Когда отбирала материал к статье, наткнулась в журнале Der Spiegel на заметку про Олега Соколова. В 1988 году он ещё студент истфака, но вокруг него уже толпы поклонников, которые называют его «сир». Ни намёка на кровавое будущее, что понятно.

Честно, я прям вскричала, когда увидела. Не думала, что Соколов был известен за пределами России до выхода своих трудов по наполеонистике.

Но вообще, как можно заметить, ему тут уже за 30. Вы спросите, а чего он ещё студент, а я отвечу — это второе образование. По первому он физик, причём какой-то мудрёный. Вы спросите, откуда я знаю, а я скажу — три года на одной кафедре.

Извините, что не совсем про Германию.

Последнее время рассеянно слежу за немецкой политикой, поэтому только сейчас прочитала про огненный скандал в Тюрингии. Если вы такой же скорый, смелый, умелый, как и я, то слушайте новость прошлой недели.

Региональным премьером 5 февраля там стал Томас Кеммерих, кандидат от либералов. Но в должности пробыл всего один день. Почему? Просто за него вместе проголосовали христианские демократы (ХДС) и правые популисты «Альтернатива для Германии» (АдГ). И он победил. С перевесом в один голос.

И тут началось — сначала ХДС обвинили в сговоре с альтернативой, затем Кеммериха обвинили в пожатии руки местного лидера АдГ, потом все начали разбегаться по отставкам, по всей Германии прошли митинги против фашизма, а в твиттере — конечно же — вспомнили, что в 1930-х Гитлер выиграл свои первые выборы именно в Тюрингии. Меркель же почмокала губами и в очередной раз сказала, что сотрудничество с АдГ не допустимо для ее партии.

Пошел черт по бочкам и всем по головам надавал. Теперь вот глава ХДС собирается в отставку и отказывается от будущих притязаний на пост канцлера. А ведь все ждали, что она станет преемницей Меркель и на переговорах США и Германии встретятся Пупсень и Вупсень, ой, то есть — Крамп и Трамп. Но не свезло.

Теперь Тюрингию ждут новые выборы. Надеюсь, в этот раз никто не проявит свою свободную волю и мнение его не совпадет с тем, кто неугоден. А то не хорошо! Я вот, например, как и Гитлер отрицательно отношусь к курению. Теперь переживаю, что кто-то об этом узнает и всё, закрыты мне дороги в мир большой политики.

И виноват опять кто?

Пока искала для предыдущего поста, чем я похожа на Гитлера, выяснила, что он не просто не любил курящих, а запрещал курить всем вокруг себя.

Один раз он отправился отдыхать, а компания, с которой он тусил до этого, осталась. Естественно, как только кот шагнул за порог, мышата начали курить и играть в карты.

Когда Гитлер неожиданно вернулся, сестра Евы Браун так испугалась, что бросила горящую сигарету в пепельницу и села на неё. Гитлер это заметил и решил пошутить — подошёл и попросил подробно объяснить правила игры.

Утром Ева невзначай поинтересовалась у сестры, как поживает ее задница.

Извините за два поста про Гитлера подряд, но не могу не поделиться ещё одним новым знанием — есть жук, названый в честь усатого. И он тоже усатый. Его зовут Anophthalmus hitleri, что переводится как «безглазый жук Гитлера».

Жук особо ничем не примечателен — обитает в Словении, питается другими жуками. Но находится на грани исчезновения и охраняется государством из-за того, что весьма популярен у правых экстремистов и неонацистов. Все хотят Гитлера в свою коллекцию, перевели всех жуков.

Вопрос о переименовании, конечно, поднимали, но решили, что ВЕСКИХ ОСНОВАНИЙ НЕТ. В конце концов есть, например, жуки с именами Pterostichus mujahedeeni (Птеростихус маджахедини) и Pterostichus talibani (Птеростихус талибани).

А еще есть бабочки Neopalpa donaldtrumpi и паразитический плоский червь Baracktrema obamai. Такой вот зоопарк.

Только что выпустила в нашем коллабе с Deutsche Welle тест и агитирую его пройти. Я, конечно, не профессиональный лингвист, и вообще не лингвист, но в последние дни знатно угорела по этой теме. Теперь много знаю про слово «васисдас», например. А еще там кот со шлангом на обложке.

Короче, идите и проверьте, насколько вы прошарены в околонемецком языке: https://clc.to/brudershaft.

В 1978-м в СССР произошла реально удивительная история. В год, когда по статье «за мужеложство» за решёткой оказались около 1300 человек, ЦК КПСС пригласил в Москву гей-активистов из Западной Германии.

