Опыт и восприятие

«Эстетика – мать этики.»
И.А. Бродский

Мы привыкли думать, что вкус - это что-то интеллектуальное. Что мы оцениваем глазами и разумом. Но в прошлом посте я показал другую картину: мы смотрим не глазами, а телом. Точнее, тем опытом движений, который в этом теле накопился.

В одном исследовании участников делили на две группы. Одних учили точечным, прерывистым движениям кисти. Других длинным мазкам, когда рука идёт по плавной траектории.
А потом обеим группам показывали картины пуантилистов, собранные из точек, и импрессионистов, с их мазками. И люди, которых тренировали ставить точки, начинали больше любить картины из точек; а те, кого учили мазкам, предпочитали мазковые работы.
Причём даже если изначально у человека был другой вкус, он менялся после нескольких минут обучения жесту.

Но если вкус так легко изменить и если «красиво» рождается из того, что телу удобно и знакомо, то вряд ли эстетика может быть матерью чего-то более глубокого. Скорее наоборот, эстетика продукт того, что тело уже умеет.

«Всё наше восприятие детерминируется поведением.»
И.М. Сеченов

Подумайте сами с точки зрения эволюционной биологии. Восприятие появилось как обслуживающий механизм действия. Мы видим, чтобы действовать, а не наоборот. Сенсорные системы эволюционно подстраивались под те действия, которые вообще были возможны. Нейробиология называет это perception for action.

В следующий раз, когда будите смотреть на понравившееся вам изображение, то сопоставьте стиль и композицию с поведением. Что они говорят о вас?

Восприятие и цель

Каждую секунду наш мозг получает гигантский объём данных - от 10 до 11 миллионов бит сенсорной информации. Но в сознание попадает только около 40 бит. Остальное отсеивается. Не потому, что мы глупые или невнимательные, а потому что мозг физически не способен пропустить всё сразу. И фильтрует он это не случайно.

— Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?
— А куда ты хочешь попасть? — ответил Кот.
— Мне все равно... — сказала Алиса.
— Тогда все равно, куда и идти, — заметил Кот.

Мы видим не объективную реальность как она есть, а ту её часть, которая соответствует нашим актуальным задачам. Например, исследования зрения через айтрекинг. Испытуемые смотрели на картину Репина Не ждали и получали разные задания: оцените материальное положение семьи, определите возраст людей, запомните одежду и т.п. И в зависимости от задачи траектории движения глаз менялись полностью.

Глаз - не камера. Глаз - инструмент поиска ответов.

Если эксперимент с айтрекером показал, как цель направляет внимание, то эксперимент Кристофера Шабри и Дэниела Саймонса (1999) показал обратную сторону - как цель блокирует восприятие всего «лишнего». Участникам показывали видео, где две команды (в белых и черных футболках) перебрасывали друг другу баскетбольный мяч и им надо было посчитать точное количество пасов, сделанных командой в белых футболках.

В середине ролика через кадр медленно проходил человек в костюме гориллы. Он останавливался в центре, бил себя в грудь и уходил. Горилла находилась в кадре 9 секунд. Около 50% участников вообще не заметили гориллу. Их мозг, получив жесткую установку «следить за белым», отфильтровал всё черное (включая гориллу) как нерелевантный шум.

Цель не только направляет внимание. Она выключает всё лишнее.

Как это работает на нейрофизиологическом уровне?

Top-down регуляция - в обычном состоянии мы воспринимаем мир «снизу вверх» (от глаз к мозгу). Но как только появляется цель, включается процесс «сверху вниз». Префронтальная кора (отвечающая за цели) посылает сигналы в зрительную кору, заранее настраивая нейроны на поиск конкретных паттернов (например, «ищи красный цвет» или «ищи признаки богатства»). Мозг начинает предсказывать реальность, а не просто видеть её.
Ретикулярная активирующая система - это фильтр в стволе мозга.
Через него проходит весь сенсорный поток. РАС задаёт вопрос: «Это важно для тебя сейчас?» Если нет - информация в сознание просто не попадёт.
Даже если она огромная, чёрная, в центре кадра и бьёт себя в грудь. Классический пример: вы решили купить определённую машину - и вдруг начинаете видеть её везде. Она была там всегда. Просто теперь цель пометила её как важную, и РАС перестал отсеивать её в спам.

Цель - это не просто точка в будущем, к которой вы идете. Цель - это инструмент настройки оптики в настоящем. Без цели ваше восприятие реактивно. Вы замечаете только самые громкие или яркие стимулы (рекламу, угрозы, чужие приоритеты). С целью вы физически начинаете видеть в окружающем мире ресурсы и возможности, которые раньше были для вас «невидимыми гориллами».

Как наставляла старая женщина молодую подругу Шан-Чи при стрельбе из лука: «Если перед тобой нет цели, то никуда не попадёшь»

В продолжение серии предыдущих постов сначала написал о цели и мотивации, потом понял, что всё это лучше передать одной ёмкой и красивой метафорой:

"Следи за своим садом. Ухаживай за цветами, а не гоняйся за бабочками, и тогда бабочки сами прилетят к тебе."

