В прошлом посте я написала о горевании по несчастливой семейной жизни и что я осознала, что у меня не было шансов на счастливую. Там получилось очень интересно, но я буду цепочку размышлений дробить на посты поменьше. Местами может быть больно. Простите.
Мы с Анной Павлюк провели в клубе «Ритмы года» вебинар, где рассказывали, что смысл Рождественского поста — чтобы подготовить себя к ощущению праздника, и это не о еде, а о том, чтобы вести спокойно-скучный образ жизни, чтобы обновить дофаминовые рецепторы: меньше света и яркости, меньше звуков, меньше впечатлений, чтобы чудо Рождества через вкусы, запахи, звуки будут ощущаться обостренно.
И в частности она сказала, что дофаминовые рецепторы нагружают не только цифровые залипухи вроде «ТикТока» или компьютерных игр, но и секс, спорт, авантюры и... ругань.
И тут я задумалась, потому что это — описание моего отца, и мы с мамой давно увидели, что мой папа устраивает конфликт на пустом месте, но потом он уходит удовлетворенный, и как разрешился конфликт, его не особо интересует. Словно пришел, покушал эмоций и отвалился. Но я никогда это не связывала с дофаминовой системой.
Оказывается есть связь между адреналином, который выбрасывается во время ругани, и активацией дофаминовой системы, потому что возникает ощущение «О! Что-то в жизни происходит! Я — живой!» После всплеска наступает облегчение, разрядка. Но не у меня, я после ругани чувствую слабость, обессиленность, и мне нужно время, чтобы прийти в себя. Но у моего папы явно дофаминовый механизм ссор.
Почему такая разница реакций? Потому что у меня дофаминовая система получает стимулы регулярно в течение дня. Это удовольствие от предвкушения утром от нового дня и что я буду заниматься чем-то интересным, до предвкушения вечером, что я окажусь в своей постели. А у моего отца такого нет. И тут главный вопрос: почему?
Продолжение следует. А пока не забудьте, что посты имеют свой физиологичный смысл, и сейчас самое время перестать стимулировать свои дофаминовые рецепторы и дать им отдохнуть.
Мы с Анной Павлюк провели в клубе «Ритмы года» вебинар, где рассказывали, что смысл Рождественского поста — чтобы подготовить себя к ощущению праздника, и это не о еде, а о том, чтобы вести спокойно-скучный образ жизни, чтобы обновить дофаминовые рецепторы: меньше света и яркости, меньше звуков, меньше впечатлений, чтобы чудо Рождества через вкусы, запахи, звуки будут ощущаться обостренно.
И в частности она сказала, что дофаминовые рецепторы нагружают не только цифровые залипухи вроде «ТикТока» или компьютерных игр, но и секс, спорт, авантюры и... ругань.
И тут я задумалась, потому что это — описание моего отца, и мы с мамой давно увидели, что мой папа устраивает конфликт на пустом месте, но потом он уходит удовлетворенный, и как разрешился конфликт, его не особо интересует. Словно пришел, покушал эмоций и отвалился. Но я никогда это не связывала с дофаминовой системой.
Оказывается есть связь между адреналином, который выбрасывается во время ругани, и активацией дофаминовой системы, потому что возникает ощущение «О! Что-то в жизни происходит! Я — живой!» После всплеска наступает облегчение, разрядка. Но не у меня, я после ругани чувствую слабость, обессиленность, и мне нужно время, чтобы прийти в себя. Но у моего папы явно дофаминовый механизм ссор.
Почему такая разница реакций? Потому что у меня дофаминовая система получает стимулы регулярно в течение дня. Это удовольствие от предвкушения утром от нового дня и что я буду заниматься чем-то интересным, до предвкушения вечером, что я окажусь в своей постели. А у моего отца такого нет. И тут главный вопрос: почему?
Продолжение следует. А пока не забудьте, что посты имеют свой физиологичный смысл, и сейчас самое время перестать стимулировать свои дофаминовые рецепторы и дать им отдохнуть.
❤293🔥81👍33😁4
Продолжаем беседы о дофамине и как дофаминовая система сказывается на нашей жизни.
Я хотела написать этот пост вчера, но увлеклась проверкой фактов. Буду объяснять на примере моей личной жизни. Я выросла в дисфункциональной семье, мой папа - второй из четырех братьев, не знал как общаться с дочерьми, да и не особо этим интересовался. От него было много критики, родители ругались между собой, дома не безопасно, и добавим сюда постоянные переезды и смену садиков и школ, что не давало выстроить привязанности вне дома, однако каждое лето был опыт безусловной любви и принятия бабушки и дедушки в Армавире. Такой Гарри Поттер наоборот.
При этом отец был горным инженером, красавец, спортсмен, который не пил и не курил. Все детство мне внушали, что у нас замечательная семья, и только в студенчестве я начала подозревать, что что-то с семьей было не так.
Из популярной психологии мы знаем, что девочки неосознанно выбирают себе партнера, похожего на отца, потому что это привычно и понятно. И я, зная это, старалась подобрать себе партнеров, непохожих на отца, насколько это может сделать девушка в 16-18 лет и выбирала перспективных.
Первый был однокурсник из Академгородка, из английской спец-школы.
Второй, ставший бывшим мужем и отцом детей, тоже однокурсник, любимый старший внук старшего сына, отличник, в школе был председателем совета дружины, жили 5 лет в ГДР, как образцового советского пионера отправили в лагерь «Пионерская республика имени Вильгельма Пика», это ГДРовский Артек.
Альтернативный вариант, если бы не уехала в Новосибирск - гений, поступил в летное училище (а туда кого попало не берут), делал успешные бизнесы.
Итог:
Первый спился-скололся-умер.
Второй застрял в детстве, много лет не работал, алкоголик
Альтернативный вариант: эротоман с психопатическими наклонностями, алкоголик.