Произошло это непонятно как — традиционная для СССР история. Во время визита в ФРГ секретарь ЦК товарищ Капитонов познакомился с «молодыми коммунистами, горячо поддерживавшими Советский Союз» и пригласил их в СССР. Но после их приезда оказалось, что ребята горячо поддерживают другие виды союзов и представляют Гомосексуальное движение Западного Берлина (HAW).

Когда об этом узнали ответственные принимающие, отменять ничего уже было нельзя, а сообщать вышестоящим о проблеме — тем более. И стали пытаться выйти из ситуации с наименьшими потерями.

Три дня активистов возили на лимузине, водили по ресторанам и музеям, рассказывали про советскую молодёжь, освоение целины и прочие чудеса социалистического мира. На вопросы о геях отвечали расплывчато — что все в СССР живут вместе и гей-клубов в стране нет. Немцы восхищенно кивали и говорили: «ничего себе, тут все интегрированы».

Но всё тайное становится явным — в последний день немцы приперли к стене сопровождавшую делегацию переводчицу и убедительно попросили показать им советских геев. Ей пришлось признаться, что за гомосексуализм в СССР сажают, а знакомятся геи не в клубах, а в общественных туалетах.

Тогда немцы убедили отвести их туда и в итоге добились своего — пообщались с советскими геями. Переводчица с трудом их оттуда вытащила до приезда милиции. А товарищ Капитонов так ничего и не узнал.

Но, возможно, он знал гораздо больше.

Простите, но...

АНТИПРИВИВОЧНИКИ БЫЛИ ПРАВЫ!

Пока один канцлер ждёт результаты тестов на коронавирус, порассказываю вам про другого и с приставкой «экс». Про Вилли Брандта.

Вилли Брандт — личность примечательная. Внебрачный ребёнок, не знающий своего отца, юный социалист, переплывший на рыбацкой шхуне Балтийское море с томиком Маркса и парой рубашек, член антифашистского сопротивления, нобелевский лауреат и канцлер, отправленный в отставку из-за того, что его личный референт оказался восточногерманским разведчиком.

Настоящее имя Вилли Брандта — Герберт Фрам. Он отлично рассказывал анекдоты, а когда заболел раком и сильно ослабел, всё равно остался несгибаемым. Так Брандт встал поприветствовать пришедшего его навестить канцлера Гельмута Коля. Когда Коль возмутился тем, что Брандт не лежит, тот только ответил: «Я не могу лежать в присутствии моего канцлера».

У Вилли Брандта даже попугай был примечательной личностью. Его звали Рокко, и он умел высвистывать «Интернационал». Говорят, на одном из застолий Рокко исполнил свой коронный номер, и кто-то в шутку предложил: «Не принять ли его в нашу партию?».

А Брандт ответил, но вполне серьезно: «Ни в коем случае. У нас в партии и так много тех, кто повторяет за мной слово в слово».

Наверняка, все согласно закивали.

Проницательный англичанин Джеффри Кокс оказался в Берлине во время выборов в Рейхстаг 1932 года — тогда нацисты получили 220 мандатов и стали самой большой партией в парламенте. Вот, что он писал своей матери:

«Я думаю, в ближайшие шесть месяцев Германия либо станет коммунистической, либо начнёт войну с Польшей. Самая большая опасность, на мой взгляд, состоит в том, что партия диктатора развяжет войну и начнёт бороться с коммунистами, как только будет приведена в порядок немецкая армия. Всё это очень грустно, потому что немцы такие прекрасные люди».

Можно сказать, что он всё и предсказал, и не предсказал. Война с Польшей? Да, но не через шесть месяцев. Германия станет коммунистической? Могла, но нацисты сильнее. Партия диктатора развяжет войну с коммунистами? Да, но с советскими. Сразу после того, как немецкая армия будет приведена в порядок? Ага, ага.

И самое главное — немцы такие прекрасные люди? Да, немцы такие прекрасные люди.

Получила сейчас тревожные вести. Оказывается, нам может грозить эпидемия бубонной чумы.

В 30-е годы XVII века в Европе бушевала бубонная чума. Тогда жители села Обераммергау поклялись раз в десять лет ставить спектакль-мистерию «Страсти Христовы», если Господь спасет их от этой напасти. В 1634-м крестьяне сочли, что Бог выполнил свою часть сделки и впервые показали спектакль. Через 40 лет график уточнили — теперь он проходит в начале каждого десятилетия.

Как вы могли догадаться, из-за пандемии коронавируса постановка 2020 года находится по угрозой. Фестиваль проходит с мая по октябрь, и пока его ещё не отменили, но... Если такое случится, Господь может решить, что человечество соскочило со сделки и следует ее аннулировать.

