В Риге не так много объектов в стиле ар-деко. Из самых узнаваемых — павильоны Центрального рынка, памятник Свободы, мемориальный комплекс Brāļu kapi и… газетный киоск на бульваре Аспазии.
Sveiki, draugi!
Так получилось, что латышским я всегда занимаюсь где-то в районе оперы (путь от А1 до В2 прохожу бесплатно и очень довольна результатами — рассказать?). Поэтому последние полтора года дважды в неделю я пробегаю мимо киоска на пересечении ул. Кришьяна Барона и бульвара Аспазии, который все это время манил менянадписью «чебуреки» своей удивительной геометрией. Наконец-то прочитала про его историю: между прочим, в следующем году киоск будет отмечать 100-летие!
В начале XX века рижские киоски были не просто местами торговли, а тщательно продуманными элементами городского пространства, сочетающими функциональность и эстетику. Установка первых киосков, или павильонов, были муниципальной инициативой: городу нужно было упорядочить уличную торговлю и повысить ее привлекательность. Поэтому и размещали такие объекты на видных местах — рядом с садами, бульварами, автобусными остановками. И, конечно, интегрировали в окружающую архитектурную среду.
Именно таким был мой неизменный «свидетель латышского», построенный в 1927 году по проекту архитектора Александра Бирзениекса (также он работал, например, над мемориалом Братского кладбища — совместно с Карлисом Зале). Нижний этаж киоска предназначался для продажи газет и табачных изделий, а верхняя застекленная конструкция — для размещения световой рекламы, которую в те годы в основном давали табачные фабрики.
Оригинальный киоск был изготовлен из дерева и выкрашен в зеленый цвет. Строительство обошлось в 4000 латов, и эти средства были предоставлены арендатором здания Марией Виноградовой. В договоре было оговорено, что через шесть лет киоск перейдет в собственность Риги, и город будет иметь право снова объявить тендер на право аренды. Первоначальная годовая арендная плата, которую госпожа Виноградова обязалась платить Риге, составляла 3600 латов.
Это была не единственная работа Бирзениекса в стиле ар-деко для рижской уличной торговли: как минимум еще один киоск располагался на ул. Бривибас (на полукруглой площадке возле ул. Элизабетес, он на последнем фото). Тоже большой, с высокой крышей, где часто красовалась реклама знаменитого торгового дома «Якш и Ко» («J.Jaksch & Co»). В самом киоске продавались местные и зарубежные газеты, сладости, цветы и лотерейные билеты, работал телефон, а под зданием был оборудован обширный погреб для трансформатора.
Предположу, что архитектор получил от города большой заказ на проектирование газетных киосков (прямо как Эктор Гимар в Париже не строительство входов в метро), но сведения об остальных мне найти не удалось.
Киоск на бульваре Аспазии оставался на своем месте на протяжении всех послевоенных лет. В середине 1980-х, когда начался снос старых деревянных зданий в центре Риги, было объявлено, что и он пришел в технически неудовлетворительное состояние и должен быть снесен. В 1996 году по предложению архитектора Яниса Лейниекса киоск был восстановлен, но уже из металлических конструкций, и немного перемещен от улицы. К реставрации, конечно, есть вопросики… и не только по поводу оригинальных материалов, но и форм.
Если верить СМИ, ровно год назад у киоска после нескольких лет запустения наконец-то появился арендатор: и я действительно помню толпящихся у его окошек студентов с кофе и вафлями. Но сейчас киоск снова выглядит каким-то заброшенным — надеюсь, что виной всему просто морозы и с наступлением весны он снова оживет.
#историяриги
Угостить меня кофе☕️
🐔 Walking.Riga
Sveiki, draugi!
Так получилось, что латышским я всегда занимаюсь где-то в районе оперы (путь от А1 до В2 прохожу бесплатно и очень довольна результатами — рассказать?). Поэтому последние полтора года дважды в неделю я пробегаю мимо киоска на пересечении ул. Кришьяна Барона и бульвара Аспазии, который все это время манил меня
В начале XX века рижские киоски были не просто местами торговли, а тщательно продуманными элементами городского пространства, сочетающими функциональность и эстетику. Установка первых киосков, или павильонов, были муниципальной инициативой: городу нужно было упорядочить уличную торговлю и повысить ее привлекательность. Поэтому и размещали такие объекты на видных местах — рядом с садами, бульварами, автобусными остановками. И, конечно, интегрировали в окружающую архитектурную среду.