И только скажите мне, "надо было лучше смотреть с кем связываешься", уж я старалась, но я тогда не знала, что армия, элитные школы, спортивные системы маскируют дофаминовый дефицит, а когда такие люди выходят из рамок дисциплинирующей системы, то у них происходит провал.
Казалось бы, описанные варианты не имели ничего общего с моим отцом, который в свои 76 выглядит неплохо, благодаря заботе о здоровье чувствует себя тоже хорошо, пережил многих своих ровесников. А вот меня, на первый взгляд, тянуло к типам с зависимостями.
Но это на первый, на второй взгляд это все - разные варианты дефицита дофамина.
Дофамин это не «гормон удовольствия», это нейромедиатор предвкушения, ожидания, мотивации, напряжения “я сейчас что-то получу”, он включается до результата, а не после.
Когда у человека хронически низкий базовый дофамин, жизнь ощущается как пресная, бессмысленная, «ничего не хочется», «все бесполезно и бессмысленно», «что воля, что неволя - все одно». И это настолько невыносимо, что человек готов разрушать мир вокруг и себя, лишь бы выйти из этого состояния.
Ссора: конфликт → адреналин → дофамин → разрядка
Секс (спонтанный): ожидание + возбуждение сильный дофаминовый пик
Риск любого вида: неопределённость = мощный стимул дофамина
Алкоголь — один из самых распространённых способов закрыть дофаминовый дефицит.
Но он быстро разрушает базовый дофамин → усиливает зависимость → требуется всё большая доза → человек лишен альтернатив.
Я пыталась уйти из ловушки "партнер такой же как отец", но только сейчас понимаю, что попала в нее, потому что сошлись два фактора:
1. Люди с дефицитом дофамина яркие в начале, создают ощущение движения, интенсивности, кажутся "живыми" и действительно могут достигнуть того, что в обществе считается успехом, только с удержанием достигнутого у них трудно.
2. Так как я выросла в непрекращающемся конфликте, возбуждение было для меня нормой и признаком "жизни", потому мое внимание выбирало лишь тех людей, которые испытывают дефицит дофамина и чтобы его закрыть, делают яркие, захватывающие вещи (к ярким женщинам я тоже неровно дышала, но теперь стараюсь держаться от них подальше).
Следующий пост будет о том, почему возникает дефицит дофамина.
Я хотела написать этот пост вчера, но увлеклась проверкой фактов. Буду объяснять на примере моей личной жизни. Я выросла в дисфункциональной семье, мой папа - второй из четырех братьев, не знал как общаться с дочерьми, да и не особо этим интересовался. От него было много критики, родители ругались между собой, дома не безопасно, и добавим сюда постоянные переезды и смену садиков и школ, что не давало выстроить привязанности вне дома, однако каждое лето был опыт безусловной любви и принятия бабушки и дедушки в Армавире. Такой Гарри Поттер наоборот.
При этом отец был горным инженером, красавец, спортсмен, который не пил и не курил. Все детство мне внушали, что у нас замечательная семья, и только в студенчестве я начала подозревать, что что-то с семьей было не так.
Из популярной психологии мы знаем, что девочки неосознанно выбирают себе партнера, похожего на отца, потому что это привычно и понятно. И я, зная это, старалась подобрать себе партнеров, непохожих на отца, насколько это может сделать девушка в 16-18 лет и выбирала перспективных.
Первый был однокурсник из Академгородка, из английской спец-школы.
Второй, ставший бывшим мужем и отцом детей, тоже однокурсник, любимый старший внук старшего сына, отличник, в школе был председателем совета дружины, жили 5 лет в ГДР, как образцового советского пионера отправили в лагерь «Пионерская республика имени Вильгельма Пика», это ГДРовский Артек.
Альтернативный вариант, если бы не уехала в Новосибирск - гений, поступил в летное училище (а туда кого попало не берут), делал успешные бизнесы.
Итог:
Первый спился-скололся-умер.
Второй застрял в детстве, много лет не работал, алкоголик
Альтернативный вариант: эротоман с психопатическими наклонностями, алкоголик.
И только скажите мне, "надо было лучше смотреть с кем связываешься", уж я старалась, но я тогда не знала, что армия, элитные школы, спортивные системы маскируют дофаминовый дефицит, а когда такие люди выходят из рамок дисциплинирующей системы, то у них происходит провал.
Казалось бы, описанные варианты не имели ничего общего с моим отцом, который в свои 76 выглядит неплохо, благодаря заботе о здоровье чувствует себя тоже хорошо, пережил многих своих ровесников. А вот меня, на первый взгляд, тянуло к типам с зависимостями.
Но это на первый, на второй взгляд это все - разные варианты дефицита дофамина.
Дофамин это не «гормон удовольствия», это нейромедиатор предвкушения, ожидания, мотивации, напряжения “я сейчас что-то получу”, он включается до результата, а не после.
Когда у человека хронически низкий базовый дофамин, жизнь ощущается как пресная, бессмысленная, «ничего не хочется», «все бесполезно и бессмысленно», «что воля, что неволя - все одно». И это настолько невыносимо, что человек готов разрушать мир вокруг и себя, лишь бы выйти из этого состояния.
Ссора: конфликт → адреналин → дофамин → разрядка
Секс (спонтанный): ожидание + возбуждение сильный дофаминовый пик
Риск любого вида: неопределённость = мощный стимул дофамина
Алкоголь — один из самых распространённых способов закрыть дофаминовый дефицит.
Но он быстро разрушает базовый дофамин → усиливает зависимость → требуется всё большая доза → человек лишен альтернатив.
Я пыталась уйти из ловушки "партнер такой же как отец", но только сейчас понимаю, что попала в нее, потому что сошлись два фактора:
1. Люди с дефицитом дофамина яркие в начале, создают ощущение движения, интенсивности, кажутся "живыми" и действительно могут достигнуть того, что в обществе считается успехом, только с удержанием достигнутого у них трудно.