Надеюсь, немцы справятся с эпидемией и не отменят спектакль. А ещё лучше — придумают новую постановку и обменяют ее на очередное спасение, но на этот раз от коронавируса. Богу, кажется, нравится немецкий театр.

Пишут, что фестиваль всё-таки перенесли на 2022-й, а официальный сайт это подтверждает. Меня так захватила мысль об очередном апокалипсисе, что я не посмотрела последние новости. Что ж, теперь есть возможность попасть на него. Если не умрем от чумы, конечно.

Пока самоизоляция не закончилась, расскажу, как с ней справлялись нацистские преступники, а именно Альберт Шпеер.

Шпеер — архитектор Гитлера, рейхсминистр вооружений, по воле Нюрнбергского трибунала угодивший в тюрьму Шпандау на 20 лет. Там он придумал, как можно провести время с пользой — и отправился в «кругосветку». Пешком.

На деле Шпеер ходил по внутренней территории и отмерял километры, перекладывая бобы из одного кармана в другой. Через восемь лет с начала путешествия его досугом озаботился другой заключённый — Рудольф Гесс. Узнав, что Шпеер прошёл 21 тысячу километров и сейчас собирается «перейти через Берингов пролив», он упрекнул его в безумии.

Шпеер не спасовал. Он рассказал, что Людвиг Баварский часто ездил кругами на коне, а его адъютант в это время кричал: «Сейчас ваше величество в Мурнау, а сейчас — в Обераммергау». И отметил, что если у него и мания, то, по крайней мере, мания королевская.

Когда Гесс напомнил ему, что Людвиг Баварский в итоге сошёл с ума, Шпеер засмеялся и сказал:

— Мы только что вышли на берег Берингова пролива. Сейчас начнём переход.

А Гесс, оглянувшись по сторонам и проверив, что их никто не слышит, ответил:

— Поздравляю, ваше величество.

Ещё один нацистский преступник, а в прошлом — министр экономики Вальтер Функ тоже неплохо развлекался в Шпандау. Он совершенствовал родословную, с некоторым опозданием открывая в своём прошлом всё новые связи с Россией.

Сначала он обнаружил у себя бабушку-славянку. Чуть позже — русского двоюродного дедушку. Он сдвигал своё генеалогическое древо дальше и дальше на Восток, что замечали и другие заключённые. Бывший гауляйтер Вены Бальдур фон Ширах как-то язвительно заметил, что, вероятно, семья Функа оказалась в Германии по чистой случайности.

Функ проигнорировал его замечание, хлопнул себя по колену карманным русским словарем и сказал:

— А теперь займусь изучением родного языка.

Немцы взорвали охлаждающие башни закрытой АЭС рядом с Филипсбургом. К «хлопку» готовились четыре года — проделали 1110 отверстий, в которые заложили взрывчатку. Завораживающее зрелище!

Видео: «Медуза»

Пятая жена экс-канцлера ФРГ Герхарда Шрёдера стрижёт его сама — во избежание появления шестой.

Еще милые семейные фото.

Раз вспомнили про жён Шрёдера, то самое время поговорить про его прозвища. Вы скажите, что тут нет связи, но будете глубоко неправы.

Экс-канцлер имел невероятное количество прозвищ. Звали его и «товарищем боссов» (за дружбу с крупным бизнесом), и «медиа-канцлером» (за особые отношения со СМИ), и «бриони-канцлером» (за любовь к дорогим костюмам), и «русским немцем» (за любовь к русским), и «агентом Кремля» (за очень сильную любовь к русским).

Ещё его называли «ауди-маном» — и совсем не потому, что канцлер сменил в ведомстве традиционный «Мерседес» на «Ауди». Он просто был женат четыре раза.

Когда Шрёдер женился в пятый раз — прозвище пришлось поменять и он стал «властелином колец». Мне кажется, это самый лучший вариант, теперь экс-канцлер может не останавливаться.

Если бы его окрестили каким-нибудь «олимпийцем», то он был бы вновь непозволительно ограничен.

В Петербурге с середины позапрошлого века и до революции работало весьма необычное образовательное учреждение — школа Карла Мая. Ее создали по инициативе местных немцев, которым не нравилась система среднего образования в России. Они считали, что в нем маловато практики, а юноша (там учили только юношей) должен выходить из школы хорошо подготовленным — не только головой, но и руками.

