы и прочие администраторы. Ибо Винчестер, столица саксонской Англии, был не только старейшим, богатейшим и важнейшим диоцезом христианской Англии, но и местом, где находилась казна. Например, когда Генрих узнал о смерти своего старшего брата, короля Вильгельма Руфуса (оба дети Вильгельма Завоевателя; оба в момент смерти были на охоте в одном и то же месте), он бросил остывающий труп в лесу и рванул в Винчестер за лежащей в казначействе короной. Так что епископ Винчестерский был очень, очень важным и очень богатым человеком, которому нужно было часто светиться при дворе короля в Вестминстере. Поэтому иметь земельный надел прямо на противоположной стороне от королевского двора стоило того, чтобы связываться с моряками и борделями. #winchestergeese

Надо сказать, что это была нормальная европейская практика: сам Вильгельм Завоеватель владел несколькими публичными домами в Руане, да и европейские аббатства не гнушались этим способом заработка (не напрямую, конечно, а через аренду инфраструктуры). Так что в целом в этом не было ничего необычного. Христианская церковь видела в проститутках необходимое зло, потому что они 1) уменьшали количество изнасилований; 2) уменьшали количество невыгодных браков среди детей богатых спонсоров (тут ведь как: если обрюхатишь дочку бедного соседа, то церковь заставит жениться, а так можно ходить по проституткам, пока подыскиваешь себе выгодную партию в виде богатой девственницы).

Тем более что бордели в Саутварке уже были, оставалось только присвоить. Появились они ещё при римлянах: Саутварк был их первым главным фортом на Темзе, а с северного берега на них злобно смотрели неграмотные местные племена - простите, гордые бритты. Если бы штурм северного берега Темзы не удался, то римляне ретировались бы именно в форт в Саутварке. А Лондоне бы не существовало.
А где форт - там солдаты, а где солдаты - там торговля, рынок рабов и проститутки. В римское время бордели чаще всего находились в банях (а самой популярной услугой, которую предоставляли рабы обоих полов, была фелляция, но мы не будем углубляться в эту тему). Кстати, бордели на противоположном берегу реки от города - это не случайность, а добрая римская традиция: название "веселого района" Трастевере в Риме тоже переводится как "по ту сторону Тибра".
Когда римляне решили плюнуть на этот холодный остров со злобными жителями и отбыли, публичные дома и проститутки остались на месте - видимо, у них уже набралась достаточная местная клиентура. Про англосаксонское время мы ничего не знаем, потому что саксы любили поболтать, но не любили записывать, так что следующие свидетельства о жизни борделей Саутварка относятся ко времени викингов. Судя по свидетельствам, "грязные викинги" были некоторого рода улучшением клиентуры, потому что, в отличие от местных, у викингов было принято каждое утро расчесывать волосы, мыться каждую субботу, регулярно менять нижнее белье, а также дарить женщинам неольшие безделушки. Вдали от Лондона, в провинциальной восточной Англии, таким коварным манером викинги принуждали жен и дочерей благородных бриттов становиться их, викингов, наложницами. Проклятые разбойники! #winchestergeese

Кстати. Для тех, кому оказалась небезразлична история кладбища — подпишите, пожалуйста, петицию о том, чтобы его не отдали под застройку: https://www.gopetition.com/petitions/cross-bones-graveyard-heritage-site.html

Кроме того, если вы в Лондоне, можете сходить к кладбищенским воротам, почтить память бедных женщин и привязать ленточку — или же оставить любой предмет в память о своих ушедших, хоть фотографию, хоть нитку бус. Есть даже сайт: http://crossbones.org.uk

А мы пока продолжим рассказывать.

Следующий епископ Винчестера был особенно обеспокоен нечистотой нравов, и наложил на бордели тяжелые подати "за распространение нечистой заразы" (до сих пор неизвестно, какую именно из зараз он имел в виду). Так что теперь публичные дома облагались тройной платой: за аренду земли, за лицензию и за "заразу".
В 1161 году король Генри решил, что надо бы закрепить бытующие на другом берегу Темзы финансовые обычаи официально, и подписал указ о передаче уже не территории, а конкретно борделей Саутварка под крыло епископа Винчестера. Выглядит логично: за честное ремесло плати короне, за грешное - церкви. В указе подробно освещались особенности бизнеса и прописывались
права и обязанности договора между епископом и проститутками по отношению друг к другу. #winchestergeese

Надо сказать, что некоторые пункты указа о борделях 1161 года были на редкость продвинутыми для своего времени. А из недавней России так вообще удивляешься щепетильности тогдашних юристов, пытавшихся соблюсти интересы всех сторон. Но это сбалансировано нечеловеческой жестокостью.