Чего я вам всем желаю в новом году ❤️

Джон Сингер Сарджент - Гвоздика, лилия, лилия, роза, 1886

Новый год начался с неожиданностей. Никогда бы не подумал, что мне понравится картина Джексона Поллока и тут на тебе, Number 14: Gray. Причём сразу залетела в мой топчик которые я повесил бы на стену в своём доме.

Мне не нравятся типичные работы Поллока, тёмные, плотные, удушающие как воздух в прокуренной комнате после которого кашель раздирает до боли горло. А тут его полная противоположность - лёгкая, воздушная, есть иерархия элементов, и самое главное мелодичность! Я сразу влюбился в эту пластику линий аля ар-нуво.

И мой любимый вопрос. Если бы эта картина была в виде речи, то что бы мы услышали?

Я сразу услышал в неё Баха и его Сюиту №2 для флейты с оркестром. А как звучит эта картина для вас? Что она говорит вам?

Ещё немного об Эстетике и Этике.

Красота и добродетель давно идут рядом, даже когда мы делаем вид, что развели их по разным полкам.

Античные мыслители говорили о калокагатии (единстве красивого и доброго). Красота воспринималась не как украшение, а как знак внутреннего порядка. Добродетель не как моральный кодекс, а как гармония формы и сущности. Быть хорошим значило быть прекрасным и наоборот. Даже сейчас привлекательных людей считают более честными, умными и компетентными; их чаще избирают и нанимают, им больше платят; их реже осуждают за преступления, и тюремные сроки они получают меньшие.

У Сапольского в "Жизнь без свободы воли" нашёл нейробиологическую информацию о красоте и добродетели. За красоту и мораль у нас отвечает одна и та же область мозга - орбитофронтальная кора.

Это выглядит так, словно неуместные эмоции по поводу красоты мешают мысленному созерцанию весов справедливости. И это было показано в эксперименте: после того как у испытуемых на время отключили ту часть префронтальной коры, которая передает в лобную кору информацию об эмоциях, их моральные суждения перестали зависеть от эстетического впечатления.

«Интересно, – говорят испытуемым, – на прошлой неделе вы отправили человека в тюрьму на всю жизнь, а теперь вы смотрите на другого, совершившего точно такое же преступление, и готовы выдвинуть его в члены конгресса, как так?» Поверьте, ответа «Убийство – это плохо, но боже мой, вы только посмотрите в эти глаза, в эти глубокие прозрачные озера» вы не дождетесь.

Откуда берется намерение, стоящее за такими решениями? Все дело в том, что мозг еще не успел сформировать отдельные нейронные контуры для оценки морали и эстетичности.

Вернёмся в античность. Есть история о прекрасной Фрине, гетере которую хотели приговорить к смерти, а её защитник Гиперид сорвал с неё одежду прямо перед судьями. Поражённые красотой Фрины судьи вынесли оправдательный приговор.

Мы живём в культуре, которая публично отрицает связь красоты и добродетели, но бессознательно продолжает в неё верить. И каждый раз, когда красивое кажется нам «правильным», а безобразное «подозрительным», в зале суда снова появляется Фрина, а Гиперид молча делает шаг вперёд.

«Фрина перед Ареопагом», Жан-Леон Жером, 1861

Об Уорхоле нечего сказать, и именно об этом он сам говорил в своих интервью и в своем дневнике: без риторики, без иронии, без комментариев – он единственный, кто мог отражать незначимость своих образов, незначимость всей своей деятельности в незначимости собственного дискурса.

Жан Бодрийяр - Совершенное преступление. Заговор искусства.

Пожалуй, это лучшая интерпретация работ Уорхола. Через неё я вдруг уловил связь с дзэном.

ПУСТОТА

Дзэн понимает пустоту не как тотальное отсутствие, а как отсутствие фиксированной сущности, как чистое «так-как-есть». Банка супа уже есть проявление пустоты, если видеть её без добавленного слоя ожиданий и фиксаций.

Теперь вспомните Фонтан Дюшана. Дюшан вырывает утилитарный объект из функционального контекста и помещает его в пространство искусства, показывая, что «искусство» больше определяется рамкой и актом выбора, чем видом вещи. Писуар становится скандалом именно потому, что ничего в себе «не содержит».

Уорхол убирает глубину оставляя только холодную поверхность образа. Банка супа не как знак капитализма или издевку над музеем, а как чистый феномен.

Дюшан показывает пустоту как отрицание: «высокое» искусство лишается привилегии, объект оказывается пустым от «благородного» содержания. Уорхол показывает пустоту как таковость: банка супа не притворяется ни чем иным, ни символом, ни критикой, она просто есть. И в этом «просто есть» я нашёл тихую, почти дзэнскую возможность увидеть поверхность как окончательную истину, не требующую ни оправдания, ни комментария.

- Учитель, что такое пустота?
Учитель показал картину Уорхола с банкой супа.
- Но здесь нечего понимать. - сказа ученик.
Учитель улыбнулся и ушёл.