2. Так как я выросла в непрекращающемся конфликте, возбуждение было для меня нормой и признаком "жизни", потому мое внимание выбирало лишь тех людей, которые испытывают дефицит дофамина и чтобы его закрыть, делают яркие, захватывающие вещи (к ярким женщинам я тоже неровно дышала, но теперь стараюсь держаться от них подальше).
Следующий пост будет о том, почему возникает дефицит дофамина.
❤275🔥107👏14🤔11👍4😱1
Моим первым курсом стали «Бабушкины секреты». Он родился по следам моего восторга от прикосновения и первого узнавания настоящей традиционной культуры. Я была воспитана на той «развесистой клюкве», которой в СССР подменили народную, крестьянскую культуру, потому что это «бывшее, темное» и не подходящее для нового, советского человека. Фальшь за этим новьем я ощущала всегда и потому сторонилась «русского народного».
Но когда году в 2006 у меня получилось пройти за дымовую завесу «развесистой клюквы», я обнаружила несметные сокровища традиционной культуры, из которой я черпаю каждый день, на которую опираюсь, и эта стратегия ни разу меня не подвела.
Я тогда начала вести ЖЖ vokina в основном по мамской части, где писала о своих размышлениях и открытиях, в 2008 провела первые вебинары по народной кукле, а в 2011 создала «Бабушкины секреты» для тех, кто только соприкасается с традицией и хочет разобраться, что там и как, чем это может быть полезно современной женщине. Обзорно, вводно, но так, что получалось заразить слушательниц любовью к традиции, видеть, где она полезна, а где нет, идти глубже и дальше, чем я.
Тогда я была мамой маленьких детей. Завтра мне исполнится 49, я уже мать выросших детей и в возрасте, когда женщины раньше были бабушками и занимались внуками от года до пяти лет. Сейчас я закрываю предыдущий двадцатилетний этап и по этому поводу нахожусь в годовом трауре, чтобы отгоревать ушедшее, взять опыт, создать новую мечту, понять, куда я хочу жить дальше, и отправиться в путешествие в следующие не менее интересные 20 лет, но уже в новом состоянии и статусе. Траур — штука такая, это сначала про горевание, а в середине начинают появляться желания, что я хочу делать после выхода из траура (да, если вы о дофамине, то сознательный траур как раз восполняет его дефицит, и я уже это ощущаю, судя по количеству идей и возникшим желаниям). И первым делом я хочу сделать курс «Бабушкины секреты 2» уже из состояния опытной, зрелой женщины в возрасте бабушки.
Та молодая я была семи пядей во лбу и сделала то, что меня сегодняшнюю восхищает, но сейчас у меня больше знаний, опыта, доступа к информации, и я сама другая. Похоже, что в следующие 20 лет я повторю путь и переделаю все свои курсы.
А пока я неосознанно набираю материалы для новых «Бабушкиных секретов», и знаете, не только материала стало больше, тогда столько отцифрованного не было, не только я стала могучее, но я в восторге, как сейчас перерабатывается традиционная культура на новый лад.
Я умею запускать тренды и приложила руку к популяризации народной культуры, как и многие энтузиасты 20 лет назад, и в какую мощную реку это вылилось! Так что «самые отсталые слои населения» приходят к мастерам кокошников в «ТикТоке» и пытаются их с пеной у рта убедить, что кокошник не должен закрывать затылок и из-под него должна выглядывать коса. Я считаю — это победа!
А что делают молодые люди, которые разобрались в теме! В 2011 году у меня не было примеров, как традиционное пение можно вписать в современную музыку. А сейчас столько отличных проектов в противовес «Матушке земле» и прочим псевдонародному эрзацу.
Сегодня в машине слушала группу «Вилы» до мурашек, мощь необыкновенная! Я обязательно включу их в раздел «Пение» как пример удачно вписанного народного пения в современный мир.
Пратстити. Я только хотела написать, какую классную группу услышала и рекомендую, а опять накатала пост. Видимо и правда вошла в новую стадию восстановления после этого бурного года.
Но когда году в 2006 у меня получилось пройти за дымовую завесу «развесистой клюквы», я обнаружила несметные сокровища традиционной культуры, из которой я черпаю каждый день, на которую опираюсь, и эта стратегия ни разу меня не подвела.
Я тогда начала вести ЖЖ vokina в основном по мамской части, где писала о своих размышлениях и открытиях, в 2008 провела первые вебинары по народной кукле, а в 2011 создала «Бабушкины секреты» для тех, кто только соприкасается с традицией и хочет разобраться, что там и как, чем это может быть полезно современной женщине. Обзорно, вводно, но так, что получалось заразить слушательниц любовью к традиции, видеть, где она полезна, а где нет, идти глубже и дальше, чем я.
Тогда я была мамой маленьких детей. Завтра мне исполнится 49, я уже мать выросших детей и в возрасте, когда женщины раньше были бабушками и занимались внуками от года до пяти лет. Сейчас я закрываю предыдущий двадцатилетний этап и по этому поводу нахожусь в годовом трауре, чтобы отгоревать ушедшее, взять опыт, создать новую мечту, понять, куда я хочу жить дальше, и отправиться в путешествие в следующие не менее интересные 20 лет, но уже в новом состоянии и статусе. Траур — штука такая, это сначала про горевание, а в середине начинают появляться желания, что я хочу делать после выхода из траура (да, если вы о дофамине, то сознательный траур как раз восполняет его дефицит, и я уже это ощущаю, судя по количеству идей и возникшим желаниям). И первым делом я хочу сделать курс «Бабушкины секреты 2» уже из состояния опытной, зрелой женщины в возрасте бабушки.
Та молодая я была семи пядей во лбу и сделала то, что меня сегодняшнюю восхищает, но сейчас у меня больше знаний, опыта, доступа к информации, и я сама другая. Похоже, что в следующие 20 лет я повторю путь и переделаю все свои курсы.