В школе Карла Мая очень ревниво следили за равенством между школьниками. В начала дня директор лично приветствовал каждого ученика, детям из богатых семей запрещали приезжать на экипаже — родителей просили высаживать их не менее чем за два квартала до школы, чтобы дальше они шли пешком вместе со своими одноклассниками. На переменах разрешали резвиться — а зимой учителя вместе с учениками играли в снежки во внутреннем дворе.

Выпускников школы Мая называли «майскими жуками», и они очень гордились этим прозвищем. Это учебное заведение закончили Николай Рерих и Дмитрий Лихачёв.

Об этом и многом другом мне рассказал директор музея истории школы Карла Мая Никита Благово. Читайте материал — там больше и интереснее: https://clc.to/u0qBZw.

Пока во всем мире сносят памятники — в Германии их устанавливают. В Гельзенкирхене (название города, на секундочку, переводится как «комариная церковь») появилась статуя Владимира Ленина.

Тут забавно многое. И то, что памятник поставила Марксистко-Ленинская партия Германии, в которой состоят три тысячи человек. И то, что статую они купили через интернет за 16 тысяч евро — ее создал чешский скульптор. И то, что из-за неё поругалось полгорода.

Deutsche Welle в своём репортаже с открытия описывает это волшебное действо: с одной стороны, свои лозунги выкрикивают неонацисты, с другой — группа из Кельна поёт «Красный октябрь» на русском и немецком. Вся комариная церковь звенит, у них стало на одного кровососа больше.

Не знаю, какие нужно сделать политические выводы. Просто скажу, что это красиво.

В Берлине переименовали станцию метро «Улица Мавров» (Mohrenstraße) в «Улицу Глинки» (Glinkastraße). Всё потому, что называть кого-либо мавром неполиткорректно.

Композитор Михаил Глинка же часто бывал в Берлине, очень его любил — и умер тоже там. Кроме того, в честь него названа соседняя от станции улица.

Переименовывать саму улицу Мавров пока не будут. Нужно ли это делать, решат местные власти. Я же предлагаю гениальный по своей изящности вариант: поставить над буквой «o» умлаут (две точечки) и превратить улицу в Морковную. Морковь по-немецки — die Möhre.

Мавр сделал своё дело, мавр может уходить.

Принесла вам историю про немецкий характер. Или про Россию — ещё не решила.

Первым начальником III отделения в Российской Империи был граф Бенкендорф. На часть его службы пришлось дело некого Квашнина-Самарина, попавшего на карандашик тайной полиции из-за сочинения стихов «предосудительного содержания». И за это его выслали из Петербурга в Новгородскую губернию.

После этого Квашнин-Самарин пошёл в разнос — несколько раз покидал место ссылки (в том числе и для того, чтобы явиться в органы и попроситься на службу), а еще писал записки, в которых рассуждал о судьбах России и объяснял, как с этими судьбами поступать. Но отправлял он их не на анонимные имиджборды, а прямо в тайную полицию.

Бенкендорф, ответственный и дисциплинированный немец, столкнулся с упрямой и непреодолимой русской тягой к востребованности. Два начала боролись между собой: Квашнин строчил, Бенкендорф читал — и ни один не мог остановиться. В конце концов глава III отделения постановил на полях очередного опуса Квашнина: «человек безобидный, но полупомешанный».

После Бенкендорфа на пост заступил граф Орлов, который не только продолжил читать великолепные стихи и записки Квашнина-Самарина, но и назначил ему пенсию.

Вы спросите, как такое возможно, он же «политический». Легко. Просто он сам об этом попросил.

Вилли Брандт — не только единственный немецкий канцлер, носивший норвежскую военную форму, но и единственный немецкий канцлер, который попадал в плен. К немцам.

Это было на заре карьеры Брандта, когда после прихода Гитлера к власти он ушёл в подполье, а затем — эмигрировал в Норвегию. Оттуда он занимался разными вещами. Ездил в Рейх, выдавая себя за студента Гуннара Гаасланда. Работал военным корреспондентом во время гражданской войны в Испании. Был лишён немецкого гражданства.

В 1940-м Брандт попал в плен в норвежской оккупации, но немца в нем не узнали из-за норвежской формы. Затем ему удалось сбежать в Швецию, где он получил норвежский паспорт.

После войны всё скучно — возвращение в Германию, работа корреспондентом и пресс-атташе. Бесконечно далеко от вселенной, где он канцлер ФРГ, человек, стоящий на коленях в Варшавском гетто, обладатель Нобелевской премии мира.

Закончилась карьера Брандта преждевременной отставкой — так же как и тридцать лет назад нацистский солдат не узнал в нем немца, сам он не разглядел в своём личном референте шпиона ГДР.