Именно таким был мой неизменный «свидетель латышского», построенный в 1927 году по проекту архитектора Александра Бирзениекса (также он работал, например, над мемориалом Братского кладбища — совместно с Карлисом Зале). Нижний этаж киоска предназначался для продажи газет и табачных изделий, а верхняя застекленная конструкция — для размещения световой рекламы, которую в те годы в основном давали табачные фабрики.
Оригинальный киоск был изготовлен из дерева и выкрашен в зеленый цвет. Строительство обошлось в 4000 латов, и эти средства были предоставлены арендатором здания Марией Виноградовой. В договоре было оговорено, что через шесть лет киоск перейдет в собственность Риги, и город будет иметь право снова объявить тендер на право аренды. Первоначальная годовая арендная плата, которую госпожа Виноградова обязалась платить Риге, составляла 3600 латов.
Это была не единственная работа Бирзениекса в стиле ар-деко для рижской уличной торговли: как минимум еще один киоск располагался на ул. Бривибас (на полукруглой площадке возле ул. Элизабетес, он на последнем фото). Тоже большой, с высокой крышей, где часто красовалась реклама знаменитого торгового дома «Якш и Ко» («J.Jaksch & Co»). В самом киоске продавались местные и зарубежные газеты, сладости, цветы и лотерейные билеты, работал телефон, а под зданием был оборудован обширный погреб для трансформатора.
Предположу, что архитектор получил от города большой заказ на проектирование газетных киосков (прямо как Эктор Гимар в Париже не строительство входов в метро), но сведения об остальных мне найти не удалось.
Киоск на бульваре Аспазии оставался на своем месте на протяжении всех послевоенных лет. В середине 1980-х, когда начался снос старых деревянных зданий в центре Риги, было объявлено, что и он пришел в технически неудовлетворительное состояние и должен быть снесен. В 1996 году по предложению архитектора Яниса Лейниекса киоск был восстановлен, но уже из металлических конструкций, и немного перемещен от улицы. К реставрации, конечно, есть вопросики… и не только по поводу оригинальных материалов, но и форм.
Если верить СМИ, ровно год назад у киоска после нескольких лет запустения наконец-то появился арендатор: и я действительно помню толпящихся у его окошек студентов с кофе и вафлями. Но сейчас киоск снова выглядит каким-то заброшенным — надеюсь, что виной всему просто морозы и с наступлением весны он снова оживет.
#историяриги
Угостить меня кофе☕️
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤17🤩3👍1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Тепло ли тебе, девица 🥶
Sveiki, draugi!
В Этнографическом музее всю неделю празднуют Метени (Масленицу) — по этому случаю там каждый вечер открыта Тропа света.
Мы не ищем легких путей, поэтому «призывать весну» я решила в самый подходящий для этого день: минус 14, по ощущению минус 18, оранжевое предупреждение.
Выйдя одна одинешенька из автобуса на остановке Brīvdabas muzejs, я осознала, что больше желающих «прогонять тьму, холод, мороз и лед» в этот вечер не будет. И обреченно двинулась во мрак. Хотя организаторы обещали возможность «стать участником циклов природы и почувствовать себя живым», я почему-то сразу представила, как обязательно заблужусь и замерзну, а утром сотрудники музея найдут мой обледенелый труп где-нибудь под елкой.
На входе в музей, однако, стояло человек пять таких жесумасшедших смельчаков: нам сообщили, что нужно немного подождать, потому что из-за мороза случились технические неполадки и световая тропа не работает. Ждали 7 минут, за которые я окончательно перестала чувствовать конечности. После чего черный лес вспыхнул огнями и заговорил.
Если отбросить холод, то сделано все прямо здорово! Маршрут достаточно большой — минут на 30 неспешным шагом, а если зайти в кафе за чаем с пирожками, то и на час. По пути расставлены плазменные панели, на которых парень с девушкой в национальных костюмах рассказывают о традициях Метени. Видеомэппинг очень красивый, на каждом объекте своя история под музыку. Часто звучит волынка и барабаны (посмотрите видео со звуком!), а сквозная тема световых инсталляций — мерцающие огоньки. Наверное, поэтому на маршруте я чувствовала себя немного Меридой, героиней диснеевского «Храбрая сердцем»: представляла, как будто я в Шотландских горах, вокруг оживают древние легенды, а мистические огоньки зовут меня куда-то в чащу. Может, это была реакция замерзшего мозга на холод и тьму, но я прямо физически ощущала эту смену эмоций: как тебя сначала облепляет страх, потом ему на смену приходит любопытство, потом ты замираешь от красоты и так по кругу.