А пока я неосознанно набираю материалы для новых «Бабушкиных секретов», и знаете, не только материала стало больше, тогда столько отцифрованного не было, не только я стала могучее, но я в восторге, как сейчас перерабатывается традиционная культура на новый лад.
Я умею запускать тренды и приложила руку к популяризации народной культуры, как и многие энтузиасты 20 лет назад, и в какую мощную реку это вылилось! Так что «самые отсталые слои населения» приходят к мастерам кокошников в «ТикТоке» и пытаются их с пеной у рта убедить, что кокошник не должен закрывать затылок и из-под него должна выглядывать коса. Я считаю — это победа!
А что делают молодые люди, которые разобрались в теме! В 2011 году у меня не было примеров, как традиционное пение можно вписать в современную музыку. А сейчас столько отличных проектов в противовес «Матушке земле» и прочим псевдонародному эрзацу.
Сегодня в машине слушала группу «Вилы» до мурашек, мощь необыкновенная! Я обязательно включу их в раздел «Пение» как пример удачно вписанного народного пения в современный мир.
Пратстити. Я только хотела написать, какую классную группу услышала и рекомендую, а опять накатала пост. Видимо и правда вошла в новую стадию восстановления после этого бурного года.
❤180🔥65👍19👏6
Как работает дофаминовая система.
В комментариях к предыдущему посту о дофамине звучит закономерный вопрос: «А делать-то что?», для этого нужно определить причину поломки.
И еще один вопрос: «А может, таблетка, увеличивающая количество дофамина, есть?»
Для ответа на вопросы нужно разобраться с тем, как работает дофаминовая система, а так как мои читатели — люди умные, то вы уже на этом этапе закроете часть вопросов.
1. Дофамин — нейромедиатор, он может выполнять гормоноподобные функции, но он не несет смех и радость, он простой курьер, который приносит сигнал, звонит в дверь (рецепторы дофамина) и приносит пакет с сообщением.
2. Раз дофамин курьер/связной, значит, есть элементы, которые он связывает. Поэтому мы говорим о дофаминовой системе, а система предполагает несколько взаимосвязанных и взаимодействующих элементов, образующих единое целое. И чем больше в системе элементов, тем больше интересных нарушений нас ждет. Плохие новости для мечтающих о волшебной таблетке.
3. Рассмотрим дофаминовую систему:
У нас есть внешняя разведка — органы чувств, которые сканируют внешнюю среду и докладывают о ситуации.
Архивариус/гиппокамп проверяет данные от органов чувств на предмет совпадений: было уже похожее? Не было? Чем дело кончилось? И тут может обнаружиться, что похожее было, и было хорошо.
Служба безопасности/амигдала получает информацию из архива/гиппокампа. Его задача — поиск опасности в текущей ситуации, есть ли совпадение с имеющимися опасными паттернами, собранными за жизнь и хранящимися в архиве гиппокампа. Если опасности не видит — дает добро и пропускает информацию к ВТА.
ВТА — вентральная тегментальная область. Именно тут возникает ощущение «Хочу!». И тут вырабатывается дофамин в нейронах ВТА, а затем выбрасывается в местах назначения, двигаясь по аксонам.
(Есть еще Substantia nigra (чёрная субстанция) — тоже производит дофамин, но она больше про движение и автоматизм, а не про «хочу».)
ВТА у нас диспетчер, упаковывает ожидание будущей ценности от возможного действия и передает пакеты малышам-дофаминам.
Дофамины приносят пакет в префронтальную кору, где ощущение из «чего-то хочу, но чего — не знаю» оформляется в конкретный образ «Хочу сделать вот это».
Префронтальную кору можно представить в виде офиса, где сидят аналитик, планировщик и дизайнер, который формулирует мысль, создает образ желаемого.
У офиса есть дверь, которая обычно заперта, и дофаминам, чтобы передать пакет от ВТА, нужно позвонить в звонок — активировать рецептор дофамина (находятся на нейронах префронтальной коры), чтобы дверь открылась. Курьер нажимает кнопку (рецептор), дверь открывается, в офисе появляется мысль: «Я хочу сделать вот это».
Но мало хотеть, нужно действовать, и другая часть курьеров-дофаминов из ВТА отправляются в стриатум — подготовить действие.
Стриатум — это офис запуска действия.
Если префронтальная кора — офис «я хочу сделать это», то стриатум — офис «начинаем или нет».
В стриатуме тоже есть дверь — дофаминовые рецепторы на нейронах стриатума.
Курьеры-дофамины из ВТА приходят туда напрямую.
Одновременно со стороны префронтальной коры в стриатум поступает управляющий сигнал (не дофамин, а другой тип передачи):
что именно мы собираемся делать, в каком порядке, с какими параметрами.
Таким образом, в стриатуме сходятся два потока: от ВТА — сигнал «это имеет ценность, стоит начинать» и от префронтальной коры — сигнал «вот конкретное действие».
Если курьер-дофамин нажимает кнопку (активирует рецептор), дверь в офис стриатума открывается, и происходит главное: снижается порог старта действия.
Это ощущается не как радость и не как восторг, а как: «можно начинать», «это не так уж сложно», «поехали».
После этого стриатум передает сигнал дальше — в моторные зоны мозга, и действие запускается на уровне тела: мы встаем, идем, говорим, пишем, звоним, делаем первый шаг.
Важно: дофамин не двигает мышцы и не дает энергию.
Он лишь разрешает потратить ту энергию, которая уже есть в теле!!!
В комментариях к предыдущему посту о дофамине звучит закономерный вопрос: «А делать-то что?», для этого нужно определить причину поломки.
И еще один вопрос: «А может, таблетка, увеличивающая количество дофамина, есть?»
Для ответа на вопросы нужно разобраться с тем, как работает дофаминовая система, а так как мои читатели — люди умные, то вы уже на этом этапе закроете часть вопросов.
