Я достаточно долгое время работал в детской реабилитации, в коррекции. Скажу вам, как специалист, который непосредственно занимался с детьми с 3х лет, где уже были видны черты аутизма. И по сей день работаю с подростками, с синдромом Аспергера.

РАС имеет набор черт, которые достаточно четко описаны, но сама проявленность может быть разной. Глубина аутизации разной.

Но. Я хочу предостеречь родителей от того, что волшебной таблетки нет. РАС невозможно вылечить, его можно скомпенсировать, откорректировать и для этого должна быть проделана очень огромная работа.

Никакие бады не работают. Поймите, что это нейроотличие, нарушение нейроразвития. Это не болезнь!

Я полагаю, что в видео идёт просто реклама бада, который чудесным способом вылечил РАС. Допускаю, что по факту ничего не изменилось в состоянии ребенка, но поменялось отношение самой матери к данной ситуации. Это классическая история отрицания самой проблемы.

Как я говорил ранее, глубина нарушений бывает разной. И возможно у неё были лишь аутичные черты.
В практике не редкость, что изначально ребенку ставят РАС, но со временем этот диагноз могут снять из-за недостаточности самого спектра черт. Но это бывает в том случае, когда родитель понимает проблему, занимается с ребёнком, со специалистами.

Если мы говорим про медикаментозное лечение, то конечно в доказательной психиатрии толковый врач-психиатр, может ничего не назначить, если видит, что это не нужно в данном случае, а лишь рекомендовать специалиста, который работает с такими нарушениями. Либо назначить терапию имеющую доказательную эффективность.

Тип личности показывает, какая именно психическая структура у человека.

Например; нарциссическая, обсессивная, истерическая, шизоидная и т.д.

А уровень организации личности показывает, насколько устойчива его психика в целом - как она справляется со стрессом, сохраняет ли целостность себя и контакт с реальностью.

Невротический уровень
Пограничный уровень
Психотический уровень

Эти две вещи всегда сочетаются: конкретный тип личности проявляется на определённом уровне организации.

Например:

Нарциссический или обсессивный тип может соответствовать невротическому уровню.

Депрессивный или нарциссический тип может находиться на пограничном уровне.

Нарциссический или истерический тип в редких случаях могут проявляться на психотическом уровне.

Важно понимать: не бывает так, что «невротический» и «нарциссический» стоят через запятую как равноправные характеристики. Потому что невротический - это уровень, то есть степень выраженности и устойчивости, а нарциссический - это тип, то есть содержание черт. Уровень показывает, насколько сильно эти черты выражены и как они влияют на адаптацию.

То же самое с пограничным уровнем: нельзя сказать «пограничник с депрессией» как два диагноза через запятую. Пограничный - это опять уровень нарушений или способов совладания, а депрессивный или нарциссический - это тип личности, который может быть на этом уровне.

Бывают ли «нормальные» судя по этой таблице?

Да. Невротический уровень организации - это базовая норма для взрослого человека. Это не патология, а естественная степень травматизации, которая есть у каждого. Это как психический иммунитет: он формируется у ребёнка с рождения через взаимодействие со средой и близкими людьми. Это адаптивный ответ на тот опыт, который неизбежно случается в процессе взросления.

Почему нарциссический тип «попал» во все три уровня в моём примере?

Нарциссические черты (потребность в восхищении, грандиозность, чувствительность к оценке) могут быть:

На невротическом уровне - человек амбициозен, хочет признания, но способен видеть реальность, принимать критику (хоть и болезненно), и сохранять отношения. Это здоровый нарциссизм (честолюбие).

На пограничном уровне - психика расщепляет мир на «идеал» и «ничтожество». Человек то обесценивает всех, то боготворит. Он не может интегрировать свои хорошие и плохие стороны, и при неудаче его «грандиозное Я» рушится в пустоту. Это классический нарциссический тип пограничного уровня (по Кернбергу).

На психотическом уровне - грандиозность превращается в бред величия. Человек теряет контакт с реальностью: он может верить, что он - бог, пророк или инопланетянин. Реальность проверяется не внешним миром, а внутренними фантазиями.

То, что когда-то помогало выжить, может мешать жить сегодня.

Некоторые привычные реакции появляются не случайно.
Когда-то они помогали адаптироваться к сложной обстановке, но во взрослой жизни могут создавать ощущение постоянного напряжения.

Самый частый вопрос, который мне задают на сессии: - «сколько потребуется времени для решения проблемы?»