Самое удивительно, что даже в такой холод на тропе работают артисты — фольклорно-танцевальный ансамбль LĪGO. В какой-то момент они спасли меня от окончательного обморожения, сначала закружив в танце, а потом еще и устроив пробежку до воображаемого костра. Настоящий костер на тропе тоже есть, погрела над огнем руки (в варежках телефон не подержишь).
В общем, съездить туда стоит, но не повторяйте моих ошибок: обязательно термос, штаны с начесом… ну, вы поняли.
Тропа света в Этнографическом музее будет работать до 15 февраля, с 18:00 до 22:00 (вход до 21:00), взрослый билет — 15€.
#событияриги
Угостить меня кофе☕️
🐔 Walking.Riga
Sveiki, draugi!
В Этнографическом музее всю неделю празднуют Метени (Масленицу) — по этому случаю там каждый вечер открыта Тропа света.
Мы не ищем легких путей, поэтому «призывать весну» я решила в самый подходящий для этого день: минус 14, по ощущению минус 18, оранжевое предупреждение.
Выйдя одна одинешенька из автобуса на остановке Brīvdabas muzejs, я осознала, что больше желающих «прогонять тьму, холод, мороз и лед» в этот вечер не будет. И обреченно двинулась во мрак. Хотя организаторы обещали возможность «стать участником циклов природы и почувствовать себя живым», я почему-то сразу представила, как обязательно заблужусь и замерзну, а утром сотрудники музея найдут мой обледенелый труп где-нибудь под елкой.
На входе в музей, однако, стояло человек пять таких же
Если отбросить холод, то сделано все прямо здорово! Маршрут достаточно большой — минут на 30 неспешным шагом, а если зайти в кафе за чаем с пирожками, то и на час. По пути расставлены плазменные панели, на которых парень с девушкой в национальных костюмах рассказывают о традициях Метени. Видеомэппинг очень красивый, на каждом объекте своя история под музыку. Часто звучит волынка и барабаны (посмотрите видео со звуком!), а сквозная тема световых инсталляций — мерцающие огоньки. Наверное, поэтому на маршруте я чувствовала себя немного Меридой, героиней диснеевского «Храбрая сердцем»: представляла, как будто я в Шотландских горах, вокруг оживают древние легенды, а мистические огоньки зовут меня куда-то в чащу. Может, это была реакция замерзшего мозга на холод и тьму, но я прямо физически ощущала эту смену эмоций: как тебя сначала облепляет страх, потом ему на смену приходит любопытство, потом ты замираешь от красоты и так по кругу.
Самое удивительно, что даже в такой холод на тропе работают артисты — фольклорно-танцевальный ансамбль LĪGO. В какой-то момент они спасли меня от окончательного обморожения, сначала закружив в танце, а потом еще и устроив пробежку до воображаемого костра. Настоящий костер на тропе тоже есть, погрела над огнем руки (в варежках телефон не подержишь).
В общем, съездить туда стоит, но не повторяйте моих ошибок: обязательно термос, штаны с начесом… ну, вы поняли.
Тропа света в Этнографическом музее будет работать до 15 февраля, с 18:00 до 22:00 (вход до 21:00), взрослый билет — 15€.
#событияриги
Угостить меня кофе☕️
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤10☃8😍1
Es mācos latviešu valodu 🇱🇻
Sveiki, draugi!
Обещанный пост про бесплатный латышский!
За два года я сменила три школы и начну с банального вывода: не бывает хороших курсов, бывают хорошие учителя. Мне везло.
Латышский с нуля до А1 я учила в Inovāciju atbalsta centrs (InAC), а моим первым педагогом стала Диана Резина. Думаю, это был лучший из возможных стартов, потому что Диана дает главное — крепкую базу, объясняя ее детально и терпеливо, со схемами на доске и отработкой не только по учебнику. На занятиях мы говорили по-русски и для меня возможность осваивать грамматику на родном языке была большим плюсом.