1. Дофамин — нейромедиатор, он может выполнять гормоноподобные функции, но он не несет смех и радость, он простой курьер, который приносит сигнал, звонит в дверь (рецепторы дофамина) и приносит пакет с сообщением.
2. Раз дофамин курьер/связной, значит, есть элементы, которые он связывает. Поэтому мы говорим о дофаминовой системе, а система предполагает несколько взаимосвязанных и взаимодействующих элементов, образующих единое целое. И чем больше в системе элементов, тем больше интересных нарушений нас ждет. Плохие новости для мечтающих о волшебной таблетке.
3. Рассмотрим дофаминовую систему:
У нас есть внешняя разведка — органы чувств, которые сканируют внешнюю среду и докладывают о ситуации.
Архивариус/гиппокамп проверяет данные от органов чувств на предмет совпадений: было уже похожее? Не было? Чем дело кончилось? И тут может обнаружиться, что похожее было, и было хорошо.
Служба безопасности/амигдала получает информацию из архива/гиппокампа. Его задача — поиск опасности в текущей ситуации, есть ли совпадение с имеющимися опасными паттернами, собранными за жизнь и хранящимися в архиве гиппокампа. Если опасности не видит — дает добро и пропускает информацию к ВТА.
ВТА — вентральная тегментальная область. Именно тут возникает ощущение «Хочу!». И тут вырабатывается дофамин в нейронах ВТА, а затем выбрасывается в местах назначения, двигаясь по аксонам.
(Есть еще Substantia nigra (чёрная субстанция) — тоже производит дофамин, но она больше про движение и автоматизм, а не про «хочу».)
ВТА у нас диспетчер, упаковывает ожидание будущей ценности от возможного действия и передает пакеты малышам-дофаминам.
Дофамины приносят пакет в префронтальную кору, где ощущение из «чего-то хочу, но чего — не знаю» оформляется в конкретный образ «Хочу сделать вот это».
Префронтальную кору можно представить в виде офиса, где сидят аналитик, планировщик и дизайнер, который формулирует мысль, создает образ желаемого.
У офиса есть дверь, которая обычно заперта, и дофаминам, чтобы передать пакет от ВТА, нужно позвонить в звонок — активировать рецептор дофамина (находятся на нейронах префронтальной коры), чтобы дверь открылась. Курьер нажимает кнопку (рецептор), дверь открывается, в офисе появляется мысль: «Я хочу сделать вот это».
Но мало хотеть, нужно действовать, и другая часть курьеров-дофаминов из ВТА отправляются в стриатум — подготовить действие.
Стриатум — это офис запуска действия.
Если префронтальная кора — офис «я хочу сделать это», то стриатум — офис «начинаем или нет».
В стриатуме тоже есть дверь — дофаминовые рецепторы на нейронах стриатума.
Курьеры-дофамины из ВТА приходят туда напрямую.
Одновременно со стороны префронтальной коры в стриатум поступает управляющий сигнал (не дофамин, а другой тип передачи):
что именно мы собираемся делать, в каком порядке, с какими параметрами.
Таким образом, в стриатуме сходятся два потока: от ВТА — сигнал «это имеет ценность, стоит начинать» и от префронтальной коры — сигнал «вот конкретное действие».
Если курьер-дофамин нажимает кнопку (активирует рецептор), дверь в офис стриатума открывается, и происходит главное: снижается порог старта действия.
Это ощущается не как радость и не как восторг, а как: «можно начинать», «это не так уж сложно», «поехали».
После этого стриатум передает сигнал дальше — в моторные зоны мозга, и действие запускается на уровне тела: мы встаем, идем, говорим, пишем, звоним, делаем первый шаг.
Важно: дофамин не двигает мышцы и не дает энергию.
Он лишь разрешает потратить ту энергию, которая уже есть в теле!!!
❤124🔥56🤔16😱3
В норме вся система работает согласованно:
* органы чувств замечают возможность,
* гиппокамп узнает её как знакомую и неопасную,
* амигдала не блокирует,
* VTA формирует ожидание будущей ценности,
* дофамин доставляет сигнал,
* префронтальная кора оформляет желание в мысль,
* стриатум снижает порог старта,
* действие происходит.
И именно поэтому в норме желание естественно переходит в действие, без внутренней борьбы и самоуговоров, и таких желаний за день набирается много.
А когда действие уже совершается и мы получаем результат, на сцену выходят другие системы — гормональные.
Включаются:
* эндорфины — снижают напряжение и дают ощущение удовольствия от процесса и результата;
* серотонин — формирует чувство удовлетворения, устойчивости и «я на своём месте»;
* окситоцин — если в действии есть контакт, близость, совместность;
* норадреналин — поддерживает тонус, фокус и бодрствование в процессе действия.
И это уже не про «хочу»,
а про «я делаю», «у меня получается» и «мне хорошо в этом».
…Но это уже другая история.
***
Домашнее задание: посчитайте количество этапов, где может произойти сбой в работе дофаминовой системы.
* органы чувств замечают возможность,
* гиппокамп узнает её как знакомую и неопасную,
* амигдала не блокирует,
* VTA формирует ожидание будущей ценности,
* дофамин доставляет сигнал,
* префронтальная кора оформляет желание в мысль,
* стриатум снижает порог старта,
* действие происходит.
И именно поэтому в норме желание естественно переходит в действие, без внутренней борьбы и самоуговоров, и таких желаний за день набирается много.
А когда действие уже совершается и мы получаем результат, на сцену выходят другие системы — гормональные.
Включаются:
* эндорфины — снижают напряжение и дают ощущение удовольствия от процесса и результата;
* серотонин — формирует чувство удовлетворения, устойчивости и «я на своём месте»;
* окситоцин — если в действии есть контакт, близость, совместность;
* норадреналин — поддерживает тонус, фокус и бодрствование в процессе действия.
И это уже не про «хочу»,
а про «я делаю», «у меня получается» и «мне хорошо в этом».