Была установлена фиксированная плата за аренду комнаты («рабочего места») в размере 14 пенсов в неделю (для сравнения, 16 £ хватало для годового содержания замка средней руки). Каждую новую работницу регистрировали в присутствии констебля. Долг за комнату не мог превышать 6 шиллингов и 8 пенсов (чтобы не допустить ситуаций «рабства за долги»). Констебли ежемесячно проверяли, что обитательницы находятся в публичных домах по своей воле и покидают его, когда захотят.

Упоминалась защита клиентов: в случае неуплаты их нельзя было удерживать в пределах публичного дома или отказываться отдать принятые на хранение щит и меч – все такие случаи должны были рассматриваться в епископском суде. А то ведь как: вдруг война, а у солдат мечи рассеяны по публичным домам.

Были меры по ограничению расширения и перепрофилирования бизнеса:
- запрещена работа в дни церковных праздников.
- в публичных домах запрещалось подавать еду и напитки (чтобы не переманивать клиентов таверн)
- количество наемного персонала было ограничено прачкой и конюхом (обитательницы работали на себя, оплачивая только комнату и другие услуги)
- обитательницам было запрещено заниматься чесанием и пряжей шерсти в свободное время (потому что такой побочный бизнес нанес бы ущерб могущественным гильдиям чесальщиков и прядильщиков).

Не допускались драки, богохульства, свары, укрывательства преступников и обрезание монет; запрещалось принимать на работу беременных и больных гонореей; запрещалось хватать прохожих за одежду и заманивать в публичный дом силой.

Есть пункты против коррупции и превышения полномочий представителями власти (бейлифами и констеблями). Кстати, констебль работал сдельно, за один арест ему полагалось 4 пенса.

Интересный набор правил для защиты власти:
Запрещалось работать в дни заседаний королевского совета, парламента или церковного совета в Вестминстере на противоположном берегу реки (видимо, чтобы законодатели не улизнули в бордель вместо работы).
Запрещалось нанимать конюха более чем на шесть месяцев подряд (чтобы его можно было призвать в армию).
Запрещалось предоставлять услуги лодочных перевозок в ночное время (потому что под видом поздних клиентов, возвращающихся после утех на северный берег Темзы, могли скрываться воры или политические заговорщики). Последнему клиенту бесплатно предоставлялось право переночевать в комнате проститутки.

И главное: правила специально указывали, что проститутки не имеют права на «бесплатные» отношения и постоянного любовника. Ибо бесплатный секс ведет к уменьшению доходов для держателя борделя, бейлифа и в конечном счете епископа. Уличенную в «растрате епископского имущества» проститутку подвергали тому же церковному суду, который был предусмотрен для ведьм: сажали на позорный стул и трижды окунали - только не в деревенский пруд, а в канаву для сточных вод. Если жертве удавалось выжить, то ее выпроваживали за пределы владений епископа Винчестерского, что означало запрет на дальнейшую легальную работу. Сам любовник (а это часто мог быть держатель публичного дома) никакой ответственности не нёс.

(Автор уходит за кулисы и там громко долго матерится). #winchestergeese

В 1209 году был открыт Тауэрский мост, и в бордели Саутварка хлынули новички: те, кто раньше не могли или не хотели перебираться через реку даже ради увлекательного мира платного секса. Спрос на услуги возрос настолько, что пришлось отстроить новую улицу с легальными борделями на северном берегу Темзы (!!!, на все равно за пределами стен City of London): Cock Lane. Любопытно, что даже за рекой улица всё ещё принадлежала подворью Саутваркской церкви St Mary Overie, то есть, епископу Винчестерскому – видимо, чтобы на новые заведения распространялись правила 1161 года.
То есть, прямо как у Маяковского: «Мы говорим «бордель», подразумеваем «епископ Винчестерский».

