Неожиданные жители рижских двориков: слон и морж

Sveiki, draugi!

О любви рижан к экзотическим животным я уже рассказывала на примере удивительных приключений «портала верблюда», в XVII столетии украшавшего дом №5 по улице Вецпилсетас и уже в наши дни нашедшего приют в холле отеля Forum. Но и в XXI веке, когда давно ушли в прошлое и порталы, и амбары, в рижских парках и двориках все еще можно встретить совсем нездешних обитателей — например, грустного слоника и огромного моржа.

Обе скульптуры в 30-е годы «поселились» во дворах т.н. «блочных домов» («blokēkas»), построенных на средства Рижского самоуправления в рамках реализации программы строительства недорогого жилья в условиях послевоенного кризиса. О заказчике зданий сегодня нам напоминают гербы Риги, расположенные над воротами и арками домов. Кстати, там было запрещено селиться семьям без детей.

Первый дом по адресу Аусекля, 3, возведен по проекту Павилса Дрейманиса (того самого, кто придумал строить павильоны Центрального рынка из бывших ангаров для дирижаблей), автором второго, на Яня Асара, 15, стал архитектор Освальд Тилманис.

И там, и там — модный в те годы функционализм, который как будто бы не нуждается в скульптурном оформлении. Но городские власти все-таки решают не только украсить фасады: там и знаменитый «Ночной сторож», и музыканты, и фигурки детей с птицами в руках на круглых медальонах над проемами арок, и терракотовые рельефы животных и птиц в навершии колонн, — но и устроить в центре гигантских дворов т.н. «бродильные бассейны», в которых в жаркую погоду могли бы поплескаться дети. Украшением этих бассейнов как раз и стали фонтанчики в виде скульптур «Слоник» и «Морж» (Ūdenszirgs) работы Рихарда Маурса.

Ученик знаменитого Августа Фольца, Маурс был первым скульптором в Латвии, кто применил бетон в декоративной скульптуре. К сожалению, этот непрочный и требующий частой реставрации материал сыграл злую шутку с фигурами трогательного слоника и монументального моржа (выполнен в натуральную величину!) — они просто рассыпались со временем.

Слоника отреставрировали в 2003-м, но из мастерской он почему-то отправился не в привычный дворик, а на окраину улицы Гауяс. Моржу повезло больше, в 2019 году жители дома на Яня Асара отреставрировали его на собственные средства и оставили по месту прежней прописки — так что во время прогулки по Гризинькалнсу обязательно загляните в этот двор, чтобы полюбоваться на чудо-зверя.

Фото моржа: Jānis Škapars/TVNET
На одном из ч/б фото Рихард Маурс за работой

#историяриги

Угостить меня кофе ☕️

🐔Walking.Riga

Центральный рынок утопает в мимозе, гиацинтах, нарциссах и тюльпанах! 🌿🤩

Раньше терпеть не могла мимозу, а теперь думаю, что это и есть весна — яркая, воздушная, солнечная, хрупкая.

Приехала как хозяйственная женщина за рыбой, уехала с желтым облаком — немного весны в рутине будней🌟

🐔Walking.Riga

Некоронованная королева Латвии 👑

Sveiki, draugi!

Сегодня 8 марта, и это отличный повод поговорить о выдающихся женщинах. Выбирать героиню долго не пришлось: как раз сейчас я организую две экскурсии в Дом Беньяминов и мне самой ужасно хотелось узнать побольше о латвийской «королеве прессы», Эмилии Беньямин.

Эмилия выросла среди газет: чтобы прокормить троих дочерей после смерти мужа-железнодорожника, ее мать, прачка Эде, подрабатывала доставкой прессы. С миром медиа была связана и первая работа самой Эмилии: в 17 лет она устроилась рекламным агентом в газету Rigaer Tagesblatt.

Часто бывая в Опере, будущая королева прессы влюбляется в певца Эрнеста Элкс-Элкснитиса, которого называли «латвийским Шаляпиным». В 25 лет Эмилия выходит замуж, но семейная жизнь не складывается: супруг выпивал и занимался рукоприкладством. Через два года пара развелась.

В это же время Эмилия знакомится с тогда еще состоявшим в браке Антоном Беньямином. Он тоже вырос в бедной семье, преподавал в сельских школах, писал пьесы и статьи для рижских газет, отвечал за хозяйственную деятельность только что созданного Jaunais Rīgas latviešu teātris, а еще — постоянно пускался в бизнес-авантюры, мечтая разбогатеть.

С 1911 Антон и Эмилия стали жить вместе и через десять лет поженились, объединив свои знания и навыки для запуска Jaunākās Ziņas — крупнейшей газеты в истории латвийской прессы.

Стоимостью в копейку, она выходила каждое утро в четырехстраничном формате таблоида (со временем количество страниц увеличилось до 24 в будние дни и 50 по субботам), став первой латвийской газетой для рабочих и бедняков. По тиражу Jaunākās Ziņas быстро превзошла старые, литературные газеты, отличавшиеся длинными, созерцательными, дидактическими статьями: в последние два года печатались уже рекордные 250 тыс. экземпляров!

В 1924 к печатной продукции Беньяминов присоединился журнал Atpūta, где публиковались романы и новости со всего мира, — и все это с яркими цветными иллюстрациями.

Благодаря Беньяминам началась новая жизнь пустовавшего к тому времени особняка Пфаба, где супруги открыли самый влиятельный салон в Риге. Его роскошные двери открывались только для избранных: дипломатов, министров, депутатов и знаменитостей. Все понимали: мало получить аккредитацию в президентском дворце, точно такую же нужно получить у Беньяминов, чтобы заручиться поддержкой прессы.

Про богатство Беньяминов ходили легенды: ванная комната с фарфоровой ванной на серебряных гнутых ножках, отделанная от пола до потолка белым мрамором с розовыми прожилками, заграничные поездки, изысканные курорты, пластические операции для госпожи Эмилии в лучших зарубежных клиниках, парижские наряды.

При этом медиамагнаты вкладывали деньги в благотворительные общества, общественные организации и спортивные клубы, опекали художников, купили два военных самолета для латвийской армии.

Все кончилось в одночасье. В 1939 умер Антон, а еще через год оккупационные советские власти национализировали и медиаимперию, и дом Беньяминов.

Газета Jaunākās Ziņas последний раз вышла 9 августа 1940: редакция решительно выступила за преимущества парламентских систем с критикой тоталитаризма и коммунизма.

Чтобы обеспечить Эмилии дипломатическую защиту, посол Швеции предложил жениться на ней, но она отказалась. Младшая сестра Айхер через контакты её мужа с Риббентропом пыталась организовать Эмилии немецкое гражданство, но Гиммлер счел ее врагом Рейха. Бывший сотрудник Jaunākās Ziņas, Вилис Лацис, став министром внутренних дел в новом советском правительстве, не только не помог Эмилии, но лично подписал документ о ее депортации как «неблагонадежной».

17 июня 1941 Эмилия Беньямин была депортирована в Усольлаг, где вскоре умерла от голода и дизентерии. Ее вынужденная соседка по каторжному вагону, Аусма Рукa, вспоминала, что в теплушку 60-летняя Эмилия гордо вошла в длинном черном бальном платье, с элегантной сумочкой и в роскошных туфлях на шпильках — как настоящая королева.

На первой картинке — портрет Эмилии Беньямин кисти К. Миесниекса

С праздником всех причастных! 🌼

#людириги

Угостить меня кофе☕️

🐔Walking.Riga