…Но это уже другая история.
***
Домашнее задание: посчитайте количество этапов, где может произойти сбой в работе дофаминовой системы.
❤125🔥39🤔17👍9😢2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
2🎉170❤110👏25
❤121🔥36🎉6
Спасибо вам за такие трогательные и вдохновляющие поздравления!
Вы ждете продолжение про дофамин, и оно будет, у меня и черновик готов, но сейчас с-с-с.
По крайней мере три дня есть дела поважнее.
Вчера я отметила день рождение в компании дочки и моря, а сегодня новолуние и зимнее солнцестояние. Полная перезагрузка и время вспомнить год и поблагодарить его за то хорошее, что он вам принес, чем я и занимаюсь сегодня.
Заскочила сюда лишь отметить, что мое тело вчера сделало прекрасный подарок, наконец-то на семнадцатый день после возвращения домой включило дофаминовую систему фоном.
Напомню, в этом году я нарушила правила ритмов года и была в пути с конца октября по начало декабря. Слишком уж желанные движухи были в Москве и Минске, чтобы отказаться. Я знала, на что шла, и по возвращению стала делать всё, чтобы нормализовать баланс парасимпатической и симпатической систем и дофаминовую систему.
Прошла следующие этапы:
- Первые три дня на дорожном адреналине, зная, что он скоро закончится, делала дела, которые меня заждались.
- Следующие шесть дней тело поняло, что мы дома и в безопасности, и слегло. Я делала самое необходимое и питалась дешевым дофамином — игра в «Геншин» и составление родословной в myheritage, докапалась до Ольгеровичей по прямой линии и... мне стало скучно. Значит, сил прибавилось.
- Перешла в следующий этап восстановления. Когда идей много и спать не получается, потому сон кусками, но показатели сна говорили об очень качественном восстановлении внутри каждого сна. Если бы был стресс, то я бы крутила в голове диалоги и сон не был бы с таким большим соотношением REM. Я засыпала в 2-3 часа ночи, потому что идеи не давали уснуть, просыпалась ночью, несколько часов писала, анализировала, ловила идеи, потом засыпала часам к 7-8 утра и просыпалась в полдень. Так длилось четыре дня.
- Следующие четыре дня я продолжала засыпать в 2-3 часа ночи из-за идей, но стала просыпаться в 7-8 утра опять же из-за идей. Утомительно было спать по 4-5 часов, но показатели говорили, что из сна я выжимала максимум, поэтому днем была дееспособна.
- И наконец-то вчера вечером я почувствовала, что хочу спать в 7 вечера, еще час провела в постели с «Дуолинго» и книгой, а потом уснула. Ура! Дофаминовая система заработала фоном.
Правда, ночью опять проснулась, потому что вечером был именинный торт и он поднял сахар, и это разбудило меня. Но именинный торт не каждый день. Зато сегодня я вернулась с прогулки в гору и впервые после физической нагрузки мне НЕ хочется чего-то сладкого, что было в течение последнего месяца, я ехала его на шоколаде. А это значит, что я окончательно восстановилась после поездки, как и моя дофаминовая система, и вошла в режим регенерации. Год был очень бурный, так что есть чего починить.
Так что да, я всё проверяю на себе, прежде чем писать тут теорию. Это моя вторая зима, когда я вхожу в регенерацию сознательно и привожу в порядок дофаминовую систему.
Вы ждете продолжение про дофамин, и оно будет, у меня и черновик готов, но сейчас с-с-с.
По крайней мере три дня есть дела поважнее.
Вчера я отметила день рождение в компании дочки и моря, а сегодня новолуние и зимнее солнцестояние. Полная перезагрузка и время вспомнить год и поблагодарить его за то хорошее, что он вам принес, чем я и занимаюсь сегодня.
Заскочила сюда лишь отметить, что мое тело вчера сделало прекрасный подарок, наконец-то на семнадцатый день после возвращения домой включило дофаминовую систему фоном.
Напомню, в этом году я нарушила правила ритмов года и была в пути с конца октября по начало декабря. Слишком уж желанные движухи были в Москве и Минске, чтобы отказаться. Я знала, на что шла, и по возвращению стала делать всё, чтобы нормализовать баланс парасимпатической и симпатической систем и дофаминовую систему.
Прошла следующие этапы:
- Первые три дня на дорожном адреналине, зная, что он скоро закончится, делала дела, которые меня заждались.
- Следующие шесть дней тело поняло, что мы дома и в безопасности, и слегло. Я делала самое необходимое и питалась дешевым дофамином — игра в «Геншин» и составление родословной в myheritage, докапалась до Ольгеровичей по прямой линии и... мне стало скучно. Значит, сил прибавилось.
- Перешла в следующий этап восстановления. Когда идей много и спать не получается, потому сон кусками, но показатели сна говорили об очень качественном восстановлении внутри каждого сна. Если бы был стресс, то я бы крутила в голове диалоги и сон не был бы с таким большим соотношением REM. Я засыпала в 2-3 часа ночи, потому что идеи не давали уснуть, просыпалась ночью, несколько часов писала, анализировала, ловила идеи, потом засыпала часам к 7-8 утра и просыпалась в полдень. Так длилось четыре дня.
- Следующие четыре дня я продолжала засыпать в 2-3 часа ночи из-за идей, но стала просыпаться в 7-8 утра опять же из-за идей. Утомительно было спать по 4-5 часов, но показатели говорили, что из сна я выжимала максимум, поэтому днем была дееспособна.
- И наконец-то вчера вечером я почувствовала, что хочу спать в 7 вечера, еще час провела в постели с «Дуолинго» и книгой, а потом уснула. Ура! Дофаминовая система заработала фоном.