Помещение InAC — самое «цивильное» из всех, где мне довелось учиться. Соседняя дверь от книжного магазина Valters un Rapa, идеальный ремонт, новая мебель, плазмы, флипчарты, на кухне — кофемашина с зернами и вкусные печеньки.
Учебники, рабочие тетради и кучу дополнительных материалов, конечно, выдают, экзамен тоже оплачивают. Я сдала на 96%.
Видела в Facebook, что InAC набирал группы А1 и А2 месяц назад, так что новый поток теперь начнется, наверное, в августе.
Формально у них можно заниматься только один раз, поэтому на курс А2 я, как честная, пошла в другую школу, но потом выяснилось, что из любого правила есть исключения и многие однокурсники продолжили учебу в InAC (с другим преподавателем, которым были недовольны).
На А2 я училась в Izglītības attīstības centrs (IAC), у педагога Инары Дунска. Группа была интернациональная (Азербайджан, Индия, Беларусь, Россия, Филиппины), поэтому рабочим языком был английский. И я снова считаю, что мне ужасно повезло с учителем! Инара — про говорение. Ну, какой там лексический запас сразу после А1? Но с первого занятия мы всегда много времени уделяли разговорной речи: подробно рассказывали, как прошел день, выходные, что делали на работе, как отдыхали, задавали друг другу вопросы, старались запоминать сказанное и пересказывать истории других учеников. Смотрели видео, чтобы тренировать восприятие речи на слух: от какой-то детской передачи про профессии до смешного сериала Palīgā!
IAC выделяет на курс немыслимое количество часов: помимо стандартных занятий два раза в неделю примерно через месяц после начала учебы там добавляются часовые консультации — сначала один раз в неделю, а ближе к концу учебы два. Посещение по желанию, я ходила почти всегда: отрабатывали грамматику, смотрели классику латышского кино (типа «Лимузин цвета яновой ночи») и целенаправленно готовились к экзамену. Домашки не просто много, а очень много.
Материальная база у IAC, конечно, послабее: они арендуют довольно убитый кабинет на бульваре Аспазии, 32, но качество ремонта — это, согласитесь, не главное. Печеньки, чай, фильтр-кофе есть, проектор работает, учебники и рабочие тетради выдают, экзамен оплачивают. Я сдала на 90%.
После окончания курса А2 была возможность сразу приступить к В1, но мне было неудобно время занятий, поэтому я подождала пару месяцев и «запрыгнула» на следующий уровень уже с новой школой — Latviešu valodas aģentūra (LVA). Именно они — авторы учебников Laipa и всех материалов к нему, то есть, по сути, разработчики гос. программы латышского языка.
Вы удивитесь (я и сама удивилась), но моим учителем снова стала Инара Дунска, а занимаемся мы ровно в том же кабинете, что и на курсах IAC. Уроки проходят уже полностью на латышском. Курс закончится через неделю, после чего мы сразу начнем В2 и, скажу честно, — мне сейчас нелегко. Объем лексики нужен уже гигантский, грамматика сложная, и когда ее объясняют только на латышском, далеко не всегда удается разложить все по полочкам. Особенно, когда и по-русски не вполне понимаешь, что такое «страдательное причастие». Инара посоветовала купить советский самоучитель Б.Х. Векслера и В.А. Юрика — хочу сделать это в ближайшее время.
В общем, чем дальше, тем страшнее, но я не сдаюсь и надеюсь получить когда-нибудь сертификат С1.
Добавлю, что с обновлением сайтов школы не заморачиваются, поэтому, чтобы получить информацию о доступных курсах, — звоните им!
На фото я с Дианой, получаю сертификат об окончании курса А1.
🐔 Walking.Riga
Sveiki, draugi!
Обещанный пост про бесплатный латышский!
За два года я сменила три школы и начну с банального вывода: не бывает хороших курсов, бывают хорошие учителя. Мне везло.
Латышский с нуля до А1 я учила в Inovāciju atbalsta centrs (InAC), а моим первым педагогом стала Диана Резина. Думаю, это был лучший из возможных стартов, потому что Диана дает главное — крепкую базу, объясняя ее детально и терпеливо, со схемами на доске и отработкой не только по учебнику. На занятиях мы говорили по-русски и для меня возможность осваивать грамматику на родном языке была большим плюсом.
Помещение InAC — самое «цивильное» из всех, где мне довелось учиться. Соседняя дверь от книжного магазина Valters un Rapa, идеальный ремонт, новая мебель, плазмы, флипчарты, на кухне — кофемашина с зернами и вкусные печеньки.