Я не могу назвать точный срок, потому что это процесс и он всегда индивидуален. Но я выделяю 4 ключевых фактора, которые на это влияют:

1. Глубина запроса.
Если это ситуативный кризис, то может хватить 5–10 встреч. Если это «фундамент» (детские травмы, личностные особенности, ПТСР) - речь идет о годах. Мы не лечим симптом, мы меняем реакции.

2. Ваша позиция.
Это главный ускоритель. Если вы приходите с запросом «я хочу разобраться» и готовы работать между сессиями - прогресс идет быстрее. Если ждете «волшебную таблетку» от меня - дольше.

3. История.
Чем раньше возникла проблема и чем дольше она с вами, тем больше времени нужно, чтобы переписать старые паттерны поведения и ваши установки.

4. Наш альянс.
Если мы быстро находим контакт и вам безопасно - это экономит время. Если нужна долгая «раскачка» доверия - процесс затягивается.

Важно: Терапия - это не прямая линия. Бывают откаты назад, и это нормально. Мы идем не к «излечению», а к гибкости: вашей способности справляться с жизнью без меня.

Поэтому мой ответ всегда один: «Мы идем столько, сколько нужно. Но первые результаты (облегчение состояния) вы почувствуете уже в первые 3–5 встреч, если решим работать над поведением. Глубинные изменения - это марафон, а не спринт».

Рекомендую🤌🏽

Для диагноза необходимо 5 из 9 следующих симптомов (стойкий паттерн, начинается в подростковом/раннем взрослом возрасте, проявляется в разных ситуациях):

1. Страх быть покинутым - отчаянные попытки избежать реальной или воображаемой брошенности (даже намёк на уход вызывает панику).

2. Нестабильные, интенсивные отношения - резкие перепады от идеализации партнёра до полного обесценивания («то люблю, то ненавижу»).

3. Нарушение идентичности - неустойчивый образ себя, частые смены целей, ценностей, профессиональных планов, ощущение «я не знаю, кто я».

4. Импульсивность - минимум в двух саморазрушающих сферах: траты, секс, ПАВ, переедание, опасное вождение, внезапные увольнения/разрывы.

5. Суицидальное поведение или самоповреждения - повторяющиеся порезы, ожоги, угрозы, попытки суицида (часто как способ снять напряжение).

6. Эмоциональная нестабильность - резкие смены настроения в течение часов (дисфория, тревога, раздражительность), реакция на внешние стрессоры.

7. Хроническое чувство пустоты - ощущение внутренней «дыры», бесцельности, оторванности от себя, которое не проходит (отличается от депрессивной опустошённости).

8. Неадекватный, трудно контролируемый гнев - частые вспышки, драки, вербальная агрессия, сменяющиеся стыдом и виной.

9. Преходящие стресс-индуцированные параноидные идеи или диссоциативные симптомы - ощущение нереальности мира (дереализация), отчуждения тела (деперсонализация), подозрительность в момент кризиса (длятся часы/минуты).

Как выражается диагноз в жизни пациента

В отношениях - постоянные кризисы, страх отвержения, зависимость от близких при одновременной враждебности; разрывы воспринимаются как катастрофа.

В эмоциональной сфере - настроение меняется по несколько раз в день, любая критика или задержка вызывает бурную реакцию (гнев, слёзы, отчаяние).

В поведении - импульсивные поступки с последующим сожалением, самоповреждения как способ «остановить боль», рискованное сексуальное поведение, злоупотребление веществами.

В самовосприятии - отсутствие устойчивого «Я», ощущение пустоты, непонимание своих желаний, частая смена работы/круга общения.

В мышлении - чёрно-белое восприятие (всё идеально или ужасно), подозрительность в стрессе, кратковременные диссоциативные эпизоды.

Важно: ПРЛ - это хроническое состояние (симптомы стабильны во времени), эгосинтонно (пациент воспринимает черты как часть себя, не ищет помощи, пока не наступает кризис), но при этом вызывает выраженную дезадаптацию.

ГТР - Генерализованное тревожное расстройство.

Я давольно много пишу про ГТР. Так как в моей практике это один из самых часто встречающихся диагнозов.

Механизм можно описать очень ёмко:

Детский опыт-> мир казался небезопасным -> мозг программируется, что нужно считывать реальность на наличие угроз-> эта программа становится основной и во взрослом возрасте мозг уже автоматически видит опасность там, где её нет.

Более подробно я писал в постах с которыми вы можете ознакомиться:

Пример мыслей родителя с ГТР.

Видео ГТР - это не про «много волнуюсь», а про возможный детский сценарий выживания.

Что такое ГТР простыми словами?

В основе ГТР часто лежит опыт жизни в условиях непредсказуемости.

Как выстроить жизнь с партнером, страдающим ГТР.

«Я знаю, что он скажет». Интуиция или симптом?