Известно, что несколько домов на Cock Lane (переведите сами) принадлежало настоятелю собора Святого Павла (старого, сгоревшего во время Великого Пожара). А чё такого? Легальная инвестиция со стабильным доходом.

Но, кстати, общество вообще очень терпимо относилось к проституткам. Правда, за торговлю телом внутри лондонских стен их отправляли в тюрьму на 40 дней, а также отказывали грешницам в захоронении на церковных кладбищах (а других не было), а так без проблем. Теолог и юрист Томас Чобемский посвятил им аж четыре главы своего грандиозного труда о том, какие покаяния налагать на исповедовавшихся грешников (это такая смесь комментариев к судебному кодексу, теологических изысканий и психотерапии) и открыто заявлял, что проститутки заслуживают платы за свою работу наравне с любыми другими трудовыми людьми.

Однако до профсоюза секс-работников дело не дошло – случилась эпидемия небывалой болезни. #winchestergeese

В 14 веке одним из популярных рецептов профилактики заражения венерическими заболеваниями (авторства John of Gaddesden) была такая последовательность действий: а) немедленно после секса нужно прыгать вверх и вниз; б) затем сбежать по лестнице задом наперёд; в) понюхать перец, чтобы как следует чихнуть; г) пощекотать гениталии перышком, смоченным в уксусе, чтобы смыть заражённую сперму; д) затем тщательно вымыть половые органы в отваре из роз и пряных трав и уксуса.

Если вы думаете, что это слишком сложный рецепт, то остальные были ещё хуже. Ну и едва ли кто-то им следовал: даже если бег по лестнице задом наперёд спасает от венерических заболеваний, он также здорово увеличивает перспективу сломать шею.
Но важно тут то, что врачи уже понимали, что некоторые болезни связаны именно с сексом. В 1321 году король Эдвард II открыл в Саутварке Lock Hospital «госпиталь для прокаженных», а прокаженными тогда считали кого угодно с кожными язвами. В городском сленге выражение Lock Hospital так и осталось прозвищем для любого вендиспансера. #winchestergeese

Наша редакция слишком много работает, но все время хочет вернуться к каналу (и вернётся с субботы!).
Меж тем прочтите, пожалуйста, пост о современных чумных гробах от великолепных аналитиков канала имени пшеничных полей, по которым, по её признанию, так любила бегать маленькая Тереза Мэй.

И вторая история, про некомпетентность.

Парламентская комиссия закончила расследование "дела Виндраш" — мы писали про него, раз, два, три.

Если вкратце — сразу после Второй Мировой войны Британская Империя решила, что жителей колоний нужно отблагодарить за отвагу на фронтах тем, что разрешить им селиться на территории Британских Островов. Первый транспорт HMS Windrush с переселенцами на борту пришвартовался в 1948 году. Затем, уже в 1970-е, после известной и скандальной речи консерватора Эноха Пауэлла о реках крови, которые потекут по улицам британских городов, когда расово чужое племя вырастит на английской земле своих собственных детей, программу свернули. Речь получила имя собственное, "Rivers of Blood Speech", Энох вылетел из политики, а потомки переселенцев с "Виндраша" спокойно жили... до 2016 года...

В общем, консерваторам потребовалось набрать политическую популярность, и они начали набирать её через депортации населения без документов. Стала проседать социалка и правительство заявило, что в стране "слишком много лишнего населения". Плановые депортации, с показателями, которые нужно было выполнять и перевыполнять. Парламент заинтересовался, полетели головы министра внутренних дел, и была создана специальная комиссия — мол, по какому праву на нашей демократической британской земле стариков, проживших здесь 60 лет, отправляют в Нигерию под присмотром полицейских?

Комиссия выявила удивительные вещи:

— Чиновникам наплевать на проблемы людей без документов. Человек потерял документы, приходит в офис службы МВД, там выясняется, что МВД потеряло его документы тоже. Человек машет рукой и говорит "ну вы даёте!". Сотрудники МВД хватают его под белы рученьки и депортируют из страны — мы не знаем, кто вы такой, у вас и у нас нет документов о легальности вашего местонахождения! В общем, так депортировали в том числе ряд депутатов городских советов и пару руководителей сельских отделов полиции — рекомендации местных жителей, прекрасно уже полсотни лет знавших этих людей, не помогли.