Правда, ночью опять проснулась, потому что вечером был именинный торт и он поднял сахар, и это разбудило меня. Но именинный торт не каждый день. Зато сегодня я вернулась с прогулки в гору и впервые после физической нагрузки мне НЕ хочется чего-то сладкого, что было в течение последнего месяца, я ехала его на шоколаде. А это значит, что я окончательно восстановилась после поездки, как и моя дофаминовая система, и вошла в режим регенерации. Год был очень бурный, так что есть чего починить.
Так что да, я всё проверяю на себе, прежде чем писать тут теорию. Это моя вторая зима, когда я вхожу в регенерацию сознательно и привожу в порядок дофаминовую систему.
1❤178👍63🔥30👏2🤔1
Утро началось с книги дорогой Некеле. Небольшая книга, но очень плотная по образам силы. Этих образов много и на все случаи жизни.
Когда книгу пишет ведьма
Когда книгу пишет ведьма
❤195🔥59👍27👏8
ДОФАМИНОВАЯ СИСТЕМА: ГДЕ ЛОМАЕТСЯ, ПОЧЕМУ И ЧТО С ЭТИМ ДЕЛАТЬ. Часть 1.
Мы уже разобрали, как в норме работает дофаминовая система: получена информация от внешней среды — проверка: появились ли новые возможности и насколько это опасно — ощущение «Хочу!» — оформление желания в конкретный образ «Чего именно хочу», оценка сил на воплощение — действие — результат. Подробно процесс рассмотрен в посте «Как работает дофаминовая система» от 18 декабря.
Сейчас рассмотрим возможные нарушения в работе дофаминовой системы, и вы увидите, что дело зачастую не в том, что не хватает дофамина.
1. Органы чувств сканируют внешнюю среду и докладывают о ситуации.
Поломка: перегруз на входе. Много шума, ярких предметов (особенно светящихся и мигающих), сильные запахи, яркий вкус, много разных фактур ощущаете кожей или перепады температур.
Для меня пример такого: торговые центры или парк аттракционов под крышей; ресторан, где играет музыка и одновременно что-то мельтешит на экране, в детстве это были детский сад и школа. Вы можете привести свои примеры.
Как ощущается: всё раздражает или, наоборот, оглушает и ничего не цепляет, трудно сосредоточиться, может быть желание большей стимуляции.
Что с этим делать: уменьшать вход сенсорных раздражителей, создавать телесные якоря: тепло, движение, ритм, прогулки. Меньше стимулов, выше качество стимулов.
2. Архивариус (гиппокамп) проверяет данные от органов чувств на предмет совпадений: было уже похожее? Не было? Чем дело кончилось?
Как ощущается: «я уже знаю, что ничем хорошим это не кончится». Новое ощущается бессмысленным или тяжёлым. У желания нет шансов появиться.
Причина: повторяющийся негативный опыт; жизнь в режиме выживания; опыт, где цена ошибки была слишком высокой.
Что с этим делать: получать положительный опыт в очень маленьких завершённых действиях (у меня выше был пост об этих занятиях «нажми на кнопку — получишь результат»), повторяемые циклы с предсказуемым концом, чтобы возникло ощущение, это скучно и безопасно. Осознание конечности действия «я делала и закончила это делать». Например, «Я сделала несколько стежков и вышила цветочек».
Важно!!! Архив переписывается не убеждениями, а опытом.
3. Служба безопасности/амигдала получает информацию из архива/гиппокампа. Его задача — поиск опасности в текущей ситуации, есть ли совпадение с имеющимися опасными паттернами. Если опасности не видит — даёт добро и пропускает информацию к ВТА.
Поломка: гипербдительная охрана (амигдала).
Как ощущается: «не сейчас», «что-то не так» без причины; избегание действий, которые очевидно в данный момент безопасны, постоянное откладывание.
Причина: длительное нахождение в небезопасных системах в прошлом (семья, школа, институты), когда приходилось постоянно бдить, быть готовой, что в любой момент случится неприятное, перегруз ответственностью.
Что с этим делать: уменьшают неопределённость, ввести ритмы и ритуалы, избегать общения с непредсказуемыми людьми и иметь дело с надёжными, спокойными (и опять возникает «скучно и безопасно». Это можно назвать основным признаком, что тут можно снизить уровень тревоги).
4. ВТА — вентральная тегментальная область, создаёт ощущение «Хочу!».
Как ощущается слабая ВТА: «жизнь пресная и бессмысленная», интерес к чему-то возникает редко и вяло, вскоре гаснет без какого-то действия, «хочу, но всё сложно», хочется чего-то нового, но не хочется последствий, хочется «открытия» без ответственности.
Результат: человек читает, смотрит, думает, планирует, но не начинает то, что повлечёт реальные затраты и неопределённость.
ПРИЧИНА: депрессия, истощение, отсутствие смысла, высокий интеллект + тревога, ответственность за других, опыт, где ошибка была дорогой, резкие перемены, предыдущий опыт «соберись и сделай».
Мы уже разобрали, как в норме работает дофаминовая система: получена информация от внешней среды — проверка: появились ли новые возможности и насколько это опасно — ощущение «Хочу!» — оформление желания в конкретный образ «Чего именно хочу», оценка сил на воплощение — действие — результат. Подробно процесс рассмотрен в посте «Как работает дофаминовая система» от 18 декабря.
Сейчас рассмотрим возможные нарушения в работе дофаминовой системы, и вы увидите, что дело зачастую не в том, что не хватает дофамина.
1. Органы чувств сканируют внешнюю среду и докладывают о ситуации.
Поломка: перегруз на входе. Много шума, ярких предметов (особенно светящихся и мигающих), сильные запахи, яркий вкус, много разных фактур ощущаете кожей или перепады температур.
Для меня пример такого: торговые центры или парк аттракционов под крышей; ресторан, где играет музыка и одновременно что-то мельтешит на экране, в детстве это были детский сад и школа. Вы можете привести свои примеры.
Как ощущается: всё раздражает или, наоборот, оглушает и ничего не цепляет, трудно сосредоточиться, может быть желание большей стимуляции.
