« Вот в вот »
Куда бы я не шел
сердце свободно
песни поют океанские волны
И штормы небесных светил
Налитыми, спелыми гроздями
падают из-за всех своих сил
Навстречу протянутым горстям
Куда бы я не шел
сердце свободно
песни поют океанские волны
И штормы небесных светил
Налитыми, спелыми гроздями
падают из-за всех своих сил
Навстречу протянутым горстям
Когда за работу перестанут платить, найдутся ли те, кто перестанет работать?
Очевидно, работа, в первую очередь необходима работающим, и лишь вторым тактом, тем, кто оказывает работнику услугу и предоставляет ему место ночлега.
В каком смысле необходима?
В чем заключается услуга, того, кого втайне ненавидят, и причём тут ночлег?
Суть работы покоится в нежелании иметь дело, с чём-то таким, от чего посредством работы отгораживаются.
Походим вокруг, да около, лишь за тем, чтобы высветить ограду, появившуюся, в качестве защиты от того, кто оставил после себя пустоту, зловещую, лишь постольку, поскольку никто не знает, как в ее отношении сориентироваться.
Образовавшийся разрыв пытаются залатать, тем самым его усугубляя. Они по прежнему думают, что Он может явится в любой момент, и молятся о том, чтобы этого никогда не произошло, не отдавая себе отчёт, что живут в Его недрах.
В приют воображаемого, приходят те, кто готов платить за сон автоматизированным повторением, и предпочитает укрываться тёплым одеялом, лёжа в горячей ванне…
Можно ли ненавидеть, то есть уважать, того, кто пользуется чей-то несамостоятельностью, лишь обслуживая нужды последнего?
Должны ли мы впредь возносит дары тому, кто в своём великодушии избавляет нас от труда аутентичного бытия?
Очевидно, работа, в первую очередь необходима работающим, и лишь вторым тактом, тем, кто оказывает работнику услугу и предоставляет ему место ночлега.
В каком смысле необходима?
В чем заключается услуга, того, кого втайне ненавидят, и причём тут ночлег?
Суть работы покоится в нежелании иметь дело, с чём-то таким, от чего посредством работы отгораживаются.
Походим вокруг, да около, лишь за тем, чтобы высветить ограду, появившуюся, в качестве защиты от того, кто оставил после себя пустоту, зловещую, лишь постольку, поскольку никто не знает, как в ее отношении сориентироваться.
Образовавшийся разрыв пытаются залатать, тем самым его усугубляя. Они по прежнему думают, что Он может явится в любой момент, и молятся о том, чтобы этого никогда не произошло, не отдавая себе отчёт, что живут в Его недрах.
В приют воображаемого, приходят те, кто готов платить за сон автоматизированным повторением, и предпочитает укрываться тёплым одеялом, лёжа в горячей ванне…
Можно ли ненавидеть, то есть уважать, того, кто пользуется чей-то несамостоятельностью, лишь обслуживая нужды последнего?
Должны ли мы впредь возносит дары тому, кто в своём великодушии избавляет нас от труда аутентичного бытия?
🤔1
«Опыт говорящего»
Из тишины молчания
Произрастает взгляд
И расцветает время
Так в основание шаг
Поставил веру
Что Смерть верна
И избывает бремя
Из тишины молчания
Произрастает взгляд
И расцветает время
Так в основание шаг
Поставил веру
Что Смерть верна
И избывает бремя