Учебники, рабочие тетради и кучу дополнительных материалов, конечно, выдают, экзамен тоже оплачивают. Я сдала на 96%.
Видела в Facebook, что InAC набирал группы А1 и А2 месяц назад, так что новый поток теперь начнется, наверное, в августе.
Формально у них можно заниматься только один раз, поэтому на курс А2 я, как честная, пошла в другую школу, но потом выяснилось, что из любого правила есть исключения и многие однокурсники продолжили учебу в InAC (с другим преподавателем, которым были недовольны).
На А2 я училась в Izglītības attīstības centrs (IAC), у педагога Инары Дунска. Группа была интернациональная (Азербайджан, Индия, Беларусь, Россия, Филиппины), поэтому рабочим языком был английский. И я снова считаю, что мне ужасно повезло с учителем! Инара — про говорение. Ну, какой там лексический запас сразу после А1? Но с первого занятия мы всегда много времени уделяли разговорной речи: подробно рассказывали, как прошел день, выходные, что делали на работе, как отдыхали, задавали друг другу вопросы, старались запоминать сказанное и пересказывать истории других учеников. Смотрели видео, чтобы тренировать восприятие речи на слух: от какой-то детской передачи про профессии до смешного сериала Palīgā!
IAC выделяет на курс немыслимое количество часов: помимо стандартных занятий два раза в неделю примерно через месяц после начала учебы там добавляются часовые консультации — сначала один раз в неделю, а ближе к концу учебы два. Посещение по желанию, я ходила почти всегда: отрабатывали грамматику, смотрели классику латышского кино (типа «Лимузин цвета яновой ночи») и целенаправленно готовились к экзамену. Домашки не просто много, а очень много.
Материальная база у IAC, конечно, послабее: они арендуют довольно убитый кабинет на бульваре Аспазии, 32, но качество ремонта — это, согласитесь, не главное. Печеньки, чай, фильтр-кофе есть, проектор работает, учебники и рабочие тетради выдают, экзамен оплачивают. Я сдала на 90%.
После окончания курса А2 была возможность сразу приступить к В1, но мне было неудобно время занятий, поэтому я подождала пару месяцев и «запрыгнула» на следующий уровень уже с новой школой — Latviešu valodas aģentūra (LVA). Именно они — авторы учебников Laipa и всех материалов к нему, то есть, по сути, разработчики гос. программы латышского языка.
Вы удивитесь (я и сама удивилась), но моим учителем снова стала Инара Дунска, а занимаемся мы ровно в том же кабинете, что и на курсах IAC. Уроки проходят уже полностью на латышском. Курс закончится через неделю, после чего мы сразу начнем В2 и, скажу честно, — мне сейчас нелегко. Объем лексики нужен уже гигантский, грамматика сложная, и когда ее объясняют только на латышском, далеко не всегда удается разложить все по полочкам. Особенно, когда и по-русски не вполне понимаешь, что такое «страдательное причастие». Инара посоветовала купить советский самоучитель Б.Х. Векслера и В.А. Юрика — хочу сделать это в ближайшее время.
В общем, чем дальше, тем страшнее, но я не сдаюсь и надеюсь получить когда-нибудь сертификат С1.
Добавлю, что с обновлением сайтов школы не заморачиваются, поэтому, чтобы получить информацию о доступных курсах, — звоните им!
На фото я с Дианой, получаю сертификат об окончании курса А1.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥22❤15
Sveiki, draugi!
Наверное, многие из вас обращали внимание на год, указанный на часах — «anno 1870». Не кажется ли вам странной эта дата? Ведь в это время в Риге еще не было не только шоколадной фабрики Laima, но и самих часов! Они появились здесь только в 1904-м!
К тому времени в городе уже три года гремел по рельсам трамвай, а на месте сегодняшнего кафе «Колоннада» находилась остановка, она же киоск по продаже газет и прочей мелочевки, построенная в стиле швейцарского шале (фото 1). Ее украшением были часы от известной рижской мастерской «Якш и Ко».
Шло время, швейцарский стиль вышел из моды, и остановку вместе с часами «сослали» в Гризинькалнс, построив на ее месте новый киоск с колоннами в стиле неоклассицизма. Там было все от продажи лотерейных билетов до кафе, а вот часам места не нашлось. «Непорядок!» — сказал депутат А. Вецкалнс от лица социал-демократов (которые как раз боролись за электорат перед предстоящими выборами).