Что с этим делать: уменьшать вход сенсорных раздражителей, создавать телесные якоря: тепло, движение, ритм, прогулки. Меньше стимулов, выше качество стимулов.
2. Архивариус (гиппокамп) проверяет данные от органов чувств на предмет совпадений: было уже похожее? Не было? Чем дело кончилось?
Как ощущается: «я уже знаю, что ничем хорошим это не кончится». Новое ощущается бессмысленным или тяжёлым. У желания нет шансов появиться.
Причина: повторяющийся негативный опыт; жизнь в режиме выживания; опыт, где цена ошибки была слишком высокой.
Что с этим делать: получать положительный опыт в очень маленьких завершённых действиях (у меня выше был пост об этих занятиях «нажми на кнопку — получишь результат»), повторяемые циклы с предсказуемым концом, чтобы возникло ощущение, это скучно и безопасно. Осознание конечности действия «я делала и закончила это делать». Например, «Я сделала несколько стежков и вышила цветочек».
Важно!!! Архив переписывается не убеждениями, а опытом.
3. Служба безопасности/амигдала получает информацию из архива/гиппокампа. Его задача — поиск опасности в текущей ситуации, есть ли совпадение с имеющимися опасными паттернами. Если опасности не видит — даёт добро и пропускает информацию к ВТА.
Поломка: гипербдительная охрана (амигдала).
Как ощущается: «не сейчас», «что-то не так» без причины; избегание действий, которые очевидно в данный момент безопасны, постоянное откладывание.
Причина: длительное нахождение в небезопасных системах в прошлом (семья, школа, институты), когда приходилось постоянно бдить, быть готовой, что в любой момент случится неприятное, перегруз ответственностью.
Что с этим делать: уменьшают неопределённость, ввести ритмы и ритуалы, избегать общения с непредсказуемыми людьми и иметь дело с надёжными, спокойными (и опять возникает «скучно и безопасно». Это можно назвать основным признаком, что тут можно снизить уровень тревоги).
4. ВТА — вентральная тегментальная область, создаёт ощущение «Хочу!».
Как ощущается слабая ВТА: «жизнь пресная и бессмысленная», интерес к чему-то возникает редко и вяло, вскоре гаснет без какого-то действия, «хочу, но всё сложно», хочется чего-то нового, но не хочется последствий, хочется «открытия» без ответственности.
Результат: человек читает, смотрит, думает, планирует, но не начинает то, что повлечёт реальные затраты и неопределённость.
ПРИЧИНА: депрессия, истощение, отсутствие смысла, высокий интеллект + тревога, ответственность за других, опыт, где ошибка была дорогой, резкие перемены, предыдущий опыт «соберись и сделай».
❤139🔥29👍22
Ошибочное решение: повышение адреналина (риск, конфликт, авантюра, драматизация) временно пробивает порог старта, чтобы начать действовать.
Но это взять у себя кредит с процентами, потому что потом откат, усиление тревоги и ещё больше истощения, а VTA начинает требовать сильнее стимул. Поэтому «встряхнуть себя», "волшебные пендели" и "соберись, тряпка" работают кратко и ухудшают ситуацию. **
Здоровое решение:
ВТА любит новизну, она у нас главная по поиску шансов на выигрыш, открытие, смысл.
Но при истощении у ВТА меняется приоритет. Вместо «получить больше» появляется задача "не потерять то малое, что еще осталось".
А новизна действия всегда несёт риски, неопределённость результата, необходимость решений, вероятность ошибки, социальную оценку, расход энергии на обучение, что при истощении мозг воспринимает как угрозу ресурсам.
Что с этим делать: снизить требования, убрать выбор, передавать принятие решений другим, перейти от «отлично» к «достаточно».
Включает ВТА: изучение сложных, но безопасных тем, изучение чужих систем (языки, культуры, теории), ведение заметок «что я сейчас поняла», объяснять понятое другим, превращать смутное ощущение в ясное понимание. Объяснение другим — очень сильный стимул для VTA, потому что там есть перспектива ценности (поэтому я прямо сейчас этим и занимаюсь).
Пока выходит, что работа дофаминовой системы настраивается спокойной, безопасной обстановкой, предсказуемостью действий, ритмом (в одно и то же время есть, спать и просыпаться), скукой, когда не нужно принимать решения, но можно что-то исследовать.
Продолжение следует.
Но это взять у себя кредит с процентами, потому что потом откат, усиление тревоги и ещё больше истощения, а VTA начинает требовать сильнее стимул. Поэтому «встряхнуть себя», "волшебные пендели" и "соберись, тряпка" работают кратко и ухудшают ситуацию. **
Здоровое решение:
ВТА любит новизну, она у нас главная по поиску шансов на выигрыш, открытие, смысл.
Но при истощении у ВТА меняется приоритет. Вместо «получить больше» появляется задача "не потерять то малое, что еще осталось".
А новизна действия всегда несёт риски, неопределённость результата, необходимость решений, вероятность ошибки, социальную оценку, расход энергии на обучение, что при истощении мозг воспринимает как угрозу ресурсам.
Что с этим делать: снизить требования, убрать выбор, передавать принятие решений другим, перейти от «отлично» к «достаточно».
Включает ВТА: изучение сложных, но безопасных тем, изучение чужих систем (языки, культуры, теории), ведение заметок «что я сейчас поняла», объяснять понятое другим, превращать смутное ощущение в ясное понимание. Объяснение другим — очень сильный стимул для VTA, потому что там есть перспектива ценности (поэтому я прямо сейчас этим и занимаюсь).
Пока выходит, что работа дофаминовой системы настраивается спокойной, безопасной обстановкой, предсказуемостью действий, ритмом (в одно и то же время есть, спать и просыпаться), скукой, когда не нужно принимать решения, но можно что-то исследовать.
Продолжение следует.
❤200👍49🔥49