В своей практике я часто слышу от клиентов с ОКР одну и ту же фразу: «Я заранее знаю, что этот человек ответит, - и это всегда сбывается».

На первый взгляд кажется, что перед нами уникальная эмпатия или сверхчувствительность. Но, как клинический психолог, я утверждаю: в 99% случаев это не интуиция, а гиперактивная работа механизма прогнозирования угрозы.

Вот как это работает с точки зрения когнитивной модели:

1. Тревога ищет подтверждение. Ваш мозг в состоянии стресса не гадает, он дорисовывает реальность, чтобы избежать неопределенности.

2. Самоисполняющееся пророчество. Когда вы «знаете», что человек разозлится, вы бессознательно меняете мимику, тон или задаете наводящие вопросы, провоцируя именно эту реакцию.

3. Ошибка выбора. Вы запоминаете 100 случаев, где угадали, и игнорируете 1000 случаев, где ошиблись. Это топливо для ОКР.

В терапии мы учимся различать:
Интуиция - спокойна. Она приходит один раз и не требует немедленных действий.
Тревожное «знание» - липкое, навязчивое и требует немедленного ритуала или контроля.

Другие посты на тему ОКР вы можете почитать тут:

Контрастные навязчивости в рамках ОКР, как конфликт со своим гневом

Дом засыпаем, просыпается Дэвид: как расстройство Бекхэма не дает ему отдыхать по ночам

В 11 лет у Леонардо Ди Каприо появились первые проявления ОК

О я тоже люблю, чтобы всё лежало по полочкам

Клинический случай. Мысли, образы и их описание

Закулисье и ОКР. Клиентский случай

Часто на прием я слышу: «У моего ребенка тревожность», «Он боится ошибиться до дрожи», «Ему все время кажется, что он что-то сделал не так».

Мы начинаем работать с ребенком, учим его дыханию, техникам заземления, проживать эмоции, если это подросток от 12 лет, то включаем когнитивную работу над мыслями. Но если мы не заглянем в среду, то тревога вернется. Почему?

В психологии есть прекрасный термин - контейнирование. Это способность родителя принимать эмоции ребенка, переваривать их и возвращать в безопасном виде.

Но что происходит, если «контейнер» самого родителя переполнен?
Он начинает делать обратное - размещать свою тревогу в ребенке.

Это выглядит как гиперконтроль:
- «Не садись на эту горку - упадешь» (вместо «я рядом, будь осторожен»).
- «Сделай уроки идеально, иначе будет стыдно» (вместо «сделай, как можешь, ошибки - это опыт»).
- «Не дружи с этим мальчиком, он опасен» (вместо «доверяй своим чувствам»).

Ребенок не рождается с ГТР или ОКР. Он учится смотреть на мир через глаза самого близкого человека. Если родитель видит мир как угрозу, ребенок впитывает это как воздух.

И знаете, что самое важное?
Корень проблемы - не в «плохом» родителе. А в непрожитой тревоге самого родителя.

Поэтому, когда мы лечим тревогу у ребенка, мы обязательно работаем со средой. И часто, помогая маме или папе справиться с их страхами, мы даем ребенку шанс вырасти свободным.

Вы не обязаны быть идеальным контейнером. Достаточно просто научиться замечать, когда вы перекладываете свою тяжесть на маленькие плечи.

«Ипохондрия» в МКБ-11 теперь называется «ипохондрическое расстройство» или «расстройство тревоги по поводу здоровья», но в реальной практике она чаще всего живёт внутри ОКР-спектра. Человек не хочет болеть, он боится пропустить болезнь. И этот страх запускает ритуалы, проверки, поиск информации и избегание — классический обсессивно-компульсивный цикл.

Как выглядит ОКР-цикл при ипохондрии:

Триггер → телесное ощущение (пульсация, покалывание, усталость) или информация (у кого-то диагностировали рак).

Навязчивая мысль (обсессия) → «А вдруг у меня тоже? А вдруг это метастазы?»

Тревога → резкий скачок, физические симптомы (учащённое сердцебиение, пот), которые подтверждают страх.

Компульсия → пойти к врачу, сделать МРТ, перечитать симптомы в интернете, померить давление 10 раз за день, спросить у близких «я нормально выгляжу?».

Временное облегчение → но цикл повторяется с новым симптомом.

Важное наблюдение: корни часто в родительской тревоге

Я часто вижу у взрослых ипохондриков одну общую деталь. Их родители (особенно мамы) пережили реальную угрозу жизни ребёнка:

- тяжёлые роды с реанимацией;

- болезнь в младенчестве, когда «врачи не давали гарантий»;

- несчастный случай в раннем возрасте, который мог закончиться трагедией.