Логика вас удивит: в ожидании трамвая рабочий должен знать точное время, чтобы… не приезжать на работу раньше начала смены! Мол, не отдадим этим проклятым фабрикантам-эксплуататорам ни одной неоплачиваемой минуты своей жизни!
Идею поддержали, и в 1924 году на остановке появились часы на длинной железной конструкции.
При чем тут шоколад? 🍫Дело в том, что во время вышеописанных событий в доме, где сейчас находится «Макдональдс», открылся магазин знаменитой на весь город шоколадной фабрики Теодора Ригерта, основанной… в 1870 году (вот она, та самая дата!) Неказистый железный столб «часов Вецкална» оказался идеальным местом для размещения рекламы сладостей.
Надо сказать, что к 30-м годам Рига была настоящим «шоколадным раем»: помимо фабрики «Th. Riegert» тут уже работали фабрика Гегингера (L.V. Goegginger), кондитерский цех Staburadze Вильгельма Кюзе, а в 1921 году появилось еще одно шоколадное производство, позже получившее название Laima. Оно росло, расширялось и к 1930-му насчитывало уже 500 работников!
Но тут к власти приходит Карлис Улманис с типичной для авторитарного лидера идеей «а хорошо бы собрать все производство в государственных руках». В 1936 году правительство Латвии выкупает несколько крупнейших шоколадных фабрик, объединяя их под общим названием Laima.
Меняется и реклама на часах: неказистый железный столб стилизуют в модном тогда стиле ар-деко, а к написанному вертикально бренду добавляют названия производимой продукции: шоколад, карамель, конфеты, зефир, леденцы. А еще реклама теперь подсвечивается изнутри! В таком виде, получив в народе название «лаймовских», часы пережили Вторую мировую войну и сохранились вплоть до середины 1960-х.
На фоне советского дефицита стало как-то не до рекламы, и надпись на часах меняют на слово «МИР», красовавшееся на всех сторонах столба на русском, латышском, немецком и английском языках.
Частично исторический облик часов 1936 года восстановили в середине 90-х, а полная реконструкция была сделана в 1999-м, в преддверии 800-летнего юбилея Риги. Тогда в часах заменили всю проводку, поставили новый механизм из Швейцарии, который дважды в день сверяет время по спутнику. А еще каждый час из них звучат любимые мелодии Раймонда Паулса!🎶
Пусть часы Laima и дальше несут счастье всем, кто назначает здесь встречи!
#историяриги
Угостить меня кофе
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤22🤩3👍2
Друзья, если вы еще не были на выставке «Убежище единорога» в Музее декоративно-прикладного искусства и дизайна (ул. Скарню, 10), поспешите! Завтра она работает последний день, а гобелены Георга Барканса точно стоят того, чтобы увидеть их своими глазами!
Выставка необычно организована: все работы развешаны «лицом» ко входу и создают иллюзию огромного многослойного занавеса: как будто ты переступаешь порог не музея, а театра. Да и сюжеты с принцессами, единорогами, средневековой рижской ярмаркой и апостолами, «тайная вечеря» которых замаскирована под застолье в Янов день, многочисленные отсылки к этнографии, мифологии, усиливают это ощущение сказочного, вымышленного пространства.
В 60-е годы XX века в Латвии — это время небывалого всплеска интереса к текстилю. Во многом это связано с тем, что, в отличие от живописи, архитектуры и скульптуры эта сфера искусства оставалась за пределами идеологического влияния: художники могли себе позволить «вольности».
Такими и были гобелены Барканса — образными, экспериментальными, яркими, часто созданными под влиянием проторенессанса и кубизма.
Наш сегодняшний экскурсовод и куратор выставки, Вилнис Вейш, учился у Барканса в юности и вспоминает, что студенты в шутку называли его панком — за волосы, вечно окрашенные то в зеленый, то в розовый цвет (привычка трогать руками седые волосы во время работы).
Интересно, что Барканс начинал как архитектор-модернист, активно участвовал в конкурсах, в частности, разрабатывал план застройки Юглы (проект занял второе место и не был реализован), а затем использовал архитектурные приемы в текстиле.