— Комиссия родила прекрасную фразу: "сотрудники Министерства Внутренних Дел прикладывали настолько мало усилий, насколько было возможно, чтобы вникнуть в суть дела и разобраться в личных ситуациях лиц, обвиняемых в незаконном пребывании в стране." То есть — гребли скопом, высылали быстро, решения штамповали конвейером.

— Министерство Внутренних Дел в лице своих клерков официально созналось в неспособности наладить документооборот и обеспечить сохранность документов, которые жители ему предоставляли. Было отмечено множество случаев утери документов, бывших в единственном экземпляре, по вине сотрудников МВД.

— Министерство Внутренних Дел даже после начала парламентского расследования не сделало никаких попыток идентифицировать и вернуть на родину незаконно высланных граждан.

— После вмешательства премьера Терезы Мэй ситуация не изменилась: было отмечено множество случаев, когда клерки на местах не читали инструкций и отвечали гражданам, апеллировавшим к новостям из Вестминстера что-то вроде "не придуривайтесь, вы слишком молоды, чтобы относиться к делу Виндраш". Или "вы не той национальности". Или "к нашему графству это не относится".

В общем, разразилась буря.
Ситуацией с незаконными высылками и неумением британских офицеров МВД читать документы и общаться с посетителями заинтересовались:
— служба собственной безопасности МВД
— британский королевский комитет по правам человека
— Национальная Счётная Палата
— и Верховный Суд.

Дорогая редакция считает, что это правильно, но интересуется — а госпожу премьера Терезу М. привлекут к ответственности за то, что именно она начала весь этот бардак? за то, что она была министром МВД до своего взлёта в кресло Большого Начальника? за сокращения штатов? за опекание под крылом Амбер Радд, которая потом заняла её место и лгала Парламенту? за то, что Амбер Радд, отправленная в отставку за ложь под присягой, через полгода заняла тёплое место минтруда? за то, что Амбер Радд выгораживала своего премьера, утверждая, что та ничего не знала о планах депортировать людей?

Если вам ещё не надоело, то сообщаем, что наша редакция снова начала получать деньги за выкапывание странных исторических фактов (путём продажи этих фактов в газеты). Кажется, жизнь налаживается. Stay updated. https://angliya.com/2019/03/13/kladbische-prostitutok-southwark/

(пояснение к предыдущему посту) Это означает, что автор канала будет работать над статьями и писать чаще (потому что аудитории газеты и канала не пересекаются).

Улицы Саутварка в те годы были плодородной почвой не только для греха, но и для распространения заболеваний. На улицах не
было ни мостовой, ни сточных канав. Резиденты и посетители опорожняли свои кишечники и мочевые пузыри в любом удобном тихом местечке. Свидетельствуют об этом неформальные названия улиц — что-то вроде ориентиров, по которым было легко понять назначение этого темного переулка. Улицы для торговли телом назывались Codpiece Lane, Cuckold Court и Sluts Hole, а улицы вокруг Dirty Lane, Foul Lane и Pissing Lane. Такая вот средневековая урбанистика: «Дойдете до Шлюшьей норы и свернете на Ссаную аллею».
Это всё сделало улицы Саутварка идеальной лабораторией для распространения чумы, которая поразила город в 1348 году и стоила ему, по мнениям источников, до половины населения: от 50 до 100 тысяч человек. Когда ситуация на другом берегу Темзы дошла до Короны, Эдуард III требовал, чтобы лондонские власти чистили улицы, но ему просто-напросто ответили, что все уборщики мертвы. Чем больше людей умирало, тем меньше оставалось для того, чтобы похоронить тела, и тем быстрее распространялась чума. В одном только Саутварке хоронили более 200 тел в день — это были уже даже не индивидуальные могилы, а просто траншеи, которые заполняли телами и засыпали. Если копать и хоронить было некому, то тела оставляли в крипте ближайшей церкви — ведь присутствие божественного, как известно, лучшая защита от заражения, — а когда плоть разлагалась, то «чистые кости» компактно закапывали на небольшом участке, порой даже без молитвы. #winchestergeese

В 1349 году Эдуард III и парламент сбежали из Лондона в чистенькую безопасную сельскую местность, а за ними и епископ Винчестерский со свитой и полицией, и все состоятельные граждане. А вот бордели Саутварка оставались открыты весь период чумы — несмотря на предупреждения властей о том, что беспорядочные половые отношения со многими партнёрами увеличивают риск инфекции (надо же, как мало изменились предупреждения за последние 600 лет). Генри Кингтон, историк 14 века, писал, что публичные дома были даже популярнее обычного. Лондонцы предались фатализму: раз заразу можно подцепить где угодно — то какая разница, и почему бы не сделать это в объятиях доброй шлюхи? По крайней мере умрешь с удовольствием. В общем, люди жили со вкусом.
Неудивительно, что когда в 1350 году король и парламент вернулись в Лондон, они обнаружили на противоположном берегу от Вестминстера гнездо анархистов. Без присмотра полиции епископа Винчестерского бордели и таверны Саутварка стали излюбленным местом мелких криминальных элементов: фактически любой, кто совершил преступление в Сити, просто-напросто пересекал Лондонский мост, просил убежища и получал тёплый приём. А затем без наказания наглел ещё больше, чем раньше. Судя по источникам, в следующие 20 лет молодчики из Саутварка начали сколачивать банды по 200 человек, которые время от времени пересекали мост, грабили жителей Сити и спокойно возвращались обратно, где им не угрожало никакое наказание. Лондонская полиция же не собиралась соваться в эту злачную дыру. За стенами города — хоть потоп. А также грабеж и разврат. #winchestergeese

Какая прелесть.

Из статьи моей научной руководительницы:

В переписке Андре Жида и Жака Шиффрина обсуждается их совместный перевод повестей Белкина. Андре Жид пишет: «Текст второй повести действительно ужасен. Я смогу одолеть некоторые места только с вашей помощью. Некоторые фразы настолько трудны для восприятия (и останутся таковыми несмотря на все наши усилия), настолько бесформенны, что я даже задаюсь вопросом, не лучше ли их просто выкинуть». В книге Бермана приводятся высказывания французских переводчиков русской классической литературы о том, как «плохо» писали Толстой и Достоевский, как приходилось «причесывать» их тексты и т.п.

Помните, я рассказывала о том, как коварные викинги уводили жён у англосаксов: регулярно мылись и меняли белье? Вот подтверждение. Источник цитаты: Chronicle of John of Wallingford. Очень смешной тред здесь: https://twitter.com/erik_kaars/status/1119521714612862976?s=21

Ничего не изменилось за 1000 лет.

#winchestergeese
Совсем скоро секс-работницам просто запретили проживать в Лондоне. В 1383 году закон возвещал, что если проститутка, где бы она ни работала, будет арестована в Лондоне, то ей должно обрить голову, а затем прокатить по улицам на специальной телеге с тремя менестрелями, которые играли на музыкальных инструментах и привлекали толпу, а затем поместить в ближайшую тюрьму, где публично выпороть. Пойманная второй раз отправлялась в тюрьму на десять дней, а третий раз — грубо выпроваживалась за городские ворота насовсем.

#winchestergeese
Кстати, знаменитое восстание Уолта Тайлера тоже немного связано с Саутварком. Эти бравые кентские парни («кенты»?) протестовали против крепостного права и подушного налога, но когда подошли к Лондону с юга, бодро перековались в националистов и начали жечь бизнес иностранцев — то есть, голландцев, которых тогда называли фламандцами. Дело в том, что фламандцы к тому времени зарекомендовали себя в качестве держателей борделей (посредников-администраторов, а не настоящих владельцев) до такой степени, что среди работниц было модно зваться голландскими именами — например, Петронелла: это был знак хорошего сервиса, мытого тела и чистых простыней.

В общем, похоже, что местные предприниматели были традиционно раздражены иностранными конкурентами, и кто-то дал молодчикам Уоттс Тайлера наводку. До того они нападали только на символы королевской власти: тюрьмы и королевские почтовые станции, но не частные бизнесы. А тут первым делом они сожгли «Розу», публичный дом, управляемый голландцами и принадлежащий лорду-мэру Лондона Уильяму Уолворту (который одобрял законы о том, что проституток в Лондоне надо публично пороть, а затем изгонять, см. выше), а потом ударились в разгул и в общей сложности убили 160 голландцев за один день. А через несколько месяцев в Саутварке зарегистрировали семь новеньких борделей, все — управляемые англичанами. Удобно подвернувшееся крестьянское восстание — двигатель реформ в индустрии!