После такого мать становится гипербдительной. Она сканирует каждый чих, каждое пятнышко на коже, водит по бесконечным обследованиям, диагностирует ребёнка даже тогда, когда тот здоров. Не со зла, а от страха - который остался с ней навсегда.

И ребёнок вырастает с убеждением: «мир опасен, моё тело ненадёжно, и кто-то другой знает лучше, что со мной происходит». Он не научается доверять своим ощущениям, он научается их бояться. Тревога матери становится его внутренним компасом. И во взрослом возрасте этот компас сбивается - человек ищет подтверждения, что он болен, потому что только так он чувствует себя «под наблюдением» и, парадоксально, в безопасности.

Но есть и ещё один, более тонкий механизм

Дети в таких парах быстро считывают: внимание, тепло, забота, близость - всё это достаётся мне только тогда, когда я болею. Здоровый ребёнок остаётся незамеченным, потому что мама занята сканированием угроз. А больной - получает объятия, участие, освобождение от обязанностей, фокус всего дома.

Так бессознательно закрепляется формула: «болеть = быть любимым».

И вот уже во взрослом возрасте человек неосознанно ищет, что бы у него «найти», потому что иначе он не знает, как получить заботу. Диагноз становится пропуском к близости. И тревога матери сливается с тревогой ребёнка в один симбиотический контур: мать боится за него - он боится за себя - они оба успокаиваются только в процессе медицинского обследования. Разорвать этот круг очень трудно, но возможно.

Что с этим делать?

- исключить реальную соматику. Один доверенный терапевт, базовые анализы, и стоп на бесконечную диагностику.

- перестать бороться с содержанием страха. Не убеждать человека, что он здоров. Работать с реакцией на страх.

- золотой стандарт: КПТ с экспозицией и предотвращением ритуалов (ЭПР). Учиться выдерживать телесные сигналы, не проверяя их.

- очень важное - помочь распознать свою вторичную выгоду и научиться просить о внимании и заботе без посредника в виде болезни. Научиться принимать любовь не через страдание. Это отдельная большая работа, часто через схема-терапию.

Состав спикеров очень сильный, и я невероятно рад, что приму участие.

Патофизиология.

Мозг пациента не сломан- это система выживания работает слишком хорошо.

ПТСР - это глубокое нарушение работы систем, отвечающих за безопасность, память и оценку реальности.

Амигдала!

В момент травмы эта древняя структура мозга кричит:

«Угроза! Выживай!»

И после травмы она остается в состоянии перманентной боевой готовности. Её порог срабатывания критически снижен. Звон посуды, запах бензина, определённый оттенок света - и «сирена» включается снова. Человек ощущает это как волну паники, ярости или ужаса до того, как успевает подумать.

Гиппокамп!

Его задача - упаковать переживания в контекст времени и места:

«это случилось тогда и там»

При ПТСР гиппокамп под воздействием кортизола (гормона стресса) буквально повреждается. Травматическое воспоминание не архивируется. Оно остаётся сырым, несвязанным фрагментом здесь и сейчас.
Поэтому флешбек - это не воспоминание. Это ре-переживание. В этот момент пациент не видит ваше лицо - он видит лицо обидчика или дорогу перед аварией.

Префронтальная кора!

Это наш рациональный мозг. В норме он получает сигнал от амигдалы, оценивает его

«Это просто тень, а не нападающий»

и успокаивает её. При ПТСР связь между амигдалой и префронтальной корой нарушена.
Логика отключается в момент тревоги. Вот почему бесполезно говорить человеку в панике «Успокойся!» или «Подумай логически!». Та часть мозга, которая это делает, временно нефункциональна.

1221.chat
чат поддержки подростков

Делюсь хорошим инструментом для подростков, которые испытывают трудности с саморегуляцией, а также с внутренними переживаниями, которыми трудно или тяжело делиться с близкими.

Уважаемые родители. Данный чат вы можете предложить своему ребёнку, как некую или временную альтернативу, чтобы ему было куда размещать свою тревогу и переживания. А также в случаях острой необходимости при самоповреждающем поведении и суицидальных тенденциях.

Безусловно, чат это не полноценная терапия!

Поэтому, если вы видите отгороженность, закрытость, смену настроения без явной причины, слезливость, слова даже сказанные в «шутку» о смерти, прекращение общения с друзьями, прекращение походов в секции, кружки. Аутоагрессию, самоповреждения.

То обращайтесь к специалистам!
Клинический психолог и врач-психиатр это связка, которая поможет во многих случаях.

Врачей психиатров с которыми я сотрудничаю детско/подростковых я всегда рекомендую!