Как в творчестве Барканса возникает образ единорога? По словам Вилниса Вейша, единорог для текстиля — как Мона Лиза для живописи. В Средние века и в эпоху Возрождения его описывали как дикое лесное существо, символ чистоты и изящества, а его рогу приписывали магические свойства: делать отравленную воду пригодной для питья и избавлять от болезней. Люди верили, что поймать единорога могла только девственница.
Во время посещения Французского национального музея Средневековья в Клюни (Musée de Cluny) Георга Барканса вдохновила созданная в Нидерландах коллекция гобеленов XIV–XV веков с изображением единорогов, и затем он переосмыслил этот образ в своем творчестве.
Вилнис Вейш рассказал, что обычно художники по текстилю сначала рисуют будущий гобелен в формате 1 к 1, и только после этого приступают к ткачеству. У Барканса таких эскизов не нашли — и, вероятно, их и не было. Только представьте: он держал в голове композиции своих огромных работ!
Само здание Музея тоже стоит того, чтобы там побывать — это же бывшая церковь Св. Георгия, которая в XIII веке была частью первого замка ордена Меченосцев! В интерьере сохранилась ее алтарная часть, где хорошо видна древняя кладка стен, а также мощные дубовые межэтажные перекрытия.
А со стороны улицы, на боковой стене музея, находится барельеф всемирно известному фотографу Филиппу Халсману, который родился в Риге — я писала про него здесь. Так что после экскурсии можно сделать на его фоне фото в прыжке, присоединившись к проекту Jumpology.
#событияриги
Угостить меня кофе☕️
🐔 Walking.Riga
Выставка необычно организована: все работы развешаны «лицом» ко входу и создают иллюзию огромного многослойного занавеса: как будто ты переступаешь порог не музея, а театра. Да и сюжеты с принцессами, единорогами, средневековой рижской ярмаркой и апостолами, «тайная вечеря» которых замаскирована под застолье в Янов день, многочисленные отсылки к этнографии, мифологии, усиливают это ощущение сказочного, вымышленного пространства.
В 60-е годы XX века в Латвии — это время небывалого всплеска интереса к текстилю. Во многом это связано с тем, что, в отличие от живописи, архитектуры и скульптуры эта сфера искусства оставалась за пределами идеологического влияния: художники могли себе позволить «вольности».
Такими и были гобелены Барканса — образными, экспериментальными, яркими, часто созданными под влиянием проторенессанса и кубизма.
Наш сегодняшний экскурсовод и куратор выставки, Вилнис Вейш, учился у Барканса в юности и вспоминает, что студенты в шутку называли его панком — за волосы, вечно окрашенные то в зеленый, то в розовый цвет (привычка трогать руками седые волосы во время работы).
Интересно, что Барканс начинал как архитектор-модернист, активно участвовал в конкурсах, в частности, разрабатывал план застройки Юглы (проект занял второе место и не был реализован), а затем использовал архитектурные приемы в текстиле.
Как в творчестве Барканса возникает образ единорога? По словам Вилниса Вейша, единорог для текстиля — как Мона Лиза для живописи. В Средние века и в эпоху Возрождения его описывали как дикое лесное существо, символ чистоты и изящества, а его рогу приписывали магические свойства: делать отравленную воду пригодной для питья и избавлять от болезней. Люди верили, что поймать единорога могла только девственница.
Во время посещения Французского национального музея Средневековья в Клюни (Musée de Cluny) Георга Барканса вдохновила созданная в Нидерландах коллекция гобеленов XIV–XV веков с изображением единорогов, и затем он переосмыслил этот образ в своем творчестве.
Вилнис Вейш рассказал, что обычно художники по текстилю сначала рисуют будущий гобелен в формате 1 к 1, и только после этого приступают к ткачеству. У Барканса таких эскизов не нашли — и, вероятно, их и не было. Только представьте: он держал в голове композиции своих огромных работ!
Само здание Музея тоже стоит того, чтобы там побывать — это же бывшая церковь Св. Георгия, которая в XIII веке была частью первого замка ордена Меченосцев! В интерьере сохранилась ее алтарная часть, где хорошо видна древняя кладка стен, а также мощные дубовые межэтажные перекрытия.
А со стороны улицы, на боковой стене музея, находится барельеф всемирно известному фотографу Филиппу Халсману, который родился в Риге — я писала про него здесь. Так что после экскурсии можно сделать на его фоне фото в прыжке, присоединившись к проекту Jumpology.
#событияриги
Угостить меня кофе